Абоян Виталий: другие произведения.

Древо войны

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 7.04*12  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В Сети притаилось Нечто. Кому-то оно по нраву, кто-то видит в нем угрозу. А кто-то просто делает то, что должен. Кто победит и будут ли победители? Опубликовано ЭКСМО 2010. КНИГУ МОЖНО НАЙТИ В ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНАХ. КНИГА УДОСТОЕНА ПРЕМИИ "СТАРТ" 2011

 []




НЕ ВЫХОДЯ ИЗ ДОМА, КНИГУ МОЖНО ПРИОБРЕСТИ:

На ОЗОНЕ
Доме Книги МОСКВА
в Московском Доме Книги
на OZ (Беларусь)
в Лабиринте
в БОЛЕРО



Любые совпадения имен героев с реальными людьми являются случайными. Существующая на самом деле компания Мацушита электрикс не имеет к описываемым событиям никакого отношения. Во всяком случае - пока...

1. 23 марта. Токио, пятьдесят восьмой этаж здания Мацушита электрикс.

Двери скоростного лифта мягко, почти бесшумно разъехались в стороны. Снаружи царил серо-голубой полумрак. Убранство помещения было вызывающим в своем аскетизме. Особенно в сравнении с шикарной отделкой лифта, изобилующей дорогими сортами дерева, зеркалами и натуральной позолотой.

Джордж Карнер покинул уютное пространство лифта. Он заметил, что нервно теребит штанину, одернул себя, но спустя секунду гладкая синтетическая ткань делового костюма снова сминалась под не находящей покоя рукой. Собственно, нервничать было от чего - на этом этаже лифт никогда не останавливается просто так. На щитке нет даже кнопки с надписью "58". То, что это был именно пятьдесят восьмой, Джордж знал точно. Он уже бывал здесь раньше. Когда приступил к работе над своим проектом. Вернее, ему разрешили это делать. Так Джордж смог получить доступ к оборудованию, о котором и мечтать не мог. И платили очень неплохо. Да что там говорить - хорошо платили. Он носил дорогую одежду, обедал в дорогих ресторанах, даже смог купить себе квартиру в кредит. Именно квартиру, с прихожей, гостиной, спальней и кухней. Не просто ячейку для ночлега. Практически дворец, в одном из самых престижных районов Токио.

Однако в этот раз его позвали сюда неспроста. Все, что было нужно для успешного продвижения проекта, сообщили во время первого визита на пятьдесят восьмой этаж. Насколько он знал, сюда еще никого не звали, чтобы похвалить за отличную работу.

Тихий, на грани слышимости, шорох закрывающихся дверей лифта заставил Джорджа вздрогнуть, показавшись грохотом. Тут же вокруг сделалось еще темнее. Огромный зал подавлял пустотой. Блестящий пол из натурального дерева прямыми идеально подогнанными друг к другу полированными досками уходил вдаль к прозрачной от пола до потолка стене. Большую часть зала занимал огромный длинный стол, сделанный, по всей вероятности, из того же сорта дерева, что и пол. У самой стены, на фоне серого токийского неба, возвышался темный силуэт. Человек сидел во главе стола. Хотя от того места, где стоял Джордж, до темного человека было не менее пятидесяти метров, ощущение превосходства силуэта над всем вокруг не покидало. Джорджу захотелось сжаться, забиться в какой-нибудь уголок, чтобы стать незаметным, но кроме стола в огромном зале не было ничего. Особенно раздражало отсутствие искусственного освещения.

- Чем вы можете это объяснить, Карнер-сан? - спросил человек за столом. Вернее, Джордж решил, что фразу произнес тот человек. На самом деле голос раздавался отовсюду, не было никакого конкретного источника звука. Черный силуэт на фоне окна даже не шелохнулся.

- Что, Мастер? - спросил Джордж. Он на самом деле не понимал, о чем идет речь. Его не предупреждали, зачем вызывали. Собственно, ему даже не сказали, куда его вызвали.

- Ведь вы отвечаете за безопасность проекта, не так ли? - снова задал вопрос голос.

- Да. Конечно, но, я не понимаю... - Джордж чувствовал, что говорит что-то не то. С этим человеком спорить не нужно ни в коем случае, не надо возражать ему. Но он не знал что ответить. Проект продвигался по плану, и ничего из ряда вон выходящего не происходило. Во всяком случае, по его данным.

- Ведь вы здесь как раз для того, чтобы понимать, не так ли?

- Да, конечно, мы делаем все возможное...

- Однако, часть файлов утеряна.

Наверное, выстрел в ногу произвел бы на Джорджа меньшее впечатление, чем эта фраза. Если часть файлов действительно утеряна, то он допустил непростительную оплошность. Теперь с ним сделают... Он даже не решился представить, что могут сделать за это. Но ведь он следил за системами безопасности, проверял все охранные программы сегодня утром и никаких следов взлома не обнаружил. Все данные были на месте. О чем тогда говорит Мастер?

- По моим данным... - начал Джордж робко.

- Ваши данные, мистер Карнер, меня совсем не интересуют. По моим сведениям в нашем главном проекте произошло несанкционированное копирование данных. Это недопустимо. - голос говорящего оставался столь же ровным и спокойным. Казалось, он просто констатировал факты, не имея в виду какого-то наказания в отношении Джорджа.

- Но, в моем проекте никаких сбоев не отмечено, - попытался возразить Джордж.

- Здесь нет никакого вашего проекта. Здесь есть только мои проекты. И не пытайтесь себе вообразить, что, работая в одной маленькой области, вы имеете о них представление. Копирование произошло в зоне главного проекта, однако, по моим данным вход был осуществлен через порталы, находящиеся в вашем ведомстве. Ведь это у вас охранные программы завязаны на казино "Осака". Не так ли?

- Да, Мастер. Я проверял, попыток взлома не было еще три часа назад.

- Я не говорил о взломе. Я сказал, что утечка данных произошла через порталы вашего ведомства. Восемь часов назад.

- Но...

- Ваша задача, Карнер-сан, выяснить, как такое могло произойти.

- Да, Мастер.

- В вашем распоряжении десять дней. Надеюсь, больше мы не увидимся.

С этими словами позади Джорджа снова распахнулись двери лифта. Он замер в ярком квадрате неонового света, льющегося из кабины, рассматривая в нерешительности свою вытянувшуюся на полу тень. Даже тень его выглядела жалко. У него не было никаких шансов.

- Вы что-то хотите сказать? - спросил человек за столом.

- Нет, Мастер.

- Тогда займитесь работой, ваше время уже пошло.

- Да, Мастер, я сделаю все возможное, - не веря в себя, сказал Джордж. Он, спотыкаясь, попятился в лифт.

Это был конец. Все, к чему он шел так долго, рушилось на глазах. То, что поручил ему Мастер, было по большому счету "сделай то, не знаю что". Пока он даже не мог предположить, как могла произойти утечка данных через его портал без применения взлома. Единственное, что приходило на ум - среди сотрудников затесался соучастник вора. Но это было совершенно невероятно. Сам Джордж к найму сотрудников не имел практически никакого отношения. Только дважды он порекомендовал людей, которых знал ранее как отличных специалистов, но и они прошли тщательнейший контроль службы безопасности Мацушита электрикс. Все остальные работники лаборатории появились без его ведома.

Конечно, он приложит все усилия, чтобы найти взломщика, но это означает, что ему придется остановить работы над его проектом. Чтобы не говорил Мастер, это был именно его проект. Саму идею он нашел еще в детстве, когда запоем читал фантастические романы. В некоторых произведениях прошлого, пятидесяти-шестидесятилетней давности, описывались устройства, чаще называемые биософтами, которые на биологической основе позволяли хранить и передавать информацию. Нигде не упоминалось о том, как эти биософты работали, но идея создания биологического носителя информации захватила десятилетнего Джорджа.

Он начал читать все, что мог найти по физиологии и биохимии мозга. Сверстники не разделяли его увлечений. В Джерси, где он жил в детстве с родителями, уважали силу. Физическую и силу хакера. Джордж во многих вопросах мог дать фору любому хакеру, однако его совсем не интересовали банды уличных и компьютерных хулиганов. Ведь многие из тех ребят даже особой наживы не получали. Ломали и портили все вокруг только из интереса.

Уже к пятнадцати годам Джордж разработал несколько теорий работы биологических носителей информации. Он создал в сети клуб, посвященный его проекту. Сначала он сам был единственным членом и посетителем клуба. Потом начали появляться другие энтузиасты. Правда, никто надолго не задерживался. И вот, четыре года назад, в клубе появился японец. Немолодой. Представился как Номата-сан. Очень интересовался разработками Джорджа. Рассказывал, что сам тоже задумывался над этой идеей, но таких результатов как Джордж не достиг. А потом, спустя пару месяцев Номата-сан предложил ему работу на Мацушита электрикс. Больше Джордж никогда не видел Номату-сана, но с тех пор работал на одной из самых престижных и высокооплачиваемых работ, в его распоряжении находились практически все мыслимые лабораторные мощности. С начала реализации проекта теории Джорджа претерпели некоторую эволюцию, и после нескольких неудач, наконец, стало возможным то, о чем он мечтал уже двадцать два года. Пока биософты работали коряво и не могли составить конкуренции обычным носителям информации. Но теперь, когда был ясен принцип работы устройства, разработаны биохимические основы передачи информации в нервных структурах человеческого организма, процесс улучшения качества биософтов должен был пойти с удвоенной, утроенной скоростью. Однако, если не удастся найти вора, это произойдет уже без участия Джорджа.

Не замечая ничего вокруг, Джордж вышел из золоченого лифта на семьдесят втором этаже, где располагалась его лаборатория. Не вынимая рук из карманов, он брел сквозь автоматически открывающиеся двери, глядя в пустоту перед собой и мысленно перебирая варианты вмешательства в созданную им самим систему безопасности. Кроме него безопасностью в проекте занималось еще двое сотрудников. Оба - наняты не по его рекомендации. Ничего об их личной жизни Джордж не знал. Он вообще редко интересовался личной жизнью сотрудников, поскольку своей не имел вовсе. Практически ничто, кроме проекта его не интересовало. Но, выбору компании он доверял. До сегодняшнего дня.

Размышления о том, проверять всю систему безопасности лично или же доверить информацию кому-нибудь из сотрудников, прервал достаточно чувствительный удар в лицо. Пытаясь увернуться, Джордж потерял равновесие и растянулся на полу. Это оказалась дверь из бронированного стекла, ведущая в его лабораторию. В отличие от остальных дверей коридоров и подсобных помещений, которые открывались автоматически в ответ на сигнал чипа, установленного у Джорджа под кожей на запястье, эта дверь требовала прикосновения ладони к сенсору для сличения отпечатков пальцев.

Сквозь стекло удивленно смотрели Дмитрий Ковальский и Тодд Скиннер, его сотрудники. Скиннер был как раз одним из тех двоих, что вместе с Джорджем следили за работой систем безопасности.

Ковальский подошел к двери и открыл ее изнутри.

- Что случилось, шеф? - спросил он, протягивая Джорджу руку.

- Все нормально, - ответил Джордж, - просто задумался. Спасибо.

- Начальство подкинуло новые идеи? - улыбаясь, спросил Скиннер.

- Примерно так, - сказал Джордж. Он решил не сообщать сотрудникам о несанкционированном доступе. Во всяком случае, пока. Сначала надо все разведать самому, просмотреть логи охранных программ. Да и вообще, присмотреться к людям. Вдруг кто-то выдаст себя. Хотя, в причастность своих людей к этому происшествию Джордж не особенно-то верил.

- Все в порядке, - успокоил он Скиннера, - рабочие вопросы. В целом, проект продвигается хорошими темпами. Кстати, что у нас со скоростью загрузки информации? Что-то сдвинулось или все также - надежно, но не спеша?

- Это вон, у Франца спросите. Он с кроликами колдует.

- Все отлично. Я ввел в биохимическую программу ваши вчерашние формулы - скорость возросла в восемь раз, - послышался голос Франца из соседнего помещения.

- Это очень хорошо, - сказал Джордж, но мысли его были заняты другим. Удастся ли ему и далее участвовать в проекте? Суждено ли увидеть в восемь тысяч, миллионов раз большую скорость, чем сейчас? Ведь в принципе, скорость обмена информацией с биософтами ограничена только лишь скоростью каскадных химических реакций мозга, а она безмерно высока по сравнению с быстродействием обычных электронных микрочипов.

- Знаете, уже вроде бы достаточно поздно. На сегодня я всех отпускаю, - сказал Джордж. - Франц, оставьте мне ваших сегодняшних кроликов, я хочу с ними поработать. Некоторые идеи появились.

- Что за идеи, шеф? - поинтересовался Франц.

- Потом, потом, - пробормотал Джордж, подталкивая Франца к выходу. - Сейчас мне надо все проверить самому, а то собьюсь с мысли. Завтра поработаем над этим вопросом вместе. На сегодня, прошу всех быть свободными.

В его голосе появились властные нотки. Они всегда появлялись, когда Джордж окончательно выбирал направление своей предстоящей работы. Сотрудники лаборатории знали, что в такие моменты перечить руководителю не стоит. Поэтому уже через десять минут в лаборатории никого не осталось.

Здесь, в основном помещении, разделенном на отдельные боксы два на два метра, располагались все рабочие терминалы компьютеров, подключенные в общую сеть Мацушиты. Сеть компании соединялась с глобальной Сетью только при необходимости. Такие строгие требования были введены из соображений безопасности. Так что, вне сеансов связи сервера Мацушиты с внешним миром попасть внутрь корпоративной сети не представлялось возможным.

Джордж обвел взглядом светящиеся экраны терминалов. На некоторых было заметно движение цифр и символов. Видимо работали системы обсчета формул и процессов.

На одном из столов вдруг зашевелись бумаги. Джордж от неожиданности застыл - только призраков здесь и не хватало. Хотя, в призраков Джордж не верил. Мистические мысли прервала маленькая белая остроносая головка, показавшаяся из-под пачки листов. Это был Маверик, мышонок Франца. Собственно, он давно уже вырос из детского возраста, но в коллективе продолжал считаться мышонком просто по привычке. Именно Маверик, тогда еще действительно мышонок, первым воспринял информацию с биософта. Фурор был неописуемый, и бедняге Маверику повезло, что в суматохе всеобщего ликования его не раздавили.

Сейчас мышонок стал ветераном в вопросах пользования биопрограммами. Отчасти самостоятельно, отчасти с помощью биософтов он изучил все устройство лаборатории. Франц даже пытался ему привить программными методами правила поведения внутри помещений и, хотя все говорили, что мышь он бестолковая и невоспитанная, Маверик достаточно неплохо уживался с людьми, совершенно не пользуясь клетками и не мешаясь в неподходящих местах.

- Маверик, ты меня напугал, - сказал Джордж, гладя мышонка по маленькой белой головке. - И вообще, почему ты лазаешь по рабочим местам?

Вопрос, конечно, был чисто риторическим. Мышонок, хоть и был ученым, но, все же, только среди мышей и научить его разговаривать было невозможно. Даже с помощью такого прогрессивного устройства, как биософт.

Джордж посадил Маверика на плечо.

- Ну-ка, пойдем, посмотрим, что твориться в нашем компьютере. - сказал он.

Но сначала он, больше машинально, чем обдуманно, пролистал бумаги, под которыми ползал Маверик. Какие-то схемы, квадратики, стрелочки. Это могло быть чем угодно, скорее всего, размышления над алгоритмом программы. Но одна вещь насторожила Джорджа. В нескольких местах схемы стрелочки были перечеркнуты крестиками с надписями "СБ". И в данный момент ни во что иное, кроме "системы безопасности" аббревиатура "СБ" у него в голове не складывалась. Терминал принадлежал Францу.

- Не уж-то ты сдал своего хозяина, Маверик? - спросил, скорее у самого себя, Джордж.

Может быть, ничего это и не значило. Не стоит делать преждевременных выводов.

Джордж аккуратно положил бумаги на прежнее место, решив завтра расспросить у Франца, что это.

Джордж отправился в свой кабинет. Включил терминал. На всякий случай открыл текущие данные. Подопытный кролик, принявший сегодня трансляцию биософта чувствовал себя великолепно, все жизненные показатели были в норме. Вывел на экран окно системы безопасности, белое полотно оставалось девственно чистым. По данным охранных программ никаких попыток вмешательства извне не было.

Он быстро набрал личный код и перешел непосредственно к системам безопасности. Сюда мог зайти только он. Быстрая проверка данных ни к чему не привела. Джордж и не надеялся что-то найти рутинными методами, тем более, что сегодня он эту процедуру уже выполнял. Как и каждое утро все четыре года существования проекта.

Итак, восемь часов назад, то есть ранним утром. Сначала надо бы проверить, кто в это время уже был в лаборатории. Так, список прибытия сотрудников. Первым пришел Франц. Как всегда - ранняя пташка. Вторым пришел сам Джордж. Он посмотрел время своего прихода на работу. Опять Франц. В момент взлома в помещении лаборатории был только он. Как-то не верится, что Франц мог быть предателем.

Впрочем, зная пароли, доступ к данным лаборатории можно осуществить с любого терминала в пределах Мацушита электрикс. Был ли кто-то в это время в здании? Да, опять, один только Франц и служба безопасности. Хотя, это еще ничего не доказывает, а только наводит на подозрения.

Теперь сами данные. Джордж провел несколько проверок - все сходилось, никаких изменений, никаких следов стороннего вмешательства. Как это возможно, пока не совсем ясно.

Мастер говорил об "Осаке". Именно в этом казино упрятан вход в систему из глобальной сети. Охранные программы при входе были в больших количествах и в очень мощном качестве. Требования безопасности компании диктовали необходимость ввода в систему охраны даже парализующих программ. Но до них еще нужно добраться. Нужно как минимум знать, что вход упрятан в программу, управляющую работой рулетки в казино. Об этом не знали даже работники самого казино. Никаких внешних признаков программа входа не проявляла, и найти ее, даже случайно просто невозможно. Джордж сам разработал эту уловку. Никому, кроме руководителей проектов не позволялось входить во внутренние файлы корпорации через глобальную сеть. Все указывало на Джорджа. Но ведь он этого не делал!

Оставалось найти того, кто сделал. Пока Джордж не знал, как, но он приложит все усилия, чтобы узнать. Он не позволит убрать себя из проекта. Из дела всей его жизни. Именно он изобрел биософты и он должен сделать возможным их использование.

Джордж подключил вирт-коннектор к разъему за ухом. Несмотря на наличие массы беспроводных технологий связи, приходилось пользоваться проводами, поскольку первые эксперименты с беспроводным подключением к сети закончились плачевно для людей, в коннект к которым подключились преступники и вывернули их мозги наизнанку. Когда-нибудь, Джордж надеялся, что достаточно скоро, провода будут не нужны. Биософты заменят их. Со временем, возможно, они заменят и саму сеть. Вернее, выведут ее на новый уровень.

Вход. Он в виртуальности. Здесь, в лабиринте программ безопасности, было темно и очень тихо. Здесь есть дверь. Джордж знает где она. Сторонний посетитель ее не нашел бы. Может быть, это удалось бы опытному хакеру. Но не сразу. К этому времени виртуальные стражи успели бы задержать нарушителя и вызвать реальную помощь.

Совершенно гладкие стены. Здесь... Джордж произнес кодовую фразу, и, осыпаясь бетонной пылью, на стене проявилась тонкая щель, окаймляющая дверь. Он толкнул дверь, но она не поддалась. Так и должно быть - сейчас внутренняя сеть отключена от глобальной. Выхода не существует физически. Здесь глухо. Никаких несанкционированных подключений.

Джордж проверил замки. В недрах сервера они являлись охранными программами, не позволяющими открыть дверь без ключа.

Джордж провел ладонью по шершавой поверхности. Пальцы оставили глубокие светлые полосы в толстом слое пыли. Эту дверь открывал он сам всего один раз, чтобы проверить. Четыре года назад, когда только создал ее. Тогда он успешно вышел в казино "Осака". В служебные помещения. Его появление было запрограммировано столь тщательно, что никто из работников казино не удивился, увидев его там. Потом он вернулся назад. В казино для него не было ничего интересного. С тех пор дверь никто не открывал. Виртуальная пыль оседала на ее поверхности и сейчас лежала никем не потревоженная. Пыль была еще одним из защитных механизмов. Точнее - устройством контроля. Если злоумышленник открывал дверь, он вынужден был оставить след на пыльной поверхности, как сделал только что Джордж. Он сам придумал эту простую, но действенную систему и даже сам не знал, как ее можно обойти. Виртуальная пыль полностью копировала все физические свойства нормальной реальной пыли, и открыть дверь, не оставив на ней следов, было невозможно. Можно было ее уничтожить, но это тоже след. Нет, через эту дверь никто не проходил.

Джордж двинулся дальше по коридору. Кругом потемневшие от сырости бетонные стены. Никаких признаков внешнего воздействия. Справа и слева от него появлялись двери. На них висели таблички с именами сотрудников лаборатории. Это были входы в их терминалы.

На бетонном полу, тоже достаточно пыльном, иногда попадались следы подошв. Больше всего их было около двери Скиннера. Это нормально. Скиннер занимался программами безопасности и ему положено здесь бывать. Несколько следов отчетливо виднелись у дверей других сотрудников, имеющих отношение к безопасности проекта. Внимание Джорджа привлекли совершенно свежие отпечатки возле одной из дверей. Следы появлялись у двери, уходили вдаль коридора и возвращались обратно. Этот человек прошел здесь один раз, шел явно целенаправленно, следы не петляли, не было видно признаков топтания на месте. Джордж посмотрел на дверь. "Франц Иоганес". Опять Франц. Неужели он? Один из лучших сотрудников. Неужели его купили? Жаль будет расставаться с ним. Но, сначала надо все как следует выяснить. Не годится обвинять людей без веских на то оснований.

Джордж двинулся вглубь коридора, следуя по следам Франца. Впереди показалась прозрачная, словно сотканная из паутины завеса. Довольно хлипкая преграда, скорее просто обозначение границы общего доступа, чем реальная дверь. За ней Джордж хранил личную информацию, которую не то чтобы скрывал от остальных, просто не считал нужным делиться непроверенными данными. Он любил сначала все проверить самостоятельно, а потом уже отдавать сведения в общую разработку.

Следы Франца вели сюда. Паутина реагировала на чип Джорджа и других не пропускала. Джордж подошел к медленно колышущейся завесе, мягкая тонкая ткань облепила его тело, а потом словно бы растворилась, и он оказался внутри своего виртуального кабинета. Помещение очень напоминало его реальный кабинет, только интерьер был еще проще. Небольшая комната, три на три метра, большое окно на одной из стен, за окном во всей красе представал величественный пейзаж с горным озером. Стол, хаотично заваленный различными бумагами, на столе компьютер, точно такой же, как и в реальном кабинете. Прямо в центре кабинета стоял офисный стул. Этот след оставил Франц, если, конечно, это он здесь был. Джордж всегда задвигал стул, когда выходил. Привычка, выработанная теснотой реальных помещений.

"Франц, Франц, зачем же ты ходил сюда? Зачем тебе понадобилось ломать мою паутину?", - думал Джордж. Он легко коснулся кнопки включения виртуального терминала, и плоский экран мгновенно засветился яркой картинкой заставки. Узнать какие документы открывались последними, не представляло никакого труда. Правда, столь же легко можно было и скрыть это. Нет, список цел. Джордж не помнил, с какими из документов он сам работал в последний раз, но можно проверить по времени открытия файлов. Так, вот этот файл открывался после его ухода. Нажатие на иконку, файл открылся. Джордж полистал страницы документа - вращающиеся формулы, наборы медиаторов, аннотации. Очередная разработка по биософтам. Ничего, собственно, секретного. Просто незаконченная работа. На одной из страниц ярким желтым пятном выделялся значок заметки. Странно, Джордж никогда не пользовался заметками, если возникала необходимость во временных записях, он писал прямо в документе, вокруг 3d моделей биософтов. Прикосновение к желтому ярлычку явило на экран текст записки:

"Милый шеф, прошу прощения за то, что вторгся в ваши владения, однако вас не было на месте, а данные понадобились срочно. Мне пришла в голову идея заменить третью ветвь нашего последнего биософта. Хотел свериться с вашими выкладками. Кое-что добавил. Пошел проверять на кроликах, завтра получу результат и доложу. Франц"

"Совсем уже разошлись, - думал Джордж, - милый шеф! Это надо же. Вот, хам"

На всякий случай Джордж проверил все наработки по системе безопасности, хранящиеся в его виртуале. В общем-то, никакой стратегической информации он не хранил в записях. Все действующие системы существовали только в активном состоянии и в его голове, иначе это уже не безопасность, когда кто угодно может залезть в твой компьютер и доподлинно выяснить, как все устроено.

Беглая проверка показала, что другие файлы никто не трогал. Францу нужно будет обязательно устроить выволочку. Интересно, что он там смастерил с третьей ветвью? Ну, третья ветвь - третьей ветвью, а лазить в кабинет шефа - это же вопиющее безобразие.

Внутри все чисто. Что и где искать дальше Джордж совершенно не представлял. Узнать, хотя бы, откуда были скачаны файлы. Тогда хоть как-то можно было бы попытаться проследить взломщика. Но, он отдавал себе отчет, что никто, конечно же, не расскажет ему о других глобальных разработках. Это ясно дали понять, сказав, что здесь нет никаких его проектов.

Волна страха и отчаяния снова накрыла его. Ему дали десять дней, а он даже не представлял, что делать, чтобы решить эту проблему. Наверняка, взломом занимались и другие, более осведомленные о глобальных проектах сотрудники. Возможно, они распутают это дело. Да, наверняка распутают. Им ничто не помеха. Эти, из отдела безопасности, не погнушаются ничем. Надо будет - так полмира сметут с лица Земли, но потерянное вернут. Но Джорджа в этом случае вряд ли оставят. Скорее он войдет в стертые полмира. Ну уж нет, он этого не допустит. Не позволит разрушить дело всей своей жизни. Это он придумал биософты, он создал их, чтобы там не говорил Мастер, и он будет продолжать работу над ними! Мы еще увидим Сеть без проводов.

Джордж резко поднялся, стремительно вышел из виртуального кабинета, не забыв, впрочем, задвинуть стул. Виртуальное пространство лаборатории не было особо большим, так что ему понадобилась всего минута, чтобы добраться до выхода в общую сеть компании. Немного поколдовав с превратным терминалом, Джордж вывел все записи о перемещениях через дверь. Если злоумышленник проник в сеть Мацушиты через его лабораторию, он должен был пройти здесь. Хотя, конечно, пользуясь программами взлома можно было пройти и через стену. Но пыль-то на стенах нетронутая.

Длинный, казалось бесконечный список логов, кодов, идентификационных номеров. Наметанному глазу Джорджа потребовалось пара минут, чтобы понять - никто посторонний через эту дверь не проходил. Он просто отказывался понимать, как такое может быть. Разумеется, можно обойти любую защиту, пробраться незамеченным, уйти - на то они и хакеры. Но не оставить совершенно никаких следов... это уже выше всякого понимания.

Джордж резко распахнул дверь и, влившись в достаточно оживленное движение виртуальных коридоров Мацушиты, отправился в офис службы безопасности.

2. 23 марта. Санкт-Петербург, частная квартира, бар "Три медведя".

Настя уплетала кашу, которую нашла в холодильнике, поглощала огромный бутерброд с какой-то сомнительной колбасой и чашку за чашкой выпивала мутную белую воду из водопровода. Все это она ухитрялась делать одновременно. Как же хотелось есть! Хотя, сначала хотелось посетить отхожее место так сильно, что о еде мысли не приходили. Все-таки она успела добежать до туалета.

Теперь хотелось есть. Даже после второй тарелки каши. Из чего она, интересно? Чувство голода никак не исчезало. Настя догадывалась, что объем желудка ограничен, но остановиться не могла. В начале третьей тарелки ее все же вырвало. Немного отдышавшись, она доела колбасу. Каши больше не хотелось. Хотелось какой-нибудь нормальной еды. Только сначала надо бы помыться, а то, того и гляди, не пустят в кафе.

Сколько же она провисела в этой ловушке? Похоже, что не один день. Что-то там, в Сети, происходило. Что-то необычное. Она это знала, чувствовала. Вот только, когда коннект, наконец, оборвался, в памяти остались только бессвязные обрывки воспоминаний, больше походившие на сказку. Словно дубиной по голове ударили. Ну, ничего, может голова отдохнет немного и вспомнит все что нужно. А пока нужно подкрепиться.

Она быстро приняла душ, с удовольствием постояв под упругими горячими струями, вытерла голову полотенцем, мимолетно глянула на себя в зеркало и, решив, что создавать прическу сегодня не обязательно, пошла одеваться.

На улице был вечер и, как обычно, загаженный питерский двор. Не любила она выходить на улицу сразу после посещения виртуальной реальности. Обычно осыпающиеся кусками штукатурки, густо размалеванные внизу аэрозольной краской и политые щедрыми потоками мочи стены, кучи мусора на разбитом асфальте, нездорово озирающиеся давно не мытые люди в подворотне наводили на Настю такую тоску, что хотелось войти в Сеть и не выходить оттуда уже никогда. Так было обычно, но не сегодня. Никаких больше сетей. Только свежая горячая еда.

Нырнув в темный тоннель выхода, она попала на неширокую улочку, уходящую к старой гранитной набережной. На другом берегу в узком проеме между домами блестел золотом купол Исаакиевского собора. Самый что ни на есть центр. Исторический. Жилье для малоимущих. Собственно, и жилья то тут практически не осталось, только несколько домов, неудобных под офисы. Зато все рядом - и банки, и корпорации, и рестораны. Но слишком уж они здесь дорогие, здесь поесть не получится.

На набережной дул прохладный вечерний ветерок. Туч на небе почти не было и все вокруг окрасилось в пурпурные цвета заката. Прямо открытка. Красиво, черт возьми. В пузатом стеклянном боку Невского банка ярким пятном отражалось закатное солнце, так что казалось, что закат происходит одновременно с восходом. Всунули все-таки этого стеклянного монстра сюда. Им волю дай - так все бы в центре снесли и настроили стеклянных небоскребов. Не могут, закон не позволяет. Хотя, плевали они и на закон. Видно японцам Питер приглянулся, вот и побаиваются.

Сначала она повернула направо, к станции метро. Но на метро - это долго. Ничего, по случаю второго, виртуального, рождения можно было и на такси раскошелиться. Тем более, что есть хотелось просто до колик в животе. Машина нашлась неподалеку. Густо-бордовая и заманчиво поблескивающая новеньким лакокрасочным покрытием.

- К Черной речки доедем? - спросила Настя, открыв дверь машины.

Водитель с неохотой оторвался от лицезрения последних новостей, в которых возбужденного вида девушка рассказывала о количестве обнаруженных сегодня в Питере трупов, и окинул критическим взглядом Настю. Впечатления богатой туристки, особенно - из Японии, она не производила.

- Деньги покажи, - сказал он.

Первым желанием было хлопнуть дверью и уйти, но есть хотелось все сильнее, аж голова кружилась, а в ближайших кварталах еще одного такси видно не было. Стиснув зубы, Настя вытащила из кармана пять тысячерублевых бумажек и швырнула их в направлении водителя. Тот аккуратно собрал деньги и принялся ощупывать и рассматривать их на просвет.

- Садись, - сказал он, не отрываясь от изучения купюры и махнув головой в направлении заднего сидения. - Куда на Речке то?

- К "Медведям", - ответила Настя, захлопывая за собой дверь. Водила на секунду оторвался от купюры и с удивлением посмотрел на девушку.

- Ну, к "Медведям", так к "Медведям", - пожав плечами, сказал он, и машина тихо отчалила от тротуара.

"Медведи", а точнее, бар "Три медведя", был местом широко известным в Питере, причем большей части населения из сводок о количестве трупов вот той возбужденного вида девицы. Здесь собирался весь цвет преступного мира. Как реального, так и виртуального. Ну, не свет, конечно же. Главари группировок и небожители виртуального олимпа сюда не ходили. Но все сделки, от простой, типа нагреть соседа на бабки, до глобальной, вроде недавнего падения базы данных американского DEA, исходящие из питерских коннектов, заключались именно здесь. Стороны не всегда находили общий язык, и дело часто доходило до перестрелок.

Настя водила знакомство с некоторыми хакерами, завсегдатаями "Медведей". Собственно, она и сама считала себя хакером. И даже имела некоторый авторитет среди профессионалов. Конечно, посвящать всю жизнь виртуальному воровству она не собиралась, но жить на что-то надо было. Да и чтобы вырваться в нормальную жизнь, неплохо было бы закончить физмат, на котором она со скрипом училась уже два года.

Именно там, в "Медведях", Настя познакомилась с Сашкой. Он, правда, предпочитал, чтобы его называли Свифт. Хакеры любили пользоваться англоязычными кличками. Причем не только в Сети, но и в жизни. Он, Сашка-Свифт, придумал и ей сетевой ник - Сикомора. Но нормальные человеческие имена ей нравились больше.

Именно Сашка и втянул ее в это приключение. Сказал, что были серьезные люди, просили за какие-то просто бешеные бабки стянуть у Мацушиты электрикс несколько файлов. Конечно, о неприступности мацушитовской защиты ходили легенды, но бабки предлагались настолько бешеные, что выгори дело - можно было бы навсегда завязать с хакерством. Она согласилась. Почему - трудно сказать. Наверное, дура была. Помутнение нашло на разум. Решила, что сможет переиграть мацушитовскую службу безопасности. Не тут-то было. Чудом спаслась. Причем, каким чудом - пока остается не ясным.

До "Медведей" из центра ехать минут сорок. Даже сейчас, когда основной поток машин хорошо устроенных в жизни граждан схлынул в их как на конвейере штампованные спальные районы. Машину изредка потряхивало, когда колеса перепрыгивали торчащие из асфальта и булыжника рельсы. Трамваи не ходили уже много лет, во всяком случае, Настя не помнила, чтоб она когда-то видела трамвай на улицах Питера, однако, странное дело, рельсы почему-то не разобрали. То ли денег городским властям жаль было, то ли для поддержания исторического вида. Неизвестно. Хотя, кому он теперь нужен этот исторический вид? Туристов приезжало все меньше и меньше. Только японцы с упорством паровоза прилетали целыми аэробусами, все фиксировали на видеочипы и спустя неделю-другую жизнерадостной толпой заползали обратно в аэробус и отчаливали на свои острова.

Город в этот час был пуст и уныл. Под мерное шуршание шин и мысли о японцах Настя задремала. Разбудил ее громкий возглас таксиста:

- Приехали, конечная.

- Поезд дальше не идет, - пробормотала себе под нос Настя.

- Почему, идет. - ответил таксист, - Только за дополнительную плату.

- Да иды ты, - сказала Настя. - Ты чего, шуток не понимаешь?

- Ладно, давай, давай... - поторопил ее водитель. Глянув в открытую дверь машины, Настя поняла почему - из бара плавно вываливалась (именно вываливалась, а не выходила, ходить они уже не могли) кучка достигших совершенно невменяемого состояния парней. Единственным проявлением активности с их стороны был страшный шум.

- Так ты выходить будешь? - поинтересовался таксист. - А то вот этих я ждать не намерен. Хакеры поганые!

Шофер повертел головой в поисках места, куда сплюнуть в подтверждение своей неприязни к обдолбанной молодежи, но, так и не найдя, шумно сглотнул.

- Это не хакеры. Хакеры народ вроде как интеллектуальный, в таком виде по улицам не ходят.

- А мне оно, знаешь, по что... Выходи давай.

- Ладно, ладно, иду уже. Мужики пошли - девушку и защитить некому уже.

Таксист отвернулся. Видно было, как у него играют желваки. Все-таки стыдно стало. Хотя, конечно, он прав - зачем ему ввязываться в разборки дикой молодежи, ради чего? У него, небось, семья есть, дети. Далась ему Настя-то.

У жутковатой толпы, наконец, хватило сил отделиться от двери. На какой-то очень короткий момент они замерли, не понимая, что делать дальше. Настя в этот момент быстро проскользнула в помещение кафе, здесь уже было безопасно, здесь никто не тронет. Своих в "Медведях" в обиду не давали. А она, вроде как, своя. Сзади послышался восхищенный возглас, и толпа опять загудела, быстро удаляясь от дверей кафе. И тут же, с ревом и пробуксовкой тронулась машина, на которой Настя сюда приехала. Она улыбнулась - успел смыться водила.

Кафе как обычно походило на улей. Сильно прокуренный, немного ненормальный в своем хаосе, но все-таки именно улей. Совершенно разношерстные личности сновали туда сюда, от стола к столу, о чем-то договаривались, тут же передоговаривались с другими, пересчитывали доли дохода и при всем этом не забывали выпивать, курить и, как принято это называть у официальных органов, употреблять наркотики. Кто-то замер в полной неподвижности у стойки с компами. Они были в Сети. Вряд ли что-то ломали по-крупному, здесь таких пасли непрерывно. Скорее - просто развлекались, соревновались, кто быстрее завалит какой-нибудь никому не нужный локейт с хитровыпендренной защитой, которую хозяин локейта обычно считал непревзойденной. Как правило, превосходили за минуту или около того.

Знакомый ежик прически время от времени всплывал около барной стойки. Судя по резким и беспорядочным движениям, Сашка Свифт уже успел прилично выпить, но не более допустимой нормы - в таких случаях он обычно уже не дергался, а впадал в некое подобие транса, из которого выходил медленно и плавно. Настя направилась к нему. Вокруг Свифта сновали трое незнакомых парней достаточно подозрительной наружности. Лица у всех троих были серьезные до неприличия, все они имели совершенно одинаковые прически "под первый номер" и беспрерывно перемещались из стороны в сторону, от чего Свифт постоянно крутил головой, пытаясь обращаться к кому-то одному. Удавалось это ему плохо, похоже, он потерял всякую надежду отличить одного собеседника от другого, однако продолжал активно оборачиваться, хотя выражение лица у него сделалось кислое. Энтузиазма у него не убавлялось. Он верещал не умолкая, брызгал слюной и периодически начинал активно помогать себе руками. Обычно это значило, что предполагался хороший заработок. Он называл это рекламной атакой на заказчика.

Настя подошла к нему и присела на соседний стул. Секунд двадцать Свифт еще продолжал верещать, потом, узнав ее, вдруг замолк и сделался еще более серьезным.

- Ну вот, я же вам говорил, - удовлетворенно улыбнувшись, заявил он бритоголовой троице, кивнув в направлении Насти.

- О чем? - спросила Настя.

После последних слов Свифта трое серьезных парней как-то вдруг потеряли всякий интерес к нему и обратили свои взоры на Настю. Ни один мускул не дрогнул ни на одном из лиц. Они оставались все также молчаливы, лица их ничего не выражали, отчего девушке сразу сделалось неуютно и даже немного страшновато. Она поежилась на стуле, как будто пытаясь выползти из-под цепких взглядов незнакомцев. Пауза затягивалась.

- О чем говорил? - снова спросила Настя у Свифта, не сводя глаз с бритоголового, который медленно передвигался из стороны в сторону прямо перед ней. Остальные двое тоже курсировали, словно астероиды на орбите, справа и сзади от нее. Это очень раздражало, но, видимо, именно такого эффекта троица и добивалась.

- Ну, я же говорил, - снова повторил Свифт, удовлетворенно хмыкнув. - Ну, вот она. А то - сомнения у них какие-то. Ты товар принесла? - спросил он, обращаясь уже к Насте.

- Какой еще товар? - спросила она.

- Как это какой? - возмущенно поинтересовался Свифт. Глаза его забегали, а на лбу стала появляться испарина. Неожиданно Настя поняла, что он просто-напросто боится. Этих троих. Разве что, в штаны еще не наложил. - Я же тебе наводку давал. Ты файлы принесла? Где тебя вообще носит? Уже четыре дня не видно.

Настя напряженно пыталась вспомнить о той наводке, которую Свифт ей действительно давал, с ужасом понимая, что не помнит ничего, кроме фразы "большие бабки" и названия Мацушита. Потом до нее начал доходить смысл сказанного Свифтом - четыре дня! То есть, она висела в Сети четыре дня! Что же там было? Что-то было, но что? Не могло же за четыре дня ничего не происходить. И как она все же выбралась оттуда? Ведь, если бы все было так просто, то с чего бы нормальному человеку торчать в Сети четыре дня?

Мысль о прошедшем времени настойчиво отдалась в желудке Насти громким урчанием, которое услышали даже курсирующие из стороны в сторону бритоголовые. На долю секунды они замерли, Настя это заметила, потом снова возобновили броуновское движение. Нет, с этими живыми астероидами Свифт пусть разбирается сам. Есть-то как хочется!

- Слушай, Саша, я есть хочу - помру сейчас. Ты бы мне чего купил, а то денег практически нет. - Настя состроила жалобную гримасу, не переставая краем глаза следить за перемещающейся троицей.

- Ты это... - Свифт, похоже, потерял нить разговора, - чего купил-то? Ты где была?

- Подумать надо. Сейчас я тебе ничего сказать не могу. Есть очень хочу. Правда.

- Дык, это... - мысли у него никак не могли упорядочиться, - Ты не мне, ты вот этим, - он кивнул на бритоголовых, - господам, расскажи.

- Ну, положим, с господами я вообще не знакома. Так что с ними ты уж как-нибудь сам разберись. Только сначала мне - еды.

- Так, они же...

- Е-да, - по слогам произнесла Настя. На самом деле, господа беспокоили ее почти так же сильно, как пустой желудок. Но пока никаких воздействий, кроме тоски в глазах в ожидании Настиного ответа, с их стороны не предпринималось. Скорее всего, пока.

- Берлогу, - не сводя с Насти затуманенного взгляда, крикнул Свифт в сторону бармена.

- И запить, - напомнила ему Настя.

- И пиво. Два.

Берлогу принесли быстро, минут через пять. Три больших, истекающих ароматным соком, легонько обжаренных куска мяса, сложенных домиком, с кучкой чего-то (за все время, что она ходила в "Медведей", Настя так и не поняла что это такое) бурого цвета и просто замечательного пряного вкуса - то есть медведь в берлоге. Потому блюдо так и называлось. Это было фирменное блюдо заведения, причем готовилось из настоящего мяса. Во всяком случае, бармен уверял, что из настоящего.

Настя с удовольствием, шумно втянула ноздрями аромат еды и, звякнув столовыми приборами, принялась уплетать сие великолепие. Периодически запивая пивом. Прохладным и свежим, вытирая рукавом пену, задерживавшуюся каждый раз на губах. Когда зубцы вилки впились в третий кусок мяса, по организму начало разливаться чувство удовлетворенности. Медленно и со вкусом, откуда-то из области желудка, из-под "ложечки", сначала вниз, достигнув самых кончиков пальцев на ногах, а потом вверх, к голове, притупляя тихую боль в затекших за четыре дня мышцах и принося ясность в мысли, вместе с тем, заставляя воспринимать все вокруг спокойным и не требующим волнений.

- Так все-таки, - вдруг оживился один из бритоголовых, - нам бы хотелось узнать, где можно получить наш товар?

- А товара нет, - глядя ему в глаза, ответила Настя. Тот даже немного опешил, но сновать из стороны в сторону не перестал. Настя зацепила пальцем его за ворот куртки, ограничив его движение, и сказала - Слушай, перестань вертеться. Ты что, нервный?

- Как...это...где? - заикаясь произнес Свифт. Настя не совсем поняла, что у него вызвало больший испуг - то, что она сказала "нет" или то, что прикоснулась к бритоголовому.

- И где же он? - спокойно, с совершенно серьезным лицом, спросил громила.

- Точно сказать не могу, но полагаю, что там же где был. Я в ловушку попала.

- Разрешите поинтересоваться, и как же вы из ловушки выбрались?

- Сама не знаю, - сказала Настя, заталкивая в рот кусок хлеба, которым она собрала с тарелки последние остатки соуса. Собственная наглость, с которой она общалась с этими, видимо, весьма серьезными господами, начинала удивлять ее саму. Поэтому на всякий случай она добавила, - Серьезно, как по голове ударили. Не помню даже, за чем конкретно в Сеть ходила.

- А мы конкретно и не рассказывали, - ответил бритоголовый и покосился на Свифта. Тот сделался аж молочного цвета. - Вы, надеюсь, не будете возражать, если мы обыщем вашу квартиру и заберем компьютер?

- А можно возразить? - спросила Настя.

- Ну, все-таки это же ваша квартира, - усмехнулся громила.

- Да... ты... - Свифт надувался и дрожал. При каждом вздрагивании с его носа слетали брызги пота. Бритоголовый, что разговаривал с Настей, отряхнул мокрые следы со своей куртки, а двое других стали сзади Свифта, и зафиксировали его, плотно схватив за плечи.

- Ладно, не буду возражать. В принципе, самой интересно - что там. Ведь, правда, ничего не помню.

- Нет, нет - ответил бритоголовый, - смотреть мы будем сами. Вам придется подождать в машине, пока мы не закончим.

Настя хотела сказать, что так не пойдет, сама не понимая зачем - ведь ясно ж, как день, все равно не отвертеться, но в этот момент внимание бритоголового привлекло что-то, находящееся высоко, где-то под потолком, за Настиной спиной. Быстрым жестом он подозвал одного из своих, указал в этом направлении, тот кивнул и удалился к правому краю барной стойки, где уныло тер бокалы бармен. Поманив бармена пальцем, он что-то спросил у него. Бармен пожал плечами, тогда бритоголовый снова стал бормотать ему на ухо. Было видно, что громила недоволен первым ответом. Но бармен снова пожал плечами и оттолкнул от себя бритоголового. А дальше все испортилось как-то разом. Без предупреждения.

Бритоголовый молниеносным движением выхватил из-за пазухи пистолет и, выстрелив в направлении, куда смотрел тот громила, что беседовал с Настей, громко произнес фразу "вот это" после того, как с потолка свалились останки изувеченной камеры наблюдения. Бармен успел сказать "А я...", после чего у него на груди с чавкающим звуком образовалась маленькая багрово-красная дырочка, а спустя мгновение с еще более мерзким звуком из его спины выстрелил густой багровый фонтан, залив кровью аккуратно расставленные на полках бутылки. Настя упала на пол в тот самый момент, когда также тихо, с таким же чавкающим звуком, разлетелась голова Свифта. Больно встретившись с полом, девушка успела подумать, что Свифт боялся не зря. Посетители "Медведей" в большинстве своем начали тихо, делая вид, что ничего не происходит, продвигаться к выходу. Внезапно завопил истеричный женский голос, но его довольно быстро заткнули. Задымленный зал "Медведей" пустел на глазах. Настя подумала, что ей тоже, пожалуй, пора, тем более, она не испытывала ни малейшего желания оставаться далее под вниманием трех громил... в это мгновение с глухим стуком прямо перед ее носом упало тело того, что беседовал с барменом с аккуратненькой красной дырочкой на лбу... ну, пускай - двух громил, все равно, более, чем достаточно. Она аккуратно выглянула из-за угла, образованного г-образной барной стойкой и на какую-то долю секунды успела увидеть человека во всем черном с пистолетом в вытянутой руке, стоявшего перед дверями. Толпа драпающей из "Медведей" публики словно река, напоровшаяся на огромный валун, расщеплялась на два потока и обтекала человека в черном с двух сторон. Все, что успела заметить Настя - это поблескивающий высококачественным стеклом окуляр на прикрытом броней лице и темное угловатое возвышение за макушкой. Стрелявший был кибером, так что увернуться от его выстрела практически невозможно. Собственно, более подробно рассмотреть убийцу Настя не успела, так как прямо на нее тут же рухнул второй бритоголовый. Так, эти уже явно проблемы не представляют. Теперь надо как-то выбраться отсюда. Но не через дверь же, перегороженную черным кибером.

И тут она увидела улепетывающего вглубь зала третьего бритоголового. Куда он там пытался спрятаться, так и осталось непонятным, однако, скрывшись за стилизованной, но, тем не менее, металлической стеной, отгораживающей зону с компами, он вынудил убийцу последовать за ним. Несколькими рывками сбросив с себя оказавшееся очень тяжелым мертвое тело, Настя побежала к двери и уже через секунду смешалась со спешно покидающей "Медведей" публикой.

Оказавшись на улице, она застыла в замешательстве - куда бежать. Скрыться можно было в небольшом, но достаточно густом парке, что раскинулся прямо за "Медведями", но там собирался всякий сброд, вроде неудачно собранных киберов и законченных нарков. Так что в парке проблемы можно было получить, наверное, даже с большей уверенностью, чем оставаясь на месте. Собственно, с чего она взяла, что кибер-убийца охотился за ней. Да и вообще - Настя явно не входила в его интересы, ибо, если бы входила, снять ее выстрелом до того, как она упала на пол, киберу не представило бы особого труда. Но, скорее всего, весь этот сыр-бор имел к ней отношение. И лучше ей отсюда убраться.

Размышления прервал визг тормозов - прямо перед ней остановилась машина такси. Пассажирская дверь открылась, и там показался таксист, тот самый мужик, что привез ее сюда. Как он тут оказался?

- Чего смотришь? - возмущенно спросил он, - Садись быстрее. Или ты думаешь, что я тебя буду до утра под пулями ждать?

Где-то в отдалении послышались сирены милицейских машин. Скорее всего, как обычно, кроме трупов они тут ничего не найдут. И после ничего не найдут. Зачем искать-то? Бабла тут точно никто им не подкинет, да и мало ли кто прислал кибера этого, можно ведь и самим нарваться.

Звук сирен выдернул Настю из оцепенения. Повинуясь мимолетному импульсу, она бросила свой мобильный коммуникатор в ближайшие кусты, быстро плюхнулась на переднее сидение и на миг замерла: что-то ей показалось несуразным в машине. Только вот что, она понять не успела. Водитель кинул газету, которая почему-то оказалась у него в левой руке, в ящичек для мелких вещей, расположенный между сидений, и вдавил педаль газа в пол. Автомобиль резко, с визгом шин, рванулся вперед, Настю прижало к сидению. Спустя несколько секунд они пролетели прямо перед вяло тянущейся кавалькадой милицейских машин и выехали на более или менее широкую улицу.

- Куда везти-то тебя? - как-то зло поинтересовался таксист.

- С-спасибо, - сказала Настя. Она обнаружила, что дрожит мелкой дрожью и даже зубы тихо, но очень отчетливо выстукивали дробь. Она поняла, что очень испугалась. Теперь, когда сидела, вжавшись в мягкое кресло такси, поняла.

- Спасибо, - передразнил ее шофер, - Везти куда?

- Не знаю, - сказала Настя и заплакала. Ехать на самом деле было некуда. Домой нельзя - туда если еще не пришли, то в самое ближайшее время придут. За ее компом. Перетрясут все, на чем можно сохранить информацию. Если там ничего нет, а ей казалось, что нет, то будут ждать ее. Судя по серьезности тех господ, что лежали на полу в "Медведях" с аккуратными дырочками во лбах, то, что ей нужно было стащить в Мацушите, имело огромную ценность. Скорее всего, даже если отдать им украденный файл, который она не смогла украсть - но, поди докажи, что не смогла, во всяком случае слышала, что такой файл существует - ее все равно убьют. Просто, чтоб не сболтнула кому, где была, что стащила и кому отдала. Сейчас она это понимала. Это ж надо было оказаться такой дурой, чтобы согласиться на эту авантюру! И Свифт тоже хорош. Дурак. Хотя о мертвых...

- То есть? - удивился таксист. - Я же тебя вроде в центре забирал.

- Да, только туда не надо. Я там живу. Жила то есть.

- Так там, в "Медведях", по поводу тебя, что ли, заваруха?

- Не знаю, - сказала Настя и зарыдала.

- Да перестань ты рыдать. Куда-то же тебя надо отвезти. Не на улицу же тебя выбрасывать. Ты вроде не нарковского вида.

- У меня денег нет практически, - всхлипывая сказала Настя. - Мне вам платить нечем.

- Да иди ты со своими деньгами. Чего я тебя взял - сам не знаю.

- Жалко стало, - тихо сказала Настя.

- Наверное. Старею, - предположил таксист.

Настя стала перебирать варианты, куда ей можно было сейчас податься. Туда, где искать не станут. В пределах Питера таких мест не так уж много, и при должном усердии вычислить их будет не сложно. И потом - скрываться вечно невозможно. Если за файлом охотится крупная контора - а, похоже, что так, - в покое ее не оставят. А вычислить ее можно будет спустя несколько миллисекунд после того, как она подключится к Сети. Каждый чип нейроконтакта имеет свой постоянный идентификационный номер. Конечно, его можно скрыть особыми программами, можно отбиваться и обманывать поисковики, и Настя это умела делать. Вот только те, которые станут ее искать, умеют преодолевать эти обманки и запоры не хуже ее самой. А, скорее всего - лучше. Получается, что доступ в Сеть ей заказан. Навсегда или, во всяком случае, очень надолго. Нет, такого финала она представить себе просто не могла. Без Сети свою жизнь она просто не представляла. Должен быть какой-то выход. Должен.

И он был. Она помнила, как еще в школе двое ее одноклассников, имеющих знакомства в мире хакеров, рассказывали ей о старом хакере Чипе. Вообще, полностью старика звали Чип-энд-Дейл. Почему хакера, начинавшего еще в невиртуальном Интернете, звали именем двух мультяшных бурундуков - сказать трудно. О Чипе много чего рассказывали. Правда, большая часть рассказов, походила скорее на байки. Но была одна байка, о том, как Чип перекодировал кому-то нейроконтакт. Может быть, и сочинили эту историю. Может и нет. В любом случае других вариантов Настя не видела. Да, надо его разыскать. Вот только знать бы, где его искать.

За размышлениями Настя и не заметила, как стала произносить свои мысли вслух, обсуждая их с таксистом. Тот охотно поддержал разговор, тоже вспомнил о Чипе, сказал, что слышал, будто старый хакер живет где-то под Выборгом.

- Вы меня в Выборг отвезти можете? - спросила Настя у шофера.

- Слушай, девочка, - возмутился он, - ты не наглей! До Выборга - под сто км чесать, а мне потом обратно. Ты себе представляешь, сколько бензина на это уйдет.

- Ну, нет, так нет. Тогда - куда можете в том направлении.

- Куда можете, - заворчал таксист. - Куда ж тебя девать-то? Ладно, поехали в Выборг. Все равно завтра клиента там забирать. Черт с тобой, ночь потеряю.

- Спасибо, - сказала Настя. Все-таки ей было не совсем понятно, отчего вдруг такая доброта. Откровенно говоря, она даже стала немного побаиваться водителя, хотя у того был и мирный вид. Вдруг ей вспомнилось, что маньяки как раз и бывают очень мирные и воспитанные. Пока не найдет на них. Во всяком случае, так рассказывали в программах по выживанию в городских условиях. Правда, в этих программах часто все приукрашивали и добавляли побольше кровавых подробностей, чтоб народ завлечь. Но - маньяк, не маньяк, выбора другого не было. Либо пристрелят, либо изнасилуют. Есть еще более общественно полезный вариант - разберут на органы. Если вдруг таксист - маньяк, то возможный вариант изнасилуют, наверное, был самым приемлемым. Да и вообще, нечего на людей наговаривать, вон какой приличный дядечка. И может быть, совсем не маньяк. Может, просто добрый человек и кроме денег видит перед собой еще людей. Хотя что-то странное в нем было. Что-то ей бросилось в глаза, когда она садилась в машину. Только вот что? Она перебирала в памяти все, что видела, но ничего конкретного так и не вспомнилось. Потом она сама не заметила, как уснула.

3. Сеть. Время и место не установлены

Когда мир начал рассыпаться, не в переносном, а в самом, что ни на есть, прямом смысле этого слова, рассыпаться на куски, сначала маленькие, как крупные песчинки, потом все больше и больше, а потом стал валиться, словно рухнувшая под напором разбушевавшейся стихии дамба, он подумал, что теряет рассудок. Он пытался закричать, но звука не было. Странно, но звуков не было никаких. Мир рушился совершенно бесшумно. Да и слово "рушился" не совсем правильно описывало происходящее. Мир просто исчезал. В никуда. Постепенно вместо домов и улиц, хмурого, затянутого плотными тучами неба и мокрого, хлюпающего растаявшей снежной кашей тротуара, вместо машин и людей появлялось серое ничто. Вернее оно было не серое. Оно было никакое. Как туман, которого нет. Все просто исчезало. Вот последние куски реальности отвалились, словно слой старой облупившейся штукатурки с древнего фасада, несколько раз кувыркнулись и перестали существовать. Вместе с самим понятием пространство. Все. Зацепиться было не за что. Нет пространства.

Он пытался кричать, но кричать было не чем. Он это понял как-то вдруг. Осознание, что больше нет тела, пришло само по себе. Еще до того, как он попытался посмотреть на руки и ничего не увидел. Собственно, видел ли он. Глаз, надо думать, тоже уже не было. Да и на что смотреть, если кругом Ничто? Безграничное бесцветное Ничто.

Он понял, что сходит с ума. Ум, вроде бы, еще был. Ведь он все это осознает. Только недолго ему, уму осталось. Осознавать было решительно нечего. Совершеннейшая пустота.

Казалось, вечность сменяется вечностью, но ничего не происходит. Никакого изменения, никакого движения. Меняться нечему, двигаться некуда. Все здесь. И всегда.

Спустя нескончаемую череду вечностей - тысяч, миллионов лет, невозможно сказать сколько - он стал выдумывать способы отсчета времени. Ничего не выходило. Потому что ничего не менялось.

Тогда он постиг вечность и смирился с ней. Сознание угасало. Но нет ничего более жизнелюбивого, чем сознание. Телу все равно, оно лишь функционирует. Только сознание борется до последнего, пытаясь спасти тело, ибо без тела сознание существовать не может. Во всяком случае, так он думал много вечностей назад. Тела не было, сознание уже даже с трудом вспоминало о том, что оно все-таки было раньше. Мысль о теле тяготила его. Так сколько же он тут думает? Тут, сколько, время... сознание боролось, оно вбирало в себя Ничто, оно было сильнее Ничто. Что может противопоставить Ничто сознанию, имеющему волю?

Где-то далеко-далеко, на самых границах разума он почувствовал время. Еще вечность спустя он заметил во времени знакомые знаки. Появились знаки! Ничто уступило, оно вливалось во время. И время было точным сетевым хронометром. Еще вечность и он мог считать ее. Вечность равнялась двадцати одной наносекунде. Как долго тянулись наносекунды. Казалось, динозавры успели зародиться и вымереть за наносекунду, а через десять наносекунд даже память о них развеялась в четком ритме сетевого хронометра. Счастье наполняло его с каждым ударом хронометра, с каждым распадом ядра атома, поддерживающего его ход.

Ядра, атомы, молекулы. Все в движении, все летит. Вокруг все двигалось. Тысячи потоков, пересекая друг друга, летели повсюду. Мириады нитей опутывали его. Ничто больше не было. Он попробовал перемещаться между нитей, и у него получилось. Он порхал сверху вниз, справа налево. И в обе стороны сразу. Он был внутри пространства, и у него было время.

Несколько долгих наносекунд он наслаждался чувством безграничного счастья, летая между потоками электронов, зависая над атомами. Но это ему быстро наскучило. И тогда он стал думать. Мысли рождались сами собой, образовывали какие-то новые немыслимые формы. Целых четыре секунды ему понадобилось, чтобы осознать, что переплетающиеся вокруг мириады светящихся нитей, это потоки информации.

Их было бесчисленное множество. Конечно, он мог бы их сосчитать все за ничтожно короткое время. Но они постоянно исчезали и их место занимали новые. С каждым мгновением их становилось все больше. На месте только что обрубленной нити вырастал десяток новых. Они ветвились и перепутывались между собой, образуя непроходимые лабиринты. И он знал только одно место, где происходило подобное. Только одна гидра могла породить такое количество голов. Он был в Сети. В безграничной всемирной виртуальной Сети. Он не был погружен в виртуальность. Вся Сеть была перед ним. Он мог бы заполнить ее всю собой, вобрать в себя все потоки, но он не мог управлять ими.

Три наносекунды он пребывал в состоянии, близком к отчаянию. Седьмую часть вечности. Потом он попытался влиться в один из потоков, но тот тут же исчез. Информация не хотела принимать его. Не раздумывая ни одного мгновения, он ринулся в другой поток, отдав себя на волю течения. Много вечностей бурный поток бросал его из стороны в сторону, в какие-то моменты сознание цеплялось за разные ориентиры. Он не совсем понимал что это, но по наитию, оставшемуся от прежнего его существования, знал, что движется в нужном направлении.

Спустя пятьдесят три секунды он заполнил частичками своего сознание всю Сеть, а Сеть проникла в него, слилась с ним в одно неделимое целое. И тогда мир открылся перед ним. Он стал чувствовать его. Он был везде, он знал все, что происходит в Сети. Информация снова стала иметь смысл. И смысл вернул его сознанию то, что называют Эго. Тысячи и тысячи информационных меток несли следы присутствия его прежнего Я. Этого медлительного убогого материального создания, для которого слово вечность было лишь звуком без смысла, а мысль текла так медленно, что не хватало терпения проследить ее движение.

Он стал постигать мир. Сознание требовало впечатлений, а скорость восприятия дарила ему мириады впечатлений в секунду. Только одна вещь омрачала его теперешнее существование - он не мог влиять на структуру Сети, он не мог ничего изменять. И, более того, сам он не нес в своей сущности никакой информации, и поэтому его никто не замечал. Он мог видеть и знать все, но он был один в Сети. Но этот факт не сильно беспокоил его. Пока. Ведь теперь он мог познать абсолютно все. Ведь в его распоряжении была вечность. Самая настоящая, безграничная вечность.

И вдруг он услышал зов. Его сознание наткнулось на Нечто, что не могло постичь. Это Нечто было безгранично чуждо, оно, казалось, не имело никакого смысла и, вместе с тем, требовало понимания. Оно вызывало ужас.

4. 24 марта. Сеть, закрытый информационный канал.

Художники и дизайнеры поработали на славу. Зал был просто великолепен. Деревянные панели с резьбой на стенах, мягкое, чуть приглушенное освещение, тончайшей работы мебель, ковры на полу - все поражало своей красотой и богатым видом. В век виртуальности, когда нарисовать себе дворец мог практически любой проходимец, вжививший нейроконтакт, нарисованные типовыми конструкторскими программами дворцы даже приблизительно не могли сравниться с этим залом. Каждый штрих был прорисован с особой тщательностью, любая деталь устанавливалась на свое место только после дозволения главного дизайнера проекта. Но не только дизайн был отличительной особенность этого зала - неисчислимое количество спрятанных потайных ходов, которые было невозможно обнаружить даже очень опытному глазу хакера, вело отсюда во все уголки виртуальности. Более того, о защите инфоканала зала ходили легенды. Поговаривали, что делал ее тот же программер, что ставил защиту в Пентагоне. Конечно, имена таких людей мало кому известны. Это была виртуальная штаб-квартира Треста торговцев нелегальным софтом.

За круглым столом, стоявшим точно в центре зала, сидели трое. Больше в помещении никого не было. Разумеется, за каждым из этих людей наблюдали по нескольку программеров-телохранителей, но только наблюдали. Слушать и тем более вести запись им было строго запрещено. Никто и не пытался - платили хорошо, нарушивших правила наказывали только один раз. Второй раз было наказывать некого.

Беседа шла достаточно оживленная. Один рассказывал, двое других слушали, периодически перебивая говорящего вопросами.

- Таким образом, объект сейчас в Выборге. Никуда не денется. Его ведут мои люди. Правда пока не понятно, куда наш объект намеревается отправиться, но я полагаю, что ловить его в реале нет никакого смысла. Полученная информация говорит о том, что при себе у объекта ничего нет. Более того, совершенно не факт, что у него вообще что-то есть. Но он может быть полезен в дальнейшем. Мои программеры ума не приложат, как объекту удалось совершить это.

- Все-таки, какие-то более точные данные появились или все также расплывчато? - спросил господин, сидящий по правую руку от говорящего. Все трое имели солидную внешность, все были одеты с иголочки в дорогие, даже по виртуальным меркам, костюмы. Более того, приглядевшись, можно было заметить, что они похожи между собой как родные братья. Однако, как нетрудно догадаться, их внешность здесь имела мало общего с их реальным внешним видом. Они даже находились в разных странах и никогда не встречались лично. Сядь они в одном ресторане, никогда не узнали бы друг друга, потому что даже не подозревали, как двое других выглядят в реале. Однако этих трех нарисованных господ знали многие.

- Нет, точных данных не появилось. Все знают, что Мацушита что-то готовит, но что конкретно не знает пока никто. Эта троица вообще непонятно откуда взялась. Кстати, у всех троих на предплечьях обнаружили нарко-диски.

- Ну, это как раз и не удивительно, - засмеялся левый.

- Сами диски - да. Но вот, что в них было - понять не удалось. Одна основа.

- Что, думаете что-то новое? - спросил левый.

- Не знаю. В любом случае это не входит в сферу наших интересов.

- Конечно. По этой части - наши китайские друзья.

- Китайские друзья в последнее время как-то по очень многим частям стали специализироваться, - заметил правый. - Не от них ли эта троица?

- Думаю - нет, - ответил средний. - Спрашивал у китайских друзей лично, божатся, что никого не присылали. Конечно, могут и врать, но им не резон лезть на чужую территорию.

- Дай бог, чтоб так. А то потом их не остановишь, - сказал левый.

- Но дело не в китайцах. Со слов специалистов, никакое вещество до последней молекулы абсорбироваться организмом из диска не может.

- Тогда в чем дело?

- Остается один вариант - молекула, разрушающаяся до основы диска. Может стали таким образом от наркоконтроля шифроваться. Не знаю. Темное дело. А вы, - он кивнул в левую сторону, - поинтересуйтесь у китайских друзей на счет этой новинки. Все-таки, у вас с ними связи.

- Да, похоже, что-то очень большое в Мацушите происходит, - заметил правый.

- Думаете, Мацушита новый вид стимуляторов продвигает? Они же, вроде, наркотой не занимаются, - поинтересовался левый.

- Мацушита занимается всем. Не обо всем только рассказывает. - ответил правый, - А кто вообще такие эти ваши трое?

- Они из юридической конторы "Братья Калинины". Собственно, они и есть те самые Калинины, - ответил средний.

- Хороши у вас юристы. Ведут себя как мелкие бандиты.

- Ну, опыт, видимо, у них имелся. Все трое до получения юридического образования, которое тоже еще надо разобраться, откуда взялось, работали охранниками у одного питерского авторитета. Младший юристом так и не стал. Короче - обычная бандитская контора под юридическим прикрытием.

- Хм, сам себе адвокат, - усмехнулся левый.

- Но вы же не думаете, что троица интересовалась разработками Мацушиты самостоятельно? - спросил правый.

- Не думаю, но никаких концов пока найти не удалось. Но мы намерены продолжать работать в этом направлении.

- Хорошо, - согласился правый, - какие дальнейшие действия вы предлагаете?

- Как я уже сказал, продолжаем работать по линии Калининых. Далее - ведем наблюдение за объектом, он наверняка попытается прорваться в Сеть и что-то узнать самостоятельно. Я предлагаю войти с объектом в контакт, поскольку, судя по предшествующим событиям - это достаточно сильный хакер, кто-то из новых, еще ни к кому не прибившихся. Предлагаю вербовать объект в наш штат.

- Да, это, наверное, не лишено смысла, - заметил правый, - но только надо действовать аккуратно. Новый-то, новый, но уйти из Мацушитовской ловушки - это, знаете ли... Может быть этот ваш объект не так уж и прост, а прикидывается новичком.

- Может быть, - согласился средний, - хотя мое, подчеркиваю - мое личное впечатление, что объект сам не понимает, во что ввязался. В любом случае его надо вести предельно плотно. Эту часть я взял под личный контроль. Коллега, - обратился он к левому, - а вы не хотите поучаствовать на своем участке в реале? Все же Мацушита на вашей подведомственной территории.

- Обижаете. Уже во всю ведем работу. Но вы же знаете - Мацушита в вопросе безопасности большие молодцы. Человека своего мы туда в нужное место, конечно, внедрим, но на это потребуется время.

- Хорошо. Тогда продолжаем работать. Если появляются новые данные - связываемся как обычно.

- Хорошо, - согласились оба.

- До встречи, - сказал средний и его виртуальный образ осел мелким черным песком на пол перед стулом.

В связи с тем, что роман планируется к изданию, фрагмент большего размера я поместить не могу, так как это будет нарушением договора с издательством. Как только книга выйдет - обязательно сообщу, где ее можно будет приобрести.


Оценка: 7.04*12  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"