Аннотация: Никогда не знаешь, в какой ад могут завести невинные на первый взгляд приключения.
Вера
Олег Владимирович, мужчина, что называется, в самом расцвете сил, практически устроил свою жизнь. У него был полный набор средне обеспеченного жителя страны. Трёхкомнатная квартира, полностью обставленная всем необходимым - от мебели до бытовой техники, в том числе встроенным в стену несгораемым сейфом, в котором хранились важные документы и деньги, и также спрятанным в стену баром с холодильником и набором из довольно приличных напитков. Работа приносила весьма неплохой доход и создавала уверенность в завтрашнем дне, поскольку относилась к не рисковой области, и попасть под сокращение или увольнение в случае кризиса можно было не опасаться. Доходов хватало на ежегодные поездки на хорошие курорты, на юг, за границу. Разумеется, на близко расположенной автостоянке находился новенький Рено, на котором Олег Владимирович изредка выезжал на природу или на работу.
В общем, жизнь, как говорится, удалась, до пенсии было ещё, ой, как далеко и иногда равномерное течение устоявшегося быта вызывало лёгкую грусть. Олег не был авантюристом и избегал ненужных приключений и связанных с ними треволнений. Лишь изредка он позволял себе безобидные, как ему казалось, выходки. Понятное дело, что такой завидный жених знал себе цену и не торопился отдаться в первые попавшиеся руки. Лёгкий флирт, ни к чему не обязывающие отношения случались время от времени, но серьёзной привязанности всё не было. Семья пока что не была целью в жизни Олега, и он наслаждался свободой.
Когда появлялось свободное время, и осадок после очередного не очень удачного романа развеивался, Олег выходил в интеренет и начинал переписку с одичавшими от одиночества дамами. Собеседником он был неплохим. Никогда откровенно не навязывался, не делал до последнего момента никаких предложений о встрече, а просто вёл этакую светскую беседу. Он давно понял, из слов своих многочисленных собеседниц, что интернет на сайтах знакомств заполонили сексуально озабоченные юнцы и такие же озабоченные лица некоторых южных национальностей. Почти каждая из собеседниц буквально через пару - другую сообщений выражала откровенное удивление интеллектом Олега, его тактичностью и доброжелательностью. Это нравилось и Олегу и он постоянно поддерживал такой имидж. Это было весьма оригинально, поскольку анкета Олега была полнейшей противоположностью этого имиджа. Выглядело это, пожалуй, примерно, как встретить где-нибудь в джунглях размалёванного дикаря, утыканного перьями и обвешенного костяными бусами, с луком и копьём в руках, который вдруг начинает цитировать Пушкина и спорить о парадоксе Эйнштейна Подольского Розена. Вообще Олег по непонятной причине любил парадоксы, контрасты и сам невольно вёл себя парадоксально, контрастно.
В этот вечер на его анкету набрела новая посетительница.
--
Привет, Адамар! Тебя и вправду интересует секс?
Олег открыл анкету девушке. Удивило, что ей было всего 20 лет, против 38 лет Олега. Похоже, девушка испытывала явные симпатии к зрелым мужчинам.
--
Привет, Синтинелла! Да, в моей анкете всё - правда.
Анкета у Олега, который выбрал себе ник Адамар, была просто образцом похотливости. Адамар хотел познакомиться с девушкой в возрасте от 20 до 35 лет с целью дружбы, общения, регулярного секса и секса на один-два раза. Хотел, чтобы девушке был нужен именно секс, а не всякие там шоп-туры. Некоторые прямо так откровенно, считая это верхом остроумия, заявляли, что предварительный шоппинг лучше, чем предварительный петтинг. Ну, шоппинг, так шоппинг. Пусть и идут в свою шопу.
--
А ты симпатичный. Тебе и на самом деле 38 лет? - спросила Синтинелла.
Олег знал, что выглядит моложаво, ему обычно скидывали лет пять. Неопытные могли скинуть даже десять лет. Но частенько Олег шаловливо кокетничал:
--
Нет, ну, что ты. Это не сейчас 45 лет.
--
Не скажешь. Выглядишь ты лет на 40.
Вот так пококетничал, усмехнулся Олег.
--
И что, тебе действительно нравится доводить девушку до экстаза?
--
А у меня так и написано в анкете?
--
Да, так и написано. И что тебе нравится женщину ласкать, быть с нею нежным.
--
Ну, конечно! Разве это может кому-нибудь не нравиться?
--
Может, ещё как может. Мужики только на словах такие замечательные. А как доходит до дела, то никакого толку.
Разговор принимал интересный оборот, и Олег почувствовал, что встреча вот-вот и состоится. Слово за слово, разговор всё более переходил в откровенную, интимную стадию. Скачав несколько фотографий Синтинеллы из её фотоальбома, Олег отметил, что она очень даже в его вкусе: черноволосая, невысокая с неприметной полнотой. Одевается со вкусом, модно. И, главное, очень симпатичная.
Разговор всё больше и больше приближался к решающей фразе: встретимся? Олег уже явно ощущал, что Синтинелла ждёт от него приглашение и наверняка примет его. Приглашать к себе домой сразу же Олег не хотел, поэтому решил пригласить на квартиру мамы, которую сдавали постояльцам, но сейчас она временно пустовала. На часах было уже десять часов вечера, за окном было ещё светло, август на дворе.
--
А что, Синтинелла, может быть встретимся за рюмочкой кагорчика?
Вообще-то, Олег не пил вообще и в алкогольных напитках был, что называется, профаном. Свой бар он набил напитками с помощью друзей, знающих в них толк, а сам туда практически не заглядывал.
--
Давай, встретимся. Только я не пью, если хочешь, можешь себе что-нибудь взять.
--
О! Это интересно! - девушка стала Олегу ещё симпатичнее, - Кстати, меня зовут Олег.
Девушку звали Вера. Договорились встретиться на площади, возле кафе, там, где была небольшая площадка и многие влюблённые назначали место встречи именно здесь. Олегу это было удобнее вдвойне, поскольку это было в двух шагах от дома.
Чтобы не заставлять даму ждать, Олег собрался и к назначенному времени - к одиннадцати часам был уже на месте. К его удивлению, Вера его опередила и уже была там.
--
Привет, Вера! - Олег с интересом рассмотрел её.
Короткая курточка с молодёжными фичами на всех мыслимых и немыслимых местах. Коротенькая джинсовая юбочка и аккуратненькие туфельки с какими-то блестящими стразами пряжками. Короткая, почти под мальчика стрижка. В ушах длинные серёжки в форме колец с замысловатыми подвесками внутри. Косметики на лице не было заметно, да в ней и не было особой необходимости, с её-то симпатичностью.
--
Привет, Олег! - Вера подала руку для рукопожатия.
--
Пойдем ко мне или сначала в кафе? - предложил Олег.
--
Давай сначала в кафе, - согласилась Вера. Но тут же спохватилась, - А к тебе далеко? Мне нужно забежать сначала домой. Надо.
--
Нет, до меня три остановки на автобусе.
--
А у тебя что, нет машины? - достаточно спокойно, равнодушно спросила Вера.
--
Есть... Хочешь покататься? Лень было на стоянку идти, здесь и без машины недалеко.
--
Нет, кататься я не люблю. Ну, давай, быстренько ко мне забежим?
"Быстренько" предусматривало маршрутку, остановка которой была рядом, за кафе. Ждать её не пришлось и через пять минут Олег и Вера вышли возле Центрального Универмага. Пройдя через арку в здании, они подошли к довольно старенькой пятиэтажке - хрущёвке и поднялись на пятый этаж.
--
Вер, я тут подожду, хорошо?
--
Ладно, я быстро.
Она открыла массивную добротную металлическую дверь и вошла внутрь. С удивлением Олег заметил какую-то надпись на внутренней стороне двери, заканчивающуюся цифрами: 666. Какой-то сатанисткий прикол, подумал он.
Веры выбежала из квартиры минуты через три и направилась к Олегу.
--
Пошли!
--
Пошли. Интересная надпись у тебя на двери, - на ходу бросил Олег.
--
Палата номер 666? Понравилось? - рассмеявшись, Вера остановилась.
Затем повернулась и стала подниматься по ступенькам:
--
Идём, я тебе кое-что покажу! У меня интересно!
Олег в нерешительности последовал за ней. Вошли в квартиру. На железной двери изнутри, действительно, была надпись: Палата номер 666. В квартире царил полумрак, только бледный красноватый свет из щелей прикрытых дверей комнат. Вера прикрыла дверь квартиры и щёлкнула внутренними запорами. Щелкнул выключатель, и в прихожей вспыхнул бледный свет лампочки. Олег вздрогнул.
Казалось, они вошли в подземный грот. Квартира была не менее, чем четырёхкомнатная. Невообразимо просторная прихожая, стены которой были вымощены плиткой, имитирующий грубо отёсанные камни. Двери комнат были разрисованы так, будто это массивные дубовые двери, обитые тяжёлыми металлическими полосами, способными выдержать удары бревна.
--
Что это? - не то восхищённо, не то встревожено спросил Олег.
--
Это живём мы здеся, - ответил хриплым испитым голосом парень с внешностью дикаря, открыв одну из дубовых дверей и выходя в прихожую, - Кто это, Синтя? Друга привела?
--
Да, Жога, это мой парень, - ответила ему Вера - Синтя.
Олег присмотрелся к парню. На нём были шорты, из-под которых торчали толстые волосатые ножищи. Из-за густой растительности казалось, что он был в шерстяных штанах, поверх которых были надеты футбольные трусы. Сверху на нём была шерстяная безрукавка-жилетка, из-под которой виднелась такая же густая шерсть. Чуть выше растительности виднелась татуировка неопределённой тематики. Толстые, мощные ручищи всё с той же растительностью. Ну, и буйвол, подумал Олег. И тут он обратил внимание на всклокоченные волосы на голове буйвола. Нет, не сами волосы привлекли внимание Олега. Мало ли людей, не дружащих с расчёской. На голове буйвола Олег увидел... рожки. Можно было предположить, что это просто декор такой, новогодняя примочка: рожки на резинке. Нет, ни резинки, ни верёвочек или подложки, к которой крепились эти рожки, Олег не видел. Рожки явно были приклеены к голове. Или росли на голове, с внутренним содроганием подумал Олег. Машинально он бросил взгляд на поясницу Жоги, ожидая увидеть позади него хвост. Хвоста, к счастью, не было.
Странно, но этому имиджу весьма бы шёл отвратительный алкогольно-сигаретный запах изо рта быка. Но запаха не было, бык вполне уверенно держался на ногах.
Вера разулась и кивнула Олегу: разувайся, проходи. Олег скинул туфли и с опаской проследовал за Верой. Они вошли в дальнюю комнату и прикрыли за собой дверь. Комната оказалась не менее экзотичной, чем прихожая. Посредине стояла большая деревянная кровать в каком-то средневековом стиле. Четыре столба по углам и тюль по периметру. Сверху неяркие серебристые светильники на каждом из столбов, а в изголовье - огромное зеркало. Единственное окно в комнате было зарешечено массивной металлической кованой решёткой, а стены разрисованы под крупные каменные блоки опять же в каком-то средневековом стиле. Вера заметил настороженный взгляд Олега в сторону окна:
--
Декорация. Правда, красиво и оригинально?
Олег неуверенно кивнул.
--
Хочешь меня? - вдруг спросила Вера, приблизившись вплотную к Олегу и обхватив его руками за шею.
Олег не успел ничего ответить, Вера стала стягивать одной рукой с него рубашку, а другой стряхивать с себя курточку. Затем коротким рывком сорвала с себя юбочку. Оставшись в одном полупрозрачном топике, она повернулась и, откинув тюль, прыгнула на постель. В неярком серебристом свете Олег отчётливо разглядел на спине и ягодицах Веры татуировку. Это была широко разинутая пасть тигрицы.
Прошло уже, наверное, несколько часов. Зарешеченное окно скрывало свет, и трудно было понять, сколько времени прошло на самом деле. Вера была очень искусна в любви. Настолько искусна, что Олег с удивлением обнаружил в себе невероятную мужскую силу. Он не мог даже предположить, что способен четвёртый, пятый или даже шестой раз испытать неописуемое блаженство. Вера требовала ещё и ещё, и Олег каждый раз с восхищением наблюдал, как она взрывалась в экстазе, и проваливался вместе с нею в короткую томную дрёму. Но уже через небольшое время чувствовал, что Вера вновь манит его, вызывает сладкие чувства. Это было что-то неестественное. Время будто остановилось.
Наверное, было уже утро, когда Олег будто в дурмане попытался подняться с постели. Он почти не ощущал своего тела, рук, ног. Будто пьяный, качаясь, с трудом удерживая равновесие, он сел на кровати. Повсюду валялись презервативы, упаковки от них. Ничего себе, я постарался, подумал Олег. Рядом спала Вера.
Олег попробовал встать. Ноги не слушались. Это было странно, поскольку собственно усталости Олег не ощущал. Попробовал повернуться с намерением разбудить Веру. Никак... Руки совершенно потеряли чувствительность, в голове смешение мыслей, они текли вяло, и никак не удавалось сосредоточиться.
Открылась дверь в комнату. Вошли двое: Жога и высокий парень в белом халате. "Вот, доктор пришёл" - вяло подумал Олег. Он не сразу понял, что халат на "докторе" был не такой. Скорее, это был балахон, а за спиной у "доктора" висел капюшон. Доктор и Жога подошли к Олегу и подняли его под руки. Олег безвольно висел на их руках, и они буквально поволокли его. Образы замелькали в глазах Олега как ускоренное кино. Он не успевал оценить, воспринять окружающее и очнулся лишь, когда почувствовал, что лежит на чём-то твёрдом, металлическом. Силы окончательно оставили его и он даже глаза открывал с трудом и не полностью. Он испытывал полнейшее равнодушие и хотел спать. Но что-то в глубине подсознания сильно его тревожило, и он тщетно силился осознать происходящее.
Вновь подошёл доктор и склонился к самому лицу Олега. Раскрыл пальцами ему поочерёдно веки. Повернувшись в сторону, что-то сказал. Голос его доносился будто откуда-то издалека, глухой и басовитый.
Изображение перед глазами Олега вдруг поплыло, и, когда оно вновь замерло, Олег увидел, что сидит в каком-то кресле. Руки лежат на подлокотниках. Ни пошевелиться, ни что-либо сказать он никак не может. Кресло было непонятным. Металлическое, блестящее, по оттенку чем-то напоминающее серебро. Подлокотники были резными и изящно обхватывали локти Олега, поддерживая руки и не давая им спадать даже без воли Олега. Грудь обхватывал металлический корсет, как догадался Олег, поскольку он его не видел. Зато он видел собственные ноги. Книзу кресло раздваивалось, и ноги поддерживали такие же держатели, как и под локтями. "Похоже на гинекологическое кресло" - подумал Олег. Только держатели были такие же резные и обхватывали ноги в нескольких местах, не давая им соскочить, фиксируя их в определённом положении: широко раздвинутыми. Одежды на Олеге не было, насколько он себя видел.
Это анализ обстановки должен был занять буквально несколько секунд, но Олегу показалось, что прошла целая вечность. Он сильно устал и уже готов был провалиться сон, как вдруг почти подсознанием заметил нечто жуткое. Похожее кресло чуть сбоку от себя. Кресло было на высокой ноге и на подставке с колёсиками. В кресле сидел зафиксированный человек. Олег догадался, что это точно такое же кресло, что там сидит, как и он, какой-то человек, только... от колена и почти до пахов у него были обнажены кости! Кресло было устроено таким образом, что эти части тела были совершенно свободны, открыты для доступа. Держатели тела были выше таза и ниже коленей. Ноги широко раздвинуты и от колена до таза на них не было ничего, кроме костей!
Олег видел это чуть искоса, но он, казалось, видел всё это отчётливо: от колена плоть бедняги была будто многократно надрезана. Так, будто с ног бедняги кусками срезали мясо! Олег вяло и с трудом осознавал ужас виденного. Цвет оставшейся по краям плоти соседа был ему знаком: так выглядит мясо, которое зажаривают на медленном огне.
В комнату вошли двое других "докторов" в белом. Нет, это были уже не халаты: эти двое напоминали, скорее, официантов - белые рубашки, чёрные бабочки. Они покатили тележку с жертвой в сторону, и Олег с плохо осознаваемым страхом понял, что жертва жива и в сознании: глаза мужчины были чуть приоткрыты и губы вяло шевелились. "Кресло" бедняги чуть развернулось, и Олег увидел, что между ног у него такие же следы срезов - гениталии отсутствовали, а кожа вокруг них имела отчётливый "варёный" вид.
Такой кошмар не мог быть реальностью. Олег вдруг догадался, что от активной ночной истории сильно переутомился и просто уснул. И видит этот ничем не объяснимый кошмар. Но тут же осознал, что никогда во сне не думал о том, что спит. Нет, это не сон!
"Официанты" подошли к Олегу. Развернув "кресло" они покатили его куда-то. Заторможенное сознание не успевало обработать всё, что видели глаза, и вновь Олег очнулся только тогда, когда его куда-то доставили. Перед ним была стена, разрисованная какими-то мистическими образами. Картинки были невысокой художественной ценности, это Олег смог осознать. Два официанта начали какое-то копошение возле Олега. Сначала они принесли какое-то приспособление цилиндрической формы и разомкнули его на две полуцилиндрические половинки. Опустив их вниз, они сомкнули полуцилиндры на ноге Олега. Такую же манипуляцию они проделали и над второй ногой. Теперь на бёдрах Олега были надеты большие трубчатые "штаны". Олег вдруг почувствовал, как сознание медленно возвращается к нему. Ему уже не было так вяло и безразлично, он осознал смысл происходящего. Ужас пробежал по бесчувственному телу Олега.
Официанты закончили свои приготовления и стали поворачивать кресло. Немного ожившее сознание Олега стало вдруг успевать за событиями. Как в замедленном кино он видел вращающийся над головой потолок и стены. Везде сатанистско - религиозная тематика из чертей, адских пейзажей, божественных сюжетов. Вот кресло развернулось полностью, и Олег увидел перед собой длинный стол, за которым восседали в белых халатах с надетыми на лица колпаками люди. Было их слишком много - больше десяти на каждой стороне стола. Перед ними стояли широкие блюда и высокие металлические кубки. Возле боковой стены поодаль высилось ещё более жуткое приспособление, чем кресло Олега. Это было что-то похожее на вешалку с крюком наверху, на которые вешают туши животных на мясокомбинатах. Только эта вешалка была слишком декоративной: разная стойка, перекладины, подставка. Олег с ужасом пытался отвести взгляд, но не мог: он упорно цеплялся... На крюке была подвешена обнажённая женщина. Ноги возле щиколоток были связаны, и связка зацеплена за крюк. Руки за кисти закреплены в такие же, как и у Олега держатели. Волосы схвачены в металлическую плетёную оправу, а голова слегка запрокинута назад. "Девушка" - осознал Олег. Молодое, стройное тело, высокая упругая грудь, гладкий живот.
Жертва была подвешена под самый потолок и голова её находилась на уровне груди официантов. По неуловимым признакам Олег понимал, что девушка... жива. И, как Олег, находится в беспомощном состоянии. Теперь уже Олег догадался, что их просто накачали какими-то транквилизаторами, наркотиками или какими-то ещё обездвиживающими препаратами. Когда накачали его, он тоже начал догадываться. Скорее всего, презервативы, которыми его снабдила Вера, были смазаны такими препаратами. Отсюда, очевидно, и небывалая мужская сила Олега.
Официанты приблизились к девушке. На плечах у неё было закреплено тоже какое-то приспособление. В нижней его части Олег разглядел... краник. Накинув девушке на шею что-то похожее на корсет, один из официантов подставил под краник прозрачны кувшин. В него тонкой струйкой стала стекать кровь. Набрав не больше стакана крови, официант уступил место другому и направился к столу. Переходя от одного "едока" к другому, он разливал в их кубки мелкими порциями кровь, отобранную у девушки. Пиршество вампиров началось.
Чудовища торжественно подняли бокалы и пригубили их. К Олегу подошли официанты и вновь начали манипуляция возле его ног. Сняв одну из "штанин", они убрали её куда-то в сторону. Затем стали по очереди подходить с широкими блюдами и большими ножами. Лишь краем глаза Олег замечал какие-то манипуляции внизу. Но он понимал, что там происходит. Отсутствие боли было слабым утешением, ведь было очевидно - это смерть.
Вот один из официантов поднял свой поднос и, положив на него нож, понёс его к столу. На подносе лежали куски мяса. Это были куски, срезанные с ноги Олега. Участники пиршества неотрывно следили за манипуляциями официантов и довольные размахивали в воздухе ножами и вилками. Официанты вновь обходили их одного за другим, откладывая им небольшие куски мяса. Странная смесь отвращения и ненависти наполняла Олега. Он не ощущал боли, но сознание медленно убивало его ожиданием неизбежной жуткой боли, когда действие наркотиков закончится.
Официанты раз за разом подходили к Олегу и уносили пиршествующим чудовищам кусок за куском плоть Олега. Бессилие и злоба... ужас... предчувствие боли... осознание неизбежной смерти... Олег был бессилен, что-либо предпринять.
Вдруг в дальнем конце комнаты распахнулась дверь. Вошла, нет в комнату вплыла Вера... На ней был пёстрый наряд восточной танцовщицы. Они изящно извивалась, переходя от одного чудища к другому, кокетничая с ними, вращаясь, делая откровенные интимные движения. Танцуя, она обошла весь стол, затем более быстрым шагом приблизилась к Олегу. Будто из глубокого колодца до него донёсся её голос:
--
Привет, Адамар! Как дела?
И, игриво извиваясь, отошла, не дожидаясь ответа. Да и мог ли Олег ответить ей, ведь он не был в состоянии шевельнуть ни одним органом. Лишь веки и зрачки с трудом подавались ему.
Но Вера, издеваясь над беспомощной жертвой, вновь приблизилась к нему и прокричала в ухо:
--
Как тебе сегодняшняя ночь? Тебе понравилось?
Смеясь и кружась в танце, она опять отправилась в свою карусель вокруг стола. Всё, на что был способен Олег, это ненавидеть эту змею и всю её компанию, в бессилии что-либо предпринять.
Пока Вера кружила вокруг пиршествующих чудовищ, к Олегу подошли официанты. Издалека Олег видел, что они несут новое приспособление. Пиршествующие отложили приборы и, хлопая в ладоши, уставились на Олега. Официанты приблизились, держа в руках что-то среднее между ковшом и медицинской уткой. Олег догадался о назначении этого приспособления. Держа его в руках, официанты медлили. Причина стала ясна, когда приблизилась Вера. Она подошла почти вплотную и стала совершать какие-то ритуальные движения над нижней частью живота Олега. Нетрудно было догадаться... Пиршествующие были в восторге.
Но вот официанты приладили свой пыточный гаджет к Олегу и отошли в сторону. Вера склонилась над ухом Олега:
--
Не ходите, дети, в Африку гулять! В Африке - акулы, в Африке - гориллы, в Африке - большие злые крокодилы!
Цинизм этой вампирши, это сатаны был неизмерим.
--
За что?! Что же вы творите, чудовища?! Выродки человечества! - мысленно закричал Олег.
Никто его услышать не мог, никому не было дела до его страданий. Вера вновь прокричала:
--
А хочешь, я тебя освобожу? Ты мне понравился... особенно твой мальчик!
Она наклонилась над лицом Олега:
--
Ну, согласен? Покачай глазами из стороны в сторону!
Олег не относил себя к тем, для кого "всё или ничего". Искалеченный, без всякой надежды остаться в живых, он, тем не менее, качнул зрачками. Искалеченному уроду... зачем ему это? Измученное сознание устало сопротивляться психологической пытке и медленно, как свет в кинозале, угасло...
Пробуждение
Сквозь закрытые веки Олег почувствовал свет. Бесконечная усталость... Она с трудом приоткрыл глаза... Чистый белый потолок... стены... окно... Рядом с постелью стоит стойка и в ней система с капельницей. Всё в мутном тумане.
Кто-то вдруг склонился над ним... Олег вздрогнул всем телом: Вера!
--
Он открыл глаза! - произнесла Вера куда-то в сторону. Затем Олегу: Всё будет хорошо!
Не веря, что всё закончилось, Олег неожиданной для себя спросил её:
--
Почему "Палата номер 666" написана на внутренней стороне двери, а не снаружи?
Он никогда не задавался этим вопросом, и почему спросил это именно сейчас, не понимал. Вера ответила: