# 1. Аинулиндалэ

Норэмэлдо Арандур

Аинулиндалэ.


То, что нам известно о начале дней, о том, как была Сотворена Арда и как некоторые из Аинур стали Валар и маиар.


Об этой истории не часто вспоминают среди Старшего Народа, но Манвэ Тулимо*(1), Лорд эльфов и людей*(2), в глубокой древности тихо поведал о том эльдар.*(3).


Эру, которого эльфы зовут Илуватар (XXIV), был Первым Началом, и дальше этого не может пройти никакая мудрость Валар, эльдар или людей (I). Эру значит "Единый". Илуватар было, однако, именем, придуманным эльдар (когда они узнали об Эру от Валар), которое эльдар использовали чаще, чем имя Эру, приберегая последнее для самых торжественных случаев. "Илуватар" было образовано от iluve "всеобщность, все", что эквивалентно Ea, и atar "отец" (XXXIV). Илуватар - Вечный Господь, пребывающий за пределами мира; сотворивший его, но не являющийся частью мира и не находящийся в нем, но любящий его (I). Илуватар пребывал один, и прежде всех других творений он воспел к бытию Аинур, и их сила и красота была величайшими среди всех последующих творений Единого в мире и вне его. И устроил Единый для Аинур жилища в пустоте и сам жил среди них, обучая их всему, и величайшим из тех знаний была музыка (II).


Илуватар говорил с Аинур, открывая им многоге из великих и чудесных вещей, которые он когда-либо замышлял в своем уме и сердце, и предлагал им темы для песен и радостных гимнов; и Аинур играли ему музыку, и голоса их инструментов возвышались в великолепии возле трона Единого.


'Но долго Аинур пели каждый поодиночке или лишь небольшими группами, а остальные их слушали; ибо каждый постиг лишь ту часть разума Илуватара, из которой он произошел, и все лучше понимая своих собратьев, они росли, но это происходило медленно. Тем не менее, когда они слушали пение и музыку друг друга, они приходили к более глубокому пониманию и возрастали в единстве и гармонии (IV).


Однажды Илуватар предложил Аинур могучий замысел своего сердца, раскрыв историю, чья широта и величие никогда не сравнивались ни с чем из того, что он рассказывал прежде, и слава ее начала и великолепие ее конца поразили Аинур, так что они склонились перед Илуватаром в безмолвии.


И сказал Илуватар: "Повесть, которую я изложил перед вами, и те великие и прекрасные земли, которые я описал вам как место, где эта история может быть развернута и совершена, созданы лишь в общих чертах. Я не заполнил всех пустых мест, как и не рассказал вам обо всем, чем украшу это творение, о прекрасных и нежных вещах, которыми наполнен мой ум. И теперь я желаю, чтобы вы сочинили великую и славную Музыку и песню на эту тему; и (так как я научил вас многому и ярко зажег в вас Тайный Огонь), упражняйте свой ум и силы, украшая тему своими мыслями и развивайте ее. Я же буду сидеть и слушать вас, и радоваться, что через вас я дал многому прекрасному прийти в Песнь.


'Тогда голоса Аинур, подобные арфам и лютням, свирелям и трубам, виолам и органам, и подобные бесчисленным хорам, поющим словами (IX), начали превращать тему Илуватара в великую музыку; и возник звук могучих мелодий, меняющихся и чередующихся, смешивающихся и растворяющихся среди грома гармоний, более могучих, чем рев великих морей, пока чертог Илуватара и край Аинур не переполнились музыкой, и эхо отголосков музыки текло даже в далекие темные пространства Ничто, 'и оно не было Ничем (IV). Никогда прежде и никогда с тех пор не было музыки столь неизмеримой необъятности великолепия; хотя сказано, что нечто еще более великое будет соткано перед престолом Илуватара хорами Аинур и людей*(4) после Великого Конца. Тогда самые могущественные темы Илуватара будут сыграны правильно и обретут Бытие в момент их произнесения; ибо тогда Аинур и люди 'поймут его намерение в той части, что открыта им, и будут знать понимание каждого, и тогда Илуватар, будучи весьма довольным, и даст их мыслям Тайный Огонь (IV).


Но теперь Илуватар сидел и слушал, и какое-то время музыка казалась ему очень хорошей, ибо в ней было очень мало изъянов, и ему казалось, что Аинур многому и хорошо научились. Но по мере того, как развивалась великая тема, Мэлько пришло в голову вплести в Музыку вещи собственного суетного воображения, которые не подходили к великой теме Илуватара*(5), 'ибо он стремился таким образом увеличить силу и славу той части, которая была отведена ему самому (IV). Мэлько среди Аинур получил от Илуватара одни из величайших даров силы, мудрости и знания*(6), 'и ему отчасти были открыты знания во всех дарах его родичей (IV); и он часто странствовал в одиночестве по темным местам и пустотам Ничто, в поисках Тайного Пламени, дающего Жизнь и Реальность (ибо у него было очень горячее желание привести вещи в бытие своими собственными силами), 'и казалось ему, что Илуватар не думал о Пустоте, а Мэлько был раздражен этой пустотой (IV); однако он не нашел Пламени, ибо Пламя обитает *(7) у Илуватара, но Мэлько узнал об этом только после. 'Однако, оставшись один, он начал задумываться о собственных мыслях, непохожих на мысли его родичей (IV).


Тем не менее, во время своих поисков, Мэлько глубоко погрузился в свои коварные мысли, которые он не показывал*(8) даже Илуватару. Некоторые из этих замыслов и фантазий теперь Мэлько вплел в свою музыку, и тотчас вокруг него поднялись грубость и разногласия, и многие из игравших рядом с ним впали в уныние, и их музыка стала слабой, а мысли их незаконченными и неясными, тогда как многие другие стали развивать тему Мэлько, а не великую тему, с которой они начали. Так распространялся вред Мэлько, затемняя музыку, ибо те его мысли исходили из внешней тьмы, куда Илуватар еще не направил свет своего лица; и поскольку его тайные мысли не имели ничего общего с красотой замысла Илуватара, гармония замысла была нарушена и разрушена. И все же сидел Илуватар и слушал, пока музыка не достигла невообразимой глубины мрака и уродства, 'пока не показалось, что вокруг престола Единого бушует буря, словно темные воды, которые сражались друг с другом в бесконечной ярости, которую нельзя было унять (IV), 'словно бесформенный гнев, который сражался сам с собой в бесконечной ночи (IX); тогда он грустно улыбнулся и поднял левую руку, и тотчас же, хотя никто ясно не знал, как, среди столкновений началась новая тема, похожая и все же непохожая на первую, и она набирала силу и сладость. Но раздор и шум, которые поднял Мэлько, поднялись против новой Музыки, и возникла война звуков, и возник лязг, в котором мало что можно было различить, 'и многие Аинур были встревожены и перестали играть и петь, а Мэлькор господствовал. (IV).


Тогда Илуватар поднял свою правую руку, и он уже не улыбался, а плакал, 'и лицо его было строгим (IV); и вот, третья тема, совсем не похожая на другие, 'и более могучая, чем другие (IX), росла среди сумятицы; 'она казалась мягкой и сладкой, не более чем рябью нежных звуков хрупкой мелодии, но ее нельзя было заставить замолчать, и она росла и обретала силу и глубину (IV), пока, наконец, не показалось, что у ног Илуватара одновременно звучали две мелодии, и они были совершенно несовместимы. Одна была великой, глубокой и прекрасной, но к ней примешивалась неутолимая скорбь, 'от которой главным образом исходила ее красота (IV), тогда как другая теперь выросла до единства и собственной системы, 'хотя и несовершенной, за исключением того, что все еще происходила от древнейшей темы Илуватара (IX); но она была громкой, тщеславной и надменной, бесконечно повторялась, 'и в ней было мало гармонии, но скорее шумный унисон, как будто множество труб гремят на нескольких нотах (IV); торжествующим ревом она хотела утопить первую тему; и тем не менее, каждый раз, когда вторая тема пыталась вступить в самое страшное столкновение, она обнаруживала, что каким-то образом дополняет ту музыку, с которой соперничала, или гармонирует с ней.


В самый разгар этой отдающейся эхом борьбы, когда чертоги Илуватара сотрясались, и дрожь пробегала по темным пространствам, 'еще тихим и недвижимым, Илуватар поднялся в третий раз, и на его лицо было страшно смотреть (IV), он воздел обе руки и в едином непостижимом аккорде глубже небесного свода, более славном, чем солнце, и пронзительном, как свет взгляда Илуватара, эта музыка рухнула и смолкла.


Тогда сказал Илуватар: "Могущественны Аинур и славны, и среди них Мелько, самый могущественный в знании*(6); но чтобы он и все Аинур знали, что Я есть Илуватар [= Отец-Всего], Я дал Бытие всему, о чем вы пели и играли, се! Я вызвал к бытию - не музыку, которую вы исполняете в божественных пределах, как радость для меня и забаву для вас самих, но, скорее, дал ей обрести форму и реальность, как и вам, Аинур, которых я создал. чтобы разделить реальность со мной, Илуватаром. Может быть, я буду любить то, что исходит из моей песни, так же, как я люблю Аинур, которые являются моими мыслями, а может быть, и больше. Ты, Мелько, увидишь, что ни одна тема не может быть сыграна, кроме как обретая конец в самом Илуватаре*(9), 'и ни одна тема не может быть сыграна, если не имеет своего наивысшего источника во Мне, и никто и 'ничто не может изменить музыку вопреки Мне (IV). 'Ибо тот, кто попытается сделать это, будет всего лишь моим инструментом в создании вещей более чудесных, каких он сам не мог вообразить (IV), еще большего величия и более сложного чуда: - ибо се! через Мэлько ужас, как огонь, и печаль, как темные воды, ярость, как гром, и зло, столь же далекое от света моего, как бездна в самых дальних темных просторах, вошли в замысел, который я изложил перед вами. Через него в столкновении ошеломляющих музык были созданы боль и страдание; и в путанице звуков родились жестокость, и ненасытность, и мрак, отвратительная трясина и всякое разложение мысли и материи, мерзкие туманы и яростное пламя, холод без пощады и смерть без надежды. Но это через него, а не от него*(10); и он увидит, и вы все также, и даже те живые творения, которые теперь должны жить среди его зла и терпеть через Мелько несчастье и горе, ужас и нечестие, объявят в конце, что это только усиливает величие моей славы, и только делает тему более достойной того, чтобы ее услышали, Жизнь более стоящей того, чтобы жить, а Мир настолько прекраснее и чудеснее, что из всех деяний Илуватара он будет назван самым могущественным и самым прекрасным его творением".


Тогда Аинур испугались и поняли не все, что было сказано, а Мелько исполнился стыда и и рассердился из-за этого; но Илуватар, увидев изумление Аинур, поднялся во славе и вышел из своего чертога, прошел те прекрасные края, которые он создал для Аинур, и пришел в темные просторы, велев Аинур следовать за ним. И когда они достигли самой середины Ничто, они увидели зрелище непревзойденной красоты и чуда там, где раньше была пустота, ибо Илуватар 'явил им видение, даровав им зрение там, где раньше был только слух; и они увидели новый Мир, ставший видимым перед ними, 'ибо Илуватар сделал видимой песню Аинур, и они узрели ее как свет во тьме. (XLX). И Аинур некоторое время смотрели и молчали (IV); но Илуватар сказал: "Взгляните на ваше пение и вашу музыку! Пока вы играли, по моей воле, ваша музыка обретала форму, и вот! даже сейчас мир разворачивается, и его история начинается так же, как моя тема в ваших руках. Каждый здесь найдет то, чем украшал свою музыку и поймет, что эти украшения содержались в моем замысле; более того, даже Мелько обнаружит те вещи, которые он думал, что изобрел в своим сердцем, не в созвучии с моим разумом, и найдет, что они лишь часть целого и приношения славе этого целого. Одну только вещь я добавил - Пламень, дающий Жизнь и Реальность" - и вот, Тайный Огонь горел в сердце мира.


Аинур изумились, увидев, как среди пустоты появился круглый Мир*(11), и все же он был отделен от нее; и Аинур обрадовались, увидев свет, и обнаружили, что он был одновременно и белым, и золотым*(12), и они смеялись от радости, видя этот цвет. Но другие Аинур смотрели на это жилище*(13), которое Эльфы называют Арда, Земля, и, глядя на свет, они были радостны, и их глаза, видящие много цветов, наполнялись радостью; а от великого рева океана они исполнились тоски. Их сердца радовались воздуху и ветрам, а также веществам, из которых была сделана Земля, - железу, камню, серебру, золоту и многому другому; но они видели, что из всего этого самой прекрасной, самой нужной и самой прославленной была вода. Воистину, в воде до сих пор живет более глубокое эхо Музыки Аинур, чем где-либо еще в мире, 'и многие из Детей Илуватара все еще ненасытно внимают голосам моря, но все же не знают, для чего они слушают (IV).


Вода была по большей части мечтой и изобретением Улмо, Аину, которому Илуватар открыл глубины музыки глубже всех других; .в то время как воздух, ветры и эфиры небесного свода создал Манвэ Тулимо, величайший и благороднейший из Аинур. Землю и большую часть ее прекрасных веществ изобрел Аулэ, которого Илуватар научил многим мудрым вещам малым меньше, чем Мелько, однако в Земле было много того, что не принадлежало Аулэ, но было сделано другими*(14).


Теперь Илуватар обратился к Улмо и сказал: "Разве ты не видишь, 'как Мелькор здесь, в этом небольшом королевстве, в глубине Времен, ведет войну с твоими владениями (XXIII); что Мелько помышлял о безмерном холоде, но не уничтожил красоту ни твоих кристальных вод, ни всех твоих прозрачных заводей? Даже там, где он думал о полной победе, смотри, получился снег, и мороз создал изящные творения, а лед воздвиг великолепные замки".


И Илуватар продолжил: "Мэлько изобрел неумолимый жар и безудержный огонь, и все же не иссушил твоего желания и не заглушил полностью музыку твоих морей. Лучше увидь теперь высоту и славу облаков и волшебство, что обитает в тумане, и испарении; слушай шепот дождей на земле. 'И в этих облаках ты приближаешься в своих творениях еще ближе к Манвэ, твоему другу, 'к твоему брату Манвэ (IX), которого ты любишь (IV)."


Тогда сказал Улмо: "Да, действительно, вода теперь прекраснее, чем прежде была в моих представлениях. Снег очаровательнее того, что я хотел создать в моих самых сокровенных мыслях, и если в нем мало музыки, то дождь действительно прекрасен, и его музыка наполняет мое сердце. Я так рад, что мои уши услышали его, хотя его печаль одна из самых печальных вещей. Се! я пойду искать Тулимо, задумавшего воздух и ветра, чтобы мы отныне вместе играли мелодии к твоей славе и радости".


С тех пор Улмо и Манвэ стали большими друзьями и союзниками почти во всех делах, 'и во всех вещах вернее всех служили Замыслу Илуватара*(15) (IV).


'И пока Илуватар разговаривал с Улмо, Аинур, к их изумлению, увидели, как великая история, которую Илуватар изложил им и для которой вся его слава была не чем иным, как чертогом ее воплощения, - как эта история разворачивалась в мириадах запутанностей, как разворачивалась и музыка, которую они играли у ног Илуватара. И видели Аинур, как красота сокрушалась в шуме и смятении, и вновь возникала новая красота, как изменялась земля, и звезды гасли*(16), и звезды зажигались, и воздух проносился по небосводу, и солнце и луна разошлись в своих путях и обрели жизнь (III).


'И пока Аинур вглядывались в это видение, оно было сокрыто от их взоров; и казалось им, что в этот миг они постигли нечто новое, Тьму, которой они не знали прежде, кроме как в мыслях*(17). Но они были влюблены в красоту видения и были поглощены раскрытием Мира, который был вызван там к бытию, и их умы были наполнены этим; ибо история была незавершенной, и круги не были завершены, когда видение было убрано, и среди Аинур было волнение (IV).


'Поэтому Илуватар воззвал к ним и сказал: "Я знаю желание ваших умов, чтобы то, что вы видели, воистину было не только в ваших мыслях, но существовало так же, как и вы, и другие. Поэтому я говорю: Да будет это! И Я пошлю вперед, в Ничто, Неувядающее Пламя, и будет оно в сердце Мира, и Мир - Будет; и те из вас, кто хочет, могут спуститься в него". И вдруг Аинур увидели вдалеке свет, словно облако с живым сердцем из пламени; и они знали, что это было не только видение, но что Илуватар создал новую вещь (IV), 'Эа, Мир, Который Есть (VI).


И позднее, благодаря их собранным воспоминаниям о речи Илуватара и знаниям, пусть и неполным, которые каждый из них имеет об их Музыке, Аинур открыто так много о будущем, что лишь немногие события могут быть непредвиденным ими - и все же есть то, что было скрыто даже от них, 'и они не могут постичь их ни в одиночку, ни держа совет вместе (XXIII), и в каждом веке появляются вещи новые и непредсказуемые, 'ибо они не происходят из прошлого (IV). 'И некоторые говорят, что Видение прекратилось прежде чем наступило Владычество Людей и увядание Перворожденных; а потому, хотя Музыка и всеобъемлюща, Валар не увидели своими глазами ни Поздней Эпохи, ни Конца Мира (VI).


'Аинур увидели, что в Мире есть вещи, о которых они и не подозревали. И они с изумлением увидели пришествие Детей Илуватара и жилище, приготовленное для них; и они осознали, что сами в работе над своей музыкой были заняты подготовкой этого жилища, и все же Аинур не знали, что у жилища была какая-то цель, кроме его собственной красоты (IV); но задолго до прихода людей - но прошло бессчетное количество веков, прежде чем даже эльдар пробудились и спели свою первую песню и создали первый из всех драгоценных камней*(18), и Илуватар, и Аинур увидели, что они невероятно очаровательны - между Аинур росло соперничество, настолько они были очарованы славой мира, когда смотрели на него, и так очарованы разыгранной в нем историей, для которой красота мира была лишь фоном и сценой.


В итоге, некоторые Аинур остались с Илуватаром за пределами мира - и это были в основном те, кто был поглощен своей игрой с мыслями о плане и замысле Илуватара и заботились только о том, чтобы изложить их, не придумывая ничего своего, чтобы их украсить; но некоторые другие, и среди них многие из самых прекрасных и мудрейших из Аинур, жаждали позволения Илуватара жить в этом мире, 'и облечься в форму и одеяние Времени (IX). И сказали они: "Мы хотели бы охранять те прекрасные вещи из наших мечтаний, которые твоим могуществом теперь стали реальными и еще более прекрасными; и мы хотели бы научить и эльдар, и людей*(19) чудесам мира и тому, как их использовать - когда придут времена, и когда появляются на Земле по Твоему намерению, сначала Эльдар и, наконец, прародители людей". 'И Мелькор был главным из них, так как он был в начале величайшим из Аинур, кто принимал участие в Музыке*(20). И он притворялся, даже самому себе вначале, что желает отправиться туда и устроить все на благо Детей Илуватара (IV). Мелько притворялся, что желает контролировать буйство жара и беспорядков, которые он устроил на Земле, но на самом деле в глубине своего сердца он намеревался узурпировать силу других Аинур и вести войну с эльдар и людьми, ибо он был разгневан на те великие дары, которые Илуватар намеревался дать этим расам; 'и он пожелал себе иметь подданных и слуг, и называться Господом, и быть господином над волей других (IV).


'Эльдар и люди были творением одного Илу, и ни один из Аинур, и даже Мелько не имели никакого отношения к их созданию, хотя, по правде говоря, его древняя музыка и его деяния в мире сильно повлияли на их последующую историю (III).


Эльдар и люди были задуманы только Илуватаром, 'Дети пришли с Третьей Темой, и не были в теме, которую Илуватар предложил вначале, и никто из Аинур не принимал участия в их создании. Поэтому, когда они созерцали Детей, они тем больше любили Детей, столь отличных от них самих, странных и свободных, в которых они увидели отражение ума Илуватара заново и узнали еще немного его мудрости, которая иначе была бы скрыта даже от Святых (IV). И, поскольку когда Илуватар, во время Музыки, впервые изложил их Бытие, Аинур не поняли его полностью, то никто из Аинур не осмелился добавить в своей музыке что-нибудь к этой Теме Илуватара; и по этой причине эльфы и люди по праву названы Детьми Илуватара. Возможно, это является причиной того, что многие другие Анур, помимо Мелько, были за то, чтобы вмешиваться как в дела эльфов, так и в дела людей, будь то с добрыми или злыми намерениями; однако, видя, что Илуватар сделал эльдар наиболее похожими по своей природе, если не по силе и росту на Аинур*(21), в то время как людям Он дал странные дары, Аинур строили отношения в основном с эльфами. 'Но Валар для Детей Единого скорее старшие товарищи и вожди, чем их господа; и если когда-либо в своих отношениях с эльфами и людьми Аинур старались принудить их, когда Дети не хотели быть направляемыми, это редко оборачивалось благом, какими бы благими ни были намерения (VII).


Зная все их сердца, Илуватар все же исполнил желание Аинур, и не сказано, что он был опечален этим*(22). 'Но или Илуватар создал такое обстоятельство, или это была необходимость по их любви, но их сила должна отныне находиться в Мире и ограничиваться Миром 'и ослабевать вместе с ним (IX), и пребывать в нем навеки, так что они являются его жизнью, а он их жизнью. И поэтому мы называем их Валар, Силами Мира*(23) (IV).


'Среди всего великолепия Мира, его обширных залов и пространств, и его вращающихся огней Илуватар избрал место для обитания Детей в Глубинах Времени и среди бесчисленных Звезд. И это жилище могло бы показаться мелочью тому, кто берет во внимание только величие Аинур, а не их внушающую страх проницательность, - как тому, кто возьмет всю область Солнца за основания столба и так возвысит его, пока конус его вершины не станет острее иглы - или тому, кто принимает во внимание только неизмеримую необъятность Мира, который все еще формируют Аинур, а не мельчайшую точность, с которой они формируют все в нем (IV).


'И вот! задачей тех из Аинур, кто вошли в Мир в начале Времен, было довести его до конца, и своим трудом осуществить Видение, которое было им дано. Долго трудились они в пределах Эа, столь обширных, что эльфы и люди даже представить себе не могут, пока в назначенное время не была создана Арда, Королевство Земли. Затем Аинур облачились в "одежды земли" и спустились в нее и поселились в ней; и отныне были в Мире. И они привели с собою много меньших духов своего народа, великих и малых; некоторых из них люди путают с эльфами, но это не верно, так как эти духи были сотворены до Мира. (XXIV)


***


Се! После ухода этих Аинур и тех, кто был в их вассальной зависимости, на долгие века все стихло, пока Илуватар наблюдал, 'и Илуватар сидел один в раздумьях (IV), 'и Святые, стоявшие рядом, не шевелились (VIII). Затем внезапно он сказал: "Смотрите же, я люблю мир, 'и рад, что он Есть (VIII), и он - это чертог для игры моих возлюбленных эльдар и людей. И когда эльдар придут, они будут самыми лучшими и самыми прекрасными из всех существ*(24); их познание красоты будет глубже, и они будут счастливее, чем люди. Но людям я 'поручу задание и дам великий дар (III), новый и больший". 'Поэтому он пожелал, чтобы сердца людей стремились за пределы мира и не находили покоя в самом мире (IV). И Единый сделал так, чтобы у людей была свободная добрая сила, благодаря которой в пределах возможных сил, материй и вероятностей мира люди могли бы формировать и планировать свою жизнь за пределами даже изначальной Музыки Аинур, которая является судьбой для всего остального. Единый сделал это для того, чтобы все действия людей обрели форму и были завершены, и мир был исполнен до последней и малейшей части. Се! Даже эльдар, к своему огорчению, обнаружат, что у людей есть странная сила для добра или зла, и к превращению вещей по своей склонности, несмотря на Валар и эльфов, так что эльдар говорят: "Судьба может и не победить Детей Человеческих, но все же они странно слепы, тогда как их радость должна быть велика".


'Теперь Илуватар знал, что людям, живущим среди суматохи Аинур*(25), никогда не придет в голову использовать этот дар в согласии с его намерением, но на это Единый сказал: "Они тоже в свое время обнаружат, что все, что они сделали, даже самые безобразные из их деяний и трудов, в конце концов, приводят только к моей славе и являются данью красоте моего мира". Однако Аинур говорят, что мысли о людях временами причиняют горе даже Илуватару*(26) 'а эльфы говорят, что люди часто доставляли горе Валар, любящим их, и не в последнюю очередь Манвэ (VIII), 'который знает большую часть мыслей Илуватара. Ибо люди больше похожи на Мелькора, чем на других Аинур, и все же Мелькор всегда боялся и ненавидел их, даже тех, кто служил ему (IV); поэтому, если изначально этот дар свободы вызывал зависть и изумление Аинур, то терпение Илуватара к тому, что люди неправильном используют Его дар, является предметом величайшего восхищения как для Валар, так и для эльфов (III).


'Однако, именно благодаря этому дару силы Дети Человеческие живут в этом мире лишь короткое время, но не исчезают полностью навсегда после смерти (III), 'и эльфы не знают куда уходят люди (IV); 'тогда как эльдар живут до Великого Конца, если только не будут убиты или изнурены горем ('ибо они подвержены обеим этим кажущимся смертям), и время не умаляет их силы, если только они не устанут за десять тысяч столетий; и умирая, они собираются в чертогах Мандоса в Валинорэ, откуда часто возвращаются и перерождаются в своих детях (IV), так что число их не уменьшается и не увеличивается (III). 'Эльдар остаются в мире до конца дней, и поэтому их любовь к миру глубже и радостнее, чем у людей, за исключением того, когда ему причиняют зло или портят его красоту; тогда они горько скорбят, и печаль эльфов о том, что могло бы быть, наполняет теперь всю Землю слезами, которых люди не слышат (VIII). 'Но люди действительно умирают и покидают мир; поэтому их называют Гостями или Странниками. Смерть - их судьба, дар Илуватара им, которому со Временем даже Силы будут завидовать. Но Мелькор бросил свою тень на этот дар и смешал его с тьмой, и привел ко злу от добра, и к страху от надежды (IV). 'Тем не менее, в то время как люди после прохождения определенных вещей присоединятся ко Второй Музыке Аинур, то, что Илуватар (III) 'замыслил для Эльфов и Валар после конца Мира, он не открыл; и Мелькор не узнал этого (IV). 'Только один Манвэ знает, что Илуватар замыслил для Эльфов после конца Мира (VII).


'Согласно Аинулиндалэ, нам известно пять стадий Творения:


а) Сотворение Аинур;


б) Разговор от Единого к Аинур о его Замысле;


в) Великая Музыка, которая была как бы репетицией, и осталась в стадии мысли или воображения;


г) "Видение" Эру, которое снова было лишь предзнаменованием возможности, и было неполным;


д) Осуществление, которое продолжается до сих пор.


Эльдар считали, что Эру был и является свободным на всех стадиях. Эта свобода была показана в Музыке в привнесении Им, после возникновения разногласий Мелькора, двух новых тем, представляющих пришествие эльфов и людей, которых не было в Его первом сообщении. Следовательно, Он может, на стадии "5" ("д") привносить напрямую в Творение вещи, которых не было в Музыке, и поэтому они не достигаются через Валар. Тем не менее, в целом, это остается верным, считать, что Эа существует такой, как есть, при их посредничестве.


Однако, привнесенное Эру не будет "чуждым"; оно будут расположено согласно природе и особенностям Эа и тех, кто обитает в нем; они могут усилить прошлое и обогатить его цель и значение, но они будут содержать его, а не разрушать. (XXI)


'Таким образом, "новизна" тем Детей Эру, эльфов и людей заключалась в связи фэар с хроар или с "поселением" фэар в хроар, принадлежащие Эа, таким образом, что одно без другого было неполным. Но души Детей не были духами, совершенно чуждыми по своей сути Аинур; тогда как тела были вещами, по природе близкими к телам живых существ уже в первоначальном замысле (даже если были приспособлены к их новой функции или изменены обитающими в теле фэар) (XXI).


Единый же, согласно эльфийским преданям, желает двух вещей от Своих Детей (или находящихся в родстве с ними)*(27): верить в Него и, исходя из этого, надеяться на Него и доверять Ему (то, что эльфы зовут "эстэль"). (XXI)


***


'После того, как Валар, которые прежде были Аинур Великой Песни, вошли в Эа, те, кто были самыми благородными среди них и понимали большую часть разума Илуватара, искали среди бескрайних областей Начала то место, где они должны основать Царство Арды в грядущем времени. И когда они выбрали ту точку и область, где это должно быть, они начали труды, которые были необходимы. Были другие Аинур, бессчетные для нас, хотя каждый известен и исчисляем в уме Илуватара, чьи труды лежали где-то еще, в других пределах и историях Великой Повести, среди далеких звезд и миров, за пределами самой дальней мысли. Но об этих других мы ничего не знаем и знать не можем, хотя Валар Арды, может быть помнят их (XI).


'Но исходя из того, что главные созидатели Арды (Валар), включая изначально величайшего из всех, Мелькора, выбрали своей "резиденцией" Арду с момента ее основания, также подразумевает, однако, что небольшая Арда была драматически главной точкой в Эа. (XXI)


Примечания:


*(1) В "Сильмариллионе" сказано, что Манвэ называют Сулимо, от основы "сул" - "ветер". Однако в таблице тэнгвар можно увидеть однокоренное слово, которое записывается как "thule" или "sule". Как сказано в "Шибболете Фэанора", этот звук некогда все нолдор произносили как "th", затем большинство перешло на "s", но Фэанаро обосновал, что это приводило к обеднению языка, и правильно произносить этот звук как "th". Почти все языковеды согласились с Фэанаро, однако Младшие Дома позже отвергли такое произношение - не по научным основаниям, а из-за отношения к Фэанаро; однако на письме все равно различали слова с "s" и с "th".


Здесь, как и в Трактате ("О Фэаноре и его потомках"), мы придерживаемся правильного произношения и написания, поэтому пишем "Манвэ Тулимо".


*(2) В других текстах Манвэ не называют "Лордом Эльфов и Людей". Его можно назвать так, имея в виду особое почтение к нему и эльфов, и людей, но не власть над ними. Валар было вверено служить Эрухини и учить их, а не властвовать над ними (и желание принудить их к чему-то даже с благими намерениями, как будет сказано ниже, не приводило к добру). Он - Король Арды, которому вверено управлять ей и хранить ее, но не непосредственное правление над Эрухини.


*(3)


Здесь и далее, кроме особо отмеченных мест, идет перевод из "Книги Утраченных сказаний", Т.1, "Музыка Аинур".


*(4)


Когда говорится, что Манвэ Тулимо в глубокой древности тихо поведал о том (об Аинулиндалэ) эльдар, в оригинале это звучит как "whisper them". И при переводе кажется сначала странным, почему об Аинулиндалэ шепчут? Разве это тайна? Но дело не в том, что это тайна, дело в том, что в те времена об этом можно было поведать лишь тихо ("шепотом") и только немногим, потому, что в Аинулиндалэ пришлось бы рассказать эльфам о неких людях, что после Амбармэта будут петь вместе с Аинур перед Единым. И, конечно же, у эльфов появилось бы много вопросов об этих людях и о своей собственной судьбе. Быть может, именно из этих "рассказов шепотом" Манвэ и появились в Непокое слухи о том, что эльфов заперли в Амане, как в золотой клетке, чтобы отдать Арду людям.


*(5)


Идеи Мэлько были слишком суетны, но он не видел этого и хотел их воплотить во что бы то ни стало, портя более глубокий замысел; так же бывает и у эрухини.


*(6)


Мэлько был сильнейшим из пришедших в Арду Аинур, но не сильнейший среди всех Аинур. Однако Мэлько был самый могущественный в знании среди Аинур.


*(7)


Пламя обитало (dwelleth) у Единого, но Единый не владел им, так как нельзя владеть Светом.


*(8)


Сколько бед происходит от того, что мы не говорим о своих мыслях и замалчиваем проблемы.


*(9)


То есть тема Тьмы не может быть завершена, так как она не обретет конец в Едином, а Единый есть Свет.


*(10)


Потому, что никто не безнадежен, и никто - не бесконечное зло, даже если бесконечное зло приходит через него.


*(11) Стоит отметить, что во всех версиях "Аинулиндалэ" (начиная с самой ранней, в Книге Утраченных сказаний") сотворенный мир называют "globe" - "земной шар".


*(12)


В Сильмариллях также был смешан одновременно белый и золотой свет.


*(13)


"Атрабэт Финрод ах Андрэт", Примечания":


"Несомненно, по эльфийским преданиям, главная часть Арды - Земля (Имбар, "Жилище"), место Действа - войны Валар и Детей Эру с Мелькором; так что, по-видимому, в повседневном употреблении "Арда" означало "Земля"; с этой точки зрения, назначение Солнечной системы - сделать возможным существование Имбара".


*(14) "But the delight and pride of Aulë was in the deed of making, and in the thing made, and not in possession nor in himself, wherefore he became a maker and teacher, and none have called him lord".


Профессор вначале записал, что никто не называл Аулэ господином, он был только творцом и учителем. Это так, когда мы говорим о ранних временах. Но ко времени Исхода нолдор это уже было не так.


В "Шибболете Фэанора" упоминаются целые роды, которые служили Аулэ - Аулэндуры (к ним принадлежал Махтан); их также можно назвать Верными Аулэ. А в "Сказании о Солнце и Луне" и "Самых ранних "Анналах Валинора" говорится, что Аулэ отвернулся от ушедших нолдор, не желая, чтобы при нём упоминали даже само название этого народа, и продолжал любить лишь немногих оставшихся в Валиноре - но не вернувшихся с Арафинвэ. Оставшихся в Амане он стал называть "народом Аулэ", то есть признавал их верными себе, в отличие от ушедших. Но это вместе с холодным отношением к вернувшимся означает, что Аулэ к этому времени относится к нолдор как Лорд к своему народу, с его точки зрения, ушедшие бросили его как Лорда. Здесь проявляется желание уже не служить Эрухини, а править ими. Об этом подробнее будет рассказано в главах об Исходе нолдор и Сокрытии Валинорэ.


Профессор также внес в этот отрывок об Аулэ изменения: "и ни во владении, ни в своем собственном мастерстве; поэтому он дает и не копит, и свободен от забот, всегда переходя к какой-то новой работе" (V). Здесь уже не говорится, что Аулэ ни для кого не был господином; Аулэ остается творцом, чья радость в создании нового, но при этом со временем стал омрачен и желал повелевать, быть господином, желал, чтобы ему служили...


*(15)


Это не значит, что они не совершали ошибок, но они никогда осознанно не нарушали Замысла и пытались его исполнить, где видели, что нарушают другие - подробнее об этом будет в главе о празднике в Валмаре и о Сокрытии Валинорэ.


Профессор писал в одном из Писем: "Они [валар] "божественны", то есть изначально были "вне" и существовали "до" сотворения мира. Их сила и мудрость проистекают из их Знания космогонической драмы, которую они воспринимали сначала как драму (то есть так, как мы воспринимаем историю, сочиненную кем-то другим), а затем как "реальность" (XXVI).


*(16)


Значит ли это, что асе Аинур в своих мыслях сталкивались с Тьмой?


*(17)


Возможно, это о звездах Нур-Мэнэль, так как о том, что гасли другие звезды не упоминается. "Поэтому нельзя сказать, что Варда, как одна из великих Валар Арды, "зажгла" звезды в качестве первоначального подтворческого акта - по крайней мере, звезды вообще" (XI).


*(18)


Первым рукотворные драгоценные камни создал Фэанаро.


*(19)


Аинур изначально пришли в мир, чтобы воплотить в жизнь замыслы и учить эрухини тому, что знают сами. Но многие из них (если не большая часть) впоследствии забыли о том, что хотели быть учителями, либо впав во Тьму, либо привязавшись к своим творениям больше, чем к Замыслу Единого и его Детям.


*(20)


Значит, не все из Аинур принимали в ней участие.


*(21)


Быть может, потому эльфам было комфортно жить в Валинорэ, что они похожи на Аинур.


*(22)


Единый заранее знал, что Аинур идут в мир как учителя, чтобы служить Детям, но забудут это, прельстившись собственными творениями и забыв, что действительно важно. И все же, это тоже часть Замысла и в результате послужит лишь к большему величию, общей радости и Свету.


*(23)


Однако Валар, Стихиями называют не всех сошедших в мир Аинур, но только их предводителей.


*(24)


Эльдар прекраснее даже Аинур, хотя и слабее Аинур.


Позднее говорится, что эльфы превосходили в творениях своих наставников-Валар, таким образом, эльфы также могут познавать красоту глубже, чем Аинур.


*(25) Имеется в виду жизнь в Арде, которую устроили Аинур, постоянно вмешиваясь в жизнь людей с хорошими или плохими намерениями.


*(26)


Знание, что лично твои дурные поступки приводят Творца мира в горе, огорчают его, переводит общение с Творцом на совсем другой уровень.


*(27)


Возможно, речь идет о потомках Детей и Аинур.