Афанасьев Сергей: другие произведения.

Кадавр. Книга 1. Старый Замок. (отрывок)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Действие романа происходит в старинном замке, расположенном в самом центре современного города. Замок закрыт на реставрацию и доступ экскурсиям внутрь запрещен. Но, как оказалось, не так уж он и пуст. Устремляясь в Замок за незнакомкой, Игорь, историк по профессии, неожиданно попадает в мир колдовства и магии. Хотя, если выглянуть в окно, за стеклом будни современного города — автобусы развозят пассажиров, мигают светофоры и огни магазинов и казино, туристы толпятся на площади у замка. Вскоре он понимает, что попал сюда совсем не случайно — ему предстоит спасти незнакомку. А заодно и найти способ как вернуться домой.
    По договору с ЭИ выложил только пятую часть. Полностью произведение доступно на Andronum, LitRes, Bookland, Google

Сергей Афанасьев.

Кадавр.
Книга 1. Старый Замок.

Посвящается Татьяне Рушковой.

Пролог

   Красновато-зеленое месиво, бурлящее в огромном чугунном котле, с алчной жадностью поглотило тонкую струйку белого порошка. В очаге ярко, с оглушительным треском вспыхнуло, и сполохи от огня волнами пробежали по древним каменным стенам глубокого подземелья старинного замка.
   Представительный мужчина среднего возраста, солидный и властный, в перчатках, смокинге, белой рубашке и галстуке-бабочке, но без цилиндра, сидел в роскошном кресле, время от времени неторопливо прикладываясь к золотой чаше. Огоньки пламени зловеще плясали на его жестком лице. Огромные деревянные балки массивного свода нависали над ним, давя своими размерами. Окон в помещении не было.
   Многочисленные полки, занимающие почти все стены, были заняты разнообразными баночками и стаканчиками. Стол, расположенный в самом центре этого небольшого помещения был полностью заставлен колбами и ретортами. Неподалеку на двух массивных табуретах располагался довольно ветхий гроб, явно уже побывавший в использовании – изъеденный червями, со следами гниения, осыпавшейся трухи, но на удивление без дырок. Обтягивающая когда-то материя теперь свисала по краям гнилыми лохмотьями.
   У реторт и колб суетилось странное существо старческого возраста в классическом халате алхимика и в таком же классическом остроконечном колпаке.
   – Сейчас, сейчас, – то и дело бормотало оно. – Сейчас, сейчас...
   – Мастер, вы не торопитесь, – в конце концов спокойно процедил мужчина, не выдержав этого бормотанья и снова приложившись к чаще. – Уроните еще что-нибудь...
   Но старик, которого назвали Мастером, не обратил на это замечание никакого внимания. Все также торопливо он достал из стеклянной банки отчаянно сопротивляющуюся летучую мышь, ловко прикрывая крышку левой рукой, чтобы остальные твари не разлетелись. Вытянув извивающегося зверька наружу и не обращая внимания на отчаянный писк и укусы, он плюхнул свою жертву на стол, крепко прижал ладонью и, выбрав свободной рукой подходящий нож, на удивление ловко и быстро сделал несколько надрезов. Потом взяв раненую тварь за перепончатое крыло, он поднял извивающегося зверька над котлом. Сдавил словно тряпку. Обильно закапала кровь и в котле тут же что-то утробно заурчало и зашипело.
   Зверек какое-то время еще дергался в смертельных объятиях, брызгая остатками крови, но вскоре затих, и старик просто отбросил безжизненную тушку в угол.
   Потом он из банки размером побольше достал огромную жабу. Она была старая и фактически уже не шевелилась. Также распластав ее на доске мастер, быстро работая скальпелем, вытащил из жабьей головы небольшой камень, тщательно ополоснул его в тазике с водой и старательно обтер полотенцем. Внимательно разглядел на свет. Оставшись довольный результатом, он бросил камень в ступу и, взяв с полки каменную толкушку, принялся тщательно измельчать его, оглашая комнату неприятным хрустом. Мужчина в смокинге, слегка поморщившись от возникшего неприятного шума, терпеливо ждал, стараясь не выказывать нетерпения, только вот левая бровь его слегка подрагивала от внутреннего напряжения.
   Бережно отложив ступу в сторону и удостоверившись, что процесс измельчения прошел как надо, мастер резко и решительно высыпал полученный порошок в котел и тут же отстранился, согнувшись в три погибели – после всплеска такой продолжительной активности силы окончательно оставили его.
   Яркая вспышка снова осветила это таинственное и мрачное помещение. Забурлила жидкость, изредка выплескиваясь через край. Комната наполнилась чавкающими звуками и странными запахами.
   – Ваше величество, с ингредиентами покончено, – наконец пробормотал сгорбленный пуще прежнего старик. – Осталось только охладить.
   Господин в кресле вдруг весь подобрался, порывисто наклонившись вперед. Замер.
   – Мастер, Вы уверены, что все сделали правильно? – сухо спросил он, подчеркнуто делая ударение на слове "Вы".
   – Сир, вы меня обижаете, – произнес старик с явной обидой.
   – Прошу прощения, – еще более сухо процедил человек в кресле, откидываясь на спинку и придавая своему лицу скучающе-равнодушное выражение – Продолжайте.
   Подцепив чугунные ручки массивными цепями и используя рычаги, старый алхимик убрал котел с огня, оставив его остывать в воздухе. Шаркая ногами, он подошел к полкам. Щурясь и тщательно вчитываясь в названия, он выбрал довольно пыльный стеклянный бутылёк темно-зеленого цвета. Подошел к котлу, выдернул из бутылька деревянную пробку. Могильная вонь быстро заполнила это небольшое помещение, но никто даже не поморщился. Старик высыпал себе на ладонь немного темно-фиолетового порошка. Замер в нерешительности, явно боясь последствий.
   – Отступать уже поздно, Мастер, – процедил сквозь зубы человек в кресле, неприятно усмехаясь уголками тонких властных губ. – Бросайте. Ну?!
   Рука старика дрогнула и порошок неуклюже высыпался в котел, частично осев на железном крае и немного просыпавшись на пол.
   Месиво жадно забурлило, словно пытаясь растворить всё и всех.
   – Процесс с поглощением тепла, – поспешно пробормотал алхимик, стараясь сгладить произошедшую неловкость. – Это остудит содержимое до приемлемой температуры.
   Властный мужчина недовольно поморщился — видно технические подробности его мало интересовали – но промолчал, и мастер замер, неотрывно глядя на взбесившуюся жидкость.
   Когда бурление немного успокоилось, старик простер ладони в сантиметрах от поверхности месива. Потом, удовлетворенный результатом, засучил правый рукав и, сильно побледнев, опустил в жидкость голый локоть. Подождал около минуты. Быстро выдернул руку. Торопливо и тщательно обтер ее полой длинного обтрепанного халата.
   – Сир, все готово, – дрожащим голосом прошепелявил старый алхимик, поправляя правый рукав своего халата.
   Человек в кресле зачем-то энергично потер виски.
   – Приступайте к последней стадии, – холодно произнес он, скрывая волнение и сжимая руки.
   Старик покорно кивнул. Используя все тот-же подъемный механизм, он с натугой передвинул котел к гробу и медленно вылил в него остывающее месиво. Человек в кресле, подавшись вперед, жадно наблюдал за этим действом.
   Убрав котел в сторону, но оставив висеть его на цепи, старый мастер обернулся и выжидательно посмотрел на властного господина.
   – А теперь оставьте меня одного, – глухо произнес тот, беря себя в руки, и снова небрежно откидываясь на спинку кресла.
   Старик, вскинувшись, хотел было возразить – ему явно не терпелось поучаствовать в продолжении этого процесса. Но он промолчал и, почтительно поклонившись, удалился, скрипнув тяжелой кованной дверью.
   А мужчина, резко поднявшись с кресла, подошел к гробу. Наклонился, вглядываясь в жидкость. А потом быстро вытащил из обшлага рукава небольшой брикетик и кинул его в общее месиво. Тот час жуткая масса зашипела, забурлила.
   – Вот и пришло мое время, – бормотал он, производя над гробом странные пасы руками. – Настала пора решительных действий. Пора перевернуть этот мир. Изменить его. Священная реликвия Леонидия, которую учуял Голем, будет моею. Золотой пасьянс наконец-то сойдется.
   Господин в смокинге пододвинул свободный табурет. Присел, все-также склонившись над странным варевом. Долго смотрел, принюхиваясь. Потом слегка ткнул пальцем, закрытым перчаткой, в самый центр, зачем-то слизнул прилипшую жидкость языком. Задумался, прикрыв глаза. Удовлетворенно кивнул. Достал что-то из нагрудного кармашка, мелкое, совершенно невидимое, кинул в месиво двумя пальцами. Внимательно понаблюдал, как меняется цвет быстро густеющей начинки гроба, нетерпеливо сжимая его ветхие стенки.
   Наконец цвет застабилизировался. Бурление прекратилось. Жидкость принялась лениво сворачиваться в большие комки, словно скисшее молоко.
   – Все, – тихо выдохнул мужчина, невольно осунувшись всем своим телом и став как будто гораздо меньше, – Механизм запущен. – Он снова поводил руками над быстро густеющей жидкостью. Застыл в ожидании. Потом вдруг нервно рассмеялся. – Я так долго ждал этого часа! – окончательно разволновавшись промолвил властный господин, носовым платком нервно вытирая пот со лба. – Никто так долго не ждал, как я! И вот теперь все мои невзгоды будут вознаграждены! Теперь они, хотят того или нет, уже не будут вольны в своих поступках, хоть и не знают еще об этом! – Он снова неприятно рассмеялся, потирая руки в перчатках. – Марионетки на нитях невидимой судьбы, которая с этого момента будет управлять всеми этими жалкими жизнями! – Властный мужчина выпрямился, нависнув над гробом. – А мне остается только ждать, – многозначительно добавил он и, вдруг устало развернувшись, вяло направился к выходу.










Часть 1. Незнакомка.

1) Монография о древних артефактах.

   Теплым осенним вечером, придя с работы и даже не поужинав, Игорь Легостаев, историк по профессии, распахнул окна, чтобы разогнать застоявшийся воздух однокомнатной квартиры, и сразу же сел за письменный стол, торопливо достав из ящика чистые листы бумаги и стараясь как можно быстрее занести возникшие по дороге мысли.
   Такая спешка объяснялась тем, что уже утром он должен был сдать монографию в редакцию одного серьезного исторического журнала. А ведь ему еще, кроме собственно написания, необходимо было потом вычитать рукопись, отредактировать и расставить ссылки на источники.
   Шариковая ручка стремительно забегала в его руке, ломая и без того неровный почерк, но так и не успевая за еще более стремительными мыслями. Работал он по-старинке — на бумаге, несмотря на наличие компьютера. Так почему-то Игорю лучше думалось. К тому же можно было исписанные листки разложить на столе рядами, чтобы иметь возможность одним взглядом окинуть все главы разом. На компьютер он переносил только готовый материал.
   Работа шла. Стопка чистых листов неуклонно уменьшалась. Игорь с головой погрузился в таинственный мир средневековья и из его комнаты мысленно исчезли современная мебель и телевизор с компьютером, а настольная лампа превратилась в изящный канделябр со свечками. Холод, исходящий от каменных стен, пронизывал тело, студя спину. Сквозняки беспокоили ноги. И скрип деревянных балок привычно сливался с воем волков за стенами замка... Но тут резкий порыв ветра стукнул форточкой и наваждение исчезло.
   Игорь, недовольный тем, что его отвлекли от работы и перебили важную мысль, встал, подошел к окну. Там на свободе мрачные тучи энергично наползали друг на друга, проглатывая последние остатки голубого неба. Быстро темнело. Игорь плотно закрыл окно, торопливо вернулся к столу, включил настольную лампу. Сел, снова берясь за ручку.
   "Рыцарь Властимир Решительный, – продолжил он свою мысль, – после первого крестового похода долго путешествовал по Европе и, вернувшись в родные края, по некоторым косвенным свидетельствам, привез с собой знаменитые Артефакты. А именно: христианскую чашу Грааля, кельтского Золотого Идола и славянский щит Вещего Олега".
   В этот момент за окном неприятно сверкнула молния, остро резанув глаза и заставив зажмуриться. И тут же гулко ударил гром. Стекла в окнах задребезжали. Что-то недовольно заскрипело на кухне. Игорь давно уже привык к подобным звукам в пустой квартире. Каждую ночь из кухни слышалось то поскрипывания дверей шкафчиков, то деревянного пола. Обычное дело. Но сейчас ему стало как-то не по себе. Неуютно в родном доме. Что-то было не так.
   Игорь поежился, отвлекаясь. Однако погодка, подумал он, бережно доставая из верхнего ящика с таким трудом добытые им раритеты и еще не зная, какую большую роль они сыграют во всех последующих странных событиях.

   Первым был кусочек древней новгородской бересты, покрытый защитным лаком и хранимый в рамке, под стеклом. Береста содержала маленькое хозяйственное распоряжение: "Сновид, пошли-ка к дружине князя Властимира Решительного рабыню и обоз со снедью. Я за них взял 12 гривен и поручился".
   Специалистам, благодаря предметам, найденным вместе с грамотой, удалось довольно точно установить дату – лето 1105 года. И эта дата также в свое время сыграет свою странную роль.

   Второй раритет представлял собой оборванный листок древнего манускрипта. Предполагалось даже, что он был вырван из знаменитой, но утерянной Книги Судеб.
   Правда сейчас Игорь держал копию – оригинал он отдал на экспертизу.
   "
   Год Желтого Дракона принес в наш мир мудреца с дитём вне времени. Тот мудрец, ради прекрасной дамы, возжелал совершить невозможное – найти источник желаний.
   Злые силы, зачастую облачаясь в добрые одежды, всячески пытались помешать ему. Но он упорно шел к своей цели, преодолевая расставленные на его пути испытания.
   Приводим полный перечень этих загадок, дабы был лучше понятен подвиг, совершенный им.
   Первое испытание: Рабочий инструмент Али аль-Хусейна. Знание о нем поможет ему.
   Второе испытание: Арабская шарада. Знание правил поможет ему.
   Третье испытание: Цепочка в спирале тьмы. Знания о взаимосвязях последующего с предыдущем помогут ему.
   Четвертое испытание: Верх и низ. Карта поможет ему.
   Пятое испытание: О сущности золота. Перевернутые люди помогут ему.
   Шестое испытание: Ключ к источнику желаний. Желтая дорожка укажет путь ему.
   Седьмое и последнее испытание: Как остановить время? Дитя вне времени поможет ему.
   "
   Может, пристроить ее куда-нибудь? – подумал Игорь. – Например, написать отдельную главу про Книгу Судеб?
   Эта идея захватила его. Он тут же взял чистый лист и принялся быстро набрасывать возможный план главы. Но вскоре, с сожалением, отложил ручку в сторону – слишком мало материала. Время ее еще не пришло.
   Он задумчиво посмотрел на план, потом свернул листок и убрал его в дальний ящик – на будущее.
   И в этот момент зазвонил телефон. Игорь взял трубку.
   – Да, – автоматически промолвил он, продолжая размышлять о прочитанном. – Я вас слушаю.
   Но в трубке было тихо. И даже ничего не потрескивало.
   – Алло, говорите же, – снова повторил Игорь, бережно убирая раритеты в ящик.
   Но трубка по-прежнему молчала.
   – Вас не слышно, перезвоните позже, – пробормотал Игорь и раздраженно бросил трубку, недовольный тем, что, отвлекшись, он потерял какие-то очень интересные мысли.
   Игорь снова вернулся к бумагам. Какое-то время он соображал на чем же он остановился и что хотел изложить дальше. Потом пододвинул к себе недописанный листок. Взял ручку.
   "Итак, артефакт номер один: Чаша Грааля", – аккуратно вывел он, естественно не догадываясь, что и эта монография, как и раритеты, сыграет огромную роль во всех последующих невероятных событиях.
   "Первоначально этот кубок не имел никакого отношения к Христу, – излагал он свои мысли на бумаге. – Впервые тема Грааля, или священной чаши, появилась в 1190 году в произведении французского поэта Кретьена де Труа "История Грааля", повествующая о временах короля Артура. А уже потом, гораздо позднее, согласно книге бургундского поэта Робера де Борона "Иосиф Аримафейский" (около 1200 года) Грааль — это чаша, из которой Иисус пил во время Тайной вечери и в которую Иосиф потом собрал его кровь после распятия."

   Шум на кухне снова отвлек его внимание. Игорь вспомнил, что там-то окно он не закрыл, а этаж-то второй – может, залез кто? Он внутренне подобрался, забывая про артефакты. Взял из ящика длинную крестовую отвертку – ничего более подходящего для оружия он поблизости не нашел. Осторожно заглянул на кухню. Темно. Щелкнул выключателем. Никого.
   Закрыл окно. Достал из шкафчика бутылку коньяка. С твердой мыслью – с нервами надо как-то бороться – он выпил рюмочку. Вернулся в комнату, оставив свет на кухне включенным. Решительно сел за стол, энергично покрутив головой. Снова взял в руки ручку...
   "Ученые считают, что истории о Граале восходят к дохристианским валлийским и ирландским мифам о героях, которые, попадая к богам, угощались из волшебных бездонных котлов. Но христианизация кельтских мифов потребовала замены неистощимых котлов атрибутами христианских ритуалов и верований; особенно это касалось вина для святого причастия, символизирующего кровь Христа".

   И в этот момент Игорь вдруг остро, каждой клеткой спины и затылка, ощутил, что у него за спиной кто-то стоит и внимательно смотрит через его плечо на бумагу. Сильно холодея, Игорь резко обернулся на вдруг безвольно обмякших мышцах. Но никого, естественно, не было – квартира-то пустая. И окна и форточки все уже закрыты.
   Ну вот, – подумал Игорь, непроизвольно вытирая пот со лба, – уже всякая ерунда мерещится. Последнее время со мной происходит что-то неладное, – поморщившись, продолжил он свои размышления. – Наверное, правы были мужики на работе – пора уже жениться. То проснусь среди ночи с чувством, что кто-то есть в комнате, то наоборот, покажется, что кто-то только что был передо мной. Домовой, что ли, завелся? Игорь представил себе этакую сухонькую старушку в телогрейке и валенках, очень шуструю. Улыбнулся своим мыслям. Ерунда, конечно, хотя иногда возникают такие ощущение, словно кто-то время от времени шарится в его вещах. По крайней мере, Игорь ловил себя на мысли, что вещи в квартире не всегда лежат на тех местах, на которых он их оставлял. Или он стал уж больно мнительным, или с головой что-то не в порядке?
   И Игорь на всякий случай включил свет в комнате, выключив уже не нужную настольную лампу.
   "Чаша Грааля. Этимология этого термина до сих пор не ясна, – принялся быстро писать он, снова с головой погружаясь в работу. – Наиболее известны такие его толкования: Грааль – Sang real "истинная кровь"; Gratalem – греческий сосуд для смешения вина с водой; Graduale – церковное песнопение; Graal – ирландская "корзина изобилия".
   Есть еще одна версия, что Грааль – это Чаша бессмертия, которой, согласно Генону, владел Адам до его изгнания из рая. Третий сын Адама Сиф, проникнув в рай, смог завладеть этой чашей. Так она попала в мир к людям.
   В эпоху Средневековья чаша Грааля и двенадцать Рыцарей Круглого Стола, во главе с королем Артуром, олицетворяли идею возрождения древнейших духовных центров, живущих в "Сердце Господа". Круглый яшмовый стол – один из символов этого "сердца".
   Поставив точку и отложив ручку в сторону, Игорь только сейчас осознал, как сильно устал, и что за окном давно уже наступила ночь.

   И тут снова зазвонил телефон.
   – Слушаю вас, – устало произнес Игорь в трубку. Немного подождал, но ответа не услышал. Дозвониться что-ли кто-то не может? – подумал он, и тут же принялся прикидывать, кто ему может звонить в такой час и у кого и раньше были проблемы со связью? Но никто в голову ему не приходил.
   – Вас не слышно, – сказал Игорь, собираясь нажать на разъединительный рычажок.
   – Не делай этого, – вдруг услышал он тихий хрипловатый голос.
   – Чего? – растерялся Игорь.
   – А ничего не делай, – спокойно ответили ему.
   – А с кем я разговариваю? – поинтересовался Игорь, но на том конце уже разъединились
   Он какое-то время прислушивался к гудкам, словно ожидая услышать что-то еще. Потом недоуменно положил трубку на место.
   Балуется кто-то, наконец решил Игорь непроизвольно поёжившись. В школе они вот так же играли с друзьями в "фараона" и проигравший выполнял желания — как правило, высовывался в окно и либо лаял на прохожих, либо приставал к ним с идиотскими вопросами, либо просто нес всякую чушь.
   Но, тем не менее, темнота в углах комнаты и в коридоре недобро загустела, и родная и уютная квартирка вдруг стала какой-то мрачной, чужой и неуютной.

   Подвинув к себе компьютер, Игорь запустил простенькую игрушку – пасьянс "Косынка", и принялся неторопливо передвигать карты мышкой, совершенно не думая об игре и давая возможность голове хоть немного отвлечься и отдохнуть. Но мысли упорно возвращались и к работе и к этим идиотским звонкам.
   Однако пасьянс не помогает, подумал он, прерывая игру. Наверное, лучше принять ванну. Мне ведь, скорее всего, придется работать всю ночь, а то и до утра.
   Игорь поднялся из-за стола и снова поежился — темные углы и тени от мебели (особенно под диваном) почему-то пробрали его до мурашек, которые легкой неприятной стайкой прошуршали по его спине.
   Зайдя в ванную комнату он, неожиданно для самого себя, зачем-то тщательно закрыл дверь на защелку, чего раньше никогда не делал. Наверное, на всякий случай.
   Включив воду, раздевшись и забравшись в чугунную ванну, Игорь продолжил свои размышления, тем более, что шум воды располагал к неторопливым мыслям. Как бы ее назвать? – лениво думал он, выдавливая шампунь на ладонь и закрывая глаза. – "Артефакты, как классический объект веры в лучшую жизнь"? Игорь на ощупь поставил шампунь на полку. Да нет, как-то уж больно кривовато звучит, решил он, энергично намыливая голову. А может вот так? – "Легенды об Артефактах, как внутренняя вера в быстрое изменение жизни к лучшему у народов Восточной Европы в первой половине VII века н.э."? Игорь улыбнулся. Классическое название для монографии, – внутренне веселясь, удовлетворенно подумал он. – Длинное и витиеватое...
   Вдруг, словно легкий ветерок обдул его. Дверь, что ли, сквозняком приоткрыло? – подумал Игорь с беспокойством. Вроде бы на защелку закрывал.
   Одинокая и пустая квартира почему-то стала навевать на него мысли о всякой чертовщине.
   С закрытыми глазами он на ощупь потянулся к крану, собираясь добавить горячей воды, как вдруг натолкнулся на чью-то руку. Резко дернувшись от неожиданности, Игорь упал на спину, скрывшись с головой в наполненной ванне. Подскочил как ошпаренный, судорожно протирая щиплющие глаза, плюясь и чихая – вода забила нос и рот. Сердце бешено колотилось. Нервно осмотрелся дергая головой – никого. И дверь в ванную по-прежнему закрыта на щеколду.
   Быстро выключил воду. Замер, напряженно прислушиваясь к шумам в квартире. Стало тихо-тихо. Вроде никто не ходит по комнате и не скрипит.
   Игорь торопливо смыл с головы остатки шампуня – чтобы не щипало глаза. Наскоро обтерся полотенцем. Осторожно вышел из ванной, вооружившись на этот раз вантузом – ничего более крупного и тяжелого здесь не оказалось. Напряженно, готовый ко всяким неожиданностям, прошелся по квартире, заглядывая во все углы и даже в шифоньер – никого.
   Совсем тут от одиночества свихнешься, – зло подумал он, – или сопьешься. Все-таки правы мужики. Вот допишу монографию и наконец-то займусь обустройством своей личной жизни.
   Вернув вантуз на место и более тщательно вытирая голову полотенцем, он подошел к своему рабочему столу и остолбенел.
   На экране монитора большими жирными буквами светилась надпись – "Game Over".
   Пасьянс был уже кем-то разложен.

   Прямо на глазах в комнате потемнело еще сильнее. Легкий ужас зашевелился в его волосах. Казалось, кто-то прячется в тени за мебелью и внимательно наблюдает за ним. Игорь быстро повключал все светильники, стремясь как можно сильнее осветить квартиру. Но настольная лампа только глухо пыхнула, перегорая, а лампы дневного света в коридоре что-то никак не хотели разгораться. Он торопил их – быстрее, быстрее! Казалось, кто-то невидимый сейчас набросится на него из темноты!
   Но вот лампы лениво замигали, что-то затрещало, снова мигнули пару раз и, наконец, зажглись. В квартире стало не просто светло, а очень ярко светло, и на душе стало гораздо спокойнее.
   Игорь внимательно оглядел свой рабочий стол.
   Однако, галлюцинации галлюцинациями, а предметы все-таки лежат явно не там, где он их оставил. Хотя он точно и не мог сказать, что же тут было не так, но по спине снова забегали предательские мурашки.

   Резкий телефонный звонок заставил его подпрыгнуть на месте.
   Вот черт? – удивился Игорь, стараясь унять сердцебиение. – Неужели я стал таким пугливым?
   И он решительно снял трубку.
   – Да? – как можно грознее рявкнул Игорь, чтобы напугать невидимого шутника.
   – Привет, Игореха! – раздался знакомый бодрый голос. – Как жизнь?
   – Привет, Витек, – облегченно выдохнул Игорь. – Да нормально. А у тебя как?
   – Да тоже неплохо, – весело заметил Виктор. – Чем сейчас занимаешься?
   – Монографию вот дописываю.
   – Слушай, бросай ее к чертям! Мы тут с Ромкой пивком побаловаться собрались. Да и девушки будут. Хоть познакомишься с кем-нибудь в конце-то концов. Совместишь приятное с полезным.
   – Хорошо, конечно, – искренне вздохнул Игорь. – Но я обещал завтра сдать. Неудобно подводить.
   – Обещал, так обещал, – промолвил Виктор уже не так бодро. – Василий – он порядок любит. И в школе таким был. – На линии раздался грустный вздох. – Ну что ж, давай, работай. Надоест – адрес знаешь.
   – Договорились, – кивнул в трубку Игорь. Дождавшись гудков, положил ее на рычаг. Зачем-то переставил аппарат на другое место.
   Нет, ну это уже полный идиотизм! – недовольно подумал он. – Совсем погряз в какой-то мистике. Наверное, это тема монографии так на меня действует...
   Игорь постарался успокоиться и взять себя в руки. Но, тем не менее, проходя на кухню, поймал себя на том, что внимательно осматривает все предметы, пытаясь вспомнить, в каком положении он их оставил утром.
   Ну уж нет! – несколько неискренне рассмеялся Игорь. – Нервы совсем расшатались. Будем принимать решительные меры – завтра перед уходом на работу к каждому предмету незаметно прикреплю по волоску, нарисую план расположения кухонной утвари на столах и посмотрю вечером, что из этого выйдет. Хоть узнаю, кто же он – домовой? Каковы его пристрастия? Какого он, в конце концов, пола? Или вообще бесполый? И что ему от меня нужно? Договорились? – спросил он сам себя, чувствуя наступающее внутреннее облегчение. – Ну вот и прекрасно! – И Игорь легким движением переворошил все предметы на кухонном столе, чтобы уж точно не забивать себе этим голову. То же самое он проделал и в комнате и в ванной.
   Уже более спокойно подошел к шкафчику, открыл дверцу, достал заветный коньяк и дежурную рюмку. Неторопливо наполнил до середины, медленно выпил маленькими глоточками, стараясь получать удовольствие.
   Снова сел за стол. Надо было торопиться. Игорь уже заранее решил, что сегодня не ляжет, пока не закончит – никаких опозданий и уж тем более — унизительных объяснений.
   "Но что же такое на самом деле, Грааль?" – продолжил он свой труд. – "Итак, версия номер один: Чаша, из которой пил Иисус и в которую собрали его кровь. Версия два: Чаша, из которой богоравные герои языческих времен угощались вином на пирах у богов. Версия три: Чаша бессмертия…"

   Еще час работы и глава про Грааль была завершена, а стопка исписанных листков приобрела внушительную толщину.
   Он уже фактически забыл все свои мистические страхи и волнения, связанные с происшествием в ванной и с карточным пасьянсом, как вдруг на кухне громко зазвенело. Явно кто-то уронил стеклянную банку. Разозленный Игорь, схватив лежащую на столе отвертку, решительно бросился на кухню, в надежде наконец-то увидеть этого непрошеного гостя, и надеясь в душе, что может быть это какой-нибудь бродячий котенок, каким-то образом запрыгнувший в форточку.
   По всей кухне была рассыпана мелочь из банки, в которую он скидывал копейки – чтобы не отягощать карманы и кошелек. Некоторые монетки все еще крутились на полу. Банка лениво катилась в угол, пока не уперлась в стенку.
   На кухне по-прежнему было пусто.
   Это уже не шутки, насторожился Игорь. Тут ни порывом ветра, ни мышками уже не отделаешься.
   Он вооружился более основательно – взял большой кухонный нож, которым он резал мясо, тщательно обшарил всю квартиру, заглядывая в каждую щелку, осматривая все полки в шкафах, отодвинул диван. Но окна и двери (и тем более – форточки) были по-прежнему закрыты, а таких углов, где можно было бы спрятаться даже котенку, у него не было.
   Мистика какая-то, – еще раз, в полном недоумении, осмотрел он комнату. – Не в милицию же звонить? Тут требуется какой-нибудь экстрасенс, – подумал Игорь почему-то с грустью – наверное, от того, что сам не верил ни в экстрасенсов ни во что-то подобное.
   Он сел за стол, и тут же вскочил.
   Какая тут к черту работа! – в сердцах про себя воскликнул Игорь, отодвигая от себя листки. – Когда вокруг творится такая чертовщина! Тут в пору ехать в ближайший храм за святой водой, – с сарказмом подытожил он.

   В этот момент снова зазвонил телефон. Игорь снова вздрогнул. Какое-то время он смотрел на аппарат, почему-то не решаясь взять трубку. Возможно, боялся услышать там странные голоса, пророчащие что-то недоброе? Или, может быть – еще более ужасную тишину?
   Переборов себя, он все-таки поднял трубку и осторожно поднес ее к уху.
   – Да? – тихо произнес он.
   – Ты пишешь? – спросил редактор.
   – Да пишу я, пишу… – устало и в то же время с облегчением ответил Игорь.
   – Утром монография должна быть готова, помнишь об этом?
   Игорь только обреченно кивнул.
   – Аванс ведь получил, – напомнил Василий. – Так что жду, – строго добавил он и отключился.
   И Игорь, вздохнув, снова сел за стол и пододвинул к себе чистый лист.
   "Кельтский Золотой Идол", написал он заголовок.
   "Золотой идол, явился якобы даром самого бога Яхве, являя собой источник чуда. А чтобы чудо не стало повседневностью, Яхве сделал так, что чудо могло быть только одно, после чего Идол терял свою силу на тысячу пятьдесят лет (по лунному календарю, кратному семи), наверное, накапливая энергию для следующего чуда. По легенде, силу Идола опробовал кельтский князь Бренн, который, в этот период, в районе 387-390 годов до нашей эры осаждал Рим. Свершилось чудо, князь захватил неприступный Вечный город. Впрочем, кроме Капитолия, где встревоженные гуси разбудили стражу, тем самым предупредив ее о ночном штурме. Так и появилась знаменитая фраза: Гуси Рим спасли."

   Что-то снова со звоном упало. На этот раз – уже в ванной. И Игорь в сердцах швырнул ручку на стол. Решительно встал, даже не заглядывая в ванную, быстро оделся и вышел из квартиры, закрыв дверной замок на все обороты, и только оставив включенным свет в коридоре и в комнате – возвращаться в темную квартиру ему не хотелось.

   Накинув на голову капюшон дождевика – накрапывал мелкий осенний дождик – и отойдя на несколько шагов от подъезда, он зачем-то обернулся на свои окна, и вздрогнул – ему показалось, что за темным кухонным стеклом (там свет – по привычке в целях экономии – он все-таки выключил) виднеется чей-то силуэт. И этот кто-то явно смотрит на него. Игорь машинально прошел еще несколько метров и снова обернулся – силуэт все еще был виден. Игорь остановился в нерешительности и недоумении, размышляя – вернуться? – и понимая, что возвращаться стало вдруг страшно. И пока он так стоял, холодея сердцем, силуэт в окне растаял, словно ничего и не было.
   Наверное, игра света и тени, с облегчением подумал он, мало ли что почудится... особенно когда сам уже настроен на всякую мистику, и готов в любом пятне или сквозняке усмотреть таинственное явление.
   Игорь зачем-то посмотрел на часы – 3 октября, среда, 23:15. По меркам написания монографии – совсем еще мало.
   В ближайшем киоске он купил пару бутылок пива. Но домой не пошел. Почему-то не хотелось. Он вдруг понял, что ему просто боязно сидеть в пустой квартире.
   И он пошел на автостоянку, решив просто покататься на машине по ночному дождливому городу.
   Кивнув сторожу, он завел свою старенькую "Короллу", стоя с ней рядом и ожидая, когда прогреется мотор. Поправив капюшон, он поймал себя на мысли, что искренне жалеет, что не захватил рукопись с собой – сейчас бы сидел в тесном салоне и спокойно строчил свою монографию, безо всякой чертовщины и мистики.
   Улыбнувшись этому, он через боковое стекло посмотрел в салон на индикатор температуры двигателя, удовлетворенно кивнул и решительно открыл дверцу.






2) Таинственная незнакомка.

   Припарковавшись на пустынной каменной площади в старой части города, Игорь неторопливо прогуливался по темным каменным улочкам, не обращая внимания на легкий моросящий дождь.
   Что за ерунда? – думал он, плотнее запахивая плащ и в душе радуясь тому, что спать этой ночью ему не придется. И ведь наверняка завтра при свете солнца вся эта чертовщина исчезнет, как и не бывало. Он отхлебнул пива. А может, в самом деле, съездить в храм, попросить святой воды?
   Попетляв по старому городу, он вернулся на площадь. Здесь находилась конечная остановка троллейбуса седьмого маршрута. Сделав круг по булыжникам троллейбусы выезжали на широкую асфальтовую магистраль.
   Здесь же располагалась единственная достопримечательность их городка – одинокий небольшой замок, чудом сохранившийся с незапамятных времен, не смотря на все исторические события, потрясшие страну. Правда, теперь он нелепо смотрелся на фоне панельных многоэтажек своими невзрачными серыми башенками. И его редкие темные оконца терялись среди яркого света тысячи квартирных окон и моря рекламных огней, затопивших старую площадь.
   Собственно, из-за тебя я и начал свою работу, подумал Игорь, отвлекаясь от своих дум и глядя на темное сооружение, когда-то величественное, а сейчас, среди ультрасовременных построек казавшееся маленьким, хмурым и неказистым. Вернее, из-за твоего хозяина, который так долго занимался поисками Артефактов, оставив после себя так много загадок. Из редких исторических обрывочных фраз можно было заключить, что князь что-то все-таки нашел (и своей монографией Игорь хотел приоткрыть завесу над этой тайной), но не сумел этим воспользоваться. По крайней мере, все его замки в последствии были активно перерыты как его наследниками, так и просто искателями сокровищ. И даже этот замок, что стоит на площади – подарок князя одной из своих многочисленных любовниц – тоже не обошла эта участь. Но и в нем ничего не нашли. А потом – полчища авантюристов всех сортов и мастей потихоньку истощились и, как водится, все это потихоньку затихло.
   Так кто же ты был, князь Властимир Решительный? – подумал про себя Игорь. – Что за личность? Вставлю, пожалуй, отдельную главу и про тебя самого, как простого человека, про твои участия в крестовых походах и последующие путешествия по Европе, про твои неудержимые поиски и страстные занятия алхимией. На твоем примере покажу эту самую жажду… и бессмысленную веру в чудо.

   Он неторопливо подошел к машине по мокрому булыжнику, кутаясь в плащ под моросящим дождем, и в такт шагам его мысли вяло текли, складываясь в строки новой главы.
   Игорь уже выезжал с площади, когда вдруг, впереди, свет фар выхватил одинокую женскую фигуру, выделившуюся ярким светлым пятном на фоне окружающего сумрака и серости.
   Девушка была совершенно не по погоде одета – без плаща, в одном только легком тонком платьице. Было видно, что она вся уже основательно промокла, как-то съежилась под грозными силами природы и напоминала ему жалкого мокрого воробышка на ветке за окном сухой и уютной квартиры. И столько в ее позе было беспомощности и беззащитности, что ему тут же захотелось ей помочь. Причем – захотелось очень сильно. Да так, что уже проехавший несколько десятков метров, Игорь, неожиданно для самого себя резко затормозил и поспешно вернулся обратно.
   Подъехав поближе, Игорь остановился и открыл дверцу машину.
   – Садитесь, – предложил он.
   Она испуганно вздрогнула и прибавила шаг. Он медленно поехал рядом, не закрывая дверцы.
   – Да садитесь же, в конце концов! – почему-то стал настаивать он. – Холодно ведь!
   Она остановилась и неуверенно посмотрела в его сторону. И он вдруг вздрогнул. Эту девушку он точно не знал, но почему-то был уверен, что именно эти глаза он уже где-то видел.
   Девушка усиленно потирала плечи, продолжая упрямо мокнуть под холодным дождем. Ее и без того тонкое платье, основательно прилипло к ее худенькому телу, выделив каждый изгиб, каждое ребрышко, складочку, ну и так далее. Казалось, девушка вообще не одета. Мокрые длинные волосы сосульками прилипли к ее лицу.
   – Заболеете. – Игорь постарался как можно более дружески улыбнуться ей.
   И девушка вдруг подошла к машине и молча села. Все еще беспомощная и жалкая. И взгляд – словно во сне.
   Интересно, что это с ней? – подумал он. – На наркотик или алкоголь совсем не похоже. Взгляд не тот. Скорее всего – жар. Простыла под осенним дождем. Как же это?! В такую-то погоду, и так легко одета! Ей нужна сухая одежда и тепло. И как можно скорее.
   Нисколько не жалея о намоченном кресле, он попытался выяснить – куда ее отвезти, но девушка молчала и только непонимающе смотрела на него. И вообще была словно не от мира сего, и Игорь сомневался, понимала ли она его вообще. Сознание она не теряла, но была в каком-то полусонном состоянии, словно вот-вот провалится в бездну. Да и руки – ледяные.
   Так и не добившись ответа, Игорь, несколько ошалевший от ее красоты и беспомощности, и понимая, что необходимо срочно принимать какие-то меры, волнуясь, решительно повез незнакомку к себе домой.

   Придерживая за локоть, он довел абсолютно безвольную девушку до своей квартиры. Молодая, красивая, тонкая, до синевы сжатые губы, темные брови, бледное лицо... Может, это я о ней мечтал всю свою жизнь? – мельком подумал он.
   В прихожей он замер в нерешительности, не знаю, что делать дальше. Голубенькое платьице девушки, как и легкие босоножки, были порядком намочены. Вода с ее волос и одежды капала на пол коридора.
   Игорь задумчиво посмотрел на неуклонно увеличивающуюся лужу.
   Девушку надо срочно переодеть, решил он. В сухое. А еще лучше – предварительно отогреть ее.
   Отпустив незнакомку и проверив, не падает ли она, Игорь оставил ее в коридоре и быстро сбегал на кухню – включил чайник. Потом бегом в ванную – включил горячую воду. Незнакомка все так же неподвижно стояла в коридоре.
   Игорь отвел ее в ванную. Она не сопротивлялась, движения ее были вялыми. Он неловко раздел ее, с трудом расстегнув пуговички и стянув не желающее сниматься мокрое платье. Девушка и тут не сопротивлялась. Тело ее было по-девичьи свежим, упруго-обольстительным и холодным. Он снял с нее и трусики, решив, что, конечно, она может сидеть в ванне и в них, но потом-то, когда он уложит ее под теплое одеяло, их все равно придется снять. На всякий случай потрогав воду в наполовину наполненной ванне – температура была вполне подходящей, он, волнуясь, поднял несчастную незнакомку на руки, и медленно опустил ее в воду. Девушка замерла, судорожно поджав губы и стиснув кулачки. По-прежнему не мигая, она упорно смотрела строго в одну точку – прямо перед собой.
   Видя, что девушка держится и погружаться в воду с головой не собирается, Игорь сбегал на кухню. Чайник уже подогрелся. Игорь быстро налил в кружку кипяток и заварку, прислушиваясь к звукам из ванной. Кинул две чайных ложки сахара – как себе. Быстро вернулся, остановившись в нерешительности на пороге. Расслабившись и откинув голову, девушка уже спала.
   Замявшись, Игорь присел рядом. Чисто автоматически контролируя рукой теплоту воды, он смотрел на незнакомку, втайне любуясь ею, и незаметно выпив весь ее чай.
   Вскоре вода закрыла ее грудь, добравшись до шеи и подбородка, и Игорь выключил воду. Стало совсем тихо. Какое-то время он просто смотрел на нее, строя всевозможные догадки и предположения. Но ничего умного в голову не приходило.
   Внезапно ему показалось, что она уже не дышит. Испугавшись, он, тем не менее, осторожно пощупал ее пульс. Непонятно – то ли есть, то ли нет. Трогать непосредственно сердце он постеснялся. Наклонился близко-близко к ее лицу. Ощутил приятный аромат и волнующую теплоту ее тела. Прислушался – вроде как есть какое-то дыхание.
   Так он и сидел на краю ванны, не зная, что предпринять в данной ситуации.
   Вода между тем медленно остывала.
   Наконец очнувшись от этого наваждения, Игорь расстелил на диване просторное пляжное полотенце. Вернулся к девушке. Снова опустил руки в ванну, намочив рукава рубашки. Осторожно обхватил ее тело. Аккуратно поднял, плотно прижимая к себе и чувствуя, как быстро намокает его одежда. Перенес ее в комнату. Уложил на полотенце. Девушка сразу же свернулась напряженным калачиком, словно пыталась спрятаться от кого-то, защититься. Он, как мог, обтер ее тело. Попытался ее распрямить. Она застонала. Тогда он суетливо уложил ее поудобнее, предварительно вытащив мокрое полотенце, заботливо укрыл пуховым одеялом.
   Вдруг девушка открыла глаза – красивые, устало печальные и снова до боли знакомые.
   – Вам уже лучше? – растерявшись, почему-то шепотом спросил он.
   Девушка молчала.
   – Отогрелись?
   Без ответа.
   – Вам плохо?
   Но незнакомка ничего не отвечала, напряженно, не моргая, с какой-то внутренней болью, мольбой и затаенным ужасом глядя на Игоря.
   Может, потом сводить ее в кафе? – подумал он. – Посидеть за рюмкой глинтвейна, поболтать… Он представил ее заблестевшие от алкоголя глаза и решительно помотал головой. Нет, она ведь так слаба, а ты думаешь только о себе.
   Игорь поплотнее подоткнул теплое одеяло.
   – Я сейчас, – зачем-то сказал он ей, вставая. – Я скоро.
   Зашел на кухню. Торопливо приготовил чай с малиной. Вернулся. Но девушка уже снова спала.
   Постояв в нерешительности у дивана, он выключил свет в комнате, стараясь как можно тише щелкнуть выключателем.
   На цыпочках подошел к своему столу, осторожно взял немного чистых листов и ручку, на цыпочках отнес все это на кухню, освободив кухонный стол от кастрюлек, чашек и прочей утвари – завтра ведь надо сдать работу.
   Снова осторожно заглянул в комнату – девушка, наконец-то свободно распрямившись, мирно спала.
   Спохватившись, он прошел в ванную, как мог, сполоснул ее платье, аккуратно развесил его над батареей. Потом поставил ее босоножки на подоконник – сушиться.
   Вернулся на кухню, слегка прикрыв дверь. Сел за стол. Взял ручку. Посмотрел, на чем он остановился. Князь Бренн и римляне. А потом он собирался перейти к вариантам различных описаний Идола. Эта тема вдруг показалась Игорю довольно скучной. Оставлю ее на потом, решил он, и написал подзаголовок: "Золотой Идол и его чудодейственные свойства".
   "Так же влиянию Идола приписывают и неожиданное провозглашение Карла Великого императором. Как известно 25 декабря 800 года папа римский вдруг без всяких на то причин возложил императорскую корону на голову Карла…"
   Игорь быстро подсчитал в уме. Князь Бренн – 387 или 390 год до нашей эры. Возьмем для удобства 390-й. Плюс 1050. Итого получаем 660 год от Рождества Христова. Получается, что Идол добросовестно ждал своего часа около ста сорока лет? Этакая бомба замедленного действия. Может, поэтому кельты так долго и продержались на мировой арене, имея у себя такого мощного союзника?
   Интересно, а как сейчас обстоят дела с Идолом? – из чистого любопытства вдруг подумал он. – 800 плюс 1050, равно 1850-ти. Игорь усмехнулся. Получается, что Идол в настоящий момент давно уже созрел, готов действовать и ждет своего часа как минимум 157 лет! А-бал-деть! – как говорит знаменитый комик Гальцев. Хотя с другой стороны, в истории за эти годы произошло много чего такого, что можно смело отнести к действию Идола.
   И Игорь, чему-то улыбаясь в душе, продолжил свою монографию.
   "Таким образом, все прошлое тысячелетие Идол уже бездействовал и был якобы затерян в многочисленных войнах. В нашем же тысячелетие о нем вообще не вспоминали, пока случайно не была найдена старинная рукопись, повествующая о вышеизложенных событиях. Тогда-то, как это часто и бывает, сначала отнесли ее в разряд мифов, а потом робкие попытки отдельных искателей приключений со временем приобрели массовый характер. Но так как его описания, а тем более – изображения, предки нам не оставили, то и все эти попытки окончились неудачей, и со временем бум этот затих.
   О том, что это легенда в чистом виде, не опирающаяся, как это было с Иисусом Христом, ни на какие реальные факты, свидетельствует и разнообразие в описаниях его внешнего вида, не имеющих между собой ничего общего. Описание номер один..."

   Покончив с историей про Золотого Идола описанием нескольких вариантов его предположительного изображения, Игорь отложил ручку в сторону. Потянулся – спина от долгого сиденья затекла. Посмотрел на часы – третий час ночи. Пока все идет по плану и к сроку он успевает.
   Взяв исписанные листы, он на цыпочках прошел в темную комнату. Укрывшись почти с головой, девушка спала.
   Игорь тихо открыл верхний ящик стола, убрал монографию, взял чистые листы, снова также тихо вернулся на кухню.
   Заварил кофе – рассуждая о незнакомке и о том, что же с ней такое могло приключиться? Решил, что девушка проснется и все сама расскажет, если, конечно, захочет. Главное, чтобы она не подняла утром крик, очутившись в незнакомом месте и решив про себя бог знает что. Будет обидно.
   Покончив с кофе, Игорь снова взялся за ручку.
   "Щит Вещего Олега", написал он очередной заголовок.
   От ощущения, что он не один в квартире, что кто-то еще есть, и этот кто-то – очень хорошая девушка, на душе было легко и свободно, прошлые страхи о всякой чертовщине окончательно улетучились, работа шла, мысли текли – одна лучше и интереснее другой, и рука Игоря не успевала за ними.

   Внезапно женские руки обняли его сзади за плечи. Игорь вздрогнул от неожиданности, роняя ручку на исписанные листки.
   Неловко обернулся, но незнакомка, совершенно обнаженная, крепко обнимала его, целуя в шею.
   – Что? – растерялся Игорь, пытаясь ухватить девушку за руки. – Что-то случилось?
   Но незнакомка ничего не отвечала, продолжая все сильнее и сильнее прижиматься к нему. Дыхание ее участилось, тело дрожало.
   Игорь попытался встать, но девушка не позволила, решительно придавив его к стулу за плечи и судорожными движениями стараясь расстегнуть пуговицы его рубашки.
   Игорю вдруг стало жутко.
   Он уже ничего не говорил, холодея сердцем, и только пытался оторвать ее руки от себя. Но это у него плохо получалось.
   Какое-то время они боролись друг с другом на середине кухни, в полной тишине, сопя и вырываясь. И вдруг табурет покачнулся и Игорь вместе с девушкой упали на пол.
   Она вдруг застонала, и он замер на мгновенье, боясь, что при падении причинил ей боль.
   А незнакомка прильнула к нему, обхватив за талию руками, затихла, тяжело дыша. Слышно было, как бешено колотится ее сердце.
   Игорь наконец-то смог заглянуть в ее глаза – пустой, ничего не видящий взгляд, словно под действием наркотиков.
   Она снова застонала, попытавшись резким движением перевернуть его на себя. И Игорь вдруг сдался.
   Так они и остались на полу на кухне, в полной тишине. Она судорожно стягивала с него одежду, он ей не помогал, держа в объятиях ее худенькое тело и молча наблюдая за ее торопливыми бестолковыми усилиями.
   И секс был какой-то жесткий и безумный, словно последний раз в жизни.



3) Странная записка

   Его разбудил хлопок закрываемой двери. Он недоуменно поднял голову, глядя по сторонам – диван был пуст. Поднялся, прошлепал босыми ногами в ванную – нет платья. И босоножки на подоконнике тоже отсутствовали. Удивленный Игорь выскочил на балкон – на улице уже рассвело и солнце медленно поднималось над крышами соседних домов.
   Во дворе было пусто. И тихо. Одни только птицы весело щебетали, перелетая с ветки на ветку и радуясь утреннему солнцу.
   Он постоял немного. Но никто не выходил из подъезда. И не слышно было цоканья каблучков.
   Игорь вернулся в квартиру.
   Наверное, она все-таки все помнила, решил он про себя. Проснулась. Ей, возможно, стало стыдно от всего произошедшего, да так, что не захотелось повстречаться со мной. Вот она тихо собралась и также тихо ушла, объяснил он самому себе ее действия. Но это его не успокаивало. Вдруг стало очень грустно. Что-то тревожащее душу витало в воздухе. Но что?
   Внезапно он вспомнил Романа, как тот отмечал рождение ребенка, и на радостях пригласил молодежь с улицы. И потом, на утро, не досчитался многих вещей в квартире.
   Да ну! – решительно помотал головой Игорь. – Не может такого быть!
   Но все же он неторопливо прошелся по квартире. Осмотрел все углы, внутренне волнуясь – вдруг все-таки может? Но вещи лежали на своих местах.
   Да вроде и брать-то у меня нечего, горько усмехнулся он. Самое ценное, компьютер, стоял на письменно столе. Впрочем, нет, есть еще одна вещь... Он открыл шкаф, проверил дубленку – тоже на месте.
   И все же, что-то не давало ему покоя. Какая-то тревога сверлила ему душу.
   Он задумался, прислушиваясь к своим ощущениям. Еще раз осторожно прошелся по комнате.
   Подошел к своему рабочему столу. Стопка чистых белых листов аккуратно лежала посередине – там, где он их оставил, закончив писать очередную главу своей монографии.
   Машинально выдвинул верхний ящик и замер — монографии не было. Какое-то время он тупо смотрел на пустое фанерное днище. Зачем? – наконец возникла недоуменная мысль. – Какая в ней ценность?
   Он задвинул ящик, пооткрывал остальные — вдруг девушка случайно переложила ее? Но нет, монографии нигде не было.
   В задумчивости он повертел массивную пепельницу идеальной чистоты – сам не курил, специально держал для друзей. Меланхолично поправил стаканчик с ручками – стоял не на своем месте,
   Она что-то писала? – подумал Игорь.
   Он поднял верхний листок. Поднес к глазам. Так и есть, явно были видны следы какого-то текста. Кто-то писал прямо на стопке, но потом выкинул верхний листок. Игорь посмотрел в корзину – скомканных бумажных шариков там было немало. Можно, конечно, развернуть все верхние. Но он пошел по другому пути – пальцами собирая пыль с подоконника, Игорь осторожно проводил ими по листку. И вскоре явственно проступили буквы.
   "Игорь, извините, – прочитал он. – Память ко мне вернулась и я вдруг поняла, для чего я здесь на самом деле... Умоляю вас, прошу, ни в коем случае не ищите меня. Это бесполезно. Боюсь, я не смогу... Прощайте… Мне было хорошо с вами... Эйджер."

   Он вдруг похолодел от ужасных предчувствий. В комнате как-то само собой снова стало сумрачно и неприветливо.
   Все дальнейшее Игорь проделал очень быстро.
   Мгновенно оделся и вылетел на улицу.
   Машина завелась с пол оборота, причем температура двигателя сразу же вышла в норму, словно ей только что пользовались.
   Визг шин, и вот уже Игорь оказался на старой площади – ведь именно здесь он встретил ее вчера.
   Выскочив из "Тойоты" он успел еще увидеть, как незнакомка, в его собственном полиэтиленовом дождевике, торопливо поднималась по ступенькам замка, неся в руках небольшой пакет.












Часть 2. Старый Замок.

4) Первые обитатели.

   – Эйджер, подождите! – крикнул Игорь, выскакивая из машины на булыжную мостовую старой площади.
   Девушка на мгновенье замерла, держась за ручку двери, резко обернулась, увидела Игоря, вздрогнула, и быстро скрылась внутри замка.
   Игорь бросился за ней, огибая небольшие группки слонявшихся на площади ранних туристов. Сонный экскурсовод монотонно рассказывал о разных таинственных случаях, происходящих в этом замке, о проклятии, нависшем над ним.
   Лавируя среди одиноких зевак, Игорь быстро взбежал по ступенькам и резко открыл массивные двери, на которых мелом, коряво, от руки, было выведено: "Закрыто на реставрацию. Посторонним вход воспрещен". Быстро проскользнул внутрь. Дверь, под действием пружины, резко закрылась. Игорь, оказавшись в полутьме, замер на мгновенье, оглядываясь и прислушиваясь. Длинный коридор был основательно завален многовековой пылью и строительным мусором, скопившимся здесь, наверное, еще с советских времен. В тишине явственно различались торопливые удаляющиеся шажки.
   Игорь неловко побежал на звук, перепрыгивая через разбитые стремянки.
   – Эйджер! – крикнул он на ходу, твердо уверенный, что скоро догонит ее.
   Многоголосое эхо пустого помещения оглушило его, но... никакого ответа.
   Коридор вывел его в холл, где дорогу преградила старая натянутая веревка с обветшалой табличкой – "Реконструкция. Проход запрещен".
   Девушки здесь не было. Да и путь разветвлялся на несколько коридорчиков.
   Игорь замер в растерянности.
   – Эйджер, мне надо с вами поговорить! – снова крикнул он.
   Громкое эхо снова многократно отразилось от каменных стен, наперегонки друг с другом убежав куда-то в бесконечную глубь.
   Прислушался. Тихо в ответ. И даже уже не слышно было скрипа мусора под женскими босоножками.
   Игорь в недоумении обернулся.
   Позади, от входной двери, с испугом и любопытством смотрела на него какая-то дама. А два пухленьких карапуза осторожно ступали следом за ним. С хитрыми рожицами они, прошмыгнув мимо Игоря, пробежали под оградительной веревкой, с опаской прошли еще шагов десять – до самого поворота, оба одновременно заглянули туда, в неизвестность, и визжа вдруг бросились обратно. Дама у дверей на них шепотом построжилась, выгоняя карапузов на улицу. Входная дверь закрылась.
   Игорь зачем-то махнул им всем вслед рукой и, нагнувшись, скользнул под веревку, приподнимая ее руками, и старательно переступая через куски старой советской штукатурки – насколько он помнил, раньше здесь были склады.
   Неловко пробираясь среди всех этих покосившихся стремянок, носилок, сломанных лопат и облезлых веников, запачканных известью и цементом, он выискивал в холле отпечатки женских босоножек. Но толстый слой мусора совершенно скрывал какие-либо следы, и в какую сторону она пошла было абсолютно непонятно.
   Отчаявшись в своих следопытских поисках, он остановился в нерешительности у поворота – куда ему пойти? Прямо или направо? Осторожно заглянул за угол, ожидая увидеть там что-то необычное — дети ведь чего-то испугались?
   Все тот же строительный мусор, заляпанные известью окна и многолетняя пыль.
   И гардероб.
   Длинные ряды вешалок уходили вправо и влево, теряясь где-то вдали. Игорь подошел поближе, невольно разглядывая его содержимое. Сплошь забитый одеждой, он скорее напоминал театральный склад – до того разнообразной она была. Пыльные шубы висели вперемежку со старинными камзолами, а пальто – с гвардейскими мундирами.
   В первых рядах он вдруг заметил знакомый полиэтиленовый дождевик – свой собственный. С него еще капала вода.
   – Эйджер! – снова крикнул он, впрочем, без всякой уже надежды.
   По-прежнему тишина в ответ.
   Игорь нашел рядышком свободный крючок. Повесил свой мокрый плащ, взяв зачем-то полустертый тяжелый номерок с готическими цифрами, сунул его в карман и поспешил вдоль вешалок, куда-то туда, где заканчивался этот странный гардероб и судя по всему именно туда проследовала его таинственная гостья, зачем-то унесшая с собой (не на память же о нем) его монографию.

   Какое-то время он блуждал в захламленных коридорах первого этажа, заглядывая во все углы. Вскоре он вышел к лестнице. Ступеньки вели как вверх, так и вниз, в подвал. Справа и слева мусор был особенно плотно навален. И Игорь, справедливо решив, что девушка в коротком платье и босоножках вряд ли полезет через эти горы, и уж тем более – спустится вниз в кромешную темноту и сырость, поднялся по лестнице на второй этаж.

   Здесь уже было гораздо чище. Мусора, по крайней мере, не было и в помине, а на полу кое где были даже расстелены ковровые дорожки приятной расцветки и имеющие довольно свежий вид. Наверное, их, скорее всего, еще не успели убрать, подумал он и посмотрел на свои ботинки, выпачканные в штукатурке. Тщательно вытерев их о какую-то тряпку, он осторожно продолжил свой путь.
   Было очень тихо и звук шагов тонул в мягкой дорожке. Пыли уже нигде не было видно. А на стенах, в старых замысловатых канделябрах, странным электрическим огнем, горели восковые белые свечи.
   – Эйджер! – снова, на всякий случай крикнул он, безрезультатно дергая за ручки все встреченные им на своем пути двери.
   Но в ответ – по-прежнему тихо.
   Впрочем, пустующим этот замок все-таки назвать было нельзя.
   Вдруг впереди по правой стороне неожиданно скрипнула и приоткрылась дверь. Выглянуло чье-то лицо. Внимательно его осмотрело и снова исчезло. Игорь ясно услышал звук проворачиваемого в замке ключа.
   – Постойте! – крикнул он подбегая. – Вы не видели здесь девушку в голубом платье?!
   Но дверь была уже закрыта, и на его стуки никто не реагировал.
   Тягучий неприятный скрип отвлек его от призыва к совести таинственных обитателей. Вдали коридора, из-за висящего на стене большого зеленого гобелена, кто-то вышел, непонятный на вид, остановился посередине коридора, пристально глядя на Игоря, явно недовольный устроенным здесь шумом.
   – Извините! – крикнул Игорь, оставляя злополучную дверь в покое и устремляясь к новому персонажу. – Можно вас спросить?!
   Но темная фигура не стала его дожидаться, и все также поспешно скрылась, свернув в узкий коридорчик.
   Игорь пробежал еще несколько десятков метров и остановился, понимая, что здесь в этом лабиринте дверей и мелких ответвлений искать таинственного незнакомца абсолютно бесполезно. Он вернулся к точке появления темной фигуры, откинул гобелен, обнаружив за ним небольшой низкий полутемный коридор.
   Шансы на благополучные поиски прекрасной незнакомки стремительно убывали.

   Придерживая старую материю, Игорь с тоской смотрел в полумрак, осознавая, что в этих лабиринтах, пронизывающих замок, поиски могут существенно затянуться. Вдруг громкий звук крыльев заставил его быстро пригнуться. Из темноты с шумом вылетела большая черная птица. Потом еще одна. Игорь отпрянул, непроизвольно прячась в боковом коридорчике, и поражаясь, как в такой тесноте может что-то еще летать? Да и откуда они здесь? Выпустить бы их на улицу – погибнут ведь, подумал он, и тут же впереди увидел двоих – мужчину и женщину.
   Мужчина неторопливо пылесосил ковер. Женщина, стоя на стремянке, протирала развешенные на стенах портреты и стеклянные светильники.
   Радуясь этой встрече, Игорь поспешно подошел к трудолюбивой парочке.
   – Извините за беспокойство... – торопливо начал он.
   Парочка одновременно обернулась, и Игорь вдруг замер на полуслове, поперхнувшись. Слова застряли в горле. У его невольных собеседников лица были как лица, вот только цвет их был больно уж непривычный – мертвенно-сине-бледный. И взгляд такой, что можно остаться заикой.
   – Вы не видели здесь девушку в голубом платье? – упавшим голосом все-таки закончил свою фразу Игорь.
   Бомжи, что ли, здесь обитают? – подумал он, непроизвольно поежившись.
   Мужчина и женщина молчали, странно таращась на него, и Игорю вдруг стало жутковато от этих бессмысленных выпученных глаз, имеющих к тому же ярко выраженный красноватый оттенок.
   – Извините еще раз, – быстро проговорил он, торопливо проходя мимо и огибая вполне новенький электрический пылесос. Мужчина посторонился.
   Поспешно удаляясь, Игорь спиной чувствовал устремленные ему в спину взгляды, от которых по позвоночнику энергично бегали мурашки. И, увидев уходящий вправо узкий коридорчик, он с огромным облегчением юркнул в него.

   Здесь был тупичок. А на единственной двери красовалась табличка с надписью – "Туалет". Без какого-либо дополнения – мужской это или женский.
   И ему тут же нестерпимо захотелось внутрь.
   Дверь была не заперта.
   Белый кафель, довольно чисто. У умывальника, низко наклонившись, стояла какая-то личность в рабочей спецовке и мятой кепке, энергично умывалась, постоянно отплевываясь.
   – Э-э, товарищ, – несмело обратился к нему Игорь.
   – Тамбовский волк тебе товарищ, – зло процедила личность, выпрямляясь и сплевывая на пол.
   Игорь растерялся.
   Личность, демонстративно оглядев Игоря с ног до головы, презрительно хмыкнула, еще раз сплюнула ему под ноги, и удалилась, хлопнув дверью.
   Игорь все еще глупо смотрел на закрытую дверь, когда в коридоре вдруг послышались звуки энергичной возни, сдавленный вскрик, и жуткий спокойный голос.
   – Не ты здесь убираешь – не тебе и плеваться, гнида.
   После чего все стихло.
   Постояв в нерешительности еще немного, Игорь осторожно выглянул в коридор. Пусто. Только одинокая кепка валялась у самого порога.
   Игорь снова вернулся внутрь.
   По примеру странной личности он сполоснул под умывальником лицо холодной водой. Заодно и напился, почувствовав, что хорошо бы еще и плотно поесть.

   Игорь медленно шел по загибающемуся вправо коридору, и мягкая ковровая дорожка скрадывала его шаги. Было по-прежнему пусто. Хотелось горько смеяться над идиотизмом создавшейся ситуации.
   Он криво усмехнулся своим мыслям и громко чихнул. И тот час громкое это подхватил его, многократно отражаясь от каменных стен и теряясь где-то в немыслимой глубине этого замка.
   – Будьте здоровы, – тут же произнес кто-то противным голосом, за спиной, прямо ему в ухо.
   Игорь, словно ужаленный, отпрыгнул в сторону, бешено крутя головой. Но никого не было.
   – Кто здесь? – спросил он предательски тонким дрожащим голосом.
   Но никто не отозвался.
   И Игорь неуклюже побежал, стараясь побыстрее покинуть это странное место. И еще какое-то время бежал по коридорам, время от времени оглядываясь – ему все чудились за спиной быстрые шаги, и он каждую секунду ожидал, что этот противный голос снова скажет ему что-нибудь в ухо.
   Что это было? – лихорадочно соображал он, не находя никакого объяснения. – Галлюцинациями никогда не страдал. Может, в комнате находился динамик? И невидимый собеседник просто потерял ко мне интерес и не отвечал? – нашел он единственное объяснение, так как ничего более-менее разумное в голову больше не приходило.

   Через полчаса блужданий, снова выйдя в общий – светлый и широкий – коридор, Игорь, к своему счастью, заметил группку вполне обычных людей. В том смысле, что они и одеты были нормально, и выглядели вполне по-человечески, и лица у них были интеллигентные. Игорь решительно подошел к ним, давно решив про себя, что его прекрасная незнакомка скорее всего – местная работница. Возможно, она просто утром сильно опаздывала на работу. И ему достаточно найти кого-нибудь из местных начальников.
   – Извините, – обратился он к ним на ходу. Мужчины и женщины вежливо обернулись, поджидая Игоря. – Где мне найти старшего по реставрации? – спросил он.
   – А что это такое? – совершенно серьезным голосом переспросила ближайшая к нему полная женщина, дружелюбно поглядывая на Игоря.
   Игорь растерялся.
   – Ну, это тот, кто руководит ремонтными работами, – неуверенно промямлил он.
   Женщина пожала плечами, посмотрела на своих спутников.
   – У нас что – кто-то что-то ремонтирует? – поинтересовалась она. Остальные тоже пожали плечами. Игорь растерялся еще больше.
   – А вы кто? – решил он начать с другого конца. Вдруг у реставраторов – свой собственный жаргон, подумал он, объясняя их поведение – как у моряков, например. И они либо не понимают обычную речь, либо, считая себя выше других, делают вид, что не понимают.
   – А вы кто? – в свою очередь переспросил высокий мужчина, недовольно хмурясь и явно куда-то торопясь.
   – Я? – переспросил Игорь.
   – Вы, конечно, – усмехнулся мужчина и его спутники тоже рассмеялись.
   – Я – аспирант кафедры Всемирной Истории, – ответил Игорь.
   – Ну вот идите и работайте, – назидательно сказал мужчина, резко повернулся и пошел по коридору.
   Его спутники последовали за ним. Ушла и полная женщина, все также благожелательно улыбнувшись Игорю напоследок.
   Догонять их и пытаться продолжить этот разговор Игорь не захотел.

   Устало присев на широкий подоконник, он в задумчивости посмотрел в окно. Однако уже вечерело – он и не заметил что уже так много времени провел в этом замке. Запоздалые экскурсанты, стоявшие неподалеку от своих автобусов, усиленно фотографировали местную достопримечательность. На троллейбусной остановке толпился народ. Явно – с работы. Игорь непроизвольно отметил девушку в красном плаще, которая одиноко стояла в сторонке ото всех. Подошел троллейбус и она вошла последней.
   Надо же, уже конец рабочего дня! – поразился Игорь. – Как долго я здесь болтаюсь! И Василий поди рвет и мечет!
   И он поежился, представив тот неприятный разговор, который его ожидает.
   Я – в замке князя, – вдруг почему-то подумалось Игорю. Вот по этим самым коридорам он ходил, дотрагивался до этих стен, жил в этих комнатах – и сам князь, и его близкие, слуги, гости... Интересно, как ему достались все эти артефакты? Игорь попытался представить – как же все это было в те далекие времена. И к своему удивлению не смог – как выглядит князь, какой он, как двигается, как идет вот по этому самому коридору...
   А ведь все на самом деле было очень просто – неправы были историки. В год 1056-й князь Властимир Решительный, стоя на поляне небольшой кельтской деревушки, ждал приближения Черного Герцога...



5) Князь Властимир Решительный. Кельты.

   После скоротечного боя, тяжело покачиваясь в седле князь Властимир Решительный ждал приближения герцога и его свиты. Он был легко ранен, но совсем не это беспокоило его. Приказы не обсуждаются, размышлял князь. Но вот зачем мы напали на эту богом забытую деревеньку на землях изрядно потрепанного кельтского племени эдуев? В такой непролазной глуши? Герцог приказал, чтоб никто не ушел, так никто и не ушел – ни женщины, ни дети.
   В этих, охвативших всю Европу многочисленных мелких войнах, наемники Герцога, как водилось повсеместно, принимали ту сторону, где больше платили. Но Герцог вел и какую-то свою, непонятную князю, войну. И эта война все больше и больше не нравилась ему, князю русов, Властимиру Решительному.
   – Приветствую тебя, конунг, – властно произнес Черный герцог, резко осаживая своего гнедого жеребца.
   В ответ Властимир только поднял правую руку в боевой железной перчатке.
   – Мой приказ выполнен? – жестко спросил герцог.
   – Да, – твердо ответил князь.
   Герцог удовлетворенно кивнул. Князь знал – оставшихся в живых Герцог будет пытать. И очень жестоко. А потом все равно убьет. Что-то он ищет. Что-то эдакое... И очень рьяно. Не считаясь ни с чем и ни с кем. Князь только усмехнулся. Быть игрушкой в чужих руках ему совсем не хотелось. Тем более, что эти руки – кровавые. Это не Палестина, подумал он. Там хоть все было ясно – за что сражались, ради чего убивали противника. Там хоть не было такой бессмысленной резни.
   – Отдыхайте, – приказал герцог. – А к вечеру – быть в моем лагере, – добавил он, разворачиваясь и удаляясь вместе со своей свитой.
   Остался только виконт де Брилье с десятком солдат и группой каких-то священнослужителей.
   – По слухам, у здешних кельтов могли храниться довольно ценные для герцога реликвии, – виновато объяснился виконт. – Они, – он небрежно махнул рукой в сторону священников, – хотят покопаться в местном хламе.
   Князь сухо кивнул, развернул коня, и медленно направился по земляной улочке этой небольшой кельтской деревеньки, собираясь подвести итоги. Справа и слева лежали убитые – воины, старики, женщины, дети – кельты отчаянно сопротивлялись. Блеял и мычал скот, лаяли и визжали собаки. Усталые хмурые воины передовой сотни русичей собирали своих раненых, попутно стаскивая на большую поляну оставшихся в живых раненых кельтов.
   И зачем все это? – мрачно думал князь. – Ну ладно – воины. Но – старики? Но женщины? Но дети? Их-то зачем? Поход по Европе не нравился ему все больше и больше. Зверье, это тебе не Палестина, снова подумалось ему.
   Ехавший впереди пожилой уже, но все еще жилистый сотник Кукша вдруг, не оборачиваясь, подал князю знак и, резко спрыгнув с седла, бросился в ближайший овин. И князь, мгновенно выхватив меч, направил коня ко второму выходу. И тут же на него выскочили двое. Худенькие, совсем не похожие на воинов, юноши в зеленых плащах учеников друидов – оватов. Испуганно замерли перед князем, смертельно бледные, понимая, что деваться им теперь уже некуда.
   Однако!, с удивлением мысленно протянул князь, глядя на кельтов. От моих и один-то не ускользнет, а тут – целых два. Юноша повыше безвольно опустил на траву небольшой, но довольно тяжелый мешок.
   Властимир, медленно приближаясь, задумчиво поиграл мечом, поймав себя на том, что куда-то пропала воинская четкость действий. Еще месяц назад такой вот паузы и в помине бы не было.
   – Здесь то, что ищет герцог, – неожиданно на чистом греческом грудным голосом проговорил юноша помладше, показывая глазами на мешок у их ног.
   Князь остановился, удивленный еще больше – откуда в кельтской глуши греческий язык?
   – В нем заключена огромная сила, которую герцог хочет обратить во зло, – торопливо продолжил молодой оват, взволновано теребя руками края своего просторного плаща. – Это зло заденет всю Европу, а может и дальше. И тебя тоже коснется, конунг.
   Он замер, вопросительно обратив на князя тонкое бледное лицо.
   – Черный герцог – очень плохой человек, – уже более тише промолвил оват, не дождавшись ответа и теряя последнюю надежду. – Нельзя этого допустить, – еще тише, упавшим голосом закончил он, потупив глаза.
   Князь перевел взгляд за их спины, на двух лежащих в траве девушек, со стрелами в груди и животе.
   – Вы кто? – только и спросил он, непроизвольно продолжив поигрывать рукояткой меча.
   – Ученики друидов, – ответил тот, кто постарше. – Постигали первый цикл премудрости.
   Неподалеку послышались голоса – сюда направлялись невольные глаза герцога – священнослужители, и вопрос о дальнейшей судьбе двух юношей стремительно подошел к своей развязке.
   Князь решительно отпустил меч.
   – Ставр и Кудима – ко мне, – негромко, но по-воински четко приказал он.
   Друиды побледнели, напряглись, опустив головы, покорно ожидая своей участи и невольно краем глаза следя за воинами, приближавшимися с мечами наготове. Коленки у младшего юноши заметно задрожали.


6) Ночные страхи.

   Между тем солнце за окном опустилось за крышу девятиэтажного панельного дома и в коридоре как-то быстро потемнело и стало еще более неуютно и совсем тоскливо.
   Однако, как быстро время-то пролетело! – поежившись, искренне удивился Игорь. – Сейчас наверняка все местные служащие уже торопятся домой. И мне уже нет смысла здесь торчать. Тем более, что я могу подождать ее и у дверей замка.
   Он представил, как девушка, после завершения трудового дня, выйдет на улицу, все такая же печальная, как вдруг увидит его, строго на него посмотрит, но на ее красивом лице вдруг проступит мягкий румянец… И от этих видений Игорь заторопился к выходу.
   В крайнем случае, думал он, торопливо шагая по коридору, найду в городе офис строителей, ведущих здесь работы, бригадира, начальство, расспрошу про девушку с таким красивым именем – Эйджер. Больше ведь никакой зацепки у него не было.

   Он еще шел и шел по коридорам, недоумевая, где же здесь лестницы вниз, как вдруг резко погас свет. В этом коридоре не было наружных окон и, естественно, сразу же стало темно. Впрочем, остались гореть маленькие тусклые лампочки – что-то вроде аварийных освещения. Глаза, на какое-то мгновенье переставшие что-либо видеть, очень медленно привыкали к новым условиям. И сначала в кромешной тьме он разглядел неясные красноватые точки, а потом уж постепенно стали вырисовываться коридорные стены, двери, гобелены и картины.
   Вот это я влип! – обалдел он. – И что теперь делать?!
   Какое-то время он еще походил от лампочки к лампочке, надеясь, что если это аварийка, то они должны вывести его на улицу. Но не тут-то было – лампочки светились безо всяких указателей, и в какую сторону идти – было совершенно непонятно. И в конце-концов Игорь утвердился в мысли, что это просто ночники.
   Наверное, придется здесь заночевать, наконец решил он.
   Игорь присел на пол, внутренне усмехаясь над своим положением. Вдруг друзья узнают – насмешек будет на несколько лет вперед, грустно подумал он. Потрогал пол – ковровое покрытие было достаточно мягкое и, в принципе, спать на нем можно.
   Игорь закрыл глаза, облокачиваясь на стену и почему-то все-таки не собираясь ложиться – лежание на полу в коридоре ему казалось совершенно смешным и глупым занятием. Он только сейчас почувствовал, как сильно устал – ведь в прошлую ночь поспать, фактически, ему не удалось.
   Да уж, подумал он, продолжая насмехаться над самим собой, вот это я сходил на экскурсию! Одно радует – никто про это никогда не узнает. Впрочем, если на меня не натолкнется какой-нибудь ночной сторож и не сдаст в милицию как вора.
   Игорь открыл глаза – последняя мысль ему явно не понравилась. К тому же она была вполне правдоподобной – достаточно сторожу посветить вдоль коридора фонариком, как он тут же обнаружит спящего на полу человека.
   Игорь встал. Однако здесь были же и открытые комнаты, подумал он и решительно зашагал по коридору, дергая дверные ручки.
   И десятая дверь открылась.
   Войдя внутрь, Игорь первым делом попытался найти на стене выключатель, но ничего подобного поблизости от дверного косяка не обнаружилось. Ну что ж, обойдемся и без света, подумал он. Тем более, что освещения от рекламных вывесок и уличных фонарей было вполне достаточно.
   Игорь внимательно, по мере возможности, осмотрел помещение. Небольшая комнатенка. Железная кровать в углу, аккуратно заправленная пледом. На стене возле кровати – старенький гобелен с изображением каких-то людей, мерзких чертей и густых деревьев. В углу – темный массивный шкаф. И еще один дверной проем.
   Он пересек комнату и заглянул в темноту – маленькая кухонька, судя по наличию печки и мойки. Здесь же он обнаружил маленькую дверцу, за которой располагался узкий туалет с умывальником. На одиноком крючке – размытое белое пятно полотенца.
   Он вернулся в комнату. Подошел к окну. Какое-то время с грустью смотрел на старую площадь, на огни магазинов, ресторанов и казино, на проезжающие редкие машины и одинокий троллейбус с ярко освещенным пустым салоном.
   Потом он подошел к кровати. Присел на краешек. Снял кроссовки. Больше ничего снимать не стал. Лег прямо поверх покрывала. С удовольствие пошевелил пальцами ног. Кроссовки, конечно, обувь удобная, но целый день ходить в них…
   В чужой комнате спать, конечно, было неуютно. Но это все же лучше, чем на полу в коридоре.
   Он закрыл глаза.
   И сразу же вспомнился дождь, девушка в промокшем платье, и как он неумело раздевал ее у себя дома.
   И эта странная записка... Ее текст навевал совершенно непонятную тревогу. Что значит – поняла? Для чего? И что значит – здесь? Где – здесь? В городе, в стране, на планете? Или у меня в квартире? И для чего ей понадобилась моя монография? Мышка от компьютера по весу такая же, а стоит гораздо больше.
   И, кстати, откуда она меня знает? – вдруг озадачился Игорь, только сейчас сообразив, что имени своего он ей так и не назвал. – Впрочем, встречу ее – обязательно спрошу, – уже в полудреме подумал он, – Обо всем спрошу.
   И в этот момент на кухоньке вдруг что-то сильно грохнуло. Игорь подскочил, спросоня ничего не понимая и холодея сердцем. На ватных ногах он пересек комнату, заглянул в темный проем, готовый ужаснуться увиденным. Но никого не было. И тихо. Только табурет лежал посередине кухни.
   Игорь пожал плечами, поднял его, аккуратно поставил на место. Может – приснилось? – подумал он, возвращаясь.
   Осмотрел комнату – нет никого. Снова лег. И снова перед его глазами встала девушка в мокром, прилипшем к телу, тонком платье. Хрупкая беззащитная фигура... исчезнувшая монография... таинственное послание...

   Он уже засыпал, когда послышались чьи-то уверенные шаги. Кто-то явно ходил по кухне. Игорь открыл глаза, глядя на темный проем. Вот шаги стали приближаться. Игорь напрягся, ожидая увидеть в проеме чью-то фигуру. И вот уже заскрипел пол в самой комнате, но так никого и не было видно. Игорь замер, несколько удивленный происходящим.
   Шаги между тем, судя по звукам, проследовали до середины комнаты, остановились, словно размышляя о чем-то – прямо на освещенном пятне от окна. А потом решительно направились к нему, к Игорю. Стало страшно, захотелось сорваться с места и куда-нибудь убежать, но Игорь почему-то замер, не в силах оторваться от кровати. Шаги приблизились вплотную и стихли. Кто-то стоял возле самой кровати, возле Игоря, явно ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Игорь вспотел, во все глаза глядя на пустой пол. И панически боясь протянуть руку – вдруг он наткнется на что-то неведомое?
   Через некоторое время шаги решительно удалились, видимо вполне удовлетворенные результатом.
   Игорь вытер пот со лба.
   Что это было? – мысленно спросил он самого себя.

   И вдруг – тихий стук. И снова – из кухни. И от этого стало совсем не по себе. Стук все не проходил и Игорь набрался смелости и встал. Не найдя под рукой ничего чтобы сгодилось как оружие, он решительно направился на кухню на все еще ватных ногах. В конце-концов – пора уже и познакомиться с местным жителем, решил он. Но на кухне опять никого не было. Хотя стук и не проходил. Тогда Игорь медленно прошелся, пытаясь определить источник шума. Оказалось – стучали за левой дверцей кухонного комода. С той стороны. Изнутри.
   Игорь чихнул.
   – Будьте здоровы, – вдруг услышал он вежливый скрипучий голос.
   От неожиданности Игорь подпрыгнул, быстро оглядываясь.
   – Кто здесь? – испуганно спросил он. Голос его предательски дрожал.
   Тишина в ответ. И снова – слабое постукивание.
   – Кто стучит? – неуверенно спросил Игорь, приседая перед дверцей.
   – Извините, сэр, – донесся приглушенный голос. – У вас соли, случайно, не найдется?
   – Нет, – растерянно ответил Игорь.
   – Очень жаль. Еще раз извините за беспокойство.
   Стало тихо.
   Через какое-то время любопытство пересилило. Набравшись смелости, Игорь резко дернул на себя дверцу, холодея сердцем от ожидания увидеть что-то неимоверно ужасное.
   Маленькое тесное помещение, сплошь состоявшее из узких полочек, заставленных посудой. Даже котенку, не говоря уже про очень маленького мальчика, негде здесь было поместиться.
   Однако! – только и подумал он, не зная, как это все объяснить и что делать.
   Постоял возле шкафа, пооткрывал другие дверцы – никаких маленьких человечков.
   Игорь пожал плечами. Вернулся к кровати, снова лег.
   Но уже не спалось. Так он и лежал, постоянно открывая глаза и прислушиваясь к звукам в комнате.
   Потом он лег на бок, прислонившись спиной к гобелену, чтобы лучше видеть комнату.
   Что за чертовщина? – растерянно думал он. – Дома у меня… Теперь – вот здесь? Кто-то каким-то образом оживил сказочных героев, и они теперь захватили весь город? Ерунда какая-то! Впрочем. Надо будет звякнуть друзьям, узнать – как у них дела, ничего странного не замечали.
   
   Бессонная ночь и усталость взяли свое – Игорь и не заметил, как снова задремал. Уже без сна. Но и это длилось совсем недолго.
   Вдруг он почувствовал, как чьи-то руки вцепились в его спину и тянут куда-то. Он открыл глаза и с удивлением действительно увидел в темноте чью-то волосатую руку, высунувшуюся из-за его спины и нагло подбирающуюся к его горлу. Но ведь он спиной привалился к стене? Неужели там есть ниша, и кто-то все это время там прятался? Холодея, Игорь резко обернулся, отрывая цепкие пальцы от своей одежды. В свете уличных фонарей он вдруг разглядев ужасную картину – нарисованный на гобелене черт наглым образом вытянул наружу руки и вцепился в его куртку. Игорь судорожно дернулся, пытаясь отцепиться. И с силой ударил нарисованного черта в глаз, но только больно отбил руку о каменную стену.
   Черт, явно обидевшись, втянул свои руки в гобелен, зло погрозил Игорю, мстительно сверкнул глазами, и застыл, снова став рисунком.
   Не выдержав такого, Игорь спрыгнул с кровати и быстро выскочил в коридор, захватив с собой кроссовки. Остановился в нерешительности, глядя в черноту. Ему уже казалось, что сотни глаз внимательно наблюдают за ним.
   Набравшись смелости он медленно пошел вперед, дергая ручки дверей в надежде, что в другом помещении будет все-таки получше.
   И вдруг… Ему почудилось, что там, в темноте, кто-то все-таки есть, и действительно смотрит на него. Игорь поежился, замирая на месте в нерешительности. И в этот момент он услышал жуткий шепот.
   – И-и-г-о-о-р-ь, – позвали его из темноты. – И-и-и-горь, иди сюда…
   Он застыл, глядя в вязкую темноту и чувствуя, как у него отнимаются ноги... и руки... и холодеет мозг.

   Игорь сам и не заметил, как оказался в предыдущей комнате, с живым чертом в гобелене. Быстро закрыл за собой дверь. Для надежности пододвинул к ней кровать – на всякий случай. Потом он поставил табурет прямо посередине комнаты. Сел, стараясь отдышаться. Сердце учащено билось в груди. Страшный шепот все еще стоял у него в ушах.

   Так он и сидел, подальше ото всех этих странных гобеленов и шкафов, то и дело оборачиваясь и пристально осматривая комнату – не подкрадывается ли какое-нибудь чудище сзади? И спать сильно хотелось, и закрыть глаза при всей этой чертовщине было, честно говоря, страшновато.









7) Странный мальчик.

   За окном было еще темно, когда неожиданно вспыхнули яркие лампочки, на мгновенье ослепив Игоря. А когда глаза привыкли к свету, все сразу же вернулось на свои места – и комната стала самой обыкновенной, и предметы в ней, и гобелен на стене – простая серо-зеленая тряпка с невзрачным выцветшим рисунком.
   Игорь резко поднялся и ойкнул – тело от долгого сидения затекло.
   Усиленно растирая спину, он подошел к стене, ухватился за торчащие из стены подсвечники, потянулся, покачивая согнутыми ногами и вытягивая затекший позвоночник. Полегчало.
   Умылся, заодно напился воды, почувствовав, что сильно голоден. Вытерся вафельным полотенцем – стареньким и изрядно помятым.
   Покончив с утренним моционом, Игорь решительно вышел в коридор, с твердым намерением если уж сам не найдет лестницу, то уж обязательно у первого попавшегося работника узнает, как выйти из этого чертового замка. И пусть только этот работник попробует уклониться от ответа! Больше всего Игорю сейчас хотелось попасть домой, упасть на диван и наконец-то выспаться. А уж потом – со свежими силами – заняться поисками этой таинственной незнакомки с таким странным именем – Эйджер. А уж совсем потом – взять друзей и сводить их сюда на экскурсию – пусть получат свою толику впечатлений.

   Как и ожидалось, в коридоре было пока еще пусто. Он посмотрел на часы – полседьмого утра. Вряд ли реставраторы так рано приходят на работу. Да и сторож, скорее всего, где-нибудь сладко дрыхнет в укромном уголке.
   – Эй, люди, есть тут кто живой?! – на всякий случай крикнул Игорь.
   Прислушался. Эхо пробежало по замку и угасло. Снова стало тихо.
   – Э-ге-гей?! – еще раз крикнул Игорь.
   Безрезультатно.
   Ну что ж, подумал он про себя, направляясь прямо по коридору, придется пока выбираться самостоятельно.

   Минуты через две-три ходьбы он вышел в небольшой холл, заставленной странными автомобилями. Что-то типа детской ‘багги’. Рама, шасси, большие колеса из мягкой резины, мягкое сиденье, руль, рычаг, две педали. Вот и все. Без закрытого корпуса, без дверей.
   Игорь присел на раму первой машины, с любопытством осматривая технику.
   Интересно, подумал он, зачем они здесь? Может это – экскурсионные? И на них туристы будут объезжать замок? А как же лестницы? Поставят вместительные транспортные лифты?
   Просто так он нажал на красную кнопку.
   И тут же корпус чуть заметно задрожал – машина завелась. Хотя шума двигателя и не было слышно.
   Игорь пожал плечами и пересел в кресло. Погладил рукоятку, решив, что управление должно быть таким же, как и во всех остальных автомобилях. Нажал на тормоз (левая педаль), переключил рукоятку, снимая с парковки (судя по значку). Медленно отпустил педаль тормоза. Машина слегка вздрогнула, но осталась стоять на месте. Игорь осторожно нажал на газ. И этот каркас на колесах мягко тронулся с места.

   Бесконечно длинный коридор замка постоянно уходил вправо, теряясь где-то вдали, в блеклом, сером полумраке. Свечи были недостаточно яркими, придавая окружающим предметам зловещий вид. Портреты на стенах смотрели на него с пугающей холодностью, а тяжелые драпировки, прикрывающие массивные двери, создавали иллюзию таящихся за ними жутких безжалостных существ. Такая же бесконечная, как и коридор, ковровая дорожка мягко и бесшумно стелилась под упругие колеса его странной машины.
   Игорь перестал уже поражаться обилию дверей по обе стороны коридора. Большие и маленькие, броские и серые, накрепко запертые и слегка приоткрытые – что-то зловещее таилось в самом их виде, и у него давно уже не было ни любопытства, ни желания заглянуть за какую-либо из них, поняв, что это бесполезно, да и останавливаться и выходить из машины не очень-то и хотелось. По этой же причине он проезжал и изредка попадающиеся лестницы, ведущие наверх – то же разные – широкие с роскошными коврами и мраморными перилами, ведущие к ослепительно-яркому свету, и узкие и невзрачные, ведущие в темноту – все они вели в леденящую душу неизвестность. А эта дикая гнетущая тишина неприятно давила на психику. И все время казалось, что сзади кто-то есть, кто-то все время следует за тобой, и только и ждет удобного момента, чтобы резко броситься на спину.

   Вдали коридора снова показалась чья-то фигура. На этот раз это была женщина. Но явно не Эйджер. Загорелая блондинка в экзотическом наряде – одни только узкие кожаные шортики и пистолет в кожаной кобуре, висевшей на широких блестящих кожаных поясах, крестом накрест перекинутых через плечи. Девушка пристально посмотрела на Игоря и исчезла в одном из многочисленных ответвлений коридора.
   Кино здесь, что ли, снимают? – растерянно подумал он.
   Когда он подъехал к этому месту, ее уже нигде не было видно, только остался легкий приятный запах неизвестных духов.
   Тем не менее, Игорь, на всякий случай, остановился, вышел из машины, ступив на ковровую дорожку. Заглянул под висящие гобелены – коридорчиков не было. Тогда он прошелся вдоль дверей, дергая их за ручки.
   И одна из них слегка приоткрылась.
   Игорь заглянул внутрь комнаты.
   Просторное помещение, в беспорядке заставленное старыми школьными партами. Большие старинные окна. Сами же парты были явно еще дореволюционного образца – у них сиденья-лавки составляли единое целое с наклоненными столешницами, исписанными и изрезанными многочисленными поколениями учеников.
   Посередине, за покосившимся столом преподавателя, в помятой синей школьной форме, сидел маленький мальчик, лет четырех, с очень серьезным лицом, и что-то неторопливо рисовал прямо на деревянной поверхности.
   Игорь подошел поближе.
   Ранец, в беспорядке разбросанные тетрадки ученика подготовительного "Д" класса сто семьдесят третьей школы. На открытой странице – выполненное домашнее задание, помеченное сегодняшним числом. На старом столе поверх многочисленных рисунков мальчик фломастером старательно выводил незамысловатые фигурки – двое взрослых и двое детей.
   – Здравствуй, – сказал Игорь на всякий случай.
   – Здравствуйте, – ответил мальчик и грустно посмотрел на него.
   – Ты тут случайно девушку в голубом платье не видел?
   – Нет, не видел, – отрицательно покачал головой малыш.
   – А девушку с пистолетом?
   Мальчик снова серьезно покачал головой.
   – А сам-то ты что тут делаешь? – спросил Игорь.
   Мальчик пожал плечами.
   – Уроки, – ответил он, еще ниже склоняясь над столом.
   – А где твои родители?
   – Не знаю, – тихо ответил мальчик, старательно рисуя полоски-волосы на голове одного из детей.
   Потерялся, наверное, с жалостью подумал Игорь, только сейчас обратив внимание на то, что взгляд ребенка был не по-детски серьезен. Видимо, одиночество вынудило повзрослеть раньше времени, решил он.
   – А сам-то ты кто? – спросил Игорь. – Как тебя зовут?
   – Я – привидение, – немного подумав, очень серьезно ответил четырехлетний малыш.





8) Продолжение поисков.

   – Точно привидение? – зачем-то переспросил Игорь, несколько растерявшись от такой бурной фантазии.
   Мальчик еще более серьезно кивнул.
   Игорь легонько похлопал ребенка по худенькой спинке.
   – Ты же осязаемый. Какое же ты привидение? – зачем-то сказал он.
   – Зато я могу проходить сквозь стены, – неожиданно ответил мальчик.
   – Ну, покажи, – пожал плечами Игорь.
   Мальчик встал, с серьезным видом направился к ближайшей стене, попутно проходя сквозь парты. Влился в стену. Исчез. Вернулся обратно. Игорь растерянно смотрел на все это.
   – Однако, – только и произнес он, покачав головой и ничему уже почему-то не удивляясь. На всякий случай он потрогал ближайшие парту и стул. Твердые – не голография. – И давно ты так умеешь? – только и спросил он.
   Малыш вяло пожал опущенными плечиками.
   – А родители твои тоже обладают такими свойствами? – продолжил свои невольные расспросы Игорь.
   Мальчик снова пожал плечами. При упоминании о родителях он сгорбился еще больше и голова его поникла.
   – А сквозь пол можешь? – зачем-то поинтересовался Игорь.
   – Как-то еще не пробовал, – сознался карапуз.
   Он закрыл глаза. Тужился, тужился, старательно надувая щеки и придавливаясь плечами вниз. Потом виновато развел руками.
   – Что-то не получается, – сконфузившись, произнес он.
   – Ну и ладно, – махнул рукой Игорь. – А грустишь-то ты от чего?
   – Бросили все меня, – ответил мальчик, снова садясь за парту и нахмурившись. – Совсем один. Потерялся, – добавил он потупившись, готовый вот-вот расплакаться.
   – Страшно одному? – участливо нагнулся к ребенку взрослый мужчина, поймав себя на мысли, что они равны – он тоже ведь потерялся.
   Мальчик, уткнувшись в пол, еле заметно кивнул, и только плечи его предательски подрагивали.
   – Особенно по ночам, – с трудом выговорил он.
   – Ну-ну, – слегка потрепал его за вихры Игорь, искренне пытаясь успокоить, и внутренне соглашаясь с ним. Ребенка было жалко. – Не расстраивайся. Найдем твоих родителей, – сказал он как можно бодрее.
   – И братика, – еле слышно сказал мальчик.
   – И его тоже, – согласился Игорь. – А это что? – спросил он, указывая на цепочку на шее.
   – Амулет.
   – Родители подарили?
   – Я не помню, – совсем тихо ответил ребенок, все еще готовый расплакаться.
   – Дай посмотреть, – попросил Игорь, решив, что, возможно, на нем он найдет данные на мальчика – фамилия, имя, домашний адрес, телефон.
   Малыш покорно вытащил амулет, держа его у себя на раскрытой ладони.
   Игорь наклонился, внимательно рассматривая – какой-то незатейливый рисунок, ни о чем ему не говорящий. Перевернул амулет на другую сторону – то же самое.

   В этот момент в открытую дверь заглянула молодая женщина с маленьким ребенком, который, наверное, совсем недавно научился ходить. Малыш с любопытством посмотрел внутрь комнаты.
   – Не твои? – спросил Игорь у мальчика, кивая на дверь.
   Малыш быстро поднял голову, посмотрел влажными глазами, и отрицательно помотал головой.
   – Видишь, – между тем, наклонившись к своему сыну, и улыбаясь, сказала женщина. – Тоже маленький мальчик. И не капризничает.
   Карапуз молчал, глупо уставившись на них большими круглыми глазками.
   Женщина и ребенок ушли.
   – Женщина, подождите! – воскликнул Игорь, поспешно бросаясь следом.
   Выскочил в коридор, оглядываясь. Пусто. Замер, прислушиваясь. Ни шагов, ни удаляющегося разговора женщины с ребенком.
   – Женщина, где вы?! – снова крикнул он.
   Снова тишина в ответ.
   Он подергал ручки ближайших дверей. Закрыто. Мистика какая-то, подумал Игорь, одергивая ближайший гобелен, и надеясь обнаружить ход, в котором он и увидит удаляющуюся фигуру женщины, догонит ее и расспросит. Но там неожиданно оказалась неглубокая ниша, заканчивающаяся каменной стеной с маленьким круглым отверстием. Игорь вздрогнул – сквозь это отверстие на него кто-то явно смотрел. Кроваво-красным взглядом.
   – Извините, – обратился Игорь к этому глазу, подойдя к стене вплотную. Гобелен за его спиной вернулся на свое место, прикрыв нишу. Стало темно. И только одинокий глаз поблескивал кровавым белком. – Вы тут случайно женщину с ребенком не видели?
   Глаз, не моргая, сверлил Игоря. Ни звука, ни шороха. Тишина.
   – А девушку в голубом? – еще более неуверенно спросил Игорь.
   Безрезультатно.
   – До свидания, – сказал тогда Игорь, с облегчением выходя из ниши, и поспешно удаляясь. – Спасибо за помощь.

   Он вернулся в комнату к мальчику-привидению, ожидая, что и того не будет на месте. Но малыш оказался за своей партой, по-прежнему что-то старательно выводя фломастерами на столе.
   – Пойдешь со мной? – спросил Игорь. Ребенка было жалко. – Или тебе сказали здесь сидеть?
   – А вы куда? – спросил мальчик, наконец отрываясь от своего занятия и поднимая заплаканные глаза.
   – Сам не знаю, – пожал Игорь плечами. – Я ведь тоже ищу одного человека, – добавил он. – Девушку. Но сейчас пока собираюсь выйти из замка.
   Малыш немного подумал.
   – Ладно, – серьезно сказал он и принялся складывать в портфель свои книжки и тетрадки.
   – Ты, случаем, не знаешь, как отсюда выбраться? Где здесь ближайшая лестница вниз? – на всякий случай поинтересовался Игорь.
   – Нет, не знаю, – покачал головой мальчик.
   – Ну и ладно, – кивнул Игорь. – Найдется. Кстати, тебя как звать-то? – спохватившись, поинтересовался он.
   – Иннокентий, – насупившись, серьезно ответил малыш.
   – Да-а? – протянул Игорь. – Давно я не слышал подобных имен. А меня можешь называть дядей Игорем. Договорились?
   – Хорошо, – вяло кивнул малыш сонной головой.

   Коридор плавно изгибался вправо. Казалось, ему не будет конца. Бесконечная ковровая дорожка, мелькающие по бокам двери, картины и гобелены. Игорю уже начало казаться, что он объезжает замок по третьему или по четвертому кругу.
   Внезапно впереди показался молодой человек, едущий на самокате. Самый обыкновенный. С рюкзаком за спиной.
   Игорь непроизвольно издал радостный возглас. Радостно воскликнул и молодой человек, завидев их. Поспешно соскочив с самоката, он быстро скинул с себя рюкзак и с поразительной ловкостью принялся переодеваться, то и дело поглядывая на пассажиров маленького автомобиля.
   – Добрый день, – крикнул Игорь, приближаясь. – Извините, где мне найти лестницу вниз?
   Молодой человек молчал, торопливо расстегивая рюкзак и с грохотом высыпая на ковровую дорожку его содержимое.
   Сбавив скорость, Игорь с удивлением наблюдал, как молодой человек застегнул какие-то щитки на ногах и руках, накинул на грудь и плечи древние доспехи. Потом надел легкий шлем и, вооружившись небольшим круглым щитом и коротким мечом, решительно направился в их сторону.
   Какой-то ненормальный, подумал Игорь, затормозив и быстро переключаясь на заднюю скорость. Ну его к черту.
   Он медленно поехал назад, одновременно наблюдая и за изгибом стен позади автомобиля и за действиями сумасшедшего.
   – Сударь, я вас вызываю! – громко прокричал молодой человек, размахивая мечом. – Остановитесь!
   – Кто это? – тихо спросил Игорь у Иннокентия, который в испуге наблюдал за этой сценой.
   – Наверное, рыцарь странствующий, – растерянно прошептал мальчик.
   – Что вам надо? – также громко крикнул Игорь, двигаясь назад.
   – Мне угодно сразиться с вами!
   – А почему я должен с вами сражаться? – логично поинтересовался Игорь.
   – Потому, что вы – мужчина! – крикнул молодой человек, переходя на легкий бег.
   Игорь тоже чуть сильнее надавил на педаль газа.
   – Однако это, конечно же, причина, – с сарказмом усмехнулся он. Сталь меча сверкала довольно внушительно, и связываться с этим сумасшедшим ему совсем не хотелось.
   Молодой человек вдруг резко ускорился, пытаясь запрыгнуть на автомобиль, но Игорь в последний момент успел среагировать и нос машины ускользнул прямо под рукой нападающего.
   Рыцарь упал. Сел, громко смеясь.
   – Вы трус, сударь! – закричал молодой человек. – Будьте мужчиной, примите бой!
   Но Игорь уже не слушал его уговоров. Полуобернувшись, он выискивал ближайшее ответвление.
   – Я презираю вас! Трус! – неслось им вдогонку.

   Наконец Игорю попалось достаточно широкое ответвление, в которое он и свернул, предварительно немного поманеврировав.
   Какое-то время они ехали молча.
   – Однако интересные дела здесь творятся, – наконец озадаченно пробормотал Игорь. – Как у вас весело проходят реставрационные работы.
   Мальчик молчал.
   – И много таких сумасшедших? – повернулся Игорь, к малышу.
   Иннокентий только пожал худенькими плечами, клевая носом. Видно, прошлой ночью он тоже не спал.

   И снова потянулись бесконечные пустые коридоры. И никаких лестниц вниз. Время от времени они останавливались, заходили в открытые комнаты, пили воду, снова садились, снова ехали. Время шло, а Игорь по-прежнему был все еще в замке.

   Спуск вниз он заметил еще издали.
   Ну, слава богу! – с огромным облегчением подумал Игорь. – Наконец-то!
   Перспектива вскоре оказаться дома, на диване, реально забрезжила на горизонте.
   Лестница оказалась очень широкой. И длинной, словно эскалатор одного из глубоких московских станций метро. На ступеньках лежал красный ковер.
   Игорь остановил машину.
   – Ну все, приехали, – сказал он совершенно осоловевшему от поездки мальчику, которого явно укачало. – Пойдем.
   Кеша послушно взял свой ранец и, пыхтя, слез с машины.
   Наверное, ему спать уже пора, с жалостью подумал Игорь. Интересно, сколько в таком возрасте дети должны спать? И во сколько ложиться? – Игорь посмотрел на часы. 17:15. – Ну ничего, придем ко мне домой – благо, "Королла" стоит на площади – и сразу спать, – с легким удовлетворением и предчувствием скорого отдыха, с блаженством подумал Игорь. – А уж потом, как выспимся, можно и в милицию…

   Многочисленные ступеньки каскадами уходили глубоко вниз.
   Игорь взял малыша за руку и стал спускаться, следя за тем, чтобы Кеша не запнулся.
   Они не прошли и десяти ступенек, как внизу показалась далекая маленькая фигурка одинокого человека, поднимающегося им навстречу. Предчувствие чего-то ужасного почему-то вдруг охватило Игоря, но он, с недоумением прислушиваясь к себе, продолжил спуск, впрочем, уже не так быстро. Вскоре он разглядел, что по лестнице им навстречу поднимался сухощавый мужчина в лакированных туфлях, строгом темно-синем костюме, белой рубашке и малиновом галстуке. Вот только лицо у него было цвета земли.
   – А-а-а! – несколько устало промолвил мужчина, посмотрев на Игоря с мальчиком. – Вот ты где. А я тебя ищу, ищу…
   – Зачем? – растерялся Игорь, останавливаясь. – Мы разве знакомы?
   – Какие проблемы, братан? – неприятно усмехнулся мужчина, сверкнув белыми зубами. – Сейчас и познакомимся.
   Крылья распахнулись за спиной у мужчины. Он легко оторвался от ступенек лестницы и решительно полетел прямо к Игорю.
   Игорь онемел, застыв на месте и непроизвольно подняв захныкавшего мальчика на руки. Впрочем нет, замерла только его душа. Ноги же сами собой стремительно понесли своего хозяина, сначала по ступенькам вверх, а потом и к машине. Судорожно давя на газ, он еще смог обернуться и увидеть, как летающий мужчина, вылетев с лестницы в коридор, заходит на вираж, пикируя прямо на них, в пиджаке, брюках и ботинках…

   Колеса бешено, со свистом, завращались, собирая ковровую дорожку в комок. Машина резко рванула с места, чуть не выкинув своих седоков. Ветер засвистел в ушах, замелькали картины, двери, канделябры. Коридор уходил влево и Игорь боялся обернуться, чтобы, не дай бог, на такой скорости не зацепить стену.
   Кеша, сидя у Игоря на коленках и вцепившись в его шею, смотрел ему за спину и, судя по напряжению его детских пальчиков, ничего там хорошего не было.
   И Игорь давил и давил на газ, постоянно спиной ожидая удара и думая при этом – как ребенка то уберечь? Машина ведь перевернется?
   Неприятный страх обволок его душу.
   Угробишь ребенка, – сквозь панический хаос мыслей, наконец, пробился спокойный голос разума. – Остановись. Малыш ведь может пройти сквозь стенку и скрыться от опасности.
   И Игорь, холодея, плавно притормозил.
   – Спасайся, – прошептал он на ухо ребенку, не в силах обернуться. Напрягся, ожидая неминуемого удара в спину.
   Но мальчик не уходил, по-прежнему цепляясь за шею Игоря.
   – Ну что же ты? – чуть не плача прошептал Игорь, суетливо отрывая руки малыша от себя. – Убегай! Ну!?
   Подхватив Кешу, он быстро опустил его на пол, решительно подталкивая к ближайшей стене. И обернулся…
   Никого в коридоре не было. Пусто... И тихо…
   Игорь медленно вытер холодный пот со лба.
   Посадил послушного ребенка обратно.
   Поехал.

   – Кто это? – через какое-то время спросил он у мальчика, все еще с трудом переводя дыхание. Сердце бешено колотилось и никак не хотело успокаиваться.
   – Упырь, – сдавленно прошептал ребенок.
   – Ты не испугался? – спросил он, совершенно не удивляясь такому ответу.
   Мальчик, стиснув губки, отрицательно покачал головой. Но в глазах его стоял непередаваемый ужас.
   – Ну и правильно. Нечего их бояться, – попытался ободрить малыша Игорь.
   Я попал в сказку, подумал он невесело. Причем, как видимо – в очень страшную.
   Он надавил на газ, ускоряя бег машины — провести и вторую ночь в замке ему совсем не улыбалось.
   Вот урод-то! – мысленно злился Игорь на странного летающего мужчину-упыря. – Взял и не пустил нас вниз. Сейчас бы уже, поди, к дому подъезжал. И даже пива бы купил! От этих мыслей непроизвольно потекли слюнки. Что ему от меня было надо? Не крови же попить? Глупость какая! Ладно, выжду время и вернусь обратно, к лестнице. Не в засаде же он там сидит?

   Сделав, как ему казалось, круг, Игорь попытался вернуться к широкой лестнице, но к его удивлению ничего у него не получилось. Заблудился, ужаснулся он про себя. Какая смешная ситуация. И открыть окно (или разбить стекло, если не открывается) и позвать на помощь – было как-то неловко, и даже просто комично.
   Судорожные торопливые поиски не дали никаких результатов и вскоре снова потянулись бесконечные коридоры со своими бесконечными гобеленами, канделябрами и дверьми.
   А когда Иннокентий зевнул в очередной раз, Игорь, притормозив, внимательно посмотрел на мальчика. Глаза у ребенка слипались, и сам он был вялый и сонный. Игорь посмотрел на часы – однако уже вечереет. Он вдруг почувствовал, что и сам, в общем-то, порядком устал. Тем более, что за спиной – две бессонных ночи.
   Игорь и сам все это время старался не закрывать глаза, но ловил себя на том, что вдруг, неожиданно, перескакивает из одного фрагмента коридора в другой. То есть он попросту засыпал на это время, что было очень неприятно. Тем более – за рулем. И еще тем более – с маленьким ребенком, который доверился тебе.
   – Спать хочешь? – спросил Игорь, с трудом удерживаясь от зевоты.
   Иннокентий кивнул.
   – А где ты обычно ночуешь?
   – В пустых комнатах, – пожал плечами малыш.
   Да уж, грустно подумал Игорь, представив себе маленького мальчика, одиноко свернувшегося калачиком на пыльном кресле. Задумался. Посмотрел на пустой коридор, на бесконечный ряд дверей.
   – Хорошо, – утвердительно наклонил голову Игорь, внутренне смиряясь с тем, что и эта ночь остается за замком. – Сейчас что-нибудь найдем подходящее.






9) Опасный ночлег.

   В комнате было темно. Игорь нашел выключатель, пощелкал – безрезультатно. Да и не надо, смирился он, оглядывая помещение, все равно ведь спать.
   Голая кровать в углу – совершенно без спальных принадлежностей, стол, стул, маленькая тумбочка. Вот и все.
   Ну что ж, подумал Игорь, тоже неплохо. Займемся подготовкой спальных мест.
   Оставив входную дверь открытой – для большего света, Игорь из снятого со стены тяжелого и толстого гобелена (уже без изображения чертей – он специально проверил) соорудил самодельный спальный мешок. Из ранца мальчика организовал подушку. Постелил все это на кровать.
   – А привидения разве спят? – зачем-то спросил он у Кеши, комкая в рулон материю, чтобы и себе создать подушку.
   – Конечно, – серьезно ответил малыш.
   – И едят?
   Мальчик снова утвердительно кивнул маленькой головой, сглотнув при этом слюну.
   – Слушай, а с едой-то у меня напряженка, – виновато развел руками Игорь, давно уже чувствуя, что и сам страшно голоден.
   – Да ничего, – тихо ответил мальчик. – Я привык.
   Игорю стало неловко. Что же это он – большой и достаточно взрослый мужчина и не может обеспечить едой маленькое детское существо.
   – А чем ты питаешься? – спросил он. – Где еду берешь?
   – Дяденьки разные давали, – сонно пробормотал мальчик. – Охотница тоже иногда приносила...
   – А охотница – это кто? – спросил Игорь у Иннокентия.
   – Это тетенька с пистолетом, – просто ответил мальчик, зевая.
   Игорь задумчиво помолчал, понимая, что он ничего не понимает во всех этих людях, зачем-то слоняющихся по исторической ценности. Жить им, что ли, негде? Или это такое развлечение? Что-то типа ролевых игр? Но тогда как объяснить крылья?
   – Немного поспим, – сказал Игорь, – и обязательно что-нибудь раздобудем. Хорошо?
   Мальчик кивнул.
   – Ложись.
   Иннокентий без лишних слов лег на указанное место, по-детски свернувшись маленьким калачиком.
   Игорь старательно укрыл его свободным краем гобелена.
   – Мы правда найдем моих родителей? – с надеждой спросил карапуз, доверчиво глядя прямо в глаза Игорю.
   И Игорю стало неловко.
   – Конечно, – поспешно ответил он, отворачиваясь. – Спи. Все будет хорошо.
   Мальчик послушно закрыл глазки.
   Игорь с грустью посмотрел на ребенка. Тяжело, наверное, ему, – подумал Игорь в неясной тоске. – Один, никто не позаботится, не приласкает, не успокоит, когда приснится страшный сон, не закроет собой в минуту опасности. Надо будет расспросить его завтра... а вернее, когда проснемся... о родителях.
   Игорь закрыл входную дверь, и в комнате стало абсолютно темно. Только свет уличных фонарей слабо освещал оконную раму. Игорь еще раз старательно поправил одеяло-гобелен на мальчике. Лег на другой край кровати. Сам укрылся, закрывая глаза и старясь уснуть, но сон почему-то все не шел – перебивали разные грустно-тревожные мысли.

   Устав ворочаться, Игорь осторожно встал, стараясь не разбудить Иннокентия, прошелся по комнате, остановился у окна, присел на подоконник, устало глядя на площадь перед замком, на отблески мокрого булыжника, на светящийся изнутри киоск, на редких одиноких прохожих в мокрых плащах или под такими же мокрыми зонтиками. На одиноко стоявшую "Короллу", освещаемую рекламными огнями, которых было в избытке: бегающие разноцветные блики создавало казино "Старый рояль", расположенное прямо напротив замка, ярко желтые исходили от ресторана "Фараон", примостившегося на углу, и красные – от круглосуточного супермаркета "Квартал". Тяжелый древний замок черными окнами хмуро смотрел на яркие огни большого, шумного, современного города. Да уж, с грустью подумал Игорь, где-то кипит совсем другая жизнь, народ ходит по магазинам и казино, пьет пиво, водит женщин в рестораны... И, при мысли о женщинах, он переключился на девушку в голубом платье. И что ее потянуло работать именно в это место? – озадаченно подумал Игорь. – Здесь так много всего странного. Хотя, если подумать, то она и сама – странная.
   Он снова лег и, воспоминания обо всем, связанном с Эйджер, тревожными предчувствиями обволакивали его.

   Впрочем, мучился он недолго, усталость взяла свое, и вскоре он провалился в глубокую бездну, бесконечно падая и падая, причем почему-то – затылком вперед. И в животе вдруг похолодало и сжалось, подступая к горлу, словно он падал на самом деле.
   А потом ему приснилась Эйджер. Сидя на его диване, девушка чему-то мягко улыбалась, и солнечные зайчики весело играли на ее платье и коленках.
   А потом она подошла к окну. И почему-то за окном уже была ночь. Да и окно вдруг превратилось в старинное окно замка.
   Она вышла на балкон, и внезапно разволновавшись, он бросился следом. Но балкон уже был пуст. Игорь посмотрел вниз, ожидая увидеть лежащую женскую фигурку на темном газоне, но и там также было пусто. Тогда он вернулся в комнату, справедливо решив, что надо подождать, и она вернется. Он сел на диван. А потом и лег. Закрыл глаза. Но тот час подумал, что так он может просмотреть ее и снова открыл их.
   В комнате стало еще темнее. А у окна кто-то тихо стоял. Явно женщина – судя по контурам ее тела. Красивый профиль лица, тонкая длинная шея, прямая упругая грудь. Она смотрела в окно и искорки мелких капель дождя, отражавшие свет уличных фонарей, играли в ее густых волосах. Несмотря на кромешную темень и расплывчатость фигуры, Игорь почему-то знал – это вернулась Эйджер.
   Он скрипнул кроватью и девушка обернулась. Свет из окна высветил одни ее глаза, и это было странно – темные контуры женской головы и только одни глаза, светящиеся как бы изнутри мягким жемчужным светом.
   – Зачем вы сюда пришли? – тихо спросила она, водя пальцем по стеклу. – Я же вас просила...
   Он не нашел, что ответить, и просто пожал плечами. В темноте вряд ли она увидела этот жест.
   Девушка снова отвернулась к окну. Опять в комнате стало тихо.
   – Вы пропадете здесь, – сказала она вдруг и снова обернулась к нему.
   На этот раз свет из окна выхватил только ее губы. Но к этим странностям он уже привык – только пятно женского лица и только губы, сложившиеся в какую-то горькую улыбку.
   – Эйджер, это вы? – сонно уточнил он, поплотнее укутываясь в гобелен.
   Молчание и легкий шорох в ответ.
   Он вяло провел рукой, пытаясь дотронуться до нее в слабой попытке определить – сон это или нет, и ничего не почувствовал. Девушка только отрицательно покачала головой, грустно улыбнувшись.
   – Подскажите, как мне вас найти? – борясь со сном, с трудом пробормотал Игорь.
   – А может, не стоит меня искать? – тихо донеслось в ответ.
   Она помедлила, подошла к двери, открыла ее. Опять свет из коридора очертил только приятный контур ее тела.
   Дверь за ней закрылась. А Игорь почему-то не пошел за ней, до того не хотелось вставать. Повернувшись на бок и получше укрывшись гобеленом, он подумал уже про себя словами из какого-то старого анекдота, почему-то вдруг сейчас пришедшего ему на ум: ходят тут всякие... а потом деньги пропадают.
   Он снова закрыл глаза.

   А потом он увидел, что за его рабочим столом кто-то сидит. Спиной к нему. Игорь окликнул незнакомца, но губы не слушались его и никаких звуков издать он не смог. Тогда Игорь подошел поближе и дотронулся до плеча. И фигура обернулась.
   Синее морщинистое лицо улыбнулось беззубым ртом, глядя на Игоря гноящимися провалами темных глазниц, и молча протянуло к нему свои кривые пальцы с обломанными грязными ногтями. Игорь дернулся, защищаясь… И открыл глаза, бессмысленно глядя прямо перед собой – реальность медленно возвращалась к нему.
   Это всего лишь сон, с явным облегчением подумал Игорь, переворачиваясь на другой бок, и замер – на противоположной от окна стене четко различалась женская тень от лунного света. Стараясь не двигаться, он смотрел на до боли знакомый силуэт, пытаясь мысленно определить, у какого из двух окон она находится в комнате, но у него от волнения ничего не получалось.
   Откинув гобелен, он резко соскочил с лежанки, но в помещении никого не было, так же как и тени на стене. Игорь прошелся по комнате, внимательно осматривая все углы – ни потайных ходов, ничего подозрительного.
   Игорь снова лег. Наверное, это сон все еще продолжался, объяснил он сам себе, собираясь плотнее укутаться. И снова замер.
   В дальнем углу комнаты что-то чуть заметно колыхнулось. Игорь снова привстал. Прямо из стены неторопливо выплывала бесформенная, словно простыня, колышущаяся на невидимом ветру, прозрачная фигура. Отпочковавшись от холодного камня, она неторопливо направилась к кровати, проплывая сквозь встречающиеся на ее пути предметы. А следом за ней на стене набухли еще две – отрезая путь к дверям и перекрывая стенку, смежную с коридором.
   В недобром предчувствии Игорь толкнул мальчика.
   – Кеша, а Кеша? Просыпайся.
   Мальчик сонно заворочался. И затих.
   Игорь снова потолкал ребенка. И жалко было, но и что-то недоброе чувствовалось в движении этих странных существ.
   Кеша сонно захныкал, недовольный, что его разбудили.
   – Кеш, – виновато прошептал Игорь мальчику на ушко. – Посмотри, не твои ли это родственники? – спросил он с тайной надеждой, что все обойдется.
   Иннокентий с трудом открыл глаза, протирая их кулачками, приподнял голову и вдруг застыл.
   – Это данзаки, – в жутком ужасе прошептал малыш побелевшими губами.
   – И что? – так же тихо переспросил Игорь, вместе с мальчиком холодея всеми своими внутренностями.
   – Это конец, – не по-детски обречено ответил Кеша.
   



10) Князь Властимир Решительный: Лагерь герцога.

   Двое воинов-русов решительно приблизились к князю, небрежно поигрывая мечами.
   – Дайте им свои походные плащи, – приказал Властимир Решительный, коротко покосившись в сторону друидов. – И погрузите в обозы к раненым. Вместе со скарбом.
   Воины понимающе кивнули – маскировка.

   Покончив с обходом деревни русичи собрались возле штандарта князя. Отдохнули, наскоро перекусили кто чем мог. Поднялись по команде. Тронулись в путь – в этом месте задерживаться никому не хотелось.
   На подходе к лагерю герцога князь жестом подозвал к себе Кукшу.
   – Тех двоих из обоза, – промолвил он, – скрытно перевести в мою палатку. И пусть оттуда не выходят.
   Кукша кивнул одними ресницами и тот час отъехал. А князь мысленно переключился на встречу с Черным Герцогом. Что он знает от своих шпионов? Что ему еще не ведомо? И чью еще кровь придется пролить ему, князю русов? И зачем?

   – С чем пожаловал мой русский брат? – спросил герцог, нервно поправляя перья на шлеме. – У тебя сегодня день отдыха. Я ждал тебя только завтра.
   – Я ухожу, – спокойно ответил Властимир Решительный.
   – Почему? – чуть удивленно скривил тонкие губы герцог, аккуратно укладывая шлем на стол.
   – Это не моя война, – промолвил князь. – А убивать только за деньги я не умею.
   Герцог молчал, внимательно глядя на князя и размышляя о чем-то. Молчал и князь, спокойно и уверенно глядя в глаза герцогу.
   – И что собираетесь делать? – наконец вопросительно приподнял брови командир наемников.
   – Вернемся домой, – пожал плечами князь.
   Немного поразмыслив, герцог недовольно наклонил голову.
   – Ну что ж, уходите, – тем не менее спокойно произнес он. – Хоть это и печально. Мы бы с вами вместе, да с вашей тысячей воинов, столько смогли бы совершить!
   Князь промолчал.
   – Мы завтра уйдем еще до рассвета, – произнес герцог. – Имейте это ввиду.
   Князь кивнул, отметив про себя – необходимо выставить двойную стражу – мало ли что, ведь лагерь располагался на территории кельтского племени гельветов, дружественных герцогу. И пусть мои воины, если им никто не помешает, завтра наконец-то отоспятся.
   – Мне жаль, что я связался с вами, – промолвил князь, обернувшись у выхода.
   Герцог холодно усмехнулся.
   Властимир вернулся в свой походный шатер. В месте, отгороженном под опочивальню, двое учеников друидов покорно сидели на корточках в дальнем от входа углу и явно ни к чему все это время не притрагивались. Князь только покосился на них, подумав – вот и еще одна проблема.
   – Как вас, кстати, называть? – равнодушно поинтересовался он, тщательно закрывая за собой полог.
   – Я – Леонидий, – поспешно проговорил старший юноша.
   – А я – Ингерд, – почему-то смутившись, также поспешно ответил второй.
   – Ну, рассказывайте, – устало произнес князь, опускаясь на свой походный лежак. – Времени теперь у нас очень много. Кто вы? Что за вещь храните? И почему думаете, что именно ее ищет герцог? И с чего в ней такая сила?
   Юноши взволнованно переглянулись. Ингерд чуть заметно кивнул ресницами.
   – Это – Золотой Идол, – тот час тихо произнес Леонидий, держа на коленях мешок. – По преданию он может исполнять желания.
   Удивленно вскинув брови, князь внимательно посмотрел на друидов, перевел взгляд на мешок, потом – с большим сомнением – снова на грека.
   – Слышал я про него, – задумчиво произнес он. – То, что дает бессмертие и власть. Вот только не слышал, чтобы им кто-нибудь хоть раз воспользовался. Может, это все – сказки?
   Он снова внимательно посмотрел на друидов. Леонидий растерялся, не зная, что и сказать, и, сильно волнуясь с мольбой посмотрел на своего товарища.
   – Пользовались, – горячо заговорил младший друид. – Но редко. И на то были причины.
   И друиды, перебивая друг друга, коротко окунулись в прошлое.
   Минут десять князь провел в глубокой задумчивости.
   – Каковы ваши дальнейшие планы? – наконец спросил он.
   Друиды переглянулись.
   – Мы – с Идолом, – первым ответил младший из них. – Куда он, туда и мы.
   Князь кивнул.
   – Тогда будете при мне, – решительно произнес он. – Дружинными волхвами. Знахарству обучены? Умеете лечить?
   Юноши энергично закивали.
   – Договорились, – промолвил князь. – А теперь покажите мне эту вещь.
   Он властно протянул руку к мешку и друиды вдруг напряглись.






11) Охотница.

   – Так прям сразу?! – не поверил Игорь. – Так не бывает! Чем с ними обычно борются? Что они не любят?
   – Только свет, – еле слышно промямлил мальчик.
   – Све-е-ет, – протянул Игорь, не отрывая затравленного взгляда от жутких существ и лихорадочно роясь во внутренних карманах. – Любой или только солнечный?
   – Ллю-б-бой, – с трудом проговорил Иннокентий.
   – Уже неплохо, – проговорил Игорь, судорожно выхватывая зажигалку и щелкая кремнем прямо перед неумолимо наплывающей одеяло-образной прозрачной фигурой. Зажигалка, на удивление, вспыхнула с первого раза, тут же разделив комнату на небольшой освещенный участок и полную черноту. Фигуры застыли где-то на границе, трудно различимые в темноте, стараясь дотянуться до Игоря и мальчика обрывками простыней и обжигаясь о свет.
   Кеша судорожно вцепился в руку Игоря, прижимаясь всем телом.
   – И что дальше? – спросил его Игорь. – Заправки надолго не хватит.
   – Надо убегать, – просто ответил ребенок.
   Они медленно встали и, схватив все свои немногочисленные вещи, также медленно пошли к дверям. Жуткие молчаливые полотенца все также неторопливо колыхались, вяло и недовольно освобождая им дорогу.

   И только проехав больше ста метров, они, наконец-то, смогли перевести дыхание.
   – Что же ты меня не предупредил, что в темноте спать нельзя? – только и спросил Игорь у Иннокентия.
   – Я думал, вы знаете, – растерянно, словно его незаслуженно ругают, ответил мальчик. – Вы же уже взрослый.
   – Взрослый-то взрослый, – пожал Игорь плечами. – А тебе-то чего боятся? – спросил он, отряхиваясь от пыли и налипшего мусора. – Ты же мог уйти и сквозь стенку.
   – Но ведь это же данзак?! – непонимающе воскликнул мальчик.
   – Да!? – протянул Игорь. – И что? Настолько серьезно?
   – Навзничь, – согласно кивнул головой мальчик.
   – Ну, тогда ладно, – пробормотал Игорь, поняв, что ничего он не понимает в здешней жизни. – В следующий раз будем аккуратнее. А пока давай-ка найдем себе место для ночлега несколько поспокойнее. Что ты можешь порекомендовать на этот случай? – спросил он. Спать в светлом коридоре, вспомнив про шаствующих здесь сумасшедших и людей со странными землистыми лицами, ему что-то не очень хотелось.
   – Лампочки в комнате должны гореть, – просто сказал Кеша.
   Игорь кивнул.
   – Будем искать, – сказал он, сворачивая в очередное ответвление.

   Этот коридор, в отличии от предыдущих, был более чист и ухожен. Да и ночных лампочек здесь было побольше. И двери – все массивные, с большими бронзовыми ручками, – были полускрыты за тяжелыми портьерами. Игорь принялся дергать все подряд – заперты. И на стук никто не откликался, если там, конечно, кто-то был.
   Наконец одна дверь все-таки поддалась. С трудом открылась под собственной тяжестью, но зато без всякого скрипа.
   Игорь первым делом нашел выключатель. Щелкнул. Комнату залил приглушенный матовый свет, и они осторожно вошли внутрь, с любопытством осматриваясь. Это оказалась чья-то спальня – небольшая прихожая, резной камин из розового мрамора, два кресла и столик, умывальные принадлежности, трельяж, множество картин на стенах (чьи-то портреты), и посередине – большая широкая кровать под прозрачным балдахином, аккуратно застеленная свежевыглаженным покрывалом.
   – Ну чтож, нам повезло, – промолвил Игорь, боясь нарушить средневековую тишину. – Неплохо бы найти что-нибудь съестное. Да и дровишки не помешали бы, а то уж больно тут сумрачно и сыростью тянет. Тоску нагоняет, словно в склепе...
   Иннокентий покопался в трельяже, и среди старых высохших флаконов с духами нашел несколько неизвестно как здесь оказавшихся банок с консервами, а также немного пшена, гороха и сахара.
   Игорь, осторожно присев на краешек кровати и неторопливо покачиваясь на мягких перинах, удовлетворенно осмотрел найденные продукты.
   – Наверное, придется ломать стулья, – с сожалением произнес он. – Хоть и не хочется, честно говоря.
   – Вот еще! – вдруг раздался чей-то недовольный голос и откуда-то из-за камина вышел пожилой невысокий мужчина худощавого телосложения, одетый в синий рабочий халат.
   – Извините, – протянул Игорь, вставая и поспешно поправляя покрывало. – Мы без приглашения. А тут никого не было... Нам бы переночевать...
   – Я знаю, – нетерпеливо махнул мужичок. – Но зачем же мебель ломать-то? Можно же и без этого обойтись?!
   Игорь подавленно молчал, а Иннокентий, покраснев, принялся составлять найденные продукты обратно в трельяж.
   – Извините еще раз, – склонил голову Игорь. – Мы сейчас уйдем.
   – Ну почему же, оставайтесь, – сменил хозяин гнев на милость. – Гостям мы всегда рады. Просто в следующий раз будьте поаккуратнее.
   – Конечно, конечно! – сразу же согласился ошарашенный Игорь. – Обязательно!
   – Хозяйка! – полуобернувшись, крикнул мужичок в сторону камина. – Накрывай на стол, а я пока огнем займусь.
   Вышедшая также неизвестно откуда сухонькая женщина, старательно отводя глаза от гостей, принялась суетливо, сноровисто и быстро убирать всякие безделушки с туалетного столика.
   Хозяин между тем где-то достал дрова и вскоре в камине весело заиграл огонь, осветив помещение красноватым светом, отчего пространство возле камина стало родным и уютным, а дальние углы – еще более темными и неприветливыми.
   Игорь с мальчиком поплотнее придвинулись к огню, оживившись от тепла и пламени. Протянули руки. Уставшее от бесконечных походов и стрессов тело заныло в предвкушении скорого отдыха. Горячую ванну бы сейчас... или баньку, – с тоской подумал он.
   Маленький мальчик, сгорбившись, тянул свои ручонки к огню и громко сопел — то ли боролся со слезами, то ли еще от чего-то. Игорь обнял Кешу и поискал глазами хозяина, собираясь предложить свою помощь, но того и след простыл. Тогда он взял небольшое поленце и подкинул его в камин. Огонь тут же весело затрещал, энергично сыпля искрами.
   Они дружно отодвинулись.

   – Добрый вечер, – вдруг раздался приятный женский голос.
   Игорь и Кеша поспешно оглянулись.
   В дверях стояла давешняя девушка с пистолетом. Загорелая. В той же самой одежде – кожаные шортики, два широких ремня, крест на крест пересекающие открытую грудь и придерживающие кожаную сумку. Странный пистолет в кожаной кобуре. На ногах – кожаные полусапожки, придерживаемые кожаной шнуровкой на щиколотках. За спиной – небольшой рюкзачок (наверное тоже кожаный — для полноты картины). Ансамбль дополняли модные розовые очки. Но самое главное – внешне она была копия Эйджер, но только – блондинка.
   Игорь поспешно встал.
   – Добрый вечер, – ответил он, чуть склонив голову, и лихорадочно вглядываясь в ее лицо. – У вас, случаем, нет сестры? – неуверенно произнес он, пораженный ее нарядом и воинской сталью в глазах, так не вязавшемся со взглядом Эйджер. – Близняшки?
   Девушка только скользнула по Игорю равнодушным взглядом, входя в комнату и не обращая внимания на тяжелый пистолет, небрежно покачивающийсяна обнаженном бедре
   – Иннокентий, здравствуй, – сказала она, снимая рюкзачок.
   – Здравствуйте, – вежливо поздоровался мальчик.
   Ловко, одним коротким движением развязав шнурки, юная амазонка достала какой-то сверток и протянула его ребенку, присев рядом с ним на край кровати.
   – На, поешь, – сказала она.
   Мальчик взял.
   – Спасибо, – вежливо поблагодарил он.

   Игорь во все глаза смотрел на гостью. Это надо же, так похожа на Эйджер! Вот только взгляд – властный, – поражался он.
   Наконец девушка обратила на него внимание.
   – Я вам кого-то напоминаю? – спросила она, спокойно глядя на Игоря.
   Игорь кивнул, теряясь – шутит она, или что-то здесь не так? Ведь то же лицо, та же фигура. Всего отличий-то – одежда, поведение и цвет волос. Та была мягкая, нежная и женственная, а эта – энергичная, жесткая и воинственная.
   – Вы очень похожи на одну девушку, – несколько неуверенно произнес он. – Зовут – Эйджер.
   Амазонка только усмехнулась кончиками губ, не мигая глядя в глаза Игорю.
   – Да? – с легким удивлением и насмешкой спросила она. – И что? Настолько сильно похожа?
   – Сейчас мне начинает казаться, что не очень, – признался он, отводя свой взгляд от стального холода ее больших глаз.
   – Бывает, – чуть повела она плечом. – Новенький?
   Он кивнул.
   – Так это вы, наверное, Колесник? – еле заметно усмехнулась красавица.
   – А почему – Колесник? – растерявшись, переспросил он.
   – Слух пошел, что объявился какой-то трус на колесах, – ответила она, равнодушно глядя на Игоря.
   – Вообще-то я – Игорь, – смутившись, пробормотал он.
   Она ничего не ответила на это.
   – А вас как зовут? – не дождавшись, спросил он.
   – Охотница.
   – А на самом деле?
   – А вам это зачем? – прищурившись, переспросила девушка.
   – Да так, просто интересно.
   Она только равнодушно пожала плечами, ничего не ответив. Снова отвернулась к мальчику-привидению, погладив его по голове.
   Кеша между тем старательно разворачивал сверток, заманчиво пахнущий копченой курицей.
   – А что вас к нам занесло? – вдруг спросила девушка, посмотрев на Игоря с какой-то насмешкой. – Наверное, прячетесь от кого-то?
   Игорь, нахмурившись, отрицательно покачал головой.
   – Ищу, – сказал он.
   – Кого?
   – Девушку, естественно, – резко ответил он, не зная, как себя вести в подобной ситуации.

   Иннокентий к тому времени удачно покончил с пергаментом, достал боковину курицы, разломал ее пополам и один из кусков протянул Игорю. Игорю было неловко брать то, что предназначалось маленькому мальчику, и он, сглотнув слюну, отрицательно покачал головой. Тем более, что хозяйка комнаты суетилась вокруг стола, выставляя тарелки, и соответственно, был шанс наконец-то перекусить.
   – Ешь, я не хочу, – сказал он, отворачиваясь. Но в животе у него, тем не менее, предательски заурчало. Причем – достаточно громко. Охотница насмешливо посмотрела на Игоря, но ничего не сказала. Игорь смутился.
   – А вы меня точно не разыгрываете? Только честно? – решил все-таки уточнить он.
   Девушка откровенно рассмеялась.
   – Мне нравится ваша настойчивость, – сказала она, холодно улыбнувшись. – Но ваш своеобразный способ флирта несколько утомителен. Не находите?
   Он промолчал, насупившись.
   – На меня, значит, похожа, – вдруг протянула Охотница, меняя тон и странно улыбнувшись.
   Игорь не отвечал.
   – Любите ее? – уже с более спокойными интонациями спросила она.
   Игорь, помедлив, кивнул.
   Охотница между тем погладила Иннокентия по курчавой голове.
   – Вкусно? – спросила она у мальчика тоном доброй нянечки.
   Малыш только утвердительно кивнул с набитым ртом.
   – Вот и хорошо. Ешь, – удовлетворенно сказала она. – Наедайся. Смотри, что я тебе еще принесла.
   И она достала из своей сумки какую-то книгу. Учебник по математике за четвертый класс – прочитал Игорь.
   – Учись. А старый я заберу, – сказала она, подтянув к себе ранец Иннокентия. Покопалась там немного и вытащила старую потрепанную книжку. Явно – дореволюционного издания.
   Аккуратно завернув новый учебник в полиэтиленовый мешочек, Охотница убрала пакет в ранец.
   – Значит, она сюда забежала? – задумчиво протянула девушка, снова обращаясь к Игорю. – Ну-ну. Выходит, еще кого-то достал ваш мир.
   Игорь промолчал.
   – А она, случаем, не колдунья?
   – Нет, – отрицательно покачал он головой.
   Этот разговор ему был уже неприятен, но он не знал, как его избежать. Снова появившийся хозяин ловко управлялся с камином (который уже не искрил) и помощь ему явно не требовалась, не говоря уже о хозяйке. Не выходить же демонстративно в коридор!?
   – Тогда непонятно, что ей у нас делать, – между тем продолжила Охотница. – В нашем мире, впрочем, как и у вас, у женщин может быть только одна работа – это чья-нибудь любовница, – вдруг с какой-то непонятной злостью проговорила семнадцатилетняя на вид девушка, фактически – девочка, но с очень уж взрослыми глазами. – А это – не по мне.
   Игорь с удивлением посмотрел на свою собеседницу.
   – Почему вы так думаете? – спросил он, имея ввиду фразу ‘только одна работа’.
   – А разве это не так? – переспросила она, усмехаясь наивности сидящего перед ней мужчины.
   – Мне кажется – нет, – несколько неуверенно ответил Игорь.
   – Вот именно, – чуть заметно скривила губы Охотница. – ‘Кажется’… А что ее в таком случае могло занести в наши края?
   Игорь пожал плечами.
   – Не знаю, – честно признался он, окончательно решив про себя, что это все-таки не Эйджер, несмотря на поразительное сходство. – Написала мне прощальную записку и зачем-то вот убежала сюда. Я думаю, работает здесь.

   – Прошу всех к столу, – прервала их беседу хозяйка.
   Несмотря на жуткий голод, Игорь торопиться не стал, внимательно наблюдая за мальчиком и Охотницей, и решив предварительно выяснить, как надо правильно вести себя в непонятном ему мире, чтобы не попасть в какую-нибудь щекотливую ситуацию.
   Кеша с девушкой, встав с кровати, чинно направились к умывальнику.
   – Желтым полотенцем! – крикнула им вслед хозяйка.
   – Хорошо, – донеслось в ответ из ванной комнаты.
   Игорь дождался, когда умывальное помещение освободиться и тоже направился мыть руки.
   Туалетная комната была небольшой, но чистой и аккуратной – в кафеле и зеркалах. Узенький стоячий душ, розовый унитаз, маленький умывальник, два полотенца на крючках.
   Когда Игорь вышел, Охотница, стоя возле стола, аккуратно перекладывала принесенную ею курицу на чистую тарелку. Кеша уже сидел за столом.
   Игорь встал рядом с девушкой, дождался, когда она освободится, вежливо пододвинул ей стул. Она спокойно кивнула в ответ, неторопливо присаживаясь. Потом он выжидательно посмотрел на стоящую в стороне хозяйку, собираясь предложить ей единственный свободный стул.
   – Ешьте, ешьте, – торопливо проговорила женщина, удаляясь за камин. – Мы уже сыты.
   – Спасибо, – сказал ей вслед Игорь, и хозяйка исчезла в темном углу.
   – Вы что, не знаете, что домовые никогда не сидят за общим столом? – насмешливо поинтересовалась Охотница.
   – Домовые?! – поразился Игорь, присаживаясь и недоуменно глядя в сторону опустевшего камина – ни хозяина ни хозяйки видно уже не было.
   – Конечно. А вы что думали? – вежливо поинтересовалась девушка.
   Игорь демонстративно пожал плечами, решив, что лучше – промолчать.

   На столе стояла вареная картошка, селедка, хлеб и прозрачный графин, явно с какой-то наливкой. Еда не ахти какая, но все же лучше, чем ничего. Правда – и ее-то было совсем немного.
   Охотница неподвижно сидела перед пустой тарелкой и Игорь, быстро сообразив, встал, взял общий черпак, разложил картошку из глиняного горшочка – всем поровну. Также он поделил и селедку с хлебом.
   Охотница вежливо кивнула.
   Первое время они ели молча. Голодный Игорь быстро уплел свою маленькую порцию и сидел с глупым видом, наблюдая, как мальчик с девушкой неторопливо ковыряются в своих тарелках.
   Охотница явно была не голодна, а мальчик, уже перекусивший копченой курицей, тоже успел насытиться, и теперь просто водил вилкой, гоняя по тарелке кусочки картофеля. Да и от курицы еще остались крылышко и шейка.
   – Иннокентий, – наконец обратилась девушка к малышу. – Вы уже поели? Больше не хотите?
   – Нет, – поспешно покачал тот головой.
   – Ну, тогда идите, вымойте руки.
   Мальчик послушно кивнул, слез со стула, сказал "спасибо", обращаясь к камину, и деловито скрылся в ванной комнате.
   – Если не брезгуете, – показала глазами девушка на тарелку мальчика, – то советую вам доесть.
   Игорь смутился, но, немного подумав, пододвинул к себе тарелку, правда, не тронув куриные кусочки.
   Девушка улыбнулась, наблюдая за его действиями.
   – А вы чем занимались во внешнем мире? – вдруг спросила она.
   – Я? – замялся Игорь, торопливо прожевывая пищу, чтобы можно было более-менее связно говорить. – Преподавал историю в институте, занимался научными исследованиями.
   – Вот никогда бы не подумала, – несколько грубовато воскликнула Охотница, – что окажусь в одной компании с таким умным собеседником!
   Игорь внимательно посмотрел на девушку, пытаясь понять – то ли она издевается, то ли действительно так думает.
   – Вы не обижайтесь, пожалуйста, – с детской непосредственностью попросила она, заметив его взгляд. – Обещаю, что буду вести себя прилично.
   Охотница выпрямила спинку и демонстративно сложила руки на стол, словно находилась на уроке в школе.
   – Хорошо, – пробурчал он в ответ, уткнувшись в тарелку.
   Какое-то время девушка взглядом ученицы смотрела на Игоря, но он молчал, и она, от нечего делать, принялась поглаживать стол руками, поправляя что-то видимое только ей одной.
   – А вы давно здесь находитесь? – наконец спросил он, преодолевая некоторую неловкость.
   – Здесь – это в замке? – вежливо уточнила девушка, продолжая свои пасы над столом.
   Он кивнул, тщательно обирая кусочек селедки от шкурки и косточек.
   Незаметно подошла хозяйка, поставила на стол вазочку с пряниками, чайник, стаканчики. Также незаметно удалилась.
   – С рождения, – просто ответила девушка.
   – Вот как? – удивился Игорь, на какое-то время оставив селедку в покое.
   – А что здесь такого? – в свою очередь поинтересовалась Охотница, отодвигая свою тарелку в сторону и берясь за графинчик.
   – Но ведь это же культурная ценность?! – искренне недоумевая, сказал Игорь. – Разве можно здесь жить?!
   – Как видите, – пожала плечами девушка, наливая себе в стаканчик грамм двадцать-тридцать красной жидкости. – Вы будете? – поинтересовалась она, показывая на графинчик.
   Он отрицательно покачал головой, решив, что после двух бессонных ночей и голода алкоголь его быстро развезет, даже в малых дозах. Желудок уже фактически насытился, и катастрофически сильно хотелось спать.
   – А во внешний мир вы не выходите? – продолжил свои расспросы Игорь.
   – А зачем? – с легким удивлением спросила девушка, слегка пригубив наливку.
   Он растерялся.
   – Но это же все-таки большой мир, – пробормотал Игорь. – Театры, кино, дискотеки…
   Охотница усмехнулась. От алкоголя глаза ее заблестели, придав ей какой-то колдовской вид.
   – Такое же болото, как и здесь, – поморщилась она. – Только размером побольше.
   – Ну, почему же, – попытался было возразить он.
   – И что мне делать в вашем мире? – усмехнулась девушка, перебивая. – Без паспорта?
   – А здесь разве лучше? Вон сколько опасностей!
   – Каких, например? – спросила она.
   – Ну вот… Я видел… – растерянно пробормотал он, лихорадочно соображая – рассказывать или не стоит? – Кто-то в темноте меня звал. Неприятным голосом. По имени.
   – А что, когда во внешнем мире вас зовут из темноты, вы всегда идете на зов? – насмешливо поинтересовалась она.
   – Да нет, конечно, – честно признался он.
   – Вот видите! – Охотница с видом победительницы посмотрела на Игоря.
   – А человек с крыльями? Напал на нас на лестнице, – не сдавался он.
   – Обыкновенный упырь, – пожала она плечами. – Что, у вас мало хулиганов и маньяков?
   – А данзаки?
   – Просто не надо ходить по ночам и останавливаться в плохозащищенных местах, – назидательно сказала она.

   Охотница, конечно, была права, и Игорь перестал перебирать все те странности, которые он видел здесь.
   Вернувшись к своей тарелке, он быстро покончил с тем немногим, что еще оставалось. Переставил посуду в сторонку, непроизвольно зевнув при этом. Смутился.
   – Да, время уже позднее, – согласилась девушка, одним глотком допив содержимое стаканчика. – Пора уже и о сне подумать.
   Игорь посмотрел на грязные тарелки на столе, на оставшуюся курицу, печенье и хлеб.
   – А что с этим делать? – спросил он у девушки.
   – Хозяева сами разберутся, – просто ответила она, твердо глядя на Игоря, и от этого взгляда и блеска ее глаз Игорь почему-то смутился и уткнулся в стол, зачем-то сдвигая грязную посуду в одну сторону. – Я вот что хотела у вас попросить, – между тем мягко произнесла девушка. – Разрешите мне переночевать у вас?
   Игорь растерянно посмотрел на Охотницу.
   – А то цивильных помещений поблизости не осталось, – спокойно пояснила она. – А по ночам ходить, как вы сами уже заметили, опасно.
   Игорь зачем-то оглянулся на единственную кровать, на краю которой, давно уже покончивший с водными процедурами, сидел Кеша и клевал носом.
   – Мы втроем прекрасно поместимся, – поняла его мысли девушка. – Иннокентий ляжет посередине. А мы – по краям. Согласны?
   Игорь неуверенно кивнул.
   – Вот и замечательно, – сказала она, вставая из-за стола.
   Игорь тоже поспешно поднялся.
   – Иннокентий, ложитесь спать, – сказала девушка ребенку, проходя мимо.
   Сонный мальчик принялся послушно раздеваться, аккуратно складывая одежду на стоявший поблизости стул. Охотница подошла к двери, проверила засов, внимательно осмотрела какие-то рисунки на деревянной поверхности. Потом прошлась вдоль стен, что-то разглядывая на них.
   – А вы что стоите? – вдруг обратилась она к Игорю, по дороге плотно закрывая форточку. – Ванная в вашем распоряжении. Я долго там буду.
   Игорь кивнул и пошел умываться перед сном.

   Когда он вышел, свет был уже приглушен, Кеша мирно спал, свернувшись маленьким калачиком прямо в центре большой кровати. Грязные тарелки со стола исчезли, остались только многострадальная курица, печенье и чайник.
   Охотница сидела в кресле у камина. Увидев Игоря, она встала и быстро подошла к нему.
   – Я все проверила, – прошептала она. – Никто не проникнет. Спокойно ложитесь.
   – И данзаки? – спросил он, непроизвольно поежившись.
   – И они тоже, – серьезно кивнула девушка и скрылась в ванной комнате.
   Игорь и сам-то еле держался на ногах, чуть не уснув над умывальником. Он торопливо разделся и буквально упал на кровать, однако стараясь все-таки не разбудить ребенка. И мгновенно провалился в сон, не успев даже укрыться одеялом.

   Ему снились колышущиеся бесформенные тени, летающие мужчины во фраках и галстуках-бабочках, и сотня пустых самокатов, с воем и визгом несущихся по коридору за ним, за Игорем. Убегая, он спрятался в какой-то темной комнате. Но здесь у окна уже кто-то стоял, невидимый. Игорь разглядел только руку, пальцем выводящую что-то на стекле.
   Забыв о погоне он вдруг сильно заинтересовался этой таинственной фигурой. Стекло... рука... Что же он там выводит такое? Какие-то письмена? Тайну? Или может быть это — она?
   Он проснулся словно ужаленный. Она! Вот в чем дело! Как же я сразу-то не подумал?!
   Вскочил, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Охотница и Кеша мирно спали. Дрова в камине еле горели, слегка потрескивая. Больше никого не было.
   Игорь торопливо оделся, захваченный этой внезапной мыслью.
   Тихо, стараясь не скрипеть, открыл дверь. Осторожно выглянул в коридор. Темно. Он поежился от недавних воспоминаний – снова показалось, что там кто-то прячется и вот сейчас позовет его жутким голосом.
   – Вы куда? – вдруг шепотом спросила Охотница, приподнимаясь со своего места.
   – Я сейчас. Проверю одну мысль.
   – С ума сошли?! Нельзя ходить по темноте, – зашипела девушка, приподнимаясь и роняя одеяло — никаких ночнушек на ней не было.
   – Я быстро, – торопливо пробормотал он, выскальзывая в коридор и стараясь закрыть за собой дверь.
   – Стоп! – услышал он резкий возглас и послушно замер, заглядывая в комнату.
   Охотница встала, решительно направилась к Игорю. Оказалось, что действительно – девушка спала совершенно обнаженной. Игорь невольно покраснел, отводя в сторону глаза.
   – Я закрою за вами дверь, – тихо сказала она, приблизившись. – Если вдруг вернетесь — постучите.
   – А если не вернусь? – зачем-то спросил он, стараясь не глядеть на девушку и тупо уставившись в пол (впрочем, ее ноги до самых бедер были тем не менее прекрасно ему видны).
   – Значит – вас съели, – просто ответила она попутно зевнув.
   – А вы услышите? – уточнил он, стоя в дверях и соображая, как же он попадет обратно, если она уснет.
   – Я чутко сплю, – успокоила его Охотница, явно недовольная этой задержкой. – Ну идите же! Холодно.
   Игорь освободил порог и дверь за ним тут же закрылась, оставив его в вязкой темноте, с трудом прорезаемой слабым светом ночников. Какое-то время он смотрел на дверь, соображая над словами молодой девушки, фактически — девочки, но потом встряхнулся (все равно ведь ничего не понятно) и решительно сел в машину, попутно подумав, что для чего-то же фары у нее имеются? Значит можно ездить и по темноте.
   Но вот только где же они включаются?
   Он пошарил вокруг руля, ища хоть какой-нибудь тумблер.
   Внезапно впереди от стен отделилось несколько полотенец. Развернувшись в правильный строй, данзаки неспешно поплыли прямо к Игорю, отрезая ему пути к возможным отступлениям.
   Вот зараза! – только разозлился он, энергично шаря руками по машине и давя на все то, что хоть немного напоминало переключатель, но все было безрезультатно.
   Он поднял голову. Жуткие полотенца были уже совсем близко. И мало того — количество их только увеличивалось. Они, фактически, заполонили собой весь коридор. И их строй уходил куда-то вдаль, теряясь в кромешной темноте.
   Вернуться? Охотница сказала, что данзаки к ним не проникнут.
   Но тогда он не разгадает тайну рисунка на стекле.
   И Игорь решительно нажал на кнопку зажигания. Машина завелась и фары сами собой включились. Данзаки померкли, быстро всосавшись в стены, сталкиваясь и мешая друг другу.
   То-то же! – удовлетворенно откинулся он на маленьком сиденье — А вы как думали? Жаркое готово?!
   Игорь резко рванул с места, впрочем, тут же затормозив у самой стены. Торопливо, суетясь и дергаясь, в несколько приемов развернулся в узком коридоре. Выровнял машину. Решительно нажал на газ. Разгоняя светом фар попадавшихся на пути данзаков, он поехал к той комнате, где ему приснилась Эйджер.
   Довольно быстро он нашел нужную дверь. Спрыгнул с машины. Достал зажигалку. Щелкнул, освещая коридор и отпугивая прогуливающихся в этих местах данзаков. Решительно вошел внутрь.
   Темная комната была также забита колышущимися полотенцами. Особенно много их было возле пустой уже кровати.
   Игорь выставил руку с зажигалкой вперед. Полотенца, недовольно колыхаясь, отпрянули в сторону, сбиваясь в кучу, наползая друг на друга и пытаясь все-таки дотянуться до Игоря своими лохмотьями.
   Вертя рукой во все стороны, он медленно направился к окну.
   Хоть он и не знал, какая опасность таится в этих существах, но, тем не менее, сердце его бешено стучало в груди.
   И вот он уже у окна.
   Игорь быстро высветил стекло, меняя угол падения света.
   Так и есть – на стеклянной поверхности явственно были видны следы от чьих-то пальцев. Выходит, что девушка у окна ему все-таки не приснилась. Значит, она действительно, на самом деле, стояла здесь и разговаривала со мной! А это значит, что Эйджер сейчас находится где-то совсем рядом, неподалеку.
   Он ужаснулся – данзаки!? Возможно, она не знает об их смертельной сущности!?
   Игорь быстро развернулся на месте, выкидывая руку с зажигалкой вперед. Но не резко – чтобы не загасить пламя. И вовремя – полотенца уже успели тесной кучкой столпиться за его спиной.
   Наползая друг на друга и перемешиваясь, они снова отпрянули, явно — недовольно ворча про себя.
   Игорь сделал шаг навстречу смертельной опасности, судорожно вертя зажигалкой вправо и влево. Масса ужасных полотенец слегка расступилась перед ним, явно выжидая возможность напасть.
   Он сделал второй шаг, вертясь уже на триста шестьдесят градусов — полотенца теперь наползали и со стороны окна. Данзаки снова недовольно отхлынули.
   И так, медленно ступая и постоянно вертясь, он неуклонно продвигался к выходу.
   Полотенца окружили его со всех сторон, явно не желая расставаться со своей добычей, и их мрачная молчаливая настойчивость пугала больше всего, заставляя сердце Игоря биться все учащеннее и учащеннее.
   И вот наконец — выход. Он стремительно вылетел из комнаты, зачем-то торопливо закрыв за собою дверь — данзакам-то ведь это не помеха.

   Стоя в защитном свете автомобильных фар, он продумывал план — где же искать Эйджер. В какую сторону она могла пойти. И где остановилась на ночлег. Игорь посмотрел на вереницу дверей, теряющихся в темноте. Дергать их все – глупо. Наверняка, она расположилась на ночь не так близко, где-то совсем рядом. Да и кроме этого коридора есть еще масса мелких коридорчиков, закутков и потайных ходов.
   – Эйджер! – набравшись смелости, крикнул он в окружении данзаков, которые неторопливо выплывали из комнаты в коридор, но границу света и тьмы пересечь все же не решались.
   Многократное эхо, усиливаемое темнотой, разбежалось по замку, казалось, разбудив всех его обитателей.
   Игорь замер, вслушиваясь в ответ, и боясь, что на шум сбегутся твари, пострашнее этих белых полотенец.
   Эхо стихло. Воцарилась гробовая тишина. Но ни одна из дверей не приоткрылась. Только из стен по-прежнему беззвучно выползали данзаки.
   Игорь быстро сел в машину и резко рванул с места. И машина послушно набрала скорость.
   Ковровая дорожка стремительно стелилась под мягкие пористые колеса, убегая вдаль.
   Эйджер где-то здесь, рядом, лихорадочно думал он. Возможно, за этими дверями.
   – Эйджер! – снова крикнул он, притормаживая.
   Тихо в ответ.
   Он снова поехал и снова остановился, с сожалением глядя в темноту узкого бокового ответвления, из которой ему навстречу выплывала новая партия данзаков. Может, она ушла именно туда? – волнуясь, подумал он. – Или, свернула еще раньше? Это ведь второй или третий коридорчик.
   – Эйджер! – без всякой надежды крикнул он.
   Без ответа.
   Игорь надавил на газ. Машина задрожала, набирая скорость.
   Ночью искать бессмысленно, с горечью подумал он, и в этот момент фары на мгновенье выхватили из темноты девушку, замершую у стены. Машина пронеслась мимо и виденье исчезло.



12) Эйджер.

   Игорь резко нажал на тормоз. Сердце, все еще не отошедшее от посещения страшной комнаты, застучало еще сильнее. Эйджер?! – испугался он собственным мыслям, поспешно оборачиваясь.
   В темном коридоре ничего не было видно. Игорь включил задний ход.
   Где-то здесь я ее видел! – лихорадочно думал он, всматриваясь в темноту, но коридор был пуст.
   Может, она скрылась за какой-нибудь дверью? Не похоже. Я остановился почти сразу, и обернулся. А ей необходимо было открыть дверь, войти внутрь, закрыть за собой. Я бы заметил.
   Он спрыгнул с машины, старательно проверяя все гобелены и картины – нет ли за ними потайных ходов? И точно, за одной из картин оказался узкий лаз. Данзаков там не было. Ни сколько не сомневаясь, он устремился в темноту, на всякий случай держа погашенную зажигалку в правой руке.
   Шагов через двадцать он оказался в широком и более светлом, из-за множества красных лампочек, коридоре. Одинокая женская фигурка, совершенно не вписывающаяся в этот мир, полный ужаса и опасностей, медленно удалялась. Вдруг она обернулась, вздрогнула, увидев его, и ускорила шаг.
   Но Игорь почему-то не бросился за удаляющейся фигурой. Поддавшись какому-то непонятному ему импульсу, он не побежал за ней, как собирался вначале, а почему-то неуверенно пошел, волнуясь и боясь ошибиться, а еще больше – боясь напугать ее. Девушка снова оглянулась, внимательно посмотрела на своего преследователя и пошла еще быстрее, продолжая сохранять грациозность своей походки. Резко свернув в сторону, она оставила после себя только легкую тень на ковре. Игорь ускорил шаг, стараясь не задевать еле тлеющие красным светом канделябры. За поворотом он успел заметить, как тень женщины скользнула в третий по счету коридорчик, и тут он, наконец, побежал. Однако догнать ее оказалось не так-то просто – девушка тоже побежала, то и дело оглядываясь. Мелькали двери, повороты, разноцветные драпировки, серые удивленные лица выглядывали из стен, но мелькавшая впереди хрупкая женская тень не становилась ближе. Эта гонка, казалось, не закончится никогда, но, завернув, наверное, за сотый поворот, Игорь вдруг резко притормозил, увидев, что это тупик и девушка в голубом платье стоит в полумраке у самой дальней стены, вжавшись в холодный камень.

   – Эйджер?! – неуверенно произнес он, видя только голубое платье и совсем не различая лица таинственной незнакомки. – Вас ведь зовут Эйджер?
   Он осторожно, словно боясь вспугнуть, подходил к ней все ближе и ближе, не решаясь поверить своему сердцу. Девушка по прежнему не шевелилась, и его шаг становился все тише и тише. И когда незнакомка была уже совсем рядом, она вдруг мягко скользнула к нему, прижимаясь своим изумительно-прекрасным телом.
   – Игорь, это вы?! – выдохнула она, словно прощаясь с жизнью, и от этих интонаций у него по спине пробежали мурашки. – Вы? Здесь?
   – Эйджер, я так долго искал вас, – взволнованно сказал он, неловко, одними только пальчиками, держа ее за тонкую талию. – Зачем вы ушли?
   Она только еле заметно кивала головой в такт его словам, прижимаясь к нему все сильнее и сильнее. Тело ее мелко дрожало, передавая эту свою дрожь и ему.
   – Теперь вы никуда больше не исчезнете? – спросил он пересохшими губами и попробовал отстраниться, чтобы заглянуть ей в глаза, но девушка прижалась еще сильнее, отрицательно покачав головой.
   – Я вас теперь никуда не отпущу, – говорил он, осторожно поглаживая ее спину и волосы.
   – Не отпускайте, – еле слышно отвечала она куда-то ему в шею.
   – Идемте домой, немедленно, – шептал он, и она только согласно кивала. – Прямо сейчас…
   Обняв ее за талию и боясь отпустить хоть на мгновенье, он повел ее к оставленной машине.
   – Вы сказали – ушла? – вдруг переспросила она, слегка отодвигаясь от Игоря и как-то странно заглядывая ему в лицо. – Я?Откуда ушла?
   – Из моей квартиры, – растерянно ответил он.
   Эйджер остановилась, пристально посмотрев на Игоря, и в ее глазах, отражающих странный свет этих красных ночных фонарей, задумчивость сначала сменилась на легкое беспокойство, беспокойство – на растерянность, а растерянность – на страх.
   – Я ничего не помню, – неожиданно прошептала она. – Я знаю, что я живу где-то здесь. Но никак не могу найти свой дом. Я знаю, что я вас знаю, и при чем – очень хорошо, но не знаю – откуда. И вообще, кто вы? Вы – мой муж? Как мы познакомились? Я чувствую – вы знаете больше моего. Ведь знаете же? – она с надеждой посмотрела в глаза Игорю. – Можете мне все объяснить?
   Игорь внимательно посмотрел на девушку. Она явно не шутила. Ее глаза с испугом и мольбой смотрели на него.
   Может, она все-таки очень сильно простудилась в тот раз, под дождем? И у нее – лихорадка, жар?– с жалостью подумал он. – Осень все-таки. И горячая ванна не помогла.
   – Конечно, я вам все объясню, – как можно мягче заверил он, решив, что сейчас ей нужно больше пить и спать. – Но стоять посередине коридора – не очень удобно. Давайте пройдем в одно место. Мы там на ночлег расположились.
   Она вдруг насторожилась.
   – Вас много? – спросила Эйджер, убирая руки с плеча Игоря и отходя на полшага. – Кто вы? И что вам от меня надо?
   Игорь откровенно растерялся.
   – Отвечайте же наконец! – требовательно произнесла она. Глаза ее заблестели от влаги.
   – Не бойтесь! Мы — мирная компания! – поспешил успокоить он. – Там еще мальчик и девушка. Они, наверное, сейчас уже спят. И еще – камин, горячий чай, еда, удобная кровать. Пойдемте?
   Девушка неуверенно посмотрела на Игоря. Он решительно взял ее под локоток.
   – Хорошо, я вам верю, – кивнула она. – Пойдемте. Только вы мне все объясните. Вы обещали.
   – Конечно, – поторопился заверить он ее. – Что смогу – расскажу.
   Он снова обнял ее за талию и повел к машине по темным, плохо освещенным коридорам.
   Она покорно шла рядом, ни о чем больше не спрашивая.

   Игорь остановил машину, выключил двигатель – фары тут же погасли. Эйджер, придерживая край платья, чтобы оно не сползало вниз с коленок (сиденья у этой машины все-таки были низко посажены), внимательно посмотрела на ближайшие двери, потом, вопросительно, на Игоря. Он ступил на ковер. Обошел машину. Подал руку девушке. Она протянула ему свои пальчики и почему-то смутилась, выходя. Он подвел ее к двери. Тихо постучал. Немного подождал, снова поднял руку, собираясь постучать сильнее, но в этот момент дверь приоткрылась.
   Охотница сонно скользнула по Игорю и Эйджер.
   – Нашел все-таки, – пробормотала она, возвращаясь к кровати.
   При виде совершенно обнаженной девушки, причем, нисколько не стесняющейся своей наготы, Эйджер вдруг сильно покраснела, замешкавшись в дверях.
   Игорь приглашающе протянул руку и она, помедлив пару секунд, переступила порог и снова замерла.
   – Добрый вечер, – вежливо поздоровалась она, в то время как Игорь тщательно запирал за ними двери.
   – И вам того же, – буркнула Охотница, закутавшись с головой в одеяло и мгновенно засыпая.
   Огонь в камине все еще горел, окрашивая полутемную комнату в красные тона.
   Эйджер замерла на пороге, с любопытной настороженностью оглядывая помещение.
   Игорь приложил палец к губам, показав глазами в сторону мальчика.
   – Спит, – прошептал он, наклоняясь к самой щеке девушки, чтобы было совсем уж понятно, и чуть ли не касаясь губами ее нежной кожи. – Пройдемте к камину.
   Она кивнула и, стараясь неслышно ступать, осторожно прошла вслед за Игорем.
   Остановилась в нерешительности.
   Тихо-тихо, чтобы не разбудить спящих, Игорь подбросил дрова и принялся высматривать, во что можно налить гостье чай. Увидел, что Эйджер так и стоит по середине комнаты, указал ей на кресло. Она вежливо кивнула и, аккуратно придерживая свое полупрозрачное платьице, присела на краешек.
   Не найдя свободной чашки – а в шкаф он лезть почему-то побоялся – Игорь сполоснул свою. Налил кипяток, добавил заварки.
   – Вам сколько сахара? – прошептал он.
   Она посмотрела на чашку в его руке.
   – Это мне? – вежливо переспросила она.
   – Вам.
   – Спасибо, – поблагодарила она, несмело протянув руку.
   Чашка была горячей, за бок взять ее было невозможно, и поэтому он, чтобы не обжечь гостью, просто поставил чашку на журнальный столик возле Эйджер. После чего, подумав, заодно пододвинул ей сахарницу и чайную ложку.
   Она снова вежливо кивнула, благодаря за заботу. Подняла чашку, осторожно поднесла к губам, придерживая ворот платья.
   – Смородиновый? – удивилась она.
   – Вам не нравится? – несколько растерялся он.
   – Ну почему же? Нравится, – поспешила ответить девушка, тут же, словно в подтверждении своих слов, делая еще один маленький глоток.
   Игорь посмотрел на стол. Собрал немного еды, присовокупив и недоеденную Кешей курицу, попутно подумав, что как-то все-таки некрасиво забирать продукты у ребенка, но наверняка девушка тоже не ела все это время, и ничего страшного не произойдет. А утром они выберутся наружу, и Игорь накормит Иннокентия, прежде чем пойдет с ним в милицию.
   Немного помявшись, Игорь наконец-то поставил злосчастную тарелку с курицей перед гостьей.
   – Ешьте, – шепотом предложил он.
   – Спасибо, – тоже шепотом ответила она, чуть заметно кивая. Протянула руку, несмело взяла кусочек поменьше.
   Эйджер старалась есть культурно и аккуратно, но видно было, что она голодна и всеми силами сдерживает себя.
   – Это все – ваше, – сказал Игорь, пододвигая тарелку к ней поближе.
   Она кивнула и взяла второй кусочек – побольше.
   Игорь молча наблюдал за ней, стараясь больше ее не беспокоить.
   Смущаясь под его взглядом и чувствуя себя от этого неловко, она доела вторую порцию курицы, аккуратно вытерла пальчики и губы салфеткой.
   – Ешьте, – сказал он. – Еще ведь осталось.
   – Спасибо, – вежливо ответила она, чинно кивая, и беря кружку с несколько подстывшим чаем. – Я больше не хочу.
   Тогда Игорь пододвинул ей печенье.
   Снова вежливо кивнув, она какое-то время тихо пила чай, а он молчал, тайно любуясь ею и стараясь не мешать. Снова очень сильно захотелось ее обнять, и не отпускать из объятий по крайней мере несколько дней.
   – Вы мне обещали рассказать, – нахмурившись, наконец напомнила она, окончательно смутившись под его пристальным взглядом.
   – Да, да, конечно, – поспешно ответил он, пробуждаясь от наваждения. – Только сначала ответьте мне на один вопрос – как вы себя чувствуете?
   – В каком смысле? – растерялась она, слегка отстранив чашку и глядя на Игоря.
   – Ну-у-у, – протянул он, потупясь под ее пристальным взглядом. – У вас ничего не болит? Температуры, например, нет?
   – Нет, – удивленно ответила она, на всякий случай потрогав свой лобик. – Нет, – уже более утвердительно добавила Эйджер и снова вопросительно посмотрела на Игоря.
   – То есть вы чувствуете себя хорошо? – продолжал настаивать он.
   Она еще больше растерялась.
   – Ну, не совсем, – честно призналась таинственная незнакомка. – Голова побаливает. Но это, наверное, от усталости.
   Игорь еще ближе пододвинул ей печенье.
   – Вы ешьте, не стесняйтесь, – сказал он.
   – Спасибо, – кивнула девушка и по инерции взяла своими тонкими ухоженными пальчиками маленькую печенюшку, поднесла ее ко рту, раскрыв губки, слегка надкусила ровными белыми зубками.
   Игорь заворожено смотрел на все это.
   – Игорь? – неуверенно произнесла она. – Я правильно запомнила ваше имя?
   – Да, – подтвердил он, поспешно кивая.
   – Скажите, откуда вы меня знаете? – Ее взгляд был тревожно-серьезен. – И я – вас?
   Игорь замялся.
   – Вы же обещали?! – еще более неуверенно добавила она тоном женщины, которая старается свыкнуться с частыми обманами, но у нее ничего из этого не получается.
   – Знаете, – честно принялся он за свой рассказ. – Я вчера… А точнее – уже позавчера… Проезжал на машине по старой площади и увидел вас. Вы были в этом же самом платье. И промокли под дождем. – Девушка, не мигая, внимательно смотрела на Игоря, словно старалась что-то вспомнить. И от ее взгляда ему было не по себе. – И, по всей видимости, чувствовали себя неважно, – продолжил он. – По крайней мере, не смогли мне сказать, куда вас следует отвезти. И я отвез вас к себе домой.
   Игорь запнулся и замялся.
   – Дальше, – требовательно произнесла незнакомка, явно начиная что-то вспоминать.
   – Ну-у, а дальше, – протянул Игорь, невольно краснея и не зная, как ей рассказать про ванну и про все остальное.
   – Это на вашем диване я проснулась? – спросила девушка.
   – Но я спал на другом! – поспешно ответил он. – Вернее, вообще не спал. – Игорь смутился еще больше, так как диван у него был всего один. – В смысле, я на кухне сидел… работал… заказ был… срочный, – еще более запутался он в своих объяснениях.
   – А дальше? – спросила девушка, чуть заметно улыбнувшись. – Кстати, я забыла поблагодарить вас за заботу и участие, – смутившись, добавила она.
   – Не за что, – кивнул Игорь и переспросил. – Что, дальше?
   – Что было потом? – уточнила она. – Диван я помню. Квартиру – смутно. А что потом – вообще не помню.
   – Вы написали мне записку и ушли. Почему-то сюда, в замок.
   – А что было в записке?
   – Вы написали… – Он задумался, прикрывая для удобства глаза. – Что-то типа: Игорь, я поняла, зачем я здесь. Не ищите. Эйджер. – Он открыл глаза и вопросительно посмотрел на девушку. – Что вы поняли?
   Но в ее глазах он прочел еще больший вопрос.
   – Не помните?
   Она отрицательно покачала головой.
   – Ну а сюда в замок вы зачем пришли? – спросил он.
   – Здесь мой дом, – устало повторила она.
   – Но ведь вы сами сказали, что не помните, где? – осторожно заметил он. – Откуда же у вас такая уверенность?
   Она непонимающе посмотрела на Игоря.
   – Вы знаете… Я не знаю, – растерянно ответила она. – Но я точно знаю – я живу где-то здесь, в замке. И все эти коридоры мне кажутся знакомыми, родными. По-крайней мере, не чужими.
   Девушка почему-то с надеждой посмотрела на Игоря. И ему вдруг стало жалко ее.
   – Вы не сердитесь, но, по-моему, вам лучше показаться врачу, – осторожно посоветовал Игорь. Расспрашивать о монографии он не решался. – Они же все-таки профессионалы, разберутся, скажут, что надо делать.
   Она продолжала с надеждой смотреть на Игоря. Глаза ее вдруг заблестели. Но она не плакала.
   – Сейчас уже ночь, – произнес он. – Поздно уже. А как утро наступит – мы сразу же выйдем наружу и я вас отведу к врачам? – предложил Игорь, боясь, что она откажется. – Я знаю одного – очень хороший. Мы вместе в школе учились, – зачем-то добавил он. – Договорились?
   Девушка, подумав немного, покорно кивнула головой.
   У Игоря сразу же отлегло на душе.
   – Ну вот и замечательно, – улыбнулся он.
   Девушка тоже несмело улыбнулась в ответ. Обвела взглядом комнату.
   – Хорошо здесь у вас, – вдруг сказала она. – Уютно.
   Игорь промолчал, прекрасно понимая, что местный уют к нему не имеет никакого отношения.

   Эйджер встала. Он тоже поспешно поднялся со своего места. Она медленно подошла к ближайшей стене, с любопытством рассматривая какую-то даму, изображенную на картине.
   Игорь встал с девушкой рядом.
   – Это герцогиня Эльзасская, – прочитал он надпись на раме. – Ей отрубили голову, – зачем-то добавил он, непроизвольно хвастаясь, словно ребенок, своими историческими знаниями.
   Эйджер посмотрела на Игоря, неуверенно взяла его под руку.
   – Сколько ей лет? – совсем тихим шепотом спросила она.
   – Двадцать один, – прошептал он в ответ. – Этот портрет был нарисован как раз накануне казни. И именно этим обстоятельством объясняется ее бледность, а не обилием муки, согласно той моде.
   Девушка еще какое-то время пристально рассматривала молоденькую герцогиню, а потом ее взгляд переместился на соседний портрет.
   – А это кто? – невинно спросила она.
   – Это… – задумался Игорь, вчитываясь в надпись, и попутно обняв девушку за талию. Она не возражала, мягко положив руку ему на плечо. – Это граф де Труа. Он написал "Историю Грааля".

   И, при неярком пламени камина, они вдвоем еще долго ходили вдоль картин, по-прежнему крепко обнявшись. Игорь, возбужденный встречей и тем счастьем, что нахлынуло на него, рассказывал ей о людях, изображенных на картинах, о легендах, связанных с ними. Девушка стояла рядом, чуть прижимаясь обнаженным плечом и, затаив дыхание, слушала его как завороженная.
   – Это вы приходили ко мне этой ночью? – прервавшись, спросил он, заглядывая ей в глаза.
   Она только слабо кивнула в ответ.
   – А почему не разбудили?
   Она только неопределенно пожала плечами, продолжая прижиматься к нему.
   – Выходите за меня замуж, – вдруг предложил он. – Хорошо?
   Она снова кивнула, продолжая улыбаться своей загадочной улыбкой. Он, покосившись на спящих Охотницу и мальчика, набравшись смелости, торопливо поцеловал ее в податливые губы.
   Спать ему, конечно, хотелось, но еще больше хотелось быть с ней.

   Они просидели почти всю ночь, держась за руки. Еле слышно, чтобы не разбудить Кешу, переговаривались у слабо потрескивающего камина. Изредка из темных углов выходил хозяин с хозяйкой, качали головами, но ничего не говорили, а также появлялись еще какие-то личности, которые, впрочем, старались пройти мимо очень тихо, боясь потревожить одиночество влюбленных.
   – Имейте совесть! – вдруг услышали они недовольный голос Охотницы. – Хватит шебуршиться! Ночь все-таки! Ложитесь, в конце концов. Дайте поспать.
   Радостный Игорь посмотрел на кровать.
   – Действительно, вам сон сейчас просто необходим. Ложитесь. Хорошо?
   – Хорошо, – покорно кивнула Эйджер.
   И впрямь, ее глаза были уставшими.
   – Вы располагайтесь на кровати, рядом с малышом, – предложил он. – Со свободной стороны. А я здесь, в кресле устроюсь.
   – Вам же будет неудобно? – сказала она.
   – Я привык, – соврал он.
   – Ну, хорошо, – с легким сомнением снова кивнула она. Напряжение спало и усталость просто навалилась на бедную девушку. Глаза ее сами собой закрывались.
   Эйджер неуверенно осмотрелась.
   – Извините, а где здесь можно умыться? – вежливо спросила она.
   Игорь поспешно указал ей на туалетную комнату.
   – Там полотенце только всего одно, – шепотом добавил он ей вслед.
   – Спасибо, – поблагодарила она за предупреждение и скрылась, тихо щелкнув за собой дверным замком.
   Игорь снова сел в кресло. Стараясь не шуметь, подбросил дрова в камин, уютно устроился, вытянув к теплу ноги.
   Как все-таки здорово, что я здесь оказался, вдруг подумал он, глядя на весело пляшущие языки пламени. На душе у него почему-то было хорошо, и комната казалась уютной и сам замок – прекрасным.
   Шум, доносившийся воды, из ванной и мерный треск поленьев в камине, быстро убаюкали его. А так же сказались две бессонные ночи. Не в силах больше сопротивляться, он закрыл глаза и мгновенно уснул.



Полностью произведение доступно на Andronum.

(продолжение - Кадавр. Книга 2. Золотой Идол)
( 1990, 1991, 1999, 2003, 2005 – 2007, 2009 – 2010, 2014, окт 2015 )


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Алая "Хозяйка приюта магических существ"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Н.Пятая "Безмятежный лотос 3"(Уся (Wuxia)) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Тополян "Механист"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"