Абаров Птерон Василь-Евдокиевич. Смысл жизни... найти и не увидеть

Показалось? Сознание будто на мгновение отключилось, и вот я вновь прихожу в себя. Будто просыпаюсь. Открываю глаза... Где это я? Небольшая комната, очень похожая на спортивную комментаторскую кабину, какие я много раз видел в фильмах. С одной стороны вместо стены - стекло, за которым виднеется небо и внизу - будто снежная пустыня - облака. Вид, ну, точно, как из самолета. Только неподвижный. Снаружи, прямо перед кабиной, чуть ниже, виден длинный стол, установленный прямо на облака. За ним сидит группа людей в белом, человек десять - пятнадцать. Все по бокам стола, а один, видимо, главный - на дальнем конце стола.

Боковые стены кабины - обычные, сзади... Обернувшись, я увидел девушку.

-- Привет! Ты кто? И где мы находимся?

-- Я - Ангел счастья. Моё имя - Рада. Мы находимся во вневременьи.

Я окинул её взглядом. Одета она была, действительно, как ангел. Вся в белом, из-за спины выглядывали небольшие крылышки, не полетаешь, на голове - шапочка, стилизованная под нимб. Ну, просто спектакль какой-то. Посмотрел в окно кабины - там тоже, оказывается, все люди были с крыльями.

-- Бог. А рядом - архангелы.

-- Да-а-а?! Так где, говоришь, мы находимся?

-- На небесах, в зале ожидания Суда Божьего.

-- Ничего себе... А что, я уже умер?

-- Нет, пока ещё не умер. Сейчас будет решаться вопрос о твоей дальнейшей судьбе.

Она подняла руку, указывая на окно. Я обернулся туда, куда она указывала. За окном вид изменился. Казалось, что мы теперь будто летим на вертолёте над городом, опускаясь всё ниже и ниже. Вот мы оказались прямо над зданиями... и тут я узнал свой город. С такой высоты я его ещё никогда не видел, поэтому и не узнал его сразу. Мы опускаемся до высоты примерно третьего этажа и продолжаем полёт над улицами, транспортом, людьми, спешащими по своим делам. Никто нас, похоже, не видит, поскольку никак не реагирует, а ведь полёт вертолёта на такой высоте над оживлёнными городскими улицами должен произвести большое впечатление и уж никак не может остаться незамеченным.

Мы летим давно знакомым мне маршрутом, по которому многие годы подряд я ходил на работу. Вот внизу показался троллейбус... так, присмотримся... точно! Номер моего маршрута. Сейчас, конечно, не то время, в которое я на нём ездил, поэтому вряд ли я увижу в нём знакомые лица - все уже пришли с работы домой, вечер.

Наш вертолёт плавно скользит над улицами, сворачивая то вправо, то влево, но я не ощущаю этих поворотов. Ничего удивительного: ведь это же всего лишь видеозапись. Вот и мой дом. Жутковатая картина: стремительно приближающееся здание, сейчас врежемся, как Боинги в американские башни-близнецы. "Вертолёт", действительно, проносится сквозь окно, и мы оказываемся в моей квартире. Ничего, разумеется, не разбито, не разрушено, и "вертолёт" резко сбросил скорость до пешеходной. Теперь кабина медленно движется по квартире. Коридор, дверь ванной, мы входим внутрь и останавливаемся.

Некрасиво, конечно, подсматривать за моющимися в ванне людьми. Но это был не кто-то, это был я сам. Получается, что за мной всё время велось наблюдение, и кто-то записал всё на ленту.

-- Это что ещё за шпионаж?

-- Это не шпионаж. Ты забыл, где находишься? Здесь хранится летопись всей твоей жизни. Не только внешней, но и той, что ты прожил в душе.

То, что мы видели, я помнил плохо. Это были последние минуты моей жизни. Да, на экране кабины шёл фильм о том, как я покончил с собой. Это я хорошо сказал!

-- Тебе придётся объяснить свой поступок небесным судьям.

-- Если они небесные и всё знают о моей жизни, то зачем им мои объяснения?

-- Да, они, конечно, всё знают. Но объяснения нужны не им, а тебе. Давая ответ за свой поступок, ты сможешь всё осознать и признать свою вину. Тем самым можешь заслужить прощения.

-- Но я никогда не верил в бога, поэтому мне в любом случае полагаются адские муки. Я и сейчас в него не верю. Если всё, что мы видим на экране, действительно произошло, то это просто сновидения, последние иллюзии, миражи умирающего мозга, сознания.

-- Ну, и что? Пусть ты не веруешь, пусть я и все эти картины - иллюзии твоего гаснущего сознания. Поговорим о них, пока костёр не погас.

А что... Логично. Если я медленно умираю, если последние минуты моей жизни - это сон, видения, иллюзии... можно и поговорить.

-- Так ты, говоришь, Ангел счастья?

-- Да.

-- Странно. А почему в последние мгновения мой жизни ко мне пришёл Ангел счастья, а не Ангел смерти, например? Как-то плохо сочетаются друг с другом счастье и смерть.

-- Ну, почему же плохо. Очень даже хорошо. Это две половинки одного целого, две противоположности.

-- Мне кажется, что у смерти противоположность - это жизнь, а у счастья - несчастье.

-- А ты подумай хорошенько.

Подумай, подумай... Сама думай, мне сейчас не интересно. Я не заметил, как в кабине обстановка слегка изменилась. Откуда-то вдруг появились два кресла, которых я до этого не замечал, и мы сели в них. Интересно, а не мешают ей крылья сидеть в кресле?

-- Нет, не мешают.

Ну, вот, даже подумать нельзя. Мысли читает.

-- Расскажи, почему ты решился на такой поступок.

-- Покончить с собой? Это лишь заключительный аккорд к тому, что уже давно закончилось. Покончилось.

-- И что же за музыкальная пьеса у тебя завершилась таким кровавым аккордом?

-- Пьеса - трагедия. А, может, комедия, это как посмотреть. Моя жизнь.

-- Тебе не нравилась твоя жизнь?

-- Ну, почему... Нравилась. Пока была жизнью. Но она закончилась. Потеряла всякий смысл. Впереди была полная пустота.

Эта симпатичная девушка - ангел, похоже, раскрутила меня на философскую дискуссию. Она, действительно, была довольно привлекательной. Надо же, ангел, а вызывает такие не духовные, плотские желания. Искушает, так сказать.

-- А что, задержался бы в живых, чтобы предаться греху с ангелом?

Я даже рассмеялся. Ангел, а остроумная, запросто укольнёт.

-- Почему бы и нет. Только поздно, как я понимаю.

-- Нет, ещё не поздно.

-- Как не поздно? Я же вскрыл себе вены, вода вон вся кровавая.

Страшно вспомнить. Острая бритва с колющей болью надрезает кожу. Уфф! Аж мороз по коже. Однажды знакомый медик рассказал мне о попытках суицида, с которыми ему приходилось сталкиваться. Таких самоубийц довольно часто удаётся спасти. Но вместе с венами они обычно режут и сухожилия, поэтому впоследствии человек становится калекой - рука плохо работает, висит плетью. Поэтому, когда я решился на похожий поступок, я поступил осторожнее. Никаких резких движений наотмашь. Осторожно, крошечными надрезами... только вблизи от вены. Боль, конечно, была, но не такая сильная. Поэтому через несколько минут надрез оказался достаточно глубоким, и из вены брызнула струя...

-- Почему ты выбрал такой способ? Как бы считается, что этот способ более характерен для женщин, девушек. Ты в душе ощущаешь себя девушкой?

-- Издеваешься? Нет, девушкой я себя, разумеется, не ощущаю. Это был тонкий расчет.

-- Ну-ка, ну-ка, поподробнее, что за расчёт?

Подробнее, так подробнее. В детстве я был довольно подвижным, поэтому частенько ходил забинтованным, поранив себе то руку, то ногу. Как правило, бинт через некоторое время прилипает к ране. Врачи и родители в таких случаях рекомендуют удалять бинт рывком, чтобы боль была краткой. И удаляли. Став чуть постарше, я воспротивился этому садистскому методу. Больше никогда и никому я не позволял удалять бинт таким образом. У меня выработались два способа безболезненного удаления присохших бинтов. Сначала ножницами я обрезал всё лишнее, оставляя только один отдельный кусок бинта прямо на ране. Заживало на мне всё относительно быстро, поэтому этот кусок иногда я просто оставлял нетронутым, через некоторое время он сам отваливался. Если рана была большой, и появлялись открытые, не высохшие участки, то мази и бинты я наносил на них. Сверху на всё это накладывал уже новый, чистый бинт. Другой способ относился к небольшим ранам. Бинт на них я смачивал водой, и он, отмокнув, легко отходил. Дезинфекция, лекарство, бинт - и все. Зато абсолютно никакой боли.

Другим примером отношения к боли был мой школьный друг Вениамин. Веня, как мы его звали. Он был почитателем всяких индейских штучек и ритуалов. "Хау, я всё сказал!" - любимая его фраза. Однажды мы в шутку раскрутили его на демонстрацию его индейской выдержки, настоящий ли он индеец, каким выставляется. Глупая шутка получилась. Веня подставил ладонь, и один из мальчиков из нашей компании ударил по ней деревянным угольником. До крови. Веня, конечно, мужественно перенёс боль. Но то, что ему было дико больно, видели все. Через много лет похожие способности стали демонстрироваться открыто по телевидению. Самое безобидное - это лежание на острых гвоздях. А то и подвешивание на крюках за кожу. Протыкание спицей щёк, ноздрей, языка. И всякая прочая мерзость. И вот однажды что-то мне взбрело в голову. Видимо, от безделья. Я вспомнил, как научился безболезненно отрывать бинты. А что, если попробовать так же осторожно воткнуть спицу себе в руку? Если делать это очень плавно, то логика и интуиция подсказывали, что к боли можно привыкнуть. Я взял обычную иглу. Протёр спиртом её и перемычку кожи между пальцами, и начал очень осторожно втыкать спицу. Помнится, убил на это почти час. Игла прошла почти насквозь и уже была видна под кожей с другой стороны. Эксперимент я до конца так и не довёл, но убедился, что притуплять боль вполне возможно. Все эти мои прошлые знания и послужили причиной для выбора такого способа суицидальной попытки.

-- Но ведь есть и другие, такие же безболезненные способы? Таблетки, например.

-- Таблетки - это, ведь, тоже, кажется, любимый способ девушек. К тому же, какие таблетки? Впрочем, я подумал об этом, но таблеток в доме было немного - аспирин, да тому подобные. А покупать их в аптеке... какие именно, я не знал. Лезвие же - вот оно, под рукой.

-- А, может быть, была и другая причина?

-- От тебя ничего не скроешь. Да, была. Подсознательно я себя пытался обмануть: потеря крови могла быть не смертельной. Оставался какой-то шанс. Лотерея. Страх смерти получил свою отмазку и не мешал мне.

-- Ты просчитался. Поэтому ты здесь, и твоя дальнейшая судьба зависит от твоего раскаяния.

-- Что значит "просчитался"? Мы же видим, что я умираю. Помощи ждать неоткуда, кровь понемногу вытекает. Назад, как говорится, дороги нет. Нет, я не просчитался - попытка суицида явно успешная.

-- Ты забыл, где находишься? Было очень интересно услышать твои теоретические обоснования технологии вскрытия вен. Можно прямо-таки руководство для начинающих самоубийц публиковать. Только не кажется ли тебе, что психически здоровому человеку такое не может прийти в голову?

Конечно же, Рада была права. Покончить с собой может только психически больной человек. Но ведь есть же исключения.

-- Да, они есть. Угроза страданий, например, шантаж и некоторые другие. Но в данном случае ты согласен, что с головой у тебя не всё в порядке?

Она в очередной раз прочитала мои мысли и, не дожидаясь моего ответа, задала этот вопрос. Однако, если бы всё было так просто!

-- Видишь ли, Рада, я бы не стал валить в одну кучу желание покончить с жизнью и выбор способа, как это сделать. Человек - существо многогранное и эти два обстоятельства относятся к его разным граням.

-- Что значит "многогранное существо"? Что-то вроде триединства Бога? Или: и швец, и жнец и на вскрытых венах игрец? - сыронизировала Рада.

-- Я бы даже сказал, не триедин, а четыреждыедин. И ничего такого, о чём ты говоришь. Я имею в виду, так сказать, устройство человека. Человек это, во-первых, существо биологическое. Затем - духовное. Далее - социальное. И, наконец, - интеллектуальное.

-- Ну-ка, ну-ка, поподробнее. Как из этого следует, что нормальный человек вдруг ни с того, ни с сего начинает выбирать способ покончить жизнью?

Биология

То, что человек по Дарвину произошёл от обезьяны - это в наше время стало уже практически банальностью. Хотя в последние годы эта гипотеза стала подвергаться сильной критике. Не всё в ней стыкуется. Есть какие-то пробелы в эволюции человека. Археологи постарались. Но, на мой взгляд, есть одно существенное обстоятельство: физически, вернее, биологически, человек устроен принципиально точно так же, как и любое другое животное. Органическая основа, клеточная структура, нервная, кровеносная системы, мышцы, скелет, пищеварительный тракт, руки-ноги, наконец - всё это в том или ином объёме имеется у всех живых существ. Как говорил философ, жизнь - это форма существования белковых тел. Это то, что отличает живое существо от неживого объекта. Для большего понимания этих взглядов, можно попытаться довести их до абсурда, сравнивая человека, например, с деревом. Дерево, как и человек, является живым существом, в котором происходят различные обменные процессы, рост и деление клеток, поглощение энергии, выделение каких-то веществ. То есть биология, органика - это нечто, некая ипостась - носитель чего-то более сложного, важного.

-- Допустим, что это так. Только из этого пока совершенно не видно, как же нормальный, психически здоровый человек может решиться на суицид.

-- Не спеши, мой друг. Из этого следует очень важное обстоятельство: суицид состоит в том, что биологическая суть человека прекращает выполнять свои функции.

-- Да, неужели, - вновь сыронизировала Рада, - А, что, кто-то в этом сомневался?

-- В этом - никто. Причём, обрати внимание, это практически одинаково и для человека и для дерева. Но, согласись, одной только биологической сути недостаточно, чтобы человек совершил самоубийство.

-- Да, ну и что?

-- А то, что биологическая суть человека может служить источником, причиной суицида.

-- Ты имеешь в виду упомянутую выше угрозу страданий?

-- Да, главным образом её.

-- Но в нашем случае была ли такая угроза? Ты ожидал каких-то пыток? Мучений?

-- Как вижу, ты уже почти догадалась. Но, конечно, следует признать, что таких мук я не ожидал непосредственно.

-- Это как? Душевные страдания, перерастающие в физические?

-- Примерно так. Но будем честными - это далеко не главная причина.

-- А главная, видимо, - душевные страдания? И сейчас ты нам расскажешь о второй грани человека - духовной?

Душа

Духовное содержание человека - это нечто загадочное, научно необъяснимое явление. Это то, что делает человека человеком, его душа, внутреннее Я. Эго. Самосознание. Да, чего уж там, "искра божья". Это то, что, как утверждается, бессмертно. То, что вкладывается в человека богом и после смерти возвращается к нему. Материалисты отрицают существование души, но не приводят никаких приемлемых описаний явления самосознания человека. Они лишь крепко связывают биологическую суть человека и его самосознание: второе является производным от первого. Идеалисты и верующие, наоборот, ставят душу человека впереди всего. По материалистическим представлениям с физической смертью человека прекращаются все биологические процессы и, соответственно, угасает его сознание. Безвозвратно. Поэтому суицид может быть лишь следствием расстройства самосознания. Здесь с Радой можно согласиться: нет видимых причин у нормального самосознания для самоуничтожения. Верующие идут ещё дальше: такой поступок с их точки зрения не только не обоснован, но и является грехом, преступлением. Поэтому и я не скажу ничего нового: для духовной сути человека такой поступок не является нормальным, нет в ней составляющих, склонных к самоуничтожению.

-- Значит, ты согласен, что нормальный человек не решится на такой поступок?

-- Я только сказал, что душа человека не может являться инициатором поступка. Но она может являться причиной. Душевные страдания могут быть и сами по себе сильными, мучительными, а могут приводить и к физическим страданиям. Но если это и можно назвать "ненормальностью человека", то, скорее, в смысле его повышенной чувствительности к такой боли. Какой уровень чувствительности души следует признать нормальным? И в каких единицах его мерить?

-- То есть ты хочешь сказать, что твой поступок вызван сильной душевной болью? Не очень похоже на правду. Ведь в состоянии сильной душевной боли человек вряд ли способен на такие расчеты и скрупулезность в исполнении задуманного. Скорее всего, в таком состоянии движения - те самые, резкие, которые приводят к последствиям, которые описал твой знакомый медик.

-- Да, ты права. Но в моём случае источником для принятия решения послужила не душевная боль. Хотя её у меня было вполне достаточно. Впрочем, вряд ли найдётся человек с абсолютно не травмированной душой. Кто-то больше, кто-то меньше.

-- Тогда остались две грани человека. Какая из них толкнула тебя на такой поступок? Может быть интеллектуальная? Что ты под нею подразумеваешь?

Интеллект

Рада поднялась из кресла и встала напротив меня. Только зачем мне было отвечать на все эти вопросы, если она знала мои ответы заранее?

-- Говори, говори. Ты должен осознать свои заблуждения, а для этого их нужно высказать вслух.

-- Ну, почему ты считаешь, что это заблуждения? Всё, что я уже сказал, ты тоже считаешь заблуждениями? Но возражений ты не привела.

Интеллектуальная суть человека - это то, что делает его похожим на обычную вычислительную машину. Другими словами - это способность человека к логическим умозаключениям. Это очень конкретная и циничная составляющая человеческого существа. У логики отсутствуют эмоции, пристрастия, почитание или уважение. Она жестока и беспристрастна. Это просто мощный вычислитель. У него есть вход: задача, которую необходимо решить, и выход: полученное решение.

-- Просто монстр какой-то. Проглотит и не заметит.

-- Да, он такой - аналитический разум человека. Конечно, он не сводится к элементарной формальной логике. Он способен и на нелогичные или не выводимые логически решения. Решения интуитивные, неосознанные. Главное, что есть задача и интеллект дает её решение.

-- Похоже, его-то ты и считаешь главным виновником?

-- Нет, с чего ты это взяла? Интеллект не может быть виновником. Он всего лишь добросовестный исполнитель. Если интеллект получает задание: уничтожить себя самого, то он добросовестно и кропотливо решает эту задачу, не оценивая её моральной стороны. Хотя задачу можно и формализовать, включив в неё моральные переменные. Тогда и они будут тщательно переработаны и включены в решение.

-- Понятно. Значит интеллект - это всего лишь палач, приводящий приговор в исполнение.

-- В данной ситуации - да.

-- А ты уверен, что твой интеллект получил всю необходимую информацию?

-- В смысле?

-- В том смысле, что для приведения приговора в исполнение информации было достаточно: как избежать боли, как обмануть себя, оставив надежду на выживание, как обеспечить достижение цели. Но является ли такое решение проблемы единственно возможным? Может быть, есть другие входные данные, которые делают полученное решение - суицид - ошибочным? Ты сказал, что и биологическая и душевная суть тебя не являются главными виновниками, источниками данных для задачи, которую решает интеллект. Сам интеллект не может быть таким источником, поскольку он всего лишь вычислитель. Остается последняя - социальная суть. Чем же ты перед нею так провинился, что она приговорила тебя к смерти?

Социум

-- Вот мы и подошли к главному. Именно эта грань и явилась для меня инициатором такого фатального решения.

-- Какая-то странная ипостась. Давай, обосновывай. Понятно, что человек - существо социальное, грубо говоря, - стадное. Не будь социума, человек не стал бы человеком. Это всё понятно. Ты хочешь сказать, что социум отверг тебя? Но это вряд ли можно признать достаточным основанием для суицида. Есть множество примеров, когда человек умышленно уединялся, отдалялся от общества и доживал до старости.

-- Вполне возможно. Но, извини, мне в это слабо верится. Во-первых, уединившись, отдалившись от общества, индивид, тем не менее, ощущает себя его частью. Вряд ли можно поверить в то, что он, уединившись, начисто забыл о существовании этого общества, социума. А, осознавая его наличие, он, как бы ни старался, явно или подсознательно противопоставляет себя ему. То есть это своеобразное существование в рамках общества на роли оппозиции. Получается, что порвать с обществом можно лишь формально. Фактически человек до последнего дыхания является его частицей, где бы он ни находился. Я не имею в виду наследие общества: навыки, язык, манеру мышления, поведения и так далее. На самом фундаментальном уровне - сбежавший от общества лишь внешне порывает с ним. Внутренне он не может с ним порвать - он безусловный его член. Раб. Порвать с социумом можно лишь одним способом - одичать, превратиться в животное.

-- Интересно. Но это твои личные взгляды, которые другие вряд ли разделят.

-- Возможно. Но я не закончил. Другое проявление такого ухода из социума - это формальное социальное самоубийство. Самоубийство человека как члена общества. Вернее, попытка такого самоубийства. Если человек сохранил, что называется, человеческий облик, то социальное самоубийство не произошло, человек выжил. Если же он всё-таки одичал, потерял все качества человека, то он мёртв как член общества. Я думаю, что от такой смерти недалеко до смерти физической.

-- Ты намекаешь на свой случай?

-- Нет. Я имею в виду самый общий случай. В моём же случае разрыва с социумом не было. Реальность такова, что основную часть жизни человек существует как член социума. В это существование словно пятнышки вкрапливаются биологические, духовные, интеллектуальные сущности человека.

-- Мы немного отвлеклись. Так каким же образом социум толкнул тебя на суицид?

-- Пожалуй, не совсем правильно говорить, что толкнул. Правильнее сказать, не удержал. Дело в том, что существование в обществе очень плотно связано с таким понятием, как смысл. Смысл жизни.

-- Ну, вот. Дальше в лес - больше дров. Хорошо, давай поговорим о смысле жизни. Но не уведёт ли нас это от основного вопроса: может ли психически здоровый человек решиться на суицид. Ты догадываешься, что это почти вопрос о том, здоров ли ты психически?

-- Конечно, догадываюсь, - усмехнулся я.

Смысл жизни

Вопросу о смысле жизни столетиями уделяли пристальное внимание множество мудрецов и мыслителей. Решения этого вопроса предлагались разнообразные и зачастую несогласованные. Но в самом фундаментальном смысле все эти решения можно свести к двум: смысл, который определяют сами живущие, и смысл - как проявление воли чего-то внешнего, обычно это Создатель, Бог. Во втором случае логично предположить, что смысл жизни человека заключается в стремлении слиться с Создателем, вернуться к нему. Вариаций на эту тему много. Религии, просто психологические учения предлагают каждая своё собственное решение. Но для атеиста они представляют лишь учебный интерес. Не для воинствующего, а просто человека, не верящего в Высшие Силы. То есть для меня.

Смысл жизни "от человека" тоже может быть различным. Но некоторая последовательность в этих представлениях всё же прослеживается. Пытаясь обобщить встречавшиеся мне взгляды, мнения, высказывания и выделить в них что-то наиболее общее, основное, я пришел к мнению, что смысл жизни - это ни что иное, как стремление к счастью. Кажется, что это слишком краткое определение, и оно не может включить в себя все остальные. Но попытки найти другие определения, которые не охватываются этим определением, показали его исключительную полноту. Любая осмысленная деятельность человека сводится к достижению некоторой цели, и успешность этой деятельности является счастьем.

-- Что-то слабовато для философской концепции. Одно туманное понятие выводится через другое туманное понятие.

-- Что же здесь туманного? Смысл жизни часто путают с целью в жизни. Но при обсуждении его быстро приходят к пониманию. Тебя же не удивляет фраза "смысл поступка" или даже "смысл фразы". Смысл жизни в этом отношении ничуть не туманнее. Есть такое явление: жизнь человека. И у этого явления, у этого процесса есть свой смысл. Общий для всех людей. И таким общим может быть лишь одно: стремление к счастью.

-- Ну, да. И у самоубийцы тоже?

-- Думаешь, что нашла противоречие? Но дело в том, что да! Самоубийца совершает свой поступок в полном соответствии с этой формулой "смысл жизни - это стремление к счастью".

-- Это ж к какому же счастью он стремится, надевая на шею петлю?

-- Избавление от страданий.

-- Хитришь. Этак можно оправдать "стремлением к счастью" абсолютно любой поступок. Раз уж он совершается, то это - стремление к счастью, то есть оправдывает смысл жизни человека.

-- Тебя это удивляет? Но это именно так. Никто не утверждал, что счастье одного человека является счастьем для другого. А также того, что поступок здесь и сейчас, являясь элементом счастья, является основой для счастья последующего.

-- Что-то это начинает походить на тавтологию. Получается, что абсолютно любой поступок и есть счастье. Ведь он же совершается!

-- Не надо утрировать. Само счастье - это не некая абстракция. Поступок сам по себе счастьем не является. Он лишь средство для получения счастья.

-- Тогда что же такое счастье само по себе?

-- Это довольно сложный вопрос. Счастье - это краткое название понятия "состояние счастья". Не буду настаивать на абсолютной корректности определения, но можно сказать так. Счастье - это психическое состояние организма, заключающееся в возбуждении положительных эмоциональных центров и последующего гашения возбуждения. Проще говоря, возникновение и удовлетворение желаний субъекта.

-- Ух, ты! Тогда так и скажи: счастье - это удовлетворение желаний.

-- Ну, да. Я так и скажу: счастье - это исполнение желаний. Всех без исключения.

-- Какая-то несерьёзная формула. Что-то в нём видится эдакое иждивенческо -потребительское.

-- Что тебя смущает? Да, человек - это безусловный потребитель. Его главная и основная цель, задача - потреблять.

-- Как-то это примитивно звучит. Счастье - это голое потребление. Хватай, жри, потребляй, чем больше - тем ты счастливее. А если ты не можешь хотя бы чего-то потребить, то ты - несчастный.

-- Иронизируешь, Рада? А напрасно. Ты ведь фактически вывела формулу счастья. Просто не понимаешь этого. Действительно, исполнение всех без исключения желаний - это счастье Абсолютное. Но, как любой Абсолют, такое счастье недостижимо.

-- Ладно, и что дальше? Какое же счастье достижимо? И в чём, так сказать, смысл этого определения счастья как исполнения желаний?

-- Пожалуй, главный вывод из этого определения состоит в обратном, в негативном выводе: абсолютно несчастливых людей не бывает.

-- Интересно-интересно! Это уже какой-то миссионерский подход. Не надо братья волноваться! Несчастных не бывает! Смиряйтесь и идите по домам?

-- В общем, примерно так, но есть одно важное обстоятельство. Дело в том, что счастье - это не просто исполнение желаний. Это бесконечное исполнение всё большего и большего числа желаний и стремлений. То есть исполнение одного желания приводит к появлению другого, нового. Поэтому неявно формула счастья содержит составляющую развития: счастье - исполнение желаний как изменение к лучшему. То есть, это не просто исполнение желаний, это их исполнение как стремление индивида к чему-то большему, лучшему. Любое желание, в конечном счете, содержит эту составляющую в явном виде.

-- Да, уж. Хитро закручено. Так и хочется сказать, что это безусловная истина, даже банальная истина, почти тавтология.

-- А я и не утверждал иного. Я утверждаю лишь, что это самая главная банальность в существовании человека. И такой взгляд на эту банальность позволяет снять многие проблемы в жизни.

-- Это ж какие проблемы? Например?

-- Например, довольно распространенную проблему "почему же я такой несчастный-разнесчастный?" Нет, ты не разнесчастный. У тебя тоже достаточно счастья. Просто ты напрасно сравниваешь себя с тем, кто более успешен. Если такое сравнение даёт тебе силы для новых свершений - это хорошо. Но такие люди, как правило, и не задают вопросов о своей разнесчастности. Если же тебя угнетает такое сравнение, приводит в упадок, то знание формулы счастья - это спасение. Сравнивай себя с теми, кому хуже. Скорее всего, это поможет. Появится уверенность в своих силах и целеустремлённость, умение правильно рассчитать свои силы. Не надо изводить себя неосуществимыми желаниями.

-- Слушай, если ты выживешь, почему бы тебе не пойти в священнослужители? Будешь читать душеспасительные лекции.

-- Не буду. Я в бога не верю.

-- Ладно, мы опять уклонились от основного вопроса. Я уже и забывать стала, о чём мы говорили. Вроде бы о том, что тебя толкнуло на суицид. С твоими взглядами на счастье попытка суицида не очень логична. Почему же ты себя не наставил на пусть истинный?

-- Наставил.

-- То есть, зная, что такое счастье, ты сумел стать счастливым?! И при этом решил вскрыть себе вены?!

-- Правда, парадоксально выглядит?! - я даже попытался рассмеяться.

-- Мне кажется, что ты издеваешься надо мной. Конечно, счастье тебя не обходило, мы это оба знаем. Интересно, а можешь ли ты сказать, какой миг был для тебя в жизни самым счастливым?

Самый счастливый миг

Я задумался. В голове замелькали примеры из увиденного, услышанного, прочитанного. Видимо Рада лукавила. Вряд ли она не понимала, что "самого-самого" быть не может. Эта оценка зависит от конкретных обстоятельств. Сегодня я считаю самым счастливым один случай, в другой раз - другой. Я посмотрел на неё. И всё-таки, кого же она мне напоминает?

-- Не догадываешься? - улыбнулась она.

-- Светлана... - я даже замер. Точно! Ну, как же я сразу не сообразил?!

-- Ну, если ты догадался, то не будем ломать голову, вспомни о самой своей счастливой минуте любви.

-- А почему именно в любви? Конечно, это очень сильное чувство... - начал было я рассуждать.

-- Остановись! - приказала Рада. - Не надо мне пыль в глаза пускать, хорошо?

Она посмотрела мне прямо в глаза, чуть наклонила голову набок, чем ещё больше напомнила мне ту самую восхитительную девчонку, пронзившую мою жизнь как падающая звезда - небосвод.

-- Для начала пофилософствуй на тему, что такое любовь, и расскажи о своих чувствах.

-- Ты же знаешь мои взгляды...

-- Не тяни, рассказывай, - скомандовала Рада. И добавила: Судьи хотят знать всё.

Я не стал придумывать ничего нового. Об этом однажды я вёл дискуссию где-то на форуме и, как мне кажется, вывел вполне приемлемую формулу любви. Может быть, она и не слишком точна, но я и не претендую на публикацию научно-психологического трактата на данную тему. Так, для бесед в узком дружеском... даже, скажем, в интимном кругу. Если память мне не изменяет...

Любовь - это объектно-зависимое счастье, состоящее в возбуждении положительных эмоциональных центров как через психические переживания, так и опосредованно - через возбуждение положительных эмоциональных центров физиологическими процессами:

- вызванными органами чувств: обонянием, осязанием, вкусом и другими;

- инициированными интеллектуальными возбудителями: воображением, воспоминаниями;

- объектно-независимое возбуждение психических возбудителей физиологическими и обращение их на ближайший, первый встречный внешний объект.

-- Я так и думала.

-- Опять мои мысли прочитала? Тогда зачем просишь, чтобы я вслух всё это говорил?

-- Нет, я не о том, что прочитала твои мысли. Я о том, что и здесь у тебя формулировки такие вот физико-математические.

-- Где ж ты здесь математику с физикой увидела? Я, например, всегда считал это психологией.

-- Конечно, это психология. Хотя и доморощенная, но, тем не менее, - психология. Я имею в виду внешнюю сторону. Выглядит как теорема из математики.

-- Ну, уж, извините. Как смог, так и сформулировал.

-- Ладно, ладно. Я не критикую тебя. Догадываюсь, что твоя формула имеет самые прагматические цели.

-- Разумеется. Во всяком случае, головоломки типа "а люблю ли я..." передо мною не стоят.

-- А не скучно тебе вот так "физико - математически" любить? Какая-то холодная, бездушная любовь получается.

-- Подначиваешь? Тебе ли не знать, какая у меня была любовь?

-- Какая, какая, говоришь? - смеясь, ухватилась за мои слова Рада.

-- Ну, да. Сейчас ты скажешь "судьи желают знать" и заставишь меня рассказать о моей любви. Тебе о которой по счету? Первой?

-- Давай о первой, - усаживаясь поудобнее, потребовала Рада.

-- Нет, о первой не буду.

-- Это почему же?

-- Сама знаешь.

-- Да, знаю. Длилась она у тебя ровно тридцать секунда.

-- Десять.

-- Но ведь запомнилась на всю жизнь?

-- Ну, и что? Мне на всю жизнь запомнились все, кого я любил хотя бы немного.

-- Давай, тогда о Светлане... Любишь её?

Я на миг задумался. Рассказывать, не рассказывать? Рада, как мне показалось, уже почти насмехается надо мной. Хотя... Служитель небес. Клерк, так сказать, небесный, может у неё задание такое. Как у следователя на допросе. Ладно, хоть протокол допроса не ведёт. А может, ведёт? И в конце заставит подписать: с изложенным выше согласен. Я поднялся с кресла и подошёл к витрине кабины. С чего начинать? И надо ли? Короче говоря... Тут я вздрогнул от неожиданности... Что это?!! Обернувшись к Раде, я увидел в кресле... Себя!

-- Что за фокусы?! Рада, это твои проделки? - я окинул взглядом комнату, но Рады нигде не было.

Комментаторская кабина тоже, как и Рада, превратилась... в мою комнату. Я вновь оказался у себя дома, в зале. Я - другой сидел напротив меня в каком-то взбудораженном, нервно-возбуждённом состоянии. Ну, и как мне к тебе обращаться, двойник ты мой?

-- Ну, что ты, Свет, проходи же, садись!

Света? Он сказал мне "Света"?! Ну, ничего себе торжественный прием... Я сделал шаг и вдруг... Когда я наклонил голову, с моих плеч вперёд скользнули длинные светлые волосы. В ушах зашумело, кровь хлынула к лицу. Я увидел, что на мне просторное платье, отчётливо ощутил колготки, плотно обтягивающие ноги и... лифчик! Вот это маскарад!!! Сердце стало бешено колотиться в груди... Надо бы уже привыкнуть к проделкам небесных фокусников, но эта метаморфоза была слишком из ряда вон выходящей!

Я - тот, другой, сидевший в кресле, поднялся и подошёл ко мне - Светлане. Робко взял за руку и прижал мою ладонь к своей груди. А сердце-то бьется ровно, - подумал я - Светлана. Ну, ничего, сейчас мы тебя... кто мы? я и Светка, в теле которой я оказался совершенно непонятным образом? Я скользнул глазами по двери, там у меня всегда висел календарь... Точно! Шестнадцатое марта... день, когда я пригласил Светку к себе в гости, и мы... О-ба-на... Что сейчас будет!!!

-- Я сяду на диван, можно? - это уже сказала Светлана. Или я. Сказала или сказал? Вообще-то, я даже и не собирался ничего говорить... Похоже, что я, если можно так выразиться, просто сижу в сознании Светки как зритель. Интересно, она меня ощущает?

-- Конечно!

Я - другой всё так же неловко, неуверенно сел рядом. Помню, помню этот день. В голове у меня - того, другого сейчас полнейшее раздвоение личности. Одна просто жаждет прикоснуться к Светке, а другая - дрожит листом на ветру, боясь сделать лишний шаг, сказать лишнее слово. Смелее, мой друг! Ты точно нравишься ей. Уж я-то это знаю! А ты, моя восхитительная, не смущайся! Ты же видишь меня всего насквозь и точно знаешь, как свести меня с ума!

Такое впечатление, что хозяйка тела слышит мои слова. О, боже! Ну, давай же... Да, правильно! Точно! Так!

Я смотрю ему в глаза... Кто я?! Почему весь мир вдруг стал таким необычайно ярким и живым?! Как светится его лицо... Это просто удивительно, как меняется человек, когда он счастлив! До чего же это приятно - дарить счастье... ему... И купаться в волнах его счастья... Каждое его движение, каждое прикосновение, каждый взгляд... он просто ангел... Как же он угадывает всё, чего я хочу...

С трудом открываю глаза... По всему телу - дрожь... меня всего трясет... просто колотит... Сердце не просто сильно стучит, а создается впечатление, будто его удары - с размаху! По кругу, из-за головы! Как кувалдой по наковальне! Видения исчезли... в кресле передо мной сидит Рада и, задумчиво подперев щёку рукой, смотрит на меня.

-- Что это было?

-- А что? Ты разве не узнал? Подсознательно ты выбрал тот момент в своей жизни, который был для тебя на самом деле самым счастливым. Ты же и сам его частенько вспоминал. И даже признавал, что это лучший миг в твоей жизни.

-- Да, похоже, что это так. Хотя ведь были и другие, не менее яркие мгновения в жизни. Может быть, даже более яркие. Но я всегда почему-то возвращаюсь в памяти в тот день. Не могу объяснить, почему.

-- Не всё в жизни поддается объяснению, - философски заметила Рада.

-- Да, не всё. Но я, вообще-то, хотел услышать ответ о другом. Что это было? Что за раздвоение личности?! Я же видел себя со стороны! И даже на какое-то мгновение почувствовал себя... Светкой!

-- Да, так и было. Для нас это обычная практика.

-- Какая ещё практика?! Я не понимаю!

-- Для того чтобы люди могли найти друг друга, мы позволяем им вернуться в прошлое и "войти" в душу близкого человека.

-- Как это "войти в душу"?! Это ещё зачем?!

-- А ты никогда не задумывался над тем, как между людьми возникает ощущение близости? Ты не замечал, что иногда близкий тебе человек, что называется, чувствует тебя, угадывает твои желания? настроения? И исполняет их?

-- Ну и что?! Если человек близок тебе, то ты, естественно, ощущаешь его душой.

-- Ощущаешь? Душой? И как ты себе представляешь "механизм" такого "ощущения"? Телепатия? Кстати, и телепатии тоже.

-- Ну, как... Неосознанно... душой...

-- Ну, да... Неосознанно. Душой. Как "неосознанно"? Как "душой"?

-- Пока этого наука объяснить не может...

-- Наука?! Какая ещё наука?! Ты же, как мне кажется, обладаешь неплохой фантазией! Ну-ка, придумай что-нибудь разумное. Или научно-фантастическое, но хотя бы чуть-чуть объясняющее это явление!

-- Придумай... Легко сказать... я попозже... подумаю.

-- Вот и хорошо. А сейчас поверь мне. Люди возвращаются друг к другу, к тем, кто им должен стать близким, и помогают им сделать правильный выбор, правильный поступок.

-- Но это тоже не полное объяснение. Как это "возвращаются"? И кто знает, каков он "правильный выбор"?

-- Ты уже забыл? - улыбнулась Рада. - Ты же сам научил Светлану тому, как обаять себя самого.

-- Да? Мне это, честно говоря, не очень нравится. Получается, что я совершил насилие над личностью. Если бы я ей не подсказал, как поступить, то она, может быть, и не стала бы со мной... дружить...

-- Может быть, и не стала бы, - как-то особенно хитро улыбнулась Рада. - Но в таком случае, люди никогда бы не нашли своих близких... И человечество просто вымерло бы, - рассмеялась она под конец.

-- Так что же получается? Все девушки, с которыми я встречался...

-- Да, а ты как думал?

-- Но я же с ними в конце концов расстался! Даже со Светланой...

-- Ты уверен?

Уверен ли я? Рада задала этот вопрос таким тоном, что ни о какой уверенности не могло быть и речи. Да, мы расстались... но даже несколько лет спустя вся моя жизнь казалась мне дорогой к ней, к самой прекрасной девушке на свете... К Свете... К свету... Я отрешённо вглядывался в пространство...

Цель жизни

-- Ау! В танке! Вылезайте!

Из задумчивости меня вывели возгласы Рады.

-- Кажется, путешествие в прошлое выбило тебя из колеи? Приходи в себя, уже пора. Тебе что, не понравилось наше небесное кино?

-- Понравилось. Если жизнь на небесах допускает такие путешествия, то я, пожалуй, готов поверить в Бога, чтобы хотя бы изредка смотреть такие фильмы.

-- И это будет смыслом твоей жизни? - вновь повеселела Рада.

-- Если можно говорить о жизни... после смерти, - усмехнулся я. - Кроме того, это правильнее назвать не смыслом жизни, а целью в жизни. Загробной.

-- Ты хочешь сказать, что смысл жизни достигнут и остались только цели?

-- Пожалуй, так тоже не очень правильно говорить. Ведь цель жизни для человека, да и для любого живого существа вообще - это выжить.

-- Выжить? Эта цель, судя по всему, недостижима.

-- Почему недостижима? А, ты имеешь в виду, что выжить ни одно живое существо не может, ведь они смертны?

-- Ну, да.

-- Конечно, ты права, но речь идет об абстракции. Цель жизни, или целевая функция жизни - это основной движущий фактор для живого организма. Что бы он ни делал, он делает это с единственной целью, потому и говорят о цели, - выжить, остаться в живых. Причём в обобщённом смысле он преследует цель - выживание не только себя самого, но выживание вида в целом. Собственно, в этом и состоит главное отличие смысла жизни от главной цели жизни.

-- А что, есть и не главные?

-- Тебе ли не знать о них. Конечно. Как там... Построить дом, посадить дерево и вырастить сына... Или, как у нас в институте часто шутили: окончить ВУЗ, то есть Выйти Удачно Замуж. Таких рядовых целей жизни у человека - море. У меня, например, сейчас появилась ещё одна: посмотреть ваше небесное кино. Уж больно оно увлекательное.

-- Что, понравилось? Это будет покруче, чем Голливуд! - засмеялась Рада.

-- Тоже мне сравнение - Голливуд, - возразил я.

-- А, ну, да... Для тебя голливудские фильмы - не эталон, - удивилась Рада.

-- Для меня - не эталон! - подтвердил я.

-- Интересно, интересно. А чьи же фильмы для тебя эталон?

-- Наши, советские.

-- Каки-и-ие?!- протяжно и удивлённо переспросила Рада.

-- Советские.

-- Ну, ты даёшь! Чем же советские фильмы лучше? Как их вообще можно сравнивать с продукцией самой мощной в мире "фабрики грёз"?

-- Вот именно - "грёз". Самый тупой, бессмысленный советский фильм обладает намного большим интеллектом, чем самый умный голливудский.

-- Да неужели! Ты уверен в этом?

-- Конечно. Ты что, будешь спорить? Ведь это всего лишь моё личное мнение.

-- И что, это плохо? То, что они, голливудские, не такие умные?

-- Смотря, с какой точки зрения. Если с точки зрения зрелищности, то самый лучший советский фильм сильно проигрывает голливудскому, не самому лучшему.

-- То есть, с точки зрения зрелищности, голливудские всё-таки лучше? Чем же?

-- Чаще всего при просмотре фильма хочется отдохнуть. А советский фильм требует думать, мыслить, размышлять и что-то понимать.

-- А голливудский что, не требует?

-- Да, практически не требует. В них смысл упрощён до предела. Всё разжёвано и разложено по полочкам.

-- Ты хочешь сказать, что никаких загадок они не содержат?

-- Ну, почему же. Фильм может иметь сильно закрученный сюжет, головоломку, которую не удаётся разгадать буквально до последней минуты. Но это техническая головоломка. Механическая. Как у напёрсточника. Нельзя угадать до последнего кадра, в каком напёрстке находится горошина. Но это горошина. И она в одном из напёрстков. Или ни в одном. В советских фильмах чаще всего подоплёка глубже, она философская. Если вернуться к напёрсткам, то смысл фильма не в том, где горошина. А: почему горошина? Почему напёрсток? И как прошло детство у напёрсточника?

-- Ну, это было в советские времена. А сейчас?

-- Нет, я не имел в виду именно советские времена. Это обобщённое понятие "советский". Я говорил о явлении "советский". В равной степени это относится и к современной действительности - России, бывшему российскому окружению.

Странно. Вроде бы Рада и её небесные сотрудники видят меня насквозь и читают все мои мысли... Чему же она так удивляется? Да, это моё личное мнение. И это мнение запросто может измениться. Хотя бы в отношении каких-нибудь отдельных фильмов. Я, вообще-то, даже сейчас не возьмусь отстаивать это мнение, что все без исключения голливудские фильмы хуже всех без исключения советских или российских. Но такие симпатии к фильмам у меня всё-таки просматриваются. В последние годы много интересных фильмов появилось и у других производителей. Например, фильм "Куб" канадской киностудии.

На какое-то время я погрузился в раздумья, и Рада не отвлекала меня. Мы сидели друг против друга и, казалось, думали каждый о своём. Такая вот интеллектуальная пауза, кофе-брейк. Я даже забыл, какой вопрос мы обсуждали. Поднял глаза на Раду и почти открыл рот...

-- Ну, да! Можно продолжить наше обсуждение. Как ты сказал: социум не толкнул тебя на суицид, а не удержал от него?

-- Да, можно так сказать.

-- Ладно, так и скажем. И вернёмся к основному, даже можно сказать, последнему вопросу, на который тебе следует дать ответ Суду: может ли психически здоровый человек решиться на суицид. Или: здоров ли ты психически?

-- А тебе очень хочется назвать меня психом?

-- Заметь, это ты сказал, - нравоучительно подняв палец, возразила Рада. - В конце концов, это не цель нашего расследования - поставить тебе медицинский диагноз. Если ты помнишь, твоя судьба пока не решена.

-- Что значит "не решена"? У моего поступка может быть иной исход?

-- Хитрость в том, что у твоего поступка есть лишь один исход. Но какой, мы пока не знаем. Как ты уже успел рассказать, на свой фатальный поступок ты решился по причине, как-то связанной с социальной ипостасью человека. Но пока ты не раскрыл сути этой связи. Итак?

-- Боюсь, ты будешь разочарована.

-- Не беспокойся обо мне. Если ты ещё не догадался, то объясню. Твой поступок может быть охарактеризован двояко: это обдуманный поступок или поступок спонтанный, почти случайный.

-- А что хуже?

-- Обдуманный.

-- На тебе! Значит, думать - это плохо?

-- Сам решай. Случайный поступок даёт шанс на положительное решение Суда: вернуть тебя в мир живых и дать тебе возможность во всём разобраться.

-- А обдуманный?

-- Боюсь, решение Суда тебе может не понравиться, - грустно ответила Рада.

-- Ага. Догадываюсь. Если я не обосную разумность своего поступка, то попаду в Ад. Если обосную, то... в Рай? Или обратно, на Землю? К живым?

-- Нет, не угадал. С точностью до наоборот. Если не обоснуешь, то есть шанс вернуться к живым или отправиться в райские кущи.

-- Что-то, как я погляжу, в вашей небесной канцелярии не очень-то любят мыслителей. Ну, тогда, как я соображаю, мне лучше прикинуться и ничего не обосновывать. Как в одном фильме: "Чтоб я собственными руками себе с пола срок поднял?!".

-- Ты хочешь обмануть Бога? - ужаснулась Рада.

-- Да... Уж... Это было бы круто... Обмануть бога... - демонстративно почесал я затылок, - Надо подумать... В бога, я конечно, не верю...

-- Короче, атеист ты наш. Не набивай себе цену. А то я и вправду поверю, что ты в своих собственных философских изысках заплутал. Что, зарапортовался? Не знаешь, что бы такого напридумывать? - съязвила, как мне показалось, на полном серьёзе, Рада.

Ух, ты! Мне даже стало интересно! Всё это она сказала таким тоном, что я был почти уверен: в моих мыслях никакого ответа на свой вопрос она не увидела! Что, могущество небес не распространяется так далеко?! Отправить меня в прошлое, чтобы я научил своего ангела - Светку, как разжечь огонь счастья, - это она умеет... А сделать моими мозгами выводы из моих же философских измышлизмов простой логический вывод - слабо?!! Похоже, на моём лице отразилось неподдельное изумление.

-- Даже и не надейся! - остановила меня Рада. - Дело не в твоих мозгах, а в твоей душе и в том выборе, который ты сейчас сделаешь.

Медленно, как бы лениво - небрежно, я достал из кармана пятак... Рада непонимающе смотрела на меня. Положив пятирублёвку на палец, я вытянул руку и, плавно взмахнув ею вверх, резко щёлкнул по монете пальцем... Звеня, она высоко взлетела, и вращающийся серебристый шар на мгновение повис в воздухе.

-- Орёл или решка? - обратился я к Раде.

-- А что надо? - усмехнувшись, переспросила она.

Я прихлопнул монету на ладони и, держа её закрытой, посмотрел в глаза Раде.

-- Ты не поверишь. Но я просто устал. Устал играть по тем правилам, которые социум придумал для себя. Да, я всё понимаю. И главное состоит в том, что оба ответа - правильные. Не имеет значения, каким будет продолжение. Если отмотать время на пять минут назад и выбросить лезвие - это будет приемлемое для меня решение. Я буду жить так, как жил годы до этого. Буду ходить на работу. Буду встречаться с девушками и сводить их с ума. Буду сам сходить с ума и восхищаться ими, писать им стихи, дарить цветы и говорить море комплиментов. Буду ночами напролёт торчать в интернете и биться насмерть, отстаивая свои взгляды на различные проблемы науки и не науки. Буду неделями вынашивать замыслы и затем за одну ночь набивать десятки страниц своих научных и не очень размышлений. Переводить статьи и пытаться понять взгляды других исследователей. Буду килограммами пожирать халву и шоколад, а затем изводить себя физическими упражнениями, и как какая-нибудь располневшая дамочка, по несколько раз в день вставать на весы и расстраиваться, что "мало сбросил". Я буду делать многое и многое из того, что делал и раньше. И даже, возможно, не буду задумываться о смысле жизни и сущности счастья... Буду просто жить.

-- А второй ответ?

-- Я же сказал: устал. Ничего этого можно и не делать. Небытие избавляет не только от необходимости отвечать на вопросы, но и от самих вопросов. Это почти как "отложенный выбор" Уилера. Всё прекратится рано или поздно, и наступит вечность. Если то, что между "рано" и "поздно" не вызывает интереса, то какая разница - рано или поздно?

-- Так тебе абсолютно безразлично, каким будет продолжение?

-- Да, безразлично.

-- И ты не боишься Ада?

-- Боюсь. Но его же нет? - не очень убедительно рассмеялся я.

-- А как же наше небесное кино? - мне послышались в голосе Рады нотки отчаяния.

Что это?! Ей меня жалко?! Или она плохо справилась с возложенной не неё миссией? И её ждёт небесное порицание с депремированием?

-- Слушай, Рада... Насчёт кино, я не уверен. Не буду лукавить - мне ваш кинематограф до глубины души - нравится. Я в восторге!

-- Ну, вот! - радостно воскликнула Рада. - Значит, ты сожалеешь о содеянном? Хотел бы ты вернуть всё обратно?

Я встал с кресла... Это было похоже на давление. Мне что, следовало всего лишь раскаяться в содеянном, и все вопросы судей были бы исчерпаны?

-- Орёл или решка? - держа монету в закрытой ладони, вновь спросил я Раду.

-- Но ты не сказал, какой ответ будет соответствовать выпавшему результату!

-- Разве? - негромко напевая себе под нос что-то наподобие "тор-реадор, смеле-е-е-е в бой, тор-реадор, тор-реадор...", я медленно опустил руку в карман и, раскрыв ладонь, вынул ее без монеты.

-- Орёл - раскаиваюсь. Решка - идём смотреть ваше небесное кино, - сказал я и направился туда, где стена комментаторской кабинки вдруг задрожала, по ней побежали волны, и она растворилась, превратившись в тёмный туманный проём.

Оставить комментарий © Copyright Абаров Птерон Василь-Евдокиевич (abarovpteron@yandex.ru) Обновлено: 29/11/2008. 54k. Статистика. Рассказ: Философия, Мистика		Ваша оценка:
Аннотация: Споры о смысле жизни идут веками: сколько умов - столько и мнений. И никто до сих пор не заметил, что все говорят разными словами об одном и том же.

Абаров Птерон Василь-Евдокиевич: другие произведения.

Смысл жизни... найти и не увидеть