Недоброе предчувствие сопровождало Ксению всё утро - тревожно оставлять без надзора болеющую дочь. Ситуация осложнялась не столько возрастом - без месяца двенадцать - сколько избыточной самоуверенностью оной. Лиза считала себя уже выздоровевшей - ещё бы! - после недельного жара сейчас всего тридцать семь - и рвалась во двор.
Чем сдержать подростковый напор? Взывать к благоразумию? К совести? Увы, аксиомы вышли из моды.
Доверительная беседа с дочерью затянулась. Когда иссякли предлагаемые варианты здравого времяпрепровождения, вообще потеряла всякую актуальность. Предстояло осторожно закончить разговор, взяв хоть хилое "честное слово".
- ... чем тебя имя не устраивает?
- Кошачье какое-то - Котька.
- Это пока Котя, а вырастет - Константин. Звучит красиво. В переводе - постоянный. Надёжный, значит.
- Приставучий, эттт... ттточно, - прохрипела в ответ Лиза, - ...мам, ну почему он ко мне, как репейник, цепляется? Из-за него даже на горке накататься невозможно...
- Глупенькая. Он пока не умеет проявлять внимание так, чтобы девочка захотела принять, - Ксения присела на краешек постели, ласково погладила голову дочери, - знаешь, не каждый взрослый на такое способен. Костя ещё маленький - просто копирует увиденное в фильмах.
- Ничего себе, маленький! На целую голову выше меня. И не нравится он мне. Ни капельки!
- Не умничай понапрасну, сама понимаешь - рост ни при чём. Важно содержание. Хорошо, если так - скажи ему об этом. Пусть не тратит на тебя своё время. Хотя, по наблюдениям, извилины Константина в норме. Или я не права?
- Не знаю, он мне их не демонстрировал. В отличие от других... - съязвила дочь.
- Лизонька, - строгим тоном продолжила мама, не став развивать тему "других", - я скоро вернусь. Убедительно тебя прошу - побудь дома, желательно в горизонтальном положении. Ты меня слышишь, Елизаве-ттта-а? (на дочерний манер усилила звук "т") ... Верю, верю, температуры нет, но на улице минус три! Впереди зимы о-го-го! сколько - целый февраль - успеешь накататься, - суровость голоса слабела с каждым словом, закончилось наставление на нежной ноте, - Лизок, не кажется ли тебе, что пора бы уже прекратить эти детские забавы?
Лиза понимала, чего добивается от неё мама. Угрюмо вздохнула. Пообещала:
- Хорошо мамулечка, полежу немного бревном. Честттно!
Нельзя сказать, что такое заверение Ксению успокоило, но на безрыбье и рак - рыба...
Как бы не так! Зимы, может и много, а вот мороз - даже такой слабенький - редкость в их южных краях. Да и отпускать детство Лиза пока не собиралась. Сидеть дома, когда так призывно сверкает не раскуроченный санями лёд? Нет, она прокатится всего пару разиков, пока Котька в школе. Совсем жизни от него нет.
"Как же обещание?"
"Вот оно и посидит вместо меня дома!" - успокоила совесть Лиза, натягивая свитер.
***
В это время, в доме напротив, ворочая ложкой давно остывшую кашу, тоскливо смотрел во двор Котька. Обидно то как - вчера залил металлическую горку водой, сегодня остался дома (целое утро старательно кашлял) - собирался освоить новую трассу... Ан, нет, без Лизки - совершенно не тянет.
Соседке по парте Костя симпатизировал с третьего класса - дёргал за косички, подкладывал кнопки, запускал божьих коровок за воротник, ставил подножки, кормил снегом и много чего другого вытворял. Лиза же все знаки внимания игнорировала, отчебучивая в свою очередь непредсказуемые поступки. Например, в прошлом году, когда он в очередной раз дёрнул за косу, вылила ему на голову сок, а потом пересела в противоположный конец класса. Он просто обалдел от такой... решительности. Заскучал, даже на переменах перестал мучить. Целый месяц терпел...
После прошедшего лета одноклассницы повзрослели и отдалились. Своими умопомрачительными причёсками они стали претендовать на внимание старшеклассников. Только Лиза по-прежнему не расставалась с косичками. В глубине души Костя очень был ей за это благодарен - любоваться, как она переплетает волосы, он мог бы часами. Поэтому лохматил их беспощадно. В начале второй четверти ему, наконец-то, повезло - удалось после долгих уговоров выкупить у сидевшего за Лизой Кольки место. Он стал корректировать бурную переписку вставкой частицы "не". Радовался её насмешкам, типа "после дождичка в четверг" или "в пятницу, тринадцатого...".
Интересно, почему пятницу, тринадцатого считают страшным днём? Возможно, поэтому его план провалился - сегодня как раз пятница! Только цифры местами поменялись - тридцать первое - от перемены мест слагаемых сумма... Хм. Стоп! Это в математике не меняется. А в жизни меняется всё! И если перевернуть беду наоборот, то... победа! Везение! О! Может попытаться Лизку навестить?
Впрочем, её строгая мама дальше прихожей всё равно не пустит...
Оживлённый размышлениями Котька покончил с гречкой, отхлебнул чай, впился зубами в булку и снова устремил взгляд во двор. Что же такого выдумать, чтобы стать замеченным?
Ого! Он даже привстал от удивления - неужели рассуждения о числах верны? - к горке топала вышеупомянутая зазноба, таща за собой санки.
Так быстро он ещё не одевался...
***
Здорово! Вот это скорость! Классный лёд!
Поднимаясь по ступенькам для следующего спуска, Лиза заметила выскочившего из подъезда Котьку. Умоститься на детской горке на санях довольно сложно, а тут ещё он... Разве поймёшь, что в ней протестовало, когда одноклассник усаживался сзади, загребал в охапку её хрупкое тельце, и они бесшабашно неслись вниз с обязательным залетом в сугроб (изменить траекторию пути ей никак не удавалось). Хохоча, помогал подняться, отряхивал с неё снег, предлагал прокатиться снова. Она отрицательно мотала головой и уходила домой.
- Коть, со мной прокатись, - напрашивались другие.
Котька съезжал несколько раз один и покидал горку.
- Лиза-а, подожди!
Увы, крик внёс в движения девочки панику - она засуетилась, торопливо плюхнулась на самый краешек саней, для увеличения амплитуды толчка подалась корпусом назад, причём с досады - слишком далеко - санки выскочили и покатились с горки самостоятельно, а наездница закувыркалась в противоположную сторону по лестнице. Подбежавший Костя успел подставить тело. Устоять на ногах сил не хватило - шлёпнулся на пятую точку. Лиза же заскользила дальше, въехав лбом в железного карусельного лебедя...
После случившегося они долго приходили в себя - рассматривали и потирали ушибленные места.
- Ого, какая шишка!
- Снег приложи.
- Снег быстро тает. Чем остановить её рост? Мама заметит, знаешь, что мне будет! Я же обещала лежать...
- Вот и лежала бы, что тебе мешало?
- Я кататься хотела. А ты выскочил, напугал...
Наконец, успокоившись, она попросила:
- Пойдём ко мне, ты мне нужен как прикрытие.
И впрямь счастливый день! "Ты мне нужен... ты мне нужен" - стучало в висках мальчугана. Она без него не могла обойтись! Какое счастье!
- Ушиб надо мылом хозяйственным натереть. Так мне бабка советовала.
Натёрли мылом, потом бальзамом. Шишка не сдавалась.
- Видишь, ничего не помогает. Как замаскировать эту красотищу? - Лиза еле сдерживала слёзы.
- ???
- Есть варианты?
- Ну,... можно, изобразить игру в Айболита. Перебинтую тебе голову...
- Котя, ты чё? Хочешь, чтобы маму скорая увезла? - Лиза покрутила пальцем у виска, - Думай, давай. По-взрослому думай. Мама скоро вернётся.
Десять минут молчали.
- Нужно сделать чёлку, - неуверенно предложил гость.
Лиза оторопела от такого совета. Потом вдруг встрепенулась, распустила волосы, подбежала к зеркалу.
- Думаю, ты прав - давно пора сменить имидж. Стрижка - это спасение. Жаль, в парикмахерскую уже не успеть, - исчезла в соседней комнате.
Вернулась с ножницами и расческой.
- Теперь поиграем в салон красоты. Это круче Айболита. На, внедряй свою идею.
- Я?!
***
О самоволке Ксения догадалась по лужице у саней. Узнав на вешалке куртку одноклассника, сдержала вспыхнувший гнев. Присутствие посторонних мешает проявлять истинные эмоции. Иногда это на пользу. Раздевалась медленно, обдумывала дальнейшие действия. Из комнаты доносилось перешёптывание. "Не, первый ты...", - узнала голос дочери.
В прихожую вошли два взъерошенных "ёжика" с виновато-бегающими зрачками.
- Добрый день, Ксения Петровна, - пробасил "ёжик" повыше.
- Здравствуй, Костя, а где?.. - Ксения Петровна осеклась, узнав в "ёжике" пониже собственную дочь, - Лиза?.. ??? Неожиданно. Смело... Впрочем, тебе идёт. Но ты же обещала никуда не выходить.
- Я и не выходила, - не моргнув, солгала дочь, - Мы дома играли. Котька мечтает стать парикмахером. Я была его моделью.
Лизина мама, присмотревшись, заметила и след тонального крема, и выпуклость лба. Ясно! - с расспросами лучше не спешить. Похвалила исполнителя:
- Молодец, Константин. Современно и, полагаю, своевременно. Чёлка отлично маскирует все изъяны черепа. Что ж, айда на кухню, отметим Лизино расставание с детством. Я как раз купила сладкого к чаю.
- Мам, Котька утверждает, если тридцать первое выпадает на пятницу, то это счастливый день. А давай, это будет наш праздник - день вступления во взрослость, - расставляя чашки, щебетала дочь, радуясь безнаказанности.
- Возможно, я тоже буду так считать, когда вы посвятите меня в свою тайну, - Ксения Петровна разлила чай, жестом пригласила детей,- пока же, мне кажется, взрослость ваша ещё в пути.
- Если детство ушло, а взрослость не дошла, то, что же сейчас? - удивилась девочка.
- Юность. Пора, в которой нарушение правдивости награждается синяками и шишками. Идея Константина превосходна. Как же праздник назовём?
Костя с Лизой завертели головами, ища подсказку. На столе - коробка конфет. Пурпурная "Жар-птица" на синем фоне. Одновременно выпалили:
- День Красной Птицы!
- День Синей Птицы!
- Великолепно! Значит, День Птицы. Почему синей? Она же красная.
- Потому что самый жаркий огонь синего цвета, а от красного - больше копоти, чем тепла, - подтвердил своё решение мальчик.
Лиза с восхищением посмотрела на друга. Согласилась:
- Да. День Синей Птицы!
- Договорились. Начинаем праздновать, - Ксения Петровна распечатала коробку, - Вот, шоколадные пёрышки. Угощайтесь. Синяя птичка не терпит насилия - охота на неё - себе во вред. По каким критериям она выбирает счастливчика - никто не знает... Похоже, сегодня это вы.
Отхлебнув глоток ароматного чая, наблюдая доверительно-уступчивую возню за столом, с улыбкой добавила: