Абердин Александр: другие произведения.

Время волка (обновление от 12.04)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Аннотация:
    В незапамятные времена Род, породивший Древних Богов, превратил пусть и смышлёных, но всё же диких животных в людей. Чтобы защитить Землю и живущих на ней людей, Древние Боги сотворили три магических мира-щита - Пекельный, мир огня, Явий, мир ярких красок и пышной зелени, и Навий - мир рос и обильных туманов, серебристого свечения и приглушенных красок. Все три мира были населены магическими существами, которые, однако, могли обращаться людьми. Чтобы род людской развивался и креп без помех, Род и другие Древние Боги даровали некоторым людям колдовство и магию, а чтобы их помощники могли искоренять чёрное зло - породили воинов-волков - оборотней. Перед тем, как покинуть Землю вместе с остальными Богами, Род дал колдунам и оборотням короля - могучего воина-волка Ратмира, но некоторые колдуны и маги стали просить его, чтобы он дал им короля из колдунов, но Род был непреклонен. Когда Род и все остальные Боги покинули Землю, пятеро колдунов и магов составили страшный колдовской заговор и своей смертью породили на свет чудовище - навьего волка, которого напустили на короля Ратмира. Король погиб, но живы остались его жена Забава и юный королевич, а навий волк начал охоту на потомков Ратмира. В наши дни бывший пограничник и, чего уж греха таить, самый обыкновенный браток, вовремя отойдя от дел уехал в Москву и там стал писателем-фантастом. Однажды он встретил чудесную девушки и полюбил ее, но их счастье было недолгим, после рождения дочери Оля была растерзана чуть ли не в центре Москвы огромным волком. Вот тогда-то Сергею и была открыта правда и он узнал, что является "диким" волком-оборотнем и что его дочери грозит страшная опасность. Чтобы отвести ее, он должен до восемнадцатилетия Насти не снимать с себя колдовской брони и сражаться с чёрной нечистью. Так он и делал, пока не открылась еще одна правда - он потомок короля Ратмира и теперь должен стать королем колдунов и оборотней по воле Древних Богов, но это ему не по нраву, ведь никто из них, кроме его жены, не отправился на поиски потомков короля Ратмира, на которых вел охоту навий волк и никто не пришел им на помощь. Так начинается сложная и полная опасностей жизнь короля-волка Сережня.

Александр Абердин

ВРЕМЯ ВОЛКА

Роман стрит-фэнтези

Глава 1

Самая обычная ночь

   Тамара никогда не ошибается. В этом я убедился давно, едва ли не с первых дней работы на неё. Максимум что она может себе позволить, это преувеличить опасность, но я её за это не порицаю. Как частенько говаривал мой отец - лучше перебдеть, чем недобдеть, хотя то, чем занимался всю жизнь он, охраняя границы, нельзя сравнивать с моей работой, ведь для меня их не существует. Получив в семь часов вечера от Тамары эсэмэску, я немедленно заглянул в электронную почту и прочитал, что в коттеджном посёлке Сосновый, что в ста сорока километров к югу от Москвы, произошла инфильтрация и там укоренилась лярва. Более того, она даже определила, что эта лярва была не какая-то там мелкотравчатая нечисть, которую ещё можно изгнать из тела человека, а матёрая чёрная тварь, изрядно поднаторевшая в колдовстве и даже породившая потомство, а потому нужно срочно принять экстренные меры - в общем мне предстояла ещё одна, самая обычная ночь с привычными делами.
   Если в человека вселяется молодая лярва - протолярва, то он, при большом желании и достаточно сильной воле, может и сам её в себе уничтожить. В этом нет ничего сложного, ведь всего-то и нужно, что обуздать свои чрезмерные страсти и желания, которые питают лярву и со временем полностью отдают его в её власть, а она не просто сильна. Власть заматерелой лярвы непреодолима и рано или поздно сводит человека в могилу, но до того он успевает причинить людям столько вреда, что ему за это и ада будет мало. Впрочем, в таких случаях речь идёт уже не о преступлениях какого-нибудь Васи, Пети или Маши, а о преступлениях совершенных лярвой, обретшей человеческое обличие, а также статус в обществе, но до него перворождённой лярве нет никакого дела. Она ещё слишком глупа и неопытна, чтобы разбираться в такого рода тонкостях.
   Но даже самую матёрую перворождённую лярву можно уничтожить, не убивая при этом тела человека, но для этого нужна помощь со стороны. Уничтожить такую лярву может либо очень сильное чувство, то есть чья-то любовь, либо помощь человека, хорошо в этом деле разбирающегося - священника, колдуна или колдуньи. Увы, но их на всех людей не хватает и кроме того по статистике только треть процента людей с пагубными, мягко говоря, наклонностями, инфицированы лярвами. Мне доводилось встречаться с такими негодяями, что им одна дорога - на эшафот, но при этом в них лярвами даже и не пахло и только по этой причине у меня не было к ним никаких претензий. Не моё это дело, судить людей за их преступления.
   Моё дело борьба с нечистью, подобной лярвам второго и третьего порядка, а также с куда более опасными клиентами. Если перворождённая лярва не была уничтожена в теле человека и свела его в могилу, то через сорок дней эта тварь выбирается из-под земли и находит себе новую жертву и тут она уже может действовать не спеша. Лярвы второго порядка или лярвы-матки, это чёрная нечисть совершенно особого рода. Все они приобретают в могиле колдовские знания и уже только этим очень опасны, но что самое страшное, тут же начинают плодиться элементарным почкованием и вселяться в людей из ближнего окружения инфицированного человека. Так на свет появляются лярвы третьего порядка, самые жизнеспособные, так как их уже невозможно изгнать из тела человека, да оно, по большому счёту, перестаёт быть человеческим по своей глубинной сути, не имеющей отношения к биологии. Одно хорошо, лярвы-матки не живут дольше трёх, четырёх лет, но и за это время успевают породить до двух, а то и трёх десятков потомков - взращённых лярв.
   Взращённые лярвы - архилярвы, мы их обычно зовём архами, обладают точно такими же сверхъестественными способностями как и те, кто с ними борется, а противостоят им колдуны, некоторые из них называются себя ещё магами, и мы, их воины - люди-оборотни. Борьба колдунов и оборотней с архами ведётся на протяжении нескольких десятков тысяч лет, то есть с доисторических времён, но обычные люди о ней почти ничего не знают. Всё, что про нас написано, настолько далеко от действительности, что про это лучше и не вспоминать. Колдунам удаётся сдерживать большинство лярв ещё на первом этапе, хотя архилярвы всё же появляются на свет, причём в немалом количестве. Их, во всяком случае, раз в десять больше, чем оборотней. Откуда появляются лярвы и почему не уничтожить их в зародыше?
   Как-то раз я прочитал в Интернете такое: - "Что такое лярвы? Как только вы захотите жить не так как все, а стать "хозяином своей судьбы" - вот тут то они и набросятся. Как только вы подумаете, что свободны в выборе своих действий, поступков, желаний, мыслей и убеждений, то сразу же попадете под "обстрел" и давление на психику со стороны астральных существ. Если вы подумаете: "На кой я им понадобился? Почему именно я и вообще почему?" - да потому, что мы являемся их носителями и кормильцами. Все это происходит из-за того что большинство желаний, которые управляют нашими действиями, "нашептываются" нам огромным количеством Духов, которые как микробы живут вокруг нас и питаются нашей энергией. Эти "бесята" всеми силами пытаются получить с нас эту энергию, а единственный способ ее отнять - это заставить нас сделать какую-либо работу. Когда мы ее совершаем, выделяется энергия - их еда, которая как облако выходит из нас во все стороны, а ею и питаются все эти мелкие Духи. Но больше всего мы теряем энергию - через эмоции. Лярвы - это внутренние желания человека. Их порождает сам человек своей энергией и своим желанием вдыхает в него жизнь. Уж так случилось, что человек обладает творческой силой рождать энергоформы. Поэтому, все что он только может пожелать или представить, тут же появляется в энергомире. Лярва - это энергетический шарик, который паразитирует на биополе человека. Именно такую форму принимает то желание, которое его породило. Это и есть те самые "бесы и черти" христиан, которые нашептывают вам на ухо всякие порочные мысли и соблазняют на неправедный путь. Во всех мифах народов мира есть упоминания об этих мелких Духах: у индусов это Ракшасы, у египтян - это дух дома Бес, у римлян - Лары, духи помощники, Купидончики и Амурчики - духи похоти, у евреев - ангелы хранители и ангелы соблазнители. Как только вы захотели что-то, сразу же ваша энергия превращается в энергосгусток, который существует до тех пор, пока вы не удовлетворите свое желание. Постоянное удовлетворение одного желания рождает привычку, которая может перерасти в страсть. Тогда лярва, которая поселилась в ауре человека, сама может рождать лярвы и переходить к другим людям. Все желания - это невидимые энергоформы, существующие вокруг людей и в их ауре. Они созданы и продолжают создаваться ежесекундно самими людьми. Лярвы - это результат жизнедеятельности людей в энергетическом мире. Поэтому лярвы заполнили собой все жизненное пространство и присутствуют везде, т.к. могут существовать довольно долго: от пяти секунд до бесконечности, если рядом есть человек, который подпитывает их энергией. Но люди - сенситивы могут видеть их, как темные шарообразные сгустки, налипшие на биополе людей. Лярвы есть у всех людей и больше всего их можно заметить в области головы, груди и позвоночника, что и является чаще всего причиной недомогания в этой области тела. Если же лярва внедрилась вглубь защитных энергооболочек ауры человека, то можно сказать, что данный человек одержим этой лярвой, которая представляет какую-то порочную страсть этого человека, например: алкоголизм, наркомания, фанатичное увлечение хобби или мания, с психорасстройствами. Если такого человека не избавить от этой лярвы, то в дальнейшем он становится одержим этой порочной страстью и все свои силы тратит на ее удовлетворения, т.к. полностью теряет сознательный контроль над собой."
   Извините, но это не совсем так. На самом деле лярвы это порождение Навьего мира и в нём они совершенно безобидные существа, так как являются всего лишь духами с крайне коротким сроком, жизни. В общем лярвы почти бабочки однодневки. Опасными они становятся только в нашем, реальном, а не метафизическом мире, а поскольку три метафизических и один физический мир это четыре части целого, пусть и неравные по своему объёму и пространству, то навьи духи временами просачиваются в реальный мир. В нём они также не могут жить долго и если вскоре не найдут носителя, а им может быть только человек обуреваемый страстями, то бесследно развеиваются, но вовсе не потому, что их сжигает солнечный свет, святая вода, курение ладана или что-то подобное.
   Навьи духи очень жизнестойкие и могут запросто проникать как в Явий мир, так и в Пекельный, а пекло оно и есть пекло. Просто таков их удел. В трёх метафизических мирах их срок жизни составляет три месяца, а у нас на Земле, то есть в физическом мире, они живут всего двенадцать часов. Некоторые колдуны говорят, что как они сами, так и мы, оборотни, также ведём свой род от навьих духов и всё заключается только в том, что когда-то, в глубокой древности среди людей имелись такие, чьи души были настолько чисты, что навьи духи, вселившись в них, сделали одних колдунами, а других оборотнями. А некоторые говорят, что в наше время этого уже не происходит? Да всего лишь по одной причине - Древние Боги, сделав своё дело, покинули Землю, оставив на память о себе три своих обители - Явий, Навий и Пекельный миры, а также созданий, живущих там, которые лишь изредка посещают реальный мир, да и то, дескать, надолго в нём не задерживаются. Мол нечего им у нас делать.
   Вообще-то так было когда-то, в те времена, когда церковники активно боролись с нечистой силой, колдунами и ведьмами. Теперь всё происходит несколько иначе и я знаком с многими людьми, которые на самом деле являются обитателями трёх этих миров, которым понравилось жить на Земле. Лично я в этом ничего плохого не вижу. Во всех трёх метафизических мирах тоже ведь живёт немало людей и никто их оттуда не гонит. Практически все люди, которые так или иначе туда попали, там прекрасно устроились и их теперь оттуда колом не выгонишь. Ещё бы, ведь там они живут даже подольше, чем на Земле живут колдуны, маги и, чего греха скрывать, мы, оборотни. Наше отличие от них только в том и заключается, что если они попали в те миры случайно и остались там навсегда, то мы родились на Земле, это наш дом и хотя нам ничего не стоит пройти в любой из внешних миров, мы заглядываем туда только в гости.
   Вот и получается, что кое-кто из колдунов и магов попросту выдаёт желаемое за действительность, но всё обстоит совсем не так. По моему собственному убеждению, и не я один так считаю, лярвы всё же бывают двух видов - чёрные и светлые. Одних привлекают люди с преступными наклонностями, а других чуть ли не святые, но ведь и они, как говорится, не без греха, то есть имеют чрезмерно раздутые амбиции и страсти. Далеко не все чёрные лярвы, вселившись в тело какого-нибудь преступника, тут же начинают толкать его на ещё большие преступления. Некоторые просто хотят пожить подольше и потому наоборот, сдерживают своего носителя. После того, как носитель умирает, лярвы, попадая вместе с ним в могилу, начинают выкачивать из информационного поля земли колдовские знания, причём самого невысокого уровня, можно сказать начальные.
   Когда такая лярва становится маткой, а она, как правило, выбирает для этого такого носителя, который вот-вот врежет дуба, то ждёт его кончины и далеко не всегда стремится породить потомство. Как только носитель умирает, она автоматически перерождается и вселяется в тело близкого родственника этого человека. Как правило того, кто находился в этот момент рядом с ним. Вот тут-то и происходит самое удивительное - чёрная лярва в считанные месяцы открывает этому человеку все свои колдовские знания и полностью с ним сливается. С этого момента человек становится чёрным колдуном или же колдуньей и для него начинается новый этап жизни. Он довольно быстро молодеет, обретает феноменальное здоровье и, как правило, рвёт все прежние связи, если они не были очень уж прочными.
   Чёрный колдун вовсе не обязан быть злодеем. Лично я знаю десятка полтора чёрных колдунов и колдуний и хотя все они минимум колдуны в пятом поколении, то есть их колдовской род длится под тысячу, а то и все полторы тысячи лет, ничего плохого о них никто не скажет. Зато Тамара с моей помощью отправила в ад уже троих белых колдунов и одну белую колдунью, от которых не было житья ни людям, ни нам, живущим в двух измерениях, то есть в этом и потустороннем мире. Полагаю, что и белые лярвы также способствуют появлению на свет молодых колдунов, а поскольку они не дураки и умеют маскироваться, то просто так невозможно узнать хоть что-то об их истинном происхождении. К тому же в нашем сообществе нет колдовских паспортов и колдуны не признают никаких границ, как и оборотни, но мы это уже отдельный разговор.
   Колдуны и колдуньи, принадлежащие к древним колдовским родам, такие, как моя хозяйка Тамара, говорят, что все оборотни появились на свет благодаря их предкам. Дескать, в древние времена, когда на Земле ещё жили Боги, найдя юношу, готового бороться со злом, то есть архами и теми потусторонними деятелями, которые почему-то окрысились на людей, испросив у Богов разрешение, вызывали из Навьего мира белую лярву и, проведя сложный обряд посвящения, превращали такого юношу в воина-оборотня. Как правило все оборотни происходят из весьма древних родов, но одни из них сильнее, а другие слабее из-за чистоты крови. Оборотнями с чистой кровью считаются те, предки которых женились только на колдуньях, но сердцу ведь не прикажешь и потому среди нас встречаются оборотни и послабее. В любом случае каждый оборотень знает всех своих предков.
   Впрочем, что касается меня, то я всё же являюсь весьма странным исключением из правил, так как не знаю своих настоящих родителей и до тридцати двух лет вообще не знал, что являюсь оборотнем, причём из очень древнего и могущественного рода, о котором мне ничего неизвестно. Вот так необычно сложилась моя жизнь, да и оборотнем я в конце концов стал не по своей воле или желанию. Как по мне, так я вообще хотел бы ничего не знать о своей природной сущности и был бы от этого только счастлив, но как случилось, так случилось и теперь я вынужден нести свой крест. Правда, нести мне его осталось недолго, всего два полных месяца и семнадцать дней, после чего я снова смогу стать обычным человеком. Хотя нет, я ведь всё равно не смогу изменить своей сущности и потому проживу лет четыреста, если и того не больше. Зато мне уже не придётся каждый день превращаться в волка и уничтожать архов, творящих зло.
   Когда я снова стану свободен, то поживу на Земле ещё лет двадцать, а потом свалю в Явий мир и буду жить там, чтобы не привлекать к себе никакого внимания. Извините, но я уже семнадцать с половиной лет только и делаю, что служу Тамаре, а она такая колдунья, у которой бездельничать не приходится и потому каждую ночь для меня находится какая-нибудь работа. Вот и сейчас я лечу на очередное задание на своём бесшумном и невидимом помеле модели "Yamaha V-Max". Шутка, конечно. Со старинным колдовским помелом этот летающий мотоцикл, изготовленный моим другом, никак нельзя сравнивать. И комфорт другой, и скорость не та, что у этого древнего средства передвижения колдунов и ведьм.
   Да, Тамара, как всегда, оказалась права. Пролетая над коттеджным посёлком, я повсюду видел следы деятельности выводка архов и повсюду это было самое что ни на есть чёрное колдовство. Что же, значит мне следовало произвести здесь тотальную зачистку. Из того досье, которое сбросила мне на почтовик хозяйка, мне было известно, что в Сосновке когда-то жил чиновник районного масштаба, имевший отношение к финансам, в общем вор ещё тот, хотя и не самый высокопоставленный. В кого-то из членов его семьи вселилась не просто матёрая лярвища, а к тому же ещё и очень злобная тварь, люто ненавидящая всех людей без исключения. Тем не менее она хорошо замаскировалась и хотя архи сосали жизненную силу из всех жителей посёлка, делали они это всё же осторожно и ещё никого в нём не убили.
   Зато они стали причиной смерти уже двадцати трёх человек в районе и это было только начало. Ещё пятьдесят девять мужчин, женщин и детей находились в тяжелом состоянии и были при смерти. Если я уничтожу весь выводок, то все навьи чары моментально рассеются и люди поправятся. Более того, они ещё и приобретут иммунитет, а также к ним перейдут, распределившись поровну, все жизненные силы выводка архов. Сами же они, погибнув от моих клыков, сгорят синим, нежарким и ничего не поджигающим пламенем без следа. Но такое может произойти только в том случае, если я обернусь волком и не просто перегрызу им глотки, а отделю головы от туловища, чего архи, естественно, постараются не допустить. Помирать не входило в их планы раньше и не станут они мечтать о смерти теперь.
   У меня вообще-то мелькнула мысль вызвать кого-нибудь на подмогу, но увидев, что пятеро мужчин крутится у двух машин, я сразу же понял, что мне придётся работать в одиночку. Что же, раз так, то я, облетев большой коттедж трижды, бесшумно приземлился возле бассейна, вода тоже была моим помощником, и тут же обернулся волком, благо уже наступило моё время, часы показывали девять часов одиннадцать минут. Моё помело осталось невидимым, зато я выскочил из морока невидимости огромным, серовато-рыжим волком и что самое паршивое, никакого плана у меня не было и в помине. Об этом выводке я только и знал, что в нём может насчитываться до пятнадцати архов, уже полностью вошедших в силе. Свистни я в свой волчий манок и ко мне уже через полчаса примчалось бы несколько матёрых, могучих волчар из числа моих хороших друзей.
   Всё, что я смог сделать, это напустить порчу на оба автомобиля, но всего лишь на каких-то десять минут и, облетая участок по периметру, возвести вокруг него стену из волчьей колючки, а она продержится и того меньше, всего семь минут. Зато на моей стороне были быстрота и внезапность. Не то что ни один человек, а даже самый матёрый арх не сможет соперничать в скорости с опытным, матёрым волком-воином. Именно таким я и был. Весна в этом году была ранняя, а потому конец мая и вовсе был по-летнему жарким и потому задняя дверь, ведущая в какую-то пристройку из стекла, смахивающую на теплицу, была открыта настежь. В неё-то я и влетел, надеясь на то, что мои органы чувств, а их у оборотней больше чем у людей, подскажут мне, какова дислокация сил противника. Мне же нужно было выработать по ходу пьесы хоть какой-то план.
   Она была следующей. Едва я только вбежал в давно заброшенную оранжерею с засохшими растениями, как мне навстречу вылетел ражий детина, одетый в белую тройку, весь из себя набриолиненный и с дробовиком какого-то чуть ли не противотанкового калибра. Вскинуть свою кулеврину этот прыткий верзила успел, а вот нажать на спусковые крючки - нет. Сходу оттолкнувшись задними лапами от пола, я взлетел под прозрачный потолок, в полёте дополнительно ускорился и состриг голову арху-артиллеристу, как розочку ножницами. Тьфу, до чего же у тех архов, которые семимильными шагами идут к обращению в чёрную нежить, противная кровь. По сути дела этот арх уже был наполовину нежитью, а это что-то вроде зомби, только не разлагающееся и не разваливающееся на ходу. Не смотря ни на что, арх исправно вспыхнул синим пламенем, чем очень меня обрадовал.
   Оранжерея была высокой и когда я пролетал под потолком, то увидел, что окно второго этажа тоже раскрыто настежь и потому следующим прыжком влетел в него, оказавшись в донельзя грязной спальной комнате. Да, за архами такое водится. Не любят они поддерживать порядок там, где живут, но за собой, между тем, следят так, как это не снилось даже Сергею Звереву. Всегда одеты с иголочки, чисто выбриты, аккуратно пострижены и надушены самым дорогим парфюмом, но я то чую их чёрное, гнилое нутро и скажу честно, запах архов мне совершенно не нравится. Да это и не запах, а самая настоящая трупная вонь. Очутившись в вонючей пустой спальне, я насторожился и вскоре понял, что на третьем этаже коттеджа никого нет, зато за двумя стенами от меня, то есть через комнату, вовсю любится парочка архов. Туда я и направился в первую очередь, причём напрямик.
   Хотя оборотни не сильно сведущи в колдовстве, через стену толщиной в полтора кирпича они проходят используя для этого простейшее колдовское заклинание. Вот и сейчас, стоило мне только начертать в воздухе лапой пентаграмму двойного прохода, как я совершенно спокойно и что самое главное, совершенно бесшумно смог пройти через ещё одну комнату в ещё одну спальную. Там на грязной, когда-то роскошной постели миловалась знойная парочка. Пергидрольная девица лет пятидесяти на вид, но скорее всего гораздо старше, и какой-то юный качок весь в татуировках. Они заметили меня только тогда, когда я громко клацнул клыками. В общем ам и усё у полном порядке, шеф. Вот только войти в комнату было проще, чем выйти из неё, так как в коридоре отиралось трое красавцев, вооруженных пистолетами-пулемётами.
   Делать нечего, мне пришлось снова прыгать, но теперь уже сквозь стену и мне опять несказанно повезло. В доме ещё никто не учуял присутствия волка и потому все три франта были расслаблены до предела, что их и сгубило. Словно газонокосилка, я ещё в полёте срезал все три головы что самое главное, не сильно нашумел при этом. Два трупа, прежде чем загореться, мягко пустились на пол по стене, а третий я придержал за воротник костюма. Они загорелись практически одновременно и сгорели вместе с костюмами. Зато оружие осталось целым, как и бумажники вместе с их содержимым и в этом не было ничего удивительного. Одежда ведь была заряжена энергией архов, а всё остальное - нет. В колдовстве множество парадоксов, и это один из них. Стань эти архи на путь, ведущий прямиком в чёрные колдуны, и я себе об их шеи все зубы обломал бы.
   Это ещё один парадокс колдовства. Уж на что оборотни крепкие и живучие парни, колдуны будут покрепче нас, но и их тоже можно убить, если перегрызть им глотку. В отличие от нечисти колдуны не сгорают вместе со своими нарядами и даже более того, спустя какое-то время могут воскреснуть, но только в том случае, если кто-то сразу же поместит тело убитого колдуна в какой-то особый гроб. Всех деталей я не знаю, но это факт, если создать почившему в бозе колдуну специальные условия - он запросто может ожить и при этом не станет зомби. Поэтому человек, обернувшись волком, не представляет для колдуна такую уж большую опасность, зато в паре с другим колдуном это не составляет большого труда, хотя сложности всё же имеются.
   В случае с архами всё обстоит гораздо проще. Тут главное не нарваться на заряд картечи или очередь из пуль, изготовленных из серебряной амальгамы. Чистое серебро оборотню до одного места, а вот растворённое в ртути, да ещё и помещённое в прочную оболочку может привести к серьёзным ранения, но всё же не к смерти. Для этого нужно так нашпиговать волка серебряной амальгамой, что его потом можно будет поднять только подъёмным краном. Лично меня такие пули и картечь совершенно не волнуют. У меня пуленепробиваемая шкура, которой я обзавёлся ещё пятнадцать лет назад и с тех пор стал у Тамары самым главным воином, а вскоре те два старых волка, которые работали с ней раньше, и вовсе вышли на пенсию и подались в Явий мир. Надо сказать, что я им очень благодарен, ведь это они научили меня всем самым главным волчьим премудростям. В том числе и стремительному стригущему полёту, когда волк в прыжке откусывает головы сразу двум, трём архам.
   Покончив ещё с тремя чёрными тварями, я пошел по коридору к лестнице, ведущей вниз. Наверху больше никого не было. Внизу же, в большой столовой за столом сидело четверо архов, три женщины и мужчина и что самое замечательное - лярва-матка. Две молодые женщины и мужчина ели какую-то тухлятину, гастрономические пристрастия архов ещё отвратительнее, чем их жилища, а третья дама, постарше, кормила с ложечки лярву-матку. Ею оказалась девочка лет трёх, причём по виду сущий ангелочек, но такой была лишь оболочка, под которой скрывалась чёрная нечисть, готовая отпочковать от себя сразу семь лярв, которые, вселившись в подходящие тела, уже через сутки превратятся в архов. Что же, я подоспел вовремя.
   Правда, осторожно спускаясь по лестнице и осматривая всё, что находилось в радиусе пятнадцати метров с помощь колдовской локации, на целенной на нечисть, я обнаружил, что во дворе осталось только четверо мужчин. Один же, как сквозь землю провалился. Подобравшись поближе к большой столовой, я на несколько секунд замер и просчитал траекторию движения. Мне нужно было бесшумно промчаться по столу и снести пять голов подряд и потому я должен был действовать очень расчётливо. К тому же на столе стояло множество грязной посуды. Не дай мне Род опрокинуть её на пол, вот тогда мне точно не поздоровится в этом коттедже.
   Стремительно влетев в открытую дверь, я в два прыжка добрался до стола и мои челюсти превратились в зубастую гильотину. Отпор мне попыталась дать одна только лярва-матка, которая рыгнула в меня своими ядовитыми внутренностями. Сделав в воздухе головокружительный кувырок, я уклонился от её чёрно-зелёной ядовитой блевотиной и не просто откусил голову, а буквально снёс верхнюю часть тела, превратив в чёрный фарш плечики и шею. Голова с голубыми, испуганными глазёнками упала на стол и мерзко прошипела:
   - Ты опоздал, волк.
   У меня сразу же мелькнула в голове мысль: - "Ох, не к добру это сказано." Делать было нечего, я пролетел через открытую дверь во вторую комнату, в последнем прыжке начертал лапой пентаграмму прохода и нарвался на залп. По мне открыли стрельбу все четверо архов, которые прикрывали отход чиновника, чем, собственно, и выдали его с потрохами. Через волчью колючку он уйти не мог, она, кстати, погасила грохот выстрелов, а то, что ворота гаража были заперты, подсказало мне, где надо искать беглеца. Архи хотя и прорыли подземный ход, не сделали ничего такого, чтобы в него было невозможно войти и я нашел его в считанные секунды. Сбежавшего арха я догнал уже в лесу и расправился с ним в считанные секунды, хотя тот и был вооружен сразу двумя отличными "Береттами".
   Когда арх сгорел, я снова обернулся человеком, одетым в длинное, чёрное кожаное пальто и широкополую стетсоновскую шляпу тёмно-серого цвета. Расстегнув пальто, я вложил в карманы "Беретты" с восьмью обоймами и толстый бумажник. Застегнув пальто на все пуговицы, я снова обернулся волком и две чужие "Беретты", плюс два моих собственных "Глока" с изрядным количеством запасных обойм, ничем мне не мешали. В коттедж я вернулся через подземный ход, протянувшийся на три с половиной километра. Мне нужно было собрать трофеи. Преимущественно деньги и банковские карточки. Не знаю уж как, но Тамара снимала со счетов все деньги архов до единой копеечки. Десять процентов шло мне для поддержки штанов и починку шкуры, двадцать ей на все колдовские расходы, а остальные семьдесят она тратила на благотворительные цели, причём адресно.
   Едва я собрал во дворе бумажники, они тоже были толстыми, как мне в уши ударил громкий ультразвуковой свист. Это заверещал мой волчий манок и сигнал был не из приятных, какой-то волк срочно нуждался в моей помощи. Отказать я не мог, а потому немедленно достал сотовый телефон и позвонил Тамаре, умоляя Рода и всех остальных Богов, чтобы эта поскорее взяла трубку. После доброго десятка гудков она её всё же нашла и сердитым голосом спросила:
   - Чего тебе, Сергей?
   - Тамара, срочно пришли в Сосновку чистильщика, - ответил я вполголоса, так как волчья колючка уже растаяла, - мне нужно срочно валить отсюда. Пусть поработает в доме и ещё в гараже. Там есть сейф. Он спрятан в дальней от ворот стене.
   Моя хозяйка очень не любит, когда у меня появляются с наступлением времени волка какие-то дела. Вот и сейчас она завопила:
   - Ты что это ещё удумал? Сам зачистишь объект! Где я тебе среди ночи найду чистильщика. - И только потом спросила - Что у тебя ещё за дела вдруг нарисовались, что ты должен срочно валить?
   Недовольно покрутив головой, я тихо, но очень строго рыкнул:
   - Волк просит помощи, Тамара.
   В ответ раздался гневный вопль:
   - Так какого чёрта ты мне об этом сразу не сказал? Ладно, Сергей, беги, я сама сейчас слетаю в эту чёртову дыру и всё зачищу, а ты, как разберёшься со своими делами, сразу же позвони.
   Всё-таки Тамара мудрая колдунья. Ей не нужно объяснять - если один волк просит о помощи другого, то тот обязан бросить всё холодное и всё горячее и нестись к нему сломя голову. Так я и сделал. Бросился бегом к своему помелу и, едва вскочив в седло, первым делом вложил волчий манок в считывающее устройство, чтобы, взглянув на монитор, определить координаты. Слава Роду, вызов пришел не с другого континента, хотя тот волк, который позвал меня почему-то не назвав своего волчьего имени, находился не близко, в Таджикистане, на реке Пяндж, в Ишкашиме. Это были весьма памятные для меня места, ведь я когда-то служил на Памире. Добраться туда на помеле было нереально, часа четыре лететь, но я мог сократить путь в несколько раз, если отправлюсь сначала в Явий мир, затем в Пекельный и оттуда уже прямиком в на Памир.
   После нажатия кнопки "Пуск", бесшумно заработал колдовской двигатель моего помела. Автоматически сработало заклинание небесной дороги и я не плавно тронулся с места, как обычно, а рванул вперёд, словно со стартовой решетки. В Явий мир я влетел уже через полторы минуты на высоте в три километра, так высоко там обычно никто не летает, это специальный "волчий эшелон", но на всякий случай тут же включил сирену, крякалку и мигалки. Вдруг и там по небу мчится спешащий куда-то волк. В Явьем мире я оказался как раз над городом Новые Колдуны, то есть в его Славянской части, и, врубив двигатель на полную мощность, перейдя в режим скоростного полёта, помчался к горам Рода. До этого горного хребта я добрался за семнадцать секунд и тут же, не снижая скорости прошел в Пекельный мир, также в "волчьем эшелоне", в котором обычно летали драконы, ифриты и джины, но этот народ давно привык к волчьим полётам.
   Тридцать две секунды и я прошел из Пекельного мира в наш, обычный мир высоко над уровнем моря, но всего в каких-то ста метрах над вершиной пика Сапарходжа. Это примерно то же самое, что прыгнуть из духовки в морозильник, но даже тогда, когда я нахожусь в облике человека, всё равно не перестаю быть волком. Поэтому для меня сорокаградусный мороз это пустяки, как и жара под шестьдесят градусов. До Ишкашима было рукой подать, всего-то и сделать, что скатиться с горы, но я предпочёл воздушную дорогу ледникам и снежникам. Здешние места мне хорошо знакомы, ведь когда-то я нёс службу в Ишкашимском погранотряде, на заставе "Дарой-Санг" в звании лейтенанта. Так что в Ишкашиме, в котором жило около семи тысяч человек, бывал довольно часто.
   Довольно большой кишлак особенно не изменился. Он был довольно чистым и ухоженным. Ишкашимцы древний народ с богатыми культурными традициями. Все они исмаилиты и потому не строят мечетей, считая, что Аллах должен быть в сердце. Что же, на мой взгляд так оно и должно быть. Спускаться вниз мне не имело никакого смысла, ночью чужак на мотоцикле обязательно привлечёт к себе внимание таджикских пограничников, так что недалеко и до стрельбы. Поэтому я стал облетать кишлак по воздуху и вскоре обнаружил дом местного колдуна и весьма удивился, так как знал его лично. Шагар Ага-Хан был местным имамом и я не удивился, что он оказался колдуном. Что в среде колдунов не редкость, а ещё он был добрым колдуном.
   Это я определил по множеству охранных колдовских оберегов и заговоров не только вокруг Ишкашима, но и по всей Ваханской долине вдоль Пянджа. Старый Шагар, хотя если он колдун, то какой он старый, не бездельничал. Увидел я колдовские обереги мудрого имама-колдуна и на сопредельной стороне, а вот его самого не нашел. Зато быстро обнаружил, что мой волчий манок, который я когда-то подарил своему хорошему приятелю, если и вовсе не другу-волку, имени которого я ещё не узнал, находится километрах в шести от Ишкашима, что меня очень удивило. Следы волка я тоже почуял, причём свежие, а вместе с ними следы двух колдунов, четырёх умертвий и ещё пяти каких-то потусторонних типов. Их следы я не смог определить точно и потому даже понятия не имел, кто они такие и что из себя представляют, но всё это мне очень не понравилось. К тому же они не вели никуда, но в этом не было ничего удивительного. Телепортация.
   Колдовская гоп-компания устроила в доме имама, между прочим довольно скромном по сравнению с другими восточными колдунами, форменный погром и явно кого-то искала не только в нём, но и вокруг Ишкашима. Все следы были довольно свежие, не более, чем часовой давности. У меня сразу же возник вопрос - почему меня не позвали на помощь раньше? Два колдуна в одной связке и четыре умертвия в их услужении, уже достаточно серьёзный повод, чтобы звать на подмогу не только волков, но и других колдунов. В результате кто-то позвал меня, но уже после того, как был захвачен в плен колдун Шагар. Кем? С какой целью? И куда, наконец, подевался воин-волк, служивший этому колдуну? Далеко не все колдуны принимают на службу оборотней, но ведь я получил сигнал срочного вызова с того волчьего манка, который однажды сам подарил какому-то волку, скорее всего матёрому, и этот вызов был послан из Ишкашима.
   В общем мне нужно было срочно отправляться туда, где находился манок, чтобы узнать, в чьих руках он находился. В то, что кто-то мог подобрать его, я не верил. Такие вещи не теряются. Это ведь не сотовый телефон Тамары, который может оказаться где угодно, даже в стиральной машине или микроволновке. Поэтому от дома имама я полетел в горы и вскоре оказался возле хорошо замаскированной пещеры. В ней находилась молодая, непроявленная колдунья и трое ребятишек. А вот это уже было, словно гром среди ясного неба. Зато кое-что стало проясняться. Скорее всего у колдуна был внук-оборотень, который взял себе в жены юную памирскую колдунью. Восток, блин! Нет чтобы отправить девочку в Явий мир, чтобы она там училась, как все нормальные колдуны и колдуньи в школе колдовства, так её взяли и выдали замуж за какого-то моего друга. Хвост откушу гаду!
   Впрочем, кому-кому, но только не мне порицать людей за это. У самого рыло было не то что в пуху, а ещё и в перьях, но мне простительно, у меня попросту не было иного выбора. Ладно, не будем горячиться. Тем более, что восточные колдуньи, как правило, сначала выходят замуж, рожают детишек, а уже потом, когда вырастят их, отправляются в школу колдовства и возвращаются оттуда юными и прекрасными красавицами для своих мужей и пожилыми, мудрыми женщинами для соседей. Что же, в этом тоже, наверное, имелся какой-то смысл, иначе люди так бы не поступали.
   Приземлившись на скале, возвышающейся над пещерой, я, не оборачиваясь волком, бесшумно спрыгнул вниз и подошел к укрытию. В нём хорошо была видна добротная колдовская работа. Добротная в том смысле, что ни один колдун никогда не сможет найти его. Да, и я не нашел бы, не будь в руках той колдуньи, которая пряталась в пещере вместе с двумя мальчиками трёх и четырёх лет, и девочкой пяти лет, моего манка. Он-то и отражал в моё сознание всё, что творилось внутри убежища. Пройти в него мне не составляло особого труда, но только в обличье волка, но я не знал, рассказал тот парень своей жене, что он оборотень или нет? Поэтому я взял камешек, тихонько стукнул по каменной плите трижды и негромко сказал по-ишкашимски:
   - Не бойся, я друг. Ты позвала меня и я пришел.
   - Тебя зовут Сергей Рыжий? - спросила по-русски особа лет двадцати двух от роду, - Если да, то я тебя открою. Но учти, у меня тут взрывчатка и если ты не Рыжий, то я взорву себя и детей.
   Н-да, ситуация. Не желая стать причиной гибели этой памирской мадонны, я принялся убеждать её:
   - Да, Рыжий я, Рыжий, только успокойся ради Аллаха, то есть Рода. Послушай, муж сказал тебе, что ты можешь увидеть волка?
   Женщина потерянным голосом ответила:
   - Да, Исмаил говорил, что за нами придёт волк и что он русский пограничник, но я подумала, что это просто твоё прозвище.
   - Убери свою взрывчатку подальше, красавица, и я пройду прямо сквозь камень, - минуту подумав, сказал я, - понимаешь, такой уж я человек, могу превращаться в волка, но я добрый волк и совсем не страшный. Ты держишь в руках волчий манок, это я подарил его Исмаилу. Доверься своему сердцу, послушай и скажи, что оно говорит?
   Мои слова возымели действие и женщина сказала:
   - Оно говорит, что ты действительно волк и дети тебя совсем не боятся. Заходи внутрь, человек-волк, ты действительно друг.
   Обернуться волком и войти в довольно простую пещеру даже сквозь каменную плиту метровой толщины было не трудно. Ещё бы, ведь это было не простое, а волчье убежище, сотворённое колдуном и его волком. Внутри я недолго оставался волком, хотя глазёнки у ребятишек и особенно девочки вспыхнули от восторга. Нет, уж, увольте, я вам не плюшевый мишка. Обернувшись человеком, я спросил:
   - Как тебя зовут, красавица, и что случилось со старым Шагаром? Меня также интересует, куда подевался Исмаил, но больше всего то, что тут вообще происходит. Я был в вашем доме, там кто-то всё перевернул вверх дном так, словно искали наркотики.
   Сумка со взрывчаткой была немедленно отброшена в сторону и тут же последовали внятные и чёткие ответы:
   - Сергей, меня зовут Зумраат. Сегодня под вечер Исмаил вернулся сам не свой и о чём-то разговаривал с дедушкой Шагаром в саду, после чего они сказали, чтобы я быстро собрала детей, взяла корзину с едой, воду и как только я собралась, то мы все каким-то образом очутились в этой пещере. Перед тем, как закрыть её снаружи, Исмаил рассказал мне о тебе и велел дунуть в этот свисток сразу же, как только я почувствую боль. А ещё дедушка Шагар оставил мне свою старую анчаровую палку и сказал, что всё будет хорошо и что ты обязательно переправишь нас в безопасное место. Прошло часа два и я действительно почувствовала сильную боль и дунула в свисток. Вот и всё. Сергей, объясни мне, что происходит? Ты волк, а я тебя совершенно не боюсь и дети тоже не боятся.
   Обстановка прояснилась ещё больше. Двум колдунам было что-то нужно от старого Шагара и его внука-волка и они, чтобы не подвергать Зумраат и её детей опасности, спрятали жену Исмаила, после чего решили дать бой колдунам, умертвиям и каким-то типам из потустороннего мира, что вообще не лезло ни в какие ворота. За такие вещи в любом из трёх потусторонних миров наказание очень суровое, вплоть до смертной казни. Между тем колдун и воин-волк это очень серьёзная сила и в своём доме они обязательно справились бы с двумя колдунами даже в том случае, если бы те привели с собой целый взвод умертвий. Именно на это они и рассчитывали, но колдуны привлекли себе на помощь очень серьёзных бойцов. Возможно ифритов. Именно это объясняло то, что они не оставили чётких следов. Ифриты летающие существа и уже этим очень опасны. А ещё они все колдуны.
   - Зумраат, где в теле ты почувствовала боль? - Спросил я чтобы уяснить для себя, что же случилось с моим неизвестным другом - И вот ещё что, покажи мне анчаровую палку. Не бойся, я ничего с ней не сделаю. Мне нужно просто взглянуть на неё.
   Красавица Зумраат тут же бросилась к лежанке:
   - Сергей, меня всю, словно ожгло огнём, но потом боль прошла. Вот палка дедушки Шагара. Дедушка с ней никогда не расставался.
   Ещё бы, станет колдун расставаться со своим колдовским посохом. Брать его в руки я не стал, а лишь внимательно осмотрел длинный посох, отполированный руками колдуна и весь покрытый трещинками и тончайшей вязью славянских рунических знаков. Шагар был могущественным колдуном и всё же угодил в лапы врага и, возможно, был даже тяжело ранен, но вряд ли убит, так как его колдовской посох не кровоточил. Посмотрев в испуганные глаза красавицы, я слегка улыбнулся и тихо сказал:
   - Дед твоего отца могущественный и очень добрый колдун, Зумраат. Он долгое время защищал жителей Ваханской долины. Поэтому, не смотря на войну, её жители не испытали всех тех ужасов, которые выпали на долю других людей. Хотя Шагар и делал вид, что недоволен русскими, на самом деле он был большим другом пограничников. Его внук и твой муж, Зумраат, воин-волк. Они сказали тебе, что я отведу вас в безопасное место, но тут вам, если ты не станешь выходить наружу, и так ничего не угрожает. А теперь выбирай, что я должен сделать, выполнить просьбу Шагара и отправить вас в безопасное место, или пойти и спасти твоего мужа, которого захватили в плен ифриты, а также спасти жизнь его деду?
   Вообще-то я мог и не спрашивать, но был обязан это сделать. В своих предположениях я не ошибся. Зумраат тихо попросила:
   - Сергей, если ты сможешь это сделать, спаси их.
   - Правильное решение, Зумраат, - улыбнулся я девушке, - тогда я пошел. Не волнуйся, они крепкие парни и ты их скоро увидишь.
   Ох, и обнаглел же я, раз решился выступить в одиночку против двоих колдунов и пяти ифритов. Хотя с другой стороны мне ведь всё равно нужно было сначала провести разведку, а уже потом предпринимать какие-то действия. В любом случае моим долгом было спасти как волка, так и того колдуна, которому он служил. Если один волк пообещал другому волку, что придёт к нему на помощь, то именно так он и должен сделать. Времени с момента пленения волка ифритами прошло немного, а потому я мог разыскать колдовскую банду. С умертвиями далеко не телепортируешься, это очень тяжкий груз.
  

Глава 2

Обстановка осложняется

  
   Из пещеры я выпрыгнул через каменную плиту волком, но наружу вылетел уже человеком, чтобы не оставлять следов и сразу же, с силой оттолкнувшись от камней, взлетел вверх, к своему помелу. Для человека такой прыжок нереален, но даже тогда, когда я принимаю человеческий облик, меня не покидают мои волчьи способности. Снова оказавшись в седле мотоцикла, я взлетел повыше и принялся кружить над Ваханской долиной. На сопредельной стороне тоже находился кишлак Ишкашим, но уже афганский. Так я и летал всё расширяющимися кругами, зорко вглядываясь волчьим взглядом в окрестности и вскоре заметил не просто след, а нечто куда большее. На сопредельной стороне, за кишлаком Казидех, от которого вглубь узкой полоски афганской земли к перевалу Иштраг шла по ущелью хорошо наезженная даже не тропа, а грунтовая дорога, я увидел помятый джип и обнаружил в нём четыре умертвия и колдуна Шагара.
   Что же, мне повезло, а вот умертвиям, которых поднял из могилы какой-то колдун и превратил их в своих верных слуг, наоборот. В том, что они уже очень скоро окончательно помрут, я нисколько не сомневался, хотя их и было четверо. Против любых умертвий, даже самых умело созданных, ртутно-серебряные разрывные пули лучшее средство из всех, которые только были придуманы, но если отгрызть им головы, то они сгорят бесследно. А для этого их нужно было заставить выйти из джипа. Тот ехал довольно медленно и вовсе не потому, что фары были выключены, умертвия видят в темноте даже лучше, чем днём. Просто они ушатали свой джип в хлам. Залетев километров за шесть вперёд, я быстро соорудил на дороге такой завал, который и четверо умертвий не смогут раскидать пинками.
   После этого я спрятался и принялся ждать. Времени до шести утра у меня было достаточно, ведь с момента наступления времени волка не прошло ещё и часа, а за ночь многое можно сделать. Сегодня мне определённо везло. Колдовская банда разделилась и судя по всему её база находилась даже не в Афганистане, а в Пакистане, за перевалом Иштраг. Где-то в этой стране находилась штаб-квартира почти легендарного белого колдуна Маштагара, творящего такое чёрное зло, что по сравнению с ним меркнут все злодеяния архов. Вот тут-то мне и подумалось: - "Неужели Шагар и его внук перешли дорожку самому Маштагару, которого прозвали хозяином всех перевалов Гиндукуша? Если так, то мне нужно быть предельно осторожным. У этого урода есть множество врагов, которые из-за этого никогда не станут моими друзьями, но и немало союзников."
   Мысль была весьма своевременной и к тому же скорбной и скорбь её выражалась в том, что позвать на помощь мне было некого. Маштагар, настоящего имени которого я не знал, был очень древним колдуном. Такие никогда не творят зла сами, а потому втройне опасны. Бросить им вызов в установленном колдунами порядке практически невозможно, суд старейшин затянется на столетия. Напасть в одиночку и победить - весьма малореальная затея. У него под рукой может оказаться целая армия не то что умертвий, а самых отборных колдунов. Призвать на помощь Тамару? Нет, только не это. Она никогда не станет связываться с таким монстром. Ещё более проблематичным было призвать других колдунов - сразу спросят, а почему ты не позвал Царицу Тамару? Призывать оборотней тоже было опасно и к тому же не в моих правилах подставлять под огонь друзей, хотя я и не какой-то там герой-одиночка. Просто нужно иметь голову на плечах.
   Вспомнив об осторожности, я тут же стал себя убеждать: - "Нет, тут никаким Маштагаром даже и не пахнет! Скорее всего это два каких-то колдунка решили провести на север крупный караван с наркотой и с этой целью решили расчистить путь своим подручным." Сработало. Это куда больше походило на истину. Не станет такой матёрый колдунище сам делать то, на что он может подрядить хоть три десятка колдунов помоложе, которые так люто ненавидят русских людей, что готовы сами таскать тюки с героином через Пяндж. Эта старая сволочь вылезет из своего укрытия только в том случае, если старик или его внук узнали настоящее имя колдуна, то, которое ему дали родители. Неужели так оно и случилось? Разгадка была близка. Джип, в котором сидели четыре холёных умертвия, одетых в военную униформу не пойми какой армии, приближался.
   Умертвия, завидев на дороге завал, моментально остановились и стали решать, что им делать. Один трупак, поднятый из могилы колдуном, достал спутниковый телефон и стал созваниваться с хозяином. В такую удачу я даже не мог поверить и сразу же включил сканер, но разговор был коротким. Умертвие доложило, что перед ними на дороге завал и хозяин коротко приказал: - "Разобрать и ехать дальше." Это мне ровным счётом ничего не дало. Почти не дало. Раз хозяину обязательно был нужен старик, это означало, что волк ещё жив и речь, скорее всего, шла о долгих и мучительных пытках. По всей вероятности ифриты поймали волка огненной сетью и если у него уже установилась прочная ментальная связь с женой-колдуньей, то значит он точно жив, а это означало, что в человека он решил не оборачиваться. Что же, если умирать под пытками, то лучше волком. Тогда твои палачи ничего не услышат от тебя, кроме злобного рычания.
   Умертвия, быстро оценив объём работ, вышли из джипа все четверо. Просто умнички! Они меня этим здорово порадовали. Как только они подошли к завалу и стали к нему примериваться, я вышел из своего укрытия, одним прыжком приблизился и поздоровался:
   - Привет, ребята, помощь часом не нужна? - Я обратился к ним на пушту, после чего перешел на английский - Вы что, немые?
   Разговаривать с посторонними колдуны как правило запрещают, но всё же бывают исключения, но не в этот раз. Умертвия вместо того, чтобы ответить, схватились за оружие и тем самым дали мне повод ответить им той же монетой, то есть клыками. В следующее мгновение я уже обернулся волком и прыгнул с таким расчётом, чтобы оказаться между двух трупаков. Клац челюстями направо, клац налево и на дороге сразу же стало светлее. Выстрелить никто не успел и через пару секунд я уже шел к машине. Колдуна я нашел в багажнике джипа не только связанным, но и засунутым в большой мешок, сшитый из кожи буйвола, да к тому же ещё и заговоренный. Поэтому, вытащив его и положив на дороге, я снова обернулся волком и в три секунды располосовал его клыками на лоскуты, чем снял заговор.
   Вслед за этим я рассёк клыками колдовскую верёвку, сплетённую из конского волоса и колдун, придя в себя, болезненно застонал. Шагару хорошо досталось от ифритов. Его руки и грудь были покрыты ожогами, зато лицо и что самое главное, глаза, не пострадали, но борода сгорела напрочь. Ничего, отрастит себе новую. Слюна волка-оборотня недаром считается самым лучшим лекарством и я тут же принялся зализывать раны колдуна. Тот, подставив мне руки, стонущим голосом стал пенять мне:
   - Зачем ты пришел, Сергей? Тебе же было сказано переправить Зумраат в безопасное место. Это не твоё дело. Мы сами должны разобраться с этим старым негодяем.
   Убедившись, что ожоги сошли на нет, я обернулся человеком и сердито огрызнулся:
   - Теперь это моё дело, Шагар. Зумраат попросила спасти вас и я дал ей слово, что сделаю это. Всё, хватит болтать. Давай перейдём к делу. Мне нужна от тебя точная информация. Отвечай мне коротко и ясно. Первое, как зовут твоего внука. Второе, кто вас захватил и третье, куда его уволокли ифриты.
   Колдун поднялся на ноги, старой и морщинистой у него была одна только физиономия, виртуозно выматерился по-русски и стал вместо того, чтобы отвечать мне, срывать с себя обгорелую одежду. Оставшись в одних штанах, да и тех дырявых, он полез в джип, поковырялся в нём и вылез из него с большим свёртком и со словами:
   - Хвала Аллаху! Эти поганые твари не выбросили форму таджикских пограничников. А теперь слушай меня внимательно, парень. Раз ты дал слово Зумраат, значит я иду с тобой. Хотя мой посох и остался у неё, мне на это плевать. Палка она и есть палка. Ею ифрита не убьёшь. Самое главное, - колдун показал мне новенький ученический ранец, - они прихватили с собой все мои боевые амулеты. Для тебя у меня тоже кое-что есть, Сергей. - Поймав на себе мой немигающий взгляд, старик наконец заговорил о деле - Ладно-ладно, не сердись. Моего внука зовут Исмаил...
   Этим он только разозлил меня и я зарычал:
   - На кой чёрт мне сдалось его человеческое имя! Я его и так знаю, старый шайтан. Назови мне его волчье имя!
   Шагар не обиделся. Положив ранец на крышу джипа, он сложил руки лодочкой, сотворил заклинание и умылся. Его обгорелая борода мигом исчезла и я увидел не такое уж и старое смеющееся лицо. Кивнув, имам-колдун поспешил сказать:
   - Извини, Рыжий, я как-то об этом не подумал. Моего внука зовут Сдвоенный Клык. Он уже двенадцать лет, как работает со мной.
   Мне сразу же полегчало. Сдвоенного Клыка я знал хорошо. Мы раз двадцать выполняли задания Тамары вместе. Хорошо знала его и моя хозяйка и единственное, чего я не знал, того, что он внук моего старого знакомца. Широко улыбнувшись, я сказал старику:
   - Я хорошо знаю твоего внука, Шагар. Он отличный волк и мой хороший друг. Поверь, убить его будет очень трудно. На это у кого угодно уйдёт дня три, но я доберусь до того места, где его держат, намного раньше. Ты когда-нибудь имел дело с ифритами?
   - Приходилось, - ответил колдун, - дрался с ними несколько раз, но до смертельного боя дело не доходило. Могу сказать одно, убить ифрита можно только в воздушном бою, а я, к сожалению, могу летать только на своём посохе. Давно хотел купить себе новое мотопомело, да всё как-то не удавалось скопить денег. Понимаешь, народ у нас живёт бедно, вот мы всё и отдаём людям.
   Тут старик был прав. Если бы люди в Таджикистане жили богато, то они не ехали бы в Москву на заработки и памирцы не были исключением. Расстегнув пальто, я достал "Беретты" и сказал:
   - Мотопомело у меня есть и я летаю на нём не хуже джина, а не то что какого-то паршивого ифрита. Будешь у меня бортстрелком.
   Колдун сразу же стал переодеваться в форму таджикского пограничника. В джипе нашлись даже бронежилеты с разгрузками и он тут же надел сначала бронник, затем разгрузку и принялся перекладывать в неё содержимое школьного ранца. Как только всё было готово, он попрыгал на месте, потом проверил оба пистолета и, наконец, вздохнул и принялся отвечать на остальные мои вопросы:
   - Сергей, на нас напал сам Маштагар.
   Сказав это, колдун замолчал и пристально посмотрел на меня, ожидая ответной реакции. Честно говоря, я поначалу подумал, что мне станет не по себе, но вместо этого меня охватил азарт и я, оскалившись, зловещим голосом сказал:
   - Тем хуже для него. Эта старая сволочь уже не одну сотню лет колобродит на Востоке от Ирака до Индии и особенно в Афганистане и Пакистане. Пора дать ему укорот. Что ты можешь сказать ещё?
   У колдуна отлегло от сердца и он улыбнулся:
   - То, что настоящее Маштагара имя Салех Аль-Рахим, Сергей, и ему стало известно, что мой внук сумел это узнать. Он долго искал его логово и однажды, подобравшись к нему чуть ли не вплотную, услышал, как тот сам назвал его одной девушке, прежде чем убить её. Вот потому-то Маштагар и решил покарать нас за то, что Исмаил сумел проникнуть в его тайну. Он унес его в своё тайное убежище, которое находится в ущелье под северно-западным склоном горы Тирич-Мир. Слуг у него там немного, но его охраняют пятеро ифритов. Ты и сейчас хочешь спасти его?
   В ответ на это я криво усмехнулся:
   - Твой внук уже не маленький, сам о себе позаботится. Наша с тобой задача выманить ифритов и сначала разобраться с ними, а уже потом я займусь Маштагаром, а ты его дружком. Думаю, что они не сбегут, а если и сбегут, то не беда. Теперь ему всё равно конец. Враги Маштагара давно мечтают узнать его имя и поквитаться с ним.
   Это точно. Как только Тамара растрезвонит на весь мир, что настоящее имя злобного Маштагара, который сотни лет мутил воду на всём Востоке - Салех Аль-Рахим, с ним захотят посчитаться очень многие колдуны как Запада, так и Востока. Скорее всего они даже не станут вызывать его в Пекельный мир на суд и пришибут эту злобную сволочь в одном из его убежищ втихую. Нам же нужно было всего лишь вызволить из его зиндана Сдвоенного Клыка, а для этого было достаточно вызвать на бой ифритов. С ними я никогда не был знаком близко, но кое-что об этой братии знаю.
   Как и все обитатели потустороннего мира, ифриты колдуны и маги, хотя и не самые могущественные. Они могут создавать себе для жизни на Земле человеческие тела, причём ничем не отличающиеся от тел обычных людей. Точнее ничем, кроме силы и почти полной неуязвимости, но перед нами они предстанут в своём настоящем облике, а он у них ещё тот. Ифриты верзилы почти трёхметрового роста, но вместо ног у них языки пламени. Из оружия они пользуются только длинными, до десяти метров, огненными бичами, которые в их руках могут превращаться ещё в трёхметровые плети-семихвостки и пятиметровые ловчие сети. Во всех трёх ипостасях это оружие ближнего боя и к тому же не самое эффективное, но ведь они ещё могут изрыгать огонь, а также швыряться огненными шарами.
   Лично мне, как и любому другому оборотню, огонь не очень страшен, как и любому колдуну. На месте Шагара обычный человек сразу же превратился бы в кучку золы, а ему хоть бы хны. С его внуком даже ифритам придётся повозиться. Сдвоенному Клыку под сороковник, то есть он ещё молод, хотя давно уже и не щенок, но этот волк происходит из древнего рода, причём с чистой кровью, а потому невероятно силён. Если бы судьба свела нас друг против друга и я не смог бы решить дело миром, то это не факт, что мне удалось бы его победить. У этого парня правый верхний клык действительно сдвоенный, что сулит ему победу, а всем его врагам бесславное поражение и очень болезненные укусы, но мы с ним давние друзья, кентуемся вот уже восемь лет и потому нам нечего делить. Так что о нём я не беспокоился. Самое время о себе подумать и я спросил:
   - Шагар, ты хорошо стреляешь?
   Колдун оживился:
   - А как, по-твоему, должен стрелять офицер СМЕРШа? Я, мой мальчик, стреляю так, как тебе это и не снилось.
   У меня глаза на лоб вылезли от удивления:
   - Как это? Шагар, ты не заливаешь? Когда шла Великая Отечественная, колдуны России и Европы договорились ведь не принимать участие в этой войне, чтобы не проливать кровь простых людей. Мол её и так прольётся сверх всякой меры. Как же ты попал в СМЕРШ?
   Колдун ухмыльнулся:
   - Рыжий, я ведь памирец, а нас, памирцев, спас от истребления русский царь. Если бы не русские, афганцы вырезали бы всех памирцев, ведь мы исмаилиты и потому им можно нас убивать. Поэтому я ещё тридцать пятом году поступил на службу в органы НКВД или ты думаешь, что мне просто так было разрешено стать имамом ещё в советские времена? А что касается конвенции магов Запада и колдунов России, то я ведь её не подписывал и потому сразу же, как только был создан СМЕРШ, воевал с немцами. Кстати, это брехня, что немецкие маги не воевали на стороне Гитлера. Ещё как воевали. Вспомни того же Отто Скорцени, но у него хватило ума не шебаршиться на Восточном фронте, а не то я его точно грохнул бы.
   Покрутив головой, я немедленно принялся разоружаться. Две "Беретты" двумя сотнями патронов для такого стрелка, как этот, явно будет маловато и отдал ему оба своих "Глока" с двенадцатью запасными обоймами по двадцать пять патронов в каждой, а также американский револьвер "Кольт Питон" с восьмидюймовым стволом и пять дюжин патронов к нему. Вся моя карманная артиллерия была снаряжена патронами с ртутно-серебряными пулями и я пояснил:
   - Шагар, считается, что ифриты неуязвимы для стрелкового оружия, но это не так. Ртутно-свинцовые разрывные пули их хотя и не убивают, всё же причиняют им дикую боль, но что самое важное, они начинают двигаться медленнее и теряют свою силу. Поэтому моя задача не дать им гоняться за нами и сразу же начать гонять их, а твоя задача всадить в каждого как можно больше пуль. После этого я с ними справлюсь без особых хлопот. Пошли к моему помелу.
   К помелу мы отправились не сразу. Сначала старый энкэвэдэшник обвешался оружием и боеприпасами, как новогодняя ёлка, потом нацепил на себя с десяток амулетов для защиты от огня, мне они не требовались и мы, наконец, перебрались через завал. Увидев моё мотопомело, колдун схватился за голову:
   - Вай ме! Сергей, где ты взял такое чудо? Это же не помело, а летающая артиллерийская батарея!
   А колдун-то петрил в технике. Да, моё мотопомело было далеко не такое простое, каким могло показаться. Это только с виду оно похоже на японский мотоцикл "Yamaha V-Max" чёрного цвета. На самом деле это грозная боевая машина. Мотопомело мне изготовил в подарок мой друг - гном-дракон Геша, помешанный на оружие и это было уже шестое его творение. Колдовские моторы встроены в переднее и заднее колесо, а всё остальное, что изображало двигатель и бензобак, действительно представляло из себя оружие, но это была колдовская ракетная установка. С каждой стороны бензобака находились не воздухозаборники, а по паре пусковых установок, из которых вылетали самонаводящиеся колдовские ракеты. Ещё четыре пусковых установки, замаскированные под глушители, были нацелены назад.
   Ракеты "изготавливались" прямо в пусковых установках из смеси драконьего огня, серебра, ртути и ещё чего-то, а потому были очень мощными, но против ифритов я их применять не собирался. Во избежание крупного скандала с джинами, живущими в Пекельном мире. Моё мотопомело это ведь оружие против драконов. Зато по крепости Маштагара я мог отработать ракетами без малейшего стеснения. Мой друг гном-дракон изготовил мне не только помело, но и всё остальное оружие и самое главное пошил мне из своих крыльев пальто, казаки, перчатки и шляпу, а из своей драконьей шкуры всю остальную волчью одежду и даже изготовил для меня специальные защитные очки. В общем если ифрит не врежет мне своим огненным кулаком или плетью по зубам, то всех остальных ударов я даже не почувствую. Подумав, я всё же решил сказать колдуну, с которым шел в бой:
   - Шагар, это мотопомело драконьей работы и предназначено оно для борьбы с драконами. Вся моя волчья одежда тоже пошита из шкуры и крыльев дракона. Как только я сяду на него, то сразу же превращусь со своим мотиком в одно целое. Ты сядешь позади меня и мой плащ обхватит тебя и тоже намертво прикрепит к помелу, так что не волнуйся, что бы я не вытворял в воздухе, ты не свалишься вниз. Те две "Беретты", как мне кажется, отличное оружие, но расстреляй сначала все патроны из них, а уже потом вооружайся "Глоками". Они тоже изготовлены моим другом, как и "Кольт". Как только у тебя кончатся патроны для "Глоков", я спущу тебя на землю. Только учти, тогда у тебя останется один "Кольт", а он у меня очень мощный.
   Колдун успокоил меня:
   - Не волнуйся, Серёга. Старый Шагар не промахнётся ни разу, а на земле мне и твой "Кольт" не понадобится.
   Хорошо, если всё так и будет. Я расстегнул пуговицы на разрезе пальто сзади, сел в седло, колдун сел позади меня и пальто плотно прижало его к мотоциклу. Немного подумав, я отдал очки Шагару и, плавно взлетев в воздух, полетел в сторону Пакистана снова совершенно невидимый, хотя сейчас нас было обнаружить куда легче. В том ущелье, которое мы покинули, уже наступило лето. Там склоны были покрыты травой, вовсю цвели цветы и воздух был напоен ароматом тех из них, которые были ночными. Там же, куда мы прилетели, царила зима. Ещё бы, убежище Маштагара находилось на высоте в пять километров, под высоченной каменной стеной, выше которой лежал ледник. Это была верхняя часть ущелья, а Тирич-Мир самая высокая вершина Гиндукуша - убийцы индусов, и, как говорят, чуть ли не самая опасная в мире гора для альпинистов. Полагаю, что в первую очередь из-за колдуна Маштагара.
   С высоты в шесть с половиной километров, подлетев на расстояние в четыре километра, я стал разглядывать убежище хозяина перевалов Гиндукуша и обнаружил, что это довольно-таки современное шале с зимним садом позади него. В передней части, обращённой к ущелью, имелась даже посадочная площадка для пары вертолётов, но она пустовала. Зиндан находился не в самом шале с мощными железобетонными стенами, а рядом с вертолётной площадкой. По всей видимости Маштагар терпеть не мог, чтобы в его маленьком раю появлялся хоть кто-то кроме него. Он и ещё один колдун находились внутри шале, а его слуги-умертвия снаружи. Их было семеро и они сидели прямо на бетоне под стеной сжимая в руках оружие. Что же, я тоже ненавижу поднятые из могилы трупы.
   Стоило только на приблизиться, как из зиндана стали вылетать один за другим здоровенные ифриты. Поскольку скрывать своё присутствие уже не имело никакого смысла, я выпустил в шале двенадцать ракет. Рванули они знатно. Мощную внешнюю железобетонную стену разнесло на куски. Досталось и второй стене, за которой находились главные помещения горного шале колдуна. Троих умертвий разорвало в клочья, но четверо уцелели и тут же побежали внутрь, наверное греться, пока шале не выстудилось. Я же, как и собирался с самого начала, немедленно напал на ифритов и Шагар, подняв руки немного выше моей головы, открыл по ним беглый, но очень точный, можно сказать убийственно меткий, огонь. Ртутно-серебряные пули с вольфрамово-молибденовой оболочкой пробивали их мощные торсы в чёрных кожаных жилетах и взрывались внутри.
   Ифриты дико взревели и стали немедленно удирать от нас, но это была всего лишь их первая реакция. Они быстро разделились на две группы и в небе над горой Тирич-Мир закрутилась огненная карусель. Понять сразу, кто за кем гонялся, было попросту невозможно. Нашим врагам не повезло в первую очередь потому, что мы составляли с мотопомелом практически одно целое и потому я вертелся в небе чёртом, стараясь держаться к ифритам как можно ближе, но в то же время не попадать под удар их огненных бичей. Шагар стрелял по ним практически из любого положения и буквально каждый его выстрел достигал цели. Поэтому ифритам приходилось не сладко.
   Они ревели, как бешенные и отстреливались от нас точно так же, но постепенно их скорость замедлялась. Между тем я постоянно вёл счёт израсходованным боеприпасам и когда понял, что у моего бортстрелка осталось всего четыре обоймы, ловким манёвром направился к вертолётной площадке и попросту сбросил его. Сразу после этого полы моего пальто превратились в крылья и я взялся за ифритов всерьёз. Удар драконьего крыла страшен. Драконы могут крыльями срубать скалы, а ифриты к этому времени уже пыхтели, как паровозы и летали через не могу. В общем самое время было перейти в наступление и я резко увеличил скорость и стал подниматься вверх. Ифриты хотя и были ранены, погнались за мной.
   Взлетев выше вершины Тирич-Мир, я сделал кульбит и полетел навстречу самому прыткому из ифритов. Хотя у меня и имелась возможность отрубить ему голову, я не стал этого делать, ведь в таком случае он уже никогда не воскреснет. Грызня с ифритами и особенно джинами в будущем мне была не нужна и потому я нацелился ему в грудь. Удар был страшным. В том числе и для меня, но я выдержал, а вот разрубленный ифрит тотчас исчез, но воздушный бой сделался ещё ожесточённее. Вообще-то я здорово сглупил, что не забрал у Шагара защитные очки. Один из ифритов залепил мне огненным шаром в рожу и я на несколько мгновений ослеп, хотя и успел зажмуриться. Воя от нестерпимой боли, я чисто интуитивно срубил второго ифрита и стал удирать от этих горячих восточных парней.
   Минут через пять моя волчья натура сделала своё дело и зрение вернулось ко мне полностью. Хотя я и улетел от ифритов далеко, они не прекратили погоню, а зря. Снова сделав кульбит, я помчался им навстречу и не смотря на ураганный огонь срубил третьего ифрита, после чего ещё минуты через три четвёртого и принялся гоняться за пятым. Тот явно тянул время. Скорее всего Маштагар уже вызвал подкрепление и мне следовало поторопиться, но моему мотопомелу досталось больше, чем мне и оно стало терять скорость. Хорошо ещё, что высота была большой, а ифрит находился как раз между мною и высокогорным дворцом старого колдуна. Чтобы завалить последнего ифрита, мне всё же пришлось выпустить по нему три ракеты, но я сделал это с такой целью, чтобы они взорвались рядом с ним и хотя бы сбили его с толку. Моя уловка увенчалась успехом и я, наконец, летя на почти мёртвом помеле разрубил и его, после чего, пользуясь драконьими крыльями, стал планировать к шале.
   Там шла перестрелка между Шагаром и ещё откуда-то взявшимися умертвиями. В зиндане тоже завязалась ожесточённая схватка и судя по синему пламени Сдвоенный Клык успешно обезглавливал умертвия. Что же, на тяжело раненого волка он не был похож и в тот момент, когда я заходил на посадку, мой друг вырвался из зиндана. Он был громадным, светло-серым волком. Посадив руины помела, я слетел с него чёртом и направился к шале. Шагар к тому времени перестрелял почти всех умертвий, его оборонявших. Маштагар почему-то не сделал ноги, хотя ловить ему тут уже было нечего. Два матёрых волка и опытный колдун с "Кольтом Питон" в руках, да ещё и с целой кучей боевых амулетов смело могли гарантировать ему мучительную смерть. Пока находился в облике человека, я истошно заорал:
   - Салех Аль-Рахим по прозвищу Маштагар, выходи!
   Вслед за этим внутри дворца раздался возмущённый крик, причём не мужской, а женский:
   - Ты Маштагар? Будь ты проклят, обманщик! Забудь о том, что я поклялась защищать тебя от врагов!
   Тут же раздался истошный вопль:
   - Стой, шелудивая обезьяна! Заклинаю те...
   С заклинанием у Маштагара получился облом. В том смысле, что из большого пролома кубарем выкатились толстый, как хорошо откормленный к Новому году боров, колдун в белом одеянии, большой чалме и с длинной бородой, а также колдунья в чёрном наряде японского ниндзя, которая была свирепее дикой кошки. Раскосые глаза этой бестии горели дьявольским огнём и она, приложив старца к бетону приёмом то ли айкидо, то ли дзюдо, прорычала:
   - Делайте с этим старым мерзавцем, что хотите, он больше не находится под моей защитой и, вообще, мне пора домой.
   Девица тут же исчезла, а Маштагар вскочил на ноги и взревел:
   - Ну, и проваливай! Я своего добился! Шагар привёл ко мне Рыжего волка и сейчас я им займусь.
   Салех Аль-Рахим, выронивший свой колдовской посох, шевельнул пальцами и тот влетел в его руку. Дожидаться атаки колдуна я не стал. Она могла оказаться для меня смертельной. Рванувшись, я в прыжке превратился в волка и ещё через три прыжка устремился к нему в пологом, стремительном полёте, нацелившись на его глотку. Всё-таки старость не радость. Маштагар, похоже, давно уже забыл, что такое схватка с воином-волком, причём здоровенным и набравшимся опыта. У меня и в мыслях не было перегрызать ему глотку. В таком случае он обязательно возродится. Зато старый колдун этого не понял и вместо того, чтобы пустить в ход свой колдовской посох, попытался защититься им от моих зубов.
   Дурашка, кто же так делает. Будь я щенком с молочными зубами, этот трюк ещё прорезал бы, но мои зубы были крепче алмаза, а своими челюстями я мог перекусить стальной кругляк. В общем его посох я разгрыз, как сахарную косточку, хотя и не имею привычки глодать кости. Маштагар, получив в грудь мощнейший удар, в теле волка я ведь вешу полтора центнера, ляпнулся на пятую точку, взвизгнул по бабьи, перевернулся на четвереньки и стал удирать. Моему взгляду предстала просто чудная картина - здоровенный зад древнего колдуна и просто шикарная возможность опустить его гораздо ниже плинтуса. Одним прыжком я догнал его и мои челюсти пришли в движение. Когда-то я читал, что больнее укуса волка, укус сразу двух волков. Фигня! Того, кто написал это, просто никогда не кусал матёрый волк-оборотень, то есть волк-воин.
   Своим первым укусом я начисто снёс Маштагару правое полупопие, вторым левое, а третьим превратил в крошево крестец и добился желаемого. Старое, злобное чудовище ретировалось с поля боя без задницы, сопровождаемое оглушительным хохотом колдуна Шагара, который по достоинству оценил мою остроумную месть. Теперь Салеху Аль-Рахиму только и оставалось, что повеситься. Он мало того, что потерял свой колдовской посох, который я перекусил, так ещё и начисто лишился задницы и быть ему теперь во веки веков объектом насмешек всех, кто об этом только узнает. Вообще-то самое главное заключалось в том, что теперь вся порча, которую он навёл на людей и хоть что-либо, обратится против него, а этого не сможет выдержать ни один колдун на свете, даже самый великий. Зато с меня взятки гладки, я ведь даже не сделал попытки убить древнего колдуна.
   Снова обернувшись человеком, я первым делом бросился к обломкам посоха и засунул их в бездонные карманы своего пальто. Ко мне, весело смеясь, подбежали дед и внук, одетый в кожаную куртку, джинсы и берцы. Мы обнялись, как два старых друга, и смеясь принялись тузить друг друга по плечам. Клык, который был повыше ростом, перестав душить меня и весело спросил:
   - Рыжий, за каким чёртом ты сюда припёрся?
   - А я почём знаю? - Деланно удивился я - Было бы, конечно, разумнее провести разведку и всё такое, но ты же знаешь, даже в том случае, если бы я вызвал волков-стражников, толку от этого было бы ноль. Даже они не смогли бы вызволить тебя и Шагара из зиндана, а обращение в Суд старейшин привело бы к тому, что мы с Тамарой вас может быть и вызволили бы, но они точно отмазали бы его. Сам понимаешь, корпоративная этика. Для них Маштагар старый сукин сын и мерзавец, но это их сукин сын, а то, что он свёл в могилу множество людей, никого из них особенно не заботит. Они блюдут какое-то таинственное мировое равновесие. Вы мне лучше вот что объясните, мужики. Как вы оказались в лапах этого ублюдка? Извините, но я ни за что не поверю, что два таких воина просто сдались без боя.
   - А мы как раз и сдались фактически без боя, - спокойно ответил Клык, - я рассудил так, Рыжик. Если ты спрячешь в надёжном месте Зумраат и детей, то Царица Тамара поднимет такой шум, что старейшины мигом потащат меня и дедушку на суд, и там я заявлю всем, что Салех Аль-Рахим никакой не великий шейх, а гнусная, злобная тварь по прозвищу Маштагар. У него даже среди старейшин столько врагов, что после этого жить ему осталось бы считанные часы, но ты сделал иначе и если не считать того, что пятеро ифритов откинули свои огненные копыта, что грозит тебе судом джинов, всё прошло просто великолепно. Правда, ты теперь стал для всех старейшин самым злейшим врагом, но предъяву они тебе сделать не смогут. Зато я представляю себе, как теперь обрадуется Тамара и все остальные мудрые и всеми уважаемые колдуньи и колдуны. Они тебя просто зацелуют, Рыжик, а за ними, старик, сила побольше, чем за старейшинами.
   Шагар протянул мне мои стволы, включая обе "Беретты" и, кивая в знак согласия с внуком, сказал:
   - Да, Сергей, теперь мы сможем дать этим старым маразматикам укорот и всесилию их политбюро наконец-то наступит конец. Возьми своё оружие и выскажи моё почтение тому мастеру, который его изготовил. Ничего более лучшего я в руках не держал.
   Вложив в кобуры "Глоки" и "Кольт", возвращая Шагару обе "Беретты", я встревожено поинтересовался:
   - Эти твои, Шагар, я недавно взял их в качестве трофея на месте смерти одного арха. Ты серьёзно считаешь, что их изготовил тот же мастер, что и мои стволы? Я ведь их даже толком не рассмотрел.
   Засовывая "Беретты" в кармашки разгрузки, колдун-смершевец с насмешкой в голосе ответил:
   - Серёга, поверь, в моих руках перебывало столько оружия, что я по этой части уже академиком скоро стану. Эти "Беретты" ручной работы и их изготовил великий мастер. Нет, величайший. Металл у них особенный, почти не греется. Стреляют они, как швейная машинка строчит - стежок к стежку, а целиться из них одно удовольствие. Они в моей руке были просто продолжением мысли. Большое спасибо тебе за столь ценный подарок.
   Тем самым дед Клыка задал работы моим мозгам. Мой друг, гном-дракон из далёкой Гиартии, который прибыл на Землю, чтобы получить в нашем мире высшее образование, никогда не приторговывал оружием. Значит кто-то тайком воровал у него стволы и сбывал их за большие деньги какой-то крутой публике. У меня появился ещё один повод не дожидаться здесь хозяйку, а побыстрее свинтить из высокогорного шале, но сначала я должен был ей позвонить, хотя разговаривать с Тамарой мне совершенно не хотелось. Между тем светало и до окончания моего очередного ночного дежурства осталось все каких-то четверть часа. Я достал телефон и вызвал хозяйку. На этот раз она взяла трубку сразу и ворчливо приказала:
   - Рассказывай, что у тебя та стряслось.
   - Ты хорошо спала? - Спросил я хозяйку - Или снова начнёшь отнекиваться от всего, о чём я тебя попрошу?
   Тамара зевнула:
   - Давай уже, рассказывай, во что ты вляпался на этот раз и кого мне призывать на помощь, чтобы отмазать тебя.
   - Тогда слушай меня внимательно и не перебивая, - строгим голосом начал я свой доклад, - вместе с рыжим и его дедом, колдуном Шагаром, я только что покончил с Маштагаром. Поэтому быстро одевайся и срочно двигай в самое сердце Гиндукуша, к горе Тирич-Мир, а у меня снова появились неотложные дела. Во-первых, кто-то насунул у Геши два ствола и они оказались у архов, а, во-вторых, мне нужно срочно доставить ему моё помело, иначе я останусь без колёс, а пешком с тобой бегать запаришься.
   Выслушав меня не перебивая, Тамара спросила:
   - Ты убил Маштагара? Учти, это может грозить нам обоим большими неприятностями. Он ведь чуть ли не самый древний колдун и у него хватает друзей.
   - Ни в коем разе, я сначала назвал его по имени, а его, кстати, зовут Салех Аль-Рахим и в этой личине он весьма уважаемый всеми праведник, потом перекусил его посох, после чего отгрыз ему задницу, но перед этим мне пришлось урыть пятерых ифритов, но я сделал всё так, что они смогут возродиться. В тайном убежище Маштагара тебя будут ждать колдун Шагар и его воин-волк Сдвоенный Клык, мой давний друг, так что будь добра, поделись с ними колдовским добром по-братски. Да, вот ещё что, Маштагар заявил при свидетелях, что он устроил для меня ловушку. Обдумай это.
   Тамара облегчённо вздохнула:
   - Слава Роду и всем нашим Богам-заступникам. Хорошо, Серёжа, я скоро прибуду туда вместе с целой комиссией. Как только сдашь Геше помело, отправляйся домой и жди моего звонка. У нас могут возникнуть проблемы с джинами, если того не хуже - вражда. Ладно, это мы как-нибудь переживём. Сами напросились.
   Выключив телефон, я с улыбкой спросил:
   - Вам всё понятно, мужики? Если вам есть кого позвать, самое время это сделать. Шагар, ты ведь теперь запросто можешь стать наследником всего, что останется от Маштагара. Тамара ведь ни за что не откажется покинуть Москву, но постарается отгрести себе любую половину всего его добра и вы будете последними идиотами, если позволите ей это сделать. На жалость давить даже и не думайте, но обязательно скажите ей, что эта сволочь нещадно грабила всех жителей Востока с древних времён и потому с неё хватит и десятины.
   Колдун сразу же сказал внуку:
   - Исмаил, ты этого никогда не слышал и, вообще, отправляйся к жене и детям. Объясни Зумраат, кто ты такой и за что сражаешься.
   Клык вопросительно посмотрел на меня и я тут же завопил:
   - Даже не мечтай об этом, Клычина! Поверь, на этот раз не помело будет нести меня, а я буду волочь его на закорках. Лучше поройся в этой хибаре, может быть найдёшь в ней какое-нибудь транспортное средство. Быть такого не может, чтобы его не было.
   - Уже нашел, - с тоской в голосе ответил волк, - старинный ковёр-самолёт, наполовину съеденный молью. Ладно, не волнуйся, как-нибудь долечу и на нём. Ну, давай, двигай, может быть тебе ещё удастся оживить своё помело. Жди меня днями в гости. Мы приедем к тебе всей семьёй, Рыжик. И, это, спасибо тебе за всё.
   Мы пожали друг другу руки и я поплёлся к помелу. Всё тело у меня болело так, словно меня долго жевал дракон, а потом выплюнул, причём очень метко угодив к гранитную скалу. Давненько мне не приходилось бывать в подобных передрягах.
  

Глава 3

Обстановка осложняется ещё сильнее

  
   Широко улыбаясь, чтобы взбодрить самого себя, я развернулся и на негнущихся ногах пошел к своему супермотопомелу. Увы, но оно было похоже на старую, ржавую бочку, которой черти в аду играли в футбол. Так сильно ещё ни одному моему помелу не доставалось. Ифриты отделали его, как Бог черепаху. Только представив себе, что скажет мне по этому поводу Геша, я внутренне содрогнулся. От чёрной, сверкающей лаком краски почти не осталось следа. Весь хром облез и на металле были отчётливо видны такие шрамы, словно по нему прошлись электродуговым резаком. Из колёс были буквально вырваны куски сверхпрочной резины. Вместо передней фары зияла дыра. Досталось и пусковым установкам ракет, но стрелять из них ещё было можно, чему я поразился более всего.
   Когда я сел за руль, то даже не мечтал, что помело отзовётся на прикосновение к кнопке "Пуск", но мой избитый в воздушном бою авиамотоцикл завёлся. Правда, он стал сильно вибрировать, его колёса как-то странно вихлялись, хотя ещё не крутились, а абсолютно бесшумные двигатели рычали вразнобой, натужено сипели и кашляли, как чахоточные. Не смотря ни на что, моё помело всё же двинулось вперёд и взлетело. Мне нужно было действовать побыстрее, чтобы добраться хотя бы до Московской области. Попасть в Москву я даже не мечтал. Поэтому я сразу же прошел в Явий мир, распростёр, как крылья, полы пальто и со снижением полетел вперёд, чтобы через четыре с половиной минуты оказаться в Пекельном мире. Там движки заработали немного бодрее.
   Ещё через девять минут я летел над родной Землёй на высоте в четыре с половиной километра. Хорошо, что за морок невидимости отвечали амулеты моего неубиваемого плаща. Как только подо мной поплыли родные леса и поля, я сразу же позвонил Геше:
   - Привет, бездельник. Даю пеленг. Твоё помело героически убито мною в хлам. Движки еле дышат. Планирую со снижением, так что срочно вылетай за мной, если хочешь его увидеть.
   - Это что же ты с ним такое умудрился сотворить? - Удивлённым голосом спросил гном-дракон - Мне даже интересно стало. Оно ведь рассчитано на встречу с огнедышащим драконом, Серёга.
   - Потом расскажу, - ответил я, - а сейчас мне некогда болтать. Я изо всех сил пытаюсь удержать твою развалюху в воздухе.
   Вот тут я не покривил душой. Лететь на убитом ифритами помеле было чертовски трудно. Оно грозилось развалиться в воздухе на все свои составные части, но я всё же полого снижался, подлетая к Москве с севера. Это ещё не факт, что я едва смогу дотянуть хотя бы до Лобни. Так оно и случилось. Помело я каким-то чудом посадил на поле километрах в пяти от Лобни. Хорошо, что на нём не было ни души. Облегчённо вздохнув, я принялся ждать друга. Геша вылетел на трайке с большой платформой сразу же и появился через каких-то десять минут. Не успел он подкатить ко мне, как я огорошил его неприятным вопросом:
   - Геша, ты случайно не продавал кому-нибудь две "Беретты" девяносто второй модели под патрон "Парабеллум"?
   - Я что по твоему, чокнутый? - Удивился мой друг, высокого роста парень с рыжеватыми, длинными волосами - драконья стать, и широченными плечами - гном всё-таки - Увидев мои стволы, любой человек, который хоть чуть-чуть разбирается в оружие, сразу же поймёт, что они внеземного происхождения. А в чём дело, Серёга?
   Я объяснил оружейных дел мастеру, преимущественно матом, что его чудо-пистолеты оказались в руках арха, главаря целого выводка злобных тварей и когда немного стравил пар, вздохнул:
   - Придётся подключить к расследованию Тамару. Скорее всего стволы у тебя спёр кто-то из твоих горе-работничков и я не хотел бы оказаться на его месте. Хозяйка эту жадную крысу точно превратит в мерина и отправит в Явий мир на каторгу. С неё станется.
   Геннадий потеребил короткую, кудлатую, до неприличия редкую бородёнку и огорчённо вздохнул:
   - Да, придётся рассказать обо всём этой Берии в юбке. Серёга, ты же понимаешь, что я не в состоянии за всем уследить? К тому же твоя Царица Тамара уже задолбала меня своими срочными заказами, которые потом по три месяца не забирает, вот я и вынужден ховать их у себя в автосервисе. Думаю, что какой-то из её заказчиков не досчитался двух шпалеров и решил, что она сама урезала его заказ. Поэтому о пропаже никто не узнал. А спереть их мог только кто-то из тех жестянщиков, кто по моим заказам изготавливает контейнеры.
   Мысль была здравая. Такое запросто могло случиться, тем более, что Геше всегда приходилось ломать голову над такими контейнерами для транспортировки его пистолетов и прочего оружия, чтобы их не смогли обнаружить ни на одной таможне. По всей видимости кто-то из его работничков тайком вскрыл один и насунул из него два ствола, после чего продал первому же попавшемуся покупателю. Ничего, Тамара быстро найдёт крысу и той не поздоровится. В Явий мир под видом мерина она его точно не отправит, но сделает такую прививку от воровства, что тот до конца жизни её запомнит.
   Геша наконец подошел к помелу и тут уже он минут двадцать витиевато матерился, рассказывая, откуда у меня растут руки, что случилось с моей головой и делая тому подобные громкие заявления не для печати. Под занавес, чтобы сорвать аплодисменты, он сказал:
   - Везучий же ты сукин сын, Серёга. Ифриты, как я погляжу, достались тебе зело матёрые. Они без малого помелу взрыв не наколдовали. Ладно, для меня это будет прекрасной возможностью построить для тебя специальное помело, чтобы ты мог гонять ещё и ифритов. Знаешь, я тут подумал и уже изготовил нечто подобное. Мотик тот же самый, ямаховская пятёрочка, только без ракет, но зато с восьмью крупнокалиберными пулемётам и более мощным движком. Идея вставить колдовские движки в колёса была глупостью. Как только вернусь, сразу же его протестирую и доставлю к себе на хату. И когда ты только съедешь от меня? Тебя где высадить?
   Мы погрузили помело на трайк и тут я вспомнил, что сегодня меня ждёт ещё один очень неприятный разговор с каким-то сотрудником криминальной полиции города Москвы, схватился за голову и даже застонал. Для полного счастья мне сегодня не хватало только общения с ментами, но и уклоняться от этого разговора не имело никакого смысла. Он ведь запросто может вызвать меня в полицию повесткой и вручит её не кому-либо, а моей дочери, что, учитывая мой образ жизни, было бы очень нежелательно.
   Предыдущая ночь была спокойной. С девяти вечера и до шести утра я просидел у Геши за компьютером, колотя пальцами по клавиатуре. Ко всем своим прочим грехам, я ещё и пейсатель-хвантаст. Так меня иронично называет моя дочь. Когда я получаю гонорары и роялти за свой очередной опус, правда, как правило фэнтезийный, фантастику я пишу гораздо реже, чем фэнтези, то это ей нравится. А вот то, что я пишу книги, преимущественно романы с продолжениями, про эльфов, гномов, драконов, магов и прочих обитателей потустороннего мира, да ещё потом фотографирую самых выразительных из них, чтобы художники сваяли из этих фоток обложку, ей это не нравится. Она, видите ли, читает исключительно серьёзную литературу вроде Паоло Коэльо. Что тут сказать, кому-то нравится поп, кому-то попадья, кому-то попова дочка, а мне по нраву свиной хрящик.
   Так что вчера, ни разу никуда не вылетев, но зато набив сорок восемь тысяч знаков текста, я поднялся с пятого этажа, где жил в четырёхкомнатной квартире, одна из комнат которой служила мне базой, Геша, на седьмой, в нашу с Настёной квартиру, которая уже практически полностью оккупирована моей дочей, и немедленно завалился спать. Настя проснулась в половине седьмого, а в восемь умчалась в свой заборостроительный колледж, который в этом году заканчивала. В половине девятого в квартиру стал кто-то названивать. Мне бы сделать над собой усилие и встать, но я не отважился это. Наш домовой, Сидор Семёнович, высунул нос из квартиры, посмотрел на этого типа и даже умудрился пошарить в его карманах, после чего пришлёпал ко мне на мягких лапках и шепотом доложил:
   - Хозяин, тебя какой-то мент домогается. По нонешнему полицейский. Оперуполномоченный из отдела убиенных. Мне его шугануть от квартиры чем-нибудь или просто завесу тишины соткать?
   Сняв с головы подушку, я попросил домового:
   - Семёныч, лучше организуй тишину. Позвонит-позвонит и умотает. Я спать хочу, просто спасу нет.
   Домовой так и сделал и потому я дрых до полудня, как суслик, после чего встал, оделся и приготовил себе поесть. У моей доченьки, как всегда, до трёх часов ночи гостили друзья и сожрали всё, что только смогли найти на кухне, но до второго холодильника, стоящего в моей комнате, не добрались. Поэтому мне не пришлось выходить из квартиры. Слегка обжарив на сковородке большой кусок отменной говяжьей вырезки, я слопал его полусырым, без хлеба. Всё правильно, я же волк, а не лошадь, чтобы зерновыми питаться. После этого я сел за компьютер уже в своём собственном рабочем кабинете, который, как и спальную комнату, мне удалось отстоять, и, быстро добив последнюю главу очередного романа про приключения короля волков-обортней в сказочной стране Эйринерии, отослал её по электронке в редакцию вместе с аннотацией.
   В пять часов вечера в нашей семикомнатной квартире сделалось очень многолюдно, это раз, и жутко шумно, это два. Вернулась домой моя дочура и привела с собой человек двадцать друзей и просто мимолётных знакомых. Хорошо, конечно, если бы человек, но почти половина из этих молодых лоботрясов как раз людьми-то и не были. Моя дочь непроявленная колдунья, причём, как и её покойная мать, очень сильная и потому колдовская сила бьёт из неё ключом. Ещё бы, моя жена происходила из очень древнего рода чистокровных колдунов, а я, хотя мне о моих настоящих родителях ничего неизвестно, оказался потомственным оборотнем и тоже с чистой кровью. Вот такой компот из вишен с косточками получился. О том, что она колдунья, Настя не знала, как и не знала, что её отец на самом деле воин-волк - истребитель нечисти.
   Она считала меня жутко плодовитым борзописцем, оседлавшим бойкую лошадку, которая всегда приходит к финишу первой и потому её ясли полны овса, а не соломы. Настю поражало только одно, неужели мои литературные заработки были настолько велики, что я сумел купить такую здоровенную и бешено дорогую квартиру в одном из самых уютных уголков Москвы? Тут, конечно, моя дочь ошибалась. Грабежами архов я зарабатывал намного больше и потому Настя никогда и ни в чём не знала отказа. Ей было запрещено только одно, выходить куда-либо из дома после восьми вечера, да она и сама боялась. Когда Насте было всего три месяца, её мать загрыз в Сокольниках насмерть волк. О том, что это был волк-оборотень, я ей конечно не рассказал, когда она спросила меня в семь лет, как умерла Оля.
   Настенька и раньше не любила выходить из дома под вечер, а зимой так и вовсе стремилась вернуться домой засветло и всегда торопила няню, одну из подруг-колдуний Тамары, но после того дня квартира стала для неё крепостью. Так оно на самом деле и было. Куда проще тайком проникнуть в резиденцию любого президента на Земле, чем в нашу квартиру. Зато ей разрешено приводить в дом хоть три десятка друзей и подруг, что моя дочь и делает, а иногда их число доходит и до полусотни. Всё правильно, ведь я молодёжь никогда не гнобил и очень часто друзья говорили ей: - "Настюха, до чего же у тебя классный пахан. Никогда нас не грузит и что самое прикольное, каждую ночь сваливает и мы можем беситься, хоть до утра."
   Между прочим, Насте это не очень нравилось, но поскольку двумя этажами жил мой лучший друг Геша, самый лучший автомеханик и специалист по тюнингу во всей Москве, которого она очень любила, то всё как-то обходилось. Именно с Гешей, а ещё с кем-либо из подруг Тамары, но только не со мной, Настенька отправлялась летом куда-нибудь в горы, а зимой на юга, в разные тёплые страны. Ничего, скоро ей исполнится восемнадцать и тогда она узнает, кем является на самом деле и кто её отец. Заодно окончится и срок моего служения мудрой и очень осторожной колдунье. Может быть тогда я займусь, наконец, серьёзной литературой. Хотя кто сказал, что мои романы несерьёзные? Извините, но за каждым из них стоит реальный персонаж, взятый из жизни и те мои читатели, которые живут в потустороннем мире, считают, что я очень хорошо рассказываю о их приключениях. Вообще-то для них это просто жизнь со всеми её сложностями.
   Хотя дочь не ставит меня, как писателя, ни в грош, она, как мне кажется, и книг-то моих никогда не читала, наверное на неё очень сильно подействовал мой короткий рассказ о смерти Оленьки, у меня с ней нет никаких проблем. Правда, до пятнадцати лет это был один человек, а после пятнадцати она очень сильно изменилась. Раньше моя доча была нежным, ласковым и очень заботливым ребёнком. Она знала, что папа каждую ночь уходит на дежурство, но зато после этого весь день проводит с ней. В детский сад она ходила всего два года и всегда я отвозил её утром, а в четыре часа или даже раньше забирал. Потом я отвозил её в школу и, как и прежде, забирал, но вёз домой не сразу, а после прогулок по городу. Ей это нравилось.
   После того, как Настеньке исполнилось пятнадцать лет, моя детишка стала быстро взрослеть и у неё мигом появилось множество друзей и подруг. Раньше она была просто задиристой, вредной девчушкой, которая запросто гоняла пацанов и те её даже побаивались, а тут вдруг стала самой красивой девочкой в классе. Вообще-то в пятнадцать лет в Настеньке просто проснулись колдовские силы и хотя она не знала о колдовстве ровным счётом ничего, к ней тотчас потянулось всё живое и мыслящее. Я мог бы смело назвать свою дочь вундеркиндом, но таковы все маленькие колдуны и колдуньи. Это мальчики-оборотни молчаливы, тихи и задумчивы в детстве и юности.
   Колдовская сила, бьющая из моей Настеньки, как магнитом манила к себе всех юных и молодых обитателей потустороннего мира, которые вместе с родителями перебрались в Москву. Их в какой-то мере можно было назвать энергетическими вампирами, но как я сам, так и Тамара были только рады, что они всасывали в себя её силу. В Настёне её всё равно не убывала, зато она обрела множество верных и преданных друзей. Три подруги Тамары так и вовсе трансформировались в семилетних девочек и стали одноклассницами и подругами моей дочери, а это, что ни говори - подвиг. А ещё у неё было четверо самых настоящих рыцарей, готовых пойти ради неё хоть в огонь, хоть в воду - четыре юных чёрта. Все они были старше Насти на четыре, пять лет и она считала их братьями, хотя и знала, что они даже не были родственниками и познакомились в нашем доме.
   Двое парней были чертями из Пекельного мира, а двое из Навьего, но между собой, тем не менее, прекрасно уживались. Вчера они ввалились в квартиру первыми, нагруженные пакетами с продуктами и Настины подруги тут же принялись ими командовать. Я вышел из кабинета в коридор и старые друзья сразу же стали со мной здороваться, а также знакомить меня с её новыми знакомыми, которых вломилось в нашу квартиру три дюжины:
   - Здрассь, дядь Серёж, знакомьтесь, это Лида, это Валера...
   Я улыбался ребятам, время от времени приветствовал их взмахом руки, а они, дождавшись, когда их представят, тут же откочёвывали в Настюхин тусовочный зал - большую кухню, совмещённую с ещё более просторной столовой. Тотчас кто-то врубил музыку, на кухне загремели посудой девушки, но моя дочь в квартиру пока что не входила. Наверное её кто-то задержал в холле на подходе к квартире. Помахав молодёжи рукой в последний раз, я вернулся в кабинет и задумался. Компания сегодня у дочери собралась очень уж шумная, но что самое пикантное, в неё затесался даже юный джин, хотя кто знает, сколько лет тому высокому, смуглому юноше, который представился мне Джабраилом? Джины, по слухам, существа практически вечные и весьма загадочные, но в том, что один из них решил заглянуть в гости к моей дочери, не было ничего страшного.
   Сидор Семёнович, похожий на учителя Йоду, только с мохнатыми, кошачьими ногами, уже был во всеоружии. Он натянул на себя поверх холщовой рубахи кольчугу, вооружился мечом-кладенцом и ещё колдовским арбалетом, а воин он был знатный. Да и четверо чертей, которые мало того, что были Насте, как братья, так ещё и поклялись мне, что станут её телохранителями, тоже были боевые ребята, не говоря уже про трёх колдуний. В общем за дочь я мог не волноваться. Помнится, когда Настеньке было два годика, когда я возвращался с ночной охоты и падал на кровать одетым, доченька прибегала ко мне, садилась в изголовье и тихо играла в куклы, пока папа дрыхнет, а минут без пяти двенадцать начинала меня потихоньку будить. Как только я просыпался, мы тут же начинали беситься, прыгать на кровати и бегать по нашей старой квартире.
   Эх, до чего же славные были те времена. В том смысле, что тогда я мог не спускать дочурку с рук целый день. После того, как Настюха набесится в волю, я сажал её на плечи и мы шли на кухню, готовить обед. Я кормил дочку, ел сам и мы отправлялись в Сокольники гулять. Хотя в этом парке и погибла Оля, я не возненавидел его. В то время я уже был волком и мог защитить дочь от кого угодно. Теперь же она сделалась красавицей и к тому же стала ершистой и колючей, словно ежик. А ещё ей понравилось шпынять меня и выговаривать мне за то, что я не женился во второй раз, что ничего не рассказываю ей о своей работе, нещадно критиковала за то, что я всегда одет в одну и ту же одежду и вообще высказывала столько претензия, словно я был десятилетним балбесом. Называть папулей она меня перестала и теперь именовала или предком, когда Настя была не в духе, или отцом, если ей вздумалось воспитывать меня и лишь изредка папой, когда дочери от меня что-то требовалось.
   У Насти была врождённая способность благотворно влиять на всё живое, особенно на растения. Поэтому наша квартира была похожа на оранжерею, а на большой, застеклённой и утеплённой лоджии и вовсе располагалась самая настоящая оранжерея с множеством диковинных растений. Как-то раз я отломил в редакции издательства четыре побега кактуса и они валялись у меня в кармане неделю, пока я про них не вспомнил. Дочура посадила их, это было десять лет назад, и теперь они были высотой уже больше трёх метров и стали такими толстыми и ветвистыми, словно росли где-то в Аризоне и что самое главное, два раза в год цвели. А вот животных у нас в доме не было никаких. Попугаев и канареек терпеть не мог Сидор Семёнович, наш третий, незримый член семьи, кошки не переносили на дух меня, а собак не любила и боялась Настя.
   Однажды Геша подарил моей дочери настоящего феникса, а тот, прожив у нас полгода, однажды вылетел в окно и был таков, но о нём никто не жалел. Очень уж эта птица нас всех задолбала за эти полгода своими истошными воплями. От друзей дочери шума было ничуть не меньше и я стал подумывать, а не скочевать ли мне к Геше, как тут в кабинет влетела Настя и стала тараторить:
   - Пап, там тобой какой-то мент интересуется. Говорит, что ты ему очень сильно нужен. Я сказала, что сейчас посмотрю, дома ты или не. Что мне ему сказать? Что тебя со вчерашнего дня нет?
   Едва взглянув в глаза дочери, я сразу понял, что ей от меня что-то надо. Скорее всего она растранжирила все деньги.
   - Настёна, прикрой меня, - вздохнул я, - нет у меня сегодня никакого желания общаться с ментами. Давай сделаем так, вы вывалите всей толпой в холл и я под вашим прикрытием тихонько смоюсь, а господину полицейскому ты скажешь, чтобы он пришел завтра утром.
   - Замётано, папка, не вопрос, - заулыбалась дочь и тут же принялась обрабатывать меня, - па, подбрось мне денег, а?
   Достав бумажник, я спросил:
   - Тридцатника хватит, доча?
   Выхватив у меня из руки шесть купюр по пять тысяч, Настя широко заулыбалась:
   - Вот здорово! Я как раз заказала на дом из ресторана японскую хавку, а у меня на кармане только мелочь осталась. Готовься, сейчас мы тебя так прикроем, что ты сможешь хоть на танке выехать.
   Дочка убежала готовить народ, а я вышел из кабинета, запер его и отправился в свою спальную, в которой было темно, как в склепе, так как оба окна были в ней заложены кирпичом. Только так я и мог снять с себя колдовскую одежду оборотня, чтобы не ложиться в постель одетым. Раздеваться я не собирался. Мне нужно было взять пальто, шляпу и достать из сейфа оружие и боеприпасы. Одна из причин Настиных наездов на меня, моя одежда. Не помню уже в каком кинофильме, но у одного типа в гардеробе висели совершенно одинаковые костюмы. Со мной происходит то же самое. У меня один и тот же наряд на все случаи жизни: серая водолазка, серые слаксы, не стесняющие движений, серая куртка, чёрные казаки, чёрное долгополое пальто, чёрные перчатки и тёмно-серая стетсоновская шляпа.
   В этом наряде я выглядел весьма экстравагантно. Так, во всяком случае, считали девочки в редакции издательства, с которым я сотрудничаю вот уже двадцать лет. Мне сорок девять лет. Волосы у меня тёмно-русые, с проседью, лицо обыкновенное, не красавец и не урод. У меня глубоко посаженные, серовато-карие глаза, и короткая борода, которую я, как и волосы, никогда не подстригаю, их рост остановился в тот день, когда я впервые надел на себя колдовскую одежду оборотня. С тех пор я её с себя если и снимаю, то только в своей спальной в абсолютной темноте. Душ я тоже могу принимать только в полной темноте и потому у меня в спальной комнате стоит отдельная душевая кабинка. Туалетом в доме я вообще не пользуюсь и все свои надобности справляю тогда, когда нахожусь в теле волка. Понятное дело, что я не могу не показаться дочери странным типом.
   Рост у меня немного выше среднего, метр восемьдесят, фигура спортивная, хотя никаким видом спорта никогда не занимался, но хожу я немного ссутулившись. Привычка, отягощённая колдовской способностью быть совершенно незаметным не смотря на экстравагантный наряд, который я не снимаю даже в самую сильную жару. Пальто из крыльев друга и одежда из его кожи, Геша, честное слово, сам линял и потому я обзавёлся такой отличной робой, защищает меня как от лютого холода, так и от адской жары. Чёрные перчатки я тоже почти не снимаю. Вот и вчера, натянув перчатки, я вышел из комнаты и озорно подмигнул толпе Настиных друзей. Они охотно согласились прикрыть меня и уже были на старте. Как только я махнул рукой, юноши и девушки толпой вывали из квартиры.
   Настя сразу же подбежала к рослому парню лет двадцати шести, который с удручённым видом стоял в просторном холле. Мне даже стало жаль опера и я пообещал себе, что завтра обязательно с ним встречусь, а моя дочь, схватив парня за руку, потащила его в квартиру и тот пошел за ней, радостно улыбаясь. Вот ведь колдовская порода, вся в маму пошла. Та тоже вертела мужиками, как хотела, но никому ничего не обещала. Настёна немного ниже меня ростом, стройная и гибкая брюнетка, очень похожая на свою мать. Красавица, ничего не скажешь, вот только её наряды в готическом стиле меня иногда убивают, но одевается она, что ни говори, очень эффектно. Парни с ног валятся. Правда, Насте они пока что не нужны. Ещё не настало то время, когда моя дочь расцветёт полностью и в кого-либо влюбится, а пока что она просто радовалась жизни.
   Интерес криминальной полиции ко мне не был случайным. Лет пятнадцать назад, пользуясь своими колдовскими способностями оборотня и волчьим чутьём, я докопался до свыше дюжины жутких, кровавых преступлений и все они были совершены обычными маньяками, а не архами, с которыми мне ничто не мешало расправиться по-своему, по-волчьи. В то время я уже писал и даже издавался, но тогда сочинял в основном космооперы со звездолётами и бластерами. Поняв, что я не в силах остановить этих маньяков, они ведь были людьми, а не нечистью, мне пришло в голову написать серию из четырёх детективных повестей, в которых молодой опер, обладающий нетривиальным мышлением, занимается расследованием полутора дюжин убийств и приходит к выводу, что все они совершены бандой маньяков. Эти четыре книжки мне пришлось издать за свой счёт и я добился главного, один из следаков, прочитав мои опусы, был поражен тем, как точно я описал все совершенные маньяками преступления.
   Хорошо ещё, что сами маньяки, а это действительно была самая настоящая банда, книг вообще не читали. Они подсели на американские ужастики. В общем Гарик - лейтенант Игорь Суходольский, прочитав все четыре книжки, взял и во всё поверил, после чего, понаблюдав за маньяками неделю, примчался к начальству и стал требовать ордер на обыск. В тот же вечер всех четырёх повязали с поличным, но Гарик на этом не угомонился и разыскал меня. Часов шесть мне пришлось объяснять этому въедливому парню, что я не я и лошадь не моя и, вообще, мало ли что взбредёт в голову писателю, который пишет космооперы? То, что мои герои сражаются с космическими пиратами, вовсе не говорит, что я космонавт. Гарик, конечно, очень расстроился, но мы расстались по-дружески.
   Правда, после этого оперу время от времени звонили то мужчины, то женщины и Гарик стал чуть ли не легендой МУРа, ещё бы, ему удавалось раскрывать самые сложные преступления. Зато я с тех пор не написал больше ни одного детектива, хотя подбрасывал время от времени информацию не одному только Гарику, но вот уже лет семь, как прекратил это делать. В Москве ведь и помимо меня есть воины-волки, которым не по душе, когда кто-то убивает ни в чём неповинных людей. Теперь же именно мною почему-то заинтересовался опер из убойного отдела криминальной полиции. Что же, я должен с ним встретиться, хотя насколько мне это известно, ничего сверхъестественного в последнее время в Москве не происходило.
   Геша снизился неподалёку от нашего дома и я бесшумно спрыгнул вниз чуть ли не в толпу людей. Практически никем незамеченный, я прошел с полсотни шагов, вывернул из-за угла и только теперь всем стало видно, что по улице идёт какой-то идиот, одетый в чёрное кожаное пальто длиной до пят и это при температуре двадцать пять градусов выше нуля. Более того, он ещё и натянул на руки кожаные перчатки. Я быстро перешел через улицу и направился к нашему дому, это была девятиэтажка, построенная под старину, но очень роскошную, с подземным гаражом и огороженным чугунной решеткой двориком. Понятия не имею, как Тамаре удалось купить в этом доме две квартиры. Неподалёку от подъезда стояла "Лада-Калина", а в ней сидел вчерашний опер и пристально вглядывался во всех прохожих. Времени было половина девятого утра. Увидев меня, опер выскочил из машины и бросился ко мне:
   - Сергей Николаевич, мне нужно с вами поговорить! Я оперуполномоченный старший лейтенант Ледогоров. Вы не могли бы проехать со мной в управление? Вы нам очень нужны.
   Этого ещё не хватало. Натянуто улыбнувшись, я взмолился:
   - Молодой человек, помилосердствуйте, у меня сегодня была просто кошмарная ночь. Максимум, что я могу для вас сделать, это поговорить с вами где-нибудь поблизости. Кстати, тут рядом есть одно очень милое место, в котором кормят народ круглосуточно. Вы не откажетесь со мной позавтракать?
   Опер скуксился и со вздохом ответил:
   - Вообще-то с вами хотел встретиться генерал Суходольский, Сергей Николаевич, но он предупредил меня, что вы можете отказаться и велел мне взять все материалы по этому делу. Можно я возьму папку в машине и покажу вам эти фотографии? Правда, они кошмарные, но Игорь Михайлович сказал мне, что вы такое уже видели.
   От слов опера у меня тревожно защемило на сердце. А ещё я дико разозлился на Тамару. В Москве снова творятся какие-то страшные преступления, а она молчит, как мумия. Не смотря на это я широко и радостно заулыбался:
   - О-го-го, Гарик уже в генералы выбился! Ладно, опер, бери свою папку и пошли завтракать. Тебя как звать-то?
   - Максим, - улыбнулся опер и сглотнул слюну, видно не завтракал, а я вчера в квартире Геши тоже не нашел ни крошки съестного.
   Подождав, когда Максим возьмёт из машины объёмистый скоросшиватель с файлами, я повёл его в "Подвальчик", где иногда завтракал и даже ужинал перед вылетом на ночную охоту. В "Подвальчике" имелись отдельные кабинеты и мы сели в одном из них. Не спрашивая, чего хочет опер, я заказал себе два стейка с кровью, а ему фирменное блюдо - жаркое из ягнёнка, салат с крабами, два молочно-шоколадных коктейля и попросил для начала принести две большие чашки кофе. Опер, прежде чем начать разговор, доложил мне:
   - Сергей Николаевич, я был вчера у вас в гостях. Меня Настенька пригласила. У вас просто чудесная дочь, но знаете, вчера в вашей квартире произошла довольно неприятная история. Майор Гафуров из ФСБ, повязал троих типов, которые набились в гости к Насте. Она их даже толком не знала. В общем это были молодые, да ранние порнодельцы. Они принесли с собой четыре упаковки заряженного наркотой пива, которым хотели всех усыпить, чтобы похитить Настю и её подружек. В общем гнусная история, но майор молодец, он их мигом вычислил, но похоже, что шел за ними по следу. Я просил Джабраила, чтобы он сдал этих уродов мне, мол у нас их теплее встретят, но он только рассмеялся и сказал, что более горячего приёма, чем у них, им больше нигде не обеспечат. Вот такая у нас вчера получилась вечеринка. Настя очень расстроилась. Вы бы присматривали за ней получше. Она у вас такая доверчивая, а люди разные бывают.
   Нахмурившись, я проворчал:
   - Этот майор тебе не оставил свою визитку, Макс?
   Опер отрицательно помотал головой:
   - Нет, но я срисовал его удостоверение. Он действительно из ФСБ. Сегодня я обязательно созвонюсь с ним. - Положив на стол скоросшиватель, Максим попросил меня - Посмотрите эти снимки. Они сделаны на месте четырёх преступлений.
   Те фотографии, которые были вложены в файлы, действительно лучше не показывать людям со слабыми нервами. Четыре молодые колдуньи были убиты волком-оборотнем точно так же, как когда-то была убита моя Оленька. Откусить им головы волк не смог и по характерным признакам я сразу понял, что это был один и тот же матёрый волчара. Именно он убил когда-то мою жену, а теперь добрался ещё и до её подруг. Я не был знаком с этими колдуньями, но все они учились вместе с Олей и я знал их по фотографиям. Инна, Майя, Мила и Света. Четыре чистые и светлые души. Как и моя покойная жена они были белыми колдуньями и какая-то гнусная тварь их убила. Мне хотелось выть от мучительной боли, но я сдерживал себя. Просмотрев все снимки, я горестно вздохнул и сказал:
   - Макс, я не знаю ни одну из этих женщин и даже никогда их не видел. Поверь, у меня очень хорошая зрительная память на лица. Одно я могу сказать точно, все они, как и моя жена когда-то, были убиты волком. Не исключено, что одним и тем же, но это как-то не вяжется. По столько лет волки не живут, ведь с того проклятого дня прошло почти восемнадцать лет. Когда были убиты эти женщины?
   Менее года назад, Сергей Николаевич, - ответил опер, - и как в случае с вашей женой, у нас нет ни одной улики. У нас вообще нет ничего, кроме этих фотографий и заключения экспертов, которые говорят, что все пять женщин подверглись нападению огромного волка. Это произошло девятого октября прошлого года, примерно в семнадцать часов, только на этот раз четыре женщины, связь между которыми так и не была установлена, погибли в одно и то же время от укуса одного и того же волка в четырёх разных районах Москвы. Сергей Николаевич, вы писатель-фантаст и написали уже очень много книг, я читаю ваши книги лет с двенадцати, они все у меня есть. Вы написали одиннадцать книг про короля волков-оборотней Руинерии. Объясните мне, как вы могли после всего того, что случилось с вашей женой, написать такие интересные и увлекательные книги про короля Сайруса Рыжего. Он у вас вместе с колдуньей Тейтис сражается с нечистью, истребляет архов, воюет с колдунами, творящими зло и сам при этом является огромным волком. Вот что это? Попытка хоть как-то примириться с тем, что ваша жена была убита волком?
   В этот момент нам принесли завтрак, много жареного мяса и я, пожав плечами, с горестной усмешкой ответил:
   - Макс, каждый человек по-своему зарабатывает на кусок хлеба.
   Опер ухмыльнулся:
   - В вашем случае это очень большой кусок хлеба с целой горой чёрной икры, да ещё на золотом подносе, Сергей Николаевич. А может быть всё дело в чём-то другом? Может быть оборотни существуют на самом деле? Знаете, я ведь недавно перечитал все ваши книги и вдруг поймал себя вот на какой мысли - вы пишете их так, словно являетесь очевидцем всех этих событий. Чего стоит только ваш сериал про приключения гнома-дракона Гендиара, который отправился в мир людей, чтобы изучить их науки. А серия романов про владыку эльфов Алвиара, который, чтобы спасти свой народ, пошел на союз с огненными демонами и вскоре выяснилось, что они никакие не чудовища, а самые обычные беженцы из гибнущего мира, которым просто было некуда больше податься и они, смирив свою гордыню, поселились в Скалистом королевстве. Послушайте, может быть вы всё это видели своими собственными глазами и он действительно существует, этот ваш потусторонний мир. Если так, то тогда всё встаёт на свои места. Только могущественный колдун-оборотень мог убить этих женщин.
   Я чуть было не ляпнул: - "Имеющий под задницей скоростное мотопомело", но лишь прекратил жевать мясо и буркнул:
   - Макс, с тех пор, как я перебрался в Москву, я написал больше сотни книжек и ни в одной из них нет ни слова правды. Всё это выдумка, моя фантазия, которую очень многие люди называют воспалённой, и не более того. То, что я пишу, называется просто и незатейливо - развлекательное чтиво. Вчера я сдал в редакцию рукопись двенадцатого романа про короля волков-оборотней и больше к этой теме не вернусь, но уже сегодня начну писать новый роман, на этот раз про войну колдунов Рустии с джинами и ифритами.
   Опер огорчённо вздохнул и продолжил есть жаркое из ягнёнка, быстро покончив с которым, я своё мясо уже слопал, вдруг спросил:
   - Сергей Николаевич, Игорь Борисович попросил меня задать вам вопрос такого характера. Такие убийства продолжатся? Если вам, вдруг, захочется написать книгу про волка-оборотня, убивающего по какой-то причине молодых колдуний, позвоните хотя бы мне. - Опер протянул мне визитку и добавил - А если вам, вдруг, захочется с кем-то поделиться информацией о потустороннем мире, то знайте, в МУРе есть два опера, молодой и старый, которые вам поверят сразу же.
   Взяв визитку, я натянуто улыбнулся:
   - Макс, боюсь, что мне будет не о чем вам сказать. Всё, о чём я пишу, это всего лишь плод моей буйной фантазии.
   Максим кивнул и спросил:
   - Сколько я вам должен за завтрак? Тут действительно здорово кормят и вас, похоже, обслуживают в особом порядке. Всё было очень вкусно. В жизни никогда не ел такого мяса.
   - Нисколько, - ответил я, - Макс, я пока что в состоянии угостить завтраком не просто опера, но ещё и своего читателя. На днях я получу сигнальные экземпляры подарочного трёхтомника с сериалом про Алвиара, так что один я тебе обязательно подарю. С автографом.
   Мы вышли из "Подвальчика", который принадлежал моему хорошему другу, эльфу из Скалистого королевства одного не такого уж и далёкого от Земли мира, и распрощались. Опер поехал по своим делам, а я, вне себя от ярости, ещё в лифте стал звонить Тамаре, но у той был отключён телефон. Насти дома не было, но Семёныч быстро успокоил. Подруги моей дочуры, которые едва ли не быстрее джина Джабраила заподозрили неладное, а так же её верные рыцари-черти, сделали всё, чтобы она ничего не заметила. Джин, надо сказать, тоже проявил себя наилучшим образом и кроме Максима никто так ничего и не понял. Как пришли какие-то ребята с пивом, так и ушли, тихо и без скандала, вот только я не думаю, что попав в руки джинов, они останутся теперь в живых. Хотя волноваться на первый взгляд было не о чем, я позвонил Геше и попросил его сразу же отправиться в колледж благоустройства и озеленения и забрать Настю сразу, как только закончатся занятий. Все вечеринки на сегодня отменялись.
   Мне всё же было нужно привести себя в порядок и я направился в спальную. Света я не включал там только потому, что в ней вообще не было никаких светильников. С год назад Настя то ли по ошибке, то ли рассердившись на меня за что-то, вошла в мою спальную и включила свет в тот момент, когда я принимал душ. От беды меня спасла только молниеносная реакция Сидора Семёновича. Тот мигом обесточил весь дом и потому не пострадал ни я, ни моя колдовская одежда. Увы, но мы не могли на свету быть порознь. Только в полной темноте я мог снять со своего тела эту прочнейшую колдовскую броню, которая делала меня неуязвимым хоть в человеческом, хоть в волчьем облике. Почти неуязвимым. Семёныч взял её из моих рук и тут же запричитал во весь голос:
   - Рыжий, да что же это деется? На тебе места живого нет.
   - Всё нормально, Сидор Семёныч, это я с одним колдуном ифритам жару задал. Ох, и надрали же мы им уши. Пятерых завалили.
   Стоя под горячим душем, я почти блаженствовал. Не знаю как себя чувствовал после боя Шагар, но мне здорово досталось. Грудь, живот, бока, руки и ноги превратились в сплошной багровый кровоподтёк. Домовой, быстро метнувшись в свои хоромы, вскоре вернулся с берёзовым туеском, наполненным какой-то зелёной мазью, пахнущей плесенью. Он был толковым лекарем и я всегда принимал из его рук любые мази и микстуры зная, что они мне помогут. Вот и на этот раз стоило мне только намазаться его мазью, как боль прошла. Семёныч перестелил мне постель и я рухнул в неё. Спать долго мне не пришлось. Заверещал телефон и я мигом проснулся. Звонила Тамара. Как только я поднёс трубку к уху, она завопила:
   - Сергей, ты что, идиот? Ты хоть знаешь, что ты натворил вместе с этим шизанутым колдуном? Придурки, вы завалили сразу пятерых князей огня! Хотя знаешь, чтобы навлечь на себя гнев джинов, за глаза хватило бы и одного. С Шагара взятки гладки, собака дикая, а вот тебе и мне заодно, теперь точно не поздоровится.
   Я попытался воззвать к голосу разума:
   - Тома, но ты же сама сказала, что они сами нарвались. Кроме того на них ведь не было написано - я князь огня, беречь, как полковое знамя, из огня выносить в первую очередь.
   - Нет, ты точно идиот! - Закричала Царица Тамара - Род милосердный, зачем я только связалась с этим отморозком? Дурак, как раз это ты мог сразу же понять. Где ты видел, чтобы ифриты носили чёрные жилеты? Это у них то же самое, что у владык эльфов венец. В общем так, из дома никуда. Завтра джины хотят видеть в своей столице тебя, меня и Настеньку. Поэтому сегодня вечером привезёшь её ко мне. К джинам мы её не повезём, спрячем девочку в Моховом замке. Там она будет в полной безопасности. Перебьются мною, тобой и этим твоим дружком-драконом. Если что, дадим им бой.
   Вот такой Тамара мне нравилась куда больше. Пока она не отключилась, я быстро рассказал ей о вчерашнем визите джина Джабраила и колдунья снова запричитала:
   - Батюшки-светы, это же принц Джабраил, сын самого эмира Джафара. Ему-то что понадобилось в твоём доме? Ну, всё, гады, они меня достали. Сергей, быстро зализывай свои раны и будь готов к новому бою. Да, вот ещё что, чуть не забыла. Ты знаешь, что отчебучил Маштагар? Эта старая сволочь с откушенной задницей, ввалилась прямо в дом ещё одного старого козла, мага Сигизарда, объявила тебя во всех смертных грехах, после чего этот урод взял и покончил жизнь самоубийством, но очень хитро. Вырвал себе сердце и кое-что сказал напоследок, но об этом я расскажу тебе при личной встрече.
   - Хорошо, договорились, Тамара, - согласился я, - а теперь ответь мне вот на какой вопрос. Почему ты ни слова не сказала, что тот же волк, который убил Оленьку, убил в прошлом году Инну, Майю, Милу и Свету? Как это понимать? Сколько ты ещё будешь уговаривать меня не искать с ним встречи? Ладно, я мог это понять, когда был щенком, но сейчас-то уже заматерел. В общем делай что угодно, но выведи меня на него и тогда я эту тварь в клочья разорву и разнесу их по всем континентам Земли и по всем трём мирам Богов.
   Тамара резко осадила меня:
   - Молчи, уж, Аника-воин. Ты просто не знаешь, о ком говоришь, это не простой волк, Серёжа, а навий волк и его ни одному волку не одолеть. Хорошо, об этом мы сегодня тоже поговорим. Жду вас к восьми часам вечера. Будете подъезжать, позвони мне, но всё равно знай, сначала я поговорю с Настенькой одна, а потом тебя покличу.
   Вот ведь чёртова баба! Она всегда знала, что Олю убил не обычный волк-оборотень, а волк-призрак, которого называют ещё навьим волком, вот только с чего это она взяла, что его нельзя убить? Как и любую другую нечисть, это чудовище тоже можно извести под корень и я этим обязательно займусь. Не сейчас, так после того, как освобожусь из-под власти Тамары. Ждать осталось недолго. В одном она всё же была точно права, с ифритами мы погорячились. Если бы я сразу показал им всю огневую мощь своего мотопомела, то они, постреляв для порядка, ретировались бы, а так Шагар всадил в них столько ртути и серебра, что они уже при всём своём желании не могли вернуться в Пекельный мир, так что быть теперь беде. Я позвонил Геше и рассказал ему, каких именно ифритов обидел. Он коротко хохотнул и с деланной беспечностью ответил:
   - Хо-хо, братишка, а я и не знал, что ифритов есть князья. Ничего, прорвёмся. Твоё обгорелое помело я уже починил, но тебе завтра лучше лететь к джинам на новом. Оно уже стоит на базе. А вот я на этот раз появлюсь в Пекельном мире во всей своей красе. Там давно уже интересовались, какие они из себя, гномы-драконы, вот я им это и покажу. Запомни, Серёга, какими бы могущественными магами не были джины, нас троих они никогда не смогут уделать.
  

Глава 4

Задушевный разговор Тамары с Настей

  
   Поговорив с Гешей, я снова завалился спать и проснулся только тогда, когда он забарабанил в дверь спальной, громко крича:
   - Вставай, лежебока, царство небесное проспишь! Пора ехать к Царице Тамаре, а вся Москва, между прочим, одна сплошная пробка.
   Посмотрев на будильник, я убедился, что он прав. Хотя времени было ещё только половина пятого, мы действительно рисковали опоздать, а Тамара этого очень не любит, хотя сама, как и все женщины, не отличается пунктуальностью. Быстро подскочив с кровати, я метнулся в душ, постоял под тёплой водой несколько минут и вышел. От кровоподтёков не осталось даже малейшего следа, тело не болело и я мог смело ввязываться в очередную драку хоть с ифритами, хоть с джинами, но этого всё же было лучше избежать. Не настолько я стар, чтобы искать смерти. Мне ещё хочется пожить в своё удовольствие, а этот день был не за горами. Скоро закончится моя служба у Тамары, но, похоже, ещё раньше моей дочуре придётся отправиться в Явий мир, чтобы продолжить учёбу в школе колдовства и магии.
   Как только я вышел из душа, появился Сидор Семёнович, держа в одной руке махровое полотенце, а в другой моё нательное егерское бельё из натурального волчьего пуха. Оно было важной составляющей частью моей колдовской одежды, но как же оно мне уже надоело. Я быстро вытерся и натянул его на себя, после чего натянул ещё и вязанные носки из волчьего пуха. Сам по себе волчий пух мало пригоден для того, чтобы изготавливать из него одежду, но побывав в руках опытного колдуна, хорошо знающего своё дело, становится неснашиваемым тонким трикотажем и другими тканями. Надев серую водолазку, слаксы и куртку, я облачился в чёрное пальто. Семёныч уже позаботился о моих пистолетах "Глок 17" и боеприпасах к ним, вложив всё в карманы пальто. Оно тоже было колдовским и я мог выхватить оба ствола не расстёгивая пуговиц. Для того, чтобы заменить опустевшие обоймы, мне было достаточно поднести пистолеты рукоятками к бокам и я мог снова палить из них по врагу.
   Застегнув пальто и нахлобучив на голову шляпу, я вышел из спальной. Настя, которая уже знала, что мы едем к Тамаре, сразу же скуксилась. Она терпеть не могла моего наряда, считая его идиотским, но я думаю, что сегодня Тамара переубедит её в этом. Такой мощной магической брони не было больше ни у одного оборотня, ведь никто из них не мог похвастаться дружбой с гномом-драконом, так хорошо преуспевшем в колдовстве. Моя хозяйка пыталась обучить меня колдовству, но я в этом деле оказался дуб дубом и дальше начал так и не продвинулся, но и это меня очень часто выручало. Колдовской силы во мне было даже с избытком, а вот умом Бог Род явно обидел, а жаль. Я знаю немало оборотней которые намного слабее меня, но сумели добиться куда большего только потому, что они ещё и могущественные колдуны. Зато мне во всём приходится надеяться только на кулаки и ещё оружие, а оно у меня тоже колдовское.
   Всё-таки наш мир сошел с ума и катится в пропасть. Вот, спрашивается, если у людей не хватает ума жить по-человечески, то есть в мире и дружбе, почему хотя бы колдуны и жители потустороннего мира не могут добиться этого? В отличие от людей нас же раз в двадцать меньше. Нет, в нашем сообществе также хватает вражды и взаимной ненависти, хотя все прекрасно понимают, что добиться мира и взаимопонимания не так уж и сложно. Все колдуны почему-то зациклились на поддержании равновесия между добром и злом в мире людей и забили болт на то, что в нашем мире тоже хватает зла и отпетых негодяев. Почему-то считается, что всё зло в мир людей приходит из навьего мира, но при этом все как-то забывают о том, что в нём самом как раз этого зла куда меньше, чем Явьем мире. То, что мы, оборотни, уничтожаем лярв-маток и архов, считается высшим благом, но при этом колдунам почему-то запрещено творить в мире людей добро в таких масштабах, чтобы зло было искоренено пусть и не полностью, но хотя бы с целью резкого понижения его объёма.
   Почему того же Маштагара мечтали уничтожить все его враги за то, что он кому-то перешел дорогу, но вовсе не за то, что этот мерзавец столько сотен лет творил на Земле зло? По мне нет никакой разницы, от кого исходит зло, от архов, колдунов, оборотней или каких-то других обитателей потустороннего мира. Каждому из таких деятелей надо обязательно давать укорот. Нет, я не призываю их всех убивать, помилуй меня Род, но призвать к порядку их ведь можно и, как мне кажется, нужно. Увы, как старые колдуны, так и многие молодые почему-то считают, что если они не станут творить малое зло в мире людей, то те, неизвестно с какого рожна, обязательно сотворят большое. И тут же приводят в пример множество войн, включая Вторую Мировую, которая, по их мнению, случилась только потому, что в двадцатые годы колдуны, жалея людей, почти перестали создавать им множество искусственных трудностей.
   Да, конечно, хорошая отмазка, назвать чёрную волшбу, которая не даёт людям жить по-человечески - искусственными трудностями, которые они должны преодолевать. Вот и получается, что заяви я вдруг, что порвал задницу Маштагару за то, что эта сволочь столетиями баламутила народ на всём Востоке от Ближнего до Индии и в ней самой, так сразу же наживу себе врагов в лице Старейшин. Естественно мне теперь придётся сказать, что я действовал так лишь потому, что этот урод посмел поднять руку на моего друга и его деда, а также хотел заманить меня в ловушку. Это, разумеется, прокатит и им ничего не останется делать, как утереться, но мне уже сейчас было противно. И я сам, и колдун Шаган, мы оба полезли в эту драку только потому, что хотели урыть мерзавца, мешавшего жить по-человечески миллионам людей на огромной территории.
   С такими мыслями я вышел из спальной и, увидев недовольную гримасу Настёны, показал ей язык. Моя доча тут же взвилась:
   - Отец, когда это закончится? Ты ведёшь себя, как какой-то дебильный пэтэушнег. Считаешь себя писателем, а одеваешься, словно нацик, помешанный на кантри. Меня этот твой кожаный плащ из "Эквилибриума", уже достал. Или ты под Блейда косишь?
   Насмешливо улыбаясь, я сказал, кивая:
   - Не волнуйся, доча, скоро всему придёт конец. Вот исполнится тебе восемнадцать, твой папик полностью преобразится. На следующий же день я сбрею бороду, надену костюм-тройку чёрного цвета с белой сорочкой и красным галстуком, а ещё обязательно куплю себе очки в золотой оправе, для солидности. Между прочим, я вовсе не считаю себя писателем, просто я так зарабатываю денежку нам на хлеб с маслом. Если бы я копал канавы, то был бы землекопом. Ладно, дочура, тебе недолго осталось терпеть меня. Скоро ты уедешь далеко-далеко, будешь там учиться, а меня станешь видеть изредка, приезжая домой на каникулы, да и это ещё не факт, а теперь пойдём. Нам ещё ехать и ехать до Никольского. Сегодня пятница и уже вечер.
   Я направился к выходу, а Настёна крикнула мне в спину:
   - С чего ты взял, что я куда-то уеду из Москвы? Я, между прочим, собираюсь в МГУ поступать, на биофак.
   Через несколько минут мы уже были во дворе нашего дома. Геша, чтобы потрафить Настеньке, приехал за ней на тюнингованном "Майбахе", своей самой роскошной машине чёрного цвета. Настя, как только он пикнул брелоком, немедленно обогнала меня и села на переднее сиденье. Мне ничего не оставалось, как сесть сзади и всю дорогу слушать, как моя дочь давала советы гному-дракону, куда ему ехать. Тот долго терпел, а потом не выдержал:
   - Настя, умолкни! Как только тебе исполнится восемнадцать лет и ты получишь водительские права, я подарю тебе эту колымагу и тогда ты сама будешь ехать туда, куда сочтёшь нужным.
   - Правда? - Обрадовалась Настёна - Геша, ты в самом деле подаришь мне свой "Майбах" и тебе будет не жалко?
   Весь остальной путь до Никольского только и было разговоров, что о "Майбахе" и о том, где Настя будет его ставить. У меня машины не было уже очень давно, так что хоть эта проблема меня никогда не волновала. Меня вообще мало что волновало кроме дочери и уже довольно скоро мне придётся волноваться ещё больше. Молодые колдуньи сегодня только потому так редки, что их слишком уж часто убивают и хотя они через какое-то время воскресают, их родителям от этого ничуть не легче. Надеюсь, что тем четырём колдуньям, которые погибли в прошлом году, удалось избежать могилы. Увы, но тогда я ничего не знал об этом и потому позволил похоронить Оленьку, как и всех остальных людей. Хотя моей вины в этом нету, Тамара вышла на меня только через две недели после похорон, я всё равно не перестаю винить в этом себя, ведь её отец и мать не знали о том, что их дочь вышла на Земле замуж за дикого волка.
   С родителями Оли я чуть ли не на ножах и потому Настя даже не знает, что у неё есть настоящие, кровные дедушка и бабушка. Нет, она их прекрасно знает, но только как отца и мать Тамары. Что же, скоро она узнает, что дед Слава и баба Люда, которые в ней души не чают, а глядя на меня всегда горестно вздыхают, её родные дед и бабушка. Зато дед Коля и бабушка Лена всего лишь мои приёмные родители, но и они без ума от своей ненаглядной Настеньки. Ей не повезло только с отцом, который буквально цепями прикован к Москве и обязан каждую ночь либо влезать в волчье тело, либо сидеть и ждать звонка или эсэмэски от своей властной, жесткой и очень часто несправедливой хозяйки-колдуньи, постоянно попрекающей его за гибель прекрасной юной колдуньи, отказавшей множеству парней и почему-то выбравшей в мужья именно его.
   Тамара дальняя родственница Насти, почти седьмая вода на киселе, но как и родители Оленьки считает меня виновным в её смерти и к тому же очень часто напоминает мне об этом. Мне же приходится только молча вздыхать. Для того, чтобы та же участь не постигла мою дочь, я был вынужден не просто стать наконец воином-волком, но ещё и заключить с ней колдовской договор, по которому обязан выполнять всё, что она мне прикажет. Хорошо хоть то, что Царица Тамара не приказывает мне лютовать по отношению к простым людям и убивать тех оборотней, которые чем-то ей насолили. В этом плане она правильная светлая колдунья, без тараканов в голове и к тому же постоянно стремится творить добро, хотя и за это её могут очень строго наказать. Хотя нет, не смогут, ведь я порву в клочья любого карателя, посланного к ней каким-нибудь колдуном или магом.
   С этим я столкнулся ещё в первый год, когда практически не имел никакого опыта. Один хмырь попытался было припугнуть Тамару, послав к ней своего волка и с тех пор среди моих друзей числится волк по имени Куцехвостый, который очень благодарен мне за то, что я отгрыз ему всего лишь кончик хвоста, хотя и имел возможность откусить ему хвост по самые уши. Пугальщик с тех пор сам боится мою хозяйку пуще Вия. Да, воин-волк из меня вышел неплохой, но меня ведь и до этого считали конченым отморозком. А как можно ещё назвать человека, который приехал на стрелку с полутора десятками вооруженных братков с одним ножом и вогнал их в страх? Чтобы заставить их бояться, я вогнал свой собственный нож разведчика "НР-40" себе в бедро, отметелил пятерых, а потом приставил клинок к горлу их бугра. Зато я навсегда отвадил их от нашего нефтепорта.
   Да, по молодости я иной раз так чудил, что в моём родном городе до сих пор об этом рассказывают и не могут поверить в то, что в Москве я стал писателем, а не главарём какой-нибудь крупной ОПГ. Свой родной город на Черноморском побережье Кавказа я покинул двадцать два года назад и с тех пор не был в нём ни разу. Не имел такой возможности, хотя меня туда и тянуло. Встреча с Олей полностью изменила мою жизнь и если я о чём и жалею, то только о том, что наше счастье продлилось всего лишь чуть больше года. Потом её отнял у меня какой-то оборотень, найти которого - самая большая мечта всей моей оставшейся жизни. Надеюсь, что как только я смогу поручить заботу о Настеньке её родным деду и бабке, а они очень могущественные колдуны, уже никто не сможет запретить мне заняться поисками этой злобной твари.
   Настя всю дорогу весело разговаривала с Гешей, а я сидел сзади и делал вид, что дремлю. К дому Тамары мы приехали даже немного раньше назначенного срока. За несколько километров до Никольского я позвонил хозяйке по телефону и она сказала, чтобы дочь немедленно шла в дом, а я оставался вместе с Гешей в машине. Меня это нисколько не расстроило. Дело житейское и к тому же сегодня между нею и моей дочерью должен был состояться очень важный разговор. Мне было бы гораздо труднее объяснить Насте, кто она такая и почему должна учиться не в МГУ на биофаке, а в одной из школ колдовства и магии в Явьем мире и к тому же не по своему усмотрению. Как бы то ни было, я всё равно услышу этот разговор. Если уж у простых волков слух отменный, то у оборотней он стократ лучше.
   Как только мы подъехали, я вышел из машины и проводил дочь до калитки. Улица они и есть улица, пусть даже трёхэтажный коттеджище, похожий на дворец, стоял среди таких же дворцов чуть ли не по середине коттеджного посёлка для московских миллионеров. Зато как только Настя вошла внутрь, я мог уже ничего не бояться. Там она находилась под надёжной защитой колдовских сил, так как Тамара жила в своём дворце, построенном в византийском стиле, не одна. Я же вернулся в машину и сел рядом с Геной. Тот спросил меня:
   - Всё, Серёга, сегодня она раскроет ей все твои и её тайны?
   - Боюсь, что обо всех тайнах Настя не скоро узнает, - ответил я невесёлым голосом, - мне ведь они тоже неизвестны в полном объёме.
   Настя прошла через монументальную калитку с литой, чугунной дверью во двор, поправила на плече элегантную сумочку, процокала каблучками по дорожке, мощёной гранитными плитами, поднялась по широкой каменной лестнице на высокое крыльцо и открыла тяжелую, филёнчатую дубовую дверь. С этого момента я предупреждающе поднял руку и весь обратился в слух. Мне было интересно послушать, что скажет Тамара моей дочери. Не думаю, что Настёна поверит в то, о чём она станет рассказывать. Мне в своё время тоже ведь показалось всё, о чём она говорила - бредом. И действительно, какие колдуны, какие оборотни, когда на дворе двадцать первый век со всеми его катастрофами? Тем более, что рассказчик из Тамары совершенно никакой. Она к этому просто не приучена, привыкла повелевать волками-воинами и не снизойдёт до задушевного до тех пор, пока её жареный петух в задницу не клюнет.
   Вообще-то Тамара весьма похожа как на мою покойную жену Оленьку, так и на дочь. Хоть и дальняя, а всё-таки родня. Она немного выше ростом и тоже брюнетка, только более фигуристая, с пышным бюстом, осиной талией и крутыми бёдрами. В общем осанистая женщина лет тридцати пяти, как сказал поэт. Понятия не имею, почему она не замужем, ведь ей, насколько мне известно, нет ещё и сотни лет, то есть для колдуньи она довольно молода. Тамара любит роскошные наряды и особенно меха. А вот к драгоценностям она совершенно равнодушна, но если честно, ей все эти побрякушки ни к чему. Как и моя Оленька, она сама по себе драгоценность, поскольку очень красива, но совершенно иной красотой. Не смотря на чёрные волосы, у неё типично славянские черты лица и зелёные глаза.
   С некоторых пор Настя, словно начала соперничать с нею по части красоты. Глупышка, она не понимает ещё, что находится с Тамарой на разных полюсах женской красоты. Вот и сегодня моя дочь оделась очень элегантно и женственно, в красивое тёмно-зелёное платье с длинными рукавами. Зелёный цвет ей к лицу. Хозяйка встретила Настеньку в прихожей и сразу заворковала горлинкой:
   - Настюша, девочка моя, какая же ты сегодня у меня красивая.
   Н-да, наверное именно поэтому доча и спустила на меня целую свору собак. Ещё бы, она оделась, как на званый ужин, даже жемчужное ожерелье, что я подарил ей на шестнадцатилетие, надела, а к нему серёжки и перстенёк с крупной жемчужиной, а её папик вырядился, как дежурный волчара. Тамара расцеловала её:
   - Пойдём в кабинет, моя девочка, нам нужно поговорить.
   - О чём, тётя Тома? - Спросила дочь - Если об учёбе, то я уже всё решила. Буду поступать в МГУ, на биофак.
   Две колдуньи, одна уже успевшая пожить и потому умудрённая опытом, а вторая совсем юная и к тому же ещё не знающая, что она колдунья, прошли в большой кабинет на первом этаже. Хотя он и был битком набит колдовскими штучками, я всё прекрасно слышал и даже видел внутренним волчьим взором, так как часто бывал в кабинете и потому некоторые стеклянные предметы в нём были моими невольными союзниками. Тамара усадила Настю в кресло перед камином и села во второе напротив. Между креслами стоял столик с большим жостовским подносом, на котором находилось всё что требовалось для чаепития. Улыбнувшись, она спросила:
   - Чайку попьём или ты проголодалась?
   - Мне зелёный чай без сахара, - попросила Настя, - тётя Тома, так о чём вы хотите со мной поговорить? Геша примчался за мной в колледж и чуть ли не силой утащил домой. Сказал, что ровно в восемь я должна быть у вас вместе с отцом.
   Колдунья усмехнулась, налила ей чашку зелёного чая и, пристально глядя в глаза, строгим голосом спросила:
   - Настя, почему ты так недовольно своим папой? Девочка, он ведь ради тебя готов горы свернуть и моря осушить.
   Моя доча сердито нахмурилась и мне сразу же сделалось как-то не по себе. Даже сидя в машине. Да, колдовской силы в ней точно было с избытком и если она сердилась на кого-то, то уже никакого колдовства не требовалось, чтобы хоть колдуну, хоть оборотня, хоть какого угодно человека пробил озноб от её взгляда. Посмотрев на Тамару с обидой, Настёна принялась жаловаться:
   - Тётя Тома, я очень люблю отца, но, понимаете, он ведёт себя, как какой-то панк или того хуже, гопник, а не как взрослый человек и к тому же известный писатель. Нет, все мои друзья очень любят папу и даже завидуют мне, но у них отцы солидные такие, серьёзные, а он какой-то шалопай, хотя так и нельзя говорить про своего отца. Ведь он может купить себе какую угодно одежду, но вместо этого всегда надевает на себя это серое убожество, пошитое ещё в прошлом веке, а про его кожаное пальто и шляпу я вообще молчу. Но больше всего меня бесит, что он похоронил себя в своём склепе без окон заживо и ни о чём не хочет знать кроме своих книжек и этих странных ночных дежурств. Тётя Тома, разве это правильно? Ведь он у меня ещё совсем молодой, давно уже мог бы жениться во второй раз. Мама ведь умерла так давно, а он с тех пор ни на одну женщину не взглянул. Я была с ним несколько раз в редакции издательства, там столько молодых, красивых женщин на него засматривается, а он, словно каменный, никому из них даже не улыбнулся ни разу. А это его писательство. Знаешь, тётя Тома, я несколько раз почитала, что про его книги в Интернете пишут, и за голову схватилась. Как он после этого только за компьютер садится. Его же все графоманом считают и так ругают, что я даже разозлилась, но потом подумала, может так оно и есть?
   Моя дочура выпалила всё это одним духом и умолкла, а Тамара улыбнулась, погладила её по руке и мягким голосом сказала:
   - Настенька, про Серёжины книжки я тебе так скажу, множество людей, которых я очень хорошо знаю, читают и перечитывают их с большим удовольствием. У меня они все есть и я тоже их читаю, особенно когда на душе гадостно делается. А про тех людей, которые его ругают, я так скажу, на каждый роток не накинешь платок. Мне тоже не нравится, что они пишут всякие гадости, но это ещё не повод взять и извести их всех под корень. К тому же твой папка по этому поводу только смеётся и говорит: - "Каждый положительный отзыв, это одна купленная книга, а каждый отрицательный - четыре, а то и пять". Но я тебя сюда не за этим позвала, девочка моя. Скажи мне, как ты на самом деле относишься к своему отцу? Кем он тебе кажется?
   Настя насмешливо фыркнула, а потом задумалась, вздохнула и честно призналась Тамаре:
   - Тётя Тома, я очень люблю папу, но он так сильно переживает из-за смерти мамы, что мне его очень жалко. А мне хочется, чтобы он был счастливым. Маму ведь уже всё равно не вернуть.
   - Это ещё как сказать, - вздохнула Тамара и моё сердце, словно сжали клещами, - а теперь послушай, что я тебе расскажу. Давай договоримся так, ты пей чай, кушай пироженки, а я буду рассказывать тебе сказку. Только давай договоримся, не перебивай меня. В общем так, Настенька, когда-то давным-давно на нашей Земле всё было не так, как сейчас. Люди тогда были совсем дикими, ходили в шкурах и даже не знали, что такое железо и другие металлы, а потому топоры и ножи у них были каменными. В те далёкие времена на Земле жили ещё и Древние Боги, дети Рода, отца всех остальных Богов. Чтобы первобытные люди не погибли, Род и остальные боги создали вокруг Земли три невидимых щита, защищавших их от других Древних Богов из иных миров. Один щит был огненным и назывался Пекельным миром, второй призрачным и туманным, его назвали Навьим миром, а третий светлы и ясным, это был Явий мир. Все три мира Древние Боги населили существами, которые должны были во что бы то ни стало сберечь род людской. Даже ценой собственной жизни, но при этом заповедали им скрываться от людей, а чтобы между тремя потусторонними мирами-щитами с их обитателями и Землёй была связь, Древние Боги даровали некоторым людям колдовские способности. Одни обрели этот дар днём и стали Светлыми колдунами и колдуньями, их некоторые народы называют ещё магами, а другие получили его ночью и потому стали называться Тёмными, но это вовсе не говорит, что одни колдуны творят добро, а другие зло. Древние Боги уже стали готовиться покинуть землю, но случилось так, что духи из Навьего мира, самого таинственного и непонятного, стали проникать в Пекельный и Явий мир, где они были совершенно безобидными, но вместе с этим и на Землю, а вот там они вселялись в людей и те начинали творить чёрное зло. - При этих словах я глухо зарычал, это была одно из самых нелепых, на мой взгляд, воззрений колдунов, которое ровным счётом ничего не объясняло, Тамара же продолжала гнуть свою линию - И тогда Древние Боги превратили некоторых людей в отважных витязей, способных находить людей, обернувшихся чёрной нежитью, и сражаться с ними, чтобы те не творили зла. Так появились на свет колдуны и витязи, которые должны были вместе, бок о бок, сражаться с нечистью. Перед тем, как Древние Боги покинули Землю, сам Род назначил одного витязя, которого звали Ратмир, королём всех колдунов и витязей, но те колдуны, которые стремились к всяческим новшествам и считали себя самыми мудрыми и могущественными, тому немедленно воспротивились и стали молить Рода, чтобы он дал им короля колдуна, а не витязя, но тот сказал, что они сами должны решить, кто должен ими править - тот король, который назначен им, или иной, - избранный колдунами-магами. Род и все Древние Боги, порождённые им, а вместе с ними Молодые Боги покинули Землю, а распря осталась. Вскоре в Навьем мире собрались вместе пятеро Светлых и Тёмных колдунов-магов. Там на вершине Чёрной горы они провели колдовской обряд и ценой своей жизни породили на свет огромного чёрного волка, чтобы тот погубил Ратмира. Помчался тот волк в Явий мир и напал на витязя. Завязалась страшная битва и оба пали. Король Ратмир погиб, как герой, и после смерти вознёсся на небеса, а чёрный волк, порождение пяти великих колдунов-магов, сгинул бесславно, но не окончательно, а превратился в навьего призрачного волка и затаился в недрах Чёрной горы. Прошли тысячелетия, но маги так и не смогли выбрать себе не то что короля, а даже просто начальника, зато колдуны древней веры создали в Явьем мире двенадцать больших общин и избрали себе двенадцать князей, которые поклялись, что как только объявится на Земле либо в одном из потусторонних миров потомок Ратмира и заявит о своём праве на королевскую власть, то сразу же примут его власть над собой и присягнут ему на верность.
   Тамара сделала паузу, чтобы выпить несколько глотков чая, а Настёна насмешливо поинтересовалась:
   - Это всё, тётя Тома? Знаешь, это далеко не самая оригинальная сказка. Папа пишет куда боле интересные книжки.
   Моя хозяйка сурово нахмурилась:
   - Это только начало, Настя. Я рассказала тебе историю про то, как погиб первый и единственный король колдунов и витязей только для того, чтобы ты знала о ней. А теперь слушай, что произошло в недавнем прошлом. Пятеро магов, которые замыслили убить короля Ратмира, даже ведать не ведали о том, что к тому времени у витязя уже была жена Забава, которая родила ему наследника. Забава была хотя и юная, но уже очень могущественная колдунья, а потому сумела спрятаться от навьего волка на Земле сама и укрыть от него их сына и с той поры их след затерялся, но род Ратмира не пресёкся. К чему я тебе всё это рассказываю, Настенька? А вот к чему. Двадцать лет назад пять юных колдуний из Явьего мира, которые жили и учились в городе Моховом, решили отправиться на Землю, чтобы посмотреть, как там живут люди. Одна из них была княжеской дочерью, а четыре других дочерьми ближайших друзей и помощников князя Родислава Мохового, но дело даже не в том, что пятеро девушек-колдуний из древних родов появились в Москве. Дело в том, что одна из них встретила в этом городе удивительного парня, на первый взгляд вроде бы обычного человека, но на самом деле витязя из очень древнего рода, который ничего об этом не знал. А парень этот был весьма не прост. Когда-то он закончил военное училище и служил на границе, причём охраняя не родные, а чужие земли и вот там-то однажды и проявились его качества витязя. На тот пост, который он охранял вместе с двумя десятками пограничников, напали враги и было их очень много. Завязался тяжелый бой и этот витязь, а он был тогда лейтенантом, приказал своим бойцам подняться на склоны гор, а сам остался прикрывать их отход и как только враги приблизились, вызвал на себя огонь артиллерии. Когда враг был уничтожен, пограничники уже не надеялись увидеть своего командира живым, но он был ещё жив. В госпитале, куда его доставили, насчитали семнадцать пулевых, девять осколочных и чуть ли не две дюжины ножевых ранений на его теле. Расстреляв все патроны, этот витязь схватился с врагами в рукопашную и убил ножом их с десяток, прежде чем с неба посыпались снаряды. Не смотря на тяжелые ранения витязь выжил и глядя на него было не сказать, что его жизнь висела на волоске. Вот его-то и встретила в Москве юная красавица-колдунья...
   - Тётя Тома, про витязя мне интересно слушать, а вот про всяких там колдуний не очень, - перебила Тамару Настя, - знаешь, я давно уже выросла из того возраста, чтобы слушать всю эту лабуду про королей, князей и колдунов с магами. Может быть хватит на этом?
   - Тебя что, совершенно не интересует, как твоя мама познакомилась с твоим отцом и из-за чего она погибла? - Суровым тоном спросила Тамара и чуть ли не прорычала - Сиди, помалкивай и слушай. Тебе пора узнать, кто ты такая и кто твои родители.
   Настя испуганно вскрикнула:
   - Тётя Тома, ты что, хочешь сказать что моя мама колдунья?
   Тамара, которая явно не знала, как подвести к этой мысли Настёну, облегчённо вздохнула:
   - Вот именно, девочка моя. Оленька, моя младшая сестричка, была, есть и будет колдуньей, как и ты, а убил её тот самый чёрный навий волк. Хуже того, моя маленькая, он убил ещё и её подруг, но не в тот же год, а много позднее. В прошлом году, но лишь потому, что нам всем стало окончательно ясно, что именно такой является освобождение твоего отца от древнего проклятья. Мы не сразу поняли, что замыслили те древние маги, но даже если бы во всём разобрались раньше, то ничего не смогли бы изменить. А теперь соберись с силами и выслушай всё до конца, Настя. Ты точно такая же колдунья, как твоя мама и я, а твой отец воин-волк, а не какой-то там простой витязь и даже более того, он прямой потомок волка-воина Ратмира, первого и пока что единственного короля колдунов и оборотней. За то, чтобы твоему отцу и тебе ничто не угрожало, мы заплатили дорогую цену, из жизни на время ушли пять колдуний, но они всё равно воскреснут. Твоя мама раньше, уже через восемь лет, а ещё подруги через двадцать четыре года. Поначалу, когда нам стало ясно, что Оленьку убил именно навий волк, а не какой-то другой, мы сделали ошибку. Чтобы спасти твою жизнь, я заставила твоего папу подписать особый контракт и стать моим воином не по собственному желанию и разумению, а вопреки его воли и он на это согласился без малейших колебаний. Из-за этого-то он и не мог ни днём при солнечном свете, ни ночью при свете звёзд или луны, снимать с себя колдовскую одежду, а по сути доспехи, которые делали его неуязвимым от обычного оружия, но не от клыков других волков-обортней. Только потом, когда твой дедушка изучил множество древних рукописей, выяснилось, какой именно обряд провели те древние маги. В роду твоего отца всегда рождался только один мальчик, так заповедовала когда-то Забава, тайная жена короля Ратмира, и он всегда был первенцем и все эти восемь с половиной тысяч лет его потомки жили на Земле и при этом никогда не оборачивались, но они всегда брали в жены только девушек-колдуний с чистой кровью. Древнее проклятье было таково, каждый потомок короля Ратмира будет рано или поздно убит и никто из них не избежит этой участи до той поры, пока первой не будет рождена девочка, а жена наследника не уплатит за освобождение мужа от проклятья страшную цену. Она должна пожертвовать для этого своей жизнью и жизнью четырёх своих самых лучших и любимых подруг. Самое печальное в том, что Оленька об этом знала, как знали и её подруги - Инна, Майя, Мила и Света. Уж, как мы не пытались сохранить им жизнь, как не настаивали, а они всё-таки в прошлом годы прилетели в Москву и были убиты в то же самое время, что и Оленька, но ты не расстраивайся, и твоя мама, и её подружки всё равно воскреснут. Единственный человек, кого нужно пожалеть, это твой отец, Настенька. Я ведь так и не сказала ему, что мы подменили в морге тело Оленьки и он похоронил искусно изготовленную куклу. Зато твой папка не смотря ни на что все эти годы хранил верность моей сестрёнке, как это и положено настоящему королю.
   Тамара умолкла, а Настя замотала головой:
   - Б-р-р-р, страсти какие. Тётя Тома, так я что, правда, колдунья? Но этого же не может быть! Колдунов и магов не бывает. Папка моим друзьям сам не раз говорил, что если писатель пишет книжки про всяких там эльфов, волков-оборотней и гномов, то это вовсе не означает, что он во всю эту чепуху верит и смеялся при этом.
   Настина тётка, вот же змеюка подколодная, рассмеялась:
   - А ты что же, Настёна, думала, что он начнёт рассказывать им о том, что гном-дракон это его друг и побратим Геша, а владыка эльфов Алвион, который держит ресторан "Подвальчик", реальные, а не вымышленные персонажи его книг? Это было бы полнейшей глупостью с его стороны. Точно такой же, как если бы он взял и стал рассказывать им о том, как сражался вчера вместе с колдуном Шагаром сразу с пятью ифритами и победил их. Хотя вот здесь я ещё ни в чём не уверена. Как бы нам эта его победа боком не вылезла.
   Моя дочурка испуганно спросила:
   - А колдунов и колдуний много, тётя Тома? Среди них есть чёрные колдуны, которых мне нужно бояться?
   Моя вредная хозяйка усмехнулась:
   - Белые, чёрные, все колдуны, Настенька, одинаковые и нет среди них таких, которые творили бы только зло или добро. Хотя у некоторых на злое дело ума больше, чем на доброе. С другой стороны колдуны часто ссорятся и даже враждуют друг с другом, чего, уж, там греха таить. Такое случается. Вчера твой папка помимо того, что убил четырёх ифритов, ещё и расправился с одним очень древним колдуном. Вот тот действительно принёс за всю свою очень долгую жизнь простым людям столько зла, что его давно уже нужно было уничтожить, но и он не одно только зло творил. Завтра утром, Настенька, тебе придётся отправиться в замок твоего деда. Из-за того, что твой папка убил пятерых ифритов, хотя они на него сами напали, нас с ним вызывают к себе джины и я боюсь, что нам снова придётся немного повоевать. Но ты не волнуйся, с нами будет огнедышащий дракон, а он твоего папку в обиду не даст. Серёжа ведь ему жизнь спас, можно сказать, с того света вытащил, так что всё обойдётся. А кроме того у нас на джинов своя собственная управа есть. У тебя ведь, моя девочка, есть ещё и пятеро дядьёв и все они очень могущественные колдуны и потому джины никогда не посмеют на нас напасть. Тем более в Пекельном мире. Там ведь тоже драконы живут, только наши.
   Настёна внезапно спросила:
   - Тётя Тома, а у меня есть братья или сёстры?
   - У-у-у, девочка моя, - заулыбалась Тамара, - и ещё сколько, но трое твоих сестёр давно уже стали твоими лучшими подругами. Ты ведь училась с ними начиная с первого класса. Это мои доченьки, Вера, Ивица и Злата. Правда, они будут даже постарше, чем твой папка и потому ты тётка их детям. Я же не могла оставить тебя без присмотра, когда ты вне дома. Да и дома за тобой тоже было кому приглядывать. Когда твой папа уходил на ночное дежурство, за тобой всегда незримо приглядывал Сидор Семёнович, княжий домовой, а он, девочка моя, мало того, что могущественный колдун, так ещё и воин знатный.
   - У нас дома есть домовой? - Удивилась Настя - Здорово, вот бы показать его моим друзьям.
   - Не волнуйся, очень многие из твоих друзей с ним хорошо знакомы, - смеясь сказала тётушка, - он ведь всех твоих друзей и подружек встречает и провожает, но не все его могут увидеть, а только те, кто родом из потустороннего мира.
   Моя дочка так и подпрыгнула на стуле:
   - Как это? Все мои друзья точно такие же люди, как и я сама, если не считать, конечно, сестёр, но я так понимаю, что колдуны это те же самые люди, только они умеют колдовать или как это там называется. А какие они из себя, жители потустороннего мира, тётя Тома? К нам в дом много девчонок и ребят приходит, но ведь мне папа когда-то сам сказал - Настя, приводи в дом сколько угодно народа, хоть чертей притаскивай, но сама из дома после восьми вечера ни шагу без меня или Геши. Неужели и они у нас в гостях бывают?
   - Вот как раз чертей ты в дом чуть ли не первыми притащила, Настёна, - расхохоталась Тамара, - Володю, Диму, Степана и Егора, но ты не волнуйся, у себя дома они почти точно так же выглядят, только немного меньше ростом, но рогов и хвостов у них точно нет. Ладно, Настенька, теперь ты знаешь, кто такая на самом деле, поэтому отправляйся на второй этаж, в свою комнату, а мне нужно с твоим отцом поговорить. Он, конечно, сейчас ругаться начнёт, но ничего не поделаешь, всё как случилось, так случилось. Зато ему теперь уже не придётся тосковать из-за того, что Оленьки не стало.
   Вот тут Тамара конечно ошиблась. Когда я услышал, что моя Оля не была похоронена на кладбище, то у меня сердце так заколотилось в груди, что чуть не выскочило. Ничего более радостного я в жизни услышать не мечтал. Геша, у которого слух был ничуть не хуже моего, тоже радостно заулыбался. Я выбрался из машины и чуть ли не бегом бросился к дому. Поднимаясь по лестнице я взял себя в руки и в кабинет Тамары вошел спокойный и невозмутимый, как удав. Она меня сразу же раскусила и насмешливо спросила:
   - Что скажешь, Серёжа?
   Я снял шляпу, нахлобучил её на мраморную голову Сократа, бюст которого сел в кресло стоял на каминной полке, знатный колдун был когда-то, сел в кресло и, взяв Настину чашку с остывшим уже чаем, к которой моя дочурка так и не притронулась, ответил:
   - Плоско и неинтересно. Колдунья ты отличная, а вот рассказчица из тебя никакая, но и на том спасибо. А теперь, Тамара, ответь мне вот на какой вопрос. Как мне урыть навьего волка? Насколько я понимаю, если это сделать, то Оленька и её подружки после этого сразу же оживут. Или я не прав? Только не говори, что этого невозможно сделать и всё такое. У колдунов есть ответы на все вопросы.
   - Опять ты за своё! - Возмутилась хозяйка - Пойми, тут ничего уже нельзя поделать. Навий волк это тебе не какая-то там нечисть. Это очень мощное колдовство и те пятеро магов сотворили его не то что на века, а на десятки тысячелетий, но сейчас это проклятье со Световидова рода снято. Так что остановись на этом и скажи мне, ты станешь королём или и дальше будешь хвостом берёзы сносить?
   Да, уж, Тамара задала мне ещё тот вопрос. Как и всем остальным оборотням, я ведь по ночам не постоянно веду охоту, но и дважды в неделю отправляюсь в потусторонние миры, мне частенько доводилось разговаривать на эту тему, как со своими коллегами, так и с колдунами и колдуньями. Так что я частенько думал о том, хуже или лучше нам жилось бы с королём. Честно говоря, у меня и в мыслях не было примерять корону короля колдунов и оборотней, а теперь выяснилось, что только я и мог её носить. Отпив несколько глотков холодного чая, я посмотрел на колдунью и спросил:
   - Почему Оля решила, что я потомок Ратмира? Это из-за родинки у меня на груди или ещё по какой-нибудь причине?
   На правой стороне груди у меня имеется большое родимое пятно в форме волчьей головы если смотреть в фас - широкий лоб, два острых уха, голова, плавно переходящая в мощную шею, и тупой угол внизу. Родинка довольно большая, пяти сантиметров в высоту и трёх с половиной в ширину и к тому же имеет весьма необычный цвет, она не коричневая, а рыжая, как и я сам, когда оборачиваюсь волком. Тамара кивнула и печально вздохнула:
   - Она самая, Серёжа. Знаешь, если бы Оленька не увлекалась так историей колдовства, то может быть никогда не узнала об этом, но в том-то и дело, что у нас дома, в Моховом Городище, хранится древняя книга, в которой и история эта записана, и есть изображение королевской отметины, которой Род пометил Ратмира сына Световидова. Позднее, когда в руки отца наконец попала древняя книга халдейских магов, нам стало известно, что именно сотворили те пятеро бунтовщиков. Минувшей ночью ты фактически уничтожил последнего потомка тех колдунов и магов. Хотя многие маги и сейчас продолжают заявлять, что никакой король им не нужен, это всё болтовня.
   - А он что, действительно нужен? - Насмешливо спросил я и пояснил - Все сейчас, в том числе даже славянские колдуны из Явьего мира, помешаны на демократии. Они и на князей-то смотрят косо, так что тогда говорить о короле? Думаю, что это уже не актуально, Тома. Сама пойми, зачем мне становиться королём, чтобы меня признают всего три, четыре десятка колдунов. Это будет просто смешно.
   У Тамары на этот счёт имелось совсем иное мнение:
   - Не волнуйся, Сережень, за тобой может быть не встанут все колдуны и маги, зато оборотни мигом признают в тебе своего законного вожака, а вместе с ними все остальные обитатели потустороннего мира, которых некоторые господа склонны считать существами второго сорта. Хотя Род давал короля только людям, он при этом сказал, что каждое существо, если оно припадёт к руке короля, получит от него защиту. Даже такое страшное и лютое, как навий волк.
   Услышав это я так резко отшатнулся, что чуть было не опрокинул кресло. Для меня это было уже слишком и я прорычал:
   - Пусть даже и не надеется. Для меня навий волк первейший враг и до тех пор, пока я его не уничтожу, никто из вас не заставит меня напялить на себя эту вашу идиотскую корону. Считай, что я тебе поклялся в этом, Тамара. Понятно?
   - Ты с ума сошел? - Возмутилась Тамара - Какое тебе теперь дело до навьего волка? Тебя, идиота, от него твоя жена и её подруги спасли, принеся себя в жертву. Всё, он уже никому не страшен, а раз так, то пусть лежит в недрах Чёрной горы и спит. Знаешь ведь, что про такое мудрые люди говорят - не буди лихо, пока оно тихо. Ладно, это всё равно не сегодня и не завтра решать. Пока Настеньке не исполнится восемнадцать лет, ты служишь мне, Сережень, и хотя некоторых приказов я не могу тебе отдать, не забывай о том, что ты должен быть мне покорным. Ладно, мне сегодня ночью спать точно не придётся, ты у нас вообще по ночам спать не привык, но Настеньку будет лучше уложить спать дома. Так оно как-то спокойнее. Хотя в этом дворце хватает защитников, там вам обоим точно ничто не угрожает, поэтому езжайте домой, а завтра чуть свет - в Моховое.
   Мы вышли из кабинета и поднялись на второй этаж, где Настёна, лёжа на кровати, разглядывала лепнину на потолке. Попрощавшись с дальней родственницей, которая на самом деле оказалась куда более близкой, чем я мог подумать, мы отправились домой. В машине, Настя на этот раз села позади, моя дочь спросила:
   - Геша, а ты правда дракон?
   Кивнув, мой друг ответил:
   - Правда, Настенька, но драконом я обернусь только завтра утром, в Явьем мире. Здесь, на Земле, мне лучше этого не делать. Зато чтобы не мучиться, я сейчас покажу, на что способен твой "Майбах", это ведь не только машина, но ещё колдовское помело. То есть летательный аппарат вроде самолёта, но получше, но летать на нём ты будешь уже в Моховом. Там, кстати, лучшая во всех потусторонних мирах высшая школа колдовства и магии. В ней даже иностранцы из нескольких десятков других миров, подобных Земле, учатся. Ты ведь понимаешь, что колдовству тоже нужно учиться?
   - Понимаю, - уныло ответила Настя, - только мне совсем не хочется становиться колдуньей, Геша.
   - Можно подумать, что я хотел стать гномом-драконом, - с ухмылкой ответил наш водитель отрываясь от дороги и круто поднимаясь в небо, - ничего не поделаешь, таким уж я родился. Ты же родилась колдуньей, а потому просто не можешь быть кем-то другой, но тебе, между прочим, ничто не мешает изучать биологию. Кстати, её в высшей школе твоего деда сам Карл Линней преподаёт. Он ведь маг.
   Настя лишь вздохнула. До дома мы домчались в считанные минуты и Геша, чтобы не мучиться лишний раз, влетел на "Майбахе" прямо в нашу квартиру и припарковался посреди Настиной тусовочной, чем окончательно убедил мою дочь в том, что тётя Тамара говорила ей правду. Поверить в это ей было нелегко, но мне когда-то пришлось оказаться в куда более сложной и неприятной ситуации. Ничего, оказавшись в Явьем мире моя дочура быстро повеселеет.
  

Глава 5

Два скандала подряд в потустороннем мире

  
   Стоило только Насте выйти из машины, так тут же едва не случился конфуз. У меня даже сердце ёкнуло. Увидев перед собой Сидора Семёновича, моя дочура бросилась к нему и подхватила на руки:
   - Какой миленький! Пап, это наш домовёнок?
   Н-да, сказать такое про домового, которому лет эдак под тысячу, принимавшему участие в нескольких десятках битв, надо иметь немалую отвагу. Семёныч проявил себя истинным джентльменом. Беспомощно суча мохнатыми кошачьими лапками, он взмолился:
   - Хозяйка, опусти меня на пол.
   Мы с Гешей переглянулись и я скромно кашлянул в кулак:
   - Семёныч, ты тут, того, общайся с Настей, а нас дела ждут.
   Домой взвыл:
   - Хозяин, да что же это деется? Я ведь не кошка!
   Мы, тихонько хихикая, смылись из квартиры. Вот теперь Семёныч мог открыто расхаживать по ней и наводить порядок с помощью колдовства. Что-что, а порядок он любил. В Гешиной квартире я первым делом сел верхом на новое мотопомело. Это был всё тот же мотоцикл "Yamaha V-Max" классического чёрного цвета с обилием хрома, но теперь вместо пусковых установок ракет из него выдвигались даже не пулемёты, а настоящие авиационные пушки калибра двадцать четыре миллиметра. Из них я мог стрелять чуть ли не во все стороны, но для этого нужно было иметь четыре глаза, способных смотреть куда угодно. Геша, увидев сомнение в моём взгляде, сказал:
   - Успокойся, тебе даже не придётся целиться. Просто смотри на монитор и выбирай, какую цель тебе нужно поразить. На гашетки можешь не нажимать. Тебе будет достаточно подумать об этом и компьютер сам быстренько влепит в твоего врага от одного до трёх снарядов. Боекомплект восемьсот снарядов, скорострельность такая, что тебе их хватит максимум на тридцать секунд, но ты же не псих.
   До самого утра мы обсуждали с Гешей предстоящую встречу с джинами. Она, на мой взгляд, не сулила нам ничего хорошего. Джины, как и эльфы - иммигранты, но если эльфы поселились в Явьем мире всего каких-то пятнадцать лет назад, то эти господа объявились в одном из самых недоступных мест Пекельного мира ещё тогда, когда в нём хозяйничал Перун. Джины и ифриты представляли из себя почти точно такую же пару, как колдуны и оборотни, только эти пары никогда не были семейными. Джины это существа одного порядка, а ифриты совсем другого, то есть биологически они несопоставимы. Они, как правило, не причиняли всем остальным обитателям потустороннего мира никакого беспокойства, но на Земле любили появляться и время от времени занимались там тем же самым, что и мы, колдуны и оборотни, то есть истребляли лярв.
   Даже не знаю, благодарить их за это или нет. Особенно после того, что произошло вчерашней ночью. Впрочем, такое ведь случалось и раньше, хотя с князями ифритов оборотням ещё не приходилось сражаться. К тому же после каждого поражения ифритов в бою с оборотнями начиналась долгая судебная тяжба. Очень уж ифриты не любят, когда оборотни или колдуны их убивают. Наверное потому, что их мало и на воскрешение у них уходит лет сто. Спрашивается, зачем нарываетесь? Сидите в своей Огненной долине и никто вас там пальцем не тронет. А вот на это имелся простой ответ - если джинов устраивала тихая и мирная жизнь в своём замкнутом анклаве, куда они редко кого пускали, то ифритов нет. Этих горячих парней манила к себе Земля, где они охотились на лярв-маток и архов с такой маниакальной страстью, что это вызывало у колдунов подозрения.
   Моему другу Гендиару тоже хотелось знать, почему это ифриты так упорно лезут в чужие дела. Мне же было как-то не до этого. Лезут и чёрт с ними. В конце концов они делают то же самое, что и мы. Меня интересовало совсем другое, за каким лешим в гости к Насте набился Джабраил и не были те три подонка, которые пришли вместе с ним, для него прикрытием что ли. Мне как-то не верилось, что колдуньи, приставленные к ней Тамарой, которые оказались её дочерями, не отфильтровали их ещё на подходе. Да и черти их почему-то проморгали. Вот это действительно было странно. В общем всю ночь мы попросту чесали языки и не пришли ни к чему. Ни Геша, ни я сам так и не придумали никакого плана на грядущее утро.
   Тамара прилетела чуть свет. Причём на здоровенном, золотистом мотопомеле модели "Honda Gold Wing". Это был настоящий летающий двухколёсный танк или что-то около того, в общем тяжелая боевая машина. Оделась колдунья также соответствующим образом, отчего Геша сразу смущённо опустил глаза. Ещё бы ему не смутиться, ведь на Тамаре был надет чёрный байкерский наряд, пошитый из драконьей кожи. Не думаю, что она получила его за красивые глаза, ведь драконы не тот народ, чтобы разбрасываться такими вещами. Свою старую шкуру они обычно съедают вместе с крыльями, а если кого-то облачают в магическую броню, изготовленную из неё, то это точно не первый встречный. Ладно, это их дела. Геша отправился наверх, а мы с Тамарой стали ждать, когда к нам спустится Семёныч. Сидя в седле летающего мотоцикла, я хмуро поинтересовался:
   - Оно того стоило, Тамара?
   Колдунья сразу поняла, что именно я имею ввиду:
   - Стоило, Серёжа. Мы не сразу поверили Насте, что она влюбилась в потомка короля Ратмира, а ты влюбился в неё. Знай я заранее, что так случится, она никогда бы не увидела Земли, но сейчас об этом уже нет смысла говорить. И я не жалею о том, что сделала, чтобы ты по этому поводу не думал. Тебя нужно было как-то защитить и потому я запаковала тебя в колдовскую броню. Ничего, скоро ты сможешь снимать её с себя в любое время. - И всё же всхлипнула - Прости, Серёжа, но по другому я не могла поступить.
   Хотя не в моих правилах делать людям больно, я всё же сказал:
   - Меня не это бесит, Тамара, а то, что ты вечно меня попрекала её смертью, да и её родители тоже. Можно подумать, что я был в этом действительно виноват. Знаешь, мне всё же кажется, что если бы вы объяснили всё сразу, я смог бы сберечь Настеньку. С чего ты вообще взяла, что с навьим волком нельзя справиться?
   В моей свояченице немедленно взыграла колдунья, происходящая из древнего княжеского рода:
   - Но-но, полегче. Тоже мне, герой нашелся. Ты просто не знаешь, скольких твоих предков убил навий волк после рождения сына, а они были воины не чета тебе. Понятно?
   - Мне понятно другое, Тамара, - зло ответил я, - потомки Ратмира тысячелетиями боролись с ним, а вы, князья долбанные, всё это время сидели жопа крячкой и не пришли ни к кому на помощь. Всё, что вы в конечном итоге сделали, это отдали ему на заклание, словно какому-то Минотавру, мою Оленьку и четверых её подруг. И не надо мне вешать лапшу на уши, что всё было предопределено пятью какими-то старыми маразматиками тысячи лет назад. Хочешь обижайся, хочешь нет, но эти ваши двенадцать княжеских родов, которые хотят признать над собой власть короля, не колдуны и воины-волки, а самые настоящие ослы и потому можете даже не надеяться, что я стану вашим королём. Ищите себе короля среди точно таких же ослов. Именно это я первым делом скажу Родиславу и его сыновьям, твоим братьям. Тебе ведь известна моя любимая поговорка, если человек хочет что-то сделать, он ищет способ, если не хочет - находит причину. Вам же её и искать не пришлось. Какая-то сволочь ещё в древности преподнесла её вам всем на тарелочке. Вот потому-то вы и не стали искать потомков Ратмира ни тогда, в древности, ни сейчас. Ты никогда не думала, что было бы, встань колдуны и оборотни вокруг Забавы и её сына стеной? Навий волк это всего лишь колдовская сила, воплощённая в пяти злобных духах, слившихся воедино. Не кажется ли тебе, что против сплотившихся колдунов и оборотней он не выстоял бы и пяти минут? Ты думала об этом хоть раз? Знаешь, из меня колдун, как из говна пуля, но раньше, когда я думал о короле Ратмире, а такое со мной случалось часто и мне теперь стало ясно почему, всегда приходил к выводу, что колдуны и оборотни древности не выдержали простейшего испытания на вшивость. Отсюда и сила навьего волка. Ну, ничего, теперь это уже не ваша забота, а моя. Мне недолго осталось ходить у тебя под пятой. Не только среди людей есть колдуны.
   При Геше я не говорил ничего подобного, хотя именно своего побратима имел ввиду. Тамара побледнела и глядела на меня с ужасом. Похоже на то, что она уже видела себя не простой княжной, а принцессой, ещё бы, её зять король, но я ещё тогда, когда ситуация прояснилась, принял решение отказаться от королевской власти. На хрен она нужна хоть какому-то королю, если его подданные палец о палец не ударили, чтобы встать на его защиту? Мои предки, которых я не знал, скорее всего гибли сотнями и тысячами, но всё было сделано так, чтобы вечно преследуемые навьим волком они всё же с поразительным упорством не давали роду короля Ратмира пресечься и всегда были одиноки. Думаю, что они передавали из поколения в поколение какие-то другие реликвии кроме родинки на теле, а вместе с этим какие-то знания и предания. Я же был лишен и этого. Высказав Тамаре всё, я умолк. Несколько минут она молчала, явно потрясённая моими безжалостными словами, потом всё же взяла себя в руки:
   - Неужели ты в самом деле поступишь так с нами? Сережень, колдуны и воины-волки славянского рода столько лет ждали, что им будет явлен король, верили, что этот день обязательно настанет, а ты вот так, в одночасье, возьмёшь и плюнешь на их могилы?
   - Вот именно, Тамара, плевать я хотел на вас всех, - с усмешкой ответил я, - и не жди от меня ничего другого. Вы недостойны короля, хотя как раз кто-кто, а король из меня никакой, ведь я даже не знаю своей матери и душой чувствую, что она погибла точно так же, как и Оленька, но ни одна сволочь не пришла к месту её гибели, не обмыла тела, не срастила ран и не положила мою маму в домовину, вырубленную из цельного ствола дуба. Да и все остальных колдуний, которые стали женами потомков Ратмира, постигла точно такая же участь потому, что вы ждали, когда сбудется пророчество и вместо первенца родится на свет девочка. Вот и подумай теперь сама, чего стоите вы, так называемые славянские колдуны и оборотни нынешнего поколения. В общем плевать мне на вас всех с высокой колокольни. Своим вчерашним разговором с Настенькой ты добилась только одного - услышала эти слова на два с лишним месяца раньше.
   Тамара снова побледнела и прошептала дрожащими губами:
   - Ты не можешь с нами так поступить, ведь ты наш король...
   В квартиру, громко топая ногами, вошел Семёныч. Хотя я и не сказал Геше ни слова о том, как именно намерен поступить, мой друг явно предупредил домового, что сегодняшний день будет богат на скандалы. Впрочем, я не удивлюсь, если вдруг выяснится, что Семёныч всё слышал. Меня удивило другое, как он так грохотал своими мягкими, кошачьими лапками? Войдя в просторную комнату, представляющую из себя самый настоящий гараж, находящийся на пятом этаже, домовой хитро улыбнулся, точно всё слышал, взлетел и сел позади ошеломлённой, растерянной Тамары. За окнами немедленно появился чёрный, сверкающий в лучах восходящего солнца "Майбах" и Геша помахал нам рукой. Рядом с ним сидела нарядная, счастливо улыбающаяся Настенька. Похоже, что Семёныч уже рассказал ей о том, что это такое, быть колдуньей. Не говоря ни слова, я вылетел из гаража. Вслед за мной вылетела Тамара на своей колеснице. Вид у неё был весьма невесёлый и растерянный.
   Никто из людей нас увидеть не мог, но над Москвой в это раннее утро летало немало других её жителей и далеко не все были людьми, хотя и были на них очень похожи. Ко мне они тоже относились по разному. Было немало таких, кто меня если не ненавидел, то уж точно терпеть не мог. Не убивать же их за это. Не то что бы я очень уж известная личность в мире колдовства, но всё же не самый последний человек. Мне если и завидовали, то в основном потому, что я мало того, что был воином-волком на редкость могущественной и мудрой колдуньи, так ещё и имел неплохой приварок со своих книжек, которые, как обычно говорят мои недоброжелатели, пишу быстрее, чем иные хозяйки пекут блины. Роскошная квартира, роскошное мотопомело, сверхмощная колдовская броня, да ещё и друг не простой механик, а гном-дракон, чем не предмет для зависти.
   Объяви меня двенадцать князей завтра королём и нахлобучь мне на голову корону, я сразу же стану для них недосягаем и им волей неволей придётся выказывать мне свою любовь. Как же, короля его подданные просто обязаны любить и боготворить. Тем более, что я прямой потомок короля Ратмира, вот только мне и за деньги не нужна их любовь и преданность. Когда народ предаёт своего короля, он прежде всего предаёт самого себя. Россия, только не колдовская, а та, которая на Земле, яркий тому пример. Предал народ своего царя и нет ему теперь ни счастья, но спокойной жизни. Ладно бы царь был кровавым деспотом, так нет же, пусть и не блистал умом, но всё же не совершал таких преступлений, за которые его стоило свергать. Все последующие же тираны, деспоты, дураки, маразматики и воры, это всего лишь кара за предательство, причём не какая-то там Божья.
   Мне же теперь предлагалось стать королём не одной только колдовской Руси, довольно большой области в Явьем мире, но и вообще всего потустороннего мира, а вместе с ним всех колдунов, магов и оборотней обитающих на Земле. Им всем не было никакого дела до того, какие испытания выпали на долю потомков короля Ратмира и в том числе на мою собственную, так какого чёрта я должен теперь идти им навстречу? Социологические исследования проводятся не только на Земле, но и в потустороннем мире, точнее в трёх потусторонних мира, а вместе с ними в них есть и средства массовой информации: телевидение, радио, газеты и свой собственный Интернет. Поэтому мне достоверно известно, что девяносто три процента всего населения, а это что ни говори триста миллионов одних только людей и почти пятьсот миллионов других существ, мечтают о том дне, когда они обретут истинного короля. Очень мило.
   Мне было бы не трудно их понять в том случае, если бы король был заточён в камень или законопачен в бочку и спрятан так тщательно, что найти невозможно. Явись он в мир тогда и я понял бы ликующие толпы, но потомки короля Ратмира всё время жили на Земле и найти их было куда как легче, но их никто не искал. Им никто не пришел на помощь и потому навий волк мог безнаказанно их убивать столько тысяч лет подряд. Довольно часто посещая потусторонние миры, куда дважды в неделю Тамара отправляла меня в приказном порядке, я пытался разыскать хотя бы следы потомков Ратмира. Увы, когда я спрашивал об этом колдунов или колдуний, те высокомерно отвечали мне: - "Придёт время и король обязательно будет явлен миру". Мне и раньше было понятно, что явить его собираются князья и всё это выглядело не очень хорошо, так, словно последний потомок короля Ратмира не человек, а символ, что-то вроде хоругви.
   Пытался я говорить на эту тему и с оборотнями, но те как-то пришибленно молчали и лишь разводили руками. Зато все остальные обитатели потусторонних миров честно говорили, что им категорически запрещено искать потомков короля Ратмира. Объяснялось это тем, что согласно какому-то древнему преданию даже сами поиски могут привести к неисчислимым бедам. А вот в это мне верилось с большим трудом и попахивало, честно говоря, заговором против короля Ратмира и его потомков. Кому-то явно было выгодно, чтобы всё шло так, как когда-то наколдовали пятеро старых мерзавцев. Мои собственные поиски следов потомков Ратмира не дали никакого результата, да и не могли, как я теперь понимал, ни к чему привести.
   Несколько раз я пытался поговорить на эту тему с Тамарой, объяснить ей, что на долю потомков первого короля выпали страшные беды и страдания, но та упрямо твердила: - "И думать об этом забудь, они хранимы Родом и не тебе, дикому волку заботиться о них". Теперь я понял, почему стал диким волком и самое главное, по чьей вине. Что же, раз народ предал своего короля, значит и он ему больше ничем не обязан. Королём я, конечно, быть не перестану, но в то же время никогда не буду им в прямом смысле этого слова со всеми проистекающими последствиями в виде сидения на троне и всей прочей ерунды. Вот этого от меня мои подданные точно не дождутся. Во всяком случае в ближайшее время. Может быть они когда-нибудь поймут в чём их вина, хотя вряд ли, на это нет смысла надеяться.
   Геша летел не спеша и к тому же кружным путём. Он явно давал время мне собраться с мыслями, а Тамаре прийти в себя. Вскоре он прошел из реального, физического мира в Явий и мы полетели над просто невероятно прекрасным, чистым и ухоженным миром. Да, Явий мир это тебе не закопченная, грязная и загаженная донельзя Земля. Это мир девственных лесов, ковыльных степей, чистых рек, озёр и морей, где полным полно непуганых животных и птиц. Может быть в нём его обитатели и не живут в полном мире и взаимопонимании друг с другом, до этого они ещё не доросли, но с экологией здесь всё в полном порядке, экономика, развивающаяся на несколько иных принципах, обеспечивает их всем необходимым, а по части технических новшеств потусторонние миры давно обогнали Землю.
   Под нами проплывали небольшие города Мохового княжества, самые обычные дома в которых на Земле сочли бы дворцами, в небе сновало огромное количество самых разных летательных аппаратов, в том числе даже ковров-самолётов. Ничего удивительного, в Моховом княжестве хватает своих собственных экстремалов. Некоторые колдуны и колдуньи и вовсе летали на мётлах, словно учащиеся Хогвартса, но всё же ни у кого не было такого роскошного мотопомела, как Гешин "Майбах". У всех, кто на него смотрел, открывались от удивления рты. Хотя мы и не сговаривались, когда Геша подлетел к стольному граду Мохового княжества, то приземлился на дороге в полусотне метров от городской черты.
   Тамара, не ожидавшая этого, улетела было по инерции вперёд, но вскоре вернулась. Пока она заходила на посадку, я успел соскочить со своего летающего мотоцикла и сказать дочери:
   - Настя, сиди в машине.
   Дочь понимающе посмотрела на меня и ответила:
   - Хорошо, папа, я сделаю всё так, как ты скажешь, - губы гнома-дракона слегка дрогнули в улыбке, моя дочура высунулась из окна, я наклонился, и она поцеловала меня в щёку, - папка, я тебя очень-очень люблю. Не волнуйся за меня. Тут же со мной будет Семёныч.
   Тамара, услышав слова племянницы, густо покраснела и тут же буквально взмолилась:
   - Серёженька, что ж ты, как не родной? Полетели к дому.
   Встав перед капотом, я раздраженно ответил:
   - Прекрати ныть, Тамара. Позвони отцу, пусть он приедет сюда и поскорее. Нам с Гешей ещё в Огненную долину к джинам лететь.
   Колдунья кивнула, поспешно достала сотовый телефон и через несколько секунд стала объяснять отцу, что я не приеду. Не скажу, что я делал это намеренно. Просто я не мог переступить через себя. Теперь, когда мне сказали правду, всё то, что я думал об отношении колдунов и оборотней к потомкам короля Ратмира, усилилось в десятки раз и граничило с ненавистью. Мой друг и, кажется, не он один, так как Семёныч спрыгнул с сиденья позади Тамары и подошел ко мне, уже рассказали Насте о моих безуспешных поисках самого себя. Дёрнув меня за полу пальто, домовой негромко сказал:
   - Не волнуйся, король Сережень, с принцессой Настёной ничего не случится. Здесь, в Моховом, до неё никому не добраться.
   - Знаю, Семёныч, - с грустью ответил я, - с королевой Забавой и юным королевичем тоже ничего не случилось бы, окажись они в кругу преданных им колдунов и оборотней.
   Тамара чуть ли не в голос взвыла:
   - Да, что ж ты такое говоришь, Серёженька!
   Объяснять ей что-либо не имело смысла. Хотя она и мудрая колдунья, всё равно глупая баба. Минут через пять примчались дед с бабкой, а вместе с ними целая толпа настороженной родни. Князь Родислав, которого я в таком качестве не знал, попытался было поиграть в обиженного тестя и сурово рыкнул:
   - Ты что это творишь, Сергей? Не смей нас на людях позорить!
   - Заткнись, старый, - резко одёрнул я тестя, - ты меня и раньше не очень-то жаловал, так что нечего кокетничать, чай не девица.
   Тесть, здоровенного роста брюнет не старше полтинника на вид, одетый в тёмно-серый костюм с бежевой рубахой и тёмно-синим галстуком, осёкся. Князь явно не привык, чтобы с ним разговаривали так в Моховом граде. Тёща, моложавая, нарядно одетая женщина с тёмно-русыми волосами, которая раньше любила меня пропесочивать, сегодня была необычайно молчалива и задумчива. Один из родичей, наверное кто-то из братьев Тамары, попробовал возмутиться:
   - Не забывайся, перед тобой князь стоит.
   - Ты тоже заткнись, - ответил я сходу, - тем более, когда стоишь перед королём-волком. Всё, хватит болтать, родственнички. Извините, что вынужден вас потревожить, но моя дочь в настоящий момент нуждается в защите. Из-за вашего скудоумия и ещё кое-чего похуже, она хотя и имеет огромную колдовскую силу, всё же ничего не знает о самом колдовстве. Поэтому я спрашиваю вас, Настя найдёт в этом Богами проклятом городе надёжную защиту или мне нужно отправить её в какой-то другой мир, где ей не будет ничто угрожать?
   Моя тёща тут же запричитала:
   - Серёженька, о чём ты говоришь? Настеньке ничто не угрожает. Тем более у нас, в Моховом граде. Всё давно уже позади, родной мой.
   - Вот же наградил Род роднёй! - Невольно вырвалось у меня, но я не стал уточнять и позвал дочь - Настёна, выходи. Иди, поздоровайся с дедом и бабушкой. Здесь ты будешь в безопасности, но учти, вечером из княжеского замка ни шагу. Семёныча от себя не гони.
   Настя вышла из машины и подбежала ко мне. Обняв дочь, я поцеловал ей и негромко сказал:
   - Не волнуйся, доченька, я обязательно уничтожу навьего волка и тогда мама вернётся к нам. Во всём слушайся Семёныча, он прекрасный воин и отличный, преданный друг. - Повернувшись к домовому, я попросил - Позаботься о моей дочери, старина. Ты хотя и мал ростом, умом велик. Если что, используй Настину силу не таясь. У неё колдовской силы, как в трёх атомных электростанциях, на всё что угодно хватит. Сам понимаешь, только на тебя вся надежда. - С усмешкой посмотрев на тестя, я напомнил ему - А ты, дедуля, не забывай, о чём я сказал тебе, когда привёз к вам Настю впервые.
   Князь Родислав покраснел и у него на скулах заходили желваки. Да, плевать я хотел на то, что обо мне подумает он и вся Олина родня. Я уже сказал ему однажды, что если он посмеет только голос повысить на мою дочь, ему несдобровать. Тогда он меня прекрасно понял и потому смотрел на все Настины шалости с улыбкой. Не смотря ни на что, тесть всё же кивнул и сказал:
   - Не волнуйся за Настеньку, Сережень, - посопел немного и всё же спросил, - так что мне людям сказать, король Сережень?
   - Ничего, - буркнул я в ответ, - вели всем остальным князьям собраться здесь часам к двенадцати и пригласи репортёров. Я сам им скажу всё, что думаю о них и о всех, кто размечтался видеть меня в королях. Так что приготовьтесь, но не спешите радоваться. - После чего улыбнулся дочери - Не волнуйся, Настенька, со мной будет Геша.
   Гном-дракон вышел из машины, насмешливо оглядел семейство князя Родислава и, отдав ключи от "Майбаха" первому попавшемуся ему на глаза парню, стоявшему с растерянным видом, сказал:
   - Отгонишь Настенькину машину в замок. - Хлопнув меня по плечу, он спросил - Полетели, король-волк?
   Геша подпрыгнул и в то же мгновение над нами раскинул крылья огромный чёрный дракон. Чуть взмахнув крыльями, мой друг взмыл на высоту метров в триста. Я быстро вскочил в седло своего новенького мотопомела и нагнал его уже километрах в пяти от Мохового града. Мы полетели к нужной точке перехода на скорости не менее двухсот пятидесяти километров в час. Мне даже пришлось надеть защитные очки. Все прочие летуны раскрыли рты даже пошире, чем при виде шикарного "Майбаха" Геши. Вскоре я услышал позади свист и обернулся. За нами мчалась Тамара. По ней было видно, что летать на таких скоростях колдунья не привыкла и я крикнул:
   - Геша, притормози. За нами увязалась эта чёртова баба.
   Мы оба сбросили скорость так энергично, что колдунья снова умчалась вперёд, но на этот раз отреагировала быстрее и, заложив левый вираж, вскоре полетела немного выше головы дракона, которая имела размеры легковушки, слева. Несколько минут она молчала, но вскоре не выдержала и спросила:
   - Сережень, может быть ты перестанешь дурить?
   - Если Серёга дурил, Тамара, то я не дракон, а лягушка. Правильно он вам всем врезал. Не волнуйся, мы слышали всё, что он тебе сказал, а потом я объяснил Насте, что мы пытались найти потомка короля Ратмира, но у нас ничего не вышло. Если тебя интересует моё мнение, то я с ним полностью согласен, вам не король нужен, а тиран похуже Сталина, Гитлера и Мао вместе взятых, да чтобы истязал вас лет триста подряд. Странные вы существа, люди планеты Земля. Вам обязательно подавай кого-либо, чтобы он искупил ваши собственные грехи. Евреи до того дошли, что из Иисуса Христа божество сделали, а вы, колдуны и маги, даже не подумали этому воспротивиться. Так ведь это и не удивительно, вы же ждали, когда вам будет явлен истинный король, который вас на своём горбу в рай внесёт.
   - Но всё же было совсем не так! - Крикнула Тамара.
   Чтобы не разводить в небе говорильню, я скомандовал:
   - Ша! Хватит болтовни. Входим в Пекельный мир.
   Мы влетели в раскалённые, желтовато-палевые небеса Пекельного мира на высоте в три километра. Зелёный пейзаж сразу же сменился на желто-оранжевый с красной и бордовой листвой деревьев и травами. Здесь всё было точно такое же, как и в Явьем мире, только в несколько ином колорите. Не знаю кому как, а мне тут нравилось, хотя, конечно, жарковато, температура ниже плюс тридцати пяти даже ночью не опускается, но лично я смог бы привыкнуть. Геша родом из подобного мира, так что ему вообще было грех жаловаться. К нам сразу же устремилось несколько местных драконов. Крупные ребята, но по сравнению с моим другом мелкота.
   Болтать с ними нам было некогда. Перуновы горы были всего в трёх верстах, но мы не стали углубляться и, пролетев ещё километров десять, стали снижаться, нацелившись на высокий перевал. За ним лежала Огненная долина с её небольшими вулканчиками, полыхавшими нежарким огнём, и гейзерами. Мы с Гешей там никогда не бывали, но я как-то посмотрел несколько рекламных видеоклипов. Джины зазывали к себе туристов, но народ туда не очень-то ломился. На перевале мы и совершили посадку. Первым мой друг гном-дракон, а потом мы с Тамарой. Колдунья сразу же спросила:
   - Мы что, не полетим во дворец эмира?
   - Если тебе этого хочется, лети, - насмешливо сказал я, - а лично мне там точно делать нечего, как и Геше.
   - Это точно, - согласился дракон и грозно прорычал, - эй, кто-нибудь, быстро примчался сюда, пока я не рассердился.
   Чуть ли не в ту же секунду перед нами появился громадный, но весьма испуганный ифрит. На этот раз с полностью обнаженным торсом, который смотрел на чёрного дракона с ужасом и я попросил:
   - Парень, быстренько смотайся во дворец эмира Джафара и доложи ему, что к вам в Огненную долину прибыли король-волк Сережень, огнедышащий дракон Гендиар и книгиня-колдунья Тамара.
   Огненноногий верзила исчез в мгновение ока. Дракон сидел на перевале точь-в-точь как я, когда мне, обернувшись волком, хочется повыть на луну и поигрывал хвостом, отчего позади него вниз с грохотом катились по склону камни. Мы же, сидя в седле мотоциклов, уютно устроились в тени его огромного тела меж двух могучих лап с когтями полутораметровой длины. Вот теперь уже никто не сможет оспорить то, что дракон Гендиар в одном из моих романов срубал крыльями верхушки гор, когда искал тайное убежище одного зловредного мага. Только минут через десять перед нами появилось десятка четыре ифритов, среди которых снова не было ни одного чёрножилеточника. Зато один из них, кланяясь заголосил:
   - О великий король-волк, эмир Джафар просит тебя прибыть в его дворец вместе с драконом-великаном и княгиней Тамарой. Мы будем сопровождать вас, но если вы того хотите, то сотворим летающее облако и оно доставит вас во дворец солнцеликого эмира.
   Геша сразу же возмутился:
   - Вы что, не поняли? Ни в какой дворец мы не полетим! Этого ещё не хватало. Пусть ваш эмир сам топает сюда. Может вместе со всей своей гвардией, а мы дальше перевала ни шагу.
   Ифриты снова исчезли, как испарились, но на этот раз минут через пять к нам прилетело огромное облако и когда оно разомкнулось, то мы увидели стройного, черноволосого мужчину в белоснежном восточном одеянии с золотой чалмой на голове и аккуратной чёрной бородкой, сидевшего на золотом троне. Справа от папаши стоял принц и улыбался, как американский президент, принц Джабраил, а позади них полукругом стояли нарядно одетые джины и джинины. Позади них возвышались на редкость широкоплечие, но на первый взгляд безоружные ифриты. Эмир чуть склонил голову и спросил:
   - Почему мы не видим среди вас принцессы-невесты?
   - Потому что её здесь нет, - ответил я, - и в честь чего это ты, эмир Джафар, решил, что моя дочь невеста?
   Принц заулыбался ещё шире, а вслед за ним ощерился эмир и все остальные белозубые джины и джинины, да так, что мне почему-то сразу захотелось взять в руки что-нибудь железное, например монтировку, и немного отрихтовать их улыбки и тем самым задать работы дантистам. Эмир решил не томить нас и прояснил ситуацию:
   - Король Сережень, ты не мог про то знать, но все джины ждали этого счастливого дня тысячи лет. Исполняя волю ваших Древних Богов и в первую очередь самого Роды, я готов сегодня же возложить корону, которой был когда-то коронован король Ратмир и тогда твоя дочь станет женой моего сына. Поверь, он без ума от её небесной красоты и станет для неё любящим и заботливым мужем.
   Меня, право же, чуть смех не разобрал. Нет, я не расист и не нацик какой-нибудь и даже более того, у меня есть немало друзей на Востоке, но этот урюк незнамо почему решил, что из-за каких-то там боговских заморочек моя дочура станет женой его сына, которому, наверное, уже не одна тысяча лет и это выглядело просто комично. Зато Настина тётка была настроена совсем по другому и потому взревела на зависть моему старому другу, но юному дракону:
   - Ты что, гнилая кочерыжка, охренел? Да, я тебе сейчас всю твою холёную морду расцарапаю, а сынку твоему, женишку недоделанному, оторву его мужское хозяйство и вколочу в глотку! Нет, вы только посмотрите на этих расфуфыренных шейхов, им вздумалось Настеньку выдать замуж за какого-то недоноска! А ты чего молчишь и щеришься, волчара? Тут о твоей дочери речь идёт между прочим.
   Подняв руку, я негромко сказал:
   - Не кричи, хозяйка, я пока что твой слуга, а потому могу говорить только тогда, когда ты мне это позволишь, но если ты требуешь, чтобы я дал эмиру Джафару ответ, то я повинуюсь. - Коротко рассмеявшись, я продолжил, но уже громче - Джафар, я не ослышался? Ты хочешь короновать меня, короля-волка, в обмен на мою дочь?
   Эмир, который выслушал вопли княгини-колдуньи не моргнув глазом, от моих слов почему-то заёрзал на своём золотом троне:
   - Король Сережень, так было сказано вашими Древними Богами и такое поручение мне дал лично Род. Неужели ты посмеешь его ослушаться? Мне будет очень лестно с тобой породниться, но если твоя дочь не выйдет замуж за принца Джабраила, то корона короля Ратмира так и останется в сокровищнице джинов Огненной долины.
   Геша задумчиво прорычал:
   - Эй, волк, мне как, включать уже огнемёт или немного подождать? Знаешь, хотя и говорят, что джины и ифриты существа, порождённые огнём недр, мне всё же кажется, что против небесного огня они не устоят. Давай испытаем их на жаропрочность? Поверь, брат, ни тебе, ни Тамаре мой огонь не причинит никакого вреда, а вот что будет с ними, мы сейчас посмотрим.
   Джины, а вместе с ними ифриты обиженно насупились и дружно сплели пальцы рук, даже эмир с сынком. Не желая обострять и так изрядно накалённую обстановку, Тамара уже была готова открыть по хозяевам Огненной долины шквальный огонь, я сказал:
   - Не торопись, Гениар, нам нет пока что никакой нужды начинать в Пекельном мире войну. И вы, господа, успокойтесь, нечего тут ручонками сучить. Теперь, Джафар, я перейду к главному. У тебя в гашнике лежит корона короля Ратмира, моего великого предка. Можешь с ней поступить так, возьми и переплавь её в слиток наиболее удобной для тебя формы, после чего я одним ударом забью его тебе в задницу. Запомни, урюк, я король-волк Сережень, но это всего лишь факт моей биографии. Просто так уж случилось, что я являюсь прямым и единственным потомком короля Ратмира. Это первое, а теперь послушай второе. Родня моей покойной жены, убитой навьим волком, из штанов выпрыгивает, так ей хочется, чтобы я был тобою или ещё кем-либо коронован. Поверь, они не поленятся собрать всё золото во всех трёх мирах Богов, чтобы отлить из него для меня новую корону. Того же самого ждут не дождутся десятки миллионов всех тех, не буду говорить кого, кто палец о палец не ударил, чтобы спасти мою мать от клыков навьего волка. Джафар, ты ведь старый и мудрый джин, неужели ты думаешь, что я стану их королём? Да, никогда в жизни! Забудь навсегда о том, что ты можешь меня короновать и...
   - Но как же воля Древних Богов? - Перебил меня эмир - Ты не посмеешь ослушаться Рода! Ты был рождён, чтобы стать королём. Тогда твоя дочь станет женой принца Джабраила, после чего наступит эра всеобщего благоденствия. Ты хочешь лишить милости Богов всех своих соплеменников? Но это же кощунство!
   - Заткнись, - рявкнул я уже в полный голос, - со всеми претензиями можешь обращаться непосредственно к Роду. Он, как мне кажется, должен был предвидеть именно такой результат. Слушай меня и не перебивай, я ещё не всё сказал. До того дня, пока моей дочери не исполнится восемнадцати лет, я являюсь верным слугой этой женщины и не вправе действовать самостоятельно. После того, как я снова стану свободным, мы с Гешей приступим к поискам навьего волка. В недрах Чёрной горы его нет. Мы его там уже искали. Как только мы найдём эту тварь, то немедленно прикончим, но в результате этого могут выясниться некоторые факты, проливающие свет на события тех далёких дней, когда пятеро мерзавцев смогли составить столь мощное заклинание, которое явно превышало и их колдовские силы, и их знания. Я полагаю, что им кто-то помог. Вы, джины и ифриты, иммигранты, хотя я вовсе не против того, чтобы в трёх мирах Богов и на Земле жили разумные существа из других миров. В том случае если выяснится, что вы были к этому причастны, вам лучше всего покинуть пределы Земли и её магических миров-щитов. Сейчас я этого не могу доказать, но полагаю, что перед смертью навий волк поделится с нами информацией о том, как всё произошло на самом деле.
   Кажется мне удалось заставить эмира нервничать. Он поднялся с трона, сделал по облаку шаг вперёд и стал оправдываться:
   - Король Сережень, я взываю к твоему разуму. Одумайся, не противься воле Богов. Мы, джины, не имеем никакого отношения к тем событиям. Мы не враги тебе, поверь. Ты уже оказал нам огромную услугу, сразив в честном поединке пятерых князей джинов, которых когда-то сумел перехитрить злой колдун Маштагар. Они скоро воскреснут, но уже сейчас все ифриты свободны и могут не думать о том, что чья-то злая воля заставит их делать то, чего они не желают. То древнее колдовство, о котором ты говоришь, рассеялось и вместе с ним исчез навий волк, но если ты не исполнишь того, что тебе предначертано, то он обязательно вернётся.
   Сказав это, джин то ли сделал вид, что сболтнул лишнего, то ли это произошло на самом деле, что было весьма удивительно для столь древнего существа. В любом случае я должен был принять его слова во внимание и отнестись к ним с максимальной серьёзностью. Джинам я сказал всё, что им нужно было знать и хотя сам хотел узнать побольше, решил удовлетвориться и этим. Чтобы мои слова были восприняты всерьёз, я на всякий случай решил пригрозить им:
   - Джафар, нечего меня уговаривать, лучше начинайте собирать чемоданы. Я неважный колдун, но довольно сильный воин-волк, которого разозлили до последней крайности. Поэтому запомни, если хотя бы один джин или ифрит высунет нос за пределы Огненной долины, я буду воспринимать это, как угрозу в адрес моей дочери. Всё, Джафар, мне больше не о чем с тобой разговаривать, но у меня имеется пара вопросов к твоему сыну. Как только он ответит мне на них, вы все свободны. Пока что у меня нет к вам никаких претензий.
   Джабраил неохотно поинтересовался у меня:
   - Что тебя интересует, король Сережень?
   Я поставил вопрос ребром:
   - Где находятся те молодые люди, которых ты увел из моего дома, Джабраил? Это первый вопрос. Зачем ты вообще пришел в мой дом и почему не подошел ко мне и не спросил, как я отнесусь к тому, что ты начнёшь ухаживать за моей дочерью? Отвечай, Джабраил.
   Джин насмешливо ухмыльнулся:
   - Хорошо, я отвечу тебе, король Сережень, но сначала скажу тебе несколько слов. Своими дерзкими заявлениями ты ставишь себя в очень сложное положение. Если ты не покоришься воле ваших Древних Богов, то станешь королём-изгоем и жители всех трёх миров Богов не только будут гнать тебя ото всюду, но и объявят на тебя охоту. Если раньше род короля Ратмира навий волк преследовал для того, чтобы сделать его потомков мужественными, сильными и мудрыми, то теперь на тебя просто объявят охоту и ты рано или поздно приползёшь в Огненную долину на брюхе. Нам нет никакого дела до обитателей Земли и трёх магических миров-щитов её оберегающих. Мы, джины, всего лишь взяли на себя труд сохранить твою корону и исполнить волю ваших, а не наших Богов, так что подумай об этом, король Сережень, пока у тебя ещё есть время. Что же касается тех троих людей, которые покушались на мою невесту, то я их уничтожил сразу же, как только покинул твой дом. На твой второй вопрос я отвечу тебе так, Анастасия стала моей невестой по воле Богов задолго до своего рождения и потому мне незачем было спрашивать у тебя разрешения, чтобы увидеть её. А теперь иди и подумай над моими словами.
   Покрутив головой, я ответил нахальному принцу:
   - Смотрю я на тебя, Джабраил, и удивляюсь. Ты джин и лет тебе уже немало, давно уже должен стать матёрым волком, а разговариваешь, словно щенок. Какие боги, кто их видел? Да, в легендах говорится о том, что какие-то крутые ребята однажды появились на Земле и что они, якобы, подняли людей на ноги, а чтобы род людской окреп и возмужал, создали три магических мира-щита. Эти ребята, которые назвали себя Богами, населили их магическими же существами, но сделали так, чтобы в одной своей форме они были весьма своеобразными на вид, а во второй - полностью тождественны людям и даже могли сочетаться с ними браком, но тогда для них оставалось всего лишь несколько дней в году, когда они могли превращаться в тех, кем могли быть до этого сколь угодно долго. Потом они свалили, но перед этим поставили над колдунами и оборотнями королём моего далёкого предка Ратмира. Ты тут что-то лепечешь о воле Богов, но при этом забываешь о том, что пятеро колдунов и магов однажды её уже нарушили и породили навьего волка. Джабраил, ты слабак, как и все остальные джины и ифриты, раз тебе нужен костыль в виде Богов. Ты без их воли даже невесту не можешь себе найти. Ты говоришь, что от меня все отвернутся? Во-первых, Джабраил, не все, а от тех, кто может от меня отвернуться, я и сам уже отвернулся потому, что они трусы и предатели, а, во-вторых, запомни, человеческая натура такова, что даже предатели могут раскаяться и вспомнить о своём долге, а трусы способны перестать трястись от страха и совершить подвиг. Так что ты тоже подумай над моими словами, щенок. Джафар, если твой сопляк посмеет хотя бы высунуть нос из Огненной долины, я прилечу сюда с тысячами чёрных драконов и немедленно здесь всё сожгу.
   Эмир одарил своего сына таким взглядом, что тот съёжился и поник. Джины смылись даже раньше, чем мы поднялись в небо и полетели в Моховое княжество. На этот раз первым на посадку стал заходить мой друг дракон. Для порядка Геша протрубил так громко, что по-моему даже земля затряслась. Он опустился на дорогу километрах в трёх от Мохового града, а я, как и прежде, занял удобную позицию между его лап. Тамара, молчавшая всю дорогу, улетела в город. Вскоре показалась не такая уж и большая процессия - двенадцать князей, а с ними всего с полдюжины репортёров. Князья скакали верхом на могучих колдовских конях и были облачены в латы. Из города между тем вывалило множество народа, но моховчане держались поодаль. Первым ко мне обратился князь Ратибор:
   - Король Сережень, мне сказали, что ты отказываешься быть нашим королём. Так ли это или произошла какая-то ошибка.
   - Всё так и есть, князь Ратибор. - Спокойно, без тени иронии или насмешки ответил я и пояснил - Я не желаю быть королём трусов и предателей, так что вам придётся и дальше жить без короля.
   Князь, коренастый и широкоплечий, словно гном, который в этом году был за главного, удивлённо спросил:
   - Это когда же мы предали тебя? Мы всегда хранили верность нашему первому королю и всем его потомкам.
   Горячиться было нельзя и я всё так спокойно ответил:
   - Когда мне было двадцать три года, князь, судьба забросила меня на Памир и там я принял тяжелый бой с горсткой мальчишек, которые все должны были погибнуть. Им не было ещё и двадцати. В таком возрасте ты своих сыновей из дома не выпускал. Они были готовы сражаться до последнего вздоха, а силы были неравны. Когда в рядах моих бойцов появились первые раненые, я взял два пулемёта, второй на тот случая, если первый заклинит, два автомата, а им приказал бегом нестись на заставу, благо, что рельеф местности позволял им отойти. А ещё я приказал им, чтобы они доложили обо всём командиру заставы и тот связался с артиллеристами и лётчиками. В общем вызвал огонь на себя. Очень уж большая банда на нас шла. Мои бойцы наотрез отказались исполнить мой приказ и тогда я их буквально силой заставил покинуть развалины той крепости. Потом был бой, в котором меня буквально изрешетили пулями и осколками, а потом я из последних сил дрался с ними в рукопашной схватке и непременно погиб, не начнись артобстрел и не начни бомбардировщики громить банду. Никто из вас ко мне на помощь так и не пришел, а ещё раньше вы предали короля Ратмира, дав навьему волку добраться до него и мой предок тоже сражался с чудовищем в одиночку. Потом вы предали королеву Забаву, как из поколения в поколение предавали всех потомков вашего первого и последнего короля. Поэтому у вас никогда не будет короля, а если вы вздумаете избрать себе нового, то тогда за вами придёт ночью король-волк Сережень и вы узнаете, что такое волчьи клыки, смыкающиеся на шее. Больше мне нечего вам сказать, да и незачем, хотя нет, я всё же скажу вам ещё несколько слов. Вы предали не только короля Ратмира и всех его потомков, но ещё и Русь, ту, которая на Земле, и весь славянский народ. Окопались тут в райских кущах, живёте в тепле, мире и сытости, а на то, что в это время творится на Земле, вам всем наплевать и даже более того, всех тех колдунов и магов, которые пытаются помочь людям, мало того, что одёргиваете, так ещё и сурово взыскиваете с них. Единственный человек из вас за все времена, который отправился на поиски потомка короля Ратмира, была моя Оленька, но и тут всё случилось на слава Роду. Ладно, это уже наши семейные дела, мы их сами решим, без вас.
   Князь набычился и проревел дурным голосом:
   - Ты что же, Сережень, враждовать с нами вздумал? Да мы тебя в порошок сотрём и с грязью смешаем.
   Князь Родислав дал шенкелей своему вороному коню и тот одним махом подлетел ко мне. Выхватив меч, мой тесть промолвил:
   - Попробуй, Ратибор. Хотя я не склонен признавать упрёки короля Сережня справедливыми, за своёго зятя, мужа моей дочери и отца моей внучки, я буду сражаться насмерть.
   - Волк, а волк, может мне спалить всех князей, пока они тут кучкой собрались? - Спросил Геша и стал всасывать в себя воздух.
   Чтобы избежать пожаров, я сказал другу:
   - Остынь, дракон, возможно всё было продиктовано элементарной тупостью, а не трусостью и предательством, но и за это я не намерен никого карать. Ратибор, я прекрасно представляю, на что обрекаю себя своим отказом, но мне очень хотелось бы знать, неужели вы, князья, могли подумать, что сможете вертеть своим королём вместе с джинами так, как вам захочется? Если такие мыслишки крутились у вас в голове, то вы все конченые идиоты. Не вам передавать в мои руки верховную власть и не сейчас мне быть королём. Отец, поехали домой, я хочу видеть свою жену, а ещё мне нужно дать вам кое-какие распоряжения, а вы, господа, запомните, если кто-то только замыслит что-то плохое против моей дочери, смерть его будет ужасна.
   Родислав, впервые услышав, что я назвал его отцом, чуть с коня не свалился. Хотя я и не верю в то, что один человек может искупить грехи многих людей, память об Оленьке всё же не давала мне права равнять её родню со всеми остальными.
  

Глава 6

Трудные времена

  
   В Моховом мы гостили недолго. В этом большом и красивом городе я бывал довольно часто, вот только не знал, кто им правит на самом деле. Князья народ довольно закрытый и я никогда не был вхож в замок князя Родислава, а потому оказался в нем впервые, но разглядывать его мне не хотелось. После утреннего разговора Олина родня смотрела на меня волком. Тесть хотя и встал на мою защиту, как будто она мне была нужна, решил занять в отношении жесткую и принципиальную позицию. Он попросту молчал. Поэтому, посмотрев вместе с Настенькой на Олю, лежащую в домовине, стоящей в подвале замка в отдельном помещении, я поговорил с дочерью несколько часов и мы покинули Моховое. К ней относились совсем по другому, но я всё равно не почувствовал в родне особой радости по поводу того, что Настя появилась в замке и прощаясь сказал дочери:
   - Настёна, боюсь, что тебе нельзя находиться здесь долго. Дай мне несколько дней на подготовку и я найду для тебя более безопасное место, но самое главное такое, где тебе будут рады.
   Дочь кивнула:
   - Да, папуля, так действительно будет лучше. Вообще-то я хотела бы вернуться в Москву, но это, наверное, невозможно. - Улыбнувшись, Настенька спросила, - Пап, а ты бывал когда-нибудь в Алвиаре? Ты так хорошо описал этот мир и особенно Скалистое королевство эльфов, что я даже могу представить, какое оно. Вот туда я бы отправилась с большим удовольствием, но это, наверное, невозможно.
   Улыбнувшись, я задумчиво сказал:
   - Как раз об этом я сейчас думаю. Ладно, Настенька, я обязательно что-нибудь придумаю и в первую очередь поговорю с одним своим другом-эльфом. Возможно ты увидишь Алвиар. Хотя я там был всего несколько часов, это действительно удивительный мир.
   Последней, с кем я поговорил в княжеском замке, была Тамара. Она сама подошла ко мне, когда мы с Гешей направлялись во внутренний двор и, посмотрев на меня ненавидящим взглядом, сказала:
   - Сергей, на мою помощь больше не рассчитывай. То, что отец встал на твою защиту, ни о чём не говорит. Он просто не мог допустить, чтобы тебя убили в его присутствии. Ты недооцениваешь силы князей-колдунов. Они в состоянии справиться даже с твоим дружком. Что же, не было у нас короля и в дальнейшем не будет. Нас ты можешь не опасаться, но знай, после того оскорбления, которое ты нанёс князьям-колдунам, жить тебе осталось недолго.
   Внимательно выслушав колдунью, я усмехнулся:
   - Ну-ну, посмотрим, кто из этих подонков отважится взглянуть в глаза короля-волка. Запомни сама и передай это всем остальным, Тамара, я гораздо опаснее, чем кажусь на первый взгляд, но мой главный враг это навий волк, а не ваши трусливые князья.
   Мы вышли во двор, где стояло мотопомело, сели на него и выехали из замка. Жители Мохового града смотрели на меня по разному. Одни с явным осуждением, другие с ненавистью, но вместе с тем я ловил на себе и сочувственные взгляды. Мы проехали через большой, красивый город-парк с двухмиллионным населением и уже за его пределами поднялись в небо. Вскоре мы добрались до Москвы и влетели в квартиру Геши. Мой друг насмешливо спросил:
   - Интересно, чем мы теперь будем кормиться?
   Вопрос был не в бровь, а в глаз. Автосервис, принадлежавший нам с Гешей, особой прибыли не приносил. Главной статьёй доходов гнома-дракона было производство боевой летающей мототехники для оборотней и колдунов, а также изготовление стрелкового оружия и боеприпасов. Практически все заказы поступали через Тамару. На моих литературных хлебах мы тоже не разживёмся, а на богатых архов колдунья выводить меня точно не станет. Скорее всего все колдуны будут шарахаться от нас обоих, как от прокаженных. Нам капали кое-какие доходы ещё и от "Подвальчика", в котором мы с Гешей имели долю в пятьдесят процентов, но и владыка Ринодиар скорее всего тоже уже очень скоро лишится большей части своих постоянных и самых платёжеспособных клиентов. Улыбнувшись, я ответил:
   - Геша, раз уж речь у нас зашла о кормах, то пошли к Рино чего-нибудь грызнём. Я на голодный желудок мыслить здраво не могу.
   Гном проголодался не меньше моего и если я был голоден, как волк, то он и вовсе, как дракон. Мы спустились вниз и отправились в "Подвальчик". Народа там было ещё немного и потому мы без помех зашли в самый дальний кабинет, попросили официантку принести нам всего и побольше, а заодно позвать Романа, таким было земное имя Рино. Владыке эльфов давно уже перевалило за тысячу лет, но он считал себя не только молодым человеком, но и эльфом еще не достигшим зрелого возраста. Когда-то он прибыл в Явий мир искать в нём военной помощи и наши князья выкрутили ему кукиш, но нам посчастливилось встретиться и Геша, узнав о его проблемах, тут же отправился в свой родной мир и вернулся с полутора десятками друзей и родственников. Они отправились в Скалистое королевство вместе с молодым владыкой эльфов.
   Войны, как таковой, в Алвиаре не было. Драконы немного потрубили, похлопали крыльями и всем врагам Ринодиара сразу же расхотелось воевать с эльфами, вставшими на защиту своего королевства вместе с огненными демонами. Собственно как раз в том, что Рино приютил их в своих горах, поросших лесом, над которыми изредка возвышались причудливой формой высокие скалы, и явилось причиной недовольства соседей. Те хотели, чтобы огненные демоны работали на них во всевозможных печах и домнах, а им хотелось жить, как всем остальным обитателям Алвиара, куда они подались из погибающего не по их вине мира. Как это ни странно, но в лесу из-за огненных демонов не случилось ни одного пожара. Всё было бы в Скалистом королевстве хорошо, но из-за вторжения в Алвиар чёрных драконов Рино был вынужден уступить венец верховного владыки своему брату и в сердцах вообще покинул свой мир и перебрался на Землю.
   Года полтора он путешествовал, а потом решил осесть в Москве и заняться ресторанным бизнесом. Мы с Гешей вложили в его начинание деньги, а он свой талант кулинара. В "Подвальчик" люди приходили только с одной целью - вкусно и обильно поесть. Не смотря на то, что в заведении Рино гостям подавали только самые изысканные эльфийские мясные блюда, цены были невысоки и уже года через три небольшой ресторан стал работать круглосуточно, но по ночам его посещали в основном колдуны, оборотни и таксисты. Наш друг, который прибыл на Землю с несколькими своими воинами, по его словам нашел именно то, чего ему так не хватало - суматошный и весёлый, на его взгляд, мир, в котором он в числе прочего нашел ещё и себя.
   Рино вошел в кабинет через несколько минут. По едва заметной улыбке на его лице я понял, что он уже всё знает. Подсев к столу, высокий, стройный и гибкий молодой блондин с серыми глазами, одетый с артистической небрежностью, налил себе бокал вина и, поднеся его к губам, насмешливо спросил:
   - Что, Серёга, дал выход своим чувствам? И правильно сделал. Что же, нас трое, а это уже пусть и маленький, но отряд. Я так понимаю, что Насте небезопасно оставаться в Моховом? Что скажешь на счёт того, чтобы я переправил девочку вместе с моими парнями в Ланоррель? Если Генка отрядит туда троих, четверых двоюродных братцев, то там её не то что колдуны, но и навий волк не достанет. К сожалению я не самый могущественный маг, чего не сказать про Фанадиара, но для боя с твоими врагами моей магии хватит. - Эльф выпил пару глотков красного французского вина и добавил - Мне кажется, что с этим делом лучше не затягивать и вот что ещё, тебе следует поговорить с друзьями и подругами Настеньки и уговорить их отправиться в Алвиар вместе с нею. Речь, разумеется, не идёт о тех трёх колдуньях, которых приставила к ней Тамара.
   Гена перестал есть и, глядя на меня, сказал:
   - Серёга, этим лучше заняться мне. Я ведь общался с ними намного чаще, чем ты и потому знаю, как их уболтать. Братушат, Рино, я смогу отправить в Ланоррель хоть два десятка. Они в восторге от ваших скал, но особенно от эльфиек и демонических девушек.
   Хорошо иметь таких друзей, которым не нужно ничего объяснять и доказывать простейшие истины. Судя по всему, мои жизненные обстоятельства сейчас были таковы, что только на эльфа и гнома, который мог оборачиваться драконом, я мог положиться. Боюсь, что все остальные друзья будут теперь меня всячески избегать. Что же, это ещё не самый худший расклад и я кивнул:
   - Согласен. Рино, когда ты сможешь заняться этим?
   - Я уже занялся, - ответил эльф, - и даже выставил на продажу это заведение. Так что какое-то время мы продержимся. Худо-бедно, мне предложили за него триста тысяч евро. Место ведь намоленное.
   - За автосервис я смогу получить лимона полтора, - поторопился внести свой вклад гном, - а ещё мы можем продать мою квартиру. В ней почти нет никакого колдовства, а свою мастерскую я перенесу в квартиру Рыжего. Вот только мне жалко цветы, без Насти они засохнут, но цветы это дело наживное и не самое важное. Как ни крути, а в потустороннем мире нам точно не дадут жить спокойно.
   Рино подумал немного и решительно кивнул:
   - Обе моих квартиры тоже можно продать. У меня есть предчувствие, что деньги нам обязательно понадобятся.
   А вот мне такая скоропалительность в принятии решений не понравилась и я, отрицательно помотав головой, возразил:
   - На счёт продажи автосервиса и "Подвальчика" я не имею ничего против, но с квартирами спешить не надо. Про разбой и грабежи архов я могу смело забыть, но ничто не помешает мне добывать деньги каким-нибудь другим способом. В конце концов я ведь всегда могу вернуться к своему прежнему ремеслу и начать крышевать кого-либо. Хотя времена сейчас уже не то, что раньше, на этом тоже можно срубить зелени, - увидев, что Рино и Геша сердито насупились, я пошел на попятную, - ладно, про бандитские способы добывания денег забудем. Не гоже королю на стрелки ездить и в разборках участвовать.
   Мы проговорили до самого вечера. Когда мои часы показали двадцать один ноль-ноль, я непроизвольно вздрогнул. Наступило время волка, а я сижу в "Подвальчике" и беседую с друзьями. Для меня это было слишком уж непривычно, но теперь можно было не ждать от Тамары ни звонков, ни эсэмэсок, ни тем более ориентировок, отправленных в мой почтовый ящик. Хотя я ещё не мог снять с себя "волчьих" доспехов, от всех прежних привычек мне следовало отвыкнуть как можно быстрее. Рино заметил это и сказал:
   - Серёга, сейчас это бесполезно, но как только Насте исполнится восемнадцать и ты полностью освободишься от власти Тамары, нам с Гешей нужно будет хорошенько исследовать твои способности. Они у тебя скорее всего имеются и немалые, ведь ты король.
   Гном потёр свои громадные ладони и плотоядно улыбнулся:
   - Согласен, Рино. Нам надо будет заняться им вплотную.
   - Надеюсь, что останусь жив, - усмехнулся я, - порознь вы еще так себе, вполне безобидные на вид люди, но вдвоём кажетесь мне угрозой даже большей, чем навий волк.
   Далеко за полночь мы разошлись. Следующие пять дней у нас ушли на согласование вопросов, связанных с переправкой Насти в Алвиар. Геша встретился со всеми её друзьями из потустороннего мира и вскоре выяснилось, что у моей дочери друзей и подруг намного больше, чем у меня самого. Я же за это время лишний убедился в том, что люди могут быть очень неблагодарными. Те колдуны, которые ещё совсем недавно заискивали передо мной, молча поворачивались ко мне спиной. Оборотни тоже не были исключением, но они хотя бы сокрушенно разводили руками, мол что мы можем поделать.
   Ещё хуже дела обстояли в Явьем мире, куда я теперь мог отправляться в любое время. Там на меня и вовсе смотрели враждебно и куда бы я не вошел, вокруг меня сразу образовывалась пустота. Тому способствовали в первую очередь средства массовой информации, в которых, куда ни глянь, только и делали, что обсуждали моё предательство и даже те журналисты, которые раньше во весь голос говорили о пользе демократии, вдруг стали монархистами. А ещё все самым серьёзным образом обсуждали такую тему. Стану ли я угрозой для того короля, которого они изберут сами и не стоит ли меня уничтожить, чтобы он мог ими повелевать. В общем я действительно в одночасье стал не только изгоем, но ещё и всеобщим врагом.
   Если раньше меня знало в лицо максимум несколько сотен обитателей потустороннего мира и ещё меньше людей на Земле, мои книги ведь издавались под псевдонимом и ни в каких тусовках я не принимал участия, то сейчас во всех трёх мирах Богов только обо мне и говорили. На шестой день мы отправили Настю и почти две джины её друзей и подруг в Алвиар и решили пожить там пару месяцев. Увы, но даже там я не мог снять с себя колдовской брони иначе, как в полной темноте. Не смотря на это я впервые был по настоящему счастлив. Среди эльфов было немало мудрых магов и они стали обучать мою дочь искусству магии. Настёна поражала их своей колдовской силой. Отправился вместе с ней в Скалистое королевство и Сидор Семёныч, хотя он терпеть не мог лес. Он же домовой, а не леший.
   Время пролетело быстро и вскоре наступил день рождения моей дочери и день моего освобождения от так называемого охранного заклятья, наложенного на меня Тамарой. На следующее утро я, хотя мне и было страшно, снял с себя колдовские доспехи и со мной ничего не случилось. Фанадиар, внимательно изучив их с помощью каких-то магических приборов, немедленно вынес свой вердикт:
   - Всё, Серёга, отныне это не только магические доспехи, но и самая обычная одежда, которая тебе ничем не повредит. Можешь надевать её и снимать в любое время суток. А теперь, парень, мы начнём изучать, что из себя представляет король-оборотень. Знаешь, в нашем мире тоже ведь есть немало оборотней, но это маги, которые решили таким образом увеличить своё могущество. Таких оборотней как ты, мы видим не часто. То есть тех, которые имеют такой дар от рождения. Жалко, что мы ничего не знаем о том, как в вашем мире воспитывают детей-оборотней. Это была бы очень ценная информация.
   Я был вынужден разочаровать его:
   - Фано, через полторы недели после фальшивых похорон, когда я был почти без ума от горя, к нам в квартиру вошла Тамара, взяла из моих рук плачущую Настеньку, малышке было всего три с половиной месяца, велела мне сесть и рассказала мне такое, что у меня волосы дыбом встали. Я, оказывается, не я, а воин-волк, только неизвестно по какой причине дикий, выросший вне семьи, в которой мать - колдунья, а отец - оборотень и что моя Оленька была её дальней родственницей и тоже колдуньей, сбежавшей из дома на землю. Причиной её смерти, как она сказала, был я, так как приманил какого-то другого дикого волка и тот почему-то решил таким образом наказать меня за мои прежние грехи. Чего-чего, а грехов у меня хватало. После того, как я полгода провалялся после ранения в госпитале, меня комиссовали из погранвойск и я вернулся домой, к родителям. Мой отец к тому времени уже завершил службу в погранвойсках и сидел без работы, а для меня работа нашлась быстро. Мои друзья, оказывается, подались в бандиты и крышевали там нефтепорт. Они, поговорив между собой, решили, что им не помешает в банде боец, покрошивший кучу народа в своем первом и последнем бою. За пять лет я поднялся в банде очень высоко, но потом, когда к нашему нефтепорту стали прицениваться большие люди из столицы, первым сказал, что пока нам предлагают за него деньги, его нужно продавать и меня послушались. При всем своем желании мы не смогли бы от них отбиться. Мои друзья остались, а я подался в столицу. Купил себе квартиру и некоторое время бездельничал, но потом меня одолели фантазии и я стал писать книжки. Получилось так, что я сразу же попал в струю и писательство стало моей профессией, а потом я познакомился с Настей. Знаешь, Фано, хотя я и не убил на гражданке ни одного человека, Тамаре всё же удалось убедить меня, что это именно из-за моего членства в банде на меня окрысился какой-то дикий волк, но побоялся схватиться со мной и потому убил Настеньку. Выслушав её, я понял, что теперь для меня самое главное защитить дочь, после чего мне нужно будет поквитаться с тем диким волком. Те два волка-оборотня, которые работали на Тамару раньше, почти ничему меня не учили. Уже на следующий день для меня изготовили колдовские доспехи, а это такая штука, что с их помощью даже самый тупой оборотень сможет обернуться волком и потому я не знаю, смогу ли я сделать это без них. Оборотни Тамары после этого поработали со мной пару месяцев и научили приёмам волчьей охоты и боя, а они, скажу я тебя, были матёрыми волками. Зато я оказался хорошим учеником, что и не мудрено, ведь мне довелось побывать в таких переделках, из которых не всякий оборотень смог бы выйти живым, не будь на нём колдовских доспехов. Поэтому, Фано, я не могу тебе ничем помочь.
   - Не волнуйся, ты уже мне помог, - успокоил меня эльфийский владыка, - раз в твои магические доспехи вложены знания оборотня, значит я смогу их извлечь и передать тебе, Серёга. Тебе не мешало бы хотя бы немного изучить эльфийскую магию. Это не так уж и сложно, а кроме того я чувствую, что твоё сознание раскрыто для неё.
   Из-за этого мы задержались в Алвиаре ещё на несколько недель и вернулись на Землю только в первых числах октября. Мне почему-то казалось, что за время моего отсутствия шумиха, связанная с моим отказом стать королём, уляжется, но обстановка только накалилась. В первый же день, когда я отправился в Карачары, есть такой город в Явьем мире, на меня набросилась целая толпа молодых, но на редкость борзых колдунов. Наверное потому, что я был одет не в свой прежний чёрно-серый наряд, о котором они были хорошо наслышаны. В Скалистом королевстве я научился обходиться без своих колдовских доспехов и, чтобы не привлекать к себе внимания, сбрил бороду, чем очень обрадовал Настеньку, а отправляясь в Явий мир, оделся точно так же, как и большинство его обитателей, в деловой костюм и даже повязал на шею галстук, хотя терпеть их не мог.
   Не смотря на такую маскировку, меня узнали сразу же, как только я прошел из физического мира в потусторонний, для чего мне пришлось доехать на электричке до Тулы. Поначалу карачарцы лишь одаривали меня недобрыми взглядами, но задевать явно опасались. Побродив по центру города, я направился через парк в городскую библиотеку, ради чего прибыл в Карачары. Вот там-то на меня и напало дюжины полторы рослых, плечистых молодчиков, вооруженных кастетами и дубинками. Все они явно изучали какие-то восточные боевые искусства и, наверное, считались хорошими учениками, зато я имел неплохую подготовку по части боевого самбо, но что самое главное, прекрасно освоил искусство банальной уличной драки со всеми её может быть и подлыми, но зато очень эффективными приёмами, которые тут же и продемонстрировал молодым колдунам.
   Мои противники, полагаясь на численное преимущество, действовали слишком грамотно и слажено, а я, быстро оценив обстановку, резко развернувшись, бросился не на тех троих парней, которые встали передо мной в боевые стойки, а на того, что сзади и, вырубив его мощным ударом по гениталиям, бросился наутёк. Вообще-то моей целью были десятка четыре старых берёз, росших с краю. Там я и стал петлять среди них, как заяц, время от времени нанося по своим противникам жестокие, сокрушающие кости удары. Первое, что отметил во мне Фанадиар, как в короле-волке, это большую, чем у обычного оборотня и тем более колдуна, силу, отличную реакцию и выносливость, намного превосходящую мою прежнюю.
   Оказывается, то колдовское заклятье, которое наложила на меня Тамара, существенно уменьшало мои способности. Возможно, что она сделала это специально, но могло случиться и так, что по другому просто не могло и быть. Сравнивать меня с кем-либо ещё, у Фанадиара не было никакой возможности. Мы ведь не прихватили с собой ни одного оборотня. Именно за счёт того, что я многому научился, мне и удалось уже через пару минут взять инициативу в свои руки и уже я начал гоняться за карачарскими колдунами. Голыми кулаками, коленками, локтями и головой, я причинял им куда больший вред, чем они мне своими кастетами и дубинками. Они просто не успевали нанести по моему телу точный и сильный удар, зато почти после каждого моего удара кто-нибудь валился на землю.
   Зато их было больше и число хулиганов в сквере быстро увеличивалось, а вскоре в нём появились и куда более опытные бойцы из числа старых, матёрых волков. Карачарцы не учли только одного, побывав в Алвиаре, я перестал быть обычным волком и мог теперь оборачиваться в любое время суток, а не только в свои прежние часы. Поэтому, когда на меня навалилось семеро бывалых волков, я именно это и сделал, после чего парк огласился испуганными воплями. Нет, я далеко не единственный дневной волк на свете, но среди противников таких не было, но больше всего они всё же испугались моих размеров. Выйдя из-под власти Тамары, я сделался на треть крупнее и это повергло моих противников не просто в панику, а в ужас.
   Мне даже не пришлось пускать в ход клыки. Они и так разбежались, а я немедленно обернулся человеком и продолжил свой путь. В библиотеке, куда я вошел, было тихо и безлюдно. Она располагалась в большом, старинном здании и привлекла моё внимание только потому, что в ней имелись древние книги. Мой тёмно-зелёный костюм практически не пострадал в драке, лишь сбился набок галстук, но его я поправил глядя на отражение в стекло двери. Поднявшись по мраморной лестнице на второй этаж и никого не встретив по пути, я вошел в читальный зал. За стойкой сидела уже немолодая, но весьма миловидная колдунье. Она посмотрела на меня с интересом, но затем сразу же сделала каменное лицо с отсутствующим взглядом. Подойдя поближе, я вежливо поздоровался:
   - Доброе утро, сударыня. Меня интересует "Велемировы сказания". Насколько мне это известно, у вас есть её копия. Меня устроит как микрофильм, так и DVD-диск.
   Глядя мимо меня, колдунья сухо ответила:
   - У нас нет такой книги.
   - Хорошо, - согласился я, - тогда дайте мне "Летопись Гойника".
   Ответ снова был отрицательным:
   - У нас нет такой книги.
   Мне стало ясно, что ни одной книги я у этой мымры не получу, но чтобы окончательно убедиться, всё же спросил:
   - Хорошо, сударыня, тогда скажите мне, какую книгу, относящуюся к временам прародителей, вы мне можете дать?
   Ответ был вполне предсказуемым:
   - Для вас в нашей библиотеке нет ни одной книги. Вы зря сюда пришли. Самое лучшее, что вы можете сделать, это покинуть Явий мир, а ещё лучше, убраться ещё и с Земли.
   - Простите, сударыня, - усмехнулся я, - а может быть мне будет уместнее сделать так, чтобы с Земли и всех трёх миров Богов убрались все колдуны и оборотни из рода людей?
   Библиотекаршу проняло. Она сжалась, посмотрела на меня испуганно и тихо прошептала:
   - Вы не сможете этого сделать.
   Покивав, я с горечью в голосе промолвил:
   - Смочь-то я как раз смогу, дурное дело не хитрое. Если я прокляну вас и подтвержу проклятье своей смертью, то из праха и тлена поднимутся тысячи навьих волков пострашнее того, которого напустили против моего предка вы, колдуны. Они будут убивать вас без малейшей жалости, как когда-то их самих убивал порождённый вами навий волк и вы не скроетесь от них даже в самых далёких мирах. И вот ведь что примечательно, это совсем простое заклинание отмщения и сотворить его не составит для меня никакого труда. Вас, предателей и трусов, защищает от него только одно, я ищу способ, как убить навьего волка, чтобы снова обнять свою жену. Но я хочу сделать это даже не для себя. Вы, наверное, но представляете себе, что такое для девочки-колдуньи расти без матери? Про то, что я сам рос без родных отца и матери, я даже не говорю. Не так давно, в сквере неподалёку отсюда, на меня напала целая толпа молодых колдунов и знаете, что для меня было самым трудным во время этой драки?
   - Что? - Испуганно спросила колдунья-библиотекарша.
   Наклонившись вперёд, я тихо сказал:
   - Не убить никого из них. Эти сопляки и пришедшие им на помощь матёрые волки, просто не знают, какую силу обрёл король Сережень в тот самый день, когда назвал себя королём. Род наказал королю Ратмиру быть вашим защитником, но не обезопасил его от вас, колдунов, и от вашего смертного проклятья. Не знаю, было ли древнее заклинание похоже на то, которое известно мне, но рано или поздно я это всё равно узнаю. Хотя это и не самое главное, оно всё же может привести меня к навьему волку, но вы, колдуны, в своём упрямстве, хотите не допустить меня до правды. Что, мечтаете, чтобы навий волк сомкнул свои челюсти на моей шее? Так я теперь сильнее его. Вы, пожалуй, сможете убить меня, но в таком случае, умирая, я обязательно прошепчу слова заклинания смертного проклятья. Вот и подумайте теперь, сударыня, стоит ли вам меня ненавидеть за то, что я высказал вам в лицо правду? Да, обидно, когда вас называют предателями и трусами, но разве вы все не были ими ещё совсем недавно? Что же, раз так, то будьте тогда ещё и подлецами.
   Библиотекарша вжала голову в плечи и прошептала:
   - Не говорите так, король Сережень. Мне невыносимо это слышать. Когда я укладывала своих детей спать, то всегда пела им колыбельную короля Ратмира. Вы, вы... Вы неправы. Так нельзя, мы ждали все эти годы, когда вы явитесь, а вы с нами так поступили.
   - Вы говорите я не прав? - Спросил я колдунью с усмешкой - А теперь попытайтесь себе представить, что было бы со мной и родом Ратмира, не найди меня Оля? Я не знал ни своего отца, ни своей матери и рядом со мной не было никого, кто мог сказать мне - Сережень, ты потомок древнего королевского рода и он пресечётся, если ты женишься на простой девушке, а не на колдунье с чистой кровью. Мне ведь не было ведомо, как найти себе невесту, я вырос среди людей, а не колдунов, и если бы не моя Оля, то через несколько недель сделал бы предложение совсем другой девушке и тогда вы добились бы своего. Да, вы не имеете никакого отношения к тем пяти старым дуракам, которые напустили на моего пращура навьего волка. Вы виновны в другом, в том, что в тот день, когда Лада пробудила в вашей душе чувства, не вспомнили, что где-то бродит по Земле неприкаянный жених, потомок короля Ратмира Световида. Все вы были горазды болтать о том, как бы вы любили его, достанься он вам в мужья, но только одна Оленька отважилась отправиться на его поиски. Вот я и спрашиваю вас, разве это не было предательством? Только не надо мне говорить про то, что такова была воля Богов. Вторым королём мог стать сын Ратмира и Забавы, его жены, которая скрылась на Земле, но никто не бросился на её поиски, все боялись навьего волка.
   Наконец-то мои слова достигли цели. Пожилая колдунья, которой запросто могло быть лет триста, а то и все четыреста, побледнела, как мел и бескровными губами прошептала:
   - Простите меня, ваше величество. Прикажите, и я тотчас шагну в огонь. Вы правы, я думала в юности о вас, но предпочла поймать рукой ближнюю синицу, чем выглядывать в небе журавля.
   Слегка кивнув, я поднял правую руку и из моих пальцев стало истекать серебристое, прохладное сияние. Фанадиар и ещё два десятка магов только что не разрезали меня на куски, когда исследовали, на что я способен, как король, и выяснили, что какие-никакие, а у меня всё же есть способности к целительству, но даже не столько тела, сколько души. Они научили меня испускать из рук это серебристое сияние, которое может быть и не могло исцелять раны так же хорошо, как это делали опытные колдуны и маги-лекари, но зато на раз снимало головную и, что самое главное, душевную боль с кого угодно, даже с огненных демонов, когда те наклюкаются чистого спирта. Лицо колдуньи-библиотекарши сразу же просветлело и сделалось умиротворённым. Она вздохнула и попросила меня:
   - Король Сережень, дайте мне две недели и я обойду все архивы, но найду для вас всё, что содержит хотя бы упоминание о навьем волке, проанализирую эти записи и привезу вам в Москву отчёт.
   Поклонившись, я прижал руку к сердцу и ответил:
   - Это именно то, что мне сейчас нужно больше всего. Благодарю вас. Как вас зовут, сударыня?
   - Ирица, - ответила колдунья и воскликнула, - спасибо вам за то, что вы принесли облегчение моей душе!
   На прощанье я сказал колдунье:
   - Поймите, Ирица, если колдуны и оборотни не осознают своей вины перед королём Ратмиром и не покаются, никаких перемен к лучшему в нашем мире не произойдёт.
   Круто развернувшись на каблуках, я направился к выходу. На широкой улице с вековыми вязами меня уже поджидали стражники и я вышел к ним с насмешливой улыбкой. Здоровенный детина в доспехах витязя времён Куликовской битвы грозно прорычал:
   - Как ты посмел так жестоко изломать детишек?
   Стражников на улице собралось под сотню. Усмехнувшись, я насмешливо сказал верзиле:
   - Ваши детишки отделались лёгким испугом, битюг. Правда, после этого они год не смогут находиться вдалеке от отхожего места. Понос, такова кара каждому, кто посмел поднять руку на короля Сережня. Хотя я и не ваш король, это ничего не меняет. Вам же, если вы не разойдётесь сию минуту, я отгрызу хвосты по самую задницу. Ну, и каково тебе будет жить бесхвостым волком, стражник?
   А вот это называется не в коня корм. Стражник набычился, положил руку на меч-кладенец и свирепо прорычал:
   - Куда ты денешься. Без твоих колдовских доспехов из драконьей кожи и крыльев мы тебя в капусту изрубим.
   Покрутив головой, я всё так же насмешливо сказал:
   - Вот, уж, дурак, так дурак. Объясняю для тех, кто приехал на деревянном бронепоезде - я король-волк Сережень и моя волчья шкура прочнее любых колдовских доспехов. Про свои клыки и зубы я вообще молчу. Имя я алмазы грызу, как орехи. Так что ваши мечи для меня не страшнее гусиного пёрышка. Имей это ввиду.
   - Это мы ещё посмотрим, - угрожающе сказал командир стражников и крикнул, - волками не оборачиваться! Рубить его мечами!
   Ох-ох-ох, да что же это деется? Поправляя галстук, я всё же решил всё-таки отговорить их от драки:
   - А волками я вас сам заставлю обернуться и к тому же сделаю так, что вы целый год людьми не обернётесь и вдобавок ко всему напущу на вас ещё и блок. То-то смеху потом будет. Волк мало того, что бесхвостый, так ещё и от блох избавиться не может. Вы этого хотите? И это будет лишь малая кара за то, что помимо того, что вы предали весь королевский род Свентовитов, ещё и посмели рычать на короля Сережня. Добром прошу, разойдитесь.
   Дурака учить, только время зря тратить. Первым выхватил меч верзила, а вслед за ним все остальные стражники и я обернулся волком. А в следующее мгновение, совершенно того не желая, волками обернулись стражники и им тут же стало ясно, что рядом со мной все они хотя и не мелюзга шакальей породы, но всё же не представляют из себя ничего серьёзного. Стоило мне только оскалить клыки, как волки с воем бросились в рассыпную, но я и с месте не сдвинулся. Относительно года в волчьей шкуре и блох я не соврал, им будет теперь пожива, но хвосты отгрызать всё же не собирался.
   Улица моментально опустела, а я, снова обернувшись человеком, горестно вздохнул и пошел своей дорогой с таким расчётом, чтобы оказаться в Туле возле вокзала. Своего я в принципе добился. Колдунья-библиотекарша найдёт всё, что мне требовалось, чтобы начать искать навьего волка. Тем не менее мне всё равно было муторно на душе. Владыка Фанадиар был полностью солидарен со мной. Он, как Геша и Рино, тоже считал, что колдуны и оборотни предали своего короля и весь его род и ссылки на волю Богов здесь были неуместны. Но мне-то от этого не было легче. Вообще-то у меня действительно не имелось даже малейшего желания стать их королём. В первую очередь потому, что я вволю насмотрелся на склоки колдунов и на то, как действительно могучие воины-волки были вынуждены уступать дорогу всяким щенкам только потому, что их колдуны имели куда более высокий статус в обществе, причём вовсе не из-за их заслуг.
   Царица Тамара хотя и происходила из княжеского рода, что тщательно скрывала, всё же была могущественной, мудрой и многоопытной колдуньей, но я-то знал и других. Не имея, что называется, за душой ни единого колдовского гроша, а одно только высокое положение в обществе, они вовсю помыкали другими колдунами, да ещё и заставляли их перед собой раболепствовать. Да, очень многие вещи в колдовском мире покажутся простым людям недостижимой роскошью не смотря на то, что они доступны в нём практически всем, но в то же время пусть и не социальное, но властное неравенство было в нём очень большим. Поэтому Насте и не понравилось в княжеском замке.
   Моя дочь привыкла принимать в нашем доме гостей и всем была рада. При этом она вовсе не требовала, чтобы её обожали и заискивали перед ней. Нет, она просто была общительно и очень доброй девочкой. В Скалистом королевстве она сразу же подружилась и с эльфами, и с огненными демонами, и драконами. От своих друзей Настёна не требовала ничего. Наоборот, она сама стремилась угодить каждому хоть чем-то. Раньше её колдовскую силу впитывали в себя все друзья и подруги, но теперь настало время, когда она была нужна ей самой, так нет же, моя дочь, как и прежде, щедро делилась тем, что все остальные колдуны и маги в нашем мире ценят превыше всего. У меня же, почему-то так не получалось.
   Настенька давно бы простила всех, но я почему-то не мог этого сделать и в моём мозгу постоянно крутились мысли одна другой страшнее. С изобретательностью, вполне похвальной для писателя, но неприемлемой в моей ситуации, я упорно изобретал для предателей и трусов кары одна другой страшнее и ужаснее. Чёртова эльфийская магия! Ну, почему она далась мне так легко? Те магические знания, которые эльфы постигали годами, я усваивал чуть ли не мгновенно. Нет, каким-то очень уж могущественным магом я на стал, но всё же многому научился в Алвиаре и теперь стал намного опаснее, чем прежде, ведь чуть ли не все магические знания в моём сознании почему-то очень быстро превращались в боевую и вредительскую магию и я был от этого не в восторге.
   Наверное всему виной было всё-таки то, что меня угораздило стать писателем. В каждом своём романе я всегда делал своего главного героя и его друзей чуть ли не рыцарями без страха и упрёка. Хотя с другой стороны Рино или Геша именно такими и были. Весёлый и насмешливый не смотря на то, что эльф, Ринодиар был к тому же ещё и очень стойким, мужественными и умелым воином и, вообще, разносторонне развитой личностью. Гном-дракон Гендиар хотя и казался порой грубоватым, а иной раз и вовсе недалёким типом, за семь лет сумел получить пять дипломов и был прекрасным учёным. Да он и прибыл на Землю только потому, что хотел получить не одно, а сразу несколько высших технических образований. Но он же при этом был ещё и самым настоящим рыцарем, верным и преданным другом.
   И они были не единственными моими друзьями, чьи похождения я описывал в своих книгах. Некоторых же я и вовсе мог записать в свои соавторы, ведь они либо рассказывали мне о своей жизни, либо и вовсе писали синопсисы. Теперь же моя фантазия работала в совершенно ином направлении и разыгралась не на шутку. Пора бы и поумерить пыл, но в мыслях я всё равно продолжал обдумывать разные напасти и облекать их в магические формулы. В Тулу я вернулся за полчаса до отхода экспресса и до Москвы доехал быстро. Тем же вечером мы сидели в Гешиной квартире и покатывались от хохота, глядя на экран телевизора, который ловил программы из Явьего мира.
   На всех каналах в программах новостей только и было разговоров, что о напастях, свалившихся на молодых колдунов и стражников Карачар. Одни не слезали с толчка, а вторые с остервенелым рычанием выкусывали блох. Дикторы и комментаторы, рассказывая о мести короля Сережня, едва сдерживались, чтобы не расхохотаться. На следующий всё повторилось. Блохи, напавшие на волков оборотней, на колдовство хотели плевать с высокой колокольни и даже более, того, немедленно бросались на колдунов, его творящих. Единственное средство, которое могло хоть как-то помочь блохастым волкам, находилось на Земле и называлось дихлофос.
   На этом фоне совершенно незаметной оказалась небольшая заметка, написанная Ирицей Сенежской. В ней она рассказала о своей встрече с королём Сережнем и о том, какое облегчение почувствовала, когда её лица коснулось серебристое сияние, исходящее из моей руки. Вот оно точно могло моментально снять моё заклятье с колдунов и волков оборотней, но те ещё не были готовы к том, чтобы попросить у меня прощения. Что же, раз так, то пусть дрищут и чешутся, сам я к ним не пойду, а от не столь уж и частого поноса ещё никто не умирал, это же не дизентерия, да и блохи также не загрызли насмерть ещё ни одного волка. Зато хвосты у них остались целы и в следующий раз они будут поджимать их при виде меня.
  

Глава 7

Ирица - друг или враг?

  
   После скандала в Карачарах прошло почти две недели. Все это время я, как голодный волк, рыскал верхом на мотопомеле по окрестностям, но вовсе не в поисках архов. Их не так уж и просто найти, если тебя на них не вывели колдуны. В этом плане мы, оборотни, не очень хорошие сыскари, хотя очень часто я чуял их запах. Во время таких облетов Москвы и Московской области меня удивляло, да что там удивляло, просто поражало то, что не только колдуны и оборотни, но даже потусторонники шарахаются от меня так, словно я только ими и питаюсь. Мне быстро это надоело и я стал задумываться, с чем это связано, ведь я никому не угрожал и на мне даже не было моего пальто из драконьей кожи и в конце концов решил провести, так сказать, следственный эксперимент в Явьем мире.
   На этот раз я отправился в Моховой град, полагая, что меня, как почти сородича, там не съедят. Увы, но и там, пока я сначала летел через Моховое княжество, а потом ехал по городу, от меня все шарахались в стороны. До тех пор, пока я не оставил мотопомело на стоянке и не пошел пешком. Вот тогда жители Мохового, словно облегчённо вздохнули, но все равно смотрели на меня исподлобья и очень насторожено. Помело я оставил возле большого, современного автомототехцентра, так как мне почему-то показалось, что бояться могут не меня, а моего боевого мотопомела. Оно же обладало совершенно дурной мощью, хотя и выглядело, как спортивный мотоцикл.
   В автомототехцентре меня как раз и интересовало какое-нибудь хотя и быстроходное, но совершенно безопасное для окружающих мотопомело с амулетами морока невидимости, а их там стояло видимо-невидимо. Рассмотрев несколько десятков моделей, я выбрал себе такой скутер, который подходил бы мне по росту, купил его и покатил к выходу. Оказавшись снова на стоянке, чтобы увезти покупку на Землю, я не придумал ничего лучше, как с помощью багажных ремней забросить скутер себе за спину, словно рюкзак, чем вызвал громкий хохот нескольких молодых людей, парней и девушек. Разведя руками, я показал им, что ничего не поделаешь, придётся мне возвращаться в Москву именно так, и выехал со стоянки.
   Через полчаса я был на Земле и стал думать, где бы мне спрятать своё новое помело и в конце концов остановил свой выбор на крыше недавно построенного небоскрёба. Там я обратился к эльфийской магии, которой занимался чуть ли не каждый вечер на сон грядущий. Через час, ещё до полудня, я соорудил небольшой гаражик на крыше, в который и поставил дорожный байк. Когда я произнёс кодовое заклинание, то даже сам видел лишь лёгкий, едва заметный призрак, через который смог пройти. Любой другой человек или колдун, вообще ничего не сможет увидеть на этом месте. После этого я сел на свой новенький скутер и полетел над Москвой, но перед этим пустил в ход ещё одно эльфийское заклинание и потому сам себя видел чуть ли не совершенно прозрачным, обесцвеченным призраком.
   Вот тут-то мне и открылось многое такое, чего я до сегодняшнего дня почему-то не мог видеть. Буквально весь город был испещрён разноцветными, полупрозрачными объёмными линиями, происхождение которых было мне непонятно. Некоторые были яркими и хорошо заметными, другие изрядно потускнели и все они имели в разрезе форму эллипсов шириной около метра и высотой от метра тридцати, метра семидесяти до почти двух. Некоторые шли буквально в нескольких миллиметрах над тротуарами и дорогами, там они поднимались сантиметров над двадцать выше, а другие пролегали на высоте от двадцати метров до двух, трёх километров. Почти сразу же я понял, что всё это были траектории движения тех существ, которых переполняла магия. Их оставили колдуны, ведьмы, потусторонние существа и, возможно, что и архи. Это заинтересовало меня более всего.
   Вскоре я увидел спешащего по своим делам волка-оборотня на мотоцикле "Юнкер", который летел на высоте метров в пятнадцати над дорогой. Пристроившись к нему, я увеличил скорость и вскоре обогнал его, но он меня так и не заметил. Обычный амулет морока невидимости делал нас невидимыми только для людей, специальные скрывали от архов, но моё эльфийское заклинание невидимости мало того, что делало меня полностью невидимым, так ещё и открывало моему взору то, чего кроме меня, как мне кажется, больше никто не видел. Что же, мне нужно было срочно изучить, кто и какие следы оставлял в пространстве, ведь они все имели разный цвет.
   Именно этим я и занимался до самого позднего вечера и открыл для себя много интересного. Эльфийская магия нравилась мне всё больше и больше, но вместе с тем я стал понимать ещё и то, что в исполнении короля-волка она даёт всё же несколько иные результаты. В половине двенадцатого я въехал прямо через стену в квартиру Геши, мы попили с ним чайку и я отправился к себе домой. Наутро мне позвонила на сотовый телефон Ирица и сразу же сказала:
   - Король Сережень, мне нужно встретиться с вами, но только обязательно вне стен вашего дома. Когда вы сможете прилететь, скажем, в Кремль? Я буду ждать вас в Царской башне.
   Подумав, я ответил:
   - Ирица, давайте встретимся через час. Вас не затруднит меня подождать? Мне нужно будет по пути кое-куда заскочить.
   Из квартиры я решил выйти по-волчьи, то есть обернувшись волком и выпрыгнув прямо из стены невидимым никем. Прыжок я совершил знатный и потому, перелетев через улицу, мягко приземлился сначала на крышу автобусной остановки, а потом спрыгнул на дорогу и намётом помчался к своему небоскрёбу, гадая, как бы мне незаметно подняться на его крышу. Хорошо, что на полпути к нему я вспомнил о эльфийском заклинании левитации, а не то точно полез бы в лифт, где мне точно отдавили бы хвост. Магические заклинания эльфов хороши уже тем, что их не нужно произносить вслух и делать подкрепляющие жеста. Достаточно всего лишь хорошо представить, какого рожна тебе надо, затем мысленно произнести заклинание и сконцентрироваться на магическом действии. Так я и сделал, как только прибежал к зеркальной, зеленоватой башне.
   Через пару секунд я приобрёл способность бежать по вертикали и хотя стекло было очень уж гладким, я всё равно поднимался вверх весьма проворно. Минут через шесть я был уже наверху и ещё через три минуты летел с Красной Пресни в сторону Кремля. До места встречи я добрался минут на двадцать раньше, но Ирицу мне ждать не пришлось. Библиотекарша из Карачар, одетая в джинсовый костюм, уже стояла под сводом Царской башни и смотрела на Лобное место и собор Василия Блаженного. Говорят, что Иван Грозный тоже любил смотреть с этой точки на Лобное место. Наверное любовался, как его любимый палач Малюта Скуратов отрубает головы русским людям. Я трижды облетел вокруг башни, но колдунья, которая со времени нашей встречи сильно посвежела и похорошела, меня так и не заметила.
   Чтобы не выдавать себя, я отлетел подальше, до Садового кольца, снял с себя эльфийское заклинание и полетел под обычным колдовским мороком невидимости. Все следы присутствия магических существ тут же сделались невидимыми, чего я собственно и ожидал. На этот раз Ирица заметила меня, как только я приблизился на расстояние в полкилометра и заулыбалась. Заставив скутер парить в воздухе рядом с Царской башней я перепрыгнул в неё:
   - Здравствуйте, сударыня, простите, что заставил вас ждать.
   Колдунья кивнула в ответ и сразу же спросила:
   - Король Сережень, мы можем где-то укрыться? - вздохнув, она с грустью добавила, - Кажется я затронула чьи-то интересы и мне теперь угрожает опасность. Я потому и выбрала для встречи это место, что буду здесь на виду и они не посмеют напасть на меня прилюдно. Жаль, что вы прилетели сюда не на боевом помеле.
   Мне почему-то сделалось от её слов не по себе:
   - Ирица, вы серьёзно? Вам что, действительно угрожает опасность только за то, что вы решили разузнать что-то про навьего волка?
   Женщина вздохнула:
   - Да, король Сережень. На меня уже трижды пытались напасть какие-то странные призраки, но я сумела от них защититься. Вы можете помочь мне добраться до одного потаённого места? Хотя нет, на этом помеле мы будем лететь туда очень долго, а за нами уже следят.
   Внимательно оглядевшись и припомнив, где совсем недавно видел следы магических существ, я действительно увидел нескольких типов, которые следили за нами. Таких я вскоре насчитал целых полторы дюжины и все они выглядели, как обычные люди, но вот что интересно, мне так и не удалось разглядеть их истинную сущность и понять, кто же они такие - маги, колдуны, оборотни, потусторонники или вообще магические существа из иных миров - иномиряне. Так я стал называть для простоты всех тех, кто людьми не был. Мне было ясно только одно, все они были настороже и пристально наблюдали за нами. Вместе с тем я подумал: - "Ох, Ирица, кто же ты такая, друг или всё-таки враг и не работаешь ли ты против меня?" Проверить это можно было только одним единственным способом - сбежав от наших преследователей и укрыться в потаённом месте, но не в том, о котором говорила колдунья-библиотекарша.
   Такое у меня на примете имелось и о нём не знала даже всеведущая Царица Тамара. Однажды меня занесло на Урал и там, в национальном парке Таганай, я нашел внутри большой скалы древнее колдовское убежище. Это была пятиэтажная подземная гостиница, в которую через с помощью системы зеркал проникал снаружи свет, а также свежий воздух и в ней имелась ещё и проточная вода. Людей туда было невозможно подтащить даже силком. В этом потаённом жилище могло запросто поместиться человек триста и оно было построено таким образом, что войти в него снаружи мог только оборотень. Ни один колдун никогда не сможет найти вход.
   Древнее колдовское убежище целой общины оборотней я нашел лет пятнадцать назад. В те годы я ещё не представлял из себя ничего особенного, как воин, а потому был постоянно настороже и не верил никому, даже своей хозяйке. Поэтому я решил, что мне не помешает иметь надёжное убежище и натаскал в один из номеров подземного отеля мясных консервов, в нём имелся большой ледник, чая, кофе и сахара столько, что колдунье этого хватит года на два. Ещё я притащил в него матрацы, одеяла и прочее постельное бельё и даже два телевизора, колдовской и обычный. Сейчас я тоже не верил никому, но при этом стал королём Сережнем и к тому же неплохо разбирался в эльфийской магии. Хорошенько всё обдумав, я сказал:
   - Хорошо, Ирица, я возьму тебя под свою защиту, но помни, если ты мой враг, то тебе лучше сразу уйти.
   Колдунья облегчённо вздохнула:
   - Король Сережень, я не враг тебе и мне страшно сейчас и за себя, и за тебя, но ты в большей опасности. Поэтому я и прилетела в Москву. Мне нужно тебе о многом рассказать.
   Посмотрев на колдунью, она была не такой рослой особой, как Царица Тамара, я велел ей сесть на скутер спереди. Ирица подхватила большую дорожную сумку и перелетела из башни в седло скутера. Я перелетел за ней следом, забрал кожаную сумку, довольно тяжелую, не спеша покрепче приторочил её к багажнику, после чего сел позади неё и, положив руки на руль, насмешливым голосом сказал:
   - А сейчас мы посмотрим, на что годятся эти ребята. Извини, Ирица, но тебе придётся потерпеть. Будет страшно, закрой глаза.
   Колдунья вцепилась в руль скутера, прижалась к моей груди спиной и скороговоркой прошептала заклинание единения с помелом и его пилотом. Теперь я уже не рисковал потерять её по дороге. Мы взлетели в воздух и за нами тотчас бросились в погоню десять каких-то типов на спортивных байках, но что самое удивительное, наземные наблюдатели тоже взмыли в воздух и я даже подумал, что это либо джины, либо ифриты, так хорошо они летали. Преследователи даже не скрывали своих намерений и сразу же попытались взять нас в "коробочку", но я мало того, что ловко лавировал, так ещё и купил в Моховом граде самое быстрое помело, выглядевшее, как обычный скутер. Не смотря на это преимущество в скорости у меня если и было, то только в отношении безлошадных летунов.
   Между тем я не стремился удрать и просто затеял с этой воздушной бандой игру в салочки, но при этом пусть и кругами, но всё же направлялся к станции метро "Китай-город". Те типы, которые решили не допустить, чтобы Ирица рассказала мне о чём-то, явно были настроены очень серьёзно, раз вооружились колдовскими ловчими сетями. Они, правда, ожидали от меня чего угодно, но только не того, что я влечу в метро. Те, кто преследовал нас верхом на помеле, остались снаружи, зато все летающие пешеходы последовали за нами, но поскольку в отличие от меня не знали эльфийской магии с её заклинанием проникновения сквозь металл, стекло и камень, были вынуждены задержаться при входе и стали влетать вслед за пассажирами, спешащими в метро. Я не стал их обижать и подождал.
   Когда они все оказались внутри, то как и мы были вынуждены летать над головами людей. Все они оказались мужиками атлетического телосложения, а не какими-то субтильными юнцами, но рожи у них были недоумевающими. Наверное боялись, что их сейчас повяжут московские менты. Показав им кукиш, я полетел к платформе. Вот тут у них имелось преимущество, ведь они летели расположившись в воздухе горизонтально, а мы всё же сидели на помеле. Наконец летающие маги или кем они там были, решили, что меня нужно брать, а тут как раз со станции отошел в сторону Тургеневской поезд и я помчался вслед за ним в тоннель. Подлетая к тоннелю, я положил скутер на бок, хотя и не рисковал расшибить голову себе и убить Ирицу. Нас ведь защищала от любых ударов эльфийская магия.
   В следующий момент я скользнул вбок и, не обгоняя поезда, полетел кверху колёсами между ним и боковой стеной. Вот тут-то наши преследователи и обрадовались. Двое обогнали нас и полетели впереди, один летел сверху, а ещё двое хотели подобраться сзади, но я взял и влетел в вагон. Мы вместе с нашим скутером пронзили его, как иголка марлю, и вылетели с другой стороны, после чего я быстро обогнал поезд и полетел вообще вопреки всякому здравому смыслу, то есть задом наперёд. Более того, я бросил руль, выхватил из кобур свои "Беретты" и нацелился на преследователей. Те моментально прижались к бокам и крыши переднего вагона.
   Так мы и влетели на станцию "Тургеневская", где я, резко отвалив в сторону и пролетев через массивную колону насквозь, снова подождав преследователей, решил сделать пересадку на станцию "Чистые пруды". Группа захвата, ошалевшая от того, что я вытворяю, всё же помчалась за нами, но рожи у них уже были довольно кислые. Они ведь видели, что мы несколько раз прошивали головами семафоры и не смотря на это остались живы. Увы, но ускользнуть из их колдовских ловчих сетей не помогла бы даже эльфийская магия. Перебравшись на станцию "Чистые пруды", под прикрытием очередного поезда мы помчались к станции "Библиотека имени Ленина". Вот там-то, когда мы перебрались на станцию "Арбатская", они перешли в атаку, благо что там было где разгуляться.
   Помотав нервы нашим преследователям и так и не выяснив, кто же они такие, я нырнул в тоннель и помчался по нему в сторону "Щелчка", чтобы за станцией метро "Партизанская" уйти в леса, точнее в Измайловский парк. Это была гонка на скорость и мы её выиграли вчистую, обогнав группу захвата на два поезда. Перед выездом из тоннеля я пустил в ход эльфийскую магию и мы стали абсолютно невидимыми, но я не торопился вылетать наружу и остановился метрах в двадцати. Проехал первый поезд, вслед за которым не слишком быстро летели наши преследователи. Так что это они, а не мы попали в ловчие сети их подельников. Когда те поняли, что мы обвели их вокруг пальца, то несколько летунов метнулось обратно в метро, оставляя после себя следы синевато-серого цвета.
   Точно такие я видел при подлёте к Красной площади. Видел я их и в других местах, но только сейчас обратил внимание, что они тускнели гораздо быстрее всех остальных. Буквально везде на станциях метро, даже в тоннелях, я видел следы магических существ и судя по тому, как много их было, пришел к выводу, что они рассеиваются очень медленно, неделями, а то и месяцами. В противном случае оказалось бы так, что магических существ в Москве гораздо больше, чем обычных людей, а это не так. Нас в этом городе насчитывалось не больше пятидесяти тысяч, но наследили мы знатно. Палитра цветов была очень разнообразной. Следы были чуть ли не всех цветов радуги, включая даже серебристые и золотистые и мне очень хотелось знать, кто оставляет какие следы.
   Пока что мне было ясно одно, после меня остаётся яркий, золотисто-оранжевый след, после Ирицы - зелёный, а вот после тех господ, которые устроили на нас форменную охоту - синий с сероватым, даже скорее стальным отливом. Сейчас след колдуньи был помещён в мой, словно в трубу. Оно и понятно, ведь она сидела передо мной, а я был крупнее этой женщины. Было мне понятно и то, что Ирица ровным счётом ничего не видела, хотя всё время вертела головой по сторонам и давала мне подсказки, когда кто-то из преследователей подбирался слишком близко. Когда же я бросил руль и выхватил пистолеты, стрелять из них я даже не собирался, именно она управляла скутером, внимательно глядя в большие зеркала заднего вида, но это ещё ни о чём не говорило. Я пока что не доверял ей, как и всему остальному миру магии и колдовства.
   Выждав чуть более получаса, я дождался очередного поезда, влетел в него, отклеившись от стены, и как только мы стали подъезжать к станции метро "Измайловская", вылетел через крышу и стал быстро набирать высоту. Чтобы избавить себя от лишних вопросов, я мысленно произнёс заклинание и погрузил свою пассажирку в глубокий сон, после чего отправился в Явь, затем в Пекло и оттуда снова на Землю, но уже неподалёку от горы Дальний Таганай. По национальному парку не смотря на довольно холодную погоду бродило множество туристов. Порой они даже поднимались на островерхие скалы, похожие на перья, кажется, они именно так и назывались, хотя их и охватывала жуть, но пробраться внутрь не могли при всём своём желании. Зато мы влетели внутрь колдовского убежища без малейших помех и я, разбудив колдунью, сказал:
   - Ирица, я не имею ничего против твоего древнего колдовского убежища, но на всякий случай решил пожертвовать своим, оно тоже древнее и колдовское, но только здесь несколько тысяч лет назад жила община оборотней, а потому ни один колдун его не найдёт.
   Скутер стоял в весьма просторной и светлой прихожей, высеченной из камня, в которой перед нами располагалось три каменных двери. Та что прямо, вела на лестницу, по которой можно было спуститься вниз. Левая дверь вела в полого спускающийся вниз коридор, там находилась каменная ёмкость с водой, баня и прачечная, а правая в большой ледник, на полках которого стояли коробки с мясными консервами. Подождав, когда колдунья отклеится от меня и скутера, я взял дорожную сумку и показал ей сначала склад с продуктами, затем прачечную, после чего мы прошли через третью дверь и спустились по лестнице вниз, на первый жилой этаж.
   Похоже, что эльфийская магия слишком уж сильно подействовала на колдунью, раз та несколько минут только хлопала глазами и ничего не могла сказать. Только тогда, когда я завёл её в просторную комнату с каменными полатями вдоль двух стен, с большим камином напротив входа, круглым обеденным столом, высеченным из цельной глыбы малахита, стоящим посередине, и кое-какой мебелью, которую я сюда притащил, Ирица наконец выдохнула:
   - Что это было, король Сережень?
   - Эльфийская магия, - ответил я и пояснил, - видишь ли, Ирица, с некоторых пор я не доверяю никому и тебе в том числе. Ты находишься в древнем колдовском убежище оборотней и оно для тебя, всё равно, что тюрьма. Надеюсь, что мне не нужно объяснять, почему я поступил с тобой так? А теперь устраивайся поудобнее за этим столом, я сварю кофе и мы поговорим.
   Ирица обвела взглядом каменную горницу с высокими потолками, в ней было довольно светло, и улыбнулась:
   - Это очень надёжное убежище, король Сережень. В нём я себя чувствую в полной безопасности. Позволь я сама поухаживаю за тобой. Тут, как я посмотрю, имеется всё, что нужно для жизни. Жаль только, что ты не запасся мукой и всем прочим, что нужно для выпечки хлеба, а то я напекла бы для тебя пирогов.
   - Ирица, я тебе не лошадь, чтобы есть зерно, а волк, - фыркнул я в ответ, - и потому не ем хлеба, но муки, яиц и всего прочего я всё же тебе привезу. Вот только не надо мне печь никаких пирогов. Даже если они будут с мясной начинкой, я их всё равно не стану есть, а вот от крепкого кофе не откажусь. Так что ты всё-таки разузнала?
   - Сейчас расскажу, король Сережень, - ответила колдунья, метнувшись к каменным полкам справа от камина, - но не думаю, что тебе понравится то, что ты от меня услышишь.
   Через пару минут на стол полетели по воздуху чашки с ложками, блюдца, кофе, сахар и всё прочее. Как и любая другая колдунья, Ирица вовсю применяла колдовство и потому всё вокруг неё так и порхало по воздуху. Даже вода и та сама отправилась тонкой струёй из каменного лотка в кофеварку и мигом вскипела. Пожалуй, я тоже смог бы проделывать такие трюки и, вспомнив о том, что ещё не завтракал переместил из ледника на стол несколько банок мясных консервов, а также заставил перелететь с полки на стол большую тарелку и стальную ложку. Себе я разогрел и вывалил в тарелку две больших банки отличной белорусской тушенки из оленины, а своей гостье обеспечил вполне приличный выбор. В комнате сильно запахло свежесваренным кофе и мы сели за пусть и простой, но зато драгоценный стол. Колдунья тоже открыла себе банку оленины.
   Как по мне, мясные консервы очень даже неплохая еда, но Ирица явно была недовольна олениной. Ничего, если она поселится здесь, я обеспечу её теми продуктами, к которым она привыкла в Явьем мире. Это не самая большая проблема. Мы быстро покончили с мясом, Ирица убрала со стола пустые тарелки и мы стали пить кофе. Вслед за этим её дорожная сумка раскрылась и из неё вылетел колдовской ноутбук с большим экраном, который лёг на центр стола, раскрылся, развернулся экраном ко мне, колдунья сидела напротив меня, и включился. На экране появился какой-то текст, написанный древними славянскими рунами, но библиотекарша махнула рукой:
   - Можешь не вчитываться, король, это очень древняя книга. Она была написана ещё при жизни твоего предка, короля Ратмира его другом Колояром. Давай я сначала расскажу тебе всё самое главное, чтобы ты проник в суть событий. Предки наши были мало того, что речистые люди, так ещё и путаники великие, поэтому не сразу поймёшь, о чём именно они поведали в своих книгах. Потом я расскажу тебе некоторые подробности и уж затем ты сможешь сесть и всё прочитать сам. Первое, король Сережень, что я хочу сказать тебе - никакого навьего волка, который убивал твоих предков, нет. Поэтому ты не сможешь его разыскать. Зато есть чудовище иного рода, но скорее их всё же несколько, которые постоянно преследовали твоих предков и не давали им нигде покоя, но об этом никто не знал. Как только я проникла в эту тайну, то сразу же поняла, что мне грозит смертельная опасность и вот почему. Те пятеро древних дураков со своим посмертным проклятьем и созданным ими призрачным волком, так ничего и не добились. Король Ратмир развеял его одним мановением руки. Кстати, Сережень, неужели ты мог подумать, что он был слабее тебя? Нет, король, твоего предка сразил не волк-призрак, а один из чёрных змеев с головой волка и откуда эти твари взялись, я поначалу не поняла. О нападении чёрных змеев на древний город Радоград и о том, как эта злобная тварь убила короля Ратмира, написал его друг Колояр. В той битве с чёрными волкоголовыми змеями погибло триста тридцать волков-воинов и четыреста двадцать колдунов. Они истребили множество этих тварей и благодаря им спаслись тысячи жителей Радограда. Все они ушли из города через подземный ход из Явьего мира в Навий. Колояр, которому Ратмир приказал прыгнуть в лаз последнему, вскоре и сам погиб, защищая королеву Забаву и младенца Сятогора. Только благодаря ему им и удалось незаметно уйти из Навьего мира, где они скрывались о чёрного змея, на Землю, куда тот не смог последовать за ними сразу. Это произошло через три года после битвы с чёрными волкоголовыми змеями. Сам Колояр не видел, как погиб его друг. Он уходя подземным ходом обрушивал его своды, но это видел другой человек, двенадцатилетний мальчик, спрятавшийся под рухнувшей стеной дома - будущий князь Гордиян Белый. Уже глубоким стариком он вписал в свои хроники строки, в которых поведал, что король Ратмир, который рубил змеев мечом до тех пор, пока тот не сломался, наконец обернулся волком и стал рвать их клыками. Вот тогда-то и они и последние семь волкоголовых змеев и навалились на него, а один вцепился ему в горло, после чего один король-волк пал замертво, а второй воспарил в небо и куда-то помчался. Вот он-то и есть навий волк, но ты зря считаешь его чудовищем, король Сережень. А теперь слушай меня очень внимательно. Помимо Колояра, написавшего "Слово о житие и погибели короля Ратмира" и Гордияна Белого, возродившего Радоград, который написал "Хроники града Ратмирова" и перед смертью вписавшего в специально оставленные чистыми семь листов в них, о тех событиях упоминается ещё в одной книге, написанной за тысячу лет до рождения первого короля. Эта книга называется "Пророчества Рода" и написана она не кем-то из колдунов, а самим Симарглом-Защитником. Все три книги, о которых я тебе сказала, надежно закрыты от колдунов, магов, оборотней и кого угодно. Кто бы не взялся их читать, никогда не вычитает того, о чём я тебе уже сказала, король Сережень, и о чем сейчас скажу. Симаргл записал семь пророчеств Рода, но лишь одно из них касается людей и в нём говорится: - "Придут в этот мир десять тысяч чёрных змеев с волчьими головами, чтобы сразиться с первым королём людей и от того, чем завершится сражение, будет зависеть их дальнейшая судьба. В этой битве первый король, которого я дам малой части людей, падёт, но не умрёт, а станет призраком, нуждающимся в защите. Сумеете увенчать голову его потомка королевской короной и сделать так, чтобы он сразил своего праотца - будете властителями этого мира, но только после того, как умрёт второй король, а он проживёт очень долго. Ничего страшного, потерпите, ведь я создал вас почти вечными, так что лишняя пара тысяч лет для вас всё равно, что одна минута. В любом случае того, чего вы все так желаете, вам не добиться потому, что есть и другие народы, которые уже сейчас мечтают о верховной власти в моей Вселенной и как только второй король умрёт, возвысится один из этих народов, но он будет при этом вашим вечным должником, а потому может стать для вас источником смертельной опасности. Если же тот человек, который будет нести на своём теле королевскую отметину, сумеет сделать нечто немыслимое даже в моём понимании, то восторжествует правда и спадут с избранных все ваши мороки. Но и этот день не будет для вас последним. Вы слишком жаждете власти и потому её не получите из моих рук, хотя верно служили мне. Вот и попытайтесь хотя бы приблизиться к ней вплотную своей хитростью и коварством". Вот теперь и подумай, король Сережень, кому были сказаны Родом эти слова и почему маги, колдуны и оборотни не встали на защиту потомков короля Ратмира? Могу сказать тебе вот ещё что, только потому, что ты тогда благословил меня, мне открылась правда, а теперь, если хочешь, прочитай все три книги. Думаю, что тебе это всё же не помешает.
   Пододвинув к себе ноутбук, я мрачно проворчал:
   - Обязательно прочитаю, Ирица. Надеюсь, что смогу вычитать между строк ещё какую-то информацию.
   Сказав так, я весь погрузился в чтение и прочитал все три книги четырежды, просидев за компьютером почти двое суток и прилёг поспать только часов на пять. Колдунья всё это время хозяйничала в убежище и всё время что-то делала, пуская в ход колдовство, но я не обращал на неё никакого внимания. Время от времени я делал выписки, но если честно, к тому, о чём она мне рассказала, добавить было уже почти нечего. Единственное, что я вычитал в другом пророчестве Рода, так это то, что судьбу мира может решить только любовь, соединяющая сердца. Это явно было сказано не про меня. Моё сердце давно уже принадлежало одной лишь Оленьке. Хотя как сказать, ведь это благодаря её любви я стал королём Сережнем, но всё же не думаю, что именно это было решающим моментом во всей этой затянувшейся истории борьбы за власть. Причём во всей Вселенной.
   Пока что мне было ясно следующее: навий волк это король Ратмир, ставший призраком и он ещё жив; за всем стоят джины, которые, скорее всего, продолжают лелеять мысли о том, чтобы я наконец согласился выдать Настеньку замуж за своего принца и потому их следует рассматривать их, как злейших врагов, но не лезть в драку, а помалкивать; на Земле, а также в трёх мирах сотворённых Родом для её защиты, находится ещё четыре чёрных магических змея с волчьими головами и это мои злейшие враги, но и они не моя главная цель; ещё на Земле и в потустороннем мире есть такие иномиряне, которые прибыли сюда только с одной целью - не дать мне спасти Ратмира; но самое неприятное заключалось в том, что моя дочь в любой момент могла стать заложницей и дай того Род, если кто-то тронет её хоть пальцем, вот тогда я забуду про всё и вся.
   В общем ситуация была аховая. Куда ни кинь, всюду полный атас и я даже не знал, что мне теперь делать. Закончив перечитывать древние книги, я аккуратно сложил все свои заметки и снова прилёг поспать. Проснулся же я от запаха разогретой Ирицей тушенки и аромата кофе. Подскочив с полатей, я быстро умылся, побрился с помощью эльфийской магии и подсел к столу. Колдунья была в это утро весела и широко улыбалась мне. Улыбнувшись в ответ, я спросил:
   - Как тебе на новом месте, Ирица? Ты хорошо устроилась?
   - Замечательно, Сережень, - ответила колдунья, - это убежище просто пронизано магической силой. Теперь ты веришь мне?
   От её прямого вопроса мне сделалось немного не по себе, но я не стал убеждать её в обратном и тоже ответил прямо:
   - Ирица, всё, о чём ты мне рассказала и всё, что я прочитал с экрана твоего ноутбука, нуждается в подтверждении. Пока что эта история смахивает на очень хитро устроенную ловушку. Извини, что я тебе говорю это открытым текстом, но я тебе не верю и поверю во всё только тогда, когда добуду прямые и недвусмысленные доказательства. Хотя с другой стороны мне очень хочется, чтобы всё именно так и было. Тогда мне будет гораздо легче примириться с вами, колдунами и оборотнями. Но если я смогу сделать то, о чём Род говорил эмиру Джафару, то с них и возможно что не только с них одних спадут все мороки джинов и тогда уже никому не придётся краснеть. Поэтому и тебе, Ирица, придётся потерпеть.
   Колдунья не расстроилась. Она улыбнулась и сказала:
   - В твоих словах нет ничего обидного, король Сережень. Ещё тогда, когда я летела к тебе из Карачар, все мои мысли были только об одном, поскорее добраться до тебя и рассказать обо всём. Не знаю как, но они проведали о том, что я докопалась наконец до истины и немедленно бросились за мной в погоню. Царская башня московского кремля особое место. В ней я хотя и была у всех на виду, могла ничего не опасаться. Здесь тоже, а вот тебе отныне придётся столкнуться с куда большими трудностями, чем прежде. Если ты не против, король Сережень, я хотела бы поговорить о твоей дочери.
   От этих слов у меня моментально испортилось настроение. Сурово насупившись, я хмуро спросил:
   - Что именно тебя интересует?
   Колдунья посмотрела на меня с укоризной:
   - Сережень, меня не интересуют твои взаимоотношения с дочерью. Поверь, я не любопытна. Просто у родни её матери кое где не держится вода и потому уже почти все знают о том, что бессердечный король-волк забрал свою дочь у родных деда и бабки и отправил её в какой-то другой мир. Ты поступил очень мудро. Все, кто так или иначе причастен к этому древнему заговору джинов, прекрасно понимают, что Настеньку нужно теперь оберегать, как зеницу ока. Она ведь является единственным ключом к власти во всей Вселенной, о которой, как мне кажется, мечтают все древние народы, а ведь она уготована Родом нам, людям, а не кому-то ещё. Вот я и хочу спросить тебя, Сережень, как ты намерен поступить? По-моему ты сделал очень большую глупость, что отвёз Настеньку в другой мир, но вместе с тем ты правильно сделал, что не привёз её сюда тогда, когда ты носил то страшное чёрное пальто из драконьей кожи и летал на боевом помеле, изготовленном твоим другом, гномом-драконом. Извини, что я тебе об этом говорю, Сережень, но я больше всего подозреваю в стремлении к власти во Вселенной гномов, эльфов и драконов.
   - Эльфов можешь вычеркнуть, Ирица, - ответил я колдунье с насмешливой усмешкой, - их слишком мало, они разбросаны по семнадцати планетам и представь себе, у них только два желания. Первое, никогда не видеть эльфов из других миров, хотя все они один народ, а второе желание уже более понятное - они хотят жить в своём лесу, так как они привыкли за десятки тысяч лет. Кроме того когда эльфы узнали, что я король-волк, эльфийский владыка первым делом взялся обучить меня их магии и преподал её хотя и ускоренным способом, зато в полном объёме. При этом он сказал, что если я буду заниматься ею хотя бы по два часа в день, то уже очень скоро сумею стать толковым магом. Представь себе, почти вся эльфийская магия боевая. Вот и подумай сама, стал бы представитель того народа, который стремится к власти во Вселенной и знает, что его народ добьётся её лишь в том случае, если поможет джинам заполучить мою дочь в невесты их принцу, учить магии её отца? Думаю, что нет, но я не склонен огульно доверять даже своим друзьям-эльфам. Понимаешь, теперь я уже не знаю, кто мои друзья, а кто враги. Теперь о гномах. Вот эти точно мечтают о власти, хотя и прикидываются мирными работягами. Гномы расселились уже по ста тридцати двум мирам и везде их очень много и они, представь себе, лидируют практически повсеместно. А ещё гномы просто жуткие националисты и хотя вроде бы ни с кем не ссорятся, везде живут мирно, никого не подпускают к себе слишком уж близко. В общем попасть в гости к гному это что-то сверхъестественное. Ты упомянула ещё драконов. Извини, Ирица, но ты, по всей видимости, плохо их знаешь. В общем мне не понятно, каких именно драконов ты имеешь ввиду? Их ведь три вида. Одни это просто огромные крылатые зверюги, которые будут на порядок глупее наших змеев-горынычей, те по сравнению с ними академики, хотя на самом деле даже не въезжают в анекдоты, которые про них рассказывают. Есть так называемые королевские драконы, но их ещё меньше, чем эльфов и им, поверь, до одного места дела людей. Они существа почти вечные, как и джины, но в отличие от них предпочитают жить как можно дальше от козявок, так они называют нас всех вместе взятых. Есть ещё драконы-маги, которые предпочитают оборачиваться людьми, но они живут всего в семи мирах и хотя их при этом гораздо больше, чем эльфов, я не думаю, что они мечтают о власти во Вселенной, хотя как знать. Говорят, то раньше их было гораздо больше, но после Великой войны драконов, в ходе которой было уничтожено пятьдесят шесть миров, они вот уже полторы тысячи лет только и делают, что зализывают раны. Правда, в одном мире есть небольшая община гномов-драконов, но их слишком уж мало, всего каких-то тридцать тысяч и мой друг как раз и является гномом-драконом. Драконы относятся к ним ещё более или менее снисходительно, зато гномы их тихо, но просто люто ненавидят, ведь эта община появилась в результате того, что шесть с лишним сотен лет назад несколько десятков гномин после хорошей пьянки поддались чарам драконов и в результате на свет появились первые полукровки. Они живут довольно весело и, поверь, вот им как раз всё по-барабану. Так что я не думаю, что они представляют из себя хоть какую-то опасность для меня и моей дочери по причине тяги к власти, но не исключаю этого. Кто знает, может быть гномы сделали так специально? Подложили под молодых магов-драконов своих дочерей и сейчас имеют тайное оружие просто потрясающей мощности, ведь гном-дракон, оборачиваясь драконом, почти впятеро больше любого другого дракона. В любом случае я буду теперь постоянно начеку и в первую очередь проверю своего друга гнома-дракона. Никакой другой более важной задачи для меня сейчас просто не существует. Поверь, Ирица, я обязательно выясню, кто именно хотел нас похитить. Вот тогда всё и встанет на свои места.
   - Дай того Бог Род, - кивнув сказала колдунья, - помни, король Сережень, я готова отдать за тебя жизнь. Поэтому я останусь здесь с лёгким сердцем и молить Богов, чтобы тебе сопутствовала удача. Ты поступил правильно, что усыпил меня, когда вёз сюда, но если бы я не уснула, то мы полетели бы в Беловодье. Это тоже древнее убежище, только колдовское, но в него может войти и оборотень. Запомни, Сережень, если оно тебе понадобится, то ты должен подлететь к горе Белухе, к её центральной вершине, со стороны ледника. Там, почти на вершине найди на камне три руны: нур, син и бар. Как раз там и находится потайной вход. То убежище будет, наверное, поменьше, но это всё же лучше, чем ничего. В нём тоже никто не был вот уже почти полторы тысячи лет, да ты в этом и сам убедишься.
   Мы поговорили ещё пару часов, я посмотрел, как устроилась на новом месте Ирица и улетел. Время близилось к полудню и потому я сначала слетал к горе Белухе и сразу же убедился, что рядом с ней и близко не появлялся ни один колдун или ещё кто-нибудь, обладающий магическими способностями. Забрался я и внутрь убежища. Оно и в самом деле было раза в три меньше моего и не такое удобное. Зато в нём имелось такое нужное мне дополнение, как небольшая тюрьма на десять крохотных камер. Она находилась в самом низу и сбежать оттуда не смог бы даже гном-дракон, если у него, конечно, нет гномьего магического кайла. Мне сразу же подумалось: - "Эх, Геша-Геша, как бы мне не пришлось усыплять тебя и тащить сюда, чтобы поговорить по душам? Кто же ты на самом деле, друг или враг, гном-дракон? Но точно такой же вопрос я хотел задать ещё и Ринодиару. Как это не печально, но я не мог теперь доверять никому из них до тех пор, пока не найду способа, как проверить, кто они такие на самом деле по отношению ко мне и что им от меня надо в действительности.
  

Глава 8

Как проверить Гендиара?

  
   После того, как я поговорил с Ирицей и узнал от неё такие ошеломляющие вещи, у меня, честно говоря, голова пошла кругом. Если я и раньше не знал, что мне делать, то сейчас окончательно во всём запутался. Правда, до этого разговора я всё же не чувствовал, что мне и дочери угрожает смертельная опасность. Хотя нет, всё-таки не смертельная. Как Настеньку, так и меня теперь будут беречь. Мы же с ней ключ к власти во всей Вселенной. Наверное тот народ, который заинтересован в этом больше кого-либо, а эти существа точно могущественные маги, прекрасно знают, что прилагается к нам в качестве бонуса. Скорее всего какие-то сакральные знания Древних Богов, без которых они не смогут диктовать свою волю всем другим народам.
   Да, ситуация была весьма неприятная. За такую власть обычно сражаются очень яростно. Тут ведь или пан, или пропал и компромиссы невозможны, но кто бы не выиграл в этой борьбе, мы с Настенькой останемся в проигрыше. Меня ждёт участь жалкой марионетки на троне, а она станет хотя и первой женой принца Джабраила, по своему положению окажется позади самой последней его наложницы. Самое неприятное заключалось в том, что я не знал, что мне нужно делать, но в то же время понимал, что самая большая опасность угрожает навьему волку, то есть духу короля Ратмира или кем он там стал после своей смерти по воле Рода. Вот интересно мне знать, за каким чёртом он это всё затеял? Ему что, больше нечем было заняться, идиоту?
   Мысленно кляня всех Древних Богов вместе взятых, я быстро добрался до Москвы и решил начать распутывать клубок с самой последней ниточки. Беззвучно паря над выездом из тоннеля метро, я внимательно рассматривал ещё довольно отчётливые следы, оставленные в воздухе бойцами группы захвата. Все они были, судя по всему, опытными воинами. Одетые как и большинство москвичей, они не привлекали к себе какого-то особого внимания. Самые обычные мужики славянской внешности. Это было всё, что я успел заметить кроме разве что того, что все они действовали спокойно и очень слажено, словно ловить волков-оборотней, летающих на помеле, было для них самым обычным занятием.
   Их следы разлетались буквально во все стороны, но три следа уходили в одном направлении и я решил посмотреть, куда они меня приведут. Как только я принял хоть какое-то решение, мне тут же стало хоть немного легче. От Измайловского парка я полетел на высоте в триста метров в сторону центра. Та троица, которая улетела в этом направлении, почти не петляла и уже через четверть часа их следы привели меня на Лубянку, но не в здание ФСБ, а к тому месту где раньше стоял Железный Феликс. Там следы обрывались. К клумбе, находившейся посреди Лубянской площади, над которой возвышался пьедестал, всего прилетело тридцать семь "синих". Прилетело, чтобы в этом месте вернуться через магический портал в свой мир.
   Уже неплохо. Если группа захвата убралась с Земли, то значит я мог облегчённо вздохнуть. Вычислить, куда именно они отправились, у меня не было никакой возможности. Магия дело тонкой и весьма разнообразное, а потому в ней нет универсальных решений. Маги каждого народа открывают пространственные магические порталы по своему. Колдун из меня был никакой, а эти существа явно не имели никакого отношения к эльфам. Подумав об эльфах, я полетел не к себе домой на Первую Фрунзенскую, а на Третью, где в доме номер десять Рино купил три квартиры. Едва подлетев к этому дому, я сразу же радостно заулыбался. Следы эльфов были серебристыми и очень чистыми, чуть ли не сверкающими. К тому же они вели к прямиком к моему дому. Все четверо остроухих лучников явно вышли в одно и то же время и сразу направились ко мне домой и я пошел по их следам.
   Зато когда я добрался до дома, то мне чуть дурно не сделалось, когда я увидел, какие следы ведут в квартиру Гендиара по земле и по воздуху. Очень уж они были приметные - тёмно-синие. Сначала мне сделалось очень тоскливо, ведь это означало, что Настенька находится сейчас в плену у наших злейших врагов, но всё же старая армейская привычка взяла верх и я стал к ним приглядываться. Следы Геши были такие, как и те, которые я видел в Измайлово, да не совсем. Те имели стальной оттенок, а его след был чисто синий, ультрамариновый, как говорят художники, и совершенно прозрачный. Взяв самый свежий, он вёл в центр города, я полетел разыскивать гнома-дракона, так как следы эльфов, передвигавшихся по Москве на общественном транспорте, они терпеть не могут машин, вели к метро.
   Мой то ли друг, то ли враг явно опоздал, хотя и долетел точно до Царской башни Кремля. От неё его путь вёл по широкой спирали вверх и он, как я понял долго нарезал круги над Москвой. Поднимаясь всё выше и выше, я вскоре увидел его сидящим на своём трайке с потерянным видом. Гендиар залетел высоко. Он поднялся на высоту в добрых десять километров и время от времени смотрел вниз через большой магический бинокль. Его физиономия была при этом какой-то глуповато-скорбной и он то и дело беззвучно говорил что-то. Скорее всего матерился. Хотелось бы мне знать, кого он сейчас костерил, но я не умел читать по губам.
   Находясь всего в паре десятков от этого здоровенного парня, одетого по-домашнему, в джинсы и майку. Вылетая из дома он даже не успел обуться, я задумался, гадая, кто он - друг или враг? Пока что мне было ясно только одно - Геша знает обо мне гораздо больше, чем я о нём и мне это не нравилось. Да и кому бы такое могло понравиться? Вот ведь невезуха! Моя дочь находится в королевстве эльфов, которые тоже могут оказаться врагами, под охраной гномов драконов вместе с друзьями из потустороннего мира и Семёнычем, которым я тоже не мог доверять полностью и безоговорочно. Эльфийская магия позволяла мне сколько угодно оставаться человеком-невидимкой, но что мне это давало? По большому счёту ничего, если не считать того, что я мог тайком влезть куда угодно. Осталось только решить, куда именно я должен влезть, чтобы найти нужную мне информацию?
   Сидя верхом на скутере, я парил в воздухе неподалёку от Гендиара и думал, чтобы мне предпринять. Так прошло чуть более получаса, прежде чем в кармане джинсов гнома-дракона не зазвонил сотовый телефон. Он быстро вытащил его, посмотрел на экран, включил и поднёс к уху. Тотчас я услышал, слух у меня даже невидимого был прежним, то есть просто феноменальным:
   - Гена, спускайся с небес, Серёга наконец объявился.
   По голосу я сразу же узнал Рино. Гендиар буквально завопил:
   - Где он, ушастый?
   - Ты будешь дико смеяться, мышь летучий, но я не знаю, - ответил Ринодиар насмешливо, - но мне точно известно, что это блохастое чудовище недавно появлялось сначала возле нашего, а потом возле своего дома. Что там, что там я ощутил мощную эльфийскую магию. Кроме нас на Земле нет больше ни одного эльфийского мага, а мы её в ход не пускали. Так что остаётся только Серёга и, как я и думал с самого начала, он сейчас совершенно невидим. Возможно, что этот гад сейчас находится рядом с тобой, агент драный, и если это так, то я поспешу его предупредить. Серёга, ты не можешь оставаться невидимым больше трёх суток подряд. Дружище, твоё время истекает. Ещё несколько часов и ты окончательно превратишься в призрака. Поэтому хватит валять дурака. Улетай подальше от этого рыжего дятла и быстро принимай свой реальный облик. Гена на самом деле не Гендиар и даже не гном-дракон, как и его братаны. Он истинный дракон и агент службы безопасности императора Вальдара, только наверное самый тупой из всех. Если ты что-то разузнал о заговоре чёрных драконов Гиартии, то вам есть о чём поговорить. Их недавно объявилась на Земле целая орава и Генка, почуяв присутствие твоих врагов, вылетел из дома даже не надев доспехи, но они быстро смылись, а ты исчез вместе с ними. Мы сначала подумали, что они тебя взяли в плен, но потом откуда-то из-под земли вылетела ещё одна группа этих уродов и все они тоже сбежали, но тебя с ними не было. Поэтому, Серёга, подумай, где мы смогли бы встретиться, чтобы обо всём поговорить.
   Хотя я и произнёс заклинание отсекающее все звуки, исходящие от меня вместе с заклинанием невидимости, я всё же отлетел подальше и немедленно позвонил Ринодиару:
   - Рино, не волнуйся, со мной всё в порядке. Включи конференцсвязь в своём мобильнике. - Как только это было сделано, я сказал с горечью в голосе - Ребята, положение моё сейчас таково, что я не знаю, кому можно верить, а кому нет. Могу сказать со всей очевидностью только одно. Если с Настей что-то случится, то знайте, я уничтожу и Лизант, и Алвиар. У меня хватит способностей, чтобы похитить на Земле пару десятков термоядерный боеголовок и хватит ума и магических способностей для того, чтобы нанести по вашим мирам удар такой силы, что там никто не выживет.
   Гена закричал в ответ:
   - Серёга, я клянусь тебе жизнью своих детей, Насте ничего не угрожает! Хотя я и не тот, за кого себя выдавал, поверь, те парни, которые её охраняют, не подпустят к твоей дочери никого. Эльф этого тоже не допустят. Поверь, на Алвиаре она в полной безопасности. Серёга, дай мне возможность всё объяснить. Пойми, я послан на Землю только с одной целью - защитить тебя и твою дочь от магов ордена Огня. Мы давно уже разгромили его, но так и не смогли уничтожить всех. Поверь, они никогда не доберутся до Настеньки.
   Лицо у моего друга в этот момент было куда красноречивее. Он чуть ли не рвал волосы у себя на голове и я ему почему-то поверил, но всё же не стал спешить и насмешливо сказал:
   - Не кипятись, гном. Я тебя вижу, а ты меня нет. Геша, возвращайся домой и жди вместе с Рино и его парнями моего звонка. Через несколько дней я вам обязательно позвоню, а сейчас у меня есть кое-какие неотложные дела. Геша, подумай над тем, что ты мне расскажешь, ведь я буду колоть тебя по полной программе.
   Чтобы не затягивать разговор, я отключился. Геша тоже выключил телефон, облегчённо вздохнул и понёсся к вниз чуть ли не в вертикальном пике. Дракон, что ту ещё скажешь, а я, подумав, решил начать свои поиски с самого начала и потому отправился кратчайшим путём к своим приёмным родителям. Как же редко мы виделись. Настя бывала у них вместе с Гешей частенько, а вот я видел их только изредка, когда они приезжали к нам в Москву. Странно, но я ведь не то что бы очень сильно, но всё же похож на отца, а ещё на своего брата, которого долго считал близнецом, только у меня рост всё же пониже чем у отца и Данилы, а ещё они оба блондины. Тем не менее мы с ним действительно было довольно похожи друг на друга.
   Когда Тамара рассказала мне, что отец с мамой и Данила мне не родные, я не стал любить их меньше, но и ни разу не задал им вопроса, откуда я взялся. Моя бывшая хозяйка сразу же категорически запретила мне тревожить родителей расспросами, сказав при этом, что скорее всего, благодаря колдовству моей настоящей матери мама скорее всего считала меня своим сыном. Так оно скорее всего и было, ведь мне и сейчас кажется, что она любит меня больше, чем Данилку. Ещё Царица Тамара наделила моих родных просто-таки титаническим здоровьем и отец, который приезжал к нам в Москву в прошлом году, выглядел моложе меня. Высокий, статный и подтянутый, он не казался мужчиной семидесяти лет от роду.
   Что же, настало время поговорить на эту тему. Возможно если я сниму с мамы заговор, она вспомнит, как я появился на свет. О своём рождении я только и знал, что она родила меня даже не в роддоме, а в сельском фельдшерско-акушерском пункте на Дальнем Востоке, в Еврейской автономной области. Везти мою маму в Биробиджан уже было некогда и потому она родила меня, а через несколько минут Данилку в селе Новом, в нескольких верстах от Амура, по которому проходит граница с Китаем. Через год отца перевели с Дальнего Востока в Среднюю Азию, но заканчивал он службу уже на черноморском побережье Северного Кавказа, да так там и осел, ещё за пять лет до окончания службы купив дом в городе моей юности, в котором я закончил школу и откуда уехал поступать в училище погранвойск.
   До города своей юности и затем бандитской молодости я добрался быстро, всего за двадцать пять минут. Погода там стояла такая же солнечная, как и в Москве в последние дни, но было намного теплее, юг всё-таки. Минут сорок я летал над городом поражаясь тому, что не вижу следов своих "коллег". Это успокоило меня и я направился к дому родителей, стоящему в полукилометре от моря. Там я внимательно огляделся и выяснил, что отца дома нет, а мама занимается стиркой. Бесшумно приземлившись в саду, я задумался. Мама развешивала бельё буквально в нескольких шагах от меня и вся моя эльфийская магия не показывала ровным счётом ничего колдовского, что было бы наложено на её сознание. Зато я прекрасно видел, что Тамара действительно капитально зарядила её здоровьем и жизненной силой, за что был ей благодарен.
   Мама, развесив бельё, ушла в дом и я наконец решился снять с себя заклинание невидимости и тоже вошел в большую, остеклённую веранду, всю заплетённую виноградом. Увидев меня, мама вздрогнула, потом обмякла и села на стул. Она была одета в синий с желтыми ромашками халат без рукавов и выглядела много моложе своих шестидесяти двух лет. Взгляд её был очень печальным. Улыбнувшись, я подошел и поцеловал её в щёку:
   - Привет, мамуля. Дед на работе?
   Она со вздохом кивнула:
   - Час, как ушел. Он сегодня во вторую смену трудится. - взяв стул, я сел напротив и мама горестно вздохнула - Серёжа, это, наверное, и есть тот самый день, когда я должна тебе всё рассказать?
   Ободряюще улыбнувшись, я сказал:
   - Мам, запомни, я твой сын, а Данилка мой родной брат, но ты действительно должна рассказать мне о ней и о том, почему отец так ничего и не узнал от тебя. Ты ведь знаешь, он у нас умеет хранить только государственные тайны, а всё остальное давно бы уже рассказал. Хотя как знать, про такие вещи обычно не рассказывают. Да, вот ещё что, мам, я давно уже всё знаю и про свою настоящую маму, и про то, кем она была. Я такой же, как она и особенно мой настоящий отец. Ой, прости, мамуля, вы мои настоящие родители, но и они тоже, просто так уж всё вышло, что и они, и я не простые люди.
   Мама дрожащим голосом спросила:
   - Кто ты, сынок?
   - Понимаешь, мама, в нашем мире помимо обычных людей живут ещё и такие, которые в глубокой древности получили от Богов в дар способности к колдовству и магии. - моя мама была учительницей истории, а потому я мог ей рассказывать всё надеясь на то, что она поймёт меня правильно - Представь себе, это были наши, славянские Боги. Правда, вместе с теми, о ком я говорю, в ваш мир, то есть на Землю, проникает ещё и зло, имеющее колдовские силы, так что я воин, который сражается с ним. В общем я волк-оборотень и к тому же не простой и даже не знаю, радоваться этому или нет...
   Мама посмотрела на меня очень пристально и прошептала:
   - Неужто ты в самом деле король Сережень? - и тут же принялась извиняться, - Серёженька, ты уж прости меня, но когда я попросила, чтобы в твоей метрике написали Сережень, на меня тут же накричали и сказали, что такого имени в русском языке нет и поэтому мне пришлось назвать тебя Сергеем.
   Так, выяснилась ещё одна любопытная деталь. Хотя я видел, что маме всё же трудно говорить об этом, всё же попросил:
   - Мама, расскажи мне как всё случилось? Пойми, это очень важно для меня и особенно Насти. За внучку не волнуйся, она в полной безопасности, да и за меня тоже не беспокойся, но у нас обоих сейчас далеко не самый лёгкий период в жизни. Возможно, что я получу от тебя ответ не только на вопрос, кто мои родители, но и куда более важную информацию, которая мне сейчас очень нужна.
   - Серёжа, я ведь в любом случае поклялась твоей матери рассказать тебе всё. А теперь слушай, сынок. Когда я поехала с заставы на "Уазике" в Биробиджан, то уже через два часа у меня отошли воды и потому я стала умолять водителя разворачиваться и ехать в Новое, хотя мы уже проехали Ленинское, но там тогда даже медпункта не было. Зато в Новом был фельдшерско-акушерский пункт и в нём работала очень хорошая женщина-фельдшер. Она иногда даже наших пограничников лечила. Когда мы туда приехали, то там уже была одна роженица, причём очень странная. Она пришла одна, полуодетая и почти босиком, в каких-тог онучах вместо обуви, а ведь была уже зима, хотя снега ещё не навалило по самые крыши. Так вот Серёжа, я начала рожать первой, а она рядом, на кушетке за занавеской лежала, но мне её было хорошо видно. Твоя мама была даже моложе, чем я и очень красивая. Волосы тёмные, длинные и густые, лицо чистое, а вот одета она была чуть ли не в лохмотья. А потом начался сущий ужас, мальчик мой. Родила я Данилку легко, но он вскрикнул разочек, захрипел и сразу же затих. Вот тогда-то всё и началось. Дарья Семёновна и медсестра Катя, которые стали делать моему сыночку искусственное дыхание, замерли и встали, как вкопанные. Я лежу, а у меня крик из души рвётся. Я ведь сразу поняла, что мой сынок умер. И тут твоя мама встала, подошла ко мне и говорит: - "Татьяна, поклянись мне, что примешь моего сына в свою семью и воспитаешь его, как родного и тогда я вдохну жизнь и силы в твоего сына". Знаешь, Серёжа, в её голосе было столько мольбы и страха за своего ребёнка, что я тут же поняла - она не шутки со мной шутит и я тогда чуть ли не закричала: - "Душой своей клянусь, что буду любить твоего сына больше, чем своего Данечку, только вдохни в него жизнь!" Мы ведь уже договорились, что если родится сын, то назовём его Даниилом в честь моего деда, на войне погибшего. Тогда твоя мать, Серёжа, забрала из рук Дарьи Семёновны Данилку и выдохнула на него серебряное сияние и он тотчас ожил. Ожил и сразу же стал таким крепеньким и румяным, что я вся так и обмерла. Твоя мама завязала ему пуповинку, погладила её пальцами и мне моего сына правой груди, после чего сказала: - "Теперь настал мой черёд родить короля Сережня, Татьяна". А дальше и вовсе нечто странное произошло. Твоя мама, Серёжа, присела на корточки и родила тебя со счастливой улыбкой на лице. Потом она точно также обработала его пуповинку, дохнула на него своим серебряным дыханием, приложила его к моей левой груди и тихим голосом так сказала: - "Таня, ты не будешь знать горя со своими детьми. Они никогда не будут болеть и оба вырастут сильными и отважными, только моему сыну на роду написано быть ещё и воином, чтобы стать однажды королём. Назови его Сережнем, подруга, и помни, рано или поздно он придёт к тебе и спросит, кто его мать, тогда ты скажешь, что меня зовут Забава и отца его звали Радогордом Световидом и передашь ему всё то немногое, что я сумела сберечь для своего сыночка. Эти женщины будут теперь думать, что ты родила двойню, а про меня они даже и не вспомнят. Помни о своей клятве, Татьяна и если ты сбережешь моего сына сейчас и вырастишь его, то ждёт тебя долгая жизнь без хворей и болячек. Если воины твоего мужа найдут меня убитой, то скажи ему, чтобы меня не закапывали сразу в землю, а положили в каком-нибудь месте на сено или солому хотя бы на одну ночь, но только не на землю". Потом твоя мать сделал что-то надо мной и я стала себя чувствовать, словно бы и не рожала. Твоя мать, Серёжа, привязала к моей руке небольшой кожаный мешочек, который сняла с шеи, и вышла прямо через стену. Через двое суток на люду Амура пограничники нашли её мёртвой среди каких-то непонятных следов. Там словно огромная змея по снегу ползала, но горло у неё было перегрызено волком. Я тогда уже на заставе была, ведь как только она ушла, Дарья Семёновна и Катя меня сразу же поздравлять стали с тем, что я родила двойню, хотя по мне этого было не сказать. Как только я приехала, то сразу же сказала твоему отцу, чтобы он удвоил посты, а когда твою мать нашли убитой, то криком кричала, но всё же заставила положить её на ночь на сеновале, но сначала обмыла её тёплой водой пополам со своими слезами, перебинтовала шейку и надела на неё своё самое лучшее платье и тёплую вязаную кофту. В ту же ночь она исчезла, хотя к сараю и был приставлен часовой...
   Как только я это услышал, нервы у меня не выдержали. Рухнув перед мамой на колени, я схватил её за руки, прижался лицом к её тёплым ладоням и зарыдал. Слёзы брызнули у меня из глаз ручьями. До этого раза я рыдал только над телом Оленьки в морге, да и то приглушенно, ведь неподалёку стоял следователь, который пригласил меня на опознание и держал на руках Настеньку, но тогда всё было совсем иначе, ведь я уже не надеялся увидеть её никогда. Теперь же в моей душе загорелась искра надежды. Как знать, может быть те тайные колдуны, жившие все эти годы на Земле, забрали тело моей мамы только для того, чтобы положить её в дубовую домовину? Если так, то у меня был шанс увидеть её живой после многих лет смертного сна. Как только я подумал об этом, мои рыдания, как обрезало. Поцеловав маме руки, я встал и, держа руки над её головой, выпустил из них серебряное сияние с такой силой, с какой только мог. Мама заулыбалась, облегчённо вздохнула и сказала:
   - Серёженька, мне стало так легко на душе, словно твоя мама жива. Сыночек, я ведь никогда не заставляла себя любить тебя. Ой, Сёрёжа, я сейчас принесу тебе тот мешочек. Я ведь в него так ни разу и не заглянула и даже не знаю, что в нём лежит.
   Мама ушла, а я, наконец, начал мыслить здраво, а не как разобиженный на весь мир кретин. Если род Световида не пресёкся в далёком прошлом, значит на Земле, в России, всегда скрывались от чёрных змеев колдуны и колдуньи, иначе откуда тогда Световиды брали бы в жены девушек? Значит именно их я и должен разыскать в первую очередь потому, что уж им-то в отличие от меня точно угрожает смертельная опасность. Вместе с тем во мне снова стало нарастать глухое раздражение по поводу Царицы Тамары. Если бы я пришел к моей второй маме сразу после того, как эта чёртова колдунья открыла мне глаза, всё могло бы пойти по другому. Это раздражение я всё же решил в себе подавить, так как вспомнил о том, что всем колдунам и оборотным заморочили голову джины. Вот с этих старых интриганов мне следовало спросить по полной программе.
   Вскоре пришла мама и принесла мне старый, весь иссохший и потому жесткий кожаный мешочек размером с мою ладонь и толщиной в три пальца. Первым делом я обнюхал его и уловил среди прочих запахов тот, который обязательно приведёт меня к моей первой маме. Это я понял сразу же. Это был немного горьковатый запах то ли мускуса, то ли какой-то пряности. Какими-то очень уж сильными колдовскими свойствами мешочек не обладал, но это ещё ничего не означало. Да, небогатым было моё наследство, но я бы отдал всё, что имею, лишь бы моя первая мама имела хоть малейший шанс на воскрешение. Надо будет попытать Ирицу на этот счёт, а то я так до сих пор и не понял, как обстоят дела со второй жизнью колдунов и колдуний. С нами, волками, всё куда проще, мы если погибаем в бою, то навсегда. Хотя Ратмир, кажется, может вернуться в этот мир, вот только будет он при этом тем, прежним королём Ратмиром?
   Для того, чтобы добраться до содержимого маминого мешочка, сплющенного и жутко усохшего, мне пришлось пустить в ход сначала эльфийскую магию и та быстро не только размягчила почти окаменевшую кожу, но и сделала его почти вдвое больше и я смог достать то, что в нём лежало. Это были: квадратный серебряный медальон с древнеславянским символом Световида на кожаном ремешке; костяной гребень для волос, на котором были изображены кони и солнце, тоже символы этого Бога; три листа пергамента с неровными краями, исписанные славянскими рунами, их я не смог прочитать; затем еще один лист пергамента с картой, которую я сразу же узнал, так как на ней был указан путь к тому убежищу, которое я и так уже нашел; серебряное зеркальце; а также бронзовый ключ и мне ещё только предстояло найти тот замок, который им можно открыть.
   Повесив на шею медальон, от которого теперь исходила немалая колдовская сила, я сложил всё остальное в мешочек и также повесил его на шею. Хотя мне и хотелось задержаться в доме родителей, дела неудержимо звали меня в путь. Я встал и, виновато улыбаясь, подошел к маме. Вздохнув, я попросил у неё прощения:
   - Мама, прости, что я так долго не давал о себе знать. За последние несколько месяцев столько всего произошло, что у меня просто голова кругом пошла. Прости, но мне нужно срочно улетать.
   Моя вторая мама погладила меня по щеке:
   - Я понимаю, Серёжа, ведь ты стал теперь королём, хотя как раз в это мне поверить труднее всего.
   - Мам, я родился королё, - вздохнул я и пояснил, - а вот становиться им отказался наотрез и был прав. Если бы я сделал это, то тем самым натворил очень много бед. Передай привет отцу и скажи ему, что я его очень люблю, хотя он терпеть не может телячьих нежностей. И вот ещё что, скажи ему, что лейтенант Морозов все эти восемнадцать лет был в строю и каждый день сражался с врагами пострашнее, чем те, которые так и не смогли меня убить. Он ведь до сих пор дуется на меня за то, что я в бандиты подался, только знаешь, мам, я ведь не был бандитом. Я и тогда защищал людей от зла.
   Мама перекрестила меня, хотя в кого-кого, а в Иисуса Христа я давно уже не верил, так как тот был самым обычным магом, причём иудейским, а я и сейчас не верю ни одному их слову. Мама вышла вместе со мной в сад, я сделал скутер видимым, сел на него, поднялся в воздух на метр и исчез. Она даже не удивилась этому, а только заулыбалась, чему я совсем не удивился. Мне ведь удалось влить в неё свой серебряный свет и как только отец вернётся, то любая его половина передастся ему. Хотя моя королевская магия была совсем простой, в ней тоже имелись свои тонкости и теперь, когда у меня на шее висел медальон Световида, она сделалась ещё сильнее. Поднявшись в воздух на высоту в два километра, я полетел в сторону Краснодара.
   Мне нужно было срочно встретиться с Ирицей, а лететь к ней с пустыми руками было с моей стороны полным свинством. Поэтому я помчался вперёд на максимальной скорости и, проскочив через два потусторонних мира, через десять минут подъезжал к Колхозному рынку. Там я добрых два часа заполнял продуктами две громадные корзины, купленные там же на рынке. Когда они стали совершенно неподъёмными, я пошел на стоянку и поскольку за мной никто не наблюдал, применил магию своих остроухих друзей, чтобы принайтовать корзины к скутеру. Ещё через полчаса я влетел в то самое убежище, которое дожидалось меня столько лет и было рассчитано на куда большее число постояльцев, чем у меня было близких друзей. Думаю, что не спроста. Едва я въехал в него, с низу немедленно прибежала Ирица и, увидев корзины, недовольно поморщилась:
   - Сережень, поверь, я прекрасно обошлась бы и одними консервами. Неужели у тебя нет других дел, чтобы отвлекаться на меня?
   Взяв в руки корзины, я ответил:
   - Не волнуйся, я прилетел потому, что мне срочно нужна твоя помощь. Ирица, ты знаешь язык праотцев?
   - Конечно знаю, - ответила колдунья, - я ведь имею два высших колдовских образования и к тому же доктор исторических наук. Поэтому я и работала в библиотеке главным научным сотрудником.
   - Вот и хорошо, - заулыбался я, - а то у меня даже со старославянским языком проблемы.
   Мы спустились вниз. Снаружи смеркалось и если бы Ирица не зажгла колдовские свечи, то в убежище было бы не видно ни зги, но только не мне. Впрочем у колдунов тоже ведь прекрасно развито ночное зрение. Тем не менее со светом всё же было гораздо лучше. Хотя моя гостья и выразила недовольство моими заботами, первое, что она сделала, это взяла большое спелое яблоко. Мне сказали, что этот сорт называется макинтош, но для меня что хлеб, что яблоки всё одно, не еда, а так, одно расстройство. Мясо, вот это еда и потому я тоже достал из корзины большой кусок сырой говяжьей вырезки и, чуть ли не притопывая от нетерпения ногой, стал с громким клацаньем откусывать от него большие куски и проглатывать не прожевывая. Колдунья, глядя на меня, быстро съела первое яблоко и взяла второе, говоря:
   - Можешь не стесняться меня, Сережень. Ты волк и потому любишь мясо, зато я обожаю красные яблоки. Как ты узнал, что я люблю именно такие? Хотя знаешь, земные яблоки вкуснее чем те, которые выращены в Явьем мире. Нашим чего-то всё же не хватает.
   - Как я узнал, что ты любишь именно эти яблоки? - рассмеялся я отхватывая очередной кус ароматного мяса - Очень просто, по запаху. Я ведь волк, Ирица, и остаюсь им даже превращаясь в человека. Поэтому, когда я ходил по рынку, то когда набрёл на эти яблоки, то сразу же понял, что они выращены с заботой и к тому же без какой-либо химии, а ещё я сразу же вспомнил, что и от тебя пусть совсем чуть-чуть, но всё же пахло яблоками сорта макинтош.
   Беря третье яблоко, колдунья улыбнулась:
   - Только у нас в Карачарах их называют ярилиными яблоками.
   Вскоре мы перекусили, хотя два килограмма отличной говядины, да ещё сырой, мне хватит дня на два, и подсели к столу. Я достал из-за пазухи кожаный мешочек, а из него три листа пергамента и протянув их колдунье-библиотекарше, спросил улыбаясь:
   - Хотелось бы мне знать, что тут написано?
   Та взяла листы в руку, округлила глаза и воскликнула:
   - Король Сережень, где вы это взяли?! Это ведь написано мало того, что на языке Древних Богов, так ещё и судя по всему рукой Световида. У меня просто сердце в пятки ушло. Это же... - Махнув рукой не в силах ничего сказать, Ирица стала читать древний текст и на её глазах появились слёзы. Подняв на меня глаза, она прошептала: - Король Сережень, первый король Ратмир был сыном Световида. Выходит, что вы больше, чем король.
   Предупреждающе подняв руку, я проворчал:
   - Но-но, без глупостей, Ирица. Так или иначе, все люди дети Древних Богов. Поэтому не надо делать поспешных выводов относительно меня, я всего лишь воин-волк, способный оборачиваться человеком и не более того. Ты можешь прочитать это послание?
   Ирица протянула мне листы и напряженным голосом сказала:
   - Только первые две строчки, король Сережень. В них написано следующее: - "Никому кроме сына моего не читать сего. Лишь он вправе знать, что должно сбыться". Честно говоря, я просто не смогу прочитать остальной текст. Ты не знаешь языка богов и потому способен видеть эти руны, а передо мной, как только я в них начинаю вглядываться, они прыгают, словно живые и горят огнём.
   Кажется я зря летал к своим родителям. Хотя это ещё как сказать. Я достал карту, на ней тоже было что-то написано, и спросил:
   - А эти каракули ты Световида ты сможешь прочитать?
   Ирица взяла лист пергамента и без помех прочитала:
   - В этом убежище, подготовленном мною для моего сына, он сможет набраться сил и если тому суждено, то снова станет человеком. - пожав плечами, она добавила - А вот эти строки вообще не были заколдованы и я, честно говоря, не понимаю, почему твои предки не скрывались в нём от чёрных змеев.
   Почесав затылок, я высказал такое предположение:
   - Наверное потому, что никогда не заглядывали в этот гаманок, который моя настоящая мама отдала в руки моей второй мамы. Сегодня я был у неё и она рассказала мне историю моего рождения, Ирица, и это была очень печальная история. Моя мама была убита чёрным змеем уже через двое суток и сейчас меня больше всего интересует только одно, через сколько лет после своей первой смерти колдуньи снова оживают? Тело моей мамы было одето, её шейка, в которую вцепилась та хищная тварь, перебинтована, после чего моя вторая мама одела её в самую красивую свою одежду и положила на сеновале пограничной заставы на сено. Ночью тело моей мамы бесследно исчезло. Сама понимаешь, Ирица, унести её могли только колдуны и колдуньи и потому я не успокоюсь, пока не найду, где она спит.
   - Сережень, сначала ты должен найти и убить тех чёрных змеев с волчьими головами, - порывисто сказала колдунья, - только в этом случае твоя мама сможет проснуться. Скорее всего на её шее уже не осталось даже следов от волчьих клыков. Извини, конечно же не волчьих, а той мерзкой твари. Как тебе удалось извлечь листы пергамента из колдовского кошеля самого Бога Световида?
   - Да, наверное именно поэтому моя мама и её сородичи не смогли найти этого убежища, Ирица. - со вздохом сказал я и яростно прорычал - Ну, Световид, не дай того Род, чтобы я с тобой повстречался. Я тебе всю твою бороду без наркоза выдерну. - взяв себя в руки, я выпростал из-под рубахи его медальон, чем заставил колдунью испуганно отшатнуться, выложил из колдовского гаманка всё, что в нём лежало помимо какой-то древней инструкции, и спросил - Ирица, что ты можешь сказать на счёт этих вещей? Если верить сказкам, то расчёска может превратиться в лес, зеркальце в озеро, но во что тогда превратится медальон с символом Световида и этот амбарный ключ? Кстати, на счёт кошеля Световида. Я смог открыть его только благодаря эльфийской магии. У магов-эльфов есть одно отличное заклинание, которое сможет размягчить даже гранит, если его, конечно, обработали с помощью какой угодно магии или колдовства. В общем оно придаёт чему угодно первоначальную форму. Эльфы таким образом запасают себе еду впрок, а первоначально этот гаманок был таким усохшим,
   Колдунья посмотрела на меня с укором:
   - Сережень, ты уже не мальчик, чтобы так шутить с древними святынями. - взяв в руки последовательно гребень, зеркальце и ключ, она повертела в руках каждую их эти вещиц и ответила - Сказки рассказывают детям, а в этих вещах сокрыта ничуть не меньшая колдовская сила, чем в тех сказочных подарках, но я думаю, что ни о лесе, ни об озере тут не идёт и речи. Относительно гребня и зеркальца я ничего тебе не скажу, тебе самому придётся определить их истинное предназначение, а вот ключ, похоже, тебе пригодится только тогда, когда ты приведёшь сюда навьего волка. Думаю, что только он сможет найти ту дверь, которая им заперта. Про печать Световида я тебе так скажу, Сережень, это мощный колдовской оберег, но он же и маяк, по которому тебя увидят издалека как твои друзья, так и враги. Поэтому тебе лучше снять его с себя и положить его в колдовской кошель.
   - Так я только этого и добиваюсь, - усмехнулся я, - может быть тогда эти твари сами меня найдут. Вот тут-то мы и посмотрим, чьи клыки острее и кто кого ненавидит сильнее.
   Ирица недовольно покрутила головой:
   - Сережень, не буди лихо, пока оно тихо. Тебе сейчас не о битве с этими чудовищами нужно думать, а о Настеньке. Пойми, всё было действительно предопределено. Абсолютно всё. Даже то, что ты усвоишь уроки эльфийской магии. Неужели это не наталкивает тебя на мысль, что тебя специально подводят к чему-то? Я долго думала над твоими словами и теперь считаю, что ты был полностью прав, отказавшись стать королём и дело тут даже не в том, что предсказал Род. Не короли должны всё решать, а сами люди. Ты ведь в любом случае останешься королём-волком, но если ты не станешь править людьми, то они будут просто вынуждены думать головой и принимать решения. С меня ты снял все мороки джинов, но хватит ли у тебя сил, король Сережень, снять их со всех людей? А ведь колдовской морок это не такая уж непреодолимая сила. У джинов он был построен на том, что подавляющее большинство колдунов и оборотней мечтало о втором короле. Сейчас они все пребывают в растерянности. Как же, король Сережень мало того, что отказался ими править, так ещё и наслал понос на сопляков, а матёрых волков-воинов загнал против их воли в волчьи шкуры и наслал на них злющих блох. Как только ты вернёшь к жизни дух короля Ратмира и это ещё не факт, что он непременно вернётся к нам в своём прежнем обличье, как только уничтожишь чёрных змеев, кем-то пестуемых и людям станет окончательно ясно, что их короли остались в прошлом, то все мороки сами собой развеются. В общем я не знаю, король Сережень, что ты должен делать в первую очередь, а что во вторую, но одно могу сказать тебе с полной уверенностью, тебе на то и дана голова, чтобы придумать, как выбраться из той ситуации, в которую тебя загнало пророчество Рода. Ты в первую очередь должен бороться с ним и это твоё самое главное испытание.
   Натянуто улыбнувшись, я проворчал:
   - Ирица, согласись, как ни крути, всё равно выходит так, что это именно от меня зависят судьбы людей, а я ведь даже не человек.
   - Глупости! - Сердито воскликнула Ирица - Ты в первую очередь человек, Сережень, а всё остальное это лишь те способности, которые переданы тебе по наследству. Вспомни, кем ты был до того дня, как была убита чёрным змеем твоя Оленька. А ведь она и в самом деле восстала против негласного древнего запрета искать тебя. За это и поплатилась жизнью, а всё то, о чём тебе говорила Тамара, сплошная ерунда. Те пятеро магов и колдунов, которые восстали против воли Рода, были всего лишь жалкими глупцами и всё, что они сделали, это позволили джинам надеть на колдунов дополнительные шоры. Да, именно тебе придётся разгребать все эти кучи древнего хлама и окаменелого дерьма, но ведь ты, а не все остальные люди, рождён королём оборотнем и, как мне кажется, никому из твоих предков не было суждено заняться этим. Поэтому иди и сражайся, король, но не за корону, а за жизнь своей мамы, жены и дочери. И за свою собственную тоже. Если ты победишь, то вместе с тобой победят все люди и колдуны вместе с оборотнями, а они тоже точно такие же люди в конечном итоге, только им ведомо колдовство. Да, они не знают о том, что ты сражаешься за их свободу, но ведь именно люди дают тебе для этого силу, а значит они сражаются вместе с тобой.
   Немного подумав, я снял с шеи медальон и положил его вместе со всеми остальными реликвиями в кошель, но уменьшать его с помощью обратного заклинания не стал, а то мало ли что из этого получится. Посмотрев с улыбкой на Ирицу, я шутливо сказал:
   - Слушаюсь, товарищ командир. Разрешите отправиться сражаться с врагами?
  

Глава 9

Крепость навьего волка

  
   Вволю наевшись сырого мяса, я решил заночевать в убежище, а потому пожелал Ирице спокойной ночи и отправился в давно облюбованную каменную горницу с камином. С собой я прихватил лишь двухлитровую пластиковую бутыль молока. Колдунья, как знала, что я вернусь и постелила мне постель, так что я сразу же затворил за собой каменную дверь, разделся, выпил полбутыли молока и завалился спать, но вскоре понял, что не усну. Было слишком рано. Световидов колдовской кошель прилип к груди, словно родной и приятно согревал меня. Вот что значит древняя магия Богов. Минувшим днём, едва взглянув на карту, я сразу же определил, что на ней, в самом верху, прямо под рунами, справа, показано место нахождения уже открытого мной древнего убежища. Не так далеко от него находился древний город славянских колдунов - Аркаим. Он тоже был указан на этой карте, но даже не это было главным.
   На карте, довольно скупой на подробности, была ведь изображена гораздо большая территория, практически весь Южный Урал и тут меня осенила догадка. За каким лешим Световиду было рисовать её, если она не указывала путь от одного убежища до другого? В Аркаиме я бывал и не нашел там ни одного подземного убежища, зато я никогда не был в тех местах, которые лежали гораздо южнее, к западу. На карте ведь легко угадывался Южный Урал и река Урал, которая до Орска текла вдоль земной параллели, а за этим городом под прямым углом поворачивала к северу и текла почти вдоль меридиана. От истока Урала до горы Дальний Таганай было рукой подать. Стоило мне только подумать о карте и поднести руку к кошелю Световида, как она сама выпрыгнула из него мне в руку. Отлично, значит гаманок уже почувствовал, кто здесь его хозяин.
   Внимательно разглядывая карту в полной темноте своим ночным, волчьим зрением, которое у меня, в отличие от обычных волков было на зависть любым соколам и даже телескопам, я заулыбался. Вот ведь Бог, вот же пройдоха! Карта, словно ожила, и наполнилась множеством подробностей. Разглядывая её, я сразу же нашел в нижней, левой части искомое место. Река Урал с тех пор сильно изменила свое русло, это я определил сразу же, так наизусть помню практически весь глобус во всех деталях, но не это главное. На ней было отмечено ещё одно древнее убежище и оно находилось под большим обрывом почти напротив Оренбурга. Лететь туда на ночь глядя не имело смысла и решил отложить возможную встречу с его обитателями наутро.
   Думая о том, что найду в этом убежище, я уснул, а проснувшись чуть свет, умылся, допил молоко и через несколько минут летел в сторону Оренбурга. На этот раз я решил проверить, на что способно моё новое помело по части скорости и потому поднялся на высоту в семь километров. Чтобы не врезаться в какой-нибудь самолёт, я снова применил эльфийскую магию. К этому времени я уже догадался, что всего одной ночи вполне хватает, чтобы перезарядить свой организм и потом трое суток быть невидимым призраком. Тогда кроме колдовских и магических заслонов уже ничто не могло стать для меня препятствием. Помело летало быстро и потому уже через два часа я подлетал к Оренбургу. Ночью выпал снег и потому подо мной расстилалась заснеженная степь и всё было видно, как на ладони.
   Для начала я решил полетать над городом и сразу же убедился, что нашего брата в нём хватает, но все следы магических существ были сосредоточены внутри города и поблизости от него. Правда, бросив взгляд вдаль, я увидел крошечные, ярко-зелёные искорки, причём в том направлении, куда мне нужно было лететь. Через пятнадцать минут я был на месте и увидел с верхотуры, что это большая мусорная свалка. На её краю, там, где мусоровозы вываливают мусор, я как раз и увидел четыре отчётливых, свежих следа, которые шли в сторону убежища и четыре послабее, уже начавших увядать, от него к свалке. У меня сразу же сжалось сердце. Чтобы не попасть в поле зрения других колдунов, мои сородичи были вынуждены питаться отбросами.
   Как же я разозлился на себя за то, что не стал искать их сразу, но делать было нечего я снизился до высоты в двести метров и полетел к убежищу. Вот тут-то я и обратил внимание на ещё одну странность, от которой так ошалел, что чуть не свалился со скутера. Судя по магическому следу, все четверо "добытчиков" были колдунами, ведь он у них был цвета молодой, сочной зелени, освещённой яркими лучами солнца. Да, но при этом они не оставляли следов на снегу, а это уже говорило о том, что я встретился с собратьями, могучими, матёрыми воинами-волками. Признаться, даже мне не удавалось, обернувшись человеком, ходить по снегу вообще не оставляя следов. Пусть и совсем немного, но я всё же приминал снег и лишь приняв свой естественный, волчий облик следов не оставлял ни на снегу, ни на песке, ни на чём-либо ещё. Вообще никаких.
   Вскоре, приблизившись к убежищу примерно на километр, я увидел, как четверо мужчин примерно моего возраста на вид, которые несли по несколько больших пластиковых мешков и шли не только согнувшись, но и шатаясь, словно пьяные, быстро оглядев окрестности, вошли в камень. Это была какой-то не слишком высокий, но массивный холм, сложенный из песчаника. Под обрывом высотой метров в тридцать находился вход в убежище и я точно приметил это место и направился к нему. Больше всего меня беспокоила странная слабость четырёх воинов-волков, так как это было что-то совершенно невероятное и самое главное - непонятное. Будучи сам воином-волком, я не имею представления, что нужно со мной сделать, чтобы я после этого шел такой неуверенной, спотыкающейся походкой. Когда-то, когда был ещё даже не волчонком, а слепым щенком, весь израненный, прошитый насквозь пулями, я всё же бросился врукопашную, а с этими парнями явно случилось нечто ужасное и у меня заныло сердце.
   Подлетев поближе, я оставил скутер висеть невидимым, а сам вернул себе материальность и, стараясь не наследить, двинулся к входу в убежище, продолжая наддать, что же тут случилось, какая ещё беда навалилась на мою настоящую родню. Когда до входа осталось каких-то семь метров, из камня вышла девочка лет десяти, но такая, что у меня так и обмерло сердце. В ней я сразу же узнал если не лярву-матку, то существо очень на неё похожее, отчего мне сделалось немного не по себе. Тем не менее я быстро взял себя в руки и пристально, но без злобы и ненависти посмотрел на неё. Девочка имела очень миленькое личико и тёмно-русые волосы, но была одета в какие-то нищенские лохмотья, чем уже не походила на лярву-матку, но зато всё остальное говорило мне, что это она превращает людей в магических существ и что внутри неё живут три молодые лярвы.
   Больше всего меня поразили глаза девочки, огромные, синие и очень печальные. Они быстро заполнились слезами и девочка, прижав к груди свои тонкие, чуть ли не прозрачные ручки взмолилась:
   - Волк, прошу тебя, не убивай моих деточек. Они не такие, на которых ты охотишься. Они такие же, как ты и другие колдуны и колдуньи. Мы не причиняем никому зла.
   Вот тут уже мои глаза наполнились слезами и я, упав пере девочкой на колени, едва сдерживая рыдания прошептал:
   - Милая, я не причиню вам вреда, ведь вы моя родня. Понимаешь, я ваш, я король Сережень и нашел вас.
   Девочка удивлённо ахнула:
   - Ты наш король? Но как же я тогда не узнала тебя, Сережень?
   Девочка приблизилась ко мне, она тоже не оставляла на снегу следов, и протянула руку к моему лицу. Желая доказать ей, кто я такой не на словах, а на деле, я быстро расстегнул молнию ветровки, затем пуговицы на рубахе и, показав родинку, сказал:
   - Смотри, вот моя королевская отметина. Тебе ведь она известна. Поэтому не бойся меня, милая. Я, наконец, нашел вас.
   Глаза девочки радостно заблестели и она улыбнулась, но куда больше её заинтересовала не моя родинка, а кошель Световида, который я отодвинул рукой в сторону. Протянув руку, она прошептала:
   - Волшебный кошель стал большим. Значит ты действительно обрёл королевскую силу, Сережень? Ты поможешь моим деточкам и деточкам моей сестрицы, король? Исцели их, пожалуйста. Как только пропала твоя дочь, невеста Световидова, они все заболели и становятся день ото дня всё слабее и слабее.
   Вот тут я не выдержал и застонал от внутренней боли и досады на себя, идиота. Мне сразу же стало ясно, что именно через Настеньку Световид вливал магическую энергию в моих сородичей. Через силу улыбнувшись, я кивнул и чуть ли не прохрипел пересохшим ртом:
   - Конечно, милая, я сделаю всё, что ты только скажешь, но сначала позволь мне слетать в город и принести вам чистой еды, а не тех огрызков, за которыми мои братья ходили на свалку. Много я на себе не смогу за один раз принести, но постараюсь взять побольше. Скажи мне, матушка, как тебя зовут?
   - Снежана, - ответила девочка и попросила, - Сережень, позволь мне прикоснуться к волшебному кошелю Световида.
   Не снимая кошель с шеи, я протянул его той, которая, как я уже понял, могла превращать людей в колдунов, колдуний и не только в них, но, похоже, что ещё и в оборотней. Наверное я правильно сделал, что назвал её матушкой, ведь хотя Снежана и выглядела, как десятилетняя девочка, лет ей могло быть уже и под сотню, хотя всё же вряд ли. Она положила ручонки на кожаный кошель, ставший мягким и эластичным, и облегчённо вздохнула. Я видел, как девочка наполняется магической энергией, исходящей из него, и как розовеют её щёчки. Прошло минут десять и она тихо сказала:
   - Сережень, если тебе не трудно, принеси волкам мяса, малым деткам молочка, а нам хлебушка. Если ты захочешь, то в волшебный кошель Световида много всего поместится. Хотя пять грузовиков. Той силы, которую я впитала, мне хватит, чтобы принести им облегчение и твои братья и сёстры не будут стонать от боли.
   Улыбнувшись, улыбка у меня вышла очень грустной, я кивнул:
   - Я быстро, Снежана. Жди меня не позднее, чем через два часа. Скажи мне, как поместить что-либо в этот кошель?
   - Сережень, ты просто положи руку на эту вещь и пожелай, чтобы она оказалась внутри него, - ответила девочка.
   На какие-либо закупки у меня не было ни времени, ни денег, а потому я решил просто ограбить пару складов. Делать это в Оренбурге было нежелательно и потому я отправился через Явь и Пекло в Челябинск, где не так давно, всего года два назад, закупал консервы для своего убежища. Там, используя эльфийскую магию, я прошелся по нескольким складам, как Мамай по Руси, сметая с полок одежду и выгребая из холодильников продукты питания и действительно загрузил в волшебный кошель пусть и не пять, но три "Камаза" со всем, что только могло понадобиться моим сородичам. Назад я вернулся даже немного раньше и как только сбросил магическую маскировку, повеселевшая Снежана бросилась мне навстречу из каменной стены и потащила меня в древнее убежище.
   В нём передо мной предстала грустная картина. Пройдя метров тридцать по тоннелю, мы вышли в большом, круглом гроте, окруженном вырубленными в песчанике комнатками. В гроте собрались все обитатели этого подземного поселения, всего четыреста тридцать семь мужчин, женщин и детей. Женщин было немного, на двадцать шесть душ, больше. Хотя Снежана и подбодрила их, все они выглядели не просто нездоровыми, а смертельно больными и измученными. И как это только они меня дождались. Надев на себя медальон, я хотел было начать с детей, но женщины попросили сначала влить серебряное сияние в их мужей и мне пришлось подчиниться. Когда я покончил с целительством, то принялся вытаскивать из волшебного кошеля свои гостинцы. Больше всего повеселели воины-волки, ведь я принёс им много отличной свежезамороженной говяжьей вырезки.
   Зато колдуньям я притащил целых полсотни ящиков с яблоками и много чего другого. Одежды я тоже набрал достаточно много, но она в данный момент никого не интересовала. Все, особенно волки, набросились на еду и я понял, что они очень долго сидели на голодном пайке, отчего мне снова сделалось стыдно. Зачем я только увёз Настеньку с Земли? Нет, наверное, меня специально подвели к этому, чтобы ослабить моих сородичей. После того, как я влил в них колдовскую силу они ели так жадно, что у меня слёзы на глазах навернулись, но они всё равно были ещё слабы и еда их точно не подкрепит. У них даже не было сил, чтобы говорить и они лишь благодарно кивали мне, а у меня не было слов, чтобы их утешить.
   Покушав, они рухнули спать, где сидели и, видя, как сон разглаживает их лица, я хоть немного утешился. Мне нужно было срочно отправляться за Настенькой и именно об этом спросила Снежана:
   - Сережень, ты сможешь вернуть Настеньку на Землю. Если она не вернётся, то они все погибнут.
   - Смогу, Снежана, - твёрдо сказал я, - и сделаю это очень скоро, но мне всё же нужно сначала поговорить с тобой. Ты сможешь ответить на мои вопросы, матушка?
   Когда я снова назвал девочку матушкой, она заулыбалась. Наверное её тут все так называли, хотя она и выглядела девочкой. Снежана кивнула мне и ответила своим тоненьким голоском:
   - Конечно, Сережень, ведь ты о нас ничего не знаешь. Пойдём в мою комнатку, там и поговорим. Дай мне только взять пряник, молочка и красное яблочко, Хотя я и матушка-магурка, мне тоже нужно кушать, иначе я ослабну и никогда не стану человеком, а мне так хочется отдать троих своих деток и начать расти.
   Про крылатую деву Магуру я многое знал, но вот о том, что существуют ещё и магурки, не знал ничего. Да, по всей видимости мои сородичи обладали многими древними, сакральными знаниями, о которых больше никому не было ведомо. Снежана взяла пакет молока, тульский пряник, большое красное яблоко и мы пошли в её комнатку, где сели за каменным столом. Сначала я подождал, пока девочка покушает, она тоже ела жадно, но особенно ей хотелось молока, и только потом задал ей самый важный для меня вопрос:
   - Снежана, где мне найти навьего волка?
   - Сережень, тебе не надо его искать, - ответила магурка, - он здесь, на другом конце нашего подземного дома, сидит за каменной дверью, ключ от которой лежит в Световидовом кошеле. Это подземная крепость навьего волка, Сережень, а мы все его защитники. Больше половины наших волков-воинов потомки тех, кто защищал в далёкие времена Забаву. Они спешили на помощь королю Ратмиру, но не успели, но так им было на роду написано.
   - Понятно, - кивнул я, - тогда где я смогу найти чёрных змеев, чтобы уничтожить их? Поверь, это моя самая главная задача.
   - Нет, король Сережень, - улыбнулась Снежана, - это всего лишь одна из твоих задач. Их расплодилось уже очень много, наверное тысяч пять, но они ещё не вошли в полную силу и потому редко вылезают на поверхность. Старые змеи последний раз выходили из своей пещеры больше года назад, чтобы убить подруг твоей жены. Один ты с ними не справишься. В бой должны пойти все воины-волки, а вместе с ними тот человек, который примет в себя навьего волка, после чего поможет тебе и другим воинам-волкам уничтожить чёрных змеев и тогда станет вторым сыном Световида и мужем твоей дочери.
   Последняя новость заставила меня глухо проворчать:
   - Так, ещё один незваный жених объявился. Убью гада.
   Магурка звонко рассмеялась:
   - Нет, Сережень, это долгожданный жених Настеньки. Он сразу пришелся ей по сердцу, только она об этом тебе не сказала. Ты должен найти его и если он сам, по своей воле отважится принять в свою душу навьего волка, чтобы сразиться с чёрными змеями, значит так тому и быть, но до того ты должен будешь привести ко мне своих приёмных родителей и молочного брата, он ведь так до сих пор только потому бобылём ходит, что ему суждено стать воином-волком.
   Услышав про это, я дрогнувшим голосом спросил:
   - Снежана, вы спасли мою маму?
   - Да, Сережень, я спасла свою сестрицу Забаву, - ответила девочка, - а вот твой отец и ещё двадцать семь воинов-волков погибли в той проклятой пещере, куда наши воины спускались каждые пятьдесят лет, чтобы не дать змеям размножиться и войти в полную силу. Такова была их судьба, но по-другому нельзя было с ними бороться. Зато Чубакра тоже не вошла в полную силу и потому не может захватить Навий мир. Так и летает, словно привязанная, вокруг Чёрной горы. От неё даже больше вреда, чем от них, ведь она проглатывает магурок, а потом выплёвывает лярв, а ты хорошо знаешь, что это за твари. Ты с ними много лет сражался. Так уж было суждено Родом. Обычные воины-волки сражались с лярвами-матками, лярвами и архами, а те, которые таились от всех, скрытно сражались с чёрными змеями, которые пришли в наши миры из какого-то другого мира и привели с собой Чубакру-невидимку. Теперь только ты можешь всё изменить, король Сережень, а никому другому это не под силу, но начать ты должен не со сражений. Ты должен вернуть на Землю свою дочь и ввести её в подземный дом Световида. Только после этого ты сможешь открыть перед её избранником ту дверь, за которой ждёт своего часа навий волк, но он сам должен на это отважиться, а Настенька лишь скажет тебе, в кого она влюблена.
   Обстановка мало помалу прояснялась. Мне только было интересно, почему моя мама ушла когда-то так далеко от убежища и я, помолчав пару минут, всё же отважился спросить:
   - Снежана, как же так получилось, что моя мама родила меня так далеко от убежища? Тебе, наверное, было нелегко перенести сюда дубовый гром с её телом?
   Матушка-магурка вздохнула:
   - Сережень, Забава целых пять лет искала твоих приёмных родителей и ты сам понимаешь, живи они поблизости, ей бы не пришлось уходить так далеко и она осталась бы жива, но тогда и ты не обрёл бы королевской силы. Так было суждено. Не все потомки короля Ратмира погибали в змеевой пещере, которая находится прямо под могилой Чингисхана. Некоторые прожили даже по двести и триста лет, ведь иногда, пусть и не часто, но те воины-волки, которым выпала честь сразиться с ними, возвращались живыми, пусть и не все. Только я не переносила сюда гроб. Он спрятан там, на Дальнем Востоке в надёжном и неприступном месте и если ты уничтожишь Чубакру, то твоя мама и моя сестра оживёт. Шестьдесят лет назад только мы вдвоём смогли ускользнуть от неё и с тех пор к нам не прилетали юные магурки. Хотя я первой нашла только что умершую девочку и оживила её тело, твоя мама раньше меня отдала двенадцать народившихся в её теле магурок. Только поэтому я так и ношу в себе трёх своих деточек. Двум суждено стать воинами-волками, а третьей колдуньей.
   Что же, такая перспектива мне нравилась. Во всяком случае теперь я понял, почему Данила так до сих пор не женился. Кивнув, я улыбнулся и ободряюще сказал:
   - Снежана, я обязательно уничтожу эту тварь, какой бы невидимой она не была. - немного замешкавшись, я всё признался - Понимаешь, я способен видеть след, который оставляют после себя любые существа, имеющие магическую силу или порождённые на свет благодаря магии или колдовству. Так во мне преобразилась эльфийская магия. Скажи мне, кроме чёрных змеев и этой Чубакры кто-нибудь ещё проник в древности в наши миры и связаны с ними хоть как-то джины? Мне ведь нужно теперь распутать множество узелков и потому я хочу знать всё, что знаете вы, мои сородичи.
   Снежана задумалась на пару минут и ответила:
   - Джины, Сережень, дети Рода. Когда-то они были богами, но их изгнали из того мира, в котором они жили и Род приютил их в Пекельном мире. Сначала они были просто его помощниками, но почему-то решили, что им по силам стать богами и их отец пошел им навстречу. Они и сейчас мечтают снова стать богами, но их время уже прошло. В том мире, где они когда-то жили и думали, что правят всем, маги достигли таких высот познания, что научились оборачиваться чёрными огнедышащими драконами. Вот они-то и изгнали джинов, а потом стали требовать, чтобы Род сделал их властителями вселенной, но этого хотели не все люди-драконы, а лишь немногие. Вот им-то Род и предложил, нет, даже не сразиться с колдунами Земли, а сыграть с ними в игру, но в такую, в которой в том числе им пришлось и сражаться. Правда, потеряв своё прежнее обличье и превратившись в чёрных змеев. Волки-воины ведь прежде всего люди, а чёрным драконам запрещено сражаться с людьми, иначе они погибнут, ведь у них есть слабое место, их огненная глотка. Брось в неё камень и чёрный дракон взорвётся. Те первые десять тысяч драконов, которые пришли в Явий мир, чтобы сразиться с королём Ратмиром и его ратью, почти все погибли и до наших дней дожили лишь четверо из них. В том мире, откуда они родом, их проклинают, ведь из-за них разразилась страшная война и погибло много тех людей-драконов, которые хотели жить мирной жизнью. Люди-драконы, мечтающие о власти, бывали здесь не раз, но никогда не задерживались надолго. Они боятся наших воинов пуще огня, но мне кажется, что джины всё же как-то связаны с ними, хотя это именно они их изгнали. Хотя сил у джинов немало, они стараются взять своё хитростью.
   Вот теперь мне очень захотелось встретиться с Гешей. Возможно, что он действительно мне друг, но я задал ещё один вопрос:
   - Снежана, что ты можешь сказать об эльфах?
   - Эльфы... - улыбнулась девочка, - эльфы мудрый и древний народ, Сережень. Наши колдуны встречались с ними не раз и ещё очень давно договорились, что они передадут тебе все свои магические знания, а они у них велики. Ту, часом, не к ним отправил Настеньку? - я кивнул и Снежана заулыбалась - Вот и хорошо. Стало быть они научили тебя своей магии и твоя наука оплачена. Что же, значит мы не зря мучились. Было бы намного хуже, спрячь ты свою дочь у гномов или того хуже, у людей-драконов. Вот это было бы опасно.
   У меня ёкнуло сердце и я спросил:
   - А это не страшно, что с нею там находится двадцать шесть драконов? Они ей ничем не навредят? И что это за плата, которую эльфы затребовали с моей Настеньки? Если узнаю, что они там её охмуряют и хотят, чтобы она вышла замуж за кого-нибудь из них, честное слово, я им всем отгрызу их длинные уши.
   Снежана рассмеялась:
   - Ох, и крут же ты, король Сережень! Не волнуйся, им от Настеньки вовсе не это требуется, хотя влюбись твоя дочь в эльфа, они бы её тотчас провозгласили своей императрицей. Нет, всё гораздо проще. Эльфы ещё в древности знали, что дочь короля Сережня, который рано или поздно появится на Земле, будет обладать великой колдовской силой и уже только тем, что проживёт в их лесу четыре месяца, преобразит его полностью, а вслед за этим преобразятся эльфийские леса во всех остальных мирах, где живут эльфы. Правда, тогда у них могут появиться мысли о власти во Вселенной Рода. Ох, уж, эта высшая власть. Всем она нужна. И джинами, и эльфам, гномам, и драконам, даже люди, которые ничего о ней не знают, и те мечтают о высшей власти, словно в ней весь смысл жизни заключён. А ключ к ней находится в твоих руках, Сережень. Вот мне и хочется знать, что ты будешь с ним делать? Кому ты её отдашь, эту высшую власть? Или может быть захочешь себе оставить?
   Мне уже давно стало ясно, что вся эта буча связана прежде всего с тем, кому достанется высшая власть и я с улыбкой ответил:
   - Успокойся, Снежана. Высшая власть никому не достанется по той причине, что джины сами себя перехитрили. Им было сказано Родом, что если они нахлобучат на мою голову корону Ратмира, то моя Настенька станет женой одного из урюков. Как я понял, самого молодого среди них, и тогда они смогут вить из меня верёвки и первое, что сделают, начнут торговаться со всеми остальными, кто домогается этой власти, и выторговывать себе всякие права и привилегии. Вот только они забыли о том, что я король-волк и без всякой короны потому, что мне было суждено родиться потомком Световида. Поэтому корона мне не нужна ни даром, ни с большой доплатой, и, уж, тем более, я никогда не стану добывать её ценой счастья своей дочери. Если она действительно влюбилась в какого-то парня и тот достоин её, то тогда всё в руках Рода. Если её избранник любит Настеньку и ради неё согласится принять в свою душу навьего волка, значит они поженятся. Если нет, грех на душу возьму, но этого не допущу. Девичьи слёзы высохнут быстро и она рано или поздно найдёт такого парня, который точно будет её достоин. Мне почему-то не кажется, что навий волк возьмёт и развеется, как утренний туман. Подождёт ещё несколько лет, сидя взаперти, а я здесь, при нём в качестве охранника поживу потому, что счастье дочери это очень важно, но и про короля Ратмира я ей тоже никогда не позволю забыть ради какого-то смазливого труса, в котором нет ни капли ничего мужского.
   Девочка, сидевшая передо мной, милое, очаровательное дитя с удивительно мудрыми и глубокими глазами, вся так и просияла:
   - Сережень, именно эти слова я мечтала от тебя услышать. Род, затеяв эту игру, сделал так, чтобы в его Вселенной не было войны между народами, ведь все они дети его. Джины сами предложили ему эти условия, даже не подумав о том, что далеко не все люди стремятся к власти и в этом была их самая большая ошибка.
   Улыбнувшись в ответ, я уклончиво сказал:
   - Снежана, к власти ведь можно стремиться по разному. Мне не нужна королевская власть над людьми и, тем более, высшая власть во Вселенной. Но в то же время мне очень многое хочется изменить к лучшему, но сначала я разберусь с теми, кто убил моих родителей, а до того убивал моих сородичей и предков, включая короля Ратмира. Как только с этим будет покончено и джины окончательно поймут, что они проиграли ещё не начав эту дурацкую игру, я найду, чем мне заняться и поверь, ты будешь первая этому рада. Хорошо, Снежана, кое-что мне стало ясно, а всё остальное я узнаю позднее. Сейчас самое главное как можно скорее вернуть Настеньку на Землю. Полагаю, что я могу забрать из эльфийского леса всех её друзей и поселить их в убежище Световида? Или ты на этот счёт имеешь иное мнение?
   - Именно так ты и должен сделать, Сережень, - сказала матушка-магурка, - там ты и спросишь дочь, в кого она влюблена, но потом тебе придётся как-то исхитрится, но сделать так, чтобы этот парень сам примчался в наше убежище. Ты же сможешь только показать ему дорогу, да ещё вручить ключ и повесить на шею оберег Световида. Гребень и зеркальце ты оставишь Настеньке. Её суженый ведь в волка превратится, а чтобы он человеком стал, она должна будет гребнем Забавы-Первой провести по его шерсти на голове и дать ему поглядеть в зеркальце. Вот тогда он увидит тех, с кем должен сразиться. Думается мне, Сережень, что эльфы захотят послать с тобой отряд своих воинов. Запомни, их не должно быть больше двадцати семи и я не удивлюсь, если и люди-драконы мечтают сразиться со своим древним злом, причинившим их народам столько зла. Ещё с тобой захочет пойти в бой Твердыня, которого ты знаешь, как Сидора Семёныча. Его отец бок о бок сражался с королём Ратмиром, так ты его тоже обязательно возьми в дом Световидов. А как быть с остальными друзьями, то это пусть Настенька сама решает.
   Вздохнув, я спросил:
   - Снежана, вы всегда были рядом со мной?
   - Нет, не всегда, Сережень, но в тот день, когда ты сражался на границе, наши волки-воины тебе тайно помогали. Потом, когда ты согласился работать на Тамару, вот ведь вредная баба, нам стало легче. Хотя характер у Тамары не из лучших, она всё же разрешила Твердыне поселиться у тебя и у нас отлегло от сердца. Он-то про нас ничего не знает, зато мы про него всё знаем. Ему ты можешь доверять полностью. Ты, уж, прости, но мы в Москву даже не заглядывали, чтобы нас не обнаружили. Но когда ты стал воином-волком, то нам уже было не о чем беспокоиться. Тебя твоя королевская кровь защищать стала.
   На этом мы и попрощались. Вот теперь мне многое стало ясно и хотя я был готов разговаривать со Снежаной и остальными своими сородичами хоть целый месяц, мне нужно было срочно отправляться за дочерью. Только поэтому я и покинул подземную крепость навьего волка. "Когда-нибудь здесь будет музей." - подумалось мне, когда я взмыл на скутере в небо. Сразу же позвонив Рино и попросив эльфов собраться у меня дома и пригласить туда Гешу, я помчался в Москву. До столицы я добирался переходя из одного мира в другой пользуясь обычным колдовским мороком невидимости, а за несколько километров до неё исчез со всех колдовских "радаров" и, влетев в свою квартиру, пронёсся по ней, как буря. Мои друзья, которые, как оказалось, имели "двойное дно", понурив головы сидели в "тусовочном зале" дочери с бокалами коньяка в руках перед низким столиком. Одну бутылку "Мартеля" они уже оприходовали и откупорили вторую. Проявившись перед ними, я сказал вместо здравствуйте:
   - Ну, кто будет рвать на себе волосы и посыпать голову пеплом первым? Уже решили или будете тянуть жребий.
   Делли, Кор и Лидо радостно заулыбались. Они были всего лишь воинами и лучшими друзьями Рино. Зато бывший владыка сначала горестно вздохнул, а потом принялся бурно возмущаться:
   - Хорошее дельце! Серый, ты мне это брось. Если ты у нас такой юный, то это вовсе не означает, что мы должны забыть все прожитие нами годы. Поэтому, парень, мне прекрасно известно, какую именно клятву дал твоим предкам мой папаша и то, что он давно уже отошел от дел и курит бамбук, ровным счётом ничего не меняет. Нам было велено передать тебе все наши магические знания, что Фано и сделал в самом лучшем виде. Твои предки поклялись, что Звезда Леса за это воссияет в наших лесных трущобах, замученных короедами и прочими вредителями, и ты их клятву исполнил также в лучшем виде. Если у тебя могут быть какие-то претензии, то только не ко мне, а к этому недоделанному разведчику, но и он всего лишь исполнял приказ своего императора и потому был вынужден всё это время прикидываться гномом. Представь себе он даже не рыжий, оказывается, а брюнет.
   Геша поднял на меня глаза и слабо улыбнувшись, сказал:
   - Серёга, честное слово, я никогда не замышлял против тебя и Насти никакого зла. Мне было приказано умереть, защищая тебя и твою дочь от этих свихнувшихся уродов, магов-ренегатов. Правда, император приказал мне ещё найти на Земле их логово, но это он погорячился. Я же не мог разорваться пополам - охранять Настеньку и одновременно лазать по подземельям, причём неизвестно где.
   Не говоря больше ни слова, я сдал назад, слез с помела, и, подтащив кресло к столику, на котором стоял ещё один, пустой бокал, налил в него коньяка почти доверху и сел. Мне было очень радостно узнать, что я могу полностью доверять этим парням. Однако, радость радостью, а попить им кровушки всё же следовало и потому, выпив одним глотком половину коньяка я усмехнулся:
   - Господа, ваши трудности волнуют меня в последнюю очередь. Меня куда больше интересует совсем другое. Кто тут первый в очередь за властью во Вселенной Рода?
   Рино опередил Гендиара:
   - Только не эльфы! Серёга, мы мирный народ, можно сказать прирождённые экологи и потому нас кроме нашего леса больше ничто не интересует. Теперь, когда Настенька преобразила лес Алвиара, эльфы перестанут чураться друг друга и станут единым народом. Поверь, мы сумеем договориться с людьми. Нам ведь отныне есть что предложить им и уже сейчас на Алвиаре люди это поняли.
   - Нет, вы только посмотрите на этого эколога с луком! - возмутился Гендиар - Вот уж кто действительно мирный народ, это мы, люди-драконы и нас кроме науки и магии точно ничто не интересует, особенно власть над другими людьми. Бредни этих ублюдков, которые сговорились когда-то с джинами, однажды уже вышли нам боком и повторения той войны никто не хочет. Поэтому, Серёга, успокойся, и лучше расскажи нам, что ты узнал за последние дни такого, отчего у тебя рожа такая многозначительная. Рино говорит, что ты нашел навьего волка, но что-то по тебе не видно, чтобы ты с кем-то сражался.
   - Вот же болван! - взорвался всегда спокойный эльф - сколько раз тебе говорить, что навий волк не враг Рыжему!
   Чтобы ещё больше запутать друзей, я спросил дракона:
   - Геша, кто такая Чубакра и как её можно уничтожить?
   Гном-дракон подскочил из кресла, как ужаленный, повёл плечами, провёл руками по лицу и сделался не таким широкоплечим, как прежде. Лицо его практически не изменилось, но кудлатая, нелепая бородёнка исчезла и он сделался загорелым брюнетом. Кивнув, он суровым тоном заявил:
   - Король Сережень, я готов сразиться с этой гнусной тварью. Хотя её невозможно увидеть, ты только скажи, где он находится и я найду его на ощупь. - поймав мой сердитый взгляд, он наконец стал отвечать - Чубакра это не совсем точное название, Серёга. На самом деле это чудовище, порождённое предками тех уродов, которые развязали войну в наших колониях, называется Чубаа-э-Краан. Это магическое существо перерождения, дракон-призрак. Если человек-дракон угодит в его пасть, то обратно он выплюнет его чудовищем, чёрной, хищной змеёй, которая будет служить Чубаа-э-Краану и тем, кто его создал. Эти змеи размножаются делением и даже не нуждаются пищей. Их питает зло в любом своём проявлении.
   - Ты не сказал, как уничтожить этого Чубчика, Геша, - улыбнулся я другу, - а про то, что ты хочешь прославиться, можешь мне даже не рассказывать. Кстати, не волнуйся на этот счёт, уже очень скоро я предоставлю тебе возможность сразиться с чёрными змеями с волчьими головами, а пока что расскажи про дракона-призрака.
   Гендиар налил себе полный бокал коньяку, торопливо выпил его и, сверля меня взглядом, спросил:
   - Где они, Серёга? Их нужно срочно выжечь, они смертельно опасны для людей, а с Чубаа-э-Крааном можно будет разобраться и позднее. Если убить всех змей, то он перестанет быть невидимым, а дальше уже дело техники. Он ведь превратится тогда в обыкновенного дракона и к тому же не самого большого.
   Как только речь зашла о технике уничтожения драконов, я хотел было сказать про камень в драконьей глотке, но всё же промолчал, так как о таких вещах не стоит болтать. Вместо этого я сказал:
   - Хорошо, это всё не к спеху. Мне всё равно нужно будет сначала подготовить моих воинов-волков к бою с ними, а для этого я первым делом должен привезти Настю на Землю.
   Рино сразу же забеспокоился:
   - Серёга, а это не опасно? Пойми, эти чёрные твари могут ведь напасть на то место, где она будет находиться. В нашем лесу к ней даже муравей не подберётся, а здесь, на Земле, я этого не могу гарантировать. Тем более, что ты снова будешь где-то мотаться по своим королевским делам не ставя нас ни о чём в известность.
   - Не волнуйся, Рино, там, куда я отведу Настюху, ей ничто не будет угрожать. - Сказал я со вздохом и всё же пояснил - Для того, чтобы заплатить вам за мою науку, Рино, четыре с лишним сотни моих сородичей всё это время мучились от боли и сейчас так ослабли, что еле передвигают ноги. Всё, что можно, я уже для них сделал, но если Настенька не появится на Земле в самое ближайшее время, то их мучения станут ещё нестерпимее.
   Эльфы, услышав это, побледнели, а Геша, наоборот, покраснел гневно прорычал:
   - Так вот вы какую плату получили? Ну, всё, я весь этот ваш эльфийский лес спалю к чёртовой матери!
   - Не спалишь, - одёрнул я дракона, - их лес теперь сам какого угодно врага спалит зелёным огнём. В нём ведь целых четыре месяца с гаком жила сама Звезда Леса, моя дочь, между прочим.
   Эльфы дружно вскочили на ноги и Рино крикнул:
   - Так чего мы тогда здесь болтаем? Делианд, быстро открывай портал прохода прямо к священному ясеню! - Повернувшись ко мне, Ринодиар сказал: - Король Сережень, все мои лучники будут сражаться с тобой бок о бок в этом бою.
   - Мои драконы тоже! - взревел ещё громче Гендиар - Тем более, что это наша битва, а то, что она произойдёт на Земле, ровным счётом ничего не означает. Мы отправились бы сражаться с ренегатами даже на солнце. Делли, копуша, ты откроешь, наконец, этот чёртов портал или мне самому этим заняться?
  
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"