# Идеологическая война России и Сша

Екатерина Евгеньевна Резникова

Екатерина Резникова, кандидат исторических наук.

ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ ВОЙНА РОССИИ И США К СЕРЕДИНЕ 2010-Х ГГ.


## Глава 1. Российское наследие капитализма - государственно регулируемая экономика.


Если в странах СНГ западный мир не допустил тотального обнищания людей (и в частности рабства), то тогда: "чья" по происхождению (скажем, российская или американская) была теория Е.Гайдара о необходимости умеренного государственного регулирования постсоветской экономики? Если она была западной (евроатлантической), то зачем тогда, при молодом российском капитализме (стал складываться с указов о частной собственности М.Горбачева в перестройку 1985 - 1991 гг.), Запад допустил монополии? Ведь корпоративно-государственный капитализм - это в первую очередь укрупнение компаний, а при первоначальном накоплении капиталов монополии только душат начинающих безнесменов.

Представляется, что действительно, путь именно умеренного государственного регулирования придумали в России. Но тогда: кто будет экономически регулировать ту же российскую деревню после вступления России в ВТО - когда фермер или колхозник будет гнать хотя бы те же консервы (долго хранятся) на внешний рынок и перестанут кормить нормальной едой граждан своей страны, РФ? Думается, что вступление в ВТО в 2013 г., в отличие от присоединения Крыма, было главным событием в стране во время третьего президентства В.Путина. Мне так кажется, потому что он дал свободу российской экономике и закрыл дорогу умеренному государственному урегулированию. Другое дело: что Путин не может иметь послушных низкооплачиваемых "органов" (т.е. спецслужб), поскольку с вступлением России в ВТО открываются новые возможности заработков тех же сотрудников ФСБ - скажем, в службах безопасности банков и фирм. Затем, как кажется, безопасность сегодняшней России - это безопасность все же не западных, а восточных ее границ: Китай (конечно, принимая во внимание и китайскую диаспору по всему миру) работой этнических китайцев на предприятиях - в разных странах и у себя - позволит снизить мировые цены, поскольку его экономика - интенсивная и экспансионистская по характеру. Евроатлантический мир, наоборот, как кажется, намерен повышать мировые цены, тем самым "подтягивая" американские цены до уровня цен ЕС. Но тогда тем же США придется установить, скажем, шведскую систему социального обеспечения: огромные пособия по безработице, и промышленность в них частично встанет.

Думается, что в Евразии цены со временем будут европейскими (скажем, парижскими), а не московскими. Безопасность же Евразии, которая может сложится после "автономизации" В.Путиным Крыма в марте 2014 г., как раз, наверное, может подойти под уровень европейских цен, поскольку: Евразия, как и Европа, мультикультуралистична (multiculturalism), то есть многонациональна, и здесь возможен национальный экстремизмизм, а экстремизм должно быть делать очень накладно, дорого. Если в Афганистане и Пакистане экстремизм и терроризм организовывать дешево (т.е. там растет свой опийный мак и можно, в принципе, просто "сажать" на наркотики будущего экстремиста или террориста, даже не платя им в какой-либо валюте), то в Евразийском союзе, чтобы не ставить в каждом квадрате военных, можно душить экстремизм и терроризм ценами - тем более, что в Европе таким ценам будут только рады. Однако, цены на консервы (но не на свежие продукты) должны быть сугубо американскими, то есть низкими - чтобы не было восстаний крестьян на всем постсоветском политическом пространстве.


Какой будет идеология и военная мощь на постсоветском политическом пространстве, ведь и национальные экономики могут там быть экстремистскими по характеру (то есть, основной доход с экономики будет попадать в руки, скажем, представителям определенной нации)? Произвольная "титулизация" наций в странах - бывших союзных республиках СССР, как кажется, не панацея от экономического наци-экстремизма, то есть: 1) монополизации национальных недр, 2) частичного бизнеса, 3) идеологии какого-либо народа как, скажем, ведущей силы в создании современной политико-экономической и социальной системы, и проч. Представляется, что на постсоветском политическом пространстве еще тгосударств, поскольку, с приходом сюда мирового экономического кризиса (с зимы 2008 - 2009 гг.), цены здесь в основном растут. Перспектива развития кризиса может привести на просторах бывшего СССР к новому коллапсу евро-долларовой валютной системы, поскольку здесь выросла "вилка" цен на продукты питания и промтовары. Идеология и военная мощь на постсоветском пространстве за 30 с лишним лет развития здесь взаимосвязанных национальных экономик должны пойти то ли по "евразийскому" пути развития, то ли по евроатлантическому, что зависит, как кажется, от количества инновационных вливаний в каждую из них - достаточного, к примеру, для того, чтобы с помощью запуска новых технологий, прокормить эти страны. Пока есть предположение, что на фоне "бегства мозгов" из Российской Федерации (своего рода метрополии науки в бывших союзных республиках СССР) может развиться зависимость от западных научных идей, а военная мощь того же ОДКБ очень напоминает сейчас мощь бывшего советского ВПК - хотя бы по объему вложенных туда средств. Чьи средства станут "контрольным пакетом акций" в ОДКБ, в случае его принудительного акционирования (скажем, по требованию народов постсоветского пространства), покажет время.


Мировой экономический кризис (с зимы 2008 - 2009 гг.), думается, ставит перед ОДКБ проблему выживания демократических политических режимов тех стран, которые заинтересованы в членстве в ней. Валютная система этих стран, как кажется, тоже будет подвластна военной мощи ОДКБ, поскольку она (с постсоветским и пророссийским ВПК) делает рабочие места в республиках. Однако, кризис, приведший не к снижению, а к росту цен на постсоветском пространстве, может привести в движения институты традиционного общества - в той же Центральной Азии, а также радикальный ислам. Таким образом, можно прогнозировать революционаризацию основных электоратов и эволюцию в ближайшем будущем многопартийных систем постсоветских демократий: они будут заложниками, все-таки, не ОДКБ, а западных инноваций (на фоне "бегства мозгов" - из той же РФ). Новые политические технологии, которые, как кажется, могут решить проблему "издержек" "евразийской" демократии (организованную и "этническую" преступность, религиозный экстремизм и проч.), могут появиться и в самих этих странах. Стабилизация евро-долларовой основы для работы нормального, капиталистического ценообразования стран ОДКБ, как представляется, есть главный залог сохранения принципов Ялтинской системы международных отношений и границ в случае военно-политического усиления Евразийского Экономического союза.


## Глава 2. Государственное сознание США и России: эпоха информационных войн.


Представляется, что переходом к в своем роде отдельной эпохе государственного сознания США являлась цепь их информационных (психологических) войн с постсоветским обществом. Также велась и ведется борьба США - и с советским (унаследованным от времен "холодной войны"), и собственно постсоветским в современной российской внешней политике. Постсоветские ценности становятся для организаторов психологических войн США главной мишенью: ведь сегодня, как кажется американцам, "империя зла" (или "центры зла") по-прежнему существуют на постсоветском пространстве. Датировать же эпоху информационных войн США против постсоветской России можно, как кажется, временем - с победы западных демократий над иракским диктатором С.Хуссейном и до настоящего времени, когда в России продолжается мировой экономический кризис (2004 - 2014). Думается также, что у американской стороны была своего рода запрограммированная "политика ошибок" в отношении всего постсоветского политического пространства. Так, в 1990-х гг. проводились совместные учения РФ с НАТО, американцы требовали демонополизации российской экономики, соблюдения прав человека и проч., что притягивало к США симпатии всего мира как к "верховному организатору" политической и экономической жизни на территории распавшегося в 1991 г. СССР. Президент России В.Путин, выдвинувший после войны в Ираке и размещения там американских войск, новую идею евразийского пути развития РФ, как кажется, не мог не пресечь "политику ошибок" США - прежде всего как идеологическую дезинформацию.


С 2004 г. в российских СМИ развернулась компания по борьбе с коррупцией. Потом последовал ряд лет самокритики путинского и медведевского политического истэблишмента, и также укрепление "ленинградцев" в администрации президента. Совпадение начала мирового экономического кризиса (рубеж 2008 - 2009 гг.) с началом президентства Д.Медведева в России заставило высших чиновников страны вновь договариваться с американской стороной. Так, можно предположить, что перезагрузка в идеологии выбила преступность и коррупцию с той позиции номер один, которая у них была в СМИ. Затем, в свете мировых угроз, в том числе угрозы терроризма, та же перезагрузка собирается выбить из СМИ и понятие терроризма (см. высказывание президента США Б.Обамы о том, что главный враг США - проявление терроризма в ходе их президентской гонки). С победой перезагрузки (не случайно это созвучно перестройке) в Интернете, складывается впечатление, что на передовые позиции в мировой идеологии часто выходят только внешнеполитические дела, например, спор о многополярности или однополярности мире. Официально, перезагрузка закончилась с избранием на третье президентство В.Путина (март 2012 г.) и тем наказанием, которое государственная власть России "присудила" лидерам "Болотного дела" (часть "внесистемной оппозиции").

И еще одно: как представляется, сама комбинация в СМИ, перезагрузка плюс внешняя политика США по отношению к РФ, конечно же, несоветская и, возможно, чисто российская, то есть постсоветская. Именно с ее помощью была создана крупная, мировая сетевая идеология перезагрузки. РФ, как кажется, не была готова к восприятию этой идеологии целиком, поскольку политика президентской власти в отношении СМИ, а также пиара не могла преодолеть своего рода демократической многоформатности, то есть "плюрализма", заложенного в период знакомства страны с демократией как таковой (1990-е гг.). Сетевой характер идеологии перезагрузки повлек за собой и сетевой характер современной, народно-президентской, российской, антиамериканской идеологии и политической доктрины. Представляется, что после приобретения Крыма Россией (март 2014 г.) государственная власть страны будет более внимательно относиться к постсоветским ценностям. Власть в России должна быть солидарна и с народными лидерами и следить за изменениями в области государственного сознания, то есть ментальной модели сознания всей страны (См.: http://xreferat.ru/104/2639-1-mental-naya-matrica-vlasti-i-telo-gosudarstvennogo-soznaniya-v-kitaiyskoiy-tradicii.htmlств).

Постсоветские ценности, как кажется, прямо связаны с сетевым сознанием постсоветского населения. Последнее все же носит пока черты традиционного народного сознания, поскольку прошло еще мало исторического времени с момента подключения на постсоветском пространстве сверхдешевого Интернета (приблизительно 1990-е гг.), чтобы население на территории бывшего СССР имело хотя бы какую-нибудь работу и не двигалось на Запад, и до настоящего момента (2014 г.). То есть, виртуализация, вероятнее всего, еще мало коснулось (в той же РФ) менталитета постсоветского старшего поколения, которое жило при "социализме". Сетевые же идеологии, пришедшие на смену бывшей своего рода "сталино-ленинократии" на территории бывшего СССР, укрепляются в сетевом сознании только тогда, когда человек обязательно имеет работу, в которой он не может обходиться без Интернета. Молодежь и люди среднего возраста в постсоветской России как раз подходят под эту категорию. Мало того, как кажется, постсоветский человек вообще так или иначе, в той или иной степени обладает веб-сознанием и к тому же мало времени жил при капитализме (он был разрешен М.Горбачевым в период перестройки в СССР 1985 - 1991 годов). В этом контексте представляется, что высшей постсоветской ценностью является именно собственность, потому что, ставя дешевый Интернет в обществе молодого капитализма (например, в РФ), Запад не мог не бояться виртуализации тех же денег и затем - обнищания ее населения.

Постсоветские ценности давно являются предметом исследования - в РФ и за ее рубежами. Так, Е.Ясин предполагает, что "под" постиндустриальную эпоху изменился (в продуктивном направлении) сам менталитет человека (http://www.liberal.ru/articles/1235). С.Лавров, министр иностранных дел России, утверждает, что сетевая дипломатия - это единственно верный путь к преодолению современных мировых угроз (то есть сетевая, а не обычная дипломатия), то есть тем самым указывает на целую систему постсоветских политических ценностей (http://evrazia.org/news/24556). Б.Виногородский считает, что для изменения государственного сознания (он разбирает пример Китая) нужно "перезапустить ментальную модель организации сознания", чем подчеркивает изменчивость моделей государственного мышления (http://xreferat.ru/104/2639-1-mental-naya-matrica-vlasti-i-telo-gosudarstvennogo-soznaniya-v-kitaiyskoiy-tradicii.htmlств).

Про постсоветскую этническую общность можно сказать, что у нее - другая ментальность, чем у "великой советской общности советского народа" времен СССР (1922 - 1991 гг.), которая основывается уже на культе частной собственности. Представляется также, что государственное сознание США в большей степени зависит от государственного сознания РФ, чем наоборот, поскольку из недавно еще нищей, постперестроечной России исходит угроза мощных социальных движений, а также транснациональной преступности. Действительно, с 1990-х гг. Запад стал бояться "новых русских", которые стали известны всему миру своим транжирством и дикими нравами. Но это - лишь эпизод отношения к "русским" (постсоветским) со стороны первой демократии мира, США. Как кажется, со времен перестройки в СССР на внешнюю политику и государственное сознание РФ и США все больше и больше влияет "человеческий фактор"; однако, нужно, чтобы не простое большинство народов обеих стран, а в первую очередь квалифицированные государственные чиновники руководили общественным мнением. Огромный сегмент общественного мнения уже захвачен США после присоединения к РФ Крыма, и это не может не повлиять на их однополярное государственное сознание. Та этническая Европа, на территории которой располагается большинство братских восточнославянских народов постсоветского пространства (от Карпат до Урала) - это уже прозападная, демократически ориентированная этническая общность, которая настроена на дальнейший демократический рост и обладает своим собственным государственным сознанием. Представляется, что близость НАТО к границам Украины и Белоруссии дает огромные возможности для развития восточнославянского (а не только национального, отдельного) государственного сознания, и притом - безразлично, будет ли в нем лидировать так называемая "русская идея" или нет.

Полагаем, что можно сегодня говорить о стоимости человеческого фактора как структурообразующего элемента для государственного сознания РФ и США, а также материала для массовой поддержки и с той, и с другой стороны, их информационных войн по Интернету. Как кажется, человеческий фактор растет в цене тогда, когда человек имеет достойный досуг и отдых: во всяком случае, именно это ненавидели советские идеологи в так называемом "американском образе жизни". Так, представляется, что не информационные войны влияют на государственное сознание, а наоборот - государственное сознание - на информационные войны. Действительно, основа государственного сознания - это социально-экономические условия жизни индивидуума, а не отражения его сознания в некоем потоке информации (в данном случае, довольно агрессивном). Демократическое регулирование есть главная функция информационных войн, которые должны проходить максимум бескровно и еще вдобавок локализировать военный конфликт. Вступление России в ВТО (2013 г.) отпустило цены в стране, сделав их мировыми (то есть, точнее говоря, мировыми времен кризиса в отношения США и РФ после завершения крымской проблемы). Культ частной собственности, который имеет место у российских граждан, дает основания полагать, что и в дальнейшем человеческий фактор будет помогать строить мирные отношения России с Западом - но только при сохранении мирового характера цен на постсоветском пространстве и особенно в зоне Евразийского союза.

## Глава 2. Государство и массовая интерактивность в России.


Именно мультиформатность просматривает политический градус, а мультеринтерактивность его меняет. Мультиформатность - обзорное видение проблемы (рождается в ходе трех и более диалогов: два и более человека и один компьютер). Здесь машинный интеллект соседствует с живым. А мультиринтерактивность - это своего рода плацдарм, на котором обзорная технология мультиформатности меняет политический градус. Если, скажем, в свое время (1990-е гг.) были свернуты производственные мощности в России, то сейчас мультиинтерактивность (смена политического градуса) настолько важна, что существует даже идеология мультиинтерактивности. Но: таковая может сущестоввать только в режиме социального времени и социального пространства, и то - во время текущего мирового кризиса 2007 - 2015 гг.

В России в целом властвует идеология смены политического градуса ("идеология отклонения"). Так строятся приводные ремни государства к его гражданам, то есть, в рамках "ручного управления" живым интеллектом, и в первую очередь интеллектов президента В.Путина.

Политическая градусность - явление индивидуальное, но в ходе текущего социально-экономического кризиса политическая градусность стала массовой. Очевидно, что это состоялось вследствие многократного усиления мультиинтерактивности - на территории России и части территории бывшего советского евразийского пространства. Следовательно, изменение и индивидуальной, и общественной политической градусности ввели Россию в формат социального пространства и социального времени - тот же, в котором находят и "старые демократии". В ходе применения соответствующей таким пространству и времени инструментария идеологеополитики возникает явление социальной мультиинтерактивности. В этом смысле "идеологию отклонения" можно назвать "идеологию интерактивности".

Может существовать как одноформатная, так и мультиформатная интерактивность, но первая автоматически включена во вторую, и идеологию массовой индивидуальности в этот кризис XXI в. можно назвать идеологией массовой интерактивности.


Массво-индивидуальный политический градус в РФ зависит от мультиинтерактивности всей политической системы страны. "Идеология отклонения" (идеология массовой интерактивности) и международные отношения (например, говоря о "двойных стандартах" и "прозрачности границ") также имеют значение для научного анализа.

Международные отношения при всеобщей интернетизации мира обрели принцип "прозрачности границ", но тем самым и укрепили их: например, теснота народонаселения в Европе (кроме России) заставляет придерживаться Ялтинской системы 1945 г. Тесные связи "Европа- Европа" и "Европа - ее бывшие колонии" создают эффект именно такого центра для Старого Света. По-видимомому, "идеология отклонения" здесь становится "идеологией выпрямления", так как способна создать в Европе политический градус, по которому здесь и будут определять главный политический центр. В России с ее идеологией массовой интерактивности тоже уже мог создаться мировой политический центр - евразийского характера и связанный с тоталитарным прошлым (территория бывшего СССР). Политический центризм лучше всего вообще представлен в демократической России, которая обрела сравнительно недавно известную "свободу рук" на Европейской континенте (присоединение Крыма в 2014 г. и помощь Донецкой и Луганской народным республикам в 2014 - 1015 гг.).

Где же располагается главный источник центризма, и правда ли то, что это - евразийское постсоветское пространство? Страны устойчивого центризма - страны с устойчивой ориентацией на полнокровное развитие человека как индивидуума, и, следовательно, идеологию массовой интерактивности в первую очередь представляют "старые демократии" - США, Англия и Франция.

"Угол разворота" власти по отношению к индивидууму практически невозможен. "Угол разворота" индивидуума к власти, наоборот, возможен - особенно в трудноуправляемую кризисную эпоху. Здесь встает вопрос об инстинном народоправии - и оно всегда воспринимается как творчество живого, а не машинного интеллелекта. Оказалось, что в первый мировой циклический кризис XXI в. живой интеллект правил там, где бало мощное тоталитарное прошлое - на территории бывшего СССР.

Массовая интерактивность обладает потрясающей способностью абсорбировать живой интеллект: даже после "прокачки" его через социальные сети он остается таковым. Следовательно, массовая индивидуальность тождественна политическому углу внешней политики, а массовая интерактивность - актикризисны мерам во внешней политике.

Пока что кризисную Россию обвиняют в массовом участии в гибридной войне. С точки зрения массовой индивидуальности такая война - не более чем гражданская игра во внешнюю политику, а указанные обвинения России имеют целью очернить ее репутацию честного игрока на международной арене. Однако, бросается в глаза родство гибридной войны с массовыми традициями Сопротивления еще времен второй мировой войны. Тогда массовая адекватность имела ярко выраженный антинацистский и антифашистский угол во всей Европе. А сейчас "гибридное Сопротивление" - в частности, по вопросу об установлении власти националистов на Украине, - это реалия сегодняшнего дня. Социальные же пространство и время гибридной войны исчерпаемы наступлением хотя бы 45%-й адекватности к граждан стран НАТО.

"Угол разворота" индивидуума по отношению к власти в России определился раньше, чем таковой в других странах. В.Путин заговорил о свободах и судьбах конкретных людей уже в 2012 г., после президентских выборов 4 март(2012 г.). Затем, после введения санкций против России (2014 г.) президент России выразил мысль о том, что именно импортозамещение будет тем рычагом, который подымет экономику страны.

Обстановка в мире была оценена президентом Путиным столь верно, что вот уже год с лишним в отношениях Украины с РФ проигрывается враждебный сценарий - а Украина - житница восточнославянского мира. Массовая индивидуальность в идущем полным ходом мировом кризисе перепроизводства принимает форму вызова общественному буржуазно-накопительскому устою общества "старых демократий". Мир обновляется.

В идеологии РФ не последнее место занимал термин "переходный период". Имелось в виду то, что предстояло пройти путь от слома эктенсивного производства тоталитарной экономики по построить новую, рассчитанную на удовлетворение потребностей любого гражданина РФ, с мощной социальной структурой. Однако, представляется, что переходный период в россии кончился в текущий мировой кризис, а новая экономика плюс новое образование построены не были (за исключением научного комплекса Сколково). К тому же, наложение санкций на Россию в 2014 г. мешает ее глобальному развитию и одновременно создает причастность каждого гражданина России к мировым процессам.

Массовая индивидуальность в стране не стала кризисным явлением, а скорее здравым ответом на экономические лишения. За какой-то год (с весны 2014 г.) была достигнута нормальная адекватность (45%), и у молодежи в России появился реальный шанс вписаться в освобождающиеся места на политическом Олимпе.

Именно через молодежь России велась "прокачка" социального времени, и именно молодежь с ее идеологией массовой индивидуальности смогла создать в России тот стандарт социалього времени, который диктует ныне крайне сжатые темпы необходимых реформ и государственных капиталовложений. Массовая индивидуальность - это знамение циклического кризиса перепроизводства, ломающая стереотипы ход а и и проецирования социальных реформ и настраивающая правительство почти на авральные действия в области экономики.

Политическая система новой, кризисной России, всецело подчиняется Президенту В.Путину. Правительственный центризм прежде всего выражается в легитимации институтом государства и права бывшего ССР (разумеется, не всех). При этом идеологическая работа, как представляется, помещается в рамки идеологеополитики, то есть в использовании массовой адекватности пропагандистскими методами с целью сменить политический угол. Уже вс 2012 г. , момента выхода майских указов В.Путина в стране развернулись антикризисные меры, что имеет целью: 1) вычленить Россию среди других затронутых кризисом стран, 2) наладить работу экономики, несмотря на санкции, введенные против РФ.

Не случайно зашла речь об изменении политического угла в рамках политической системы России. Гибридная война, в которой западные страны обвиняют Россиию, означает, что россияне с 45%-й адекватностью выпадают из социального простраства, оставаясь в социальном времени. Так, первое означает, что забываются корни родства в угоду конфликту межгосударственных интересов России и Украины, а второе заключается в том, что как граждане России, так и граждане Украины ощущают свой долг в первую очередь перед своими семьями, а во вторую - перед государством. Гибридную войну можно назвать новым Сопротивлением, причем оно разворачивается и на Украине (нежелание стрелять в граждан ДНР и ЛНР), и в России (стремление защитить носителей русской культуры и языка на Украине). Массовая интерактивность в России принимает гибридную войну как знамение века.

Массовая интерактивность - явление пространственное, поскольку речь здесь идет в первую очередь об общении через Интернет. Принимая это во внимание, представляется, что время у людей всего мира - социальное, то есть снижающее способность индивидуума к живому общенид. Думается, что вздорожание энергоносителей выгонит людей из их авто и наступит эра свободного общения. Здесь будут иметь особый вес страны ШОС и БРИКС - там, где присутствует постатолитарная Россия с ее новейший, сетевой экономикой. Массовая индвидуальность повышает и массовую соревновательность внутри отдельных стран и между ними: таков механизм массовой интерактивности, тем более, что в условиях первого мирового циклического крзиса XXI в. в Интернете разворачивается "война всех против всех", прямо и косвенно связанная с международным терроризмом. Следует снизить напряжение, создаваемое человеческой интерактивной контактностью, иначе наступит эра 99%-й адекватности, и, следовательно, мировой войн

Сейчас активно используется выражение "разворот". А можно ли просчитать площадь социального времени? Кое-где, а именно на территории "войны всех против всех", угол разворота относительно власти может быть создан при повальном отключении от машинного общения.

Сами условия протекания мирового экономического кризиса вместе с массовой адекватностью приносят и массовую интерактивность. Если это - мультиинтерактивность, то возникает феномен 99%-й адекватности и всеобщая нехватка времени индивидууму на себя.

Тем не менее, "угол разворота" 45%-но адекватных людей относительно власти говорит о том, что никто не хочет мировой войны, а, например, интерес к внутренним украинским делам в мире вспыхнул лишь как ммниимальная угроза европейской безопасности. Из "войны всех против всех" рождается современное Сопротивление и одновременно полевение центристских политических сил.

Сдвигов "влево" и "вправо", как было было, скажем, в ХХ в., в ближайшее время не будет. Будет смена углов разворота населения (индивидуумов) относительно власти. Тогда: власть будет равна социальной мощи, деленной на социальное время, и здесь будет проводиться абсолютное равенство социального времени и астрономического. Так будет в случае завершения процесса демократизации в России в пользу победы мультиформатно-интерактивной идеологии как государственной. Угол разворота граждан на постсоветском пространстве по отношению к российской власти - такой разворот может привести к усилению интереса к дальнему зарубежью с долгосрочному партнерству с ним.

Определив сущность гибридной войны как нового Сопротивления (крупному и крупнейшему монополистическому капиталу), следует остановиться на его социальном пространстве и социальном времени. Индивидуум привязан к компьютеру или любому гаджету - так, что все события в его жизни происходят как бы не с ним. Снизив социальный накал именно в "нише" социального времени, человечество могло бы больше уделять время своему здоровью и здоровью своих родных. Социальное пространство притом может продолжать находиться в определенном градусе влияния на индивидуума, поскольку Земля вращается, и потому этот градус - крайне небольшой.

Полевение центра во всех странах будет ощущаться таким образом: неизмеримо вырастет государственное финансирование для усиления потока социальных льгот и фактической покупки электоратов.

Приближается эпоха многополярности в мире. Нет рабочих типа XIX в., есть служащие на предприятиях - представители корпоративного капитала. Рабочему марксовой эпохи хорошо иметь "угол отклонения" 90 градусов и 99%-ю адекватность, так как нужна была его хорошая осведомленность о борьбе за права рабочего класса в рамках тогдашней всеобщей либерализации.

Сейчас же военизированное и милитаризированное население РФ сдерживается в своей борьбе за свободу корпоративного капитала "ручным управлением", и прежде всего В.Путина. В то же время гибридная война в Интернете, в которой не последнее место занимают граждане России (бывшей части СССР) находит аналоги в прошлом - движение Сопротивления во время второй мировой войны во всем мире. 30-летний договор о поставках газа из России в Китай (2014 г.) дополнительно заряжает милитаристскую обстановку в РФ, которую, несомненно, надо сбивать - и прежде всего углами разворотов населения страны к работе на новых производствах.

Правительные "пирамиды" в сетевой экономике в текущий мировой кризис перепроизводства при сворачивании производства имеют как бы "1" на входе и "1" на выходе. Такова особенность теперешняго построения политических рядов в России. Складывается нулевая политическая конфигурация. Последнее означает, чтоэлита полностью оторвана от народа,а, принимая во внимание ее фактическую однопартийность, - тем более, отсутствие политической конфигурации ведет страну к построению милитаризированной экономики на основе сетевого принципа.

В системе сетевой экономики РФ властвует самопозиционирование. Устанавливая самый дешевый Интернет в квартирах россиян, Запад надеялся, что таким образом ими будет обретена работа, но сейчас, в кризис, Интернет превратился в плацдарм корпоративного движения под лозунгом против монополитистического капитала.

Экономика России покоится на непрекращающемся экспорте углеводородов, и, таким образом, из нее выключены те, кого Маркс в XIX в. назвал бы рабочим классом. Торгово-производственная современная Россия - это корпоративный капитал, "уложенный" в основном в сетевой маркетинг. Новейшие технологии управления народным хозяйством налицо, поэтому есть смысл говорить о социально-экономическом развитии, пусть и без конфигурационном, в РФ.

Нулевая конфигурация, как представляется, может быть названа плоскостной конфигурацией. Тогда: именно социальное время оживляет "штилевую" обстановку в стране, которая замерла в ожидании большой войны. Социальное пространство же "убрало" в сверхправильные пирамиды производителей-потребителей, и в этой области теплится экономическая жизнь (мы будем говорить об этом ниже). Все сказанное означает, что политическая традиция России 1990-х гг. отжила свое.

Особенностью российской политической системы является ее градусность, то есть огромная армия взрослых мужчин (с семьями) могут бать управляемы градусно-угловыми, идеологеополитическими манипуляциями. Но насколько при готовности такой армии к войне, у нее есть желание воевать? В посттоталитарном обществе России, которое существует только какие-то 30 лет, есть внутренние ресурсы - например, остаток советской системы, который удачно сочетается с корпоративным капиталом, нивелирующим общесво и создающим "средний класс".

Может ли на современной российской почве вырасти новая политическая конфигурация? В первую очередь, самопозиционирование уйдет с мировым кризисом, с кризисом идеологии массовой индивидуальности. Его место займет позиционирование согласно государственно-корпоративному принципу капитализма. Переходный период в экономике России, как представляется, заканчивается, и становится ясно, что у экономики страны свой (общинно-пирамидальный) путь развития.

Итак, Россию ждет двойная реорганизация - на уровне общества и его элиты. Так, как думается, во время кризиса 2007 - 2015 гг. в мире возникли новые принципы управления. Сейчас они могут находиться в состоянии полиградусности. Мультиформатность в стране - залог ее демократического развития, и полиградусность уже вписывается в политическую систему России, рождая много законодательных инициатив, уже прямо связанных с личной властью В.Путина.

В политике может быть использована идеология массовой индивидуальности и массовой интерактивности: уже готова опытная база для пропаганды, хотя сейчас эта система далека от правительства. Предположительно, эта база - база для гибридной войны, для активистов Интернета - врагов монополий. Также можно предположить, что многополярность развития мира предрасполагает Россию к моментальному включению в мировую глобальную капиталистическую систему.

В годы кризиса угол отклонения указывает на тот угол разворота, за которым стоят реальные деньги. Человеческие (возможно, пирамидальные) сочленения в РФ дают понятия об истинно народных банках. Если Интернет в ближнем зарубежье стоит дороже, чем в РФ, то российские узлы связи не могут не взять командование над экономикой указанных стран, особенно совместными предприятиями. Интерактивность России сама по себе таким образом становится антикризисной мерой в мировой экономике.

Экономическая функция интерактивности, таким образом, налицо. А экономической функционирование массовой интерактивности?

Деньги зарабатываются и копятся одноформатно, что позволяет сохранить их функцию купельно-продажного-обменного средства. Существует мультиформатная интерактивность (индивидуализированное многоплановое видение мира). Значит, мультиформатная интерактивность может быть массовой, хотя и несет на себе отпечаток индивидуализма. Не в этом ли кроется современный буржуазный индивидуализм, который особенно выражен в "старых демократиях" (Англии, Франции и США)?

Массовая мультиформатная интерактивность способна застраховать корпоративный капитал от большинства рисков, и поэтому именно демократические государства выживут прежде всего в этот кризис. Следовательно, интерактивность имеет опосредованные связи с демократией как режимом, который, как в России, старается сдерживать указанные выше явления, подавая мероприятия (прежде всего внешней политики) в подробном официальном свете.

Интерактивность - это прежде всего общение. В нем угол разворота практически неуловим. Однако, если иметь в виду то, что каждый индивидуум в интерактиве предпочитает быть привязанным к своему компьютеру или гаджету, можно предположить, что интерактивность способна организовывать заинтересованные группы экономически. В частности, мошенническим способом строят фирмы-одновдневки из пустых пластиковых карт. Если интерактивность массова, это исключает или практически исключает проблему мошенничества и способно к экономико-созидательной деятельности. Уже ставшая традиционной (главным образом в государственных структурах) запись разговора клиента с лицом из обслуживающего персонала может обеспечить точность в деловых отношениях - и прежде всего индивидуума и государства - в такой стране, как Россия.

Вместо заключения.

Узлы отклонения в РФ и США в последние годы нового противостояния находятся, как явствует из принципа государственно-политического регулирования экономики в обоих государствах, в руках пиара.


"Четвертая власть" (СМИ), теснейшим образом связанная с пиаром, поддерживает необходимый уровень напряженности в обоих обществах граждан и порой пускается в рискованные игры ряди добычи информации.

Пиар является неотъемлемой частью гибридной войны, причины которой и ход которой мы затронули в главе 3. Для современной пиар- кампании против прессы "цветных революций" и поддерживающих их сил из Госдепа США уже не характерно поливание грязью за незрелый демократизм или даже за его отсутствие. Анализируя события 2007 - 2015 гг. в России, можно легко сделать вывод об укреплении государственной власти. Похожий процесс не может не идти в США, поскольку страны НАТО (и особенно Англия и Франция) являются сторонниками того уровня европейской безопасности, который бы обеспечил весь ход мирового обмена в рамках глобализации - то есть европейская безопасность явилась водоразделом между США и ведущими мировыми державами.

Крайнее напряжение интеллектов, создаваемое массовой индивидуальностью и массовой интерактивностью, ведет пиар во всем мире к кризису. Ведь, действительно, силы человека не бесконечны., конечно, если отмести легенду о "германском гении", "русском гении" и проч.

Предтавляется, что рассыпающиеся массовые Интернет-интерактив-идентичности не становятся "черными дырами" в мировом социуме. На это место приходят пиар-сообщества тех, кто делает нормальные "сэлфи". Стабильность какого -либо определенного СМИ удержать тоже очень трудно: так, много нареканий в России вызвали с 2013 г. трансляции телеканала "Россия - 1".

Представляется, что группы монополистов, в чьи руки попал в этот кризис корпоративный (по сути народный) капитал, полученный в результате развития сетевой экономики, строго придерживаются законов пиара - тем более что есть и закомерность полной оторванности элиты от народа в РФ.

Так, по крайней мере, выглядит ситуация, которую можно назвать и кризисом российских СМИ. Кто же реальный и кто же потенциальный носитель идеологии в стране, пока вполне успешно отвечающие психологическим атакам из США? Ответ: тот, кто обладает ресурсом власти - то есть поддержкой народа и государства. По пути огосударствления, как думается, пойдут по мере снижения накала кризиса все ведущие мировые державы и в том числе Россия.