Аннотация: Моя попытка изменить "сухость" своего стиля. Очень витиевато. Это просто зарисовочка. Пока не знаю, стоит ли писать продолжение...
Тишина и спокойствие царили в этом мире безбрежного океана цветущей зелени. Громады вековых деревьев раскинули свои лапищи, невзначай касаясь ими друг друга, одурманивающий аромат раскрывшихся бутонов неведомых цветов вскружил бы голову любому человеческому существу, если тут было бы нечто подобное, стрекот необычных существ, назвав которых насекомыми, мы бы были недалеки от истины, легкий шепот листьев, взбудораженных игривым ветром, наслаждающимся вечно летними лучами огромного Небесного Светила...Все здесь живет, дышит, чувствует...Этот Лес существовал всегда. С начала времен. Чего только он не повидал на своем веку. Все вокруг двигалось вперед, и лишь он сумел сохранить свои владения в неизменном постоянстве.
Казалось бы, сонная атмосфера этого места не менялась тысячелетиями.
Но эта безмятежность лишь видимость.
Когда Небесное Светило скрывалось из поля зрения обитателей райского уголка, в Лесу наступала тьма. Время замирало. Ветерок, совсем недавно заигрывавший с легкими листочками, срывавший их с насиженных веток, в попытке показать радость свободы полета, затихал, стрекот насекомых становился совсем не слышен, даже аромат цветов волшебным образом исчезал под напором других запахов - запахов Ночи.
Лес напряженно прислушивался. Он ждал. Ждал, когда из недр плодотворной земли выползут ОНИ. Те, кто ушли в подполье неисчислимое время назад, дабы не чувствовать на своей белесой, тонкой коже прямых лучей небесного светила, не бороться с игривым ветром, превращающимся для них в буран, не задыхаться от удушающего запаха лесных цветов. ОНИ вылезали лишь ночью, когда дети леса были совершенно беззащитны из-за сковавшего их тела сна, когда можно было застать их врасплох и убить, выпотрошить, пожрать...
Тогда Лес плакал. Деревья беззвучно роняли листья, чуть покачивая разлапистыми ветками, отчего разносился еле слышный скрип, похожий на стон отчаяния, закрывались и склоняли свои головки под тяжестью невыразимого горя великолепные цветы, чуть подрагивала разбуженная окропившей ее кровью земля...
Вандалы убивали, рубили, топтали. ОНИ не знали пощады, ИХ лишь раззадоривал плач леса, подбадривал его страх перед НИМИ.
ОНИ словно мстили поверхности за то, что вынуждены уйти в недра, жить там, вблизи ядра земли. ОНИ ненавидели и завидовали тем, кто, в связи со своим строением и высокой степенью адаптации, могли радоваться пылающему Небесному Богу, греться под его лучами, не покрываясь ужасающими волдырями ожогов, вдыхать воздух, наполненный приторностью пыльцы, не задыхаясь в результате жестких приступов астмы.
Но, рано или поздно, Ночь заканчивается. ИХ власть заканчивается. ОНИ уходят назад. В землю. До следующего пришествия Тьмы.
Так было всегда. Так будет всегда.
До тех пор, пока с Великого Неба в лес не спустятся ЧУЖИЕ...