Впервые мне довелось быть свидетелем несчастного случая в шахте. Тогда, в 1933 году я был десятником подземного транспорта (была такая должность). Рабочий-стволовой, обслуживающий шахтный ствол, нарушив правила, попал под клеть шахтного подьема. Это равносильно тому, чтобы человек попал под кабину лифта.
Об этом уже рассказано в статье Несчастный случай и его последствия. Это был урок, что значит нарушать правила техники безопасности в широком понимании этих слов. Кроме того, память об этом вызвала мое первое изобретение: 1947 год, "Автоматическая самооткрывающаяся дверь для ограждения клетевых проемов шахтного ствола".
После двадцати лет работы в метростроении я перешел в сферу шахтного и подземного строительства, институт ЦНИИ Подземшахтстрой, где проработал 45 лет.
Был главным горным технологом проектов (горнотехнологическая часть), средств механизации горнопроходческих работ.
В одной из первых командировок в Донбасс на проходку шахт я был потрясен, увидев применение железобетонных тюбингов для крепления шахтных стволов. Эта конструкция начала применяться в метростроении после войны, заменив чугунные тюбинги, в сложных условиях применяют чугунные. Этот тип крепи тоннельной обделки предназначен исключительно для горизонтальных тоннелей.
Я увидел смертельную опасность для проходчиков, работающих в забое ствола. Над ними на болтовых соединениях висит колонна тюбингов, масса которой при применяемой технологии достигает сотни тонн, в зависимости от высоты не закрепленного тампонажем пространства участка крепи. В этом была грубейшая ошибка разработчиков технологии производства работ - харьковского и московского институтов ВНИИ ОМШ и Центргипрошахт.
Не отлагая в долгий ящик, я начал бить тревогу. Дело-то было в эпоху "развитого волюнтаризма". Ставилась задача с подачи "инициаторов-передовиков", давалась команда: "Даешь сборный железобетон!" ... который приходится разбирать спустя 50 лет.
Это поветрие захлестнуло и шахтное строительство, наиболее сложную его ветвь - стволостроение.
Первая моя публикация по этой проблеме была в журнале "Уголь" - 1955 год. Последовали докладные записки в инстанции, выступления на ученых советах, конференциях и т.д.. Отфутболивали: "Есть линия Партии, ты идешь не в ногу".
Нужны были факты, долго ждать не пришлось. Начались обрывы тюбинговых колонн в стволах, человеческие жертвы.
За время применения железобетонных тюбингов произошло 40 аварий. У меня накопился уникальный фактический материал. В 1960 году удалось опубиковать брошюру с грифом "Для служебного пользования" "Анализ причин обрыва тюбинговой крепи при проходке стволов шахт".
В этот период проводилась интенсивная разработка и внедрение новой технологии крепления стволов быстротвердеющей бетонной смесью, подаваемой с поверхности по трубопроводу за подвижные опалубки. Один из главных авторов разработки и внедрения этой технологии - академик Ю.З.Заславский, в то время руководитель шахтостроительных управлений и треста.
Из зафиксированных документально 33 обрывов 26 произошли в момент взрывания шпуровых зарядов породы, когда людей там нет. Проведенные исследования позволили в первом приближении установить эффект сейсмического воздействия на свободновисящую тюбинговую колонну. Статья в "Горном журнале" 1968 г. "О сейсмическом воздействии взрывных работ на крепь ствола. В заключении к этой статье была приведена цитата из книги академика Алексея Николаевича Крылова, полностью относящаяся к этой теме.
Представляется, что эти размышления правомерны быть завещанием на все времена ко всякой сфере человеческой деятельности:
"Великий математик всех времен и народов Исаак Ньютон в одном из своих замечательных сочинений писал: "При изучении наук примеры не менее поучительны, нежели правила". Эти слова относятся в равной мере ко всякому делу, поэтому описание бывших аварий, критический разбор причин, широкое и правдивое оповещение о них могут способствовать устранению повторения аварий, уже бывших ранее. Этот критический разбор покажет, что часто истинная причина аварии лежала не в действии неотвратимых сил природы, не в неизбежных случайностях на море, а в непонимании основных свойств и качеств корабля, несоблюдении правил службы и самых простых мер предосторожности, непонимании опасности, в которую корабль ставится, в небрежности, неосторожности, отсутствии предусмотрительности и тому подобных отрицательных качеств личного состава. Вот здесь-то широкое оповещение и может способствовать превращению этих отрицательных качеств в положительные..."
В горном деле -- подземном строительстве, как и в морском, приходится сталкиваться со стихийными явлениями природы, и в этом отношении труд горняка и труд моряка имеют много общего.
Поэтому, хотя приведенная выдержка из статьи академика А.Н. Крылова -- крупнейшего российского ученого и практика -- в равной мере относится к любой стороне человеческой деятельности, особое значение она приобретает в приложении к практике подземного строительства, где в большом числе случаев стирается грань между инженерией и искусством.
Крылов А.Н. Воспоминания и очерки, Поучительные случаи аварий и гибели судов. -- М.: Изд-во АН СССР, 1956. С. 625.
Подводя итоги десятилетнего сражения с "железобетонной" авантюрой в отечественном стволостроении я опубликовал статью в журнале "Подземное пространство мира".
В монографии "Крепь вертикальных стволов шахт", 1978, М: "Недра", с.30, глава 5 посвящена сборной железобетонной крепи. В рукописи были параграфы, в которых подробно разобраны ошибки и причины аварий с тюбинговой крепью. В списке литературы приводятся 8 источников, на которые ссылается автор.
Дело было так. Когда рукопись была подготовлена к печати, из верстки были сняты указанные параграфы, а ссылки забыли снять, они в книге есть. Ксти, эта книга была издана за рубежом.