Солнышко, лениво перекатываясь, осветило деревья и кусты, живописные холмики, покрытые мягкой травкой, и посреди поля небольшой, огороженный забором загончик. Там был сарай, два стога сена и корытце с водой. Но сегодня в одной стене загона, прямо посередине, стояли простые деревянные прямоугольные ворота с перекладиной. Они были открыты настеж.
Посреди загона, уставившись на ворота, стояли две козы.
- Что-о это такое, н-непонимаю, - проблеяла одна. - Вчера здесь этого н-не было.
- Я тоже н-ничего н-непонима-аю.
- Это что-то н-новое.
- Кто же их здесь поставил?
Они стояли пригнувшись, выставив вперед рога. Одну из них звали Ника, другую Агриппина.
- Не нравятся они мне, - сказала Ника после тяжкого раздумья. - Форма какая-то неэстетичная, на мой взгляд они слишком простоваты.
- И в них нет ничего нового, - добавила Агриппина.
- Вон там есть щербинка.
- Я тоже вижу.
Ника подошла вплотную к воротам и стала их внимательно вынюхивать.
- Да тут вся краска лежит неровно.
И она отошла, презрительно махнув хвостом.
- И вообще зачем они? У нас и так есть все, что нам надо, - коза оглядела дворик.
- Совершенно не нужны, - подтвердила другая коза.
Но тут произошло нечто странное. С мелодичным звуком, как будто кто-то невидимый заиграл на арфе, в перекладине ворот засияли и задвигались разноцветные буквы, из них сложилась бегущая строка, по которой можно было прочесть:

Волшебные ворота. Небывалые горизонты! Торопитесь! Тому, кто ступит за них откроется Новый мир.

Две козы так и хлопали глазами, пока музыка не кончилась, а с ней и все представление.
- Не может быть, - сказала Ника. - Я в это не верю.
- Конечно н-нет, - подтвердила Агриппина. - И потом там-м не было запятой.
- Что там может быть нового? Я ничего не вижу. Та же трава. По-моему напротив, эти ворота заслоняют вид.
- Трава - это не биологический вид.
- Да, конечно.
Обе козы покачали головами.
- А что если... - осмелилась Агриппина.
- Если что?
- Ну мы только немножко. Только высунем голову.
- Нет. - Ника понюхала воздух. - А что если это ловушка. Может быть за ними прячется злобный тролль. И только мы выйдем, тут он на нас и нападет.
- Ты думаешь?
- Я почти уверена. - Ника долго принюхивалась. - Да, так и есть.
- Великий Модер!
- Но откуда же еще они тут взялись?
Обе стояли бок о бок с крайне хмурым видом.
Агриппину снова что-то потянуло за язык.
- А что об этом говорит н-н... ннн... ыыы... Нострадамус?
И тут случилось второе чудо. С неба откуда ни возьмись на лужок упала толстая книга и, шелестя, раскрылась на странице 69.
Ника надела очки.
- Что, что там написано? - спрашивала Агриппина, толкаясь в бок.
- Сейчас посмотрим.
- Ну же! - умоляла Агриппина.
Уткнувшись мордой очень близко в текст, Ника медленно прочитала:

В тот год, как Юпитер взойдет к Козерогу,
Откроются двери в иные миры.
Лишь смелые звери ступают в дорогу,
Рискуя исходом опасной игры.

- Это про нас что ли? - спросила Агриппина.
Ника ничего не отвечала. Повисло тяжелое молчание.
- Пойдем отсюда.
Ника отвернулась и уверенно зашагала прочь. Агриппина потрусила за ней.


Солнышко взошло к зениту. Две козочки паслись на лужайке, совершенно игнорируя новые ворота, как будто их там и не было. Агриппина не выдержала.
- Нет, я больше не могу. Мы должны поглядеть, что там такое.
- Я тебе говорю, тролль.
- Но у нас же есть неуязвимое оружие, - Агриппина посмотрела в сторону сарая.
- Ну и что? Ты тролля никогда не видела?
- А вдруг там и правда откроются какие-то новые горизонты. Так было написано.
- Ничего там нет.
- Тролли боятся коз. Я читала у Андерсена.
Ника вздохнула и покосилась на ворота.
- А ты н-нэ испугаешься?
- Одна я бы испугалась, - призналась Агриппина. - Но я с тобой. Две козы - не одна коза. И потом было же предсказание.
- Лишь смелые звери ступают в дорогу,
Рискуя исходом опасной игры, -
процитировали обе и решительно пошли в сарай.


Войдя внутрь, они первым делом три раза поклонились Великому Модеру, деревянному истукану, стоявшему в углу, а затем чинно двинулись в соседнее помещение, отгороженное фанерой. Над входом туда полустершимися буквами можно было разобрать: "Матчасть".
Там они встали на задние ноги и сняли со стеллажей упаковки, развернули их и начали облачаться в комбинезоны с надписями:
"Защитная броня. В ней ничего не страшно".
Затем Ника вытащила неуязвимое оружие. С виду оно напоминало авторучку, но на самом деле это был грозный лазерный меч, отрубающий все. На головах их были дубовые шлемы, защищающие от дурного влияния, сквозь которые торчали их рога, а к бокам приторочено оружие. Агриппина вооружилась говнометом.


Ворота все так же стояли на месте, створки их распахнуты с самым невинным видом.
- Все-таки композиция какая-то неважная, - сказала Ника, еще раз осмотрев простые деревянные балки. - Ох, не мое это... Ну, была не была!
И они сделали шаг.
Вроде ничего не изменилось, только небо сделалось фиолетовым. Ворота и весь двор куда-то пропали, а под ногами у них протекал ручеек изумрудного цвета. Обе козы почувствовали, как будто на них снизошло божественное откровение, и они ощутили духовный оргазм. Каждая травинка под ногами была как родная. Широта окружающего мира пьянила и манила, куда там их тесному дворику. Ника наклонилась и лизнула из ручейка.
- Что это?
- По-моему ликер Шартрез.
- А почему небо в алмазах?
- У нас изменился спектр зрения.
- Нет, ну надо же...
Из-за куста вышел конь в очках.
- Приветствую вас, грациозные и бесстрашные лани! - заговорил Конь. - Вы сделали смелый шаг, прорвав загородь обыденности.
Лани покраснели и замахали хвостами.
Мир пах разнообразными запахами, хотя и не всегда приятными.
- Нет, правда? - сказала Агриппина. - А мы-то и не знали, жили в своем загончике.
А Ника добавила:
- Так вот он какой, Новый мир. Я всегда хотела в него попасть, но меня никогда не печатали.
- Теперь вы повидаете такое, что вам и не снилось, - продолжал Конь.
- Как интересно, - сказала Агриппина.
- Вас ждут всякие неожиданности.
- Надеюсь приятные ? - спросила Ника.
Конь слегка замялся.
- Это кому как нравится. Всяко бывает... Ну, желаю успеха! - сказал Конь. - А сейчас я удаляюсь.
И он ускакал.
Вместо него вышел какой-то какой-то мужик с мутным взглядом. В руке он держал плетку. Оглядев коз, он смачно промолвил:
- Быдло.
Ника страшно возмутилась.
- А вы кто такой?
- Вам это знать необязательно.
- Вас как зовут? Представьтесь сначала.
- Ну хорошо, Сидор я. Сейчас вас пороть буду.
- Это еще зачем ?
- Садо-мазо. Не увлекаетесь?
- Нет, что вы, - сказала Агриппина. - Мы не по этой части.
- Ну ничего, привыкнете.
И вдруг закатил глаза и страшным голосом, как плохой провинциальный актер в пьесе Островского, заорал:

- Лупили вас когда-нибудь по вымю?
По темю, по рогам, и между глаз.
Страдания Козы неисчислимы.
Лупили ль вас?

Ну как, настроились?

- Оставьте нас в покое. Мы сюда пришли не за этим, - строго сказала Ника.
- А потом, - усмехнулся Сидор, - я буду вас доить.
Но тут Ника, вдохновленная фиолетовым небом, неожиданно привстала на задние ноги и тоже разразилась:

- О человек, жестокосердный Сидор!
Ты весь мне сдался, как козе баян.
Ты хуже, чем козел, ты гнойный пидор,
И вечно пьян.

Сидор аж осекся. Агриппина нацеливала говномет.
Внезапно Сидор выронил плетку, задрал голову и издал громкий вой. Он начал быстро увеличиваться в размерах. Глаза его налились кровью, а сам он стал покрываться шерстью.
- Это же тролль, - в ужасе прошептала Агриппина.
- Да, это он. Злобный негодяй из тех, что всюду охотятся за невинными козочками. Маньяк.
- Я тебе говорила.
- Это я тебе говорила!
- Ника, я его боюсь.
- Ничего, прорвемся. Главное, держать строй.
Козы дружно выставили рога.
Тролль начал плеваться ядом. Но защитные скафандры делали свое дело, и ни одна капля не коснулась чистой шкурки. В ответ Агриппина дала очередь. Тролль взвыл, подхватил плеть, и яростно ею размахивая, начал изрыгать пламя. Но дубовый материал был непробиваем. Выставив рога, две козы организованно отступали вдоль шартрезного ручья.
Внезапно тролль съежился, сел на землю и заплакал.
- Я маленький, несчастный... никто меня не любит. А теперь еще и облили меня с головы до ног. Ну подоитесь хоть разок, ну что вам стоит...
- Не верь ему! - предупредила Ника. - Они очень хитрые. Только дашь слабину, он потом с тебя не слезет. Эти тролли ужасно подлые существа.
Тролль разразился отчаянным набором матерных ругательств. Но Ника, воспользовавшись своим оружием, все отразила в сторону. Наконец тролль, поняв, что с козами ему не совладать, позорно уполз под кусты.


Две подружки поздравляли себя с днем победы. Битва у Шартрезного ручья была выиграна. Ворота оказались тут же поблизости, но теперь они выглядели как триумфальные. Прошествовав парадным шагом, обе козы вернулись к себе во двор. Небо снова было голубое, а трава зеленая. Прежде всего они воздали торжественное благодарение Великому Модеру, который не оставил их в бою, а затем перешли к медленному поеданию своей привычной жвачки. Недавнее происшествие воспринималось, как будто они грибков объелись. Все же нет на свете ничего лучше, чем милый родной загон!
- Поначалу там было интересно, - вспоминала как-то Агриппина, - но потом... потом просто постмодернизм какой-то.
- Я с са-ммого начала была против этого экстри-мма, - отвечала Ника.
- Слушай, а он больше не придет?
- Н-нэ думаю. Он н-нэ посмеет.
- А что если он вернется? - спросила Агриппина. - Говорят, иногда они...
- Т-ссс... Не произноси этой кошмарной фразы.