# Время нашей беды 5

Александр Афанасьев

26/05 ч5

Для перевозки гей-активистов в Москву - были наняты специальные самолеты, оплатил чартер - специальный фонд, открытый одним довольно известным актером, снимавшимся во Властелине Колец. Его слоган был - просто скажи правду. В смысле, скажи правду, что ты гей. У них был довольно известный рекламный плакат - двое мужчин, молодой и постарше и надпись - "Папа их бин швуль". То есть - папа, я голубой. В Берлине - такие плакаты висели на остановках общественного транспорта, иногда ночью - поверх них появилась фашистская свастика...

В числе геев, которые летели в Москву из Нью-Йорка (гей-столицы Восточного побережья США) - был Марк Куин. Невысокий, приветливый гей, в прошлом - сержант морской пехоты США. Он был одним из первых морских пехотинцев, который признал, что он гей, сразу после отмены принципа "не говори, не спрашивай*". Сделал он это в весьма неудачном месте - в Кандагаре, Афганистан. Через несколько дней - его подстрелили во время пешего патрулирования, и в Афганистан он уже не вернулся. Сначала он служил в штабе Морской пехоты в Вашингтоне, потом - помощником одного сенатора, потом - когда всплыла история об унижениях и избиениях геев в Корпусе морской пехоты - возглавил один из фондов помощи геям, финансировавшийся из бюджета США. Здесь - он был можно сказать, на работе - перед тем, как отправиться в Россию, он имел разговор с вежливыми людьми из Лэнгли, которые сказали, что их интересует в России - прежде всего, контакты в гей-сообществе и наличие геев в высших эшелонах власти - отличный инструмент для шантажа. Поскольку Марк Куин закончил школу иностранных языков и изучил русский - проблем в общении не должно было быть.

Но проблемы начались - причем сразу.

Чтобы геям не пришлось проходить через аэровокзал - автобусы подали прямо на летное поле. Приказали всем погрузиться и быть готовыми за тридцать минут - но так как большинство геев были людьми гражданскими, то они не уложились и в сорок минут. Марк Куин пытался помочь остальным сложить вещи, гасил какие-то конфликты.

Тронулись. Они выезжали через служебный вход - но был виден полицейский кордон, транспаранты "Извращенцы, убирайтесь вон!" и почем-то было много плакатов с Кончитой Вурст** на синем и белом фоне. На одном из них было жирно написано - Синяя борода придет за тобой...

При чем тут это...

- Круто... - сказал один из геев

Куину сказали, что русские обеспечат безопасность - но у него сомнения возникли еще в аэропорту. Когда они выезжали - автобус был высоким, и он заметил, как от международного терминала бегут разъяренные люди, с плакатами, а кто и с арматурой. Это не было похоже на безопасность.

От аэропорта - их начали преследовать машины с гомофобами. Запомнился БМВ Х5 - он обогнал колонну и какой-то бритоголовый парень - открыл окно и прицелился в автобус, везущий геев из автомата

- Боже! - крикнул кто-то

Взвыла милицейская сирена - и БМВ ушел вперед на скорости...


Разместили их в гостинице, на окраине города, под охраной полиции. Выходить в город - запретили. Из-за запретов - геи начали скандалить с полицией и друг с другом...

Куин - мрачно смотрел на все это. К нему попыталась пристать одна "принцесса" - но он ее отшил, так как был в "законном браке". Его "супруг" был помощником конгрессмена США и скандал - был ни к чему.

Он заказал виски - и тут к нему за столик подсед какой-то тип. Он был не в настроении знакомиться и хотел уже сказать грубость - но этот тип сказал, что он помощник посла США в России Закарии Реймса и посол - хотел бы переговорить с ним с глазу на глаз...


Встреча с послом - состоялась не в основном здании посольства - а в личной резиденции посла США в Москве - особняке Второва по адресу Спасопесковская, 10, известном как Спасо-хаус...

Посол - оказался подтянутым, ухоженным мужчиной лет пятидесяти, следящим за собой. Куин где-то его видел раньше, и сначала не мог вспомнить - но через несколько минут вспомнил. В Данс-бутике, на Восьмой улице, посол был в черных очках и снимал там мальчиков-танцовщиков...

- Очень рад... очень рад...

- Взаимно, господин посол...

- Моя супруга Маргарет...

- Очень приятно

- Как поживаете...

- Благодарю, отлично. Тут так мило...

Куин не удивился ни тому, что у гея может быть жена, настоящая причем женщина, не переодетый трансвестит или транссексуал, ни тому, насколько ловко и цинично врет господин посол. Ловко и цинично врать - это sine qua non*** Вашингтона, в Вашингтоне без этого не выжить. Вполне может быть, что посол на самом деле straight****, а снимал мальчиков он для того, чтобы изменить жене, просто проявлял осторожность. Изменяли женам - в Вашингтоне всегда, но раньше те, кто попадался - уходили из политики... ничего не поделаешь, Америка глубоко пуританская страна, ложь тут едва ли не приравнена к убийству, а измена - это ложь и предательство семьи одновременно. Но в последнее время, после того, как в сознании среднего американца устаканилось, что геи - это хорошо, а права геев - это права человека - вашингтонские политиканы начали изменять своим женам не с женщинами, а с мальчиками. Потому что если тебя поймают на этом - можно всегда признаться, и покаяться, что ты еще с детства понимал, что с тобой что-то не то, и еще в школьной раздевалке тебя влекло к одноклассникам. И тогда - за тебя вступятся все гей-организации, и гей-журналисты, которых немало, поднимут вселенский хай насчет притеснения геев и насчет того что еще один политик признался, и что нельзя за это линчевать... и в общем в политике ты, наверняка останешься*****...

А политика для Вашингтона - была всегда приоритетнее семьи...

- Какие картины...

- Хотите, покажем вам нашу маленькую коллекцию?

- Конечно.

- Прошу сюда...

Картины действительно были хороши...

- Мистер Куин...

- Да, сэр.

- Завтра мы с вами возлагаем цветы к могиле Неизвестного солдата...

- Да, сэр.

- Вы должны понимать, что для русских это место - все равно, что для нас мемориал в Вашингтоне.

- Я понимаю, сэр.

- У вас есть военная форма?

- Да, сэр.

- Наденьте ее. Я бы хотел, чтобы на вас была военная форма, и остальные - тоже оделись как можно строже. Если кто-то будет в трусах, или в кожаной одежде - это только подогреет и без того непростую ситуацию...

- Да, сэр. Только...

...

- Мне кажется, она и без того подогрета. Нас вывезли из аэропорта как преступников. Когда мы ехали к Москве - нас сопровождали машины, из одной из машин в нас целились из автоматического оружия...

Посол помрачнел

- Выстрелы были?

- Нет, сэр...

- Ситуация сложная, вы должны это понимать.

- Я понимаю, сэр.

- В Белоруссии уже была бойня. В Украине - достичь надежного урегулирования так и не удалось. Русские - пошли на одностороннюю сецессию Кавказа, я не разделяю восторгов некоторых политиков на эту тему. Скорее это значит, что русские умывают руки и рано или поздно проблему Кавказа придется решать нам, а потенциал для взрыва там не меньше, чем в Афганистане. Откровенно говоря, я бы предпочел, чтобы гей-парада в Москве вообще не было бы.

- Сэр, мы тоже имеем права...

- Да все я понимаю... - отмахнулся посол - но вы должны понимать, на каком вулкане мы сидим. Моя супруга Маргарет - участвует в деятельности по защите прав геев, заказывала исследование на тему отношения к геям в России. Оказалось, что в России такое негативное отношение к геям связано еще с травмой, которую они получили во времена Джозефа Сталина в лагерях ГУЛАГа. Отношение к геям - выражает уголовную сущность российского общества, для них гей - "петух", а тот кто выражает сочувствие к геям - тот становится как бы изгоем. Это не изжить за короткое время. Именно поэтому - если мы проводим гей-парад - то я хочу показать русским, что геи такие же люди, как и все, и что геи - способны выражать уважение подвигу русских в годы Второй мировой войны. Именно поэтому - я не хочу, чтобы на Красной площади были люди, некорректно, без уважения к русским одетые.

- Понимаю, сэр. Сделаю, что смогу.

- Будет три венка. Один от посольства США, другой от дипломатических представительств других стран, третий - от гей-организаций всего мира. У вас найдутся люди, которые смогут их правильно возложить?

- Я служил в армии сэр. Найду.

- Хорошо

Посол вдруг порывисто перекрестился

- Да поможет нам Бог... Да поможет нам Бог...


Вечером - у Куина был скандальный разговор с представителями различных гей-организаций. Кто-то согласился нормально одеться, а кто-то - сказал, что не для того сюда приехал, чтобы нормально одеваться...

Единственный выход - был в том, чтобы поместить нормально одетых в голове и по бокам колонны и не давать особо возмутительных телевизионных картинок.

Один из геев сказал, что ему противно во всем в этом участвовать. Но Куину не было противно, потому что он был из Вашингтона. Вон - посол. Супруга в защите геев участвует, сам посол - геев снимает в гей-баре, и еще верующий христианин, к защите Бога взывает. И ничего. Почему ему должно было быть противно?


Утром - снова подали автобусы. Все необходимое для митинга - было заготовлено заранее, даже цветы - привезли с собой на самолетах...

Неприятности - начались уже на Садовом. Колонна автобусов с геями - попала в искусственно созданную пробку, русские нарочно ехали медленно, сигналили, открывали окна и показывали кулаки.

Бац! - от специально защищенного пленкой окна отскочил камень, оставив белое пятно с едва заметными трещинками. Бац! Еще один...


Посол США - прибыл на гей-парад заранее.

Рядом с ним были сотрудники Дипломатической секретной службы - спецподразделения Госдепартамента США. Автоматического оружия у них не было - винтовки хранились в машинах. Но пистолеты были. Посол - глянул на стену ОМОНа в доспехах, на висящие над старыми зданиями репортерские дроны - и тяжело вздохнул...


Начали прибывать автобусы с геями. Как то выходили, выстраивались. Включили музыку и выключили через минуту. Мероприятие затягивалось.

За стеной ОМОНа - стояли русские активисты. Через мегафоны - кричали "Содом не пройдет!" и пели "Вставай страна огромная" - русские пели эту песню, когда Гитлер пошел на них, От этой песни - послу становилось не по себе...

Но песня становилась все громче - теперь ее не просто пели, а подключили к мегафону. Металлические аккорды - гремели над улицей, и улица - начинала казаться ловушкой, из которой нет выхода...

Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой.

С фашистской силой тёмною,

С проклятою ордой...

Посол посмотрел на часы.

- Начинаем! - решительно сказал он - больше никого не ждем.

В этот момент - послу обожгло щеку, он схватился за нее и вскрикнул, меж пальцами - побежала кровь

- Снайпер! Снайпер!

Охранники - моментально образовали прикрытие, с оружием в руках.

- Все нормально...

Щеку жгло.

- Нормально, сэр... Покажите.

...

- Пневматика. Мощная пневматика... черт...

- Здесь нельзя оставаться! Уходим!


После того, как посла США увезли - все и вовсе пошло кувырком.

Русских геев - прибыла примерно пятая часть от того, что было заявлено, остальные - или побоялись расправы, или были блокированы на подходах разъяренными гомофобами. Куин звонил по всем номерам, какие были - но связи не было. Больше получаса прошло с тех пор, как они должны были начать движение - но движение не начиналось. Куин объяснился с командиром московского ОМОНа - он понял, что этот человек его ненавидит и презирает, и только приказ - заставляет его делать то что он делает. Наконец - движение кое-как началось, но тут же остановилось - прорвались гомофобы, перекрыли выход на Красную площадь.

- Содом не пройдет! Содом не пройдет!

Куин был впереди, от гомофобов его отделяла только стена полиции, он закричал, пытаясь обратиться к русским.

- Мы только положим цветы и уйдем! Мы уважаем вас и подвиг ваших солдат в годы второй мировой!

- Убирайтесь отсюда! Убирайтесь!

- Мы просто хотим показать, что мы уважаем вас и ваш подвиг!

- Мрази, как вас только земля носит!

Крикнувшую женщину - оттолкнул в сторону какой-то мужчина лет сорока пяти, он не был похож на неонациста, обычный мужчина - но на его лице была написана такая ярость, что Куинну стало страшно.

- Бей п...асов!

Он попытался ударить - но не достал из-за полицейского. В этот момент - откуда-то прилетел камень, вскользь попал по голове. Куин дернул полицейского за рукав, крикнул по-русски

- Почему вы нас не защищаете?!

Полицейский отмахнулся от него, он как то неудачно попытался удержаться и его рука - мазнула полицейского по лицу. Это было не ударом и не пощечиной - просто неудачное движение. Но лицо полицейского исказилось от ярости, он размахнулся дубинкой и попытался ударить его по голове, но попал по плечу. Куин на автомате провел контрприем - полицейский что-то заорал и попер на него. Это стало сигналом для других полицейских - они развернулись и с дубинками бросились на геев, не повинуясь крикам командиров...