Литвинова Наталья Александровна: другие произведения.

Ученик чародея

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На самом краю волшебной страны Родании живут брат и сестра, Стоян и Полянка. До поры - до времени жизнь их течёт хоть и не легко но размерено и спокойно но наступает время когда власть в стране захватывает злой колдун Криадл и волею судьбы, Стояну и Полянке, приходится встать на борьбу с ним и его помощником карликом.

  В серию входят: Ученик чародея
   Проклятие старого колдуна
   В поисках утраченного
  
   ***
  Хроники Родании.
  Посвящаю эту книгу моей семье,
  Моим самым любимым на свете детям.
  Книга первая.
  Ученик чародея.
  
  Предисловие, которое можно не читать.
  
   Знаете ли вы, что такое сказка? В старину сказкой называли вовсе и не сказку, а самую настоящую правду. И рассказывали её рассказчики да гусляры-песенники. А рассказывали они о богатырях славных и о делах их великих, которыми прославились они. А сейчас люди стали мудрые, много узнали они, а вот в сказку верить перестали.
  Кто у нас сейчас в сказку верит? Только дети маленькие да поэты сказочники, которые для них эти сказки сочиняют. Лёгкой птицей вспархивает сказка в кроватку к маленькой кудрявой девчушке, и смеётся она во сне, танцуя на сказочном балу у принцессы эльфов. Задумался молодой поэт, глядя в окно. И вот уже не кусты сирени перед ним, а верный богатырский конь, который несёт его через высокие горы и дремучие леса на выручку к прекрасной царевне, ждущей своего спасителя в самой высокой башне старого замка, стоящего на самой высокой горе. Перед вами тоже сказка. Сказка о волшебниках и волшебницах, о великанах и драконах, о любви и дружбе, о добре и зле. А может быть это вовсе и не сказка, а самая настоящая правда. Ведь решать то вам, поверите вы в неё или нет.
  
   1.
  
   Далеко-далеко, со всех сторон окружённая огромной, бурлящей рекой Родан, по берегам которой росли прекрасные, похожие на девушек берёзы и величественные дубовые рощи, простирается Волшебная страна. Жили в этой стране великие волшебники и волшебницы, домовые, гномы, летающие кони и волки с крыльями и другие чудесные существа. Они зорко охраняют свой мир, берегут его больше, нежели мы бережём свой. Много в их стране таинственного и прекрасного, он суров и красив одновременно. Леса в нём огромные и непроходимые. Прекрасные в своей первозданной красоте вздымают вверх свои корявые ветви деревья, густые травы пушистым ковром устилают землю. Невиданные цветы украшают этот ковёр, испуская сказочный аромат. Горы здесь величественные и суровые, реки и озёра чисты и глубоки, а вода в них вкусна и прохладна, возвращает она силы даже самому измождённому путнику, если глотнёт он её живительной влаги.
  Волшебная река Родан, со всех сторон окружая страну, на западе стекает вниз и образует озеро. Огромной чашей раскинулось оно в долине, делая жизнь людей лёгкой и приятной. Люди так и называли это озеро - Чаша. Оно питало их из года в год, в нём водилось несметное количество рыбы, так что ловить её можно было руками. Прекраснейшие фруктовые сады росли по берегам этого чудесного озера, леса были полны дичи, а луга и пастбища в изобилии зарастали травой. И хотя зимы здесь были долгие и суровые, зато лето и осень щедры и благодатны. И люди, живущие в долине, постепенно растеряли и позабыли свой великий дар волшебства. Они знали, что далеко за их долиной живут великие волшебники, по слову которых горы могут превратиться в прах, а на месте пустынь вырастают леса, но сами стали бояться волшебства, так как считали его не только ненужной но и и крайне опасной штукой. Спокойно и тихо жили они в своей долине из века в век, и ничто не нарушало их существования.
   В других частях Волшебной страны жизнь была не так легка и приятна. Ведь это только, кажется, что если волшебник умеет колдовать, то больше ему ничего делать не надо. Захотел мороженого - раз и наколдовал его себе, и даже в магазин идти не нужно. А вот и нет. А уж если живёшь среди других волшебников, да ещё, если они умеют колдовать лучше тебя! Вот где кошмар-то! А ведь среди волшебников частенько попадаются и злые, а иногда и очень - очень злые волшебники. И вот представь себе, в Волшебной стране появился один такой злой волшебник, он накопил в себе очень много волшебной силы и решил захватить власть в Волшебной стране. И начал потихоньку её захватывать, где колдовством, а где хитростью да угрозами. Но у него ничего не получилось, потому что другие волшебники не хотели, чтобы ими правил такой злой колдун. И они все собрались на битву с ним, и хотя этот злой волшебник был очень и очень сильный, все остальные тоже были не слабачки, к тому же их было много. И конечно они победили и навсегда прогнали злого колдуна из Волшебной страны. Они лишили его всех волшебных сил, превратили в ворона и велели убираться прочь. Злому волшебнику ничего не оставалось делать, как послушаться их, но он обещал вернуться, когда снова накопит сил, и отомстить им.
   А теперь давайте вернёмся в долину, где спокойно жили люди, так легко променявшие волшебную силу, на сытую и тихую жизнь подальше от волшебников. Всё в их долине было прекрасно, кроме таинственного Чёрного леса, который начинался сразу за Рекой. Этот лес тоже был частью Волшебной страны, только тёмной её частью. С давних пор служил он местом ссылки для тёмных сил и прочей нечисти. Сразу за лесом были огромные чёрные горы, покрытые льдом, которые служили границей между Волшебным миром, и нашим. Горы были заколдованы, так что никто из Волшебного мира не мог проникнуть в наш мир. Ну и конечно, наоборот, никто-никто из нашего мира, не мог попасть в Волшебный. Жили в горах великаны. Это были громадные чудовища, которые очень любили подраться. Встречаясь друг с другом, великаны сразу же начинали тузить друг друга огромными кулаками и кидаться обломками скал. Безо всяких разговоров! Поэтому и жили великаны поодиночке, ну или парами. Если великан встречал великаниху, то, подравшись хорошенько, для порядка, они мирились, обнимались и создавали дружную великанскую семью. И дрались потом не каждый день, а только по воскресеньям и праздникам, и после драки обязательно мирились и мазали друг другу синяки специальной мазью, которую великаниха заранее варила из сосновой смолы, с добавлением тухлых рыбьих кишок, птичьего помёта, болотной воды и собственной мочи. Иногда у них появлялся великанчик, которого они очень нежно любили, поэтому частенько колотили. Так они готовили его к взрослой великанской жизни, в которой нет места всяким там нежностям. От такой заботы вырастали великанчики большими и сильными, (если конечно великаны не забивали их ещё в раннем детстве), но не очень умными. Потому что если тебя каждый день дубасит заботливый папочка, величиной с девятиэтажный дом и такая же нежная мамочка, то ума, как ты сам понимаешь, не прибавится. Великаны охотились и дрались по ночам, а днём отсыпались в огромных тёмных пещерах. И вообще, вся нечисть и нежить, которая обитала в Чёрном лесу, вела активную жизнь по ночам, затаиваясь днём. Поэтому ночами жители долины слышали жуткий вой, рёв и грохот, раздававшиеся со стороны Чёрного леса. Но этот вой, рёв и грохот не пугали их, они знали, что лес заколдован, и никто не сможет вырваться оттуда. Самой магии они боялись гораздо больше, чем тех злых существ, которых она там сдерживала. По ночам они покрепче запирали окна и двери, чтобы вой и грохот не мешали им спать, и спокойно засыпали под защитой магии, которой они боялись больше всего на свете.
   Однажды ночью, когда все жители долины спокойно спали, по обычаю заперев покрепче все окна и двери, вдруг раздался страшный, просто ужасающий грохот. Перепуганным, спросонья людям, показалось, будто небо обрушилось на землю. Они выскакивали на улицу и тут же в ужасе бежали обратно, и, стараясь спрятаться куда-нибудь подальше, залезали в погреба и подполья. Да и немудрено было испугаться, с неба градом сыпались камни величиной с дом. Испуганные люди всю ночь просидели в своих укрытиях, ожидая, когда же прекратиться этот страшный камнепад, а когда, наконец-то, наступила тишина и перепуганные люди выбрались наружу, их ожидало ещё большее потрясение. Дома, как это ни странно, оказались целыми, в них, конечно, появились трещины и повылетали окна, но всё-таки, они как никак, оставались на месте. А вот всё остальное оказалось разбито и разрушено. Прекрасные фруктовые деревья были разбиты в щепки, а ухоженные огороды, оказались засыпаны толстым слоем камней. Близилась осень, впереди всех ожидала длинная, тяжёлая зима.
   Пока оторопевшие люди думали, как же им быть дальше, в деревню прилетел огромный, растрёпанный ворон. Выглядел он так, как будто только что получил хорошую взбучку. Чёрные, покрытые сажей перья, были местами вырваны, а местами сожжены, клюв был перебит, и безобразно свёрнут набок. Одного глаза у него не было вообще, на его месте было кровавое месиво, а на левой лапе ворона, на один из пальцев, был надет чёрный перстень. Раньше в нём был камень, но сейчас его не было, сам перстень оплавился, а коготь под ним почернел и обуглился. Ворон покружился немного над деревней, выбирая местечко поудобнее, и, наконец, опустился на верхушку сломанной берёзы. Усевшись на дереве, ворон, сначала сидел спокойно, презрительно разглядывая толпу расстроенных жителей, но вскоре, однако, ему это надоело. Он разинул свой безобразный клюв и начал хрипло каркать. Послк того что произошло ночью, его карканье было особенно пугающим. Расстроенные люди попытались прогнать его, и в ворона полетел целый град камней, но мерзкая птица не улетала. Перепрыгивая с ветку на ветку, чтобы увернуться от летящих в него камней, ворон продолжал каркать, но теперь его карканье было похоже на смех. Вскоре даже самые недогадливые поняли, что это необычная птица, люди обеспокоено запереглядывались и град камней стих. Ворон остался доволен произведённым впечатлением, он удовлетворённо оглядел притихшую толпу и, выпрямившись, заговорил человеческим голосом.
   - Жители долины, слушайте, - хрипло закричал он, - до сих пор вы жили тихо и безмятежно, и ничто не нарушало ваш покой. То, что произошло минувшей ночью, произошло по воле великана Верлиоки, от имени которого, я буду теперь править вашей долиной. Если вы будете послушны, будете покорно платить ту ежегодную дань, которую налагает на вас великий Верлиока, он не сделает вам ничего плохого, и даже будет охранять и оберегать вас по мере его возможностей, если же ослушаетесь - он вас уничтожит. Отныне всякое колдовство в вашей долине находится под строжайшим запретом, а каждый год, в день первого снега, вы должны будете отдавать ему юную девушку или девочку. Для этого вы должны будете посадить её на плот или лодку и отправить в сторону Чёрного леса. Запомните это люди хорошенько, раз в год, в день первого снега, Верлиока будет ждать от вас девушку, и если вы ослушаетесь, он сметёт с лица земли вашу деревушку.
   С этими словами ворон ещё раз насмешливо взглянул на испуганно молчавших людей и тяжело поднявшись, полетел в сторону Чёрного леса. Потрясённые, выпавшими на их головы несчастьями, люди разбрелись по домам. Им было очень жалко отдавать Верлиоке своих дочерей, но они побоялись ослушаться его. И вот в день первого снега, первая несчастная жертва, отправилась на наскоро сделанном плоту в сторону Чёрного леса. С тех пор прошло много-много лет, и год за годом юные, прекрасные девушки отправлялись в Чёрный лес, который с тех пор стали называть Гибельным лесом.
  
   Холодным, осенним вечером по тёмной деревенской улице шли двое. Маленький мальчик, по виду ему можно было дать не больше восьми лет и худенькая девушка лет семнадцати. За плечами они несли берестяные коробы, доверху наполненные разными травками, корешками да поздней ягодой. Было видно, что они очень устали, мальчик еле переставлял ноги, и девушка с жалостью поглядывала на него. Замечая её озабоченный внимательный взгляд, мальчик старался шагать бодрее, делая вид, что не устал. Но силёнок у него хватало ненадолго, и вскоре он опять начинал спотыкаться. Так прошли они молча, через всю деревню и на самом её краю, подошли к маленькому, ветхому домику, стоявшему в некотором отдалении от других домов. Домик был окружён деревьями. Девушка первой поднялась на крыльцо и отвязала верёвочку, которой здесь перевязывали двери, когда куда либо уходили, потом она внимательно осмотрелась, и, убедившись что никого кроме братишки поблизости нет, быстро провела ладошкой перед дверью, снимая защитные заклинания. Дверь отворилась, и девушка быстро протолкнула в неё брата, засыпающего прямо на ходу, и тут же вошла сама, не забыв крепко закрыть за собой дверь. Едва очутившись в тёмных, пропахших травами сенях, мальчик сразу же скинул с себя короб и, опустившись на пол, принялся непослушными пальцами развязывать кожаные завязки на сапожках. Весь день шёл дождь, а к вечеру ударил мороз и промокшие завязки обледенели и не развязывались, мальчик что-то тихо бурчал сквозь зубы. Девушка посмотрела на него, сочувственно покачала головой и провела над сапожками ладонью. Непослушные завязки тут же развязались, а обледеневшие сапожки сами слетели с ног и моментально высохнув, встали на своё место. Мальчик с трудом поднялся, и, спотыкаясь на каждом шагу, побрёл в комнату. Там он долго умывался, оттирая с замёрзших, покрытых цыпками пальцев грязь, сестра его первым делом расстелила на полу чистую холстину, выложила на неё всё, что они принесли из леса и уже потом, принялась готовить немудреный ужин. Она достала из печи кринку топлёного молока, выложила на стол несколько лепёшек, завёрнутых в чистую тряпицу, поставила на стол котелок с кашей и позвала брата. Подкрепившись, они быстро убрали со стола остатки ужина и, погасив свечи, улеглись спать. В маленьком домике на краю деревни наступила тишина. Его обитатели крепко спали, не зная о том, что завтра им предстоит надолго расстаться, и, не ведая о том, какие опасные приключения, предстоит им пережить, до того, как они вновь смогут увидеться друг с другом.
  
   А на улице пошёл снег. Пушистые, белые хлопья медленно опускались на землю, покрывая её белоснежным покрывалом.
  
   Проснувшись утром, Полянка, так звали сестру, встала и потихоньку, стараясь не разбудить крепко спящего Стояна, принялась разбирать травки и корешки, которые они принесли накануне ночью. Ловко перебирая своими длинными тоненькими пальчиками, она раскладывала их в пучки, и связав их, складывала на полу. Стоян проснётся, развесит их под потолком и будет чем подлечить его, коли занедужится вдруг холодной и длинной зимой. Да и не только его. Местные жители хоть и плюются им вслед, а бывает кто и камнем запустит, а коли разболеется кто - так сразу к ним идут. Полянка вздохнула, вот уже полгода как живут они вдвоём со Стояном, а до этого жили с бабушкой, только умерла она, а Стоян хоть и пытается казаться большим а тоскует сильно по ней, да и Полянка тоже, нет, нет, да и всплакнёт, а уж когда об отце да матери вспомнит... Пять зим от роду было Полянке, когда приплыли они сюда на лодке по реке. Маленькая она тогда была, несмышлёная, бегала по берегу как козочка, не замечая того, как неприветливо встретили их люди. Некоторое время она ещё пыталась подружиться с ребятишками и горько плакала, видя, что они не хотят с ней играть, пока бабушка не объяснила ей, отчего их не любят и боятся. "Оттого боятся, что мы волшебство ведаем,- говорила ей бабушка,- а того не понимают они, что нет, худа в волшебстве, коли, не несёт оно людям зла". Родители, ни на кого внимания не обращая, построились, и зажили они мирно и спокойно. Полянка за ребятишками больше не бегала, а всё больше около бабушки вертелась, а бабушка и рада была. Всему что сама знала и умела, обучила она внучку, и лекарскому делу и волшебству всякому. А потом уже и Стоян родился и как подрос он, так стали они повсюду ходить, бабушка и Полянка со Стояном. А однажды, когда Стояну уже две зимы было, отправились отец с матерью на рыбалку, на реку, да и пропали, и остались они навсегда втроём. Полянка вздохнула. Хоть и трудно было, да дружно жили, даже весело, и никто из них не верил, что погибли родители, да и бабушка всегда уверяла, что живы они. А как бабушка умерла, совсем тяжело стало, и люди в деревне нехорошо смотреть на них стали. Полянка это хорошо чувствовала, хоть бы уж беды, какой не случилось. Девушка поднялась, сняла с полки небольшое деревянное ведёрко, с которым ходила по воду и уже хотела выйти, когда шум за окном привлёк её внимание. Они жили на отшибе, да ещё дом их окружали деревья, поэтому у них всегда было тихо. Даже ребятишки не бегали возле их дома, побаивались. Сейчас же с улицы доносился многоголосый шум толпы. Полянка подошла к окну и осторожно выглянула. В предрассветной синеве она увидела заснеженную улицу и огромную толпу, окружившую их домик. У многих в руках были факелы. Сердце у Полянки тут же ухнуло вниз, она сразу же поняла, что случилось, и кинулась будить брата.
   - Стоян, маленький мой, просыпайся скорей,- шептала она, тормоша мальчика.
   - Что? Что случилось? - С трудом оторвал от подушки свою лохматую, со сна, голову, мальчик.
   -Вставай скорее, там люди пришли, много людей. Сегодня день зимней жертвы.
   - Не может быть,- мальчик кинулся к окну, но в это время послышался громкий стук в дверь. Стоян замер, а Полянка медленно подошла к двери и распахнула её. На пороге стоял высокий, бородатый мужчина в мохнатом тулупе и шапке. Стоян быстро подошёл к сестре и, встав с ней рядом, настороженно глядя на мужчину. Это был деревенский голова. Стоян и Полянка знали, что это был крутой и сердитый мужчина, и никто в деревне не осмеливался перечить ему. Сейчас же он боялся сам, и боялся ужасно. Щёки у него побледнели, а на лбу выступили крупные капли пота, а чёрные глаза под густыми бровями беспокойно перебегали с Полянки на Стояна и наоборот. Несмотря на всю серьёзность обстановки мальчик чуть не рассмеялся, видя, что огромный мужчина, которого боится вся деревня, трясётся при виде мальчика и девушки. Голова потоптался на пороге и, видя что Стоян и Полянка ждут, когда он объяснит им причину своего прихода, неловко забормотал.
   - Вы это, вот значит, как, общество решило, то есть жребий выпал, так что выходит что вам,- он ткнул толстым, заскорузлым пальцем в Полянку,- вам значится, нужно ехать к великану. А раз жребий выпал, так значится и ничего не поделать, вот оно как. А плот, он и готов уже.
   И он замер испуганно, ожидая, что ведьма ведьмёнышем сейчас превратят его в какое-нибудь чудовище.
   Но Полянка стояла спокойно, крепко прижимая к себе Стояна, и голова, полагая, что отделался лёгким испугом, продолжил свою речь уже более твёрдым голосом.
   - Так я значится, это, пойду, А вы собирайтесь, а мальчик значится, он должен уйти из долины, потому как нам тут и без волшебства хорошо, нам тут колдовство не надобно, под запретом тут оно у нас. Мы уж как-нибудь, и без магии проживём, спокойнее так то.
   Он уже собирался уходить, когда раздался тихий, спокойный голос Полянки.
   - Раз уж общество решило, что я должна отправиться к Верлиоке, я так и сделаю, но почему мальчик должен уйти? Никто из нас, никогда не делал, никому в деревне ничего плохого. Скоро зима, куда он пойдёт?
   - А уж это, как ему заблагорассудится,- развёл руками голова,- только нам в деревне колдунов не надобно.
  Полянка растерянно посмотрела на побледневшего от гнева Стояна, голова терпеливо ждал, он совсем осмелел и исподтишка, с любопытством оглядывал маленькую, тесноватую комнатку.
   - Хорошо,- вдруг резко сказала Полянка,- если вы так боитесь десятилетнего ребёнка, он уйдёт, но вы,- тут голос Полянки стал грозным,- вы уйдёте подальше, от нашего дома и дадите мне время, для того, чтобы я смогла собрать его в дорогу.
   Голова испуганно дёрнулся, грозный голос девушки напугал его.
   - Конечно, конечно, мы дадим вам время на сборы, только вы уж поскорей, а то народ беспокоится, и пусть идёт куда хочет, тут мы ему никаких препятствий чинить не будем.
   С этими словами он быстро выскочил из избушки. Дождавшись, когда дверь за ним закроется, Полянка подтащила Стояна к большому сундуку, стоявшему в углу и занимавшему чуть ли не треть комнаты и заклинанием отпёрла его, потом махнула рукой в сторону одного из заплечных коробов, и тот быстро перебирая вдруг выросшими у него маленькими, кривыми ножками, быстро подбежал к ним. Стоян возмущёно смотрел на сестру.
   - Ты зачем сказала ему, что пойдёшь к Верлиоке? Давай вместе уйдём отсюда, ничего они нам не сделают. Всё равно, ты одна, сильнее их всех вместе взятых.
   - Не гоже ты говоришь, Стоян,- спокойно сказала ему Полянка,- Не трудно уйти отсюда, да только, сколько можно терпеть, глядя на то, как к великану злобному, на смерть, ни в чём не повинных девушек отправляют.
   - А твоё, какое дело,- чуть не закричал от отчаяния Стоян,- они нас боятся, они нас ненавидят, почему ты, из-за них, должна страдать?
   Полянка ласково обняла брата и погладила его по тоненькой спинке.
   - Ты же знаешь, Стоян, какая бабушка сильная волшебница, сильнее её, пожалуй, только Добромир был, так ведь она всему что знала, меня ещё когда, научила. Ни один Верлиока мне не страшен.
   - Но я не хочу без тебя никуда идти, почему из-за них,- он мотнул головой в сторону окна,- мы должны расставаться с тобой? Давай вместе победим Верлиоку, а потом вместе уйдём отсюда, всё равно я их всех больше видеть не могу.
   - Ох, Стоян, - вздохнула Полянка,- если бы всё по нашему хотенью было, так и волшебство не нужно было бы. Ты посмотри на людей, которые здесь живут, вспомни, что про них бабушка говорила. Ведь и они волшебниками были, а разленились от лёгкой жизни, волшебство позабыли, бояться его стали, а потом и вовсе, погляди, что случилось. Нельзя жить как кроты, думая только о том, чтобы набрать побольше припасов, и ничего кроме них не видя. Нужно любить, нужно дружить, нужно учиться, а если возникли трудности, то с ними нужно бороться, а не прятаться от них. Но этому нужно учиться. Но у кого они могут научиться, если они почти позабыли что такое добро и любовь. Я должна выполнить свой долг, уничтожить Верлиоку, а ты должен найти свою дорогу.
   - Я никому ничего не должен,- буркнул мальчик, я хочу пойти с тобой, я могу помочь тебе.
   - Ты не должен этого делать,- воскликнула Полянка,- я не могу тебя с собой взять. Там полно нечисти, а ты ещё маленький, ты ещё не можешь делать то, что могу я. Я расскажу тебе, что ты должен делать, и куда идти, и, пожалуйста, пожалуйста,- она прижала брата к себе,- ради меня, послушай меня.
   Стоян угрюмо кивнул, поняв, что сестра всё равно не возьмёт его с собой, и Полянка, облегчённо вздохнув, принялась доставать и складывать в короб вещи.
   - Пришла пора тебе узнать, почему наши родители из Березани уехали,- говорила Полянка,- аккуратно укладывая на самый низ короба, запасные меховые штаны и рубашку,- давно, давно, много веков назад, злой колдун Дракша, захотел подчинить себе всю Волшебную страну. И Березань, и Беловодье. Где колдовством, а где угрозами он добивался своего, и справиться с ним никто не мог, очень уж он был сильный, тогда волшебники собрались все вместе и всё таки прогнали его в Чёрный лес, а перед этим превратили его в ворона. Обычно, та злая сила, которую ссылают в Чёрный лес, не может покинуть его, но Дракша сумел вырваться, он подчинил себе Верлиоку и тот закидал долину обломками скал. Вырваться из леса Верлиока не может, а вот закидать камнями - смог. А Дракша, от его имени, потребовал от людей дань, и они запуганные, не умеющие колдовать, стали платить ему. Верлиоке девушки не нужны, это Дракша убивает их, а из их крови готовит зелье, способное вернуть ему человеческий облик.
   - И ты согласилась пойти туда? - Подскочил в испуге Стоян, но Полянка укоризненно взглянула на него, и он потупился.
   - За меня не бойся, даже если я пойду туда, ни Дракша, ни Верлиока, ничего мне не сделают. Ни один из них не владеет теми силами, которыми я владею. Давно пора было за них взяться, да я всё за тебя боялась, хотела, чтобы подрос ты ещё немного, а оно видишь, как повернулось...
   - Ну а папа с мамой тут при чём,- нетерпеливо спросил Стоян,- они то зачем сюда приехали.
   - У Дракши этого сын остался в Березани, он тогда ещё маленький был, а как подрос, зло на всех затаил, и своего сына так же воспитал. Та ещё семейка, сын то умер давно, он зелье какое-то варил, да не вышло у него, котёл взорвался, а вот внук, тот хитрей их. Я у родителей маленькая была, когда на Алатырь-камень, что у реки Смородины на острове Буяне лежит, вещая птица Гамаюн прилетала. Вот она то и предсказала, что родится у отца с мамой сын, и когда вырастет, победит он Дракшу окончательно, а внуку его, Криадлу принесёт ХУДШЕЕ, ЧЕМ СМЕРТЬ.
   А внук Дракши, Криадл про это предсказание узнал, среди тех, кто предсказание слышал, предатель оказался, он задумал наших матушку с батюшкой погубить, чтобы не сбылось предсказание, он ведь хитрый, мыслей своих не показывает, удобного момента дожидается, да только батюшка с матушкой тоже узнали про его задумку, и сюда уехали, чтобы ты в безопасности рос. Бабушка, умирая, наказывала мне, тебя беречь, а как вырастешь, рассказать обо всём и талисман волшебный передать тебе. С ним тебе ничего не грозит, он тебя от всякого зла защитит.
   Полянка достала из сундука что-то тщательно завернутое в чистую тряпочку.
   - Прикрой окошки,- попросила она брата, и когда Стоян тщательно занавесил окна, осторожно размотала тряпку. Стоян удивлённо смотрел на цветок у неё в руке. Маленький, невзрачный с тоненьким стебельком и листьями, похожими на тоненькие серебряные стрелы. У него были маленькие бирюзовые лепестки, в середине которых светился кусочек янтаря, похожий на крошечную слезинку.
   - Это Перунов цвет, волшебный цветок,- шёпотом сказала Полянка,- а в середине у него слезинка от Алатырь камня. Никому его не показывай и не снимай никогда, даже мойся с ним. Он тебя от любых злых чар убережёт. А сейчас потерпи немного, пожалуйста.
  С этими словами Полянка достала из сундука маленький серебряный ножик и, взяв мальчика за руку, быстро полоснула им по его раскрытой ладони. Стоян охнул, а Полянка, не говоря не слова, вложила в открытую рану цветок. Боль нахлынувшая было на Стояна, сразу прошла, а кровь унялась. Полянка осторожно вытащила цветок из раны и провела над ней ладонью, разрезанные края раны сразу сошлись, рана затянулась, и через несколько секунд, только тонкий, розовый шрам напоминал о происшедшем. Мальчик согнул и разогнул ладонь, ничего не болело, всё было в порядке. Полянка взяла тонкий, кожаный шнурок, перевязала цветок и повесила его Кириллу на шею, и внезапно на мальчика нахлынуло ПОНИМАНИЕ. Оно было таким большим и всеобъемлющим что не умещалось у него в голове, Стоян растерянно посмотрел на сестру. Если раньше ему хотелось спорить с Полянкой, просить её чтобы она взяла его с собой, доказывать, что он ей ещё пригодится, то сейчас, его обуревали совсем другие чувства. И мальчик не находил им объяснения. И такая щемящая боль, такая любовь накрыла Стояна, от этого нахлынувшего вдруг знания, что он уткнулся головой в колени и заплакал, не в силах вынести этого знания и предстоящей разлуки. Полянка кинулась утешать его и тоже заплакала. Некоторое время они так и плакали, обнявшись, пока Полянка не опомнилась, и не кинулась вновь собирать ему в дорогу разные нужные вещи. Вдруг она вынула из сундука, одну за другой, несколько толстенных книг, тоже собираясь положить их в короб. Заплаканный Стоян удивлённо уставился на них.
   - А это зачем, они же такие тяжеленные, зачем я их таскать с собой буду?
   - Это чародейские книги, волшебные,- пояснила ему Полянка.- По ним, ты сможешь многому научиться. Я то ведь думала, что время у нас ещё есть, вот и не напрягала тебя, так, что теперь тебе самому всему учиться надо будет. Вот эта книга,- она показала большую книгу в кожаном переплёте болотного цвета, закрытую на замок,- Зелейник, в ней описаны все зелья, как лечебные и безопасные, так и тайные, смертельные, а так же противоядия к ним. А вот эта зелёная книга называется " Травник", в ней описаны все травы, которые только существуют на свете, как простые, так и лечебные. А вот эта золотистая книга называется "Чаровник", это заклинательная книга, в ней описаны самые разные заклинания, береги их, это бабушкины книги. Они тебе ещё пригодятся.
   Полянка положила книги в сундук и бережно прикрыла их толстым, пушистым платком.
   - Это - мамин платок,- пояснила она мальчику,- а вот это тоже возьми с собой. - Она достала из сундука и положила в короб маленькую серебряную ложечку и белое вышитое полотенчико.- Это мои ложечка и полотенчик, меня с этой ложечки в младенчестве кормили, а полотенцем вытирали. Кто знает, как долго мы не встретимся, а так мы всегда будем знать друг о друге. Если ложечка почернеет, а полотенчик покраснеет, значит, нет меня в живых уже, а если нет, всё в порядке со мной. Я тебе свои положу, а себе твои возьму.
   Полянка закрыла сундук, взяла со стола вчерашние лепёшки, завернула их в чистую тряпочку и тоже положила в короб, а вслед за лепёшками туда же отправила несколько кусков копчёной рыбы и маленький серебряный кувшинчик.
   - Там сурья*, - пояснила она Стояну,- этот кувшинчик волшебный, куда бы ни пошёл, всегда его с собой бери, сурья в нём никогда не закончится и не испортится. Ну что же,- обняла Полянка брата, давай прощаться, как расстанемся мы, пойдёшь прямиком через степь, никуда не сворачивая. А за степью лес лежит, зачарованный, в нём самое главное его волшебным чарам не поддаться, рассудок сохранить, в этом тебе талисман поможет, а за лесом океан большой. На берегу океана ты увидишь корабль, круглый год он переправляет в Беловодье и обратно всех желающих. В Беловодье ты увидишь большой замок, это школа волшебства, но в неё тебя не примут, тебе ещё нет двенадцати лет, но в школе той, бабушкин младший брат сторожем работает. Расскажешь ему всё, он тебя к себе жить возьмёт.
   Полянка встала и, подойдя к окну, выглянула на улицу. Вокруг дома стояла плотная, молчаливая толпа. Полянка вздохнула, подала Стояну лёгкую меховую накидку, помогла ему одеть короб, заклинанием сделав его лёгким, как пёрышко и закутавшись в большую, вязаную шаль, вышла на улицу. Мрачный Стоян торопливо пошёл за ней, глаза у него опять начали наполняться слезами, но мальчик мужественно терпел и только моргал и сердито хмурился. На улице уже расцвело, молчаливая толпа, увидев их, забеспокоилась и запереговаривалась и тут же отпрянула в стороны - Полянка и Стоял прошли по образовавшемуся проходу, крепко взявшись за руки и не на кого не глядя, а люди испуганно сторонились их, они боялись, что, рассердив их, навлекли на себя новую беду. Так, в безмолвном сопровождении, прошли они через всю деревню, и подошли к реке. Там уже был маленький, наскоро сделанный плот с одним веслом. Полянка обняла Стояна, поцеловала его в мокрую, от слёз щёку и, отвязав плот, встала на него и оттолкнулась веслом от берега. Волны легко подхватили плот и понесли его к лесу. Стоян долго стоял на берегу, глядя на уплывающую вдаль сестру, а когда плот пропал из виду, развернулся, и, не оборачиваясь больше, не глядя по сторонам, пошёл, почти побежал прочь из деревни. Он уже был на полпути к степи, когда ему послышалось, что кто-то зовёт его по имени. Сначала Стоян подумал, что ему послышалось, но зов повторился. Стоян в недоумении оглянулся и увидел что вслед за ним, спотыкаясь и задыхаясь, бежит маленькая девочка лет восьми. Увидев, что мальчик остановился, девочка тоже остановилась, но потом набралась смелости и подошла к нему. Стоян сразу же узнал её, это была Жданка, младшая дочка деревенского головы. Подойдя к Стояну, она протянула ему маленький узелок, который, до этого, держала в руках.
   - На вот, возьми, в дорогу, тут пирожки с капустой и мясо.
   Не зная, что сказать, Стоян неуверенно взял узелок, а Жданка вдруг всхлипнула, и, глядя ему прямо в глаза, сказала.
   - Ты не думай, я никогда ни вас с Полянкой, ни вашей бабушки. Бабушка у вас очень добрая была, она мне руку вылечила и никому не сказала. Я когда маленькая была, на яблоню полезла и упала, а отцу не сказала, он у меня сердитый. Так бы побил! Я домой идти боялась, а бабушка твоя меня увидела и руку вылечила, сразу прям, совсем у меня рука болеть перестала. И Полянка твоя хорошая, мне её очень-очень жалко, ты, когда вырастешь, возвращайся, тогда тебя никто не прогонит. Забоятся, как бабушку твою боялись.
   Высказавшись, она опять всхлипнула, развернувшись, медленно пошла к деревне, маленькая, ссутулившаяся. Стоян постоял ещё немного, глядя ей вслед, а потом повернулся и пошёл дальше, уже обычным шагом. Вся его злость, куда- то прошла, и он ощущал лишь грусть и жалость не только к Полянке, но и к жителям деревни. Отчего то, ему казалось, что они ещё пожалеют о том, что сделали.
  
   2.
  
   Пока Полянка видела Стояна, она, чтобы не расстраивать мальчика ещё больше, держалась, не показывая ему своего страха, но когда лодка отплыла достаточно далеко от берега, и Стояна не стало видно, силы оставили её и опустившись на мокрые, залитые ледяной водой брёвна, Полянка расплакалась. Она понимала, что жители долины бояться их, но не ожидала, что всё произойдёт так быстро, так неожиданно. Честно говоря, девушка думала, что страх перед ними, по-прежнему, будет держать жителей деревни в некотором отдалении от них. Полянку не сильно пугала собственная участь, она действительно была неплохой волшебницей, гораздо больше она беспокоилась за Стояна. Девушка нещадно корила себя, за то, что не успела научить его всему тому, что знала и умела сама. Единственное, на что она надеялась, так это на силу талисмана, который она дала Стояну в дорогу. Полянка знала, какой трудный путь ему предстоит, и сердце её сжималось от страха за братишку. Так она плакала, пока от слёз и усталости не заснула лёжа прямо на мокрых досках. Её маленький плот, подгоняемый свежим речным ветром, быстро плыл в сторону Чёрного леса.
   Проснулась Полянка оттого, что жутко замёрзла. День выдался ясный, но морозный и у девушки зуб на зуб не попадал. Одежда на ней промокла и встала колом, Полянку колотило. Понимая, что, прежде всего, нужно согреться, девушка провела руками по одежде сверху вниз и произнесла заклинание, от одежды сразу же пошёл густой пар и через несколько секунд она стала совсем сухой и очень тёплой. Полянка поправила сбившийся платок, сошла на берег и решительно направилась к лесу. Становиться добровольной жертвой у неё и в мыслях не было, девушка хотела попробовать раз и навсегда избавить деревню и от злобного колдуна и от Верлиоки. Она вошла в лес и остановилась, с невольным удивлением и страхом разглядывая огромные, древние деревья. В долине леса были светлые, солнечные, больше похожие на рощи. Здесь же, стоило ей ступить под своды вековых деревьев, сражу же, наступила темнота. Деревья вздымали вверх свои корявые сучья и там переплетались друг с другом, образуя сплошной шатёр. Подлеска здесь не было, а толстые, корявые стволы с одной стороны покрывал густой слой мха. Полянка постояла немного, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте, а затем осторожно направилась вглубь леса. В лесу стояла мёртвая, пугающая тишина, даже пения птиц не было слышно, лишь шуршанье облетевшей листвы под ногами. Полянка старалась ступать как можно тише, но в лесной тишине шорох сухой листвы был подобен грому. Некоторое время девушка шла, чутко прислушиваясь, стараясь не пропустить ничего необычного и возможно, опасного, но всё было спокойно. Полянка уже начала привыкать к тишине, когда вдали послышался треск и грохот поваленных деревьев. Девушка от неожиданности вздрогнула и, понимая, что ещё немного и будет поздно, легко, словно птица крыльями, взмахнула руками и тут же, птицей, взлетела на ближайшее дерево. Огромный, просто исполинских размеров, великан, ломился через лес, сокрушая всё на своём пути. От лёгкого, случайного прикосновения его рук или ног, вековые деревья рушились в щепки. Полянка взлетела повыше, и осторожно, чтобы не попасться великану под руку, принялась его разглядывать. Зрелище было впечатляющим, и Полянка порадовалась, что рядом с ней нет Кирилла. Страшен и уродлив великан был чрезвычайно, громадный, похожий на гору, он во все стороны размахивал кулаками, больше похожими на куски скал, чем на кулаки. Голова же, у него, наоборот, была маленькая, несуразная, посередине лба торчал один - единственный глаз, маленький и злобный. Волос у великана не было вообще, его голова напоминала скорее булыжник с ушами, чем человеческую голову. Великан гневно мычал что-то, очевидно он направлялся за очередной жертвой. Полянка не стала возвращаться к реке, она уже устала и справедливо рассудив, что всё равно не разминётся с великаном, решила дожидаться его здесь. В одном из уцелевших деревьев она обнаружила просторное и сухое дупло, набитое листьями и, устроившись в нём, со всеми доступными ей удобствами, задремала. На шум и грохот она уже не обращала внимания. Проспала Полянка недолго, наступила ночь, и жизнь в лесу начала оживать, отовсюду раздавались жуткие, наводящие ужас смертельный звуки. Девушка осторожно выглянула из дупла, тьма, царившая днём, сейчас освещалась множеством мерцающих красных и жёлтых огоньков. Где-то поблизости послышался хохот, напугавший Полянку гораздо больше чем вой. Она молнией метнулась обратно и, прошептав заклинание невидимости, забилась подальше, в самую глубь дупла. Хохот и вой приближался и вдруг, совсем рядом послышались другие звуки, что-то ползло по стволу дерева, в котором она пряталась. Девушка с ужасом вслушивалась в шипение, которое раздавалось всё ближе и ближе. Но вот шипение прекратилось, а слабый свет, проникавший в дупло, заслонило что-то большое и тёмное. От страха Полинка даже не смогла зажмуриться, с ужасом глядя, как ЭТО, прислушивается и принюхивается, высоко подняв змеиную голову. Несколько минут чудовище прислушивалось, потом недовольно заворчало, развернулось и стало медленно спускаться по стволу, вниз. Некоторое время Полянка боялась даже вздохнуть, и только убедившись, что чудовище уползло и больше не вернётся, смогла перевести дух. Всю ночь просидела она в дупле, замирая, когда какое-нибудь чудовище, вновь и вновь появлялось в дупле, и, переводя дух, когда исчезало. Казалось, вся жизнь в лесу, сосредоточилась сегодня именно у того дерева, в котором она пряталась, но к утру звуки стали постепенно затихать, вся нечисть попряталась в свои норы и девушка, вздохнув с облегчением, выбралась из дупла и принялась кружить вокруг дерева, стараясь размять свои затёкшие крылышки. В лесу снова наступила тишина, не слышно было ни звука и
  Полянка, усевшись на ветку, принялась думать, чем бы ей перекусить. В обличии птицы она могла питаться как птица, но беда была в том, что в этом лесу, и птице кормится, было, нечем. Здесь не жило и не росло ничего, способного облегчить жизнь живому существу. А те существа, которые жили здесь, живыми могли считаться с большой натяжкой, и питались они друг дружкой, в том случае если им удавалось поймать друг дружку. Конечно, Полянка могла бы снова стать человеком, и наколдовать себе какой, никакой еды, но после прошедшей ночи, становиться человеком ей было страшно. За каждым деревом, за каждой веткой, ей чудились монстры, поджидающие, когда она попадётся к ним лапы. После некоторых раздумий Полянка решила повременить с едой. Она просидела на ветке больше часа, дожидаясь великана и вот наконец-то, до неё донёсся отдалённый грохот. Великан, не найдя своей жертвы, пустился в обратный путь. Полянка обрадовано встрепенулась и полетела ему навстречу. Почему-то ей казалось, что рядом с ним, она будет в большей безопасности, вряд ли лесные страшилища, какими бы жуткими они не были, осмелятся приближаться к такому монстру. Великан выглядел ещё более страшным, чем вчера. Он яростно мотал огромной, булыжникообразной башкой, а деревья, попадающиеся на его пути, безжалостно разносил в щепки. Крохотной тенью метнулась Полянка за великаном, стараясь не попасть под удары его могучих кулаков. Великан, сокрушая всё на своём пути, направлялся прямо к горе.
  
   На самой вершине огромной Чёрной горы, находилась большая, глубокая пещера. Уже многие-многие годы, ни одно лесное чудовище, ни один великан, не рисковали появляться поблизости. Среди обитателей Чёрного леса и Чёрной горы, и самих не отличавшихся ни добротой, ни кроткостью, шёл слух, что появилось здесь чудовище страшной силы, пожирающее души. И в самом деле, кому ещё могло прийти в голову поселиться здесь, где жуткий холод не даёт дышать, железным обручем сковывая лёгкие. Даже сам Верлиока не любил здесь бывать. Но он очень боялся странного ворона, умеющего говорить, боялся его глаз, умеющих причинять боль такой силы, что сам Верлиока не мог ей противится, и не осмеливался спорить с вороном. И сейчас великан, мучимый тоской и страхом, шёл к своему мучителю.
  
   Почти сутки, без устали прошагал Стоян по бескрайней степи, с тех пор как ему пришлось покинуть долину. Грусть, горечь разлуки и жалость наполняли его сердце. Иногда мальчик не мог понять, что с ним. То, что он тоскует по Полянке, это понятно, но почему он жалеет жителей долины, ведь они сами выбрали свою судьбу. Если бы они не боялись волшебства, если бы они не цеплялись изо всех сил, за тихую и спокойную жизнь, они могли бы сразиться с Верлиокой. В конце концов, они могли бы позвать на помощь волшебников, но они предпочли испугаться и отправлять своих дочерей на смерть, вместо того чтобы сразится с великаном. Стояну казалось, что это талисман смущает его и наполняет его сердце жалостью, мальчик постоянно ощущал его присутствие. К исходу суток Стоян почувствовал что устал, да и голод уже давал о себе знать и мальчик решил устроить привал. За одним из небольших холмов он обнаружил небольшую, скрытую от ветра впадину, на её дне, вытекая из-под земли, весело журчал маленький, степной родничок. Мальчик скинул с себя заплечный короб и, бросив его на землю, стал разводить костёр. Кроме земли, небольших холмов слегка присыпанных снегом и крохотного родничка в степи ничего не было, и мальчик решил не тратить время на поиски дров и развёл магический костёр. После того как огонь весело затрещал, рассыпая вокруг фиолетовые искры и щедро даря ему своё тепло, мальчик достал свою немудреную еду и принялся за завтрак. Пирожки и мясо, которые принесла ему Маришка, оказались вкусными, но холодными и Стоян заклинанием подвесил их над костром, для того чтобы они согрелись. Завтракая, он невольно вспомнил про Полянку, он то ест, а она то ведь ни крошки с собой не взяла, аппетит немедленно пропал, мальчик сморгнул подступившие к глазам слёзы и чтобы совсем не расплакаться, изо всех сил нажал кулаками на глаза. Потом проморгался и без удовольствия попив, стал собирать свои пожитки, для того чтобы вновь отправляться в путь.
   К вечеру разыгралась вьюга. Холодный степной ветер толкал Кирилла одновременно и в спину и в грудь. Иногда мальчика некоторое время крутило на месте и только потом швыряло в сторону. Стоян окоченел, пальцы рук у него уже не гнулись, а для того чтобы достать рукавицы, заботливо положенные Полянкой, нужно было остановиться, а сделать этого мальчик не мог, так как взбесившийся ветер то и дело толкал его то в одну, то в другую сторону. Лицо у Стояна распухло, а мелкие, колючие снежинки, попадающие на лицо, больно ранили его, словно раскалённые иглы. Холод казалось, был везде, в костях, в груди, в сердце. Изо всех сил мальчик пытался бороться с ветром, но в конце концов, силы оставили его и он упал наземь, уткнувшись лицом в снег а обрадовавшийся ветер принялся старательно засыпать его снегом.
   Снилось Стояну, что он летит, сверху над ним белоснежные облака и яркое солнце, а снизу долина. Лёгкий, тёплый ветерок ласково колышет зелёные листья деревьев, а в озере весело плещутся ребятишки. А вот и Жданка, увидев Стояна, она помахала ему рукой, и мальчик тоже махнул ей, но Жданка вдруг исчезла, и вместо неё Стоян увидел бабушку. Бабушка ласково смотрела на него, а вокруг глаз у неё тоненькой сеточкой собрались морщинки. Бабушка укоризненно покачивала маленькой седой головой.
   - Рано ты Стоянушко уходить собрался,- говорила бабушка и её светлые серые глаза, Стоян всегда помнил их весёлыми, тоже смотрели укоризненно.- Вернись внучек на землю, вернись, у тебя на земле ещё дел много, и жизнь тебя ждёт долгая-долгая. Вернись и талисман береги, Перунов цвет. Береги. Никому его не показывай.
  Стоян коснулся рукой талисмана, и руку ему что-то обожгло, голос бабушки вдруг стал таять, а лицо превратилось в лёгкое облачко. Мальчика что-то закрутило, завертело и потащило вниз, а там, внизу, в него опять изо всей силы вцепился холод, и лишь на груди у него было что-то горячее. Мальчик с трудом поднял негнущуюся руку, и засунул её себе под рубашку. Пальцы ему обжёг цветок, подаренный Полянкой. Цветок был горячий-прегорячий. И жар, который он испускал, постепенно согрел Стояна. Всего, с ног до головы. Мальчик выбрался из сугроба, который намёл над ним ветер, и огляделся вокруг. Буря кончилась, небо было голубым и ясным, как будто его только что выстирали. Солнце весело играло своими лучами, а белый снег, празднично искрился. Ещё вчера такая пугающая, сегодня степь выглядела весёлой и нарядной. Стоян же, несмотря на то, что ему уже не было холодно, чувствовал себя усталым и разбитым. Он решил отдохнуть денёк и, стянув со спины короб, достал оттуда рукавицы и принялся руками рыть в сугробе что-то вроде пещеры, даже не догадавшись воспользоваться для этого волшебством.
  
   Полянка не отставая, летела за великаном. Она видела, что великан расстроен и испуган и ему не хочется никуда идти, но что-то, гораздо более сильное, чем он, неумолимо гнало его вперёд. Иногда девушке казалось, что великан не выдержит, развернётся и убежит, он останавливался и долго в недоумении чесал свою огромную, лысую башку, поглядывая то на вершину горы, то в глубь леса. Но, постояв так некоторое время, великан тоскливо вздыхал, горестно махал своей огромной, словно колонна, ручищей и пускался в дальнейший путь. Наконец деревья перед ними поредели, а затем и вовсе расступились, они вышли из леса, и гора внезапно выросла перед ними. Оказывается, она была прямо за лесом, только раньше этого не было видно, потому что густая крона деревьев, скрывала её. Огромная, Чёрная и совершенно отвесная, она казалась неприступной, и от этого, ещё более страшной. Вершины горы не было видно, её окутывал зловещий туман. Не успела Полянка подумать, как же всё-таки великан собирается подниматься, как он, ловко цепляясь за какие то, совершенно незаметные выступы, быстро полез вверх. Полянке ничего не оставалось, как только лететь за ним. Чем выше поднимался великан, а с ним и Полянка, тем холоднее становилось вокруг. Сначала просто пар вырывался у них изо рта, однако вскоре они оба покрылись тоненькой ледяной корочкой. Девушка не могла понять, как и кто может жить, в этом, леденящем душу холоде. Она совершенно выбилась из сил, дышать было трудно, воздуха не хватало, а обледеневшие крылья невыносимо болели. Хотелось упасть, забыться и ничего не чувствовать. Наконец они добрались до вершины горы, скрытой густым туманом, великан подошёл к пещере, похожей на огромный каменный рот и, согнувшись в три погибели, скрылся в ней. Полянка прошептала заклинание невидимости и полетела за ним. Внутри пещера оказалась довольно-таки просторной, конечно великану пришлось пригнуться, но продвигался он по пещере вполне уверенно. Полянка летела за ним, внимательно разглядывая внутренность пещеры. Пещера Полянке не понравилась. " Как же можно здесь жить?",- думала она, разглядывая мокрые, покрытые слизью стены. Под высоким потолком шевелилось что-то тёмное, Полянка не смогла сдержать любопытства и поднялась повыше, для того чтобы посмотреть, что это. С отвращением увидела она, что это мириады летучих мышей, плотным, живым ковром, облепили потолок. Стало понятно, откуда здесь такой резкий, вызывающий слёзы, отвратительный запах тухлятины. А великан шёл всё дальше и дальше, казалось, он хочет забраться в самое сердце этой жуткой горы. Наконец он остановился перед большим углублением, задвинутым огромным куском скалы и нерешительно потоптавшись возле него, постучал. Камень отодвинулся и темноту осветил свет факела, который держал в руках маленький, безобразный карлик.
   - Ну, наконец, то,- сердито произнёс карлик,- я уж думал ты не придёшь, орясина ты безмозглая. Ну что застрял там? Принёс?
  
  
   3.
  
   Мелкими, подпрыгивающими шажками карлик подошёл к великану и уставился на него. Великан побледнел, неловко затоптался на месте и принялся чесать себе затылок своей огромной лапищей. Полянка поняла, что он ужасно боится карлика.
   - Ты что,- ехидно спросил карлик,- чесотку подхватил? Где она? Ты принёс её?
   - Так нет,- Испуганно проговорил великан, стараясь не смотреть на карлика,- ну то есть плот, то я нашёл, а девушку, нет, поди, убежала куда, или сожрали её.
   - А ты где был, я тебя спрашиваю, дубина ты безмозглая, ты, где был? - Заорал карлик, в ярости размахивая кулаками, уродливое лицо у него перекосилось от гнева, а единственный глаз, так выпучился, что казалось сейчас вывалиться. Великан затрясся от страха и шлёпнулся на колени, едва не придавив собой карлика, тот едва успел увернуться.
   - Ты поосторожнее, болван тупоголовый,- испуганно прокричал карлик,- чуть не придавил меня. Вот превращу тебя в паука какого-нибудь, или в мышь летучую, живо поумнеешь.
   - Простите, Ваше Злодейство! Простите, пожалуйста!- Прорыдал великан, ползая перед карликом на коленях,- простите, что угодно для Вас сделаю. Хотите, я эту деревню в порошок сотру?
   - Но, но, в порошок... Я бы с радостью, да где же я потом свежую кровь, для зелья, брать буду. Твоя то, дурья, не годиться. А зелье на исходе. Ты вот что, дубина, иди-ка ты, в деревню, да принеси мне оттуда, какую-нибудь девчонку, да смотри не напутай опять ничего, а то живо в крысу превращу.
   Проговорив это, карлик развернулся и скрылся в глубине пещеры, а великан поднялся и, оттерев пот со лба, на подрагивающих ногах направился к выходу. Полянка полетела за ним, у неё уже не было сил, находится в душной и вонючей пещере, хотелось на воздух, к свету. Да и подумать следовало хорошенько, Полянка давно узнала, что это за карлик, но её очень удивляло, как он, лишённый волшебной силы и превращённый в ворона, смог до беспамятства запугать и подчинить себе Верлиоку. Великана из великанов. Выйдя из пещеры, великан поспешно спустился с горы и сразу же направился в лес. Полянка поняла, что он торопится выполнить поручение карлика, и не намерен зря терять времени. Девушка решила не следить больше за ним, а на время, оставить его в покое. Она хотела поискать немного еды, спустившись пониже, чтобы легче было дышать, Полянка облетала гору, то и дело, поглядывая, не покажется ли где-нибудь куст с ягодами или на худой конец, травка, которой можно было бы утолить голод, но ничего подобного не было и в помине. Кругом было голо, мёртво и уныло. Чёрные камни и белой снег, вот и всё что видела Полянка. Силы уже начали оставлять её, когда она увидела великана, лежавшего на камнях, в глубоком ущелье. Сначала Полянка подумала, что это Верлиока, но тут же вспомнила, что он спускался совсем с другой стороны. Девушка решила посмотреть на великана. Она спустилась в ущелье и осторожно приблизилась к лежавшему великану, думая, что он спит. Великан не спал. Он лежал без чувств, весь избитый и израненный острыми камнями. Видимо он или упал, или его кто-то сбросил в ущелье. Полянка много слышала от бабушки о необычайной злобности великанов, но этот, кроме страха, внушал ей ещё и острую жалость, поэтому девушка решила помочь ему. Но для этого ей было необходимо снова стать человеком. Полянка быстро взлетела наверх и осмотрелась вокруг, нет ли кого поблизости. Убедившись, что никого нет, она вновь спустилась в ущелье, и быстро прошептав заклинание обратного превращения, осторожно подошла к великану. Внимательно осмотрев его, девушка поняла, что великан не сам упал в ущелье, а кто-то сбросил его, хорошенько избив перед этим. Великан был молодой, и как Полянка полагала, не очень большой, по крайней мере, Верлиока был гораздо больше, да и по рассказам бабушки выходило, что этот оказался каким то недомерком.
   " Примерно чуть больше половины взрослого великана",- думала Полянка, разглядывая его. Хорошенько осмотрев великана, она решила заняться его ранами. Невдалеке по ущелью протекал ручей, и вода в нём оказалась чистой, Полянка напилась сначала сама, а потом, сняв с себя фартук, намочила его и принялась обмывать великану раны. С большим трудом смыв с него кровь, пополам с грязью, девушка занялась лечением. Прикрыв глаза и сосредоточившись, она водила руками над его ранами и безостановочно шептала заклинания. Раны сначала покрывались корочкой и следом же, затягивались и на их месте оставались лишь розовые пятна молодой кожи. Но всё-таки великан, хотя и был не очень большой, оставался великаном, и к тому времени как затянулась последняя рана девушка совсем обессилела. Закончив лечение, Полянка открыла глаза, мутными глазами посмотрела на дело своих рук и рухнула без чувств рядом с ним.
   Очнулась Полянка от стойкого ощущения, что на неё кто-то смотрит. Открыв глаза, девушка не смогла сдержать крик ужаса. Великан, которого она так старательно лечила, очнулся, и теперь сидел над ней, внимательно её разглядывая. Полянка зажмурилась и вновь открыла глаза. Великан никуда не исчез, он по-прежнему, сидел над ней и радостно улыбался.
   " Чему он улыбается,- испуганно подумала девушка,- может, радуется, что обед сам пришёл к нему?"
  Великан осторожно, двумя пальцами, поднял её и, посадив к себе на ладонь, поднёс к лицу.
   - А-аааааааааааа!- Закричала Полянка, в ужасе закрывая голову руками, но великан не стал, её есть. Он осторожно погладил девушку по голове указательным пальцем.
   - Тихо, тихо, не кричи, я тебя не обижу.
  Полянка недоверчиво посмотрела на него и убрала руки с головы.
   - Так вы не будете, меня есть?
   - Что я, людоед, какой?- Обиделся великан,- я не питаюсь такими козявками. Это ведь ты меня спасла, так ведь?
   - Я,- осмелела Полянка,- А вы с кем-то подрались, да?
   - Подрался,- усмехнулся великан,- знатно меня отделали, если бы не ты, подох бы я в этом ущелье. Спасибо тебе.
   - Да не за что,- смутилась Полянка, и уже гораздо смелее посмотрела на великана. От бабушки она слышала, что великаны, тупые и злобные создания, но этот не казался ей ни тупым, ни злобным. На круглом лице великана, сияла широкая, добродушная улыбка, Он весело смотрел на Полянку, круглыми, похожими на чайные блюдца, глазами.
   - Меня Недоростком зовут,- представился великан.
   - Странное, какое имя,- удивилась Полянка.
   - Да ничего странного в ём нет, я у родителей мелким родился. Маманя моя, богатырка, двоих родила. Братец мой, Злобырь, тот покрупнее был, да и характер у него покрепче моего будет. Батяня его даже лупить боялся, зато меня, за двоих поколачивал. Говорил что бьёт, чтоб я рос побыстрей. Один раз подрались мы с братом, навтыкал он мне как следует, а потом и батяня добавил. Отколотил меня и говорит, " я тебе отец родный, я о тебе забочусь, учу тебя, бью кажен день, даже больше чем Злобыря, а ты всё не растёшь, да не растёшь. Если до утра таким же большим и злобным как брат, не станешь, я тебя убью. А братец кричит, " я убью, я, можно пап, я его сейчас убью, всё равно он не вырастет".
   - Глупости, какие,- возмутилась Полянка,- разве можно за одну ночь вырасти.
   - Вот и я так подумал, да и сбёг, пока все спали. Всё равно бы убили. Не отец, так братец постарался бы. Пять годков мне было, когда сбежал я, поначалу голодал, конечно, чуть не помер. А потом ничего, приноровился один жить, пещеру нашёл хорошую, сухую. Кроликов ловил, козлов горных. Так и жил. А вчера на батяню с братцем наткнулся. Кабы не ты, так помер бы тут.
   Полянка сочувственно смотрела на великана.
   - Ну и нравы у вас!
   - Да чё там нравы,- смущённо пробормотал великан,- жизнь такая, суровая.
   - А меня Полянкой зовут,- решила представиться девушка, и немного помолчав, жалобно спросила,- а тут вообще, можно, что-нибудь поесть найти, а то я уже два дня не ела.
   - Что же ты молчишь,- подскочил великан,- пошли ко мне в гости, я тебя накормлю, у меня еды много. Ты меня спасла, и я тебе помогу.
   Он посадил Полянку на плечо и стал ловко выбираться из ущелья. Полянка то и дело жмурилась и покрепче вцеплялась в воротник его рубашки, боясь упасть вниз. Сил, для того чтобы превратиться в голубя и лететь самой, у неё уже не было.
  Выбравшись из ущелья, великан свернул на извилистую, горную дорогу и долго шёл по ней, всё дальше и дальше углубляясь в горы и удаляясь от пещеры злого карлика. Наконец великан пришёл на небольшое, горное плато, показавшееся ей очень уютным. Девушка давно заметила, что в горах практически отсутствуют деревья, а вся растительность чахлая и маленькая. Здесь же, она увидела несколько довольно пушистых елей. Великан осторожно отодвинул мохнатую лапу одной из ёлок, и Полянка увидела большое отверстие, это был тщательно замаскированный, вход в пещеру. Осторожно протиснувшись сквозь довольно-таки узкий, лаз, великан ссадил Полянку с плеча.
   - Вот и мой дом,- скромно сказал он, но девушка заметила, что он очень любит своё жилище и гордится им. На лице великана сияла счастливая улыбка. И в самом деле, жильё великана, резко отличалось от пещеры карлика. Это была огромная, круглая комната, сухая и светлая. Сначала Полянка не могла понять, откуда в пещере свет, но потом заметила, что он просачивается сквозь многочисленные отверстия в камнях. Никаких летучих мышей здесь не было и в помине, да и воздух в пещере был не затхлым, а свежим. Пока великан готовил ужин, девушка, с любопытством, разглядывала его жилище. Бабушка рассказывала ей, что великаны не только жуткие грубияны, но и порядочные неряхи. Они не только никогда не убирают своё жилище, но и сами, никогда не моются. Здесь же, было не только чисто, но и довольно уютно. Напротив входа, около одной из стен, была огромная постель, сложенная из камней и покрытая лапником и шкурами, каких то, неизвестных девушке зверей. Посередине пещеры был устроен большой очаг, дым от костра уходил в отверстие, проделанное в потолке. Ещё у одной из стен, стояли стол и стул, тоже сложенные из камней, очевидно, что другого, подходящего материала, у великана не было. Провизию, самодельную посуду и прочий инструмент, Недоросток аккуратно развесил под потолком и по стенам, а вход изнутри, закрывался большущей занавесью, сшитой из самых разнообразных шкур. Видимо у Недоростка ничего не пропадало зря. Мясо в пищу, шкуру в дело. Полянка посмотрела на великана. Он суетился у костра. На огне жарилась огромная туша дикого кабана, а великан помешивал в большом, кожаном бурдюке какое то варево, от которого шёл дивный, пряный аромат. У девушки от голода, закружилась голова. Наконец великан снял мясо и бурдюк с варевом с огня.
   - Иди, ешь,- позвал он Полянку, и, отрезав кусок мяса, протянул его девушке, потом взял
  большой лист лопуха, положил на него варева из бурдюка и положил его перед Полянкой. Поражённая Полянка увидела перед собой пшеничную кашу, сваренную с какими то ароматными травами. От каши шёл головокружительный аромат. Ложку великан Полянке не дал, наверное, их у него просто не было, и девушке пришлось, есть руками, но сейчас её это мало беспокоило. И мясо и каша оказались такими вкусными, а Полянка была так голодна, что мигом управилась со своей порцией. Великан тоже, в один присест смолотил всего кабана и доел всю, оставшуюся кашу.
   - Спасибо большое,- искренне поблагодарила великана Полянка, от сытости её разморило, и глаза у девушки слипались. Великан, увидев, что Полянка клюёт носом, поднял её и, не говоря ни слова, отнёс в постель и заботливо укрыл одеялом из шкуры горного козла.
  
   Когда Стоян проснулся, то вновь почувствовал себя бодрым и здоровым. Еле-еле выбравшись из снежной пещеры, он первым делом вытащил из короба полотенце и ложечку, подаренные ему сестрой. Убедившись, что с Полянкой всё в порядке, Стоян принялся за приготовление завтрака. Настроение у него было бодрым и хорошим, под стать погоде, мальчик и сам не знал, откуда, но он твёрдо знал, что Полянка жива - здорова и в ближайшее время ей ничего не грозит. Поев и загасив костёр, Стоян собрал свои вещи и, закинув короб за спину, отправился дальше, весело насвистывая весёлую песенку про волшебника-недотёпу, которую ему частенько напевала Полянка. Ему начинало нравиться его путешествие. Погода была прекрасная, солнце ярко светило и снег весело искрился под его лучами. Кирилл шёл, и сам удивлялся тому, что знает, куда ему надо идти. В степи не было дорог, не было ни прямо, ни направо, ни налево, ни назад. Куда бы он не повернул, кругом была одна бескрайняя степь, но что-то вело его по этой степи, какое то внутреннее чутьё, подсказывающее ему правильный путь. Ближе к вечеру он опять остановился, вырыл себе в снегу уютную пещерку, поужинал и потом долго сидел перед костром, глядя на золотисто-фиолетовые всполохи магического огня и вспоминая, гадая, мечтая.
  
   Всю ночь Полянка крепко проспала в пещере у великана. Она не слышала ни крика, ни визга, ни воя. Проснувшись утром, девушка осторожно слезла с постели, (она была для неё довольно-таки великовата). Недоростка в пещере не было. Около её ложа стояло ведро с водой, для великана это ведро было с напёрсток, но девушке пришлось потрудиться, прежде чем она смогла напиться из него. Напившись, она вышла из пещеры и увидела Недоростка. Он спал под елками, завернувшись в огромное, меховое одеяло. Место, где великан устроил себе жилище, и впрямь, выглядело очень уютным. Вокруг были только горы, высокие и мрачные. А здесь весело зеленели десятка два раскидистых, пушистых ёлочек. Одна из них, надёжно прикрывала от постороннего глаза вход в пещеру. Полянка опять подивилась мудрости Недоростка. В волшебном мире великаны находились на низшей ступени развития и приравнивались к троллям, гоблинам и прочей нечисти, им даже не разрешали переправляться за Родан и появляться в стране и они были обречены на жизнь в горах. Отчасти это происходило, оттого что волшебники боялись их, отчасти оттого что презирали, но Недоросток изменил её представления о великанах. "Значит они совсем даже не тупые, нужно как следует разобраться в этом",- думала Полянка. Невдалеке, сквозь каменную толщу горы, пробивался небольшой горный ручеёк, вода в нём оказалась чистой и вкусной, девушка умылась, напилась и вернулась в пещеру. Она хотела, до того как великан проснётся, приготовить для него завтрак. Что-то подсказывало ей, что он не будет на неё за это сердиться. Полянка осмотрела припасы великана. Под потолком пещеры висело несколько воловьих и кабаньих туш и множество копчёных окороков, по стенам были развешаны большие пучки разнообразных трав. В углу пещеры стояло несколько огромных мешков. Полянка заглянула в них и с удивлением обнаружила там овес и пшеницу. Девушка разожгла огонь и заклинанием подвесила над ним огромную кабанью тушу, заколдовав её так, чтобы она время от времени переворачивалась, а пока мясо жарилось, девушка решила приготовить чай. Наполнив один из громадных бурдюков водой, (тоже заклинанием), Полянка подвесила её рядом с кабаном, а когда вода в нём закипела, побросала туда несколько больших пучков зверобоя, душицы и мяты. Вскоре по пещере поплыл приятный аромат травяного чая смешанный с пленительным запахом жареного мяса. Полянка погасила огонь и пошла, посмотреть, не проснулся ли Недоросток. Великана под ёлками не было, не было его и у ручья, пока Полянка в недоумении вертела головой, отыскивая куда-то запропастившегося Недоростка, он сам спустился к ней, спрыгнув со скалы. Сначала Полянка перепугалась, когда громадный великан очутился прямо перед ней, а потом едва удержалась от смеха, увидев, как он мокрый, встрёпанный, перепугался, что чуть не раздавил её. Он бережно взял девушку на руки, и внимательно оглядев со всех сторон, не поранилась ли, осторожно отряхнул с неё каменную крошку и капли воды и, посадив к себе на плечо, понёс в пещеру. Там он первым делом усадил девушку на постель, и уж потом, повернулся к огню, собираясь готовить завтрак. Увидев, что завтрак уже готов он вышел из пещеры, и через несколько минут, вернулся, принеся с собой большущий бочонок. Поставив бочонок на стол, великан легко сковырнул с него крышку. В пещере сразу запахло мёдом и летом, великан взял большую миску и, навалив в неё мёду, вновь закрыл бочонок. Мелкой посуды у Недоростка не было, и он долго копался в своих вещах, выискивая что-нибудь, что могло бы заменить Полянке кружку. Наконец он нашёл что-то вроде напёрстка и тщательно обтёр его об одежду, прежде чем налить туда чай. За завтраком он то и дело подсовывал девушке то кусок мяса, то яблоко, пока девушка не взмолилась.
   - Недоросток, пожалуйста, не надо мне больше ничего, я уже сыта.
  Недоросток смутился.
   - Прости, я как-то забыл, что вы люди, очень мало едите.
   - Так ведь мы и сами, по сравнению с вами, маленькие.
   - Да уж,- сочувственно сказал великан,- действительно маленькие, ровно блохи. Трудно вам, наверное, таким мелким, жить?
   - Да не особенно.
   - А вот мне поначалу трудно было. Я когда от папани с маманей сбёг, поначалу чуть не помер в горах от голода, всякую дрянь собирал и ел. Это уж потом я охотиться научился, пещеру нашёл.
   - Хорошо тут у вас, уютно, и ёлочки растут, пещеру с дороги не видно.
   - Это я ёлки насадил,- похвалился Недоросток,- сначала землю из лесу таскал. Долго.
  Ёлки же они, без земли, расти, не могут. Потом ёлки принёс, тоже из лесу. Я ведь как рассудил, если кто из родичей меня отыщет, сразу убьёт, а так, никто и не догадается, что я здесь живу.
   - Они вас так ненавидят?
   - Стыдятся они меня. Великаны большими детьми гордятся, крепкими, злыми. Чем больше и злее у великанов ребёнок, тем больше они им гордятся. Бьют, правда, чтоб ещё злее был, но не сильно, не до смерти. Потому как гордятся. Нас великанов мало осталось, жизнь в горах не сахар и великаны гордятся, если у них вырастает здоровый и злой ребёнок, а я урод. Маленький и добрый, зла то ведь во мне совсем нет, я даже на родителей не злюсь, мне их жалко. Хотели большого, злого сына, а я не оправдал их желаний. Им теперь на глаза другим великанам попадаться стыдно, засмеют их теперь.
   - Но ведь вы такой умный и хороший, наоборот они вами гордиться должны.
   - Это у вас, у людей, умными и хорошими гордятся, а у нас большими и злыми. Одно слово урод я, для них.
  Полянка сочувственно глядела на великана, она не знала, что ответить на такие слова, как его утешить. Некоторое время они сидели молча, потом великан, смущаясь, попросил.
   - Ты это, не зови меня на вы, непривыкший я к этому, неловко мне.
   - Хорошо,- легко согласилась Полянка,- тогда можно я не буду тебя Недоростком звать, а то как-то грубо получается.
   - А как же ты меня звать будешь? Ведь я и есть Недоросток.
   - А Малышом, можно звать?- Улыбнулась Полянка,- смысл тот же, но уже не так грубо, ласково даже.
   - Зови Малышом,- покладисто сказал великан, и, помолчав, добавил,- добрая ты. Я, таких добрых, как ты, не встречал. Как же ты попала сюда? Ведь к нам только нечисть злобную ссылают.
   Полянка внимательно посмотрела на великана, раздумывая, сказать ему или нет. В конце концов, она решила рассказать ему правду. Малыш показался ей добрым и честным, и девушка не хотела обманывать его. Малыш внимательно выслушал рассказ Полянки и задумчиво сказал.
   - Слышал я об этом карлике, трудно придётся тебе, здесь в горах ни одно живое существо, ни один великан кроме Верлиоки, ни смеют приближаться к его пещере. Да и Верлиока, я слышал, предпочёл бы держаться от него подальше.
   - Видела я этого Верлиоку, страшный он очень, по лесу идёт, деревья в щепки ломает, а карлика до смерти боится. Я пока в пещере была, заметила, Верлиока ни разу карлику в глаза не посмотрел, на коленях перед ним ползал.
   Малыш покачал головой.
   - У нас ни один великан с Верлиокой ни по силе, ни по злобности, сравниться не может. Уж если сам Верлиока карлика так боится, то остальные, тем более. В том месте, где он живёт, даже птицы не живут. Всё живое его боится.
   После завтрака Малыш отправился в лес, посмотреть капканы. Полянке он объяснил, что привык охотиться днём, так как ночью, великаны могут его убить. Полянка осталась одна, она вышла из пещеры,( хотя Малыш настойчиво просил её этого не делать, пока его нет дома), и принялась бродить под ёлками, обдумывая, что можно сделать, для того чтобы вырвать из рук Верлиоки новую жертву и не дать ему добраться до карлика. Но ни одна дельная мысль, не приходила ей в голову. По всему выходило, что ни одной, ни с помощью Малыша, с Верлиокой справиться невозможно. Нужно придумать какую-нибудь хитрость, решила Полянка. Но какую хитрость можно применить против такого огромного великана, да если он их заметит, то тут же, без разговоров в лепёшку раздавит. Не капкан же против него ставить? Капкан. Полянка рассмеялась и принялась с нетерпением ждать Малыша, чтобы он помог ей осуществить, пришедшую ей в голову, совершенно сумасшедшую идею. Но что-то в ней определённо было. По крайней мере, это был единственный способ, который пришёл ей в голову. И стоило хотя бы попробовать.
  Когда Малыш вернулся домой, девушка тут же выложила ему свой план. Малыш долго охал и стонал что это очень опасно, и он боится за Полянку, но, в конце концов, вынужден был признать, что это единственно возможный вариант, а риск - дело благородное. Он согласился помочь Полянке, предупредив её, что ни отойдёт от неё, ни на шаг. Договорившись обо всём, они наконец-то, отправились в лес. Охотиться на Верлиоку. Когда Полянка думала об этом, сердце у неё замирало от страха и какого-то, непонятного восторга. Малыш быстро шагал по лесу, девушка сидела у него на плече и время от времени просила его поторопиться. Но Малыш и так, только что не бежал, поэтому, в ответ на её просьбы, он только дёргал плечом. Дорогу, по которой ходил Верлиока, нетрудно было определить по разбитым в щепки и вырванным с корнями деревьям. Полянка и Малыш быстро нашли подходящее место и девушка начала готовить западню. Заклинанием она прорезала в земле громаднейший овраг с совершенно отвесными стенами и навела на него искуснейший морок. Теперь западню стало совершенно не отличить от остального леса, только сама Полянка да Малыш, видели овраг. Полянка превратила Малыша, совершенно потрясённого её умением, в пень, а сама превратилась в птицу и, усевшись на пень, принялась терпеливо ждать Верлиоку. Вскоре вдалеке послышался грохот. Верлиока возвращался. Сердце у Полянки забилось, как птица, пойманная в силки. Грохот усилился. Остатки деревьев, уцелевшие ранее, разлетались в стороны. Верлиока торопился принести своему хозяину новую жертву. Вот он появился на поляне, Полянка уже не могла дышать от страха и волнения. Миг, и страшная ругань потрясла лес. Верлиока провалился в западню. Полянка моментально вернула себе прежний облик и подбежала к западне. Великан, страшно ругаясь, пытался выбраться из ямы, но глина осыпалась под его руками, к тому же яма была слишком тесна для него, и он не мог в ней как следует развернуться. Воспользовавшись заклинанием цепей, Полянка обездвижила его и вернула Малышу прежний вид. Малыш осторожно подошёл к западне и тут же зажмурился от страха. Даже в западне, обездвиженный и скованный титановыми цепями, Верлиока был страшен. Увидев Малыша, он стал дико вращать глазами и кричать так, что Полянке показалось, что Малыш сейчас упадёт в обморок. Но Малыш опустился на колени, лёг на край ямы и принялся искать что-то в карманах у Верлиоки. Верлиока попытался, было, его укусить, но Малыш быстро отдёрнул руку и осторожно вытащил у него из кармана маленькую девочку. Девочка была без сознания. Малыш передал её Полянке и спросил, кивком указав на беснующегося Верлиоку.
   - А с ним, что будем делать? Отпускать его нельзя, он столько бед натворит.
   - Знаю что нельзя,- задумчиво сказала Полянка,- унеси девочку подальше и не приводи её пока в сознание, а я пока разберусь с Верлиокой.
   Малыш согласно кивнул и, забрав у Полянки малышку, осторожно отнёс её подальше. Полянка посмотрела на Верлиоку, тот бесновался так, что пена текла у него изо рта. Девушка понимала, что как бы ни были сильны её заклинания, ещё немного и великан сокрушит их и вырвется на свободу, поэтому она не стала медлить и быстро произнесла новое заклинание. Тут же наступила такая тишина, что Полянке показалось, что она оглохла. Земля под её ногами перестала трястись, а в овраге лежал огромный чёрный камень, скованный цепями. Полянка не стала снимать с него цепи, она просто засыпала камень землёй и убрала морок. Малыш ждал её неподалёку, девочку он осторожно держал на ладони. Увидев Полянку, Малыш разулыбался и посадив её к себе на плечо, передал ей девочку и немедленно пустился в обратный путь. Полянка сидя на его огромном, таком надёжном плече, никак не могла поверить в то, что её сумасшедший план удался. Теперь нужно было подумать, что делать с карликом. Но для начала следовало заняться девочкой, которая, так и не придя в себя, без чувств лежала у Малыша на плече, Полянка заботливо поддерживала её, чтобы она не упала. Придя, домой, Малыш осторожно снял с плеча Полянку с девочкой и принялся готовить ужин, а Полянка занялась девочкой. Девочке было лет восемь. Полянка ещё в лесу узнала её, это была дочка деревенского головы. Того самого, который больше всех их боялся и не любил. Девочка была всё ещё без чувств, но дышала, хотя и слабо, прерывисто.
  " Бедняжка,- подумала Полянка,- как же она напугалась", и девушка принялась водить руками над головой и грудью девочки. Дыхание у малышки стало выравниваться, и вскоре она задышала ровно и спокойно, словно во сне, а потом и вовсе открыла глаза. Приводя девочку в сознание, Полянка постаралась внушить ей, что она в безопасности и девочка спокойно разглядывала пещеру, гадая, как она здесь очутилась. Потом её взгляд переместился на Полянку, девочка узнала её и просияла от радости.
   - Ой, Полинка, значит, ты жива, вот хорошо то! А меня схватил великан, огромный-преогромный, страшный-престрашный, я чуть не умерла от страха, а потом мне приснился сон, что великана больше нет, и со мной всё будет хорошо.
   Полянка с улыбкой смотрела на неё.
   - Тихо, моя маленькая, ты послушай меня, я тебе сейчас всё расскажу, что с тобой произошло. Тебя действительно похитил великан, Верлиока, и действительно его больше нет, я превратила его в камень. А помог мне тебя спасти другой великан, добрый и совсем не страшный. Он тебя не обидит, сейчас мы находимся у него дома, ты здесь отдохнёшь, переночуешь, а утром мы отведём тебя домой. Ночью через лес идти опасно, уж я то это знаю.
   - А сама ты не вернёшься домой?- Серьёзно спросила Полянку девочка.
   - Нет, малышка,- грустно ответила Полянка,- ты же сама знаешь, что не житьё мне в вашей деревне.
   - Тогда позволь мне остаться с тобой, пожалуйста.
   Брови у Полянки удивлённо поползли вверх.
   - Ты хочешь остаться здесь, в горах, рядом с лесом, где полно всякой нечисти.
   - С тобой мне хоть где будет безопаснее, чем дома, ты же знаешь моего отца, пока мама живая была он, ещё сдерживался, а сейчас совсем сердитый стал, да и женился он снова. Он же не поверит мне, что я не своей волей попала сюда, и слушать не станет. Забьёт просто-напросто, и всё.
  Полянка задумчиво посмотрела на девочку.
   - Да, норов твоего отца я знаю, только ведь и я сама тут, вроде как в гостях. Спрошу я конечно у хозяина, а уж там как он решит.
   - А я Стояна видела, когда он уходил,- обрадованная появившейся надеждой, сообщила девочка,- он грустный был очень.
  
   Вечером, после ужина, Полянка спросила у великана, можно ли Жданке остаться с ними. Малыш, обрадованный тем, что Полянка остаётся с ним, тут же согласился. А в тёмной, сырой пещере, маленький злой карлик не находил себе места от волнения и злости. Зелье, которое он столько лет подряд пил, для того чтобы вернуть себе былое могущество и облик, закончилось. По всем подсчётам, Верлиока уже давно должен был вернуться с новой жертвой. Карлику и в голову не могло прийти, что кто-то может справиться с Верлиокой, он думал, что тот где-нибудь заснул или охотится, и скрипел зубами от злости, бегая туда, сюда по пещере, в ожидании великана. В конце концов, он, наконец-то, начал задумываться о том, что как бы не был глуп Верлиока, он ещё ни разу не позволил себе ослушаться его. Да и первая жертва исчезла как-то странно, ни разу ещё такого не происходило. Грудь карлика сдавила мучительная тоска и предчувствие чего-то, очень нехорошего. "Беда в том,- думал он,- что за все те долгие годы, что я принимал зелье, я так и не смог до конца вернуть себе былое могущество, и теперь всё пойдёт насмарку.
  И не факт, что удастся поймать нового великана,
  Они обходят пещеру стороной. Боятся. Что же произошло? Что? Где этот проклятый великан?"- Билось в его голове. Он и подумать не мог, что с ужасным Верлиокой, справилась совсем юная девушка, предназначенная карлику в жертву и молодой великан-недоросток.
  
  
  
   4.
  
  
   Уже несколько дней, шёл Стоян по бескрайней степи. Теперь он берёг свои силы и не шёл сутками напролёт, а только днём. На ночь он выкапывал себе пещеру в снегу, ужинал, потом заворачивался с головой в отцовский меховой плащ, который ему дала с собой Полянка, и засыпал. Утром вставал, первым делом проверял полотенце и ложечку, а потом успокоенный, завтракал и отправлялся дальше. И уже весь день шёл не останавливаясь, не оглядываясь вокруг. Да и на что смотреть то. Пейзаж вокруг, итак надоел ему до чёртиков. У мальчика уже глаза болели от яркой белизны снега. Они постоянно слезились, и Стояну даже больно было открывать их по утрам. На восьмой день мальчику показалось, что впереди маячит какая-то тёмная полоска. Не поверив своим глазам, мальчик продолжал автоматически передвигать уставшие ноги, но тёмная полоска приближалась. И вот уже Стоян смог разглядеть, что эта тёмная полоска, ничто иное как деревья. Хрипло рассмеявшись, мальчик покрепче подхватил свой короб и, спотыкаясь на каждом шагу, побежал навстречу деревьям, стремясь как можно скорее вырваться из этой надоевшей ему степи.
  На опушке леса стояла избушка на курьих ножках. Стоян даже рассмеялся, увидев её, так нелепо она здесь выглядела. Как будто бы она появилась здесь из старых-престарых сказок, которые так любила рассказывать Стояну с Полянкой бабушка. Мальчик со всех сторон обошёл избушку, с удивлением разглядывая её. Избушка была старенькая, но крепкая, пазы между брёвнами были заботливо заделаны паклей, а единственное окошко было тёмным. Стоян припомнил, что ему рассказывала бабушка, и произнёс срывающимся от волнения голосом.
   - Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом.
  Избушка заскрипела и медленно повернулась. Мальчик осторожно поднялся на ветхое от старости крылечко и взялся за ручку двери. Дверь заскрипела и отворилась. В избушке было темно и холодно, хозяев действительно не было дома. Стоян хотел войти, но передумал, он вспомнил, что бабушка говорила ему, что невежливо входить без приглашения, и, закрыв дверь, уселся на крылечке, ждать хозяев. На улице уже стемнело, и над избушкой зажглись яркие звёзды, когда мальчик услышал свист. К избушке подлетела ступа и лихо затормозила перед крыльцом. Из ступы, покряхтывая, выбралась маленькая, дряхлая старушонка, одетая в старую телогрейку, подбитую заячьим мехом. На голове у неё был платок, повязанный не под подбородком, как у нормальных старушек, а лихо, по-разбойничьи. Старушка направилась, было к двери, но остановилась, увидев мальчика.
   - А у меня, я гляжу, гости, незваные, да нежданные. Что в дом не заходишь, гость дорогой, почто на пороге сидишь?
   - Так не звал меня никто в гости, то, да и хозяев дома не было,- скромно ответил Стоян.
   - Вежливый, значит, это хорошо,- непонятно сказала старушка,- ну что ж, был незваный, стал званный. Проходи уж, не мёрзни на пороге, ночь сегодня морозная будет, на крыльце то, ты как раз в сосульку превратишься. Иди, иди, не мешкай.
   И она подтолкнула неуверенно топтавшегося на крыльце мальчика. Стоян так и влетел в избу. Старушка вошла вслед за ним, поставила помело в угол и сказала стоявшему посреди комнаты Стояну.
   - Ну и чего стоишь то, чай не столб. Вон скамья то, садись, рассказывай, почто пришёл. Как там моя прабабка то говорила, дело пытаешь, али от дела лытаешь?
   - Дело пытаю, бабушка,- робко ответил Стоян,- я в Беловодье иду, в волшебную школу, там бабушкин брат в лесниках живёт, я к нему иду.
   - Вона что, знаю его, знаю, вот радость то ему будет, у него одна шалопутка растёт, он с ней справится, не может, а тут ему ещё, нате-ка, подарочек.
  Стоян смутился.
   - Мне больше некуда идти, я из долины, что за степью лежит, у озера, родители у меня пропали, а бабушка умерла.
   - Из долины говоришь? Так ведь там люди то, испокон веков, колдовства пуще огня боятся. Ой, не хитришь ли ты? Я то ведь неправду носом чую.
   - Не хитрю, бабушка, люди там действительно волшебства боятся, только и там волшебники жили. Мои родители туда с сестрой и бабушкой уж лет десять как там поселились. Они по реке туда приплыли. А я уж там родился. Папа с мамой пропали, когда я совсем маленький был, я их только по рассказам помню, а бабушка полгода назад умерла. Полянку люди отправили Верлиоке в жертву, я хотел с ней идти, но она не позволила, велела в Беловодье отправляться.
   - Вона что,- задумчиво пробормотала старушка,- а как бабушку твою кличут, не Светлоликой ли?
   - Светлоликой,- подтвердил Стоян,- Светлоликой Игорьевной.
   - Игорьевной значит, знавала я твою бабушку, знавала, она ведь намного младше меня была, в прапраправнучки мне годилась, а вот надо же, померла. Жалко ведь её.
   - А сколько вам лет бабушка?- Удивлённо спросил Стоян.
   - Дак кто ж его знает, сколько,- махнула рукой старушка,- как семьсот лет мне стукнуло, так я и перестала года считать. Да и на что мне это.
   Стоян с восторгом уставился на старушку, прожить столько лет, что и забыть сколько. Вот это да!
   - Помогу я тебе,- сказала старушка, словно бы не замечая его восторга,- только завтра, а сейчас давай ко, я тебя покормлю, а то ночь во дворе, гость в доме, а не кормлен, не поен, не обихожен. Сейчас я тебе баньку сготовлю, а там и ужин поспеет.
   Через час Стоян, отмытый и посвежевший, уписывал горячие щи с пирогами, а старушка готовила ему постель. Глаза у мальчика слипались, но он терпел, ему казалось, что ещё никогда в жизни ему не было так хорошо. Старушка постелила постель и отправила Стояна спать, мальчик повозился немножко поудобнее устраиваясь под тёплым лоскутным одеялом и заснул, а старушка, притушив немного лампу, чтобы свет не мешал мальчику спать, вздыхая, рассматривала его одежду.
   Утром, сквозь сон, Стоян почувствовал вкусный запах жареного теста. Он открыл глаза и огляделся. Малюсенькая комнатушка была чисто прибрана, а на столе стояло блюдо, полное горячих, только что испечённых блинов, большая кринка молока и много, много вазочек с самыми разнообразными солениями и варениями. "Наверное, старушка ждёт гостей",- подумал Стоян и, встав, принялся разыскивать свою одежду. Она лежала на лавке, чисто выстиранная и зашитая. Мальчик оделся и выглянул в окно. Интересно, куда подевалась старушка, и кто она такая, неужели настоящая Баба Яга. Вчера Стоян постеснялся спросить её, кто она такая. В окно мальчик увидел только заснеженный лес, а так как снег ему уже порядком надоел, мальчик отошёл от окна и, походив по избушке, уселся на лавку, ждать хозяйку. Вскоре старушка пришла домой и действительно привела с собой гостью. За ней степенно вышагивала маленькая, сморщенная тётушка. И растрёпанные волосы, выглядывающие из-под платка бурого цвета и дряблая, морщинистая кожа на лице и руках гости, были странного зеленовато-болотного оттенка. Даже глаза у неё напоминали маленькие болотца, да и пахло от неё тиной. Гостья важно прошествовала к столу, и Кирилл заметил, что она оставляет за собой мокрые следы. "Как будто только что вылезла из болота",- подумал Стоян. Старушка поставила на стол большой, до блеска начищенный самовар и сказала всё ещё таращившемуся на зелёную тётушку, Стояну.
   - Ну, чаво смотришь, садись ужо, завтракать будем.
   Стоян сел, хозяйка пододвинула ему чашку, полную крепкого, горячего чая, болотная тётушка сама налила себе молока, долила туда чай и принялась неторопливо прихлёбывать его, смешно вытягивая трубочкой свои тонкие, зелёные губы.
  Чаёвничали молча, Стоян разговаривать стеснялся, а хозяйка и болотная тётушка завтракали обстоятельно, время от времени то одна, то другая подливали Стояну чай, подкладывали на тарелку блины и то и дело, как бы ненароком пододвигали поближе к мальчику вазочки с вареньем. Вскоре мальчик так наелся, что с трудом мог дышать, тогда хозяйка взмахом руки убрала всё со стола, болотная тётушка вытерла зелёные губы кружевным, зелёным платочком и выпрямилась, чинно сложив на коленях свои тонкие, зелёные руки.
   - Ну, вот, подкрепились, теперь и разговоры разговаривать можно,- сказала хозяйка, устраиваясь рядом с болотной тётушкой, и весело поглядела на Стояна.- Ты, небось, удивился, увидев её,- она кивнула на болотную тётушку.
   - Это Кикимора болотная, на болоте живёт, оттого и зелёная такая. Тебе дорога дальняя предстоит, трудная. Вот сейчас и будем думать, как помочь тебе. Бабушку твою мы обе знали, да и родители твои - люди хорошие. Школа эта находится в Беловодье, на самой горе, а попасть туда трудно. Путь тебе предстоит далёкий, а самая трудность будет, когда дойдёшь. Школа стоит на горе, а рядом с ней растёт берёза. Всем берёзам - берёза. Корни её уходят глубоко по землю, а ветками она, разве что солнца не касается. Она так и зовётся - Солнечная берёза.
  Из под её корней вытекают четыре реки, каждая со своей стороны. Мёртвая река, Живая река, Молочная река и Забудь-река. Да не просто текут они, а хитро. Стекают они сверху вниз и по пути, всё время между собой пересекаются. Пересекаются, но вод своих никогда не смешивают, только очень трудно отличить одну реку от другой, ну разве что Молочную не спутаешь ни с какой другой. Попьёшь ты водички из Забудь-реки, или того хуже - из Мёртвой - беда будет. Реки эти вниз текут и замок волшебный, кольцом окружают. Никаких ворот не нужно, надёжней любой стражи они замок от лихих людей защищают. Хотя ворота всё ж-таки есть,- добавила она, усмехнувшись,- только Добромир их всегда открытыми держит.
   - А как же ученики в школу попадают?
   - Да кто как, кто на ковре-самолёте прилетает, кто на метле, кто на чайнике.
   - На чайнике?- Удивлённо переспросил Стоян.
   - А что тут такого,- встряла в разговор Кикимора,- летать на чём угодно можно, хоть на метле, хоть на чайнике. Тут главное, специальные заклинания знать, да задницу не обварить. Ведь туда попасть только по воздуху можно, по-другому - никак.
   - Но как же я туда попаду,- растерянно пробормотал Стоян,- ковра у меня нет, метлы и ступы - тоже, а чайника и подавно.
   -Ковра у меня у самой нет,- важно сказала ему хозяйка,- метлу и ступу я тебе не дам, они мне самой сгодятся, а всё ж таки без помощи не оставлю. Есть у меня прутик волшебный, от бабушки мне достался, где его на землю бросишь, там мост ляжет. По этому мосту ты и пройдёшь. А уж как пройдёшь, скажешь, "мост, мосток, ореховый пруток, полезай в карман", мост то и опять прутиком станет.
   - Спасибо вам бабушка,- поблагодарил старушку Стоян,- ну а дальше мне что делать.
   - А дальше в ворота стучи. Только ведь до Беловодья ещё добраться надобно, степь ты уже прошёл, молодец, только это ведь не полдела, это треть дела. Тебе надобно лес пройти, да не заплутать в нём. Лес то этот, тоже не прост. Коли заблудишься в нём, никогда дороги назад не найдёшь. Не выпустит тебя лес. Зачарованный он.
   - А чтоб в нём не заплутать,- вновь заговорила Кикимора,- подарю я тебе клубочек волшебный, бросишь его на землю, он и покатится. А уж ты за ним поспешай, да никуда не сворачивай. Он тебя из лесу то и выведет. А что за лесом будет, про то тебе Яга расскажет, я дальше своего болота нигде не бывала.
   - А за лесом окиян-море, в этом море остров, остров этот и есть Беловодье, а вот как ты на остров попадёшь, про то я и сама не знаю. Тут тебе ни мой прутик, ни Кикиморин клубок не подмога. Раньше то туда корабли ходили, а теперича говорят, нет их. Придётся тебе самому соображать.
  Баба Яга поднялась и, подойдя к большому, древнему сундуку, стоявшему в самом углу комнатки, принялась в нём рыться. Наконец она что-то отыскала, закрыла сундук и, подойдя к Стояну, протянула ему маленький ореховый прутик.
   - Нако вот, возьми, да не гляди что он такой невзрачный, он тебе хорошую службу сослужит.
  Стоян поблагодарил Ягу и, взяв прутик, засунул его в карман кожаных штанов. Кикимора долго копалась в своих зелёных лохмотьях, вытаскивая то, какие то скользкие веточки, то размокшие ягоды клюквы, то ещё что-нибудь, но, в конце концов, выудила круглый клубочек золотистой шерсти. Он оказался неожиданно сухим и очень приятным на ощупь. Стоян поклонился Кикиморе и взяв клубочек, положил его к прутику. Старушки растроганно вытирали слёзы. Яга вдруг кинулась обратно к сундуку, откинула крышку и вытащила из сундука небольшое ожерелье. Разноцветные камушки да пёрышки были нанизаны на тонкую, седую волосинку. Она надела ожерелье Стояну на руку и сказала.
   - Коли трудно тебе будет, али беда, какая приключится с тобой, ты камушек то или пёрышко сожги. Я Мигом тебе на помощь прилечу, я не гляди что старая, я ещё ого-го. Ну, давай, давай, иди. Неча тут тебе с нами, старыми делать. В лесу то поосторожнее будь, а если встретишь кого, Лешего там, или Боровика*, от нас с Кикиморой поклон передавай. Они тебе тоже, случись что, помогут. Тута вот, я тебе поесть положила.
  И она протянула Стояну его короб. Мальчик натянул его на плечи и поклонился старушкам.
   - Спасибо вам, бабушки.
   - Ладно, уж, иди, давай,- растроганно проворчала Яга и вытолкнула его на крыльцо.- Про клубочек не забудь.
  Стоян вытащил из кармана клубочек и бросил его на землю. Клубочек подпрыгнул и быстро покатился к лесу, мальчик, стараясь не отставать, кинулся за ним. Но, вбегая в лес, он оглянулся, две старушки, стоя на крыльце, махали ему руками. Кирилл тоже помахал им и кинулся догонять клубочек.
   Клубочек быстро катился вперёд, весело подпрыгивая на заснеженных кочках. Стоян изо всех сил мчался за ним, стараясь не потерять его из виду. Ноги постоянно увязали в снегу, и бежать было трудно, поэтому Стоян быстро устал. Ноги у него всё время запинались и пытались зацепиться за какой-нибудь корень, коварно спрятавшийся под снегом. В конце концов, Стоян всё-таки подвернул ногу и, упав, покатился с пригорка. Мокрый и холодный снег быстро облепил его, забившись даже в рот, и мальчик стал похож на большой, снежный ком. Остановился Стоян только внизу, со всего маху налетев на что-то огромное и лохматое. Он, кое-как сел, вытер залепивший лицо снег и замер, услышав над головой глухое, сдавленное рычание. Прямо над ним, слегка склонив набок голову, (словно бы, для того чтобы получше разглядеть его), стоял громадный, чёрный медведь. Мальчик даже не представлял, что на свете могут существовать звери такого размера. У них дома на полу лежала большая медвежья шкура, Полянка говорила, что это отец когда-то сразился с огромным, лесным медведем, но по видимому, тот медведь и в подмётки не годился этому. "Разве бывают такие медведи?"- Подумал Стоян, закрывая глаза, словно бы в надежде на то, что медведь исчезнет. Но медведь не исчез, когда Кирилл открыл глаза медведь так же стоял над ним и продолжал его разглядывать.
   - Кто ты таков и что в моём лесу делаешь?- Проревел медведь человеческим голосом. От удивления глаза у Стояна сами собой вытаращились, никогда раньше он не слышал, чтобы медведи разговаривали. Медведь нагнулся и осторожно подцепив его за шиворот, поднёс к самой морде. Стоян в ужасе закрыл глаза, он подумал, что медведь собирается сожрать его, но тот не торопился его есть. Он внимательно рассмотрел мальчика и снова спросил.
   - Ну что молчишь, немой ты, что ли, отвечай быстро кто таков?
   - Стояном меня зовут,- промямлил мальчик, под строгим, изучающим взглядом медведя,- я нечаянно на вас налетел, я ногу подвернул.
   - Ногу подвернул?- Уже более мягко переспросил медведь,- ну, коли ногу подвернул, так её лечить надобно. Зимой в лесу, с больной ногой много не находишься, быстро замёрзнешь. Пошли уж ко мне, гостем будешь, там то мы тебе ногу и вылечим.
   - Не могу я в гости,- жалобно сказал мальчик,- мне клубочек найти надо.
   - Какой такой клубочек?
   - Золотой. Кикиморин. Она мне его подарила, чтобы я в лесу не заблудился, а он от меня убежал.
   - Убежал, говоришь, ну так мы его быстро найдём. Посиди-ка.
   Он посадил Стояна на толстую, дубовую ветку и, засунув два пальца в рот, оглушительно свистнул. Сугроб под ними зашевелился, медведь посторонился, и из-под земли вылез крохотный человечек в мятой, белой рубахе и коричневой шляпе.
   - Звали хозяин?- спросил он хриплым, со сна, голосом. Вид у него был недовольный.
   -Звал Шебуршуня, - ответил медведь,- у меня для тебя работа есть. Найди кА ты мне Шебуршуня, клубочек золотой, что один, без хозяина по лесу бегает. Да поторопись. Надобен он мне.
  Шебуршуня зевнул, вытащил из кармана штанов верёвочку и, перепоясав рубаху, опять зарылся в сугроб.
   - Найдёт?- Тревожно спросил Стоян, поглядев на медведя.
   - Найдёт, как не найти,- успокоил его медведь,- и найдёт и принесёт. Я ведь в здешнем лесу хозяин. Шебуршуня хоть и ворчливый, с норовом, а слушать меня, как есть обязан.
   - А кто вы? Главный медведь, что ли?
   - Ну, можно и так сказать,- усмехнулся медведь,- Боровой я, хозяин леса.
   - Боровой!- Обрадовался Стоян,- Баба Яга и Кикимора про вас рассказывали, кланяться вам велели, если вас увижу.
   - Кланяться, значит,- довольно прогудел Боровой.- Оно и верно, Баба Яга и Кикимора, старухи уважительные. Ну, что, клубочек Шебуршуня сыщет, пошли ногу твою лечить. Да и согреться тебе надобно, ишь, вон весь мокрый, испростынешь ещё.
   Он поднял Стояна и, посадив его к себе на шею, пошёл по лесу. Сначала Стояну было трудно сидеть на загривке у медведя, но потом он приспособился и даже начал находить в этом особую прелесть. Не надо было смотреть под ноги, и он начал оглядываться по сторонам. Солнце светило вовсю, и снег под его сверкающими лучами искрился так, что глазам больно было. Пушистые ёлки распахивали им навстречу свои мохнатые лапы, покрытые белоснежными шалями, трепещущие от самого лёгкого ветерка, осинки,
  Испуганно кутались в белые платочки, весёлые берёзки в сверкающих подвенечных платьях водили вокруг них хороводы, а старый солидный дуб в белом зипуне, снисходительно поглядывал на своих деток, нарядившихся в пушистые шапочки. Боровой, словно специально, не торопился, давая мальчику возможность всё хорошенько разглядеть.
  Вот несколько шустрых зайчат затеяли на лесной полянке игру в салочки. Рыжая проказница белка насмешливо поглядывала на них с пушистой кедровой ветки, теребя шишку, а потом кинула ей в расшалившихся зайчат. Испуганные зайчата тут же порскнули в разные стороны и попрятались кто где. Стоян весело рассмеялся.
   - Что нравится?- Спросил его Боровой.
   - Очень,- искренне ответил Стоян.- Лес такой красивый, а в степи только снег да снег, и больше нет ничего. У меня от этого снега даже глаза болеть стали.
   - Да уж,- довольно пробасил Боровой,- у нас тут разнообразие, не заскучаешь.
   Они подошли к большущей избе сложенной из цельных стволов огромных сосен и вошли внутрь. Окно в избе было только одно, и то небольшое, поэтому в ней было темно. Боровой снял Стояна с загривка и усадил его на охапку вкусно пахнущего летом, сена. Пока Стоян стягивал с себя основательно промокшие куртку и сапоги, Боровой растопил печь и поставил на огонь огромный котёл с водой.
   - Ты сам то с ногой справишься или помочь тебе? - Спросил он мальчика.
   - Справлюсь,- пропыхтел Стоян, стягивая с больной ноги сапог. Нога здорово распухла и посинела. Когда-то Полянка учила его лечить ушибы и раны, и сейчас ему это здорово пригодилось. Кирилл положил на ногу руки и принялся ощупывать её. Перелома не было, он просто сильно потянул связки. Порадовавшись этому, мальчик закрыл глаза и принялся лечить ногу. Сначала боль отвлекала его, и мальчику, было, трудно сосредоточится, но потом боль, из дёргающей и ноющей, стала тихой и нестрашной, а потом и вовсе прошла. Стоян вытер вспотевший лоб и, достав из короба чистую тряпочку, предусмотрительно положенную туда Полянкой, разорвал её на ленты и старательно перевязал ногу. Так, на всякий случай. Затем он осторожно ступил на обе ноги. Поднял одну, здоровую, постоял на одной ножке и даже попрыгал на ней. Нога не болела. Совсем. Ну, то есть абсолютно. Обрадованный тем, что нога перестала болеть и тем, что вылечил он её самостоятельно Стоян подошёл к Боровому. Вода уже закипела, и Боровой положил в кипяток разных сухих ягод и трав. По избушке поплыл волшебный аромат. Стояну он напомнил запах летнего луга в жаркий июльский полдень. Боровой уже выставлял на стол большие кружки полные ароматного кипятка и большую миску с мёдом, и корзинку сушёной малины и ржаные лепёшки, и ещё какие то пироги.
   После обеда Боровой расспросил обо всём Стояна и подивившись его истории, уверил мальчика, что клубок Шебуршуня, конечно же, найдёт. Стоян, разморенный и сонный, соглашался и изо всех сил сдерживался, чтобы не свалится со стула и не заснуть прямо здесь, на этом самом месте. Уютные сумерки и сытость, действовали на него расслабляющее. Неожиданно земляной пол под ним вспух, Кирилл испуганно отскочил, и из-под земли вылез Шебуршуня, недовольный и сонный, весь в комках смёрзшейся земли. В руках он держал золотой клубочек. Протянув клубок Кириллу, и не слушая его смущённых благодарностей, он протяжно зевнул и опять исчез. Лишь золотой клубок да маленькая горка взрытой земли напоминали теперь о нём.
   - Ну вот,- довольно пробасил Боровой,- я же говорил, что найдёт Шебуршуня клубочек. Больше не бросай его, он хоть и не живой, а волшебный, а тоже обращенье понимает. Ты его кинул, вот он и покатился изо всех сил, потому как подумал, что торопишься ты. А вот если бы ты его положил, он бы помедленнее катился. Ну да ладно, отдыхай сегодня, а я ещё в лес схожу, дела у меня там, доделать надобно.
  И он ушёл, плотно прикрыв за собой тяжёлую дубовую дверь. Стоян сел у открытой печи и сонно уставился на пляшущие золотые языки огня, цветок у него на груди нагрелся, и начал пульсировать как живой, в такт ударам сердца, сон у мальчика как рукой сняло. Он почувствовал прилив бодрости и сил. Делать, без хозяина было нечего, и Стоян, покопавшись у себя в коробе, извлёк оттуда одну из волшебных книг, тех, что дала ему Полянка. Книга была большая и тяжёлая, в бархатном золотистом переплёте. Местами бархат протёрся, и из дыр выглядывала простая деревянная обложка. "Чаровник" - шёпотом прочитал мальчик. Книга была закрыта на замок. Стоян заклинанием умел открывать любые замки и сейчас он тоже прошептал заклинание. Замок щёлкнул, открылся, тяжёлая, бархатная обложка сама собой перевернулась, и Стоян увидел толстые, желтоватые листы, потрескавшиеся от старости. Листы были исписаны непонятными заклинаниями и изрисованы не менее непонятными рисунками и разными линиями, поло-сочками, чёрточками и точками, перекрещивающимися между собой. Мальчик осторожно перелистывал страницы, но везде было одно и тоже. Он закрыл книгу и замок, щёлкнув, закрылся сам собой. Стоян взял "Травник" и открыл его. Здесь уже всё было более менее понятно, были нарисованы разные травы, и цветы, а рядом описывались их свойства и взаимодействие с другими травами. Многие травы Стоян уже знал, некоторые ему показывала бабушка, а некоторые Полянка, но некоторые ему были не знакомы. Поразглядывав картинки Стоян отложил книгу и вновь уставился на огонь, в комнате совсем стемнело, и её освещали лишь оранжевые всполохи огня. Борового всё ещё не было и мальчика вновь начало клонить в сон. Он засунул книги в короб и, улёгшись на сене, заложил руки за голову и закрыл глаза.
   Проснулся Стоян только утром, хозяин уже был дома, и завтрак уже стоял на столе. После завтрака мальчик сразу же засобирался в дорогу, Боровой не стал его отговаривать, только предложил проводить немного. Стоян с радостью согласился. Из уютных сумерек избы они вышли на улицу, и Стоян даже зажмурился. С голубого-преголубого неба ярко светило весёлое зимнее солнце. Снег под его лучами сверкал так, что глазам было больно. Стоян не мог идти так же быстро как Боровой, поэтому медведь опять посадил его к себе на загривок. Он быстро шагал через зимний лес и мальчик заметил, что, несмотря на его размеры, Боровой не ломится сквозь лес, как обычный медведь. Деревья словно расступались перед ним, уступая ему дорогу. Боровой шёл не по тропе, а напрямик, но он не сломал ни одной ветки, не потревожил ни одного зверька, не вспугнул ни одной птахи. Мальчик только подивился, сам он так ходить не умел. Донеся Стояна до болота, Боровой ссадил его на землю, распрощался с ним и ушёл, посоветовав быть осторожнее. Стоян подобрал большую палку и аккуратно положил клубочек на землю. Клубочек полежал немного и запрыгал по кочкам, мальчик запрыгал за ним, стараясь не поскользнуться на скользких кочках. Он уже почти допрыгал до твёрдой земли, когда пораненная нога у него соскользнула, и он провалился в холодную, вонючую жижу.
  
   Так и не дождавшись Верлиоку, карлик понял, что его план рухнул. Старое зелье кончилось, а новое он не мог приготовить, не было крови. Нечеловеческая злоба и страх душили карлика, не давая ему ни минуты покоя. Он то в ярости метался по пещере, расшвыривая всё, что попадалось ему под руку, то сидел, забившись в угол и до крови обгрызая ногти. Мысль о том, что всё пропало, что ему уже никогда не стать человеком и никогда не отомстить своим врагам, сводила его с ума. Месть и власть - вот о чём он мечтал всё время, месть страшная и жестокая, а власть единоличная и всеобъемлющая. Что ему теперь делать, где найти другого великана, способного приносить ему жертвы. Все великаны боялись его, боялись того, что он сделал с Верлиокой, и старались держаться от его пещеры подальше. На исходе третьего дня карлик перестал метаться, целыми днями он сидел на одном месте, тупо уставившись в стену, словно бы пытаясь взглядом прожечь в ней дыру. В конце - концов, голод заставил его покинуть пещеру и отправиться на охоту. Он превратился в ворона, для того чтобы ему легче было передвигаться, и полетел в сторону Чёрного леса. На лес уже спустились сумерки твари, населяющие его, начали просыпаться. Ворон опустился на корявую ветку старого вяза и огляделся. Ему не хотелось самому попасться кому-нибудь на обед, поэтому ворон был настороже. Убедившись, что ему ничто не угрожает, он опустился пониже, для того чтобы разглядеть какую-нибудь неосторожную мышку и вдруг услышал тихий, прерывистый и какой то хрюкающий шёпот. Заинтересовавшись, кто бы это мог быть, ворон потихоньку спустился на землю. Он, стараясь не нашуметь, подобрался как можно ближе и спрятался под большой сломанной веткой. На ней сидели два старых болотных тролля*. Один из них, маленький, пузатый, с зелёным, отдуловатым лицом, наклонившись к другому, большеголовому, рукастому, неуклюжему на вид троллю, что-то тихо нашёптывал, наклонившись прямо к огромному, зелёному, заросшему шерстью уху. Ворон подобрался ещё поближе и замер, прислушиваясь.
   - И вот понимаешь, ли ты, в камень она его превратила и в яме этой оставила, да ещё и землёй сверху засыпала и морок оставила. Теперь это место никому, нипочём не найти. Я поискал, поискал, потому, как интересно было, да и бросил.
   - А чего тут интересного то? - Равнодушно спросил второй.
   - Ну как чего, глупый ты однако Болибошка, такой великан был, никому его ни под силу извести было а тут какая то девка... Да ещё так легко, хитрая она, Верлиоку в капкан словила. Я тут подумал, а ну как можно расколдовать его.
   - А на что тебе это?
   - Ну, как на что, да просто так, шибко я не люблю, когда добрые побеждают. Нас с тобой сюда уже, сколько веков сослали, нельзя, видишь ли, в ихних лесах проказить да людишек в болоте топить. А здесь то людей нет, шибко я соскучился тут, некого тут пугать, некого топить, того и гляди самого кто-нибудь сожрёт. Так лапы и чешутся, гадость какую-нибудь сделать.
  
  * Тролли бывают болотные, лесные и горные. Люди обычно принимают их за чертей и очень боятся встречи с ними. Вредные и злобные существа, любящие сделать кому-нибудь пакость.
   - И то верно,- вздохнул Болибошка,- никак тут не попакостишь, самому страшно, как бы не сожрал кто, ненароком.
   - Вот то-то и оно... Эх как я хочу чтобы меня хоть кто-нибудь боялся. Да, сгинул Верлиока, лежать ему теперича чёрным камнем веки-вечные.
  Болибошка снял с шеи и развязал какой то узелок, высыпал из него щепотку сухой травы и засыпав себе в рот принялся с наслаждением сосать.
   - Хоть дурман-травой побалуюсь,- прошепелявил он с набитым ртом, глотая горькую зеленоватую кашицу.- Скушно тут, хоть волком вой.
  Второй тролль с завистью посмотрел на него. Некоторое время они молча сидели, потом пузатый стал прощаться.
   - Ну ладно, старый, пошёл я, однако, пошлёпал я на своё болото.
   - И тебе того же,- невпопад прохрюкал второй и с трудом поднявшись, потащился в другую сторону.
  Ошарашенный услышанным, ворон так и остался сидеть под веткой, он подозревал, что с Верлиокой что-то случилось, сам бы он никогда не посмел его ослушаться, но и подумать не мог, что его кто-нибудь мог заколдовать. "Откуда здесь могли взяться волшебники?" - Думал он. Так ни до чего и не додумавшись, он выбрался из под ветки и тяжело поднявшись, полетел прочь, стараясь никому не попадаться на глаза. Вскоре он поймал зазевавшуюся крысу и тут же растерзав её, торопливо сожрал. Насытившись, он вернулся в пещеру и, впервые за эти несколько дней, уснул неспокойным, но неожиданно крепким сном.
  Во сне ему привиделась его давняя битва с волшебниками, после которой он был вынужден оставить свой замок и поселится тут. В этой грязной, вонючей пещере. Волшебники шли на него стеной, лица у них были суровы и непреклонны, а впереди шёл высокий, седой волшебник в лиловой мантии расшитой золотыми и серебряными звёздами. Ворон заметался, ему хотелось спрятаться от волшебника, ведь его взгляд не предвещал ничего доброго. Он оглянулся в поисках спасения и увидел что он не одинок, позади него стояла неисчислимая армия из лесной нечисти, и впереди всех два болотных тролля с хитрыми, злобными лицами. Карлик торжествующе рассмеялся и проснулся, он лежал в своей пещере, на грязной и вонючей подстилке, а в голове его билась одна и та же навязчивая мысль, "я не одинок, я не одинок, надо только придумать, как вырваться из этого проклятого леса. Здесь в горах и в лесу, столько всякой нечисти, соскучившейся по настоящим злым делам, мечтающей вырваться и отомстить этим мерзким людишкам. Надо только собрать её, вооружить и поставить себя в её главе. Главное придумать, как вырваться отсюда и вывести с собой свою будущую армию. Этих жалких людишек, населяющих долину он отдаст на растерзание своей армии, так сказать для разогреву. Тогда они пойдут с ним до конца, человеческая кровь освежит и раззадорит их! И тогда он добьётся своего, ещё не всё потеряно. Они ещё попляшут! А высокого седого волшебника он превратит в червяка и раздавит его. Сам. Своей собственной ногой". Карлик поднялся, и вновь превратившись в ворона, вылетел из пещеры.
  
   Стоян изо всех сил барахтался, стараясь выбраться из болота, но у него ничего не получалось. Какое то время ему ещё удавалось держаться на плаву, но вскоре болото начало затягивать его. Кирилл понял, что ещё немного и будет поздно, злые слёзы выступили у него на глазах, он рванулся из последних сил и с густым "чпок", вылетел на твёрдую землю. Он упал на снег, и некоторое время лежал не шевелясь, не в силах отползти подальше от страшного места, его трясло так, как не трясло никогда в жизни. День был солнечный, но морозный и промокшая одежда тут же покрылась тонкой, ледяной корочкой. Понимая, что если он останется тут лежать, то простудится до смерти, Стоян постарался отползти подальше, кое-как встал и разжёг костёр. Шевелиться было трудно, тело отказывалось подчиняться ему, но мальчик всё-таки стянул с себя мокрую одежду и, вытащив из короба чистую, переоделся. Оглядев со всех сторон испорченную одежду, Стоян решил выкинуть её, чистить и стирать одежду с помощью волшебства он пока не умел, а без волшебства не было сил. Одевшись и выкинув грязную одежду, мальчик вспомнил про клубок. Он подумал, что клубок опять укатился, но, оглядевшись, увидел, что тот лежит неподалёку от костра. Словно бы поджидает хозяина. Мальчик подобрал его и ласково погладив, засунул к себе за пазуху. Идти дальше он пока не мог, поэтому просто решил посидеть у костра, отдохнуть. Красные языки пламени весело плясали, от костра шёл ровный, успокаивающий жар, усталость и пережитый страх вновь навалились на Стояна и мальчик, завернувшись в отцовский меховой плащ, улёгся неподалёку от костра и моментально уснул.
  Проснулся он уже под утро и, поняв, что проспал почти сутки, с трудом поднялся и, не завтракая, загасил продолжающий гореть ровным магическим пламенем, костёр. Потом подобрал свой короб, и с трудом натянув его на спину, положил на снег клубок, и едва переставляя ноги, прямо таки поплёлся за ним. Весь день он не мог придти в себя, его трясло, а перед глазами то и дело всплывали какие-то разноцветные пятна, но мальчик не останавливался не на секунду и упрямо тащился вслед за волшебным клубочком. К вечеру, когда силы совсем закончились, Стоян набрёл на большое дерево с огромным дуплом посередине, с трудом забравшись в него, мальчик стянул с себя тяжеленный короб и, бросив его в угол просторного дупла, свалился рядом и закрыл глаза.
  Тяжёлая, горячая меховая туша навалилась на мальчика, мешая ему дышать. Стоян попытался столкнуть её с себя, но это было всё равно, что двигать гору. Туша даже не пошевелилась, она хотела его убить, она издевалась над ним. Откуда-то издалека мальчик слышал её нечеловеческий смех. Силы Стояна таяли, да и откуда было им взяться, а туша давила на него всё больше и больше, совсем лишая его возможности дышать. Мальчик перестал бороться и приготовился умереть, но внезапно раздался громкий взрыв, туша взорвалась и сияющим пламенем повисла в воздухе, и на некоторое время дышать стало легче, но вскоре мальчик заметил, что он вновь не может пошевелиться, всё его тело сковывали огромные металлические цепи. Мало того, что они тоже лишали его возможности нормально дышать, они ещё оказались невероятно горячими и затягивались на нём всё туже и туже.
  Стоян дёргался, пытаясь освободиться, но цепи не пускали его, они жгли и душили мальчика, а жуткий нечеловеческий смех вновь зазвучал где-то рядом. Тогда Стоян разозлился, он понял, что кто-то специально мучает его, подвергая каким-то чарам. Он собрал все свои силы и, вызвав внутреннюю энергию, вдохнул, задержал дыхание и резко дёрнулся, высвобождая энергию. Цепи разлетелись и исчезли, а нечеловеческий смех стих. Некоторое время мальчик лежал не в силах пошевелиться. Борьба с невидимым злодеем, отняла все его силы. Тело и одежда были такими мокрыми, что хоть выжимай. Мальчик снял с себя мокрую одежду и, дрожа от холода, быстро переоделся. Мокрую одежду он бросил на пол, у него не было сил с ней возиться. Пить хотелось невыносимо. Стоян достал из короба бутылочку с сурицей и с наслаждением к ней припал. После волшебного напитка ему стало легче, есть пока не хотелось, идти он тоже не мог, поэтому мальчик принял единственно верное решение, никуда не ходить, пока силы не восстановятся окончательно. Он ещё немножко попил и, закутавшись в меховой плащ, моментально уснул.
   В следующий раз Стоян проснулся и от голода и от жажды одновременно, одежда на нём опять была мокрая, но сухой и чистой одежды у него больше не было, поэтому мальчик высушил её волшебством. Конечно, она теперь не очень хорошо пахла, но Стоян решил, что это мелочи, всё равно его никто не видит. Он достал волшебную бутылочку, напился, перекусил немного и подумав что ничего страшного не произойдёт если он ещё денёк проведёт в этом дупле, вновь заснул, а когда проснулся в следующий раз, то чувствовал себя совершенно здоровым. Было темно, в отверстие дуба, будто чей то блестящий глаз, заглядывала маленькая яркая звёздочка. Стоян полежал немного, пытаясь уснуть, но сон исчез, за время болезни он выспался на несколько дней вперёд. Тишина в лесу стояла необычайная. Стоян подобрал валяющуюся на полу одежду, она уже высохла, но воняла ужасно, выбрасывать её мальчику стало жалко, и мальчик всё равно засунул её в короб, решив, что постирает её при первой же возможности. Надев короб, он осторожно спустился с дерева. Некоторое время мальчик просто стоял, завороженный величественной красотой зимнего леса. На тёмно-фиолетовом небе сияла огромная, круглая луна, освещая всё вокруг своим мягким сиянием. Мириады звёзд усыпали небо, а пушистые снежинки, плавно спускающиеся на землю, тоже казались звёздами. Все деревья были усыпаны хрупким, сверкающим серебром. Стоян постоял немного, с наслаждением вдыхая свежий ночной воздух, и легко зашагал вперёд. Золотой клубочек весело катился впереди и ещё никогда мальчик не чувствовал себя таким здоровым.
  На рассвете Стоян вышел на маленькую, лесную полянку, которая показалась ему очень даже подходящей для отдыха. Посередине поляны росла старая берёза. Из-под её корней пробивался, маленький, весело журчащий ручеёк. Стоян скинул заплечную корзину и, наклонившись над родничком, с наслаждением напился. От холода у него заломило зубы, но вода показалась мальчику необычайно вкусной. Он достал из короба несколько лепёшек и с наслаждением их съел. Волшебный клубочек нетерпеливо подпрыгивал у него за пазухой и мальчик, выпустив его на волю, вновь отправился в путь. До самых сумерек он шёл вслед за золотым клубочком, не останавливаясь даже на кратковременный отдых. На небе уже зажглись первые звёзды, когда, осторожно спустившись вслед за клубочком на дно большого оврага, Стоян увидел маленькую, лесную избушку. Стены избушки были старательно проконопачены золотым мхом, а из трубы курился тоненький дымок. Клубок подкатился к порогу и замер, Стоянт подобрал его и, спрятав, постучал.
   - Ну, кто там блукает на ночь глядя?- Услышал он недовольный голос. Дверь отворилась, и на пороге возник маленький, щекастенький мужичок. Щуря подслеповатые глазки он вгляделся в Стояна и удивлённо присвистнул.
   - Тю, да тут парнишка. Ну, входи, входи, чего на пороге мнешься. Давненько у меня гостей не было, а парнишки так и вовсе не забредали.
  Время-то, какое нонче пошло, скоро младенцы по лесу ночью блукать будут.
  Стоян вошёл и с любопытством огляделся. Избушка была крохотная, только-только для одного человека и почти половину избушки занимала большая, закопченная печь. Около крохотного, затянутого паутиной оконца, стоял старый, грубо сколоченный стол. Стулом служил старый, выдранный прямо с корнями пень. В углу, возле самой двери, стояло помело из медвежьей лапы и большая бочка с водой. Стены и потолок в избушке были увешаны связками сушёных грибов, трав, кореньев и густо обвиты паутиной. Мужичок подтолкнул Стояна к столу.
   - Садись-ко, вот тут, сейчас ужинать будем, подожди...
  Он выскочил за дверь и вскоре вернулся, волоча за собой большой пень. Подтащив его к столу, он отряхнулся и начал проворно собирать угощение.
  Поставил на стол две большие плошки с водой из бочки, снял с потолка связку сушёных грибов и поставил большую миску сушёной черники. Стоян выложил на стол несколько подсохших лепёшек, и они принялись за ужин. Вода в плошках оказалась талой и показалась мальчику невкусной, но он выпил её, чтобы не обижать хозяина, а тот налегал на сушёные грибы и лепёшки. Кирилл ел неохотно, грибы он даже пробовать не стал, а вот сушёная черника ему понравилась. После ужина хозяин, довольно погладил себя по животу, рыгнул, и вместе с пеньком отодвинувшись от стола, сказал.
   - Ну, что, давай, рассказывай, почто по ночам по лесу бродишь?
  
  Выслушав Стоянов рассказ, он удивлённо покачал лохматой головой и пробормотал:
   - Да, чего только на свете не бывает, только чую я, не попадёшь ты в эту школу.
   - Почему?- Насторожённо спросил Стоян и подозрительно посмотрел на хозяина, ему давно уже хотелось спросить, кто он собственно такой, но он стеснялся.
  Хозяин прищурясь посмотрел на него из-под клочкастых бровей и невесело рассмеялся.
   - Да не смотри ты на меня так, я не лиходей, какой, зла тебе не сделаю. А только правду я говорю. Время нынче странное наступило, непонятное. Раньше такого не было. Я хоть и в лесу сижу, а всё одно, новости знаю. Неладное, у нас ноне творится, недоброе.
   - Да вот хотя бы то, что Добромир пропал, а вместо него школой Криадл править стал. А точнее - Кривить...Он хотя и сильный волшебник, да куда ему против Добромира то. Добромир чародей великий, а этот всё больше хитростью берёт, да коварством...
  Мужичок замолчал, и некоторое время сидел молча, полностью погрузившись в свои думы. Стоян тоже растерянно молчал. Отправляясь в школу, он думал о том, как ему дойти, а о том, что препятствия могут возникнуть, когда он уже почти дойдёт, он как-то и не подумал. Наконец мальчик не выдержал и решил нарушить затянувшееся молчание.
   -А вот кто вам сказал про эти дела, про неладные. Ну, что они творятся там. Я у Бабы Яги был, и у Борового, они мне ничего про это не говорили. Или они не знают?
   - Да отчего ж, не знают, знают. По эти дела уже всем известно,- махнул рукой хозяин,- а почему они тебе ничего не сказали, про это у них надо спрашивать. Я тебе так скажу, иди. Я тебя удерживать не буду. Только иди не в саму школу, а к сторожу тамошнему. Он тебе родственник, да и человек хороший. Он тебе совет добрый даст, да и поможет кое-чем. А сейчас ложись кА спать. Утро, оно, знаешь ли, вечера мудренее. Иди вон на печку, ложись. Там, однако, теплее будет.
   Ночью, ворочаясь под старым вонючим тулупом, мальчик долго не мог уснуть. В крохотное оконце колотил ветер, на улице разыгралась нешуточная буря. Проворочавшись почти до утра, Стоян всё-таки забылся тревожным и тяжёлым сном и, проснувшись поутру, помнил, что ему снилось что-то нехорошее, тревожное, но он никак не мог вспомнить, что именно. Хозяина дома не было, голова побаливала, и Стоян решил выйти на улицу, чтобы развеяться. Он попытался открыть дверь, но не тут то было, она не поддавалась. Мальчик подошел к окну и выглянул, на улице была настоящая буря. Под её напором гнулись деревья, а из-за густо летящего снега почти ничего не было видно. Стоян постоял немного у окошка, поглядывая на сумрачный, ещё вчера казавшийся таким весёлым лес, попил талой водички из кадушки и вновь подошёл к окну.
  Пурга свирепствовала вовсю, небо, несмотря на то, что был день, почернело, а с деревьев валились огромные ветки. Хозяин вернулся не скоро, Стоян уже начал беспокоиться, когда он ввалился в избушку весь облепленный снегом, красный от мороза. Он долго отряхивался у порога, пофыркивая, словно большая собака, потом молча подошёл к печке и протянул к огню свои красные, замёрзшие руки. Стоян с любопытством поглядывал на него, но спросить, где он пропадал, не решался. А хозяин, словно бы не замечая его любопытства, подошёл к столу и начал собирать завтрак.
   - Буря то, поди, надолго затянется, в такую погоду нельзя никуда идтить,- сказал он Стояну после завтрака. Мальчику совсем не хотелось застревать в избушке у этого странного мужичка, но он понимал, что остаться действительно придётся. В такую погоду и нос на улицу страшно высунуть.
   - Ну что посмурнел?- Заметил его настроение хозяин,- ты не думай, я тебя не обижу. Да ты, поди, и не знаешь кто я таков? - Вдруг спросил он. Стоян неловко пожал плечами, и хозяин хрипло рассмеялся.
   - Хорош же я, тебя обо всём расспросил, а о себе, не рассказал. Думал ты знаешь обо мне, а где тебе знать то, если я отшельником тут живу. Я Аука, житель лесной, живу тут, в своей избушке, уж и не упомню сколько. Вреда я тебе не принесу, не бойся. По молодости, я конечно пошаливал, забредёт кто ко мне по грибы да по ягоды, а я уж тут как тут. Заведу его в чащу лесную, да и брошу. А только потом перестал я шалить, да и то, неча, добрым людям, следы путать. Скучновато тут конечно, одному то, да что ж тут поделаешь. Да и гости все-таки иногда забредают, новости рассказывают. Добромир изредка заглядывал, хоть и занятой он очень, а не забывал меня. Ты парень слушай меня, не в школу тебе надо, тебе Добромира найти надобно и к нему в ученики попроситься. Вот счастье-то было бы. Он бы тебя всему научил да на путь правильный наставил. Сильнее его волшебника то, и на свете поди-ка нет.
   - А где его искать, Добромира то этого? - Осторожно спросил Стоян,- да и нужно ли искать, мне Полянка велела в школу идти.
   - Ну и ступай, коли, не веришь мне,- обиделся Аука, он замолчал и принялся яростно чесать себе ухо. Стоян задумчиво смотрел в окно.
  
  
   5.
  
  
   Ветер бушевал по всей Волшебной стране, только в долине было более или менее спокойно, а в горах от ветра света белого не видно было. В пещере у Недоростка Полянка и Жданка готовили обед. Самого великана дома не было, ещё до начала бури он ушёл в лес, да так и не вернулся. С тех пор как Полянка с великаном спасли Жданку от Верлиоки, девочка пообжилась и пообвыклась. Свой родной дом и своего сурового отца, она вспоминала всё реже и реже. Рядом с доброй и приветливой Полянкой и совсем уж нестрашным великаном, девочке было легко и свободно. Впервые за долгое время Жданка чувствовала себя спокойно и день, когда огромный и страшный Верлиока похитил её, считала счастливым. И Полянка и Жданка с нетерпением ждали великана, на большом костре подрумянивалась огромная кабанья туша, для запаха натёртая диким чесноком, смешанным с пряными травами, а в большом бурдюке парилась каша. Полянка то и дело отодвигала большую, тяжёлую шкуру, служившую им дверью, и выглядывала на улицу. Она волновалась за Недоростка. Не случилось бы чего, уж больно силён ветер. Жданка давно уже устала ждать, ей хотелось, есть, а запах жареной кабанятины заманчиво щекотал ноздри. Наконец на улице послышались тяжёлые шаги, шкура отодвинулась, впустив в пещеру очередное облако морозного пара, и в пещеру ввалился уставший и замёрзший Недоросток, весь красный от мороза. Он сбросил на пол несколько оленьих туш и, подойдя к очагу, протянул руки к огню.
   - Ну и морозище там, хоть на улицу не высовывайся,- проговорил он,- пока ветер не закончится, придётся дома сидеть.
  Полянка, обрадованная тем, что великан благополучно вернулся быстро принесла ему тёплой воды и подала полотенце, больше похожее на простыню.
   - А мы и обед уже давно приготовили и уже заждались тебя,- весело говорила она,- а ветер и вправду сильный, пора уж ему угомониться, а он всё дует и дует. Я уже волноваться за тебя начала.
   - Да чего за меня волноваться,- пробормотал явно смущённый великан,- я вроде, как и не маленький и горы для меня, всё равно, что дом родной. Давайте уж обедать, проголодался я.
  После обеда, уставший и разморенный сытной едой, великан завалился спать, а Полянка и Жданка, убрав всё, засели у костра за очередной урок. Маришка, изрядно осмелевшая после своего чудесного спасения, уговорила Полянку, научить её волшебству и Полянка, неожиданно для себя, согласилась. Дело, как ни странно, быстро пошло на лад и Полянка только удивлялась, глядя на понятливую, моментально всё схватывающую девочку. Она не ожидала от неё таких успехов и щедро нахваливала старательную ученицу. Жданка же, смущённая и счастливая, старалась ещё больше. Она уже многое умела, и это умение приводило девочку в восторг. По ночам, закутавшись в тёплые шкуры, она подолгу не засыпала, мечтая о том как она становиться великой волшебницей, находит Стояна и уже вместе они побеждают злобного карлика и возвращаются в свой тихий, безмятежный край, где все им так благодарны. На этом, обычно, фантазия у Жданки иссякала, и она засыпала, продолжая грезить во сне.
  После урока Полянка принялась за приготовление ужина, работа по хозяйству отнимала у неё много времени, а Жданка, накинув на себя тёплую шкуру, вышла на улицу.
   - Далеко не отходи,- предостерегла её Полянка,- а то смотри, ветром унесёт.
   - Не унесёт,- отозвалась девочка,- я ненадолго.
  Их пещера находилась в очень тихом и спокойном месте, со всех сторон её окружали высокие пики гор, но сейчас и здесь бушевал ветер. Он сбивал девочку с ног, кидал ей в лицо хлопья колючего, мокрого снега, а небо было затянуто чёрными тучами. Жданка моментально продрогла и уже собиралась вернуться обратно в пещеру, когда к её ногам упал какой то маленький, заледеневший комок. Сначала Жданка испуганно отпрянула, но потом не выдержала и склонилась над неподвижным комочком. Это оказалась, какая то птица, видимо она замёрзла прямо на лету. Жданка охнула и подхватив мокрый, почти заледеневший комок, бросилась в пещеру. Полянка всё ещё возилась у очага, и девочка кинулась к ней.
   - Полянка, посмотри что я нашла. Прямо к ногам моим упал, бедненький.- И она протянула девушке замёрзшее тельце.
   - Это совёнок, молодой ещё, совсем птенец, карликовый сыч. Интересно, что он здесь делал.
  Да он живой ещё! Только замёрз сильно. Возьми его, может и выходишь, если постараешься.- И она протянула птенца Маришке. Девочка осторожно взяла совёнка и поднесла его к огню. Заледеневшие пёрышки быстро оттаяли, и от них пошёл пар. Совёнок тихонько встрепенулся, но тут же снова обессилено замер. Девочка старательно вытерла его фартуком и положила на пучок сухой травы неподалёку от огня, а сама уселась рядом. Ей было очень жалко бедного птенца, и она то и дело проводила своей маленькой ладошкой по его подсыхающим пёрышкам.
   - Оставь его,- посоветовала ей Полянка,- пусть он поспит, может быть и отойдёт. Лучше последи за мясом.
  Огорчённая девочка отошла и принялась следить за жарившимся на огне, большущим окороком то и дело, поглядывая на больную птицу. Полянка крошила в огромный котёл капусту, а сама, с улыбкой поглядывала на озабоченную девочку. Она видела, что птица не так плоха, как кажется, ей нужен только хороший отдых, но её умиляла трогательная тревога девочки. Полянке хотелось, чтобы Жданка сама выходила птицу, она вспоминала, как бабушка учила их самостоятельности и пыталась научить ей девочку.
  
   Через неделю весь съестной запас, заготовленный хозяйственным Недоростком, подошёл к концу, и ему пришлось снова отправляться на охоту. Буря нисколько не утихла, казалось, она разбушевалась ещё больше, и когда окоченевший Недоросток ввалился, наконец, в пещеру, еле волоча за собой две жалкие туши вконец отощавших кабанов, свалился в изнеможении прямо у порога, Полянка была вне себя от радости. Сама она не смогла бы и руку Недоростка сдвинуть, поэтому раздевать и переносить великана на лежанку ей пришлось с помощью магии. Когда, раздетый и заботливо закутанный в несколько тёплых шкур, великан крепко спал в своей постели, а выпотрошенные туши мирно покачивались под потолком, Полянка вышла на улицу. Ветер свистел так, что ушам было больно, а всё вокруг было завалено плотно прибитым снегом. Полянка покачала головой и вернулась в пещеру. Великан крепко спал, а Маришка тихо возилась со своим птенцом, он уже совсем отошёл и искренне привязался к своей спасительнице. Полянка вздохнула, если ветер не перестанет, то вскоре, их ждёт голодная смерть.
  Спал великан около суток а, проснувшись, умял зараз целого кабана, выпил три бурдюка с водой и подошёл к озабоченной Полянке.
   - Буря то, эта неспроста,- сказал он, глядя в её осунувшееся лицо,- в лесу много деревьев поломало и в долине неладно. Непростой это ветер, кто-то наслал непогоду. Даже нечисть затаилась. Если ветер не прекратится, быть беде.
  Полянка оглянулась на притихшую Жданку и вздохнула.
   - Думала я уже об этом и не раз, только вот ни разу ещё не пробовала погодой повелевать. Бабушка мне, конечно, рассказывала о том, как делается это, но сама я ещё ни разу не пробовала.
   - Вот сейчас и попробуй, иного то ведь выхода нет.
   - А ну, как не выйдет? Что же тогда делать?- Жалобно спросила Полянка.
   - Ну не выйдет, так не выйдет, а всё-таки ты попробуй,- настойчиво сказал великан,- ведь если у тебя получится, ты всех от большой беды спасёшь.
  Полянка посмотрела на замершую Жданку, и в груди у неё появился огромный ледяной ком. Она набрала разных травок, старательно припоминая всё, что ей рассказывала бабушка, накинула на себя медвежью шкуру и на негнущихся ногах, вышла из пещеры. Ветер сбивал с ног и залеплял лицо комьями обжигающе холодного, липкого снега, но Полянка добралась всё-таки до раскидистой ёлки и уселась под ней, спиной к ветру. Магией она разожгла костёр и, поочерёдно подкидывая в него травки, принялась что-то шептать, зажмурившись от усердия и волнения. Великан и Жданка стояли в отдалении, стараясь не приближаться, чтобы не помешать. От костра начал валить густой, голубоватый дымок, смешанный с ароматом горящей травы, но ветер, казалось, сделался ещё сильнее. Он кидался снегом прямо в костёр, словно бы пытаясь помешать Полянке. Девушка испуганно оглянулась на Недоростка и Жданку, великан ободряюще покивал ей, а Жданка смотрела испуганно, словно бы не дыша.
  Полянка опять повернулась к костру, подкинула ещё травы и зашептала, горячо, уже не жмурясь, а наоборот неотрывно смотря на огонь, протянув к нему руки, и Недоросток с Маришкой вдруг явственно увидели как из её глаз и рук словно бы течёт сила. Огонь в костре, из оранжевого, сделался красным, потом вдруг вспыхнул золотым, фиолетовым, зелёным. Вновь вспыхнул золотом и, наконец, успокоился, а ветер вдруг взвизгнул, словно в бессильной злобе и прекратился... Костёр погас. Полянка сидела над горсточкой пепла, в изнеможении опустив руки на колени. Тишина вокруг стояла необычайная. Недоросток подошёл к Полянке, и осторожно подняв её на руки, понёс в пещеру. Жданка смешно семенила рядом, с трудом вытаскивая ноги из огромных сугробов.
  
   - Ну, что, кончилась буря то,- радостно объявил Аука Стояну и мальчик, не поверив, выскочил из избушки. Ветер и вправду прекратился, в лесу было тихо. Стоян с удивлением оглядывался по сторонам. Маленькая избушка была по самую крышу завалена снегом, огромные деревья склонили к земле свои ветви, не в силах держать их, столько снегу было на них. Очень много деревьев было сломано.
   - Да, наделала буря делов то,- пробормотал рядом с Кириллом Аука,- столько лесу сгибло зазря. Тебе то, поди, в дорогу поскорее охота,- спросил он Стояна и тот неловко пожал плечами, ему и вправду надоело вынужденное сидение в избушке, но не хотелось обижать радушного хозяина, который, искренне, мальчик видел это, радуется гостю.
   - Ты погоди уходить, стемнеется скоро, а я тебе вечерком самоходы слажу. По такому снегу ты пешком недалеко уйдёшь.
  Вечером Аука действительно принялся что-то мастерить, а Стоян, измаявшись от тоски и ожидания, когда же он снова двинется в дорогу, пораньше улёгся спать. Проснулся он от шёпота, и тихо, стараясь, чтобы его не заметили, пододвинулся к краю, чтобы посмотреть, кто там пришёл. Хозяин сидел на полу, поджав под себя ноги, и старательно натирал воском какую то широкую дощечку с загнутым краем, вторая такая дощечка лежала рядом, а на пеньке, заменяющем Ауке стул, сидел другой старичок. Маленький, Стояну по колено, старичок был одет в серую дерюжную рубашку и такие же штаны. Вся одежда на нём была старая, но очень чистая и заштопанная, а седые волосы были аккуратно подстрижены кружочком, а борода тщательно причёсана. И Аука и гость были чем-то очень озабочены. Стоян прислушался.
   - Ну, как я ему скажу, поворачивай обратно. Не поверит он мне. Истомился уж парнишка, в лесу то. Исскучался. Что ему тут интересного - ёлки да пни...Да и поверит. Назад не пойдёт, некуда ему назад то идти, а у меня жить... Я то конечно рад бы, да только парнишке скука смертная, он молодой совсем, ему со мной, стариком скучно.
  Гость покивал головой, словно соглашаясь, помолчал, а потом заговорил, тихо, но настойчиво.
   - А всё одно, сказать надобно. Буря то она не сама собой поднялась, это Криадл бурю наслал. Не хочет он пущать парнишку на остров, да и всё тут. Коли буря унялась, он ещё что-нибудь придумает, похлеще. Ишь, как бушевал то, когда буря прекратилась, видать кто-то сильный унял её. Я уж думаю, не Добромир ли проснулся. От знающих домовых слышал я, что Криадл Добромира в чародейский сон погрузил и в подземельях запрятал.
   - Охо-хо,- вздохнул Аука, что же это на свете делается. Пойду, посмотрю, спит ли парнишка, не ужинавши, он у меня лёг то, будить надо.
  Пока Аука медленно, с покряхтыванием, поднимался с полу, Кирилл быстро перекатился к стенке и, закрыв глаза, уткнулся носом в подушку и даже засопел. Ему не хотелось, чтобы Аука знал, что он подслушивает. Аука осторожно потряс мальчика за плечо.
   - Эй, малый, вставай, вечерять будем. Давай, спускайся, гость у нас. Я вас познакомлю. Стоян спустился и, подойдя к старичку, вежливо поздоровался с ним. Старичок поклонился ему в ответ и произнёс хрипловатым, словно бы простуженным баском:
   - Ну, здравствуй что ли Стоянушка. Аука мне про тебя рассказывал. А меня Сидоркой кличут, я из домовых, из замковых. В замке, стало быть, работаю, и там же проживаю.
   - Садись с нами ужинать, Сидорко,- позвал его Аука, но Сидорко покачал головой.
   - Некогда мне, я бы с радостью, да боюсь, хватятся меня. Да и прости меня, ты хозяин добрый, но мы домовые, такую еду как у тебя не уважаем. МЫ всё больше щи да кашу, или картошечку там, или пироги с блинками. Парнишка то, у тебя, тоже, поди, по нормальной еде соскучился.
  С этими словами Сидорко нагнулся и поднял с пола большой узелок. Он поставил его на стол, развернул, и Стоян еле сдержался, чтобы не охнуть от удивления. В узелке была настоящая еда, не сушёные грибы да корешки, а настоящая еда. Два маленьких горшочка, один с горячими щами, другой с рассыпчатой гречневой кашей, огромные пироги в чистой холщовой тряпице и большая кринка с молоком.
   - Вот вам от меня, гостинец,- сказал Сидорко, с весёлой усмешкой глядя на онемевшего от восторга Стояна. - А я пойду, однако, как бы меня искать не кинулись. Прощай, добрый хозяин.
  Сидорко поклонился и, прокрутившись на пятке, исчез. Только лёгкий вихрь прошёл по маленькой избушке.
   - А как он так, раз и исчез?- Оторопело спросил мальчик у Ауки.
   - Да вот так и исчез, он, поди, уже у себя на кухне, а ты рот разеваешь, садись, давай за стол, а то остынет всё.
   - Так ведь Баба Яга с Кикиморой говорили, что в замок невозможно попасть колдовством.
   - Правильно, невозможно, чужому кому нибудь, а домовые они с замком как одно целое, ну как его часть. Поэтому они колдовством перемещаться когда угодно могут. А вот другие - ни, ни. Ладно, хватит языком попусту трепать, ради тебя Сидорко с гостинцем расстарался.
  После необыкновенно вкусного и сытного ужина отяжелевший и осоловевший Стоян еле добрался до постели, а тяжко вздыхающий Аука вновь принялся за свою работу.
   Странный сон приснился мальчику. Он шёл по необыкновенно мрачному и тёмному подземелью, держа в руках маленькую свечку. Крохотный, колеблющийся огонёк слабо освещал каменные стены подземелья, заросшие плесенью. Тишина вокруг стояла необычайная, гулкая какая то тишина и в этой тишине шаги Стояна грохотали так, словно на ногах у него были железные колодки. С каждым шагом, а Стояну казалось, что он делает их через силу, с трудом отрывая ноги от каменного пола, в сердце Кирилла вползал липкий, леденящий душу страх. Внезапно крохотный огонёк, дрожащий в руке, потух, и мальчик оказался в кромешной темноте. Он замер, прислушиваясь, не в силах сделать следующий шаг и ему показалось, что тишина вокруг, это непростая тишина, а живая. Она дышала и угрожала ему. Стоян развернулся и что было сил, побежал в обратную сторону, подальше от этой жуткой тишины, грозящей ему неведомо какой опасностью. Он бежал, спотыкаясь и задыхаясь, так что ему казалось, что сердце сейчас выскочит у него из горла, и то и дело натыкался на мохнатые от плесени стены. Внезапно пол под ним провалился, и он полетел вниз. Сердце всё-таки, выскочило у него из горла, Стоян почувствовал, что умирает, и проснулся... Сердце было на месте, оно бешено колотилось, но оно было на месте. В крохотное, заросшее паутиной окошко пробивались яркие солнечные лучи, на печи было тепло и уютно, но после кошмарного сна, эти лучи и это тепло казались нереальными, ненастоящими. Страшный сон не хотел отпускать его. Стоян поскорее встал и, накинув на себя меховую накидку, вышел на улицу, там он набрал полные пригоршни сверкающего под солнцем снега и крепко растёр себе лицо. Холодный снег остудил его, а весёлое, морозное утро мигом прогнало остатки ночной жути. Стоян постоял немного на крыльце, подышал необыкновенно вкусным, морозным воздухом, и, успокоенный, вернулся в дом. Ауки дома не было, он вернулся, когда Кирилл совсем уж извёлся от беспокойства.
  Подслушанный разговор не шёл у него из головы и мальчик подумал, что сон, приснившийся ему ночью, это не просто сон, а предупреждение. Аука вошёл в избу и сбросил на пол большой мешок, густо облепленный рыбьей чешуёй. В избушке сразу-же запахло свежей рыбой.
   - Вот наловил немного, пока ты спал. Сейчас наварим, да покушаешь, а то и правда надоела тебе моя пища,- сказал Кириллу Аука.
   - А где вы её наловили,- спросил у Ауки Стоян.
  - Так здеся озеро есть, недалече, там и наловил. Дырочку протеплил, да и позвал рыбку то, много её наплыло, прямо руками набрал,- похвалился Аука.- Ну, чего стоишь, рыбу чистить умеешь? Коли умеешь - помогай.
  Вдвоём они быстро почистили рыбу и поставили её вариться, пока рыба варилась, Стоян аккуратно сложил свои вещи в заплечную корзину. Он принял решение, идти дальше, может быть, там действительно творятся странные дела, но для начала нужно всё-таки разобраться, что к чему. А разбираться нужно на месте. Во время этих сборов иальчик заметил, что Аука то и дело озабоченно поглядывает на него, и словно бы хочет заговорить, но не решается. Стояну было неловко, но он не хотел менять своего решения. Возвращаться назад, вот ещё не хватало! Да и некуда ему возвращаться, а жить всё время в лесу, питаясь одними ягодами и кореньями, как Аука, худшего и придумать трудно.
   Во время завтрака Аука всё-таки заговорил.
   - Может быть, всё же останешься, Сидорко то из-за тебя приходил. Неладное в Беловодье творится. А ну как беда, какая случится с тобой, на острове сейчас странные дела творятся, тёмные. Отсиделся бы у меня покуда, тут тебя никто не достанет.
  Стоян промолчал.
   - Ну, дело хозяйское,- сам всё понял Аука,- неволить я тебя не буду, а только ты знай, если случится что, беда какая, или просто надобность какая возникнет, ты Сидорко кликни. Он тебя завсегда из любой беды выручит. Да и мне знак подаст - ежели что.
  После завтрака, когда Стоян уже собирался уходить, Аука протянул ему две широкие, плоские дощечки с привязанными к ним верёвочками и загнутыми носами. К дощечкам прилагались две прямые палки.
   - Вот, возьми, самоходы тебе сладил. К ногам привяжешь их, то-то хорошо идти будет. Ноги в снегу вязнуть не будут. А палками отталкивайся.
  Поначалу на самоходах, конечно, трудно будет, а потом ничего, приноровишься.
  Стоян поблагодарил старика и привязав к ногам
  Самоходы, осторожно положил на землю золотой клубочек. Тот весело подпрыгнул, словно обрадовавшись долгожданной свободе, и быстро покатился вперёд. Стоян попрощался с Аукой, ещё раз поблагодарил его и заторопился вслед за клубочком. Поначалу идти на самоходах действительно было трудно, но понемногу дело пошло на лад и вскоре он уже уверенно скользил в них по сугробам, ни на секунду не упуская из виду золотой клубочек.
  
   Уже давно закончилась рыба, которую дал Стояну в дорогу Аука, а мальчик всё шёл и шёл, вслед за золотым клубочком, останавливаясь только на ночлег. Жилья он больше не встречал и ночевал в снеговых ямах, которые выкапывал, перед тем как уснуть, а силы подкреплял сурицей, из волшебной бутылочки. На исходе недели мальчик увидел просвет между деревьями. Не поверив своим глазам, он остановился, но через мгновение припустился с новыми силами, словно испугавшись, что просвет исчезнет, растает, словно предрассветный туман. Выскочив из леса, Стоян остановился, перед ним огромной голубой простынёй, не имеющей конца и края, расстилался океан. Пахло холодом и ещё чем то солёным, волнующим. Стоян отвязал самоходы и, подобрав золотой клубочек, медленно подошёл к океану. Он никогда не видел столько воды сразу, огромные волны равномерно накатывали на берег и с шумом возвращались назад, берег обледенел, и нигде не было видно не только корабля, но даже ни одной, самой завалящей лодки. Стоян снял с себя заплечный короб, и устало опустился на снег.
   Поначалу мальчик спокойно сидел на берегу, терпеливо ожидая, что вот-вот появится какой-нибудь корабль и перевезёт его на остров. Даже ночью он не лёг спать, а всю ночь просидел у костра, то и дело, вглядываясь в туманную даль, чтобы не пропустить долгожданный корабль, но ничего кроме волн он не видел. К утру, мальчик понял, что корабль не приплывёт, наивно было надеяться на чудо. Сил, на то, чтобы бороться со сном у мальчика не стало, и, закутавшись в меховую накидку, Стоян улёгся рядом с костром и через минуту уже крепко спал. Проснулся он от отчаянного визга, разъярённого птичьего клёкота и хлопанья крыльев. Стоян приподнялся, чтобы посмотреть, что случилось, и тут же подскочил как ужаленный. Огромная чёрная птица с уродливой белой головой и жёлтым клювом, яростно налетала на крохотного, только что вылупившегося дракончика. Малыш изо всех сил пытался убежать от неё, то и дело, взмахивая своими маленькими беспомощными крылышками, словно бы пытаясь взлететь. Птица не отступала, стараясь ударить дракончика по голове своим изогнутым, крепким клювом. Не соображая, что он делает, Стоян кинулся к дракончику и упал на него, закрывая собой от разъярённой птицы. Словно догадавшись, что он спасён, дракончик замер под ним, даже не пытаясь вырваться, и только дрожал и повизгивал от пережитого ужаса. Птица, остановившись на мгновение, вновь накинулась, теперь уже на Стояна. Птица когтями пыталась оттащить его от дракончика, при этом она больно колотила мальчика клювом по голове и по спине.
  Мальчик втянул голову в плечи и изо всех сил вцепился в малыша, стараясь удержать его и спасти. Когда сил, для того чтобы держать дракончика уже не было, а по голове и по спине рекой струилась кровь, Стоян, вдруг услышал не только злобный птичий крик. Сквозь шум в ушах и яростные птичьи вопли он услышал странный шум. Как будто летела огромная стая птиц. Следом раздался новый крик, полный горя и ярости, такой, что у мальчика заложило уши, упругая воздушная волна вдруг ударила Стояна, а потом всё кончилось... Некоторое время Стоян лежал неподвижно, не веря, что остался жив, но вскоре дракончик, до этого не подававший никаких признаков жизни, завозился, запищал и попытался выбраться из под мальчика. Стоян осторожно приподнялся и тут же схватился за голову. В голове шумело, по лицу текла кровь, а перед глазами плавали огромные фиолетовые круги. Кое-как сев, Стоян посмотрел на дракончика, и от испуга чуть не потерял сознание. Прямо перед ним сидел огромный коричневый дракон, его маленькие красные глазки внимательно следили за каждым движением Стояна, а спасённый дракончик радостно вереща, весело прыгал вокруг дракона.
  Несколько секунд дракон внимательно разглядывал Стояна, словно прикидывая, что же с ним делать дальше, потом шумно вздохнул, опустил голову и принялся вылизывать дракончика гигантским, пупырчатым языком. При этом он не сводил со Стояна своих жутких, красных глаз. Стоян попытался отползти от них, дракон замер и медленно покачал головой, словно бы давая понять мальчику, что бы он не пытался этого делать. Дракончик, весело повизгивая, подбежал к Стояну и принялся доверчиво тыкаться ему в лицо. Несмотря на страх и жуткую боль Стоян заметил, что дракончик нисколько не был похож на дракона. Дракон был огромный, коричневый и бугристый, с большим, утыканным множеством острых шипов, хвостом, широкими кожистыми крыльями и злыми маленькими глазками. Дракончик же, был нежно зелёный, словно первая весенняя травка и гладкий, крылышки у него были крохотные, розовые, а хвоста совсем не было. Дракончик доверчиво смотрел на Стояна большими, фиолетовыми глазами, мальчик осторожно погладил его по спинке. Кожа у него была прохладная, очень приятная на ощупь. Дракончик тут же распластался на снегу и от удовольствия прикрыл глаза. Стоян улыбнулся. Взрослый дракон внимательно наблюдал за детёнышем и мальчик, приободрённый тем, что дракон не сожрал его сразу, ещё раз погладил малыша и сказал дракону, глядя прямо в его маленькие, красные глазки.
   - Ты же видишь, я твоего малыша не обижаю, он очень милый, правда, я его только от птицы спас, она бы его заклевала. Ты возьми своего дракончика, а я умоюсь. Можно? А то я в крови весь, и болит всё.
  Дракон шумно вздохнул и подошёл к Стояну поближе, почувствовав над головой его горячее дыхание, мальчик зажмурился и втянул голову в плечи, но дракон опять не стал, его есть. Он осторожно, словно собственного детёныша, принялся вылизывать мальчика огромным шершавым языком. Кириллу это не очень понравилось, но так как он всё равно ничего поделать не мог, то покорно сидел пока дракон старательно вылизывал его. Через некоторое время он с удивлением почувствовал, что его раны совсем перестали болеть. Очевидно, слюна дракона была лечебной. Дракон облизал его всего, и осторожно отпихнув от себя своим длинным, гибким языком, вновь повернулся к дракончику. Тот, полностью довольный жизнью, прыгал вокруг них, время от времени радостно повизгивая. Увидев, что родитель, или родительница, (Стоян так и не понял - кто)- освободился, он заверещал и попытался взобраться ему на спину, но у него не получилось, и он скатился вниз, словно с горки и забарахтался на снегу. Стоян уже совсем не боялся взрослого дракона, поэтому он не сумел удержаться от смеха и весело рассмеялся, глядя на забавные проделки малыша. Дракон склонился над детёнышем, разинул свою клыкастую пасть, и что-то прорычал, утробно, но очень нежно. Дракончик поднялся и сунулся головой прямо ему в пасть. Дракон рыгнул, послышалось громкое чавканье и через несколько минут, дракончик вывалился из пасти и раскинулся на снегу, растопырив в разные стороны лапки и выставив вверх свой раздувшийся живот. Стоян испугался, он подумал, что дракончик умер, но сразу же понял, что тот спит. Дракон осторожно подхватил его за загривок и понёс, словно кошка - котёнка, в гнездо, а малыш висел у него в пасти, свесив лапки, и даже не проснулся.
  Пока дракон возился со своим детёнышем, Стоян решил умыться. Раны у него совсем не болели, но быть перемазанным драконьими слюнями мальчику не нравилось. Да и запах ещё тот. Старательно умывшись и переменив одежду, он постирал штаны и рубаху, развесил их сушиться над огнём, а сам, закутавшись для тепла в накидку, уселся рядом. Сон придал Стояну сил, а схватка с птицей и возня с дракончиком отвлекли от собственных проблем, и теперь мальчик почувствовал дикий голод. Сурица из волшебной бутылочки придавала ему сил, но сейчас мальчику хотелось нормальной еды. Кусок горячего мяса к примеру. Сейчас Стоян был готов съесть медведя, если бы конечно этот медведь ему попался. Решив, что с утра он непременно отправится на охоту, Стоян упрятал в заплечный короб просохшую одежду и вновь уселся у костра. Золотистые искры вспыхивали и улетали в ночное небо, спать Кириллу не хотелось совсем. В ночной тишине слышны были только мерные вздохи океана. Внезапно послышался шум, воздух над ним всколыхнулся и перед костром опустился дракон. Дракончика с ним не было, но зато в зубах он держал большой кусок мяса. Дракон положил мясо перед Стояном и, повернувшись, с шумом взмахнул крыльями и улетел.
   Утром сытый и выспавшийся, Стоян решил не сидеть зря на берегу, а попробовать поискать какую-нибудь забытую лодку. Он старательно затоптал кострище и, закинув короб за спину, отправился вдоль берега. Он прошел несколько часов, зорко оглядывая берег, когда позади себя услышал уже знакомый шум. Стоян оглянулся и увидел, что вслед за ним летит дракон. Мальчик остановился, дракон подлетел и, опустившись перед Стояном, вопросительно посмотрел на него.
   - Тебе чего?- Спросил мальчик у дракона,- мне надо найти лодку, мне надо плыть. Понимаешь? Я не могу всё время сидеть на берегу, мне нужно на остров.
  Дракон, словно бы понимая, закивал огромной, уродливой головой и вдруг нагнувшись над ним, схватил его за шиворот, совсем как дракончика, и быстро взлетел в воздух.
   - Эй, отпусти меня немедленно,- закричал Стоян, но ветер забился ему в рот и мальик чуть не задохнулся. Он мог только размахивать руками и извиваться, словно червяк на крючке, но дракон недовольно тряхнул головой и Стоян притих. Он висел в зубах у дракона, словно тряпичная кукла на верёвке, а дракон быстро летел вперёд. Через несколько минут такого полёта Стоян почувствовал, что ещё немного и его вырвет, но тут дракон замедлил полёт и, покружившись над большой каменной грядой, плавно опустился вниз и выпустил Стояна. Тут же, навстречу ему с визгом бросился дракончик. Мальчик заметил, что за прошедшую ночь он заметно вырос, да и цвет у него поменялся. Дракончик побурел, и кое-где появились небольшие коричневые пятна. Но глаза у него остались прежние, фиолетовые и очень наивные. Он весело кидался на Стояна и даже попытался лизнуть его в нос, совсем как щенок. После неожиданного полёта ноги у мальчика подрагивали, и он опустился на кучу обглоданных дочиста костей, очевидно дракон принёс его к себе в гнездо. Дракончик тут же забрался к нему на руки и принялся ласкаться. Дракон смотрел на них своими маленькими красными глазками и шумно вздыхал, потом он вдруг оттолкнул от Стояна расшалившегося детёныша и что-то ему прорычал. Дракончик перестал прыгать, присел на задние лапы и внимательно посмотрел на Стояна, а потом вопросительно на дракона. Дракон кивнул головой и опять что-то прорычал, дракончик понурился и опять забрался к нему на руки, только теперь он не шалил и не визжал. Он положил свою лобастую голову мальчику на плечо и шумно вздыхал, совсем как родитель. Стоян заметил, что при выдохе у него из ноздрей вырываются тоненькие струйки пара. Дракон опять что-то прорычал, уже настойчивее, дракончик соскочил с рук и принялся старательно рыться в костях, разгребая всё вокруг. Он рылся и рылся, пока не раскопал большую ямку не только в костях, но и в земле. Тогда он схватил Стояна за меховую накидку и подтащил его к яме, что-то ему показать. Стоян заглянул в яму и увидел в ней большой жёлтый зуб с дыркой внутри. Дракончик подтолкнул зуб к Стояну и что-то проверещал. Стоян догадался, что дракончик просит его взять себе зуб. Он взял зуб и положил его в карман штанов. Дракончик печально смотрел на него, и Стояну показалось, что в его больших, фиолетовых глазах заблестели слёзы. Дракон опять что-то прорычал, и вдруг схватив мальчика за шиворот, резко швырнул его к себе на спину.
  Стоян шлёпнулся между крыльев и не успел опомниться, как дракон взлетел в воздух. Ни разу мальчику не приходилось испытывать ничего подобного, он едва успел ухватиться за какой то шип, росший между крыльев и поудобнее сесть, как дракон был уже далеко от гнезда. Дракон стремительно летел над океаном, над ними проносились белоснежные, пушистые груды облаков
  И восхищённый Стоян, понял, что дракон несёт его к острову. Вскоре мальчик уже видел его очертания. Когда они подлетели, дракон плавно опустился на берег и, повернув голову к Стояну, внимательно посмотрел на него.
   - Спасибо тебе, большое,- сказал Стоян и осторожно погладил дракона по коричневой, бугристой шее. Дракон кивнул, аккуратно подхватил Стояна за шиворот и, поставив на землю, склонил перед ним голову. Стоян осторожно прикоснулся к его грубой коже. Дракон шумно вздохнул, закрыл глаза и положил свою огромную голову мальчику на плечо. Совсем как дракончик. Колени у Стояна подогнулись, и он чуть не упал, ему показалось, что дракон хочет вдавить его в землю, но дракон лежал тихо и только время от времени печально вздыхал, выдыхая при этом целые облака густого пара. Потом он поднялся, потоптался немного на месте и, взмахнув крыльями, резко взлетел. Уже издалека раздался его резкий прощальный крик. Стоян поднялся, (когда дракон взлетал, его воздушной волной швырнуло на землю), и, поправив за плечами короб, повернулся чтобы посмотреть, куда он попал.
  
   6.
  
   Огромный, прекрасный остров расстилался перед ним. Несмотря на то, что зима была в самом разгаре, здесь не было холодно. Яркое, почти что, весеннее солнце, весело играло в чистом, голубом небе. Вдалеке, на самой вершине холма, среди прекрасных вековых елей, высился огромный замок, больше похожий на сказочный дворец или терем. Рядом с замком росла гигантская берёза. Стоян ни разу в жизни не видел таких деревьев. Она была выше замка, верхних веток совсем не было видно, они терялись за белоснежными облаками. С вершины холма, извиваясь и постоянно теряясь среди многочисленных деревьев, стекало великое множество речушек. И тишина вокруг стояла просто невообразимая. За время своего путешествия мальчик привык к тишине, но даже в степи она была не такая гулкая. В степи он слышал вой ветра, в лесу птичий гомон, потом шум океана, а здесь стояла мёртвая тишина. Не слышно было даже журчания стекающих с холма речушек. Сердце у Стоянаа ёкнуло, несмотря на необычайную красоту, остров казался зловещим. Стоян посмотрел в сторону океана, дракона уже не было видно. Ну что же, делать нечего, Стоян ещё раз поправил короб и решительно направился в сторону замка. Примерно на полпути, когда мальчик перешагивал через очередной молчаливый ручеёк, он услышал песню. Песня была незнакомая и не очень красивая, но это были первые звуки, которые Стоян услышал, находясь на этом острове, поэтому он кинулся на них сломя голову. Стоян перескочил через две или три речушки, продрался через колючие кусты ежевики, выскочил на небольшую полянку и чуть не сбил с ног высокого, бородатого старика, подвязывающего сломанную берёзку. Старик удивлённо уставился на него, Стоян тоже замер.
   - Оп-па, а ты кто ж таков будешь?- Первым пришёл в себя старик.- Чегой то я тебя здесь раньше не видел.
   - А я, я только что прилетел,- пробормотал Стоян.
   - Только что прилетел,- покачал головой старик,- а на чём же ты прилетел? Уж, не на ковре-самолёте ли?
   - Нет, не на ковре, я на драконе прилетел.
   - На драко-о-о-оне,- протянул старик,- уж, не на той ли громадине что четверть часа назад кружила над островом.
   - На том,- кивнул головой Стоян.
   - Ишь, ты,- уважительно проговорил старик,- как же ты умудрился это проделать, обычно эта тварь времени зря не теряет, жрет, что не попадя, даже камни глотает. Ну что же, раз ты так сюда рвался, значит тебе это для чего-то нужно. Давай знакомиться, я лесник здешний, живу тут при замке, пошли ко мне, чайку попьём да поговорим.
   Он подобрал с земли туго набитый мешок и, забросив его за спину, повёл Стояна к замку.
   На подходе к замку речки стали попадаться чаще, и были гораздо шире, но старик прекрасно знал нужную дорогу и они ни разу не замочили ног. Возле самого подножия холма, там, где они текли почти, что сплошным потоком, Стоян увидел большую деревянную избу. Старик подвёл мальчика к ней, и Стоян увидел, как из-под крыльца выскочил маленький лохматый щенок и заливисто лая кинулся ему под ноги.
   - Что Волчок, соскучился, ну не бранись, не бранись, свои пришли,- ласково потрепал старик щенка по мохнатому загривку,- а ты не боись, он ещё и кусаться то не умеет, малой ещё.
   - Я не боюсь,- улыбнулся Стоян,- я всяких собак люблю, и больших тоже.
  Они вошли в избу, старик кинул в угол свой мешок и, подойдя к большой, в половину комнаты печи, зажёг в ней огонь.
   - Ты давай, садись вон на лавку, да рассказывай, а я пока чай налажу, да на стол соберу.
  Он поставил на стол большой, закопченный чайник, а на стол выставил мисочки с мёдом и вареньем, пироги, большой каравай белого хлеба и запотевшую кринку с молоком. Стоян сглотнул слюну.
  
   - Я то ведь дедом тебе прихожусь, по бабушке,- сказал ему старик, когда Стоян рассказал ему свою историю,- поживёшь пока у меня, раз уж мы с тобой родственники. С дочкой тебя познакомлю, она тебе погодка будет. Жена у меня умерла, а дочка осталась, шкодница, однако, но умница,- старик горделиво улыбнулся, было видно, что он гордиться своей дочерью.
   - А как вашу дочку зовут?- Спросил Стоян, незаметно прислоняясь к стене и с трудом подавляя зевоту. От сытости его клонило в сон, и он всеми силами старался не показать этого, старательно вникая в разговор.
   - Владиславой зовут, Владочкой значит.
   - А где она сейчас?
   - Да бегает где-то,- махнул рукой старик,- раньше то всё в замке пропадала, по годам то она для школы ещё мала, да всё одно, из замка не вылазила, а сейчас ей в замок ходу нет, вот она по улице то и бегает. Как придёт, я вас познакомлю.
   - А почему ей в замок ходить нельзя?
   - А про то у нас с тобой особый разговор будет. В замке сейчас нехорошие дела творятся, тёмные. Ученики почти все поразъехались, мало, кто остался. Новый директор другие порядки завёл, да и не директор он вовсе,- старик презрительно махнул рукой,- лиходей он, в школе остались только те, кому его порядки по душе, кто не боится.
   - Чего не боится?
   - С тёмной силой якшаться, оно ведь как тёмная магия она даром тебе не даётся, она взамен душу у тебя забирает. Ох, не понравится Криадлу то, что ты добраться сюда сумел, уж он так старался, так старался, не пустить тебя на остров, а ты тут как тут. Он ведь о тебе заранее знал, помешать тебе хотел, а не вышло у него. Знать, не все силы ему, подвластны.
   Старик поднялся и тяжело вздохнув, принялся убирать со стола, Стоян ошарашено смотрел на него. Весь сон слетел с него, он не мог понять, чем он помещал новому школьному директору, пусть даже такому злодею как Криадл. Зачем нужно было наколдовывать бурю, принёсшую столько бед? Только затем, чтобы помешать ему, добраться до острова? А может быть те видения в дупле, когда он чуть не задохнулся, тоже его рук дело? Но что он, мальчишка почти не умеющий колдовать, сделал такому могущественному, взрослому волшебнику? Волшебнику сумевшему заколдовать самого Добромира. Всё это не укладывалось у Кирилла в голове. Он хотел помочь старику убрать со стола, но в это время на улице послышался испуганный лай Волчка. Старик насторожился, и аккуратно поставив на стол, пустую посуду, повернулся к двери. На крыльце послышались тяжёлые шаги, дверь отворилась, и в комнату вошёл высокий волшебник с длинными чёрными волосами до плеч, его чёрные, сросшиеся на переносице брови, были недовольно нахмурены. Одет он был в чёрный плащ до пят, а в руках держал посох, тоже чёрный. Наверху посоха, о,
  Ужас, торчала сушёная воронья голова, а сам посох был весь исписан таинственными серебряными рунами и разными непонятными знаками. Стояну показалось, что от посоха, как и от волшебника, волнами исходит невидимая, но очень мощная злая сила. Волшебник пристально посмотрел сначала на Стояна, у мальчика сердце ушло в пятки от его взгляда, а потом несколько презрительно на старика, и холодно произнёс.
   - У тебя гости, Ворон, не познакомишь нас друг с другом, так сказать?
   - Так это,- растерянно сказал старик,- это родственник мой из деревни приехал, мальчонка совсем. Родители у него померли, вот он до меня и приехал. Не прогоню же я его, сирота всё-таки.
   - Сирота говоришь,- волшебник с горестным видом покачал головой, но голос его при этом остался холодным и презрительным,- сироту обижать нельзя, это ты правильно говоришь. Да вот только у тебя у самого дочка есть, за ней глаз да глаз нужен, и живёшь ты, надо сказать, небогато. А тут ещё один рот, его кормить надо, обувать, одевать надо. Что скажешь Ворон?
   - Так что скажу?- Развёл руками старичок.- Знамо надо, и кормить надо, и одевать надо. А что же тут поделаешь? Да оно как, где один, там и двое.
   И он уставился на Криадла чистым, младенческим взглядом.
   - Добрый ты человек Ворон, вижу что добрый. Я вот тоже хочу доброе дело сделать, работы у тебя много, тебе со своей дочерью управиться трудно, а тут ещё сирота. Решил я тебе помочь. Возьму сироту к себе, в ученики. И не благодари меня, не благодари,- усмехнулся волшебник, видя, что старик собирается возразить,- а ты, сирота, собирайся. Считай, что сегодня тебе крупно повезло, ты попал в ученики к величайшему волшебнику в мире. Да поторопись сирота, я, знаешь ли, ждать не люблю.
  Старик попытался снова что-то сказать, но взглянул на волшебника и промолчал, только взял мальчика за плечо и крепко сжал его. Стоян взглянул на него, и Ворон ободряюще кивнул ему, Стоян подхватил свой короб и вышел вслед за волшебником на улицу. Волшебник, не глядя на него, стремительно шёл к подножию холма, Стоян торопливо семенил за ним. Речушки, разбегающиеся по острову, стекали с вершины холма сплошным потоком. Волшебник подошёл к потоку и, направив посох в сторону летящей сверху воды, выкрикнул какое-то заклинание. Серебряные изображения у него на посохе на мгновение вспыхнули, и вода замерла. Он ещё раз, теперь уже плавно, взмахнул посохом и перед ним, выросла широкая мраморная лестница, ведущая прямо на вершину холма. Волшебник взошёл на лестницу, Стоян поспешил за ним. Когда они поднялись на самый верх - лестница исчезла, а вода опять совершенно беззвучно потекла вниз. Стоян только покачал головой.
   - Я совершенно не выношу излишнего шума, пение птиц, шум прибоя, журчание ручья, шелест листвы, всё это меня раздражает,- не глядя на Кирилла, сказал волшебник.- Меня занимают гораздо более серьёзные вещи и ничто не должно мне мешать, поэтому здесь и ветер и вода - совершенно бесшумны, а птицам,- тут он холодно усмехнулся,- птицам это не по душе, поэтому они улетели.
  Наверху раскинулся ещё более прекрасный вид, чем внизу. Огромный деревянный дворец трудно было назвать замком. Он как бы рвался ввысь, множество резных башен и башенок украшали его. Рядом с замком росла БЕРЁЗА, несмотря на то, что была зима, на ней сохранилось много золотых листьев, и они красиво светились под ярким солнцем и совсем не выглядели пожухлыми и сморщенными. Вокруг росло множество вековых сосен, елей и других, самых разнообразных деревьев. Портил прекраснейший вид огромный каменный забор, со всех сторон окружавший замок. Волшебник, а за ним и Стоян прошли вдоль забора, и подошли к большим, железным воротам, врезанным в забор. Возле ворот ходил огромный волк. Увидев волшебника, волк отскочил в сторону, а когда Кирилл попытался пройти вслед за волшебником, волк преградил ему дорогу и, ощетинившись - зарычал. Шерсть у него на загривке вздыбилась, а глаза... Стоян никогда ещё не видел таких злобных и алчных глаз. Две узенькие, жёлтые щёлочки, они притягивали и отталкивали одновременно. Стояну захотелось закричать и бежать отсюда, куда глаза глядят, потому что сейчас обладатель этих ужасных глаз вцепится в горло и будет рвать... рвать... рвать...
   - Оставь Мракс,- не оглядываясь, насмешливо сказал волшебник, рано ещё, он ПОКА ЕЩЁ НЕ ПРОВИНИЛСЯ. Волк недовольно зарычал и отступил, Стоян торопливо прошёл в ворота и, отойдя на безопасное, как он думал, расстояние - оглянулся. Волк смотрел на него, не мигая, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.
   - Тебе следует держаться от него подальше,- сказал Стояну волшебник, странным голосом в котором сквозь кажущее равнодушие - слышалась угроза - хотя мне кажется, тебе следовало бы держаться подальше от этого острова.
  Стоян промолчал и только прибавил шагу, стараясь держаться поближе к волшебнику.
   - Ты абсолютно прав,- вновь сказал волшебник и в его голосе Стоян явственно услышал насмешку. Они поднялись на крыльцо замка и вошли внутрь. Мальчик на мгновение оцепенел. Прямо перед ними, посередине просторного светлого холла, была роскошная деревянная лестница. В холле было очень светло, свет лился в большие решётчатые окна, а стены холла были украшены невиданными резными узорами. Волшебник прошёл мимо лестницы, повернул налево и оказался перед неприметной, маленькой дверцей. Он открыл её и начал спускаться по узенькой деревянной лестнице. Кирилл, недоумевая, шёл за ним. Здесь не было ни окон, ни вообще какого-нибудь освещения, лишь слабо светился посох волшебника, освещая дорогу на два шага вперёд.
   - Помещения замка находятся не только наверху, но и внизу,- бесстрастно пояснил волшебник,- сейчас народу в замке до безобразия мало,
  Поэтому я решил, что нам всем хватит места внизу. Здесь намного уютнее и ничто не отвлекает от самого процесса...
  Насчёт уюта Стоян не мог с ним согласится, но он благоразумно промолчал. Мальчик старался ни о чём не думать, он уже понял, что волшебник умеет читать мысли. Они долго шли по узенькой лестнице, опускаясь всё ниже и ниже, и если наверху было тепло, то здесь Стоян очень скоро замёрз, несмотря на то, что на нём была меховая накидка. Волшебнику же было хоть бы хны. Вероятно, они были уже глубоко под землёй, потому что стены здесь были сырыми, а воздух затхлым. Наконец лестница кончилась, и они оказались в большом подземелье с низким потолком и твёрдым земляным полом, здесь было немного светлее, так как по стенам были развешаны факелы. Они сильно чадили, но всё-таки давали немного света, и Стоян увидел, что в подземелье имелось много дверей. Волшебник подошёл к одной из них, открыл и знаком велел Стояну войти. Мальчик повиновался. Он оказался в крохотной комнатке без окон, на стене которой, как и в коридоре, висел факел. Стены в комнатке были сырыми и густо затянутыми паутиной, а обстановка, самой что ни на есть скромной. Около одной из стен стояла узкая деревянная кровать под чёрным бархатным балдахином, около другой - большой деревянный стол, занимающий практически всё оставшееся пространство.
   - Располагайся, это теперь твоя комната, - сказал ему волшебник,- ты проделал долгий путь, поэтому сейчас можешь отдохнуть, ужин тебе принесут, из комнаты никуда не выходи. Я надеюсь, ты уже понял, что я люблю, когда мне повинуются, и я никогда,- тут он понизил голос практически до шёпота,- НИКОГДА НЕ ДАЮ ВТОРОГО ШАНСА. Пока ты ещё не пленник, но очень скоро можешь им стать. А пленникам, я уверяю тебя, в моём замке приходится несладко.
  Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, Стоян услышал, как в замочной скважине повернулся ключ, отрезая ему путь наружу.
  Стоян снял с себя короб, поставил его в угол и огляделся. В комнате было сыро и плохо пахло.
  Мальчик сел на кровать и задумался. Он уже жалел, что не послушался Ауку. Ну, подумаешь жить в лесу, всё-таки не в сыром промозглом подземелье. Аука был добродушен и приветлив, а здесь он сразу стал пленником. И в этом Стоян ничуть не заблуждался. Он долго сидел, пригорюнившись, пока глаза у него не стали слипаться. Тогда он как был в меховой накидке, так и улёгся на влажные, пахнущие плесенью простыни, закутался во влажное, нисколечко не греющее одеяло и заснул беспокойным, тревожным сном.
  
   Проснулся Стоян, оттого, что кто-то невидимый настойчиво тряс его за плечо и называл по имени.
   - Кто это? - Воскликнул он, подскакивая на кровати и подтягивая ноги к подбородку.
   - Тихо ты, не ори, а то сейчас кто-нибудь примчится,- раздался недовольный шёпот, и перед Стояном появилась маленькая, растрёпанная и очень сердитая девчонка.- Чего ты орёшь как оглашенный?
   - Испугался я,- тоже перешёл на шёпот Стоян,- я ведь спал, а тут ты, я тебя сразу не заметил.
   - Спал он,- недовольно прошептала девчонка,- тоже мне родственник нашёлся. Разлёгся как дома. Нашёл время спать. Так всё на свете проспать недолго, выбираться надо, а он дрыхнет.
   - А ты кто такая, раскомандовалась тут,- недовольно пробурчал Стоян,- как будто я сам не знаю, что выбираться надо. А как тут выберешься, когда я под замком сижу, да ещё волки вокруг всякие. Видел я у ворот одного такого, чуть не сожрал меня.
   - Это Мракс,- уже спокойно сообщила ему девчонка,- это не волк, а волкодлак, оборотень. Он бы тебя точно сожрал, и не подавился бы. Гад такой. Самый первый Криадлов прислужник. Его тут все боятся, даже тёмные.
   - А ты кто такая?- Спросил Стоян.- И как ты сюда попала?
   - Я Влада, дочка Ворона. Его то ты знаешь? Он меня тебе на выручку послал. Давай, собирайся скорей, выбираться надо отсюда, пока нет никого. Стоян подхватил короб и быстро надел ему на плечи, девчонка подошла к двери и прислушалась.
   - Тихо, разбежались все, Криадл в ярости, вот они и попрятались.
   - Я тоже подумал, что он, какой то злой,- прошептал Стоян,- только не понял почему.
   - Непонятливый какой,- усмехнулась девчонка,- да из-за тебя он в ярости. Он же тебя всю дорогу пока ты сюда шёл уничтожить пытался, а тебе хоть бы что. Я пока до тебя добиралась - слышала, как он бушевал, целую сотню злопырей внизу, своим посохом испепелил, даже головёшек не осталось.
   - А кто такие, злопыри?
   - Упыри такие, нечисть, раньше то их не было, а сейчас поразвелось, плюнуть некуда. Всё, тихо, хватит болтать.
  Она тихонько приоткрыла дверь, и жестом поманив за собой Стояна, осторожно выскользнула наружу, Стоян за ней. Они направились к лестнице, но неожиданно с той стороны послышался скрип открываемой двери и приближающиеся шаги.
   - Назад,- одними губами прошептала девчонка, и они быстро метнулись обратно в комнату.
   - Ложись на кровать,- велела девчонка, неслышно запирая дверь.- Ты спишь, меня здесь нет.
  Мгновение и она исчезла, Стоян скинул короб, лёг на кровать, повернувшись лицом к стенке, и закрыл глаза. Сердце его колотилось у самого горла, Стоян изо всех сил старался не о чём не думать, чтобы Криадл или кто-то там ещё, ни о чём не догадался. Дверь отворилась, и в комнату кто-то вошёл. Мальчик старался дышать как можно спокойнее и глубже, как будто он спит, а сам прислушивался. Кто-то подошёл к столу и что-то на него поставил, звякнула медная посуда. Потом этот кто-то подошёл к нему и постоял рядом. Стояну показалось, что чей то недобрый взгляд сверлит ему затылок. Постояв так некоторое время, этот кто-то повернулся и вышел из комнаты, не забыв запереть за собой дверь. Некоторое время Стоян ещё лежал, боясь, пошевелится, потом медленно сел. Влада уже снова стала видимой, она подошла к двери и стояла возле неё, вслушиваясь в гулкую, страшную темноту.
   - Всё, ушел, давай поторапливаться, пока никого нет,- прошептала она.
   - Кто это был?
   - Да, так, пустяки, домовой это был. Они замок покинуть не могут, колдовством к нему привязаны, вот и вынуждены Криадлу служить.
   - Он бы нас выдал?
   - Может быть, и не выдал бы, да только не стоит нам сейчас рисковать зря. И по лестнице идти не стоит, наверняка Криадл возле неё стражу поставил, я то могу, невидимкой обернутся, а ты пока нет. Надо другой путь искать.
  Влада задумалась и Стоян, несмотря на опасность, улыбнулся, девчонка выглядела презабавно, курносая, светловолосая, она смешно сморщила нос, нахмурилась и закусила губу. Самому Стояну было очень страшно, а девчонка вела себя решительно и смело, ничуть не показывая своего страха, и Стоян тоже старался вести себя соответственно. Перетрусить перед девчонкой, ещё не хватало! На самом же деле иногда ему хотелось заплакать.
   - Ты можешь побыть немного один,- спросила его девчонка,- я схожу на разведку, я быстро, только туда и обратно, может быть, никакой охраны нет, и мы сможем выбраться по лестнице. Стоян кивнул и девчонка, обернувшись невидимкой, выскользнула из комнаты, дверь она прикрыла, но запирать не стала. Несколько минут, которые Стоян провёл в одиночестве, показались ему часами, но вот, наконец, девчонка вернулась, и мальчик облегчённо вздохнул. Девчонка осторожно закрыла за собой дверь и молча села рядом с Кириллом на кровать. Лицо у неё было мрачным.
   - Ну что? - Осторожно спросил у неё Стоян,- дорога свободна.
  Девчонка сердито посмотрела на него.
   - Там полно охраны, Криадл согнал сотни две злопырей, десяток троллей, а командует ими Мракс. Я чуть не попалась, злопыри и тролли глупые и запахов не чувствуют, ихняя вонь им все запахи перебивает, а у Мракса с обонянием всё в порядке. Так что по лестнице нам путь заказан, Мракс и невидимку сможет почуять.
  Девчонка вздохнула и поднялась.
   - Ты побудь ещё немножко один, где-то здесь есть подземный ход, и ведёт он наружу, прямиком к океану. Я пойду, поищу. А ты попритворяйся ещё немного, будто спишь, вдруг проверять будут.
  И она опять ушла, на этот раз, заперев за собой дверь. Стояну было очень страшно вновь оставаться одному. Он посидел немного на сундуке, потом поднялся и принялся ходить по комнате. Туда-сюда, сюда-туда, из угла в угол. Он не мог понять, что происходит, почему Криадл хотел его уничтожить, зачем привёл сюда и запер, что он хочет с ним сделать. Девчонка долго не возвращалась, и Стоян начал волноваться за неё. А вдруг она попалась, вдруг этот злобный Мракс унюхал её и поймал, а потом сожрал. Стоян прерывисто вздохнул, "не надо думать про страшное, Мракс далеко, на лестнице, а Влада умеет становиться невидимой. Она обязательно вернется, и они спасутся, и втроём, вместе с её отцом, уедут с этого проклятого острова. Может быть, у Ворона есть лодка, а если и нет, то они её построят". За дверью послышались осторожные шаги и Стоян метнулся к кровати, повалился на неё, лицом к стене, и закрыл глаза. Дверь тихонько заскрипела, отворилась и сразу же закрылась.
   - Вставай, это я,- раздался знакомый шёпот, и мальчик обрадовано вскочил.- Нашла я подземный ход, и рядом нет никого, вся нечисть на лестнице, а ученики по своим комнатам сидят. Дрыхнут, наверное, ночь на дворе.
  Стоян обрадовано вскочил и быстро подхватил свой короб. Приготовился идти. Но Влада стояла, и задумчиво глядела на него.
   - Ну что, идём? - спросил Стоян.
   Девочка отрицательно покачала головой.
   - Побег могут быстро обнаружить, вдруг кто-нибудь вздумает проверить, что ты делаешь. Надо что-то придумать, отвлечь их как-то. Постой-ка,- вдруг кинулась она к кровати. Добежав до нее, она легла на пол и, ужом протиснувшись под кровать, начала чем-то там греметь. Через несколько минут она, пыхтя, выползла из-под кровати, волоча за собой большой, пыльный чемодан. Стоян с удивлением смотрел на неё.
  Влада поставила чемодан на кровать и принялась вытряхивать из него какие-то старые, вонючие тряпки.
   - Зачем тебе это вонючее барахло? - Удивился Стоян.
   - Занадом! Буду куклу делать.
  Влада подобрала несколько тряпок, остальное положила обратно, закрыла чемодан и принялась старательно укладывать тряпки на кровати, устраивая подобие человеческой фигуры.
   - Если кто зайдёт, пусть думает, что ты спишь,- объяснила она Стояну,- возьми факел, в подземном ходе освещение не предусмотрено.
  Стоян вытащил из стены факел, и они осторожно, крадучись, вышли из комнаты. Влада старательно заперла дверь и, взяв Стояна за руку, повела его в сторону, противоположную лестнице. Они тихо прошли весь коридор и, дойдя до самой дальней стены, уткнулись носом в маленькую дубовую дверь, запертую на огромный, висячий замок. Влада провела над замком ладонью и замок, тихонько щёлкнув, открылся.
   - Проходи вперёд,- велела девочка, пропуская Стояна.
   Стоян вошёл в маленькое узенькое помещение. Темнота здесь была кромешная, мальчику даже показалось, что факел не освещает, а сгущает тьму. Влада возилась с дверью, что-то нашёптывая и водя по ней руками.
   - Ну что ты встала, пошли,- поторопил её Стоян, но девочка недовольно дёрнув плечом, продолжала что-то шептать.
   - Я дверь заговаривала, если погоня будет, сразу не откроют, помучаются,- объяснила она несколько минут спустя.- А теперь пошли.
   Некоторое время ребята то и дело останавливались и прислушивались, нет ли за ними погони, но постепенно страх у них прошёл. Они бодро шагали вперёд, по-прежнему, крепко держась за руки. Внезапно Влада замолчала и остановилась, прислушиваясь.
   - Ты чего? - Удивлённо спросил её Кирилл.
   - Подожди, мне кажется, что рядом кто-то стонет,- прошептала девочка.
  Кирилл прислушался и тоже услышал слабые, приглушённые стоны. А Влада уже мчалась вперёд. Кирилл побежал за ней. Пробежав несколько шагов по коридору, они увидели в стене железную дверь, закрытую на большой висячий замок. Девочка, недолго думая, поднесла ладонь к замку и несколько раз быстро сжала и разжала её над ним. Замок превратился в песок и тихо шурша, осыпался на пол.
   - Помоги мне открыть дверь,- попросила она Стояна. Вдвоём они с трудом открыли тяжёлую железную дверь, и Влада опрометью кинулась к высокому, седому старику в серебряном плаще, без чувств лежавшему на куче грязного тряпья посередине крохотной каморки.
   - Добромир Святославович,- простонала девочка, склоняясь перед стариком.
   - Он спит,- прошептал Стоян, присаживаясь на корточки рядом с девочкой.
  Глаза у старика были закрыты, он громко стонал и вздрагивал во сне.
   - Добромир Святославович, проснитесь,- просила девочка, тряся старого волшебника за плечо.
   - Он не проснётся,- сказал Стоян,- это зачарованный сон, волшебный, мне бабушка про такое рассказывала. Расколдовать его может только тот, кто его заколдовал, то есть Криадл. А он его никогда в жизни не расколдует.
   - Я знаю, знаю,- повернула к нему Влада залитое слезами лицо,- но бросить его одного я здесь не могу. Чтобы он здесь умер, умер один, ты этого хочешь, да? - И она заплакала навзрыд, бросаясь волшебнику на шею и изо всех сил прижимаясь к нему. Неожиданно стон прекратился, и во внезапно наступившей тишине, Стояну показалось, что волшебник пошевелился. Девочка медленно поднялась и, выхватив из рук Стояна факел, пристально всмотрелась волшебнику в лицо. Вот старик опять пошевелился, ресницы у него дрогнули, и он медленно открыл глаза.
   - Ураааааа!- закричала Влада, сунула Стояну факел и, обняв старика, принялась покрывать поцелуями его старое, морщинистое лицо. Стоян тоже улыбался, он уже давно понял, что тоже не может уйти, оставив беззащитного волшебника в логове врага. Волшебник непонимающе посмотрел на них и спросил тихим, надтреснутым голосом.
   - Дорогие дети, не соблаговолите ли вы, ненадолго успокоится, и сообщить мне, где я нахожусь?
   - Добромир Святославович,- тараторила Влада, всё ещё обнимая старика.- Вас Криадл заколдовал, насовсем, чтобы Вы уснули и не проснулись. И запрятал сюда, чтобы Вас никто не нашёл. А школу он превратил в школу Чёрной магии, только там теперь совсем мало учеников. Только те, кому нравится. А мы Вас случайно нашли и нечаянно расколдовали. Здорово, правда? Ура?
   - Дорогая девочка,- сказал старик, печально улыбаясь и гладя девочку по голове,- в нашем мире не бывает случайностей и нечаянностей и всё что происходит глубоко взаимосвязано. Грустно, что произошли такие печальные события, но теперь давайте-ка выбираться отсюда. Может быть, мы ещё что-нибудь сможем исправить.
   - Сможем, конечно, сможем,- рассмеялась девочка, помогая волшебнику встать,- мы ещё победим этого глупого Криадлишку.
  Старик улыбнулся и, взяв детей за руки, вышел из каморки. Было видно, что ноги у него подкашиваются и идти ему очень трудно, но он не жаловался. Хотя и гораздо медленнее, они всё-таки двигались вперёд. Настроение у ребят повысилось и они уже не вздрагивали ежесекундно, в ожидании неведомых опасностей, а наоборот расшумелись, Влада рассказывала старому волшебнику о том, что произошло в школе, после того как Криадл заколдовал его, а Стоян, немного смущённо, но подробно расписывал свои приключения. Подземный ход не был ровным, широким коридором, иногда путники долго шли под уклон, иногда наоборот поднимались вверх, иногда коридор сужался, а иногда расширялся. Через какое то время, ребята утомились и замолчали, но надо сказать, что это произошло довольно не скоро. Но труднее всех было идти старому волшебнику. Он начал часто останавливаться, чтобы немного передохнуть, иногда хватался за грудь и начинал растирать её, словно пытаясь убрать оттуда что-то, что очень мешало ему дышать.
   - Давайте немного передохнём,- предложил Стоян, видя, что ещё немного и волшебник просто упадёт без сил.
   - Давайте,- обрадовалась Влада, и тут же устало, опустилась на пол,- пить охота, надо было водички взять, а я не догадалась.
   - Ой, да у меня ведь сурья есть,- воскликнул Стоян, стягивая со спины короб,- я совсем про него забыл. Он достал из короба волшебную бутылочку и протянул старику.
   - Вот попейте, Вам сразу легче станет.
   - Спасибо,- поблагодарил его старик и, отхлебнув несколько глотков, протянул бутылку девочке,- действительно полегчало.
   - А долго нам ещё идти? - напившись, спросила старого волшебника Влада,- что-то я уже устала, всё идём и идём, а конца и края дороге не видно.
   - Ну,- задумался старик,- судя по тому, где вы меня нашли, и потому, сколько мы прошли, то ещё часа два или три. Только что мы будем делать, когда выйдем наружу. Оставаться на острове опасно, особенно для вас,- он посмотрел на детей.
   - Без папы я никуда не уеду,- решительно заявила Влада,- и Вас тоже на этом острове одного не оставлю.
  Старик с улыбкой посмотрел на неё и первым поднялся на ноги.
   - Ну что же, пора идти, а то, как бы за нами погони не было.
  И они вновь пошли длинным, извилистым коридором. Свет факела освещал лишь крохотный участок в два шага, а за пределами этого участка царила кромешная тьма. Неожиданно Влада остановилась и прислушалась, Добромир тоже насторожился.
   - Что? - спросил девочку Стоян.
   - За нами погоня,- вместо Влады, ответил ему Добромир,- по видимому, ваше отсутствие заметили, нам следует поторопиться.
  Теперь и Стоян услышал посторонние звуки, вдалеке послышался топот множества ног, маленьких и больших, яростный визг и злобное похрюкивание...
   - Но тогда надо бежать, скорее,- ухватил, Стоян Добромира за руку.
   - Бесполезно,- мрачно сказала Влада,- мы не сможем бежать как они, мы устанем, и они нас догонят.
   - Но нельзя же просто так стоять и ждать,- закричал мальчик.
   - А мы и не будем ждать,- Влада вытащила из кармана узорчатый гребешок и, размахнувшись, кинула его в темноту, навстречу сверкающим огонькам, показавшимся из-за ближайшего поворота,- это их задержит.
  Оттуда раздался злобный визг и ругательства.
   - Ну вот,- удовлетворённо сказала девочка,- я же говорила что задержит,- но поторопится нам всё-таки следует.
   - Дорогая, Влада,- на бегу спросил Добромир,- не будешь ли ты любезна, объяснить, где ты раздобыла сей славный гребень.
   - Стащила из хранилища, после того как Криадл Вас заколдовал.
   - Гм,- пробормотал старик,- думается, что одним гребнем, дело не ограничилось.
   - Да уж,- ничуть не смутившись, сказала Влада,- Стоило бы рисковать из-за какого-то гребешка. Криадлишка так бушевал когда не досчитался самых интересных вещичек.
   - И он не узнал, кто побывал в хранилище? - весело спросил волшебник.
   - Где уж ему,- усмехнулась Влада,- но теперь то уж, наверное, догадается,- без всякого сожаления добавила она,- смотри-ка, уже выбрались, придётся с платочком расстаться...
  Она опять порылась в карманах и вытащила совсем уж странную вещицу, маленький платочек из белого льна. Стоян с удивлением смотрел, как она, прошептав что-то, кинула платочек назад. Оттуда опять раздался полный ярости визг.
   - Ну а теперь можно и не торопиться,- довольно сказала Влада,- через эту преграду им уже не перебраться, разве что Криадл сможет убрать её, да пока он доберётся сюда, мы уже далеко будем.
   - Я думаю, что вскорости мы выйдем на свежий воздух,- сказал волшебник, и с улыбкой добавил,- преподавание в школе я всегда предпочитал другой деятельности, именно потому, что дети, имеют обыкновение, не теряться, в любой, даже самой безвыходной ситуации, и ещё, потому, что они непредсказуемы. Это бодрит... А вот и выход...
   Действительно потянуло свежим воздухом и вскорости они увидели яркий свет. Выйдя из подземелья вслед за Добромиром и Владой, Стоян с удивлением огляделся. Они, конечно, очень долго шли, но мальчик даже и не предполагал, что они окажутся возле океана. Добромир же, так же как и Влада, ничуть этому не удивились. Добромир огляделся, и, посмотрев на ребят, озабоченно покачал головой.
   - Нам надо найти укрытие, нас могут заметить.
   - Насчет укрытия не беспокойтесь, я тут знаю одно хорошее местечко. Там нас никто не найдёт.
  Добромир с улыбкой посмотрел на неё.
   - Хотелось бы мне знать,- произнёс он словно бы про себя,- есть ли на этом острове хоть одно место незнакомое тебе.
   - У меня было много свободного времени,- весело ответила девочка,- ну что, идёмте в мою пещерку.
  Некоторое время они шли по берегу океана, стараясь укрываться за большими камнями, чтобы их не было видно сверху. По дороге Стоян то и дело поглядывал на Владу. В тёмном подземелье он не мог, как следует разглядеть девочку, и сейчас ему казалось, что он видит её впервые. Надо сказать, выглядела девочка презабавно. На ней был длинный голубой плащ. Под плащом же, на ней были мальчиковые, кожаные штаны и холщёвая рубаха. Волосы у девочки были светлые, очень длинные, голову перетягивала голубая, с серебряным шитьём, лента, глаза зелёные и очень озорные, а нос и щёки были густо усыпаны конопушками. Впрочем, девчонка ему очень понравилась. Наконец Влада подвела их к большому камню, лежащему возле высокого, глиняного берега, и легко коснулась камня ладонью. Камень исчез, словно его и не было.
   - Проходите,- пригласила девочка,- тесновато правда будет втроём, но ничего, в тесноте да не в обиде.
  Стоян прошёл, а Добромир замешкался, удивлённо оглядываясь вокруг.
   - Ты умеешь создавать иллюзии, девочка? - Спросил он, когда всё-таки вошёл.
   - Ну да,- ответила она,- немножко умею.- И лёгким движением руки восстановила камень. В пещере сразу стало темно.
   - Это очень хорошая иллюзия,- похвалил её Добромир,- даже я не догадался что камень не настоящий.
  После того как Влада восстановила свою иллюзию, в пещере стало темно и Влада засветила небольшую лампу, стоящую на столе. Добромир и Стоян с интересом оглядывались вокруг. В пещере было очень уютно. На стенах висели красивые ковры, пол тоже был покрыт ковром, таким толстым и пушистым, что ноги утопали в нём по щиколотку, возле стены стоял небольшой, но мягкий диванчик, а посередине пещеры красивый, резной столик.
   Добромир потрогал столик.
   - Замечательная иллюзия,- с восторгом сказал он,- замечательная!!!
  Влада смущённо покраснела так, что даже веснушек не стало видно.
   - Да что там, пустяки, а вот это уже не иллюзия, угощайтесь.- И она убрала салфетку со стола. Под салфеткой оказались глубокая миска с большими кусками мяса, пироги, завёрнутые в полотенце и большая кринка молока.
  После завтрака, у Стояна, да и у Добромира тоже начали слипаться глаза. Влада сотворила ещё один диван, для старика, и предложила им отдохнуть.
   - А ты чем займёшься, милое дитя? - спросил её волшебник.
   - Мне надо навестить отца,- коротко ответила она.
   - Не думаю, что это безопасно,- озабоченно сказал Добромир.
   - Я умею быть невидимой, а папа волнуется,- упрямо сказала девочка.- И вообще, ему грозит опасность, Криадл наверняка догадался, что это я увела вон его, девочка кивнула головой на Стояна,-. Он обязательно захочет отомстить.
   - Ну что же,- развёл руками волшебник,- не смею тебя задерживать, но может быть тебе помочь?
   - Да нет,- улыбнулась девочка,- тут я и сама справлюсь. Вы отдыхайте лучше, а я скоро вернусь.
  
  
   7.
  
  
   Самый великий тёмный волшебник современности в бешенстве носился по своему кабинету в замке. Кабинет был довольно тесным и волшебнику то и дело попадался под горячую руку, или ногу, какой-нибудь волшебный предмет, который он раздраженно отпихивал. Скоро весь кабинет был усыпан осколками глиняных ваз, стеклянных колб, реторт, разбросанными книгами и ещё чем-то маловразумительным. Разбились даже два деревянных кресла и довольно красивая старинная этажерка. Волшебник недовольно оглядел дело своих рук, и ног, кстати, тоже, и выскочил в коридор. В коридоре было пусто. Пустоголовые тролли, видя, в каком бешенстве их хозяин - испуганно попрятались, а оставшиеся в живых злопыри - зализывали раны. Вот куда подевались магические артефакты из хранилища. Мерзкая девчонка, и мальчишку освободила и волшебника заколдованного, каким то образом ухитрилась найти и расколдовать. А он то, с двумя малолетками справится не смог. И что теперь делать? Что если этот старый колдун вновь вернёт свои силы. Что тогда будет? Подумать страшно. Криадл схватил себя за волосы и в ярости дёрнул. Из глаз сразу полетели искры, а вместе с искрами вернулась способность к действию.
   - Мракс,- яростно заорал он,- где ты, волчья морда? Живо сюда.
  Высокая поджарая фигура неслышно проскользнула по коридору и молча встала рядом с ним.
   - Собирай свою стаю, и отправляйтесь на поиски щенков и колдуна. Найти и растерзать, всех троих!
  Волкодлак молча кивнул и довольно оскалившись, выскользнул наружу. Вскоре послышался его леденящий душу вой. Криадл же, отправился наверх, в обсерваторию. Он решил сам проследить за исполнением приказа.
  
  Осторожно, стараясь не попасть ногой, ни в один из множества волшебных ручейков, Влада пробиралась домой. "Жаль, что я не умею превращаться в животных", думала она, - "сейчас бы превратилась в птицу, да быстренько долетела до нашей избушки". Но пешком идти до избушки было далеко, да ещё неизвестно, дома ли отец. У девочки сердце замирало при мысли о том, что с её отцом могла приключиться беда. Она осторожно, стараясь не шелохнуть ни одной веточки, прокралась мимо нескольких берёзок, если Криадл наблюдает за территорией, он может и догадаться, что ветки шевелятся не зря. Вдалеке, возле замка послышался волчий вой. Девочка узнала Мракса. " Кажется, Криадл отправил его в погоню за нами,- с волнением подумала Влада,- если так то нам тяжело придётся". И сразу же, словно бы в подтверждение, послышалось грозное рычание и довольное, многоголосое тявканье...
  Но вот наконец-то она добралась до дома, и устало опустилась на порог. Дверь была закрыта снаружи. Отца не было дома. Слёзы брызнули у неё из глаз, и в бессильной ярости девочка принялась колотить кулаками по крыльцу. Тявканье раздалось ближе, и Влада подскочила, она не имеет права сидеть и лить слёзы, надо искать отца, надо спасать старого волшебника и Стояна. " Вот навязался то на мою голову,- сердито подумала она, вытирая кулаком слёзы,- звали его сюда. Все неприятности из-за него". Девочка огляделась. Тявканье волкодлаков слышалось всё ближе и ближе, они методично прочёсывали остров, легко перепрыгивая через волшебные ручейки. "От них не убежишь,- подумала Влада,- надо придумать что-нибудь другое". Внезапно она увидела старую метлу, отец давно грозился её выкинуть да всё забывал, и она так и стояла возле двери. Влада, конечно, знала заклинание, нужное для полётов, но летать не пробовала. Отец запретил, а она никогда не нарушала обещаний, но сейчас было не до них, и девочка быстро вскочила на метлу. Первые волкодлаки уже выскочили на поляну перед избушкой и ровными прыжками неслись к ней, когда она всё-таки взлетела. Самый большой оборотень, бежавший прямо на девочку, удивлённо поднял голову и злобно завыл, поняв, что добыча ускользнула.
  Взлетев прямо перед оскаленной волчьей мордой, Влада счастливо рассмеялась.
   -Что взял,- прокричала она обозлённому чудовищу и, покружившись над ним, для того чтобы ещё больше его позлить, полетела искать отца. Она старательно облетала все те места, где он мог быть, и везде замечала волкодлаков, а вот отца не было нигде. " Да где же ты?" - Шептала девочка, одно за другим облетая все возможные места его появления. Наконец ей удалось разглядеть его кожаную куртку и, оглядевшись вокруг, нет ли поблизости волкодлаков, девочка опустилась прямо перед ним. Старик сидел на коленях перед раненой совой и заботливо бинтовал ей крыло. Беззаботный Волчок весело носился вокруг него. Почуяв девочку, щенок начал с лаем бросился к ней, желая приласкаться, но девочка тут же взлетела, и щенок весело залаял на воздух, думая, что это такая игра.
   - Папа утихомирь щенка,- шёпотом попросила Влада,- и не показывай вида, что я здесь.
  Старик замер, а потом, подняв щенка на руки, принялся ласково гладить его, успокаивая.
   - Я сделала всё, что ты мне велел,- шептала девочка,- с мальчишкой всё в порядке, и ещё мы с ним нашли Добромира Святославовича. Криадл его в подземелье спрятал, а мы случайно на него наткнулись. Но теперь нам надо бежать, потому что Криадл обо всём догадался. Пап, ты помнишь пещерку на берегу? Я тебе её летом показывала.
  Старик осторожно кивнул.
   - Проберись незаметно к пещере, там ты увидишь большой камень. Это иллюзия. Приложи к нему правую руку, и он исчезнет, а когда войдёшь - восстановится вновь. Не ходи домой, там Мракс. Он чуть не поймал меня.
  Старик заметно побледнел, а девочка продолжала.
   - Со мной всё в порядке, пап, я прямо сейчас полечу в пещеру, ты тоже не задерживайся.
   И поднявшись повыше, девочка со спокойным сердцем полетела к пещере. Старик отпустил щенка и принялся дальше бинтовать терпеливо лежавшую на снегу птицу. Закончив перевязку, он поднял сову, подобрал свои инструменты, и, позвав щенка, неторопливо побрёл в сторону берега.
   Подлетев к пещере, девочка сначала огляделась, нет ли поблизости волкодлаков, и только убедившись, что всё в порядке, осторожно удалила камень и вошла в пещеру. Ни Добромир, ни Стоян не спали. Они встревожено смотрели на вход.
   - Это я,- сообщила Влада, и, восстановив камень, вновь стала видимой. Она поставила метлу в угол, и плюхнулась на диван рядом со Стояном. Старый волшебник и мальчик вопросительно посмотрели на неё.
   - Всё в порядке,- устало сообщила девочка,- папа скоро придёт, а по острову рыщет куча волкодлаков, но сюда им не добраться. И не будите меня, пожалуйста, пока я сама не проснусь.
  С этими слова она повалилась на диван и сразу же заснула.
   Проснулась Влада уже затемно. Старый Ворон уже пришёл и они с Добромиром тихонько разговаривали, стараясь не разбудить девочку. Стоян в их разговор не вмешивался. Развалившись на полу, он играл со щенком, перевернув Волчка на спину, мальчик щекотал ему пузо. Старательно продирая всё ещё слипающиеся глаза, девочка села, и хриплым со сна голосом, спросила Стояна.
   - Ну, что тут у нас новенького произошло?
   - Да ничего,- тут же ответил мальчик,- сидим тут безвылазно, на улицу не выйдешь, кругом волкодлаки бродят. Выли тут недавно жутко.
   - А ты чего хотел,- недовольно ответила ему Влада,- небось, знал куда идёшь, тебя предупреждали, что не следует сюда идти, а ты не послушал.
  Стоян виновато потупился, но Добромир обернулся и ласково сказал девочке.
   - Не стоит сердиться на него, всякая ошибка учит нас чему-нибудь полезному, к тому же, кто знает, быть может, мы и из этой ситуации сможем извлечь пользу. По крайней мере, я должен поблагодарить вас за спасение, если бы не вы, то я бы, наверное, долго не протянул. Но нам действительно следует подумать о том, как выбраться с острова.
  Влада смутилась, а Стоян, тоже смущённый, неловко пробормотал ей слова благодарности за своё спасение.
   - Ну вот,- весело сказал Добромир,- когда мы все друг друга поблагодарили, и всё друг другу простили, может быть сядем и подумаем как нам выбраться из этой, гм, - он задумался он, подбирая подходящее слово.
   - Задницы,- еле слышно прошептала Влада.
   - Непростой ситуации,- сделав вид, что не услышал, закончил волшебник.
  Стоян незаметно усмехнулся, ему, всегда такому вежливому и воспитанному, сердитая девчонка очень нравилась.
  Некоторое время они провели, обсуждая каким всё-таки образом им покинуть остров, в конце концов, так ни до чего и не додумавшись, Добромир спросил у Кирилла, как ему удалось попасть на остров.
   - Прилетел на драконе,- просто ответил мальчик,- а что тут такого?- тут же спросил он, увидев их реакцию. Влада громко ахнула и посмотрела на него с уважением, а Добромир прямо таки засветился от восторга.
   - Но как же тебе удалось приручить дракона? - С интересом спросил он.
   - Да никак я его не приручал, я его ребёнка, от какой то бешеной птицы спас, а он мне за это зуб подарил и на остров перенёс, -просто сказал мальчик, удивлённо глядя на своих спутников. Он не мог понять, почему они так бурно реагируют на его слова. Влада просто запрыгала от счастья, Добромир весело улыбался, а Ворон вытирал слезящиеся глаза.
   - Зуб дракона очень мощный магический артефакт,- пояснил ему Добромир,- отдавая его тебе, дракон признаёт тебя своим повелителем, а себя твоим слугой.
   - Но я не хочу быть его повелителем,- возмутился мальчик,- я не чьим повелителем быть не хочу, а дракон, он совсем не злой, и ребёночек у него славный.
   - Он с тобой, не злой,- сказала ему Влада,- а от кого-нибудь другого и мокрого места бы не осталось.
   - Это очень хорошо, что тебя не привлекает власть, будем надеяться, что ты прославишь себя добрыми и справедливыми деяниями,- мягко добавил старый чародей,- но сейчас на этот зуб все наши надежды. С его помощью мы сможем выбраться с острова.
   - Но как?- Воскликнул мальчик,- я не умею им пользоваться.
   - Это очень просто надо очень крепко сжать зуб в кулаке и мысленно позвать дракона. Где бы он не был, он почувствует, что ты его зовёшь, и прилетит. Покажи-ка, мне этот зуб,- попросил Добромир. Стоян вытащил из кармана и протянул волшебнику зуб.
   - Любопытная вещица,- внимательно разглядывая его, проговорил Добромир,- если этот зуб попадёт в чужие руки, дракон никогда не будет слушаться того человека. Я бы даже сказал, что ему грозит нешуточная опасность. Но тому, кому он сам дал его, он будет служить верой и правдой. Я слышал лишь об одном случае, и это было очень давно, очень...
  Он вернул зуб Стояну и, хлопнув в ладони, сказал.
   - Ну что же, я думаю, нам следует поторопиться. Не стоит задерживаться, этот остров стал слишком негостеприимен. Слишком. Подкрепимся и в путь.
   После ужина Добромир попросил у Влады блюдце с чистой водой. Когда девочка подала ему блюдце, он поставил его на стол и принялся пристально смотреть в него.
   - Путь свободен,- сказал он спустя некоторое время,- волкодлаков на побережье нет. Будем надеяться на благополучный исход нашего предприятия.
  Они быстро собрались и осторожно выбрались наружу. Стоян с удовольствием вдохнул свежий морской воздух и изо всех сил сжал в кулак руку с зажатым в неё зубом.
   - Прилети, пожалуйста, прилети,- шептал мальчик,- ты нам очень нужен, ну пожалуйста, прилети скорей.
   Они тихо стояли возле камня и ждали, а вокруг была просто давящая тишина. Стоян посмотрел вверх. Ярко жёлтые звёзды и луна освещали всё вокруг, и остров казался прекрасным. "Если бы не эта мертвящая тишина",- подумал мальчик. Около замка послышался одинокий волчий вой, ему тут же ответил разноголосый хор. Все вздрогнули. Добромир посмотрел на небо и озабоченно сказал:
   - Неладно дело, сегодня полнолуние, чувства волкодлаков обострены до предела. Если они сюда доберутся, нас не спасёт никакая иллюзия, они продерутся и сквозь неё.
   Влада испуганно охнула, а Стоян ещё крепче сжал в кулаке зуб. Острые края зуба больно воткнулись в руку, и даже кровь выступила, но мальчик не обращал на боль внимания, он всё сильнее и сильнее сжимал зуб в кулаке, шепча при этом,
   - Прилети, пожалуйста, прилети, пожалуйста. Я тебя очень прошу, очень, прилети скорей.
  Вой волкодлаков раздавался всё ближе и ближе, кровь уже не капала, а бежала на снег. Кирилл посмотрел на Добромира, тот не отрывал взгляда от неба, но, почувствовав взгляд мальчика, положил ему руку на плечо и тихо сказал,
   - Он прилетит, если он жив, то он обязательно прилетит.
  Первые волкодлаки уже выскочили из-за деревьев, и, увидев людей, понеслись к ним, делая огромные, просто гигантские прыжки. Впереди всех бежал Мракс. Он нёсся прямо на Стояна, оскалившись, и выставив наружу ужасающего вида клыки. Стоян уже видел, как эти клыки впиваются ему в горло и на снег течёт его кровь. Внезапно послышался какой-то шум, небо потемнело и волкодлаки остановились. Кирилл посмотрел на небо и увидел летящего дракона. Дракон тоже увидел Стояна и приветственно заревел, но тут опомнились волкодлаки. Они догадались, что их жертвы могут улизнуть и удвоили усилия.
   - Скорее, ну скорее же,- во весь голос кричал Стоян, Влада рядом с ним подпрыгивала от нетерпения, испуганно оглядываясь на волкодлаков. Дракон резко опустился рядом с ними, подняв тучу снежной пыли, и склонил голову перед Стояном. Мальчик бросился к нему на шею.
   - Увези нас отсюда скорее, пожалуйста, увези.
  Дракон кивнул головой и, осторожно подхватив Стояна зубами за ворот куртки, закинул себе на спину, следом за ним девочку, Ворона и... Мракс взревел и кинулся к Добромиру. Влада завизжала. Клыки волкодлака просвистели около самого горла старого волшебника, но тут Мракс взвизгнул и отскочил, шерсть на нём дымилась. Остальные волкодлаки попытались накинуться на дракона, но тот лишь махнул хвостом, отметая их в сторону, схватил Добромира за плащ, рывком забросил его за спину и, потоптавшись немного - взлетел. Холодный ветер хлестал Стояну в лицо, но он смеялся, крепко обнимая бугристую шею дракона. Рядом с ним всхлипывала Влада. Добромир и Ворон молчали, а внизу яростно выли волкодлаки, и Стояну казалось, что он слышит полный боли и ненависти вой Мракса.
  
   К утру, они долетели до противоположного берега. Осторожно опустившись на снег, дракон по очереди спустил на землю всех своих пассажиров. Стояна он снимал последним, и, очутившись на земле, мальчик решил поблагодарить дракона.
   - Благодарю тебя,- тихонько сказал он, поглаживая огромную шишковатую голову, и протянул дракону зуб, всё ещё зажатый в окровавленном кулаке.- Вот, возьми. Я не хочу, чтобы ты был моим слугой, я хочу, чтобы ты был мне другом.
  Дракон опустил голову, а когда поднял её, мальчику показалось что у него в глазах стоят слёзы. Стоян не понял, что он хотел сказать и опять протянул ему зуб, но дракон покачал головой, а потом положил голову ему на плечо. Мальчик ласково погладил его, дракон шумно вздохнул, выпустив целые облака густого пара, и подтолкнул мальчика к притихшим спутникам.
   - Спасибо,- ещё раз сказал Стоян, и вдруг увидел ещё одного, точно такого же дракона, только поменьше ростом и с фиолетовыми глазами. Он нёсся к Стояну, изо всех сил разметая снег позади себя коротким шипастым хвостом. Пасть у него была открыта, оттуда свешивался огромный лиловый язык и торчали довольно-таки острые зубы. Стояну показалось, что он хочет проглотить его, и он испуганно юркнул за своего дракона, но маленький дракон ловко оббежал его и, подлетев таки, к мальчику боднул его головой в живот. Стоян изо всех сил шмякнулся на снег, и оторопело посмотрел на него, а дракон выписывал вокруг него круги, размахивая во все стороны хвостом. Большой дракон раскрыв рот, тряс головой, словно смеялся.
   - Это что,- спросил его Стоян,- это твой детёныш что ли? Это твой ребёнок?
  Дракон согласно покивал головой. Стоян осторожно поднялся и, отряхнувшись, подошёл к дракончику.
   - Ну, ты и вымахал, - сказал он, ласково поглаживая его. Дракончик весело косил на него фиолетовым глазом. Добромир, Ворон и Влада стояли в сторонке и смотрели на Стояна и драконов. Ворон и Влада с удивлением, Добромир с весёлым восхищением. Он один осмелился приблизиться к Стояну и, положив руку ему на плечо, сказал.
   - Я думаю, у тебя появились замечательные друзья, я слышал об одном волшебнике, который дружил с драконом, а у тебя два друга дракона. Если так дальше дело пойдёт, тебя станут называть повелителем драконов.
   - Я не хочу быть ничьим повелителем,- сказал Стоян.
   - Мальчик мой, у тебя чистая и искренняя душа,- в голосе старого волшебника зазвучала грусть,- поверь мне, я имел много учеников и не часто встречал таких как ты. Если ты не против того, чтобы я обучил тебя всему тому, что знаю и умею сам, я с радостью возьму тебя в ученики. Насколько я понял, возвращаться тебе некуда. Стоян посмотрел на волшебника, на присмиревших драконов и на Владу с Егором, скромно стоявших поодаль.
   - А они,- спросил он у Добромира,- куда пойдут они?
   - Мы и не думали расставаться,- спокойно пояснил волшебник,- У меня есть свой замок в горах, далековато правда, но может быть твои друзья, помогут нам туда добраться, я думаю, что там нам будет неплохо. Владислава, девочка необыкновенных способностей, немного дерзкая, но яркая, и как ты заметил, никогда не бросает друзей в беде. Я буду рад учить вас обоих.
  Стоян посмотрел на Владу, девочка улыбнулась ему, и мальчик согласно кивнул.
   - Ну что же, по-моему, твои друзья уже поняли, что им нужно делать,- улыбнулся чародей,- драконы отличаются необычайным умом, хотя они крайне подозрительны и недоверчивы. Предоставлю тебе самому пообщаться с ними, вряд ли они послушают меня.
   Уже через час, после того как люди и драконы плотно позавтракали, они летели в замок Добромира. Рядом с большим драконом - летел маленький. Он уже довольно уверенно держался в воздухе и изо всех сил старался казаться взрослым драконом. Родитель, или родительница, Стоян так до сих пор и не понял - кто, с гордостью поглядывал на него. Мальчик уже немного привык кататься на драконе, поэтому с удовольствием поглядывал то вниз, то по сторонам. Они летели высоко и прямо над ними проплывали белые кучевые облака, а внизу пейзаж постоянно менялся. Сначала они летели над лесом, потом стали мелькать деревеньки и маленькие городки, а вскоре Стоян с удивлением и восторгом увидел большой и очень красивый город с высокими замками, башнями и теремами, окружёнными пышной растительностью.
   - Это Светлоград, наша столица,- сказал ему Добромир,- прекрасный город.
   - Да, очень,- согласился мальчик, разглядывая толпы людей в необыкновенных одеждах. То и дело под ними пролетали волшебники на метле и ковре самолёте, но на дракона никто не обращал внимания.
   - Странно,- немного удивлённо сказал Добромир, я беспокоился, как бы не случилось переполоха, не каждый день над Светлоградом летают драконы, а нас, кажется, не замечают.
   - Это я применила отвлекающие чары,- пояснила Влада,- я подумала, что не стоит нам пока привлекать к себе внимание.
   - Это было очень разумное решение,- похвалил девочку волшебник.
  Они пролетели город и опять летели над лесом. То тут, то там мелькали голубые кругляшки озёр. Стоян уже совсем замёрз, когда, наконец, увидел седые вершины гор, а у самого подножия гор прекрасный замок, окружённый сторожевыми башнями. Драконы пролетели над башней и начали снижаться.
   - Милости прошу,- радушно сказал старый волшебник своим спутникам, когда все очутились на твёрдой земле.
   - Стоян, я прошу тебя передать своим друзьям, что они могут передохнуть. У меня есть довольно просторный и тёплый сарай, а охотится
  они могут в горах. Там полно дичи.
  Драконы согласились передохнуть и даже обрадовались. Маленький дракончик устал и, очутившись в тёплом сарае, немедленно заснул, а взрослый дракон полетел на поиски еды. Дракончика нужно было кормить.
   Внутреннее убранство замка поразило Стояна.
   - Вы живёте здесь один,- спросил он волшебника, разглядывая прекраснейшие каменные лестницы, украшенные затейливыми узорами. Сотни картин украшали стены замка, повсюду горели факелы и свечи, а воздух вокруг казался пропитанным магией. Взглянув на старого волшебника, мальчик удивился ещё больше. Дети нашли его немощным и слабым и, несмотря на то, что волшебник старался не показывать что ему тяжело, они видели, что волшебник держится из последних сил. Сейчас же перед ними стоял хотя и немолодой, но крепкий, полный сил чародей с лучистым взглядом. Мальчику показалось даже, что Добромир стал выше ростом. Чародей улыбнулся оробевшим гостям и весело сказал.
   - Дома и стены лечат, я давно здесь не был, но всё-таки у меня найдётся, чем вас угостить. Сейчас я провожу вас в ваши комнаты, а немного погодя приглашаю вас на ужин.
   Комнаты у детей оказались рядом. Стоян с удовольствием разглядывал свою. Она разительно отличалась от той темницы, в которую поселил его Криадл. Во-первых, она находилась в башенке, на самом верху замка. Во-вторых, она была просторной и уютной одновременно. Около стены стояла огромная кровать под бархатным балдахином, а рядом с кроватью, уютное кресло. У другой стены стоял большой платяной шкаф с зеркальными дверцами, а у окна рабочий стол и стул. На стенах повсюду висели полки, уставленные множеством книг, а под потолком висела огромная люстра с сотней свечей. Мальчик перевёл взгляд на пол, под ногами лежал красивый турецкий ковёр.
   - Ты видел?- Закричала вбежавшая в комнату Влада,- Вот здорово, у меня никогда не было такой комнаты.
  Она плюхнулась в кресло и принялась оглядывать комнату.
   - У меня тоже много книг, интересно, а читать их можно. А в коридоре ещё одна комната, я туда заглянула, там гостиная, много кресел и столов, а ещё камин. А вон та маленькая дверь, видишь?- Она показала на стену, и Стоян действительно увидел маленькую дверь, которую раньше не заметил.- У меня там ванная, у тебя наверно тоже, ты посмотри.
   " Ну и тараторка",- подумал Стоян, снимая короб и разбирая вещи. Открыв гардероб
  он увидел множество плащей разного цвета, с капюшонами и без.
   - Как ты думаешь,- спросил он у девочки,- я могу положить сюда вещи?
   - Да конечно можешь,- махнула она рукой,- это же твоя комната.
  В это время в комнату вошёл чародей, рядом с ним мальчик увидел маленького, похожего на гнома человечка с длинными руками и коротенькими ногами одетого в простые штаны и рубаху.
   - Ну что, устроились,- спросил чародей,- через полчаса прошу на ужин, Шушуня,- он указал на человечка,- вас проводит, я думаю вам надо умыться и переодеться, все, что вам нужно, вы найдёте у себя в гардеробных. Ну не буду вам мешать.
   - Видал,- спросила Стояна Влада,- ты знаешь кто он? Он самый великий чародей на свете, глупый Криадлишка ему и в подмётки не годится. Спорим, он его скоро с сем победит, и мы снова вернёмся в Беловодье. Но мне и здесь понравилось,- добавила она, немного помолчав,- может быть пока мы здесь, он нас немножко колдовать поучит. Здорово было бы, правда?
   - Когда мы улетели из Беловодья, он мне сказал, что будет учить нас волшебству,- сказал Стоян.
   - И ты молчал!- Возмущённо воскликнула девочка,- ну ты даёшь. Ну ладно, я побежала переодеваться.
  Она выскочила из комнаты, но тут же вернулась обратно.
   - А здорово всё-таки, что ты прилетел, да ещё на драконе. Если бы не ты, мы бы никогда не спасли Добромира Святославовича, и вообще не встретились бы. Весело было на драконе лететь, правда?
  И она опять вылетела из комнаты. Стоян посмотрел ей вслед потом, не торопясь, умылся, переоделся в один из плащей и вышел из комнаты. Шушуня ждал их в коридоре. Через минуту из своей комнаты выпорхнула Влада, на ней красовался бирюзовый плащ и подвязка на голове была в тон ему. Вслед за Шушуней они спустились в обеденный зал. Добромир и Егор уже были там. Они сидели за большим столом, накрытым узорчатой скатертью и уставленным самыми разнообразными яствами. Стоян никогда не видел столько еды сразу, конечно он не голодал, но они с бабушкой и Полинкой всегда жили скромно, а тут весь стол был уставлен огромными блюдами с жареным мясом, блинами с икрой и вареньем, блюдцами со сметаной и какими то невероятными соусами, всевозможными напитками, фруктами и сладостями. Дети, немного оробев, сели за стол.
   - Ну что же, приступим,- улыбнулся Добромир,- мы все проголодались, воздадим же дань этим прекрасным блюдам.
   После ужина, разморенные и сонные, дети еле добрались до своих кроватей. Стоян уснул сразу же, как только добрался до постели и проспал, не просыпаясь, всю ночь.
  
   На следующее утро Стоян проснулся затемно. В замке стояла тишина, но не мертвящая, как на острове, а предутренняя. Мальчик прошлёпал к столу и зажёг стоящую на нём свечу. Комната озарилась слабым светом. Одевшись и умывшись, Стоян вернулся в комнату и подошёл к одной из книжных полок. С трудом, вытащив одну из книг, он сел за стол. Книга оказалась старинная, в красивом, серебряном переплёте. "Чароведение",- шёпотом прочитал мальчик, открыл тяжёлую кожаную обложку и углубился в написанный красивой вязью текст.
   Книга неожиданно завлекла его, и Стоян, зачитавшись, совсем забыл про завтрак. Он даже вздрогнул, когда в комнату, громко хлопнув дверью, вбежала Влада. Стоян удивлённо уставился на неё, девочка была похожа на торнадо:
   - Тебя не учили стучаться,- спросил он, наконец,- а если бы я спал.
   - Да ладно,- махнула рукой Влада,- белый день на дворе, кто же спит в такую пору. Ой, ты уже читаешь,- заметила она у него в руках книгу,- а завтракать пойдёшь?
   Стоян с сожалением отложил книгу и вылез из-за стола. Он уже понял, что настырная девчонка всё равно не даст ему почитать. Вместе они спустились в обеденный зал.
   - А мы уже заждались вас,- весело сказал Добромир,- Ворон даже хотел уже за вами идти, а вы тут как тут. Садитесь, молодые люди, приятного вам аппетита, а после завтрака мы с вами прогуляемся.
   После завтрака они надели тёплые, подбитые мехом плащи, и вышли на улицу. Добромир показал им территорию вокруг замка, сообщив, что гулять они могут везде, где им вздумается, кроме как за воротами.
   - В свете последних событий,- сказал он,- за воротами замка вам может грозить серьёзная опасность, а здесь вы будете в безопасности.
   - Мы что прятаться будем? - Спросила Влада, Стоян удивлённо покосился на неё, ему вопрос показался дерзким, но Чародей не обиделся.
   - Нет, - спокойно ответил он,- прятаться мы никоим образом не будем, но пренебрегать необходимыми средствами безопасности я вам не советую.
   Девочка недовольно засопела. Они подошли к сараю, в котором ночевали драконы. Оттуда доносился мощный храп.
   - Твои друзья отдыхают,- сказал чародей Стояну,- знаешь, о чём я подумал? На твоём месте я предложил бы им остаться здесь. Честно говоря, я был бы этому очень рад, да и ты, по-моему, тоже. А жить они могли бы всегда в сарае, раньше у меня здесь хранилась летучая колесница, но я подарил её на день рождения одному из своих друзей. А сейчас давайте вернёмся в замок. Вам предстоит, очень многому научиться, и я намерен поспособствовать этому.
  
  
  
   8.
  
   После того как Добромир и его спутники покинули остров, Криадл счёл, что скрывать свои намерения нет смысла, и Беловодье превратилось в оплот тёмных сил. Каким то образом ему удалось убрать защитный барьер, сдерживающий тёмную силу в Чёрном лесу, и оттуда в Беловодье хлынули тёмные силы. Конечно, и в самом лесу их оставалось ещё немало, но прекрасный некогда остров теперь было практически не узнать. Ребята тоже слышали про эти перемены, да и как не услышать, если в некогда пустынном замке, то и дело стали появляться незнакомые люди. На лице Добромира появилось озабоченное выражение. Он, конечно, ничего не говорил детям, но они и сами видели, что дела творятся необычайные и опасные. Каждый день они приходили в лабораторию и там среди самых разнообразных колбочек, колб, реторт и других таинственных и волшебных вещей, чародей обучал их магии. Он рассказывал им о древних волшебниках и их открытиях, обучал астрономии и географии, учил смешивать зелья и обучал таинственным заклинаниям, и всегда его уроки были восхитительно интересны. Он никогда не ругал детей за ошибки, повторяя, что на ошибках учатся, но не любил лености, и ребята старались изо всех сил. Очень скоро Кирилл стал колдовать не хуже Влады, а иногда даже лучше. Девочка тоже старалась, но ей не всегда хватало терпения, она была импульсивна и изменчива и иногда бралась за несколько дел сразу, Стоян же отличался терпением и настойчивостью. Добромир посмеивался нал ними, говоря, что вместе они прекрасно дополняют друг друга и образовали отличную команду. После занятий Стоян и Влада отправлялись навестить драконов, они с радостью остались жить в замке, когда мальчик предложил им это. Маленький дракончик и стал ростом со свою мамашу, (Добромир объяснил Стояну, что это самка), и теперь частенько катал Кирилла и Владу над территорией замка. Вылетать за территорию Добромир запретил им категорически. По вечерам, когда драконы улетали на охоту, ребята готовили домашние задания, а потом подолгу разговаривали. Они действительно прекрасно дополняли друг друга, импульсивная и нетерпеливая Влада и спокойный, но упрямый и настойчивый Стоян.
  Наговорившись, они разбредались по спальням, и там при свете свечи, Стоян читал и читал волшебные книги, стоящие на полках.
   Однажды вечером мальчик как всегда зачитался допоздна, недавно он обнаружил на одной из полок толстенную книгу о знаменитых алхимиках древности, и жизнеописание Гермеса Трисмегистуса необычайно увлекло его. Он как раз читал о его необыкновенных достижениях в алхимии, когда в его комнату, как всегда без стука, вбежала Влада.
   - А если бы я спал, - недовольно сказал Стоян, откладывая книгу.
   - Да ладно тебе,- отмахнулась девочка, - самый распоследний домовик, знает, что ты никогда не ложишься в такую рань.
   - Уже почти час ночи,- возмутился мальчик,- где ты видишь рань?
  Но девочка, не слушая его, уселась в кресло и, посмотрев на Стояна, насмешливо сказала.
   - А ты опять читаешь по ночам, не надоело тебе, днём учишься, ночью читаешь, а спишь ты когда? Самым умным, что ли хочешь стать.
   - Зачем пришла? - Довольно таки сердито спросил Стоян, ему хотелось ещё немножечко почитать, и он собирался как можно скорее выпроводить Владу.
   - Ты знаешь, что Добромира Святославовича нет в замке?
   - Как нет, а где же он? - удивился мальчик.
   - А он, только что, улетел с каким то волшебником на летучей колеснице. Слушай, а давай, пока его нет, по замку побродим. А то, что мы тут знаем, только лабораторию, обеденный зал да свои комнаты, а ты только представь себе, сколько здесь всего интересного.
   - Вообще то сейчас, несколько поздновато для ночных прогулок,- осторожно заметил Стоян,- я уже собирался ложиться спать.
   - Да ничего ты не собирался, ты книжку до утра читать собирался,- насупилась девочка,- не хочешь со мной идти, и не надо, я и одна пойти могу, я то нисколечко не боюсь а если найду что-нибудь интересненькое, ни за что тебе не расскажу. И она незаметно покосилась на мальчика. Стоян тяжело вздохнул. Он уже понял, что не отвяжется от настырной девчонки, поэтому просто надел мантию, засунул в карман волшебную палочку и прихватив свечу, вышел из комнаты. Донельзя довольная девочка тут же выскочила вслед за ним. Они тихо шли по тёмным переходам замка, заглядывая во все комнаты подряд.
   Комнаты были самые обыкновенные, множество картин и старинной мебели и ещё больше книг. Стоян, уже в который раз, спросил сам себя, зачем одному человеку такой огромный замок, когда Влада распахнула очередную дверь.
   - Ничего себе,- протянула девочка, и Стоян увидел сотни шкафов с тысячами полок, уставленные книгами.- Неужели он прочитал все эти книги? Это же и тысячи лет не хватит, если читать их все подряд.
   - А многие из них он сам написал,- шёпотом ответил ей мальчик, медленно прохаживаясь вдоль полок. В последнее время всякая книга стала вызывать в нём душевный трепет. Книги были самые разные, большие, маленькие и просто огромные, в простых деревянных обложках и в шикарных, обтянутых кожей и покрытых серебром и золотом переплётах. Пока Стоян с восторгом разглядывал полки с книгами девочка крутила огромный глобус, стоявший посреди библиотеки. Дойдя до конца библиотеки, Кирилл увидел ещё одну дверь, небольшую, совсем незаметную на фоне каменной стены.
   - Влада, иди сюда,- свистящим шёпотом позвал он,- тут ещё одна дверь.
  Девочка тут же очутилась рядом. Она попыталась открыть её, но дверь не поддавалась, тогда Влада попробовала открыть её заклинанием, но у неё опять не получилось.
   - Не открывается,- жалобно посмотрела она на Стояна,- а так интересно, что там.
   - Если дверь не открывается, значит, она защищена особыми заклинаниями. А если она защищена особыми заклинаниями, значит входить туда, может быть опасно,- поучительно сказал мальчик. Он уже жалел, что показал девочке дверь, мог бы и промолчать. Влада от огорчения сморщилась, казалось, она сейчас заплачет.
   - Отойди,- приказал Стоян,- девочка отошла, и Стоян начал водить руками около двери. Под его руками что-то потрескивало, и иногда проскакивали искры. Наконец мальчик отпустил руки и вытер лоб, покрывшийся мелкими бисеринками пота.
   - Ничего себе,- сказал он девочке,- парочка таких заклинаний могла отправить неумелого взломщика на небеса.
   - Но сейчас то, дверь открывается? - спросила Влада.
   - Открывается,- ответил Стоян и толкнул тяжёлую, каменную дверь. В комнате сразу же вспыхнули свечи. Внутри оказалась лаборатория. Совсем другая лаборатория, не такая, в какой их обучал Добромир. Около одной из стен была большая печь, две другие стены были плотно заставлены шкафами, заполненными самыми разнообразными реактивами, банками, баночками и коробочками с самыми разнообразными травами, и другими таинственными предметами. Один из шкафов был занят книгами, а посреди комнаты стоял большой, каменный стол, тоже заставленный различными колбами, ретортами и реактивами. В некоторых колбах что-то дымилось, сверкало и потрескивало.
   - А тут ничего не взорвётся? - Шёпотом спросила девочка, опасливо отодвигаясь от стола.
   - Нет, не взорвётся,- ответил, Кирилл, внимательно оглядывая стол,- это алхимическая лаборатория, у некоторых из этих составов очень длительный срок созревания.
   - Ты то откуда знаешь? - язвительно спросила девочка.
   - Читал,- коротко ответил Стоян. Он продолжал внимательно оглядывать стол. Посередине стола лежало что-то круглое, завёрнутое в бархатную тряпку. Стоян осторожно развернул материю. Внутри оказался большой хрустальный шар, тускло поблескивающий при свете свечей.
   - Я знаю, что это такое,- кинулась к нему Влада.- Это магический шар, в нём можно увидеть всё, что происходит в нашей стране, и даже за её пределами.
   - Ты хочешь сказать,- медленно спросил мальчик,- что в нём можно увидеть всё что захочешь?
   - Будущее нельзя,- уверенно ответила девочка,- а прошлое и настоящее, запросто.
   - Ты умеешь им пользоваться?
   - Ну, сама я, конечно, не пробовала, но я слышала, что надо положить на него руки, сосредоточится и подумать о том, что хочешь увидеть, а потом смотреть.
   - Так просто? - Зачарованно спросил Стоян,- а как ты думаешь, нам можно в него посмотреть? Он пододвинул к столу высокий табурет, взобрался на него, осторожно положил руки на шар, закрыл для верности глаза и подумал о Полянке. Потом с бьющимся сердцем открыл глаза и заглянул в шар. Влада уже глядела в шар.
   Они увидели большую пещеру, освещённую лишь пламенем костра, у костра сидела девушка, она
  что-то помешивала в большом котле, подвешенном над огнём. Лицо у неё было сосредоточенное и печальное. Поодаль, на широкой постели покрытой шкурами, спала маленькая девочка. Стоян с удивлением узнал в ней Жданку. Внезапно шкура, заменяющая дверь, отодвинулась, и в пещеру ввалился огромный великан. Стоян испуганно охнул, но великан не стал накидываться на Полянку. Он сбросил на пол огромную медвежью шкуру и, подойдя к костру, протянул к нему огромные руки.
   - Замёрз,- спросила великана девушка, старательно размешивая варево.
   - Замёрз,- ответил великан,- да и новости принёс тебе недобрые.
   - А что за новости то?- Встревожено спросила Полянка, не переставая мешать.
   - Нечисть, то, из лесу, почти вся куда-то подевалась. В лесу конечно поспокойнее стало, да вот что творится в волшебной стране, я уж и представить боюсь. А сегодня я был поблизости от того места, где ты Верлиоку в камень обратила, так вот вся оставшаяся нечисть, именно там собралась. И лазает там, и лазает, и днём и ночью лазает не переставая. Я тут подумал, уж не собираются ли они Верлиоку расколдовать.
  Полянка испуганно дёрнулась, немного варева выплеснулось из котла и попало в костёр. Костёр зашипел, и пещеру немедленно затянуло густым, фиолетовым дымом. Великан принялся бешено махать огромными ручищами, разгоняя дым.
   - Дверь отвори,- попросила великана Полянка, и он откинул шкуру. Дым постепенно вытянуло, и ребята опять увидели девушку. Она уже сняла с огня котёл и теперь наливала дымящееся варево в небольшую миску. Потом она подошла к спящей девочке, и осторожно приподняв её, стала осторожно вливать варево ей в рот. Девочка глотала варево, не открывая крепко сомкнутых глаз.
   - Что, так и не приходит в себя?- Спросил у Полянки великан. Девушка сокрушённо покачала головой.
   - Уж и не знаю, что делать с ней. Я таких болезней и не лечила никогда, там, где мы жили с бабушкой, колдовских недугов не водилось. Так, простуда, какая, или кто поранится, а такое я впервые вижу.
   - Ох, хорошая девочка, жалко её,- великан вытер кулаком набежавшие на глаза слёзы.- Что же, она теперь помрёт что ли?
   - Я уж и не знаю,- грустно ответила Полянка,- отвар в ней жизнь поддерживает, умереть не даёт, а лечить её не здесь надо. Увозить её отсюда нужно. К настоящим волшебникам. Они может, и смогут её излечить, а я нет.
  Она отставила в сторону миску с оставшимся в ней варевом и принялась собирать на стол. Внезапно пещера затряслась так сильно, что с потолка посыпались камни. Полянка испуганно кинулась к девочке.
   - Что случилось?- Крикнула она великану.
   - Не знаю,- растерянно развёл руками великан,- никак гора трясётся, я посмотрю сейчас.
  И он выскочил из пещеры. Полянка не сводила с двери испуганного взгляда. Через мгновение в пещеру вбежал великан и, не говоря ни слова, быстро закутал Полянку и Маришку в мохнатые медвежьи шкуры, сгрёб их в охапку и выскочил на улицу.
   - Да что произошло? Скажи мне, наконец,- закричала девушка. Но великан не отвечая, изо всех сил, нёсся подальше от пещеры. Остановился он только тогда, когда очутился в лесу. Посадил девушку, на дерево, отдал ей Жданку и обессилено свалился рядом. Полянка крепко прижала к груди беспамятную девочку и испугано смотрела на великана.
   - Ты мне, наконец, расскажешь, что случилось? - Потребовала она, когда великан, отдышавшись, сел.
   - Верлиоку, всё-таки, расколдовали. Теперь он вместе с другими великанами рушит гору. - Мрачно ответил тот.
   - Но как же он с ними договорился? - Растерянно спросила Полянка.
   - А чо ему договариваться,- буркнул Великан,- он приказал, а они и рады стараться. Кто же с ним спорить то будет, себе дороже выйдет.
   - Что же нам теперь делать? - Расстроено спросила девушка,- мы ведь в лесу и одного дня не проживём, и у нас Жданка больная.
  И Полянка, не выдержав, заплакала. Великан только тоскливо вздыхал, он тоже не знал что делать.
  
   Стоян не выдержал и отвернулся. Влада посмотрела на него и увидела, какой он бледный и расстроенный. Неожиданно он опять повернулся к столу, быстро завернул хрустальный шар в тряпку, схватил его и выскочил из комнаты. Потрясенная девочка кинулась за ним. Стоян прибежал обратно в свою комнату, бросил Хрустальный шар на кровать, бросился к гардеробу и принялся в нём рыться.
   - Что ты ищешь? - Спросила его прибежавшая девочка, но Кирилл не ответил. Он вытащил из гардероба свои старые, потрёпанные штаны, достал из них зуб дракона, переложил в карман своей мантии, достал из гардероба тёплый подбитый мехом плащ и принялся одеваться.
   - Ты что,- удивлённо спросила его Влада,- ты собираешься лететь их спасать?
  Не дожидаясь его ответа, она выскочила из комнаты. Надев плащ и накинув на голову капюшон, Стоян взял
  Хрустальный шар и вышел в коридор. Девочка уже ждала его там.
   - Я пойду с тобой,- решительно сказала она,- и даже не думай со мной спорить, бесполезно.
  Стоян не стал спорить. Осторожно прокравшись по коридору, они тихо выскользнули наружу и побежали к сараю, где жили драконы. Вскоре ребята уже быстро летели к Чёрному лесу, дракониха сразу согласилась отвезти их. Даже на драконе перелёт через всю волшебную страну показался ребятам длинным. Время от времени, Стоян заглядывал в Хрустальный шар, чтобы посмотреть, жива ли ещё Полянка.
  
  
   Солнце уже осветило нежно-розовым цветом вершины гор, когда старый чародей вернулся, наконец, в свой замок. Он распрощался с волшебником, который привёз его и, проводив задумчивым взглядом его воздушную колесницу, вернулся в замок. Завтракать ещё было рано, и Добромир решил немного поработать в лаборатории. Но едва он вошёл в библиотеку, как тут же понял, что что-то не так. Некоторые книги стояли не на своих местах, а дверь в его лабораторию, всегда тщательнейшим образом запертая, стояла нараспашку. Добромир вошёл в Лабораторию и огляделся, здесь всё было на своих местах, только на столе не хватало Хрустального шара. Несколько минут чародей простоял в задумчивости, поглаживая длинную седую бороду, а потом решил подняться в комнаты к своим ученикам. Беспорядок в обеих комнатах объяснил ему почти всё. Чародей быстро вернулся в лабораторию, достал из шкафа ещё один хрустальный шар впился в него взглядом.
  
  
   Дракон кружил над Чёрным лесом, выбирая место для посадки, а Стоян и Влада не отрывали взгляда от Хрустального шара. Наконец дракон нашёл большую пустошь из поваленных деревьев и осторожно опустился. Ребята с любопытством оглядывали таинственный Чёрный лес, о котором не раз слышали страшные рассказы. Кругом было тихо и... как-то обыкновенно. Белый снег и чёрные деревья с корявыми ветвями, совсем как в обычном зимнем лесу, разве что было необычайно пусто. Даже самой лютой зимой, в любом лесу можно увидеть синицу или сороку, пушистого зайчишку и рыжую белку, здесь же их, судя по всему, совсем не было. Стоян попросил дракона не улетать, а ждать их здесь, и они с Владой отправились на поиски Полянки. Благодаря Шару, они знали, что Полянка с девочкой всё ещё живы и прячутся в дупле большого дуба, а странный великан, охраняет их, но нужно было отыскать их как можно быстрее. Неизвестно что может случиться с ними в этом таинственном и жутком лесу.
   - Но как же мы их найдём,- спросила у Стояна Влада,- будем заглядывать в каждое дупло, которое увидим.
   - Если понадобится, то будем,- ответил мальчик,- я уже всё обдумал. Надо искать великана. Где великан, там и Полянка.
   - Логично,- согласилась с ним Влада,- но вдруг это НЕ НАШ ВЕЛИКАН. Может быть, их здесь много, великанов этих. А вдруг мы нечаянно перепутаем и нарвёмся не на своего великана.
  Кирилл промолчал, ему не хотелось думать о том, что будет, если они встретят какого-нибудь другого великана. Ему нужно было, во что бы то ни стало спасти Полинку.
  Первое что они увидели в этом лесу, кроме разве что корявых, уродливых, побитых в щепки деревьев, была невероятных размеров яма.
   - Ничего себе,- удивлённо протянула Влада,- Вот это ямища. Интересно, кто её выкопал. Давай поглядим что там.
  Они легли на край ямы и заглянули внутрь. Оттуда потянуло прямо-таки могильным холодом.
   - Пошли отсюда,- прошептала девочка, быстро отползая от ямы,- не нравится мне это место.
  Стоян ничего не сказал, но он был согласен с девочкой. Место и впрямь было неприятное, ребята и не догадывались о том, что оказались на том самом месте, где Полянка заколдовала Верлиоку. И хотя Верлиоке удалось освободиться, морок остался, это он вызывал у ребят неприятные ощущения. Вроде бы и не было здесь ничего страшного, а хотелось бежать отсюда сломя голову. Ребята торопливо пошли дальше, зорко смотря по сторонам. Несмотря на то, что уже давно расцвело, в лесу было сумеречно, ветви деревьев плотно переплелись между собой и почти совсем не пропускали света.
   - Всё-таки этот лес, довольно таки неприятное местечко,- шёпотом сказала Влада.
   - Т-с-с-с-с,- прошипел Стоян, и схватил девочку за руку,- стой, не шевелись.
  Девочка замерла, поблизости послышались шаги и угрюмое ворчание. Ребята быстро превратились в невидимок и замерли. Вскоре между деревьями, показалось крошечное, Стояну по колено - страшилище. Маленький, но ужасно безобразный монстрик неуклюже пробирался через поваленные стволы и ветки. У него было, щуплое тельце, местами покрытое клочками бурой шерсти, там, где шерсти не было, выглядывала синеватая, вся в пупырышках кожа. Ножки и ручки у него были тоненькие, длинные и тоже покрытые морщинистой, синеватой, пупырчатой кожей. Его длинная, щуплая шейка едва удерживала большую лысую голову, на которой особенно выделялись выпученные, водянисто голубые глаза, нос у него был длинный и острый, а на самом его кончике,- фу-у,- повисла длинная, зеленовато-жёлтая сопля. Губы у него были тоненькие, растянутые в жуткой ухмылке. В общем и целом чудовище было бы жутким, если бы не казалось жалким, у него был такой вид, как будто его собирались ощипать и сварить, но побрезговали и отпустили. Пахло от него отвратительно. Монстрик споткнулся, чуть не упал, но удержался, а вот сопля с его носа сорвалась, он проводил её долгим, печальным взглядом и вдруг протянул к ней корявый, коричневый палец, подобрал и слизнул. Кирилла затошнило. Внезапно монстрик принюхался и замер.
   - Человечинкой пахнет,- пробормотал он и стал оглядываться,- Гнилушка чует человечинку.
  Он принялся бегать вокруг деревьев и принюхиваться.
   - Гнилушка чует человечинку, но он не видит её, как такое может быть? Если человечинкой пахнет, значит, её должно быть видно,- бормотал он.
  Стоян и Влада застыли, они боялись даже дышать. Гнилушка спотыкаясь бегал от одного дерева к другому, он уже был совсем рядом с ними, когда его тоненькая ножка неожиданно попала в трещину поваленной берёзы, он споткнулся и изо всей силы ударился головой о ствол.
   - А-А-А,- тоненько зарыдал Гнилушка, выдёргивая ногу из трещины и ничком повалившись на землю,- больно, ой как Гнилушке больно, обманули Гнилушку, обморочили, нет тут никакой человечинки, Гнилушка лоб разбил, больно Гнилушке, ой больно.
  На его голове красовался огромный малиновый синяк. Внезапно Гнилушка подскочил, подбежал к берёзе, и принялся изо всей силы, биться головой о ствол.
   - Вот тебе, вот,- кричал он,- так тебе и надо дурак проклятый.- При этом Гнилушка изо всех сил колотил по берёзе кулаками.
   -Ничего себе,- шепнула на ухо Стояну Влада,- он вообще себя бьёт или берёзу?
  Наколотившись вдоволь, Гнилушка наконец-то ушёл, и ребята смогли пойти дальше. Но видимыми они становится, не рискнули. Мало ли ещё кто бродит по этому чудному лесу. Некоторое время спустя они услышали треск, грохот и многоголосый шум.
   - Ты умеешь лазать по деревьям?- Спросил Стоян Владу.
   - А то,- фыркнула девочка.
   - Тогда полезли,- распорядился Стоян, и, выбрав самое высокое дерево, полез наверх. Влада ловко карабкалась за ним. Они оказались наверху почти одновременно, усевшись на довольно-таки толстой ветке, Стоян принялся оглядываться. Увиденное заставило его замереть. На самой верхушке огромного, прямо таки исполинского дуба, крепко прижимая к себе Жданку, сидела его сестра, а вокруг дуба выла и ревела, круша всё, что попадалось под руку, огромная толпа самой разнообразной нечисти. Руководил толпой огромный, разъяренный великан. Его огромные ножищи уже передавили кучу нечисти, но никто не обращал на это внимания. Толпа пыталась снести дуб, но он, каким то образом ещё держался. Прислонившись спиной к дубу, стоял другой великан, он был гораздо меньше нападавшего и нечисть уже окружила его, забралась на него, кусалась, щипалась, дёргала за уши, пыталась выколоть глаза. По лицу великана текла кровь, но великан не уходил, он изо всех сил отбивался, пытаясь не пропустить нечисть к Полянке. По-видимому, он решил погибнуть сам, но не допустить её гибели. Кирилл выхватил из кармана мантии зуб дракона и изо всех сил сжал его в кулаке, вскоре послышался шум, треск и дракон, с огромным трудом продравшись сквозь переплетённые ветви деревьев, опустился рядом с детьми. Они мигом перебрались к нему на спину и полетели к толпе. Великан уже еле держался на ногах. Казалось, ещё одно мгновение, и дуб и великан, не выдержат и рухнут под натиском злобных тварей, но появление дракона смутило их.
  Влада и Стоян уже не скрывались, подлетев к дереву, Стоян встал во весь рост, чтобы Полянка могла его увидеть, и закричал, стараясь перекричать визжащую нечисть.
   - Ко мне, скорее ко мне,- изо всех сил кричал он,- Полянка перебирайся скорее на дракона!
  Девушка, до этого сидевшая зажмурившись от страха, открыла глаза и с недоумением уставилась на Стояна.
   - Ну что ты смотришь, я, это, я,- в отчаянии закричал мальчик и полез к ней на дерево. Нечисть, поняв, что добыча может ускользнуть, завизжала ещё сильнее. Кирилл перебрался на дерево, отобрал у Полянки девочку, отнёс её Владе, и вернулся обратно, за Полянкой. Великан взревел и, расшвыривая нечисть, кинулся к дубу, отбросил потерявшего сознание Недоростка и принялся трясти дуб. Дуб затрещал и зашатался, когда Полянка вдруг закричала и стала рваться из рук Стояна.
   - Малыш, я никуда не полечу без Малыша.
  Но Стоян уже перетащил её на дракона. Дракон взлетел.
   - Спаси его!- Крикнул Стоян дракону, глядя на странного великана, отбивающегося от кучи разъярённой нечисти. Дракон взревел, выпустил из себя столп огня и спикировал на кучу тварей. Опалённая нечисть взревела и разбежалась, дракон подхватил окровавленного великана за одежду и тяжело взлетел в небо. Внизу яростно потрясал кулаками Верлиока.
   Они отлетели на безопасное расстояние и опустились, чтобы дракон мог отдохнуть. Несмотря на то, что дракон и сам был не маленький, тащить всю компанию ему было нелегко. Полянка уже почти успокоилась, и только иногда вздрагивала и оглядывалась в сторону леса. Она забрала у Влады Маришку, и откинув меховое одеяло, внимательно вгляделась девочке в лицо. Девочка была ещё жива.
   Полянка повернулась к великану. Тому досталось, как следует, он весь был истерзан и тоже не приходил в сознание.
   - Добромир вылечит их, обязательно, ты не представляешь какой это великий волшебник,- попытался успокоить её Стоян, с момента их спасения он не отходил от Полянки ни на шаг.
  Дракон отдохнул и, ухватив великана за одежду, взвалил его себе на спину. Вскоре вся компания уже летела к замку Добромира.
  
   Старый чародей отодвинул в сторону Хрустальный шар и медленно поднялся из-за стола. Руки у него подрагивали. Он вышел из лаборатории и, не заперев её, отправился на поиски Шушуни. Ребята прилетели уже затемно, совсем измученный дракон с трудом дотянул до замка. Прямо у ворот его ждал сытный ужин из нескольких коров, Добромир позаботился и об этом. Сам Добромир стоял рядом, выпрямившись и заложив руки за спину. Брови у него были сурово нахмурены. Увидев Добромира, Кирилл и Влада потупились. Они впервые подумали о том, что натворили, взломали лабораторию, украли шар, без разрешения покинули территорию замка. Стоян не мог посмотреть на волшебника, так ему было стыдно, Влада изо всех сил сморщила лицо, собираясь зареветь, но волшебник не стал их ругать.
   - О том, что вы натворили, мы поговорим позднее,- сурово сказал он,- а сейчас, марш, в свои комнаты. Мыться и на ужин. О ваших друзьях, я позабочусь сам.
  Стоян и Влада, ни говоря, ни слова, бросились в замок. Когда, вымывшись и переодевшись, они тихо, как мышки, проскользнули в обеденный зал, Добромир уже был там. Рядом с ним, нахмурившись, сидел старый Ворон. Увидев нарушителей, он строго погрозил им пальцем, но говорить ничего не стал. Ужинали молча. Дети хотя и сильно проголодались, ели плохо, они боялись поднять на взрослых глаза и наскоро поев, заторопились в свои спальни.
   Утром Стоян долго не мог проснуться, пережитые приключения утомили его, и он чувствовал себя больным. Влада тоже не врывалась с утра пораньше к нему в комнату. Когда мальчик спустился в обеденный зал, Влада была уже там, она сидела за столом и вяло ковыряла ложкой манную кашу, щёки у неё горели огнём. Подошедший Добромир с тревогой взглянул на вялых, полусонных детей и после завтрака, сразу же отправил их обратно в спальни. Через полчаса в спальню к Стояну вошла высокая, сухая волшебница в длинном белоснежном плаще и белом чепце. Не говоря ни слова, она подошла к лежавшему в постели мальчику и положила ему на лоб руку. Рука оказалась неожиданно лёгкой и прохладной. Стоян закрыл глаза и сейчас же перед глазами закружились разноцветные вихри, постепенно они начали сгущаться, и вот уже мальчика стало затягивать в сплошную черную воронку. Стоян сопротивлялся, как мог, но воронка становилась всё больше, а сил оставалось меньше и вот уже он скользит в сплошном чёрном потоке навстречу собственной гибели. Внезапно послышалась чудесная, неземная музыка, скольжение затормозилось, поток начал бледнеть и корчится, и вдруг взорвался на тысячу золотых осколков. Стоян почувствовал, что он вновь лежит в своей кровати, мокрый, как будто только что из ванны. Он попробовал пошевелится, но тело не послушалось его. Оно оказалось неожиданно слабым и безвольным и мальчику ничего не оставалось, как просто тихо лежать, разглядывая потолок. Дверь заскрипела и отворилась, Стоян медленно перевёл на неё взгляд, и увидел, что в комнату опять вошла волшебница в белом чепце. Лицо у неё было не просто усталым, а каким то измождённым.
   - Очнулся? - Спросила волшебница, неожиданно строгим голосом,- наконец-то, ну и доставили вы нам хлопот, виданное ли дело, четверо больных, три недели без сознания. Добромир почернел весь.
   - Три недели! - Вскричал Стоян, но сам не услышал своего голоса, только слабенький цыплячий сип.
   - Не разговаривать!- Строго сказала ему волшебница, и быстрыми, ловкими движениями, начала менять ему постель и бельё. Переодев его в сухую одежду, она уложила мальчика обратно, до подбородка накрыла его одеялом, собрала бельё и строго взглянув на мальчика , вышла из комнаты. Вернулась волшебница очень быстро, в руках у неё была дымящаяся чашка. Волшебница пододвинула к кровати высокую табуретку, уселась на неё и принялась осторожно поить Стояна горячим куриным бульоном. Мальчик покорно глотал необыкновенно вкусный бульон, и чувствовал, что с каждым глотком в него вливаются силы. Покормив Стояна, волшебница обтёрла ему лоб необычайно белым полотенцем и вышла из комнаты. Стояну было как никогда уютно и спокойно, он ни о чём не думал, просто лежал, уставясь в потолок, глаза его постепенно закрылись, и мальчик уснул, крепким, спокойным сном.
   Когда Стоян проснулся в следующий раз, в комнате было темно. Лишь на столе горела одна единственная свеча, и кто-то сидел, повернувшись к нему спиной и углубившись в чтение. Кирилл попытался сесть, и фигура у стола повернулась к нему.
   - Добромир Святославович!- Удивлённо воскликнул мальчик.
  Волшебник торопливо поднялся, подошёл к нему и положил ему на лоб руку.
   - Рад, что тебе стало лучше,- сказал он, присаживаясь на табурет, стоявший около кровати.- Ты находился в довольно таки тяжёлом состоянии, это просто чудо, что всё обошлось.
   - А Полянка и девочки, они как? - Встревожено спросил Стоян.
   - Так же как и ты, все идут на поправку, правда, разными темпами, кто-то медленнее, а кто-то быстрее.
   - А что с нами было?
   - Вы подхватили мало изученный, но невероятно коварный волшебный вирус. Если бы не мастерство и самоотверженность феи Травианны, это та чародейка, что заботилась о вас, я даже не берусь сказать, что с вами было бы. Ну а теперь тебе надо поесть и отдохнуть, я позову фею Травианну. Советую тебе слушаться её беспрекословно, она не терпит непослушных или капризных детей. Будет очень обидно, если она превратит тебя,- Добромир задумался,- ну например, в попугая, она обожает такие шутки. Расколдовать тебя не смогу даже я. Фея Травианна, довольно сильная волшебница. Ну а теперь, отдыхай.
  Чародей слегка поклонился и вышел из комнаты, а через несколько минут, в комнату вошла фея Травианна. Стоян покорно выполнял все её требования, ему не хотелось превращаться в попугая, и фея Травианна осталась довольна им.
  
   Окончательно выздоровел Стоян только недели через две, всё это время Фея Травианна не позволяла ему даже подняться с постели, а спорить с ней мальчику не хотелось. Когда же, наконец, ему разрешили подняться, и на подрагивающих ногах, спустится в обеденный зал, вся компания уже была там. Полянка, Влада и Жданкака, все разной степени бледности, сидели за столом. Рядом со Полянкой гордо восседал огромный, лысый верзила. Это был великан, спасённый ими в лесу. Перед ним стояло блюдо с целым бараном и огромная бадья с квасом. Полянка увидев Стояна, вскрикнула, и, не выдержав, выскочила из-за стола и, подбежав к мальчику, крепко обняла его. Влада тоже обрадовалась мальчику, а Жданка, почему-то, покраснела и уставилась в миску с кашей. Стоян пожал плечами и уселся за стол радом со Владой.
  Она тоже была очень бледная, видимо тоже совсем недавно встала с кровати, но аппетит у неё, впрочем, как и у Стояна, был отменный. Может быть потому что оба чувствовали что от хорошей еды они становятся крепче и сильней.
  Когда дети окрепли настолько, что смогли снова приступить к занятиям, на улице уже вовсю звенели ручьи. Добромир не стал бранить их за то, что они натворили, но дети догадывались, что только тяжёлая болезнь "спасла" их от суровой отповеди, а возможно и от наказания, поэтому они старались не нарушать дисциплину, и на уроках, даже Влада вела себя примерно. Вместе с ними на занятия ходила и Жданка, она ещё очень стеснялась, Влады и Стояна, поэтому на занятиях вела себя очень скромно, а если Добромиру приходилось о чём-то её спрашивать, она терялась и совсем замолкала, зато на практических занятиях блистала. И, кажется, Добромир был ей очень доволен.
   Однажды солнечным весенним утром, Стоян и Влада сразу после завтрака отправились прогуляться. В этот день Добромир почему-то отменил утренние занятия, и вместо того чтобы в душной лаборатории смешивать разнообразные зелья и травы, ребята наслаждались солнечной погодой. Некоторое время они просто бегали друг за другом между высоких вязов и дубов в изобилии росших во дворе замка, однако болезнь всё ещё давала о себе знать, и они быстро утомились. Стоян предложил девочке проведать драконов, но они улетели на охоту. Обоим стало скучно, и они уже совсем было решили возвращаться в замок, когда неожиданное событие внезапно привлекло их внимание. Неподалёку от замка, в небе вдруг появилась маленькая тёмная точка, которая по мере приближения стала быстро увеличиваться в размерах. Вскоре дети уже могли различить очертания огромного, ярко-красного дракона, он быстро приближался к замку. Стоян и Влада замерли, спрятавшись за ствол огромного дуба. Дракон покружился над замком, выбирая место для посадки, а потом, резко спикировав, опустился на поляну, совсем недалеко от спрятавшихся детей. На спине дракона, посреди гигантских крыльев, находился маленький уютный шатёр, закреплённый кожаными ремнями. Из шатра вывалилась длинная верёвочная лестница, и по ней на землю спустился маленький трясущийся старичок в шёлковом халате, тюрбане и с посохом в руке.
   - Ожидай меня, Ашдеха,- повелительно сказал он дракону и величественно направился к замку. Навстречу ему уже спешил Добромир. Стоян заметил, что чародей был необычайно встревожен. Волшебники сблизились и почтительно поклонились друг другу, а потом Добромир пригласил гостя в замок. Как не старались ребята сдерживаться, любопытство оказалось сильнее их и вскоре они уже спешили вслед за Добромиром и его гостем, превратившись в невидимок, для того чтобы не попасться им на глаза. Добромир провёл своего гостя в гостиную, выдержанную в восточном стиле. Пол и стены гостиной были покрыты красивыми турецкими коврами, а вместо кресел и диванов, повсюду были раскиданы шёлковые подушки. Добромир и его гость устроились на подушках друг против друга, Добромир хлопнул в ладоши и, перед ними очутилась скатерть, заставленная самыми разнообразными яствами, большинство из которых, как заметил Стоян, были восточными.
   - Угощайтесь Дромутра Абдуллаевич, - гостеприимно и весьма почтительно проговорил Добромир,- Очень рад видеть Вас у себя в замке, но осмелюсь спросить Вас, что привело вас ко мне, желание повидаться, или может быть более серьёзные заботы?
   Старик неторопливо пригладил редкую, абсолютно белую бороду и неторопливо заговорил.
   - Благодарю тебя Добромир за угощение, с удовольствием отведаю хлеба в твоём доме. Долгий перелёт утомил меня и с твоего разрешения, я сначала отдам дань этому прекрасному угощению, а уж потом поговорим о делах.
  Дромутра ещё раз погладил бороду, взял со скатерти кусок лепёшки и принялся его жевать. Добромир задумчиво отщипнул веточку винограда. После того как гость насытился, он ополоснул пальцы в воде, налитой в золотую чашу и принялся за обстоятельный рассказ. Стоян и Влада слушали, затаив дыхание.
   - Ты уже знаешь о тех печальных событиях, которые происходят в последнее время в нашей стране,- говорил он,- защитные барьеры, сдерживающие тёмную силу в Чёрном лесу, оказались сорваны, вся нечисть ринулась на зов Криадла в Беловодье, но многие осели, где придётся и в стране возник хаос. Чёрный лес заражён непонятным вирусом, лечить который никто не умеет, люди в долине близ Чёрного леса все погибли от непонятной болезни, в живых остались только великаны, но они враждебны нам и перешли на сторону Криадла. Очень много нечисти не пошло в Беловодье, но осталось в стране и причиняет всем невероятные беды. В душах людей поселились уныние, и страх, а тут ещё на днях на нас свалилась новая беда, ещё хуже прежних.
   - Какая же? - Встревожено спросил Добромир.
   - Криадл, собрал многотысячную армию, состоящую из великанов, троллей, и прочей нечисти и грозится пойти на нас войной, если мы не выполним три его приказания.
   -Смотри-ка, приказания,- хмыкнул Добромир,- а не рановато ли он приказывать начал.
   - Нам не до шуток,- вздохнул Дромутра,- если он решит идти против нас войной, у нас не останется шансов, слишком неравные у нас сейчас силы, а выполнить его приказания мы тоже не можем. Не имеем права.
   - И что же это за приказания? - Спросил Добромир. Дромутра вздохнул.
   - Ну, во-первых, он требует, чтобы мы сложили с себя полномочия, покорились ему и провозгласили его Верховным Правителем Всего Поднебесья. Такой он придумал себе титул.
   - Да у него мания величия,- усмехнулся Добромир.
   - Похоже, что так,- печально сказал Дромутра,- второе его требование касается стран, сопредельных Эридану. Он требует, чтобы мы сняли заклинания, блокирующие всякие сообщения с неволшебными странами, и позволить ему подчинить их себе, дабы расширить его влияние. Ему нужны слуги, покорные и бессловесные. А непосвящённые подходят для этого как нельзя лучше.
   - Ну а каково же третье требование,- спросил Добромир.
   - А третье требование касается Вашего нового ученика, а точнее двух учеников.
  Некого Стояна, и его сестры Полянки. Криадл требует, чтобы Вы отдали их ему.
  Воцарилось тяжёлое молчание, Стоян и Влада боялись даже дышать. Наконец Добромир заговорил.
   - Как Вы понимаете, Уважаемый Дромутра, я не могу выполнить это требование, я никогда не предаю своих учеников, да и другие его требования абсолютно невыполнимы.
   - Я это понимаю, уважаемый Добромир, я нахожусь здесь вовсе не затем, чтобы просить Вас отдать своего ученика Величайшему Злодею Вселенной. Я здесь для того, чтобы попросить Вас, помочь нам в борьбе с ним.
   - Я сам хотел предложить вам свою помощь, но я не знаю, что я могу в данной ситуации?
   - О! Я думаю, что Ваша помощь будет неоценима! - Воскликнул Дромутра,- Мы все сейчас растеряны но я думаю, что все вместе, мы сможем найти эффективный способ борьбы с ним. И ещё,- Дромутра замялся,- это очень странно, что Криадл потребовал себе этого мальчика и его сестру. Я много думал об этом, и мне кажется, что он боится их. К тому же мы наслышаны об их достижениях.
  Не могли бы Вы сказать мне, почему Криадл боится этих детей?
  Добромир взглянул на Дромутру, от любопытства вытянувшегося в струнку, и развёл руками.
   - Простите, Уважаемый Дромутра, я не могу об этом знать. Может быть, спросить об этом самого Криадла.
  - Это бы было бы самым простым - если бы не было так сложно, - загадочно ответил волшебник.
  Через некоторое время Дромутра стал прощаться, и Добромир вышел проводить его. Ребята смогли тоже выйти из комнаты и, сняв с себя невидимость, пробрались к себе в гостиную.
   - Ничего себе,- покачала головой Влада,- если Криадл предъявляет такие требования, то дело серьёзное. Почему-то он ужасно тебя боится. Ты сам то не догадываешься, почему?
   - Не догадываюсь,- пожал плечами Стоян, ему было не по себе.
   - Да не волнуйся ты,- попыталась успокоить его девочка,- Добромир, очень сильный волшебник. Он сам говорил, что в его замке, ты в безопасности. И всё-таки,- добавила она,- мне бы очень хотелось знать, почему он так тебя боится.
  
   Вечером, лёжа в своей кровати, Стоян тоже долго думал об этом. Но так ни до чего не додумался.
   На следующий день Добромир возобновил занятия с детьми, ни, словом ни обмолвившись им о визите Дромутры, но ребята заметили, что он был чрезвычайно чем-то озабочен. Окончив урок, он отпустил детей и отправился в лабораторию, но когда Стоян после обеда, вернулся к себе в комнату, он обнаружил в ней Добромира. Он сидел в кресле и разглядывал книгу, которую мальчик читал перед обедом.
   - Ночные твари. Предостережение.- Прочитал он название, увидев Стояна,- серьёзная книга. Тебе интересно?
   - Да, очень,- ответил Стоян,- только немного страшно, особенно ночью. Я больше люблю книги по алхимии и заклинаниям.
   - Правда? - Удивился Добромир,- И что же ты читал по алхимии?
   - Ну, я много читал, - сказал мальчик, удивляясь, тому, что Добромир так интересуется тем, что он читает,- вот совсем недавно читал книгу "Великие алхимики прошлого. Жизнеописание и Достижения", ещё я читал "Алхимию для начинающих", "Алхимию среднего уровня", "Волшебство в пробирке", "Высшую Алхимию", попробовал прочитать Джабира ибн Хайана, но ничего не понял.
   - Ну, ещё бы,- хмыкнул Добромир,- я тоже, честно говоря, ничего у него не понял. Джабир ибн Хайан, был ещё тот хитрец, он специально зашифровал свои записи, чтобы их никто не мог прочитать. И кто знает, что там зашифровано, секреты алхимии или кулинарные секреты. Мне помнится, Джабир был страстным любителем сладкого, особенно он любил, восточные сладости.
  Стоян с удивлением смотрел на Добромира, неужели он пришёл, для того чтобы поговорить с ним о Джабире ибн Хайане.
   - Присядь,- вдруг сказал ему Добромир,- в ногах правды нет, а я хотел поговорить с тобой.
   Стоян пододвинул табуретку, и сел, положив руки между коленей. Он немного волновался, вдруг Добромир решил наказать их за то, что они без разрешения улетели в Чёрный лес. Но Добро-мир не стал его ругать.
   - Ты хорошо помнишь дорогу в Беловодье? - Спросил он, внимательно глядя на Кирилла.
   - Ну,- неуверенно протянул мальчик,- вроде бы, да.
   - Я имею в виду не саму дорогу, а то, что тебе удалось пережить.
   - Да, хорошо,- уже более уверенно сказал мальчик.
   - Замечательно,- удовлетворённо кивнул головой Добромир,- это именно то, что мне нужно. Не мог бы ты припомнить, не случалось ли с тобой в пути чего-нибудь странного, необычного?
   - Вообще то, мне весь путь показался необычным,- смущённо сказал Стоян,- понимаете, я ведь всё время прожил в деревне, а там всё такое обыкновенное, и люди все боятся волшебства как огня, поэтому приходилось всегда быть настороже, чтобы никто не видел, что мы колдуем. А тут всё новое, необычное, было немножко страшно, Полянку жалко было, немного страшно одному и ещё,- мальчик замялся.
   - Ну-ну!- Подбодрил его чародей.
   - Понимаете,- неуверенно продолжил мальчик,- мне кажется, я всегда знал куда идти, то есть, мне ведь никто не объяснял куда идти, куда свернуть. А я всегда сам знал куда. Как будто меня кто-то вёл. Ну, потом, конечно, Баба Яга с Кикиморой, мне клубок дали, а по степи я сам шёл.
   - Замечательно,- улыбнулся Добромир,- а больше, ты ничего странного не заметил?
   - Не знаю,- задумался мальчик,- ну чуть не погиб я, а всё равно не погиб. Один раз чуть в степи не замерз, а мне бабушка приснилась, а потом грудь как зажгло, зажгло, и я очнулся, потом чуть в болоте не утонул, но выбрался, сам не знаю как. Это в лесу уже было, а после этого болел долго, задыхался сильно и кошмары меня мучили, но тоже всё обошлось. Аука немного странным показался, ну вроде он добрый. А всё равно странный. Ещё мне кажется,- мальчик посмотрел на чародея, внимательно слушающего его,- мне кажется, что все про меня знали. Ну, Баба Яга, Кикимора, Аука, Боровой, Ворон. Я, когда говорил им, кто я, они все про меня что-то знали. Помогали все. А Криадл, он ведь тоже про меня знал, даже убить хотел. А больше я ничего странного не заметил.
  Стоян замолчал и неуверенно посмотрел на Добромира, чародей внимательно смотрел на него.
   - Ну что же,- сказал он после непродолжительного молчания, кажется, я начинаю догадываться, скорее всего, у тебя есть вещь, защищающая тебя. Некий талисман, вероятно, довольно сильный, он то и помогает тебе.
   Стоян посмотрел на Добромира и, засунув руку под мантию, нащупал у себя на груди цветок.
   - Да, у меня есть талисман,- медленно сказал он,- Полянка мне его дала, когда я уходил из деревни, и велела никому не показывать, но Вам то, наверное, можно.
  И он вытащил из-под рубашки цветок, и, не снимая, показал его Добромиру. Добромир внимательно посмотрел на цветок, и лицо его просияло.
   - Я так и знал,- весело сказал он,- когда вы почти невредимые вернулись из Чёрного леса, я начал догадываться что что-то хранит вас. Это довольно-таки могущественный артефакт, мальчик мой,- пояснил он Стояну,- как и все артефакты, он существует в единственном числе. Обладание им делает тебя, да и твоих спутников тоже, практически неуязвимыми. То есть, вы, конечно, можете заболеть, что собственно и произошло, но погибнуть - никогда! Береги мальчик мой, эту вещицу, и не показывай её больше никому. Сейчас смутное время и она тебе очень пригодится.
   Стоян посмотрел на довольного Добромира и решился.
   - А вы не могли бы сказать мне,- спросил он,- почему Криадл так хочет меня убить?
  Добромир покачал головой.
   - Пока не могу, мальчик мой,- сказал он,- когда ты вырастешь, станешь сильнее и мудрее, научишься правильно пользоваться своей силой, я расскажу тебе обо всём, а пока береги свой талисман. С ним ты и твои друзья в безопасности. А сейчас извини, меня ждут крайне важные дела, можешь почитать свою книгу.
  Он протянул мальчику книгу о Ночных тварях, которую до сих пор держал в руках, и быстро вышел из комнаты.
  
  
   8.
  
   Когда Стоян и Влада привезли Полянку и Жданку в замок, Добромир предложил им остаться у него насовсем. Девочки с радостью согласились. Да и великан тоже не стал спорить, когда Добромир предложил ему поселиться у него. Правда, в замок он входил с трудом, двери были слишком малы для него, поэтому Добромир волшебством воздвиг ему небольшой дом, как раз по размеру, неподалёку от сарая с драконами, и великан с удовольствием там поселился. Вскоре он уже подружился с драконами, а те в свою очередь, полюбили великана почти так же сильно, как и Стояна. Драконы вообще оказались довольно-таки дружелюбными, особенно малыш. Стоян даже дал ему имя, он, назвал его Гермесом и дракончик, с удовольствием откликался это имя. Пока великан возился с драконами, Добромир принялся за обучение Полянки и Жданки, и если Жданка занималась вместе со Стояном и Владой, то с Полянкой он занимался отдельно и вскоре обнаружил у девушки явный талант. Чтобы он не рассказал ей, какое бы заклинание и зелье не показал, стоило ему объяснить их принцип действия или состав, девушка запоминала всё моментально и накрепко. Ну а в лекарском деле сильнее её была только фея Травианна, и после того как Добромир рассказал ей о девушке, фея сама принялась обучать Полянку. Стоян частенько приходил повидаться с сестрой, но она была занята больше его, поэтому ему приходилось общаться чаще всего с Владой. Иногда они звали с собой Жданку, но девочка очень смущалась и предпочитала оставаться в своей комнате, делая домашние задания или читая, и Стоянк с Владой поневоле приходилось гулять вдвоём. Очень часто они ходили к драконам и тоже подружились с великаном, который оказался не только добрым и доверчивым, но и очень наивным существом. Он очень радовался, когда Стоян и Влада приходили к нему, и всегда старался придумать для них развлечения. Однажды он придумал гонки на драконах, и теперь ребята частенько приходили к драконам, забирались каждый на своего, и носились наперегонки над замком, а после великан награждал победителя. И Стояну и Владе гонки очень нравились, и они радовались новой игре, а вот Добромир, всё чаще и чаще, ходил озабоченный. Дела в волшебной стране шли хуже некуда, Криадл выполнил своё обещание и выставил таки против волшебников своё "войско". Злобные твари распространились по всей стране и творили много зла, а колдун сидел на своём острове и, посмеиваясь, ждал, когда измученные волшебники покорятся ему. Добромир теперь появлялся в замке редко и занятий с ребятами не проводил. Он лишь давал им самостоятельные задания, а сам надолго исчезал из замка. Стоян и Влада головы сломали, гадая, где он может бывать, а всё объяснялось просто, все наиболее сильные волшебники пытались очистить страну от нечисти. Но всё было напрасно, чем больше нечисти они уничтожали, тем больше её появлялось. Криадл уже был не один. Злобный карлик, живший в пещере Чёрной горы, тоже поспешил к Криадлу. Оказалось что Криадл - это его правнук, он частично расколдовал карлика и тот из ворона вновь стал человеком, правда очень маленьким и безобразным. Кроме того, к карлику вновь вернулась волшебная сила и на пару с Криадлом они наводили на страну ужас. Присутствие Верлиоки тоже делало своё дело, и хотя Криадл не позволял Верлиоке уходить с острова, само его присутствие нагоняло на всех панический ужас, да и волкодлаки, во главе с Мраксом тоже не дремали. Конечно, и до ребят доносились слухи о том, что дела в Волшебной стране плохи, но всё-таки Добромир щадил их, и, не желая пугать, не говорил им всей правды, поэтому в отсутствие Добромира, дети не скучали и не тряслись от страха по своим комнатам. Однажды, когда Добромира как всегда не было, ребята решили прогуляться. Они зашли за Жданкой, и, несмотря на её сопротивление, вытащили всё-таки девочку на улицу.
   - Давайте покатаемся на драконах,- предложила Влада. Они пошли к драконам, но тех на месте не оказалось, и ребята просто бродили по территории замка. Лето уже было в самом разгаре, и ребята решили искупаться. Они весело плескались в маленькой речушке, сбегавшей с гор и протекавшей как раз около замка, когда услышали шум.
   - Смотрите, Гермес,- крикнула Влада, показывая рукой на дракона, стремительно летевшего к замку. Ребята быстро оделись и побежали посмотреть, что случилось. Дракон подлетел почти, что к самым дверям замка, и с него на землю спустилась Полянка, осторожно поддерживающая, шатающегося Добромира, лицо у него было залито кровью. Вслед за ними, с дракона, как горох, посыпались дети самых разных возрастов, всё больше совсем маленькие. Все они были бледные и испуганные. Тут же из замка выскочили Ворон с феей Травианной и, охая, увели детишек внутрь.
   - Что случилось? - Встревожено спросил Стоян, подбегая к Полянке и подхватывая чародея с другой стороны.
   - Подрался с троллем,- ответила девушка, - давай отведём его в замок, а потом я тебе всё расскажу.
   Они отвели Добромира в замок и осторожно уложили его на огромную кровать, стоявшую в его спальне, тут же, словно по мановению волшебной палочки, явилась Травианна, и сразу же выставив их вон, принялась хлопотать вокруг Добромира. Полянка и Стоян вышли на улицу, к поджидающим их девочкам.
   - Так ты расскажешь нам, что случилось,- спросила у Полянки нетерпеливая Влада, когда они устроились в густой тени раскидистого вяза, росшего на заднем дворе замка. Полянка принялась рассказывать. Ребята слушали, затаив дыхание.
   - Ну, вы, конечно, знаете, что сейчас творится в стране, вся страна буквально заполонена нечистью, и волшебники ничего не могут поделать. Все эти злопыри, тролли, волкодлаки, страшники и страшницы, без них ведь и шагу ступить нельзя, да и не только они, всех этих тварей не перечислишь. Такое чувство, будто Криадл, решил погубить страну. Волшебники пытаются очистить страну от этих тварей, но на их место приходят новые. Добромир уже давно только ночует в замке, да и то не всегда, я тоже, чем могла, помогала ему, и вот сегодня десятка два пещерных троллей напали на маленькую деревушку неподалёку от Светлограда. А там людей совсем мало, человек тридцать, се-
  меро взрослых, а остальные ребятишки. Мы пролетали мимо, когда увидели, что тролли разгромили деревню, убили всех взрослых, а детей связали и решали что с ними делать, тоже убить или отвести к Криадлу. Ну а мы как раз пролетали мимо, Добромир попросил Гермеса напугать хорошенько этих тварей, а они сначала вроде бы разбежались, а когда мы принялись развязывать детишек, вновь кинулись на нас. Добромир хотел их заколдовать, но троллей никаким волшебством не прошибёшь, слишком они толстокожие, ну он и кинулся драться. Я никогда такого не видела, и надеюсь, больше не увижу. Добромир один всех троллей связал, ну и ему, конечно, тоже худо пришлось. Я подмогу вызвала, они троллей забрали, а детишек некуда девать, Добромир и велел их с собой взять, а в дороге ему совсем плохо стало. Шутка ли, в одиночку с десятком троллей справился.
   - Почему с десятком, - пискнула испуганная Жданка,- ты же говорила, их двадцать было.
   - А с остальными Гермес расправился, кого потоптал, кого огнём сжёг, - Полянка немного помолчала, - если не придумает кто-нибудь, как нам с Криадлом справиться, худо придётся.
   - Да куда уж хуже,- опять подала голос Жданка, Стоян и Влада сосредоточенно молчали,- хуже уже и некуда.
   Полянка вздохнула и поднялась.
   - Пойду я, однако, некогда мне рассиживаться, за детишками присмотреть надо. Вы уж не озорничайте тут. И за ворота ни шагу. Время не то нынче.
  И она быстро пошла к замку.
   - Ничего себе,- возмущённо произнесла Влада, когда девушка скрылась из виду,- совсем обнаглел этот Криадлишка, надо что-то делать.
   - А что ты сделаешь, мы же только дети, нас даже за ворота не выпускают,- буркнул Стоян.
   - Надо узнать, как победить Криадла,- уверенно сказала Влада.- Ведь есть то, чего он боится больше всего на свете, надо узнать, что это. Тогда мы будем знать, как его победить.
   Стоян посмотрел на девочек. Влада сидела возмущённая, разгорячённая, Жданка же, наоборот бледная, испуганная.
   - Я знаю, чего Криадл боится больше всего на свете,- тихо сказал Стоян,- вернее кого. Больше всего на свете он боится меня, так боится, что спит и видит, как бы ему меня убить. Только вот я не знаю, как убить Криадла. И не знаю, почему он меня боится, Полянка рассказывала мне про какое то пророчество. Давно. Там сказано, что я что-то сделаю Криадлу. Что-то что хуже смерти. Но я не знаю, что может быть хуже смерти.
  Ребята долго сидели под вязом, обдумывая те или иные варианты победы над Криадлом, но все они казались фантастическими. В конце концов, Влада не выдержала.
   - Вы как хотите,- заявила она, вставая,- а мне это надоело. Я не могу думать натощак, пошли обедать.
  
   На следующее утро Добромир остался в замке. После завтрака он позанимался с ребятами, проверил, чему они научились за время его отсутствия, и вскоре отпустил девочек, а Стояна попросил задержаться.
   - Ты не мог бы пройти со мной в лабораторию? - Спросил он, когда девочки ушли. Стоян согласно кивнул, собрал книги и пошёл вслед за чародеем. Когда они вошли в лабораторию, Добромир тщательно запер двери и предложил мальчику сесть.
   - Ты уже знаешь, что Криадл не оставляет попыток поймать тебя,- сказал он, когда мальчик устроился на высоком табурете, стоявшем около стола.- К сожалению, я не могу находиться постоянно рядом с тобой, поэтому я должен быть уверен, что ты находишься под надлежащей защитой.
   - Но вы же говорили что замок надёжно защищён, а за территорию замка мы не выходим,- пробормотал Стоян. Он глядел на измученное лицо старого волшебника, и ему было стыдно, что тому приходится волноваться ещё и из-за него.
   - Да, защищён,- сказал Добромир,- но, тем не менее, я хотел бы предпринять дополнительные меры безопасности. Хотя бы для собственного спокойствия. Во-первых, я ещё раз попрошу тебя, никогда не снимать с себя талисман, и никому о нём не рассказывать. Это твоя самая надёжная защита. А во-вторых, посмотри вот сюда,- и он указал на стол, на нём лежали два абсолютно одинаковых Хрустальных шара,- ты уже знаешь, что это такое, и умеешь им пользоваться. Так вот, я попрошу тебя, один из этих шаров постоянно носить с собой. Но так чтобы этого никто не знал. Второй шар останется у меня, и если с тобой что-нибудь случится, мы всегда сможем связаться друг с другом. А для того чтобы никто не обнаружил его у тебя, я наведу на него иллюзию. Превращу его,- Добромир задумался,- ну допустим в справочник по тассеографии. Криадл презирает гадание по чаинкам, поэтому, он не станет отнимать его у тебя. Иллюзия будет действенна только для посторонних. То есть для тебя этот шар, так и останется шаром, а вот другие будут видеть только глупую, ненужную книжку. Да, и ещё, зуб дракона тоже носи, пожалуйста, всегда с собой.
  Добромир взял один из шаров, произнёс над ним заклинание и, завернув его в тряпку, отдал Стояну. Мальчик положил его в сумку с книгами и посмотрел на чародея. Глаза у Добромира были такими печальными и уставшими, что у Стояна, сердце защемило от жалости, в последнее время он редко видел старого волшебника и сейчас вдруг понял, как трудно тому приходится.
   - Можешь идти,- кивнул ему Добромир,- и, пожалуйста, никому ни слова, о том, что я тебе говорил.
   Стоян вышел из лаборатории и отправился к себе в комнату. Ему не хотелось гулять, не хотелось никого видеть. В комнате он бросил книги на стол и ничком повалился на кровать. Ему было страшно, тревога Добромира передалась, ему и мальчик собирался беспрекословно выполнить все его требования, хотя бы, для того, чтобы Добромир меньше волновался о нём.
   Следующая неделя прошла относительно спокойно. Добромир постоянно находился в замке, и каждый день занимался с детьми магией. Он намного усложнил занятия, обучая их основным методам защиты от тёмных сил. Ребятам нравились эти занятия, и к тому же они понимали, что всё это может им вскоре пригодиться, поэтому занимались как никогда старательно. Однако через неделю чародей опять улетел из замка и не появлялся вот уже несколько дней. Полянка и фея Травианна были целиком заняты осиротевшими детьми, поэтому Стоян, Влада и Жданка оказались полностью предоставлены сами себе. С самого утра они уходили из замка и бродили по территории прилегающей к нему, благо там было, где погулять. Всё это время они не переставали обсуждать злодейства Криадла и способы победы над ним.
   Однажды утром ребята как всегда отправились на прогулку, день был ясный и солнечный и они решили, было искупаться, как вдруг раздался гром, небо над замком затянуло огромными лиловыми тучами и запахло чем-то неприятным, похожим на серу. Ребята кинулись к замку, но, не добежав, замерли на месте. Прямо над замком кружилась огромная крылатая змея с птичьим клювом и двумя хоботами. Увидев ребят, змея кинулась к ним, ребята в страхе побежали, но змея не отставала. Она летела прямо над ними, едва не касаясь голов когтистыми птичьими лапами.
   - Разбегаемся! - Крикнул Стоян, и девочки рванули в разные стороны, но змея не обратила на них внимания. Она скользнула прямо над Стояном, и сумела таки ухватить его за ворот мантии. Последнее что увидел мальчик, пролетая над замком, это испуганные лица девочек. Змея взмыла высоко в небо, унося мальчика всё дальше и дальше от замка. Через некоторое время Стоян почувствовал жуткий, прямо-таки непереносимый холод и нехватку кислорода. Мальчик потерял сознание.
   Очнулся он в тёмной и сырой комнате, крепко связанный по рукам и ногам. Толи от неподвижности, толи от холода, но всё тело у него ужасно болело. Стоян попробовал, было пошевелиться, но верёвки больно вцепились в тело, и вскоре мальчик оставил бесплодные попытки освободиться, и принялся оглядывать помещение, в котором находился. Это была крохотная каморка, без окон и практически без мебели, даже лежал Кирилл не на кровати, а на каменном полу. Под потолком, испуская слабый, неуверенный свет, чадил факел. Вскоре дверь заскрипела и в комнатку согнувшись, вошёл Криадл, рядом с ним вышагивал маленький, очень уродливый, одноглазый человечек, чем-то напоминающий ворона, в руках он держал Стоянову сумку.
  
   - Ну, что, набегался? - Насмешливо поинтересовался Криадл,- от меня милый мой, бегать бесполезно, я тебе не Добромир, я сейчас посильнее его буду.
  Мальчик молчал, первый страх у него прошёл и сейчас Стоян, изо всех сил старался ни о чём не думать, для того чтобы Криадл не смог прочитать его мысли. Криадл достал из сумки Хрустальный шар и, держа его в вытянутой руке, прочитал,
   - Тассеография, пособие для начинающих, хорошие книги даёт читать тебе твой наставник.
  Стоян чтобы не думать считал про себя и Криадл рассмеялся.
   - Боишься мальчишка, считаешь, чтобы не расплакаться от страха.- И вдруг безо всякого перехода жёстко спросил,- почему я никак не могу тебя убить? Что тебя защищает?
   - Не знаю,- быстро ответил Стоян, продолжая считать про себя,- я ничего не знаю, я просто мальчик.
   Криадл пристально смотрел на него.
   - Ты никогда не сможешь сбежать от меня, мальчишка, я всё равно узнаю, почему я не могу тебя убить, устраню причину и всё равно убью, в противном случае ты умрёшь от голода, кормить я тебя не собираюсь. У тебя надёжная охрана, замок, и остров тоже надёжно охраняются, так что помощи не жди.
   Он брезгливо бросил в угол сумку с хрустальным шаром и вышел из комнаты, карлик поспешил за ним. Дверь закрылась и Стоян, расслабившись, облегчённо вздохнул. Некоторое время он лежал, продолжая считать, просто так, на всякий случай, а потом принялся оглядывать комнату, в поисках чего-нибудь острого. Вскоре он увидел то, что искал, в углу, один камень откололся и в стене теперь торчал довольно таки острый осколок. Мальчик пополз к стене, ползти было больно, верёвки врезались в тело, но Стоян терпел и полз, ему, во что бы то ни стало, нужно было освободится. Вскоре он уже сидел, прислонившись спиной к стене, и старательно шоркал связанными руками о камень. Когда веревка, наконец, лопнула, мальчик потёр онемевшие, искровавленные о камни руки, развязал ноги и кинулся к шару. Шар засветился, и в нём появилось озабоченное лицо Добромира.
   - Ну, наконец-то ты появился, мальчик мой,- произнёс он, глядя на взволнованное лицо Стояна,- давай, рассказывай, где ты находишься, и чем я могу тебе помочь.
   - Я на острове, в подземелье, кажется в той же самой камере, в которой находились вы,- шёпотом сказал мальчик,- только вам сюда никак нельзя, Криадл сказал, что остров хорошо охраняется.
  Добромир задумался.
   - Мальчик мой,- сказал он, наконец,- я многому научил тебя и сейчас тебе придётся полностью полагаться на свои силы, а я буду помогать тебе советами, я не учил тебя трансформации, но может быть, ты что-нибудь читал об этом.
   - Да, я читал, немного,- пробормотал Стоян, недоумевая, при чём тут трансформация.
   - Ты пользовался заклинаниям, ты пробовал во что-нибудь превратиться?
   - Нет, ни разу, просто читал об этом, немного.
   Чародей помолчал немного и тихо сказал.
   - Мальчик, мой, тебе придётся рискнуть, я научу тебя заклинанию, и ты попробуешь превратиться во что-нибудь очень маленькое и крылатое, например, в муху, или в комара. Как только дверь откроется, ты должен будешь вылететь отсюда, и что было сил, лететь подальше от этого острова. Ты понял меня мальчик? Мы все очень волнуемся за тебя, но штурмовать остров сейчас не можем. У Криадла в подчинении находятся такие могущественные силы, что если мы осмелимся пойти на него штурмом, он опустошит страну. Ты согласен, Стоян, я тебя спрашиваю, ты согласен воспользоваться трансформацией?
   - Да, я согласен,- прошептал мальчик,- если у меня получится.
   - Будем надеяться,- вздохнул чародей,- я прочитаю тебе заклинание, а ты постарайся хорошенько запомнить его, нельзя допустить ни малейшей ошибки.
  Он несколько раз произнёс длинное, запутанное предложение, и не успокоился, покуда Стоян не заучил его дословно.
   - Когда будешь превращаться, - сказал Добромир,- представь себе животное, в которое ты хочешь превратиться. Постарайся представить как можно точнее, а то превратишься в комара без крыльев. Когда представишь, произнеси заклинание, и сосредоточься, как следует, это высшая магия. В другое время я бы даже предлагать тебе этого не стал, но сейчас у нас нет иного выхода. Хрустальный шар, тебе придётся оставить здесь, но я буду за тобой наблюдать. Да, для того, чтобы вернуть свой облик, надо просто произнести заклинание наоборот, и ты вновь станешь самим собой. Будь внимателен, не напутай с заклинанием, лучше потренируйся заранее. Удачи, мой мальчик, она тебе понадобится.
  Хрустальный шар погас и Добромир исчез. Стоян потренировался произносить заклинание наоборот, и когда у него стало хорошо получаться, решил его опробовать. Нельзя сказать, чтобы Стоян не волновался, он давно уже неплохо колдовал, но такие заклинания он ещё ни разу не использовал, сердце у мальчика колотилось от страха, но как ни странно у него всё получилось и вскоре, он уже превратился в крошечного, размером с игольное ушко, комарика. Взлетев под потолок, он уселся над самой дверью и принялся ждать. Ждать пришлось долго, Стоян даже задремал и когда дверь, наконец, заскрипела, он чуть не свалился на пол от неожиданности. В каморку, нервно оглядываясь, вошёл карлик, он осмотрелся, в поисках Стояна, и, не увидев мальчика, испуганно подскочил и выбежал из каморки. Стоян быстро вылетел вслед за ним, а карлик запер дверь и торопливо побежал прочь. В проходе никого не было, но когда они выбрались из подземного хода, всё подземелье оказалось заполнено нечистью. Прямо у двери сидел жуткого вида волк, вся шкура у него была обожжена, а его взгляд излучал ненависть ко всему живому. Это был Мракс. Он подозрительно покосился на карлика, тот пробежал было мимо, но неожиданно вернулся.
   - Кто охраняет пленника? - Спросил он у Мракса.
   - А что его охранять,- хмыкнул Мракс, голос у него был низкий, хриплый и очень неприятный,- с той стороны не выйти, там решётка с огненным озером, а мимо меня пусть попробует пройти. Я жду не дождусь этого.- И он неприятно усмехнулся, но карлик не обратил на усмешку внимания, он затопал ногами и закричал, срывающимся на визг голосом.
   - Немедленно поставить охрану, два тролля и десяток злопырей к дверям камеры немедленно, если мальчишка сбежит, отвечать будешь сам, лично.
  Стоян едва сдерживал смех, он понял, что карлик решил скрыть, что знает о его исчезновении, для того чтобы самому не оказаться виновным. Наверняка, сам боится Криадла.
  Карлик ковыляя, побежал дальше, и мальчик полетел за ним. Он решил немного разведать обстановку для того чтобы знать, что делать дальше. Карлик пробежал по коридору, выскочил на лестницу, ведущую из подземелья, открыл маленькую, неприметную дверь сбоку и вошёл, Стоян влетел следом за ним и едва не стукнулся о закрывшуюся дверь. В комнате сидел Криадл. Стояну сразу захотелось наружу, он испугался, что Криадл узнает его, но делать было нечего, и он забился в самый дальний и пыльный угол. Криадл сидел за маленьким, колченогим столом и читал какую-то книгу. Карлик уселся на продавленное кресло, стоявшее у стены и осмотрел грязную, неуютную комнатку.
   - Мог бы и получше комнату выбрать, внучек,- сказал он Криадлу, делавшему вид, что не замечает карлика,- там наверху и комнаты попросторнее и мебель в них приличная, а ты в чулан залез.
   - Много ты в горах думал о просторе и приличии,- недовольно буркнул Криадл,- небось, залез в вонючую пещеру, и не вылазил из неё лишний раз.
   - У меня внучек выбора не было, а у тебя есть.
   - Вот я и выбрал, и не называй меня внучком, дедуля, некогда мне,- отрезал Криадл, но карлик не успокоился, ему словно бы доставляло удовольствие злить Криадла.
   - Чем же ты так занят, внучек, что с родным дедушкой поговорить не можешь, а? Чай не чужой тебе я, глядишь, и присоветую чего.
  Криадл сердито захлопнул книгу и принялся расхаживать по комнате, изредка поглядывая на карлика.
   - Я не знаю, что мне делать с этим мальчишкой, судя по всему, его защищает некая магическая сила, но я не могу понять какая. Что только я не делал, для того чтобы уничтожить его, с него, как с гуся вода, Мальчишка выходит сухим из любой, казалось бы, самой безвыходной ситуации,- сказал он недовольно.- Я начинаю опасаться, что пророчество оказалось верным, но не может такого быть, чтобы какой то мальчишка, наглый недоучка, поднял руку на меня, самого великого тёмного мага тысячелетия.
   - Ну, самым великим, внучек, ты объявил себя сам,- сказал карлик,- а насчёт мальчишки не волнуйся, он в подземелье, крепко связан, оставь его там и вся недолга, небось, через неделю окочурится от голода и жажды. Я там на всякий случай стражу к нему приставил, мало ли чего. Вдруг, как в прошлый раз, спасители нагрянут. А ты, внучек, о другом подумай, долго ли на острове отсиживаться ещё будем, войско у нас теперича, немаленькое, пора его на стольный град посылать. А то скоро над тобой вся нечисть смеяться начнёт, что это за колдун, скажут. Итак, уже недовольны. Я тут недавно разговор волкодлаков слышал, недовольны они. Столько веков, говорят, в Чёрном лесу без человечьей крови просидели, а ты им разгуляться не даёшь, брось с мальчишкой валандаться, пора за серьёзные дела браться.
   Внезапно за дверью послышался шум, дверь резко отворилась, и в комнату вбежал перепуганный, окровавленный тролль, следом за ним ворвался Мракс. Тролль кинулся к Криадлу но, не добежав до него, упал на пол и закрыл голову руками, Мракс тут же набросился на него и принялся его рвать. Тролль визжал так, что Кирилл чуть не оглох.
   - Прекратить! - Рявкнул Криадл,- Что здесь происходит?
   - Господин, господин,- прорыдал тролль, протягивая к нему руки,- мальчишка... Мракс... он... - тут тролль опять закрыл голову руками и затрясся. Мракс презрительно посмотрел на тролля и вдруг поднял лапу и помочился на него.
   - Господин, эти олухи упустили мальчишку,- почтительно, но без страха, сказал он Криадлу,- когда я вошёл в камеру, чтобы посмотреть что он делает, мальчишки в камере не было, а эти олухи,- он мотнул головой в сторону перепуганного тролля,- эти олухи опять что-то не поделили и дрались между собой.
   - Как не было, а куда же он делся? - Угрожающе спросил Криадл,- я же вас всех в порошок сотру, если вы не поймаете этого маленького мерзавца.
   - Господин, это невозможно,- осторожно сказал Мракс,- уж не знаю, как это произошло, но мальчишка исчез бесследно. Я обнюхал всё вокруг, нет никаких следов, никакого запаха. Я почувствовал бы след, даже если бы он улетел по воздуху, но, увы, господин, это невозможно, я не могу его найти.
  На Криадла страшно было смотреть, казалось, его хватит удар. Карлик незаметно отошёл в сторону и спрятался в тень, а насмерть перепуганный тролль боялся поднять голову. Криадл медленно обвёл всех тяжёлым, не предвещающим ничего доброго взглядом и Кириллу показалось, что белки его глаз покраснели, а карлик, тролль, и даже Мракс, испуганно замерли.
   - Я не знаю, как, и где вы мне будете его искать,- медленно и тихо, но от этого ещё более угрожающе, проговорил Криадл,- но чтобы к утру, мальчишка был найден. Ты, - он ткнул посохом в ощетинившегося Мракса,- мальчишка не знает, что ты не можешь прикоснуться к нему, так напугай его до смерти. Если к утру, живой или мёртвый, мальчишка не будет валяться в своей камере, я вас всех на клочки порву. И Мракс и тролль и даже карлик поспешили поскорее убраться, карлик радовался, что так легко отделался и что Криадл не догадался о том, что ему уже известно об исчезновении мальчишки. Несмотря на то, что Криадл был его родственником, карлик боялся его, чувствуя его силу, он даже обрадовался побегу Кирилла, так как надеялся сам встать во главе армии монстров и отомстить, наконец, всем за своё многовековое изгнание. Он уже видел себя королём волшебной страны и в глубине души надеялся, что мальчишка, сам того не осознавая, поможет ему справиться с Криадлом, а уж потом он уничтожит мальчишку. Карлик не верил, что Стоян неуязвим и для него и в душе, посмеивался над перепуганным Криадлом. Но, тем не менее, он ничем не выдавал своих чувств, и сейчас поспешил удалиться. Как только за карликом закрылась дверь, Криадл перестал сдерживаться и первым делом разгромил комнату, Кирилл с удивлением, и что греха таить, с удовольствием, наблюдал, как взбешённый колдун крушит всё вокруг себя. Когда вся немудреная мебель в комнате была переломана в щепки, Криадл угомонился, и тяжело дыша, осмотрелся вокруг себя. Казалось, он сам не осознаёт, что это он всё натворил. Постепенно взгляд Криадла прояснился, и он громко позвал,
   - Эй, Лизун, быстро ко мне.
  В комнате тотчас же возникло маленькое, неопрятное существо.
   - Убери здесь всё,- распорядился Криадл,- вечером вернусь, чтоб всё было как всегда.
  Существо поклонилось и молча принялось за уборку. Мальчик признал в нём замкового, только в отличие от опрятного, солидного Сидорко, с которым его познакомил Аука, этот вызывал неприятные эмоции. Грязен он был невероятно, и рубаха и штаны его были засаленные и мятые. Из огромных прорех торчали грязные колени и локти. Глазки у Лизуна были маленькие, водянисто голубые, а на кончике огромного, картофелеобразного носа торчала большая волосатая бородавка. Пока Лизун убирал комнату, Криадл накинул чёрный, подбитый серебристым мехом плащ, и, выйдя из комнаты, отправился в сторону подземного хода. Приступ ярости уже прошёл и Криадл захотел сам осмотреть камеру Стояна. Мальчик же полетел совершенно в другую сторону, пора было возвращаться домой.
   Была уже глубокая ночь, но в замке никто не спал. Так никем и незамеченный, да и кто станет обращать внимание на комара, мальчик выбрался наружу и с любопытством огляделся. С тех пор как они с Владой и Добромиром покинули остров, он существенно изменился. Почти все деревья, за которыми так заботливо ухаживал Ворон, были спилены и срублены. Лишь одинокая берёза, по прежнему, росла на самой вершине холма, и из под её корней, как и прежде, вытекали четыре волшебных ручейка. Вокруг толпами шныряли самые разнообразные существа, тут были и тролли и злопыри и волкодлаки и множество другой нечисти, неизвестной Стояну. Все они были очень обеспокоены, и мальчик понял, что они ищут именно его. Неподалёку от замка была выложена огромная каменная площадка на ней было выстроено длинное помещение, напоминавшее сарай и мальчик заметил, что вся нечисть старается держаться от этого сарая подальше. Стоян подлетел к сараю и осторожно заглянул в крохотное оконце под крышей. В сарае спало огромное чудище, немного напоминавшее дракона, но гораздо больше и ужаснее его. От чудища, даже спящего, так и веяло тёмной силой и невероятной мощью и мальчик поспешил удалиться, что-то подсказывало ему, что здесь надолго оставаться не стоит, и он торопливо полетел к берегу океана, чтобы там, подальше от всей нечисти, вызвать дракона и спокойно дождаться его прилёта. Но и берег был просто усыпан нечистью, повсюду горели костры, каждый камень и каждая коряга тщательно осматривались встревоженными монстрами. Очевидно, их очень обеспокоил гнев Криадла. Среди всей этой нечисти Стоян заметил маленькие человеческие фигурки в серых плащах с балахонами. Это ученики Криадла, согласившиеся изучать тёмную магию, тоже вышли на его поиски. Весь остров напоминал растревоженный муравейник и мальчик понял, что вызывать сюда дракона равносильно самоубийству. Немного подумав, Стоян решил вернуться в замок, справедливо рассудив, что там сейчас безопаснее всего. В замке царило настоящее запустение, Стоян не стал спускаться вниз, а полетел наверх, туда, где были жилые комнаты. Залетев в первую, попавшуюся ему на пути комнату, он забился за портьеру и, не обращая внимания на толстый слой пыли, покрывающий всё вокруг, крепко заснул.
  
   9.
   Криадл спустился в подземный ход и торопливо пошёл по пустынному коридору, направляясь к камере Кирилла. Полы его длинной мантии путались под ногами, но колдун не обращал на это внимания, он торопился осмотреть камеру. Ещё издали Криадл заметил, что дверь в камеру открыта, подойдя к ней, он внимательно осмотрел замок, убедился, что он цел и вошёл в камеру. Здесь всё было по-прежнему. Голые стены, грязный пол, обрывки верёвки и забытый учебник тассеографии в углу. Учебник тассеографии... Криадл поднял книгу и внимательно вгляделся в обложку, затем открыл её. Что-то здесь было нечисто, он держал в руках обычный учебник, но ему вдруг показалось, что это не просто книга. У Криадла возникло чёткое ощущение, что кто-то сейчас рассматривает его, он ещё раз посмотрел на обложку, закрыл книгу и, положив её в карман, вышел из камеры и направился к себе в комнату. Ему нужно был как можно скорее проверить свои предположения. В комнате было темно и пусто, Лизун уже убрал отсюда все обломки, а новую мебель ещё не принесли, и Криадлу некуда было присесть. Да что там присесть, в комнате даже не было света, потому что Криадл в ярости сорвал факел со стены и растоптал его. Плюнув с досады, колдун отправился наверх и, войдя в первую попавшуюся комнату, это оказался кабинет травоведения, сел за стол и положил перед собой найденную в подземелье книгу.
  
   Стоян проснулся, оттого что хлопнула входная дверь, и в кабинет кто-то вошёл. Мальчик с трудом открыл глаза, сон не хотел отпускать его, посмотрел вниз и едва не вскрикнул от удивления и испуга. В комнату вошёл Криадл, в руках он держал Хрустальный Шар. Не глядя по сторонам, он прошёл к учительскому столу и, положив шар перед собой, принялся осматривать его. Некоторое время Криадл крутил Шар в руках, разглядывая его, потом вдруг внезапно хлопнул себя по лбу и выскочил из кабинета. Но не успел, Стоян опомнится, как он вновь ворвался в кабинет, держа в руках толстенную, старинную книгу. Положив книгу на стол, колдун принялся лихорадочно листать страницы и, наконец видимо нашёл то, что искал. Он впился глазами в текст. Мальчик сидел тихо-тихо, боясь, что Криадл каким либо образом сможет обнаружить его присутствие, но колдун был целиком поглощён чтением. Внезапно он поднял глаза к потолку и дико захохотал, затем отшвырнул в сторону книгу и вытянул над шаром руки. Его длинные, тощие пальцы нетерпеливо шевелились, когда он произносил заклинание. Шар засветился и Криадл принялся пристально вглядываться в него. Мальчик затаил дыхание, сердце у него колотилось часто-часто, а Криадл продолжал смотреть в шар.
   - Так, так, так,- вдруг произнёс он довольно,- мальчишка сбежал, но он оставил мне замечательную вещь. С помощью этого шара я смогу следить за всеми, и никто не будет об этом знать. Это замечательно. Нужно как можно скорее спрятать его.
  Криадл взял шар и вышел из кабинета, Стоян полетел за ним. Он хотел посмотреть, куда колдун спрячет шар. Криадл не стал спускаться вниз, наоборот он пошёл наверх, всё выше и выше поднимаясь по красивым деревянным лестницам. Наконец он поднялся на самый верх башни и открыл дверь в единственную, находящуюся там комнату. Это оказалась обсерватория, просторная и светлая, она вся была заставлена телескопами самых разнообразных размеров и другими непонятными инструментами. Криадл подошёл к большому стенному шкафу и, открыв его, аккуратно положил туда шар.
  
   - Хватит сидеть в подземелье, - сказал он сам себе,- теперь эта комната будет моим кабинетом и здесь Шар будет в безопасности. Осталось произвести некоторые изменения. Темникиусскороуссо,- громко воскликнул он и стукнул посохом по полу. На многочисленных просторных окнах тут же возникли решётки, а от потолка до пола, мягкими складками опустились черные шторы. В комнате сразу стало темно и мрачно.
   - Так то лучше будет,- пробормотал Криадл и снова стукнул посохом по полу,- факелоусосветилиус,- на стене возник горящий факел,- коловороктикусилюзионикус,- шкафы около одной из стен сдвинулись, а на освободившемся месте возникла большая чёрная кровать под чёрным бархатным балдахином, постель на кровати тоже была чёрная, очевидно Криадлу очень нравился чёрный цвет. Стоян поёжился, настолько, насколько может поёжиться комар, ему кровать показалась неуютной, а Криадл довольный проделанной работой вышел из комнаты и не успел, Стоян опомнится, как дверь захлопнулась, из коридора послышались удар посохом, новое заклинание и лязг железа. Стоян оказался заперт в новой комнате Криадла. И выхода из неё не было. Как только шаги Криадла затихли, мальчик выбрался из укрытия и вернул себе свой истинный облик, ему до смерти надоело быть комаром, а затем принялся осматривать комнату. Если раньше комната была светлой и уютной, то теперь стала тёмной и мрачной. Казалось что вместе с изменением обстановки на все предметы лёг отпечаток личности Криадла. Стоян подошёл к просторному окну отодвинул тяжёлые занавеси и подёргал раму. Окно было заперто крепко накрепко, а железные решётки на окне не давали возможности открыть его. От нечего делать мальчик принялся разглядывать инструменты и старинные книги, стоящие на полках и в шкафах, при этом он не переставал прислушиваться, боясь пропустить возвращение Криадла, но пока всё было тихо. На глаза ему попался большой шкаф битком набитый книгами, мальчик осторожно открыл его и принялся разглядывать старинные фолианты в золотых и серебряных переплётах и вдруг его внимание привлекла небольшая, невзрачная книжица, в переплёте мышиного цвета. Позже Стоян не раз будет думать, почему он обратил внимание именно на неё, но сейчас он машинально потянул её на себя, пытаясь вытащить, и... Внезапно раздался громкий скрип, мальчик испуганно отскочил от шкафа и увидел, что полки с книгами исчезли, и перед ним открылся проход, ведущий в черноту. Недолго думая Стоян подбежал к шкафу, куда Криадл положил шар, выхватил его и шагнул в проход, снова раздался скрип, проход закрылся и Кирилл очутился в кромешной тьме. Некоторое время он стоял на месте, потрясённый происшедшим, но вскоре глаза привыкли к темноте, и мальчик сумел разглядеть лестницу, ведущую вниз. Делать было нечего, назад возвращаться не было смысла, и Стоян осторожно начал спускаться, стараясь, не оступится, и не загреметь вниз. Лестница была крутая, и мальчику приходилось сильно напрягать зрение и вскоре глаза у него начали слезиться, и перед ними поплыли разноцветные круги. Стоян присел на лестницу и зажмурился, давая отдых глазам, очевидно, он недалеко ушёл, потому что различил наверху какой-то шум, как будто кто-то вошёл в комнату. Слышимость была прекрасная, и мальчику даже не приходилось прислушиваться, он и так слышал всё до последнего слова. В комнату вошли двое, по быстрым, стремительным шагам Стоян узнал Криадла, а вот второго, второго он узнал по голосу.
   - Простите мне мою наглость, хозяин, но мне кажется, что вы от нас что-то скрываете,- послышался хриплый и такой пугающий голос Мракса.
   - Что я могу скрывать от тебя лохматая тварь? - Недовольно спросил его Криадл,- как ты смеешь так разговаривать со мной?
   - Мальчишка, господин, вы приказали искать мальчишку, и его нигде нет, а теперь вы приводите меня сюда, в эту комнату, и здесь пахнет мальчишкой.
   - Как мальчишкой,- закричал Криадл,- каким мальчишкой? Где он? Где Шар? - Кинулся он, к шкафу увидев раскрытые дверцы.
   - Я не могу знать хозяин, я только говорю тебе то, что чувствую, в комнате был мальчишка, был совсем недавно, но сейчас,- Мракс потянул носом воздух,- сейчас его здесь нет.
   - Так найди его, найди мне его немедленно,- взревел Криадл,- он никуда не мог уйти, дверь была закрыта и окна,- он кинулся к окнам,- окна тоже закрыты.
  Мракс принюхался.
   - Если он здесь, я найду его хозяин, даже если он невидим, но если его нет,- он ещё раз потянул носом воздух,- мальчишка не входил в комнату, он появился в ней внезапно, как будто влетел, но в воздухе в коридоре его запаха не было. Мальчишка ходил по всей комнате, трогал окна, книги, и жужжащие и вертящиеся штучки он тоже трогал, а потом, потом он исчез, исчез вот у этого шкафа.- Он показал лапой на шкаф с книгами, и у Стояна замерло сердце. Криадл подошёл к шкафу и принялся быстро, книга за книгой, сбрасывать на пол тяжёлые фолианты. Кирилл, не чуя под собой ног, кинулся вниз.
   - Вот оно,- воскликнул Криадл, когда шкаф повернулся и перед ним очутился зияющий чернотой проход, - вперёд Мракс, он там!
  Волкодлак кинулся в проход.
  
   После похищения Стояна Добромир не находил себе места, он осунулся, похудел и день и ночь проводил в своей лаборатории, наблюдая за ним в Хрустальный Шар. Он видел, как Стоян сбежал и понимал, что пока ведутся такие интенсивные поиски, мальчик не сможет покинуть остров. Добромир видел, что Стоян нашёл тайный выход из лаборатории и чрезвычайно обрадовался этому, потому что только таким способом мальчик мог безопасно покинуть остров. Дело в том, что тайный ход из обсерватории, вёл прямо к океану, а там продолжался прямо под океанским дном и выходил на "большую землю". Добромир видел, что Стоян вернул свой Хрустальный Шар и когда Криадл послал за ним в погоню Мракса, попытался связаться с ним через Шар, но мальчик не отвечал, что есть духу, бежал он, по тёмному коридору, рискуя упасть и сломать ноги, и лишь ненамного опережая Мракса. Волкодлак уже догонял его...
   Сердце у Стояна выскакивало из груди, ему хотелось оглянуться, посмотреть, далеко ли Мракс, но он боялся потерять драгоценные секунды и бежал, бежал, бежал. Внезапно нога у него подвернулась и взорвалась резкой, просто безумной болью, мальчик поскользнулся и полетел вниз головой по ступенькам. Единственное что успел сделать Стоян перед этим, так это втянуть голову в плечи. К счастью, произошло это почти в самом низу, поэтому летел он недолго, и секунд через пять вылетел на абсолютно ровную площадку. Упав на пол, мальчик некоторое время лежал неподвижно, не в силах пошевелится, но приближение зверя быстро привело его в чувство. Увидев выскочившего на площадку волкодлака, Стоян попытался вскочить, но нога не позволила ему этого сделать, боль была такая, что глаза на мгновение заволокло красной пеленою и, мальчик пополз в дальний угол, не отрывая взгляда от жутких зрачков медленно приближающего волкодлака. Мракс усмехался и всем своим видом показывал, что сейчас кинется и... Стоян уже чувствовал, как огромные жёлтые клыки протыкают ему горло и горячая кровь течёт и течет, а волкодлак продолжает рвать и рвать его. И вдруг что-то обожгло ему грудь, и мальчик вдруг вспомнил, что слышал разговор волкодлака с Криадлом и вспомнил, что волкодлак ничего не может с ним сделать. Он прислонился к холодной, покрытой плесенью стене, и смело посмотрел на остановившегося зверя.
   - Ну что же ты остановился, давай, иди сюда,- крикнул Стоян и его голос показался ему тонким и жалким, но неожиданно и он придал мальчику сил. Волкодлак стоял и с усмешкой смотрел на него, но Стоян чувствовал его нерешительность. Он видел, что волкодлак почему-то не может кинуться на него, и Мракс тоже чувствовал, что он это видит, и они так и смотрели друг на друга, пока на площадку не выскочил Криадл.
   - Ну что, набегался,- сказал он, и торжествующая улыбка заиграла у него на губах, - от меня не уйдёшь. И давай сюда Шар, он мне ещё пригодится.
  Кирилл не ответил, одной рукой он покрепче прижал к себе Шар, а другой опёрся на пол и постарался поудобнее сесть. На этот раз он не собирался сдаваться и готовился обороняться до конца.
   - Да ты никак, не боишься меня, мальчишка,- спросил его Криадл,- да ты знаешь, что я могу с тобой сделать?
   - Да ничего вы не можете со мной сделать,- вдруг сказал Стоян неожиданно для себя самого,- если бы вы что-то, могли со мной сделать, то уже давно бы сделали это. Вы сами боитесь меня, и пугаете, чтобы я не догадался об этом.
   - Ты смелый мальчишка,- холодно сказал Криадл, - жаль, что ты не на моей стороне, мне придётся убить тебя...
  Он поднял посох, но Стоян уже был готов к этому.
   - Стоклусмомент!!! - Изо всех сил крикнул он, вскинув перед собой руки, воздух перед ним вздрогнул, вспыхнул разноцветными всполохами, и прямо перед ним возникла невероятно прочная, абсолютно прозрачная стена отгородившая его от Криадла с волкодлаком. Стоян устало прислонился к стене, его трясло и кажется, у него начиналась лихорадка. Невероятно сложное заклинание отняло у мальчика последние силы, Кирилл даже не мог удивляться, что оно у него получилось, Добромир ничего не рассказывал им о нём, потому что это была защитная магия наивысшего уровня, и не всякий волшебник мог использовать это заклинание. Стоян случайно наткнулся на него, листая старинную книгу по наивысшей магии в библиотеке Добромира, и сейчас просто вспомнил его и машинально использовал. Он сидел у стены полуприкрыв глаза, и устало смотрел на потрясённого Криадла и взбешённого Мракса, и ему не надо было ни от кого убегать. Это заклинание не мог отменить никто, кроме него самого, прозрачная, прочная стена словно бы разделила небольшую площадку на два мира, мир Криадла и мир Стояна и мальчик был теперь недоступен для колдуна. Криадл тоже понял это, он злобно поглядел на Стояна, пнул ощетинившегося волкодлака, и пошёл наверх, Мракс отправился за ним, и Стоян остался один. Он долго лежал около стены, и, кажет даже, вздремнул немного, но лучше ему не стало. Нога по-прежнему болела, к тому же, вскоре она посинела и сильно распухла. Мальчик понимал, что нужно что-то делать, но у него не было на это сил. Лихорадка усилилась, идти он не мог, убрать стену тоже не мог, и Стояну оставалось только умереть в подземелье, или ползти вперёд... И он пополз.
  Медленно, с трудом волоча за собой покалеченную ногу, он полз и полз вперёд, ни обращая внимания, ни на боль в ноге, ни на усиливающуюся лихорадку, понимая, что это единственный шанс на спасение. Губы у него потрескались и кровоточили, во рту пересохло так, что язык и дёсны казались шершавыми, но у него не было сил наколдовать себе воды, иногда он терял сознание, но потом опять приходил в себя и опять полз вперёд.
  
   Вернувшись в обсерваторию, Криадл выгнал Мракса и, закрывшись, для того чтобы никто не мог помешать ему, засел за книги по чёрной магии, принесённые ему Лизуном. Поиски Кирилла прекратились, так как все уже знали что ему, в который уже раз, удалось скрыться. Вся нечисть, опасаясь гнева Криадла, попряталась по своим щелям и каморкам, тролли, злопыри и ученики Криадла спрятались в подземелье, но Криадл не появлялся. Он сидел у себя в обсерватории и один за другим перелистывал старинные фолианты, надеясь отыскать в них ответы на свои вопросы. Заклинание, произнесённое Кириллом и стена сотворённая им, потрясли Криадла. Колдун не мог понять, откуда мальчишка мог узнать это заклинание и уж тем более применить его. Старинные книги убеждали его, что это невозможно, но Криадл своими глазами видел происшедшее чудо и оно всё более и более пугало его. Какие ещё силы подвластны этому мальчишке, если он на глазах у него, у Криадла смог сотворить Отсекающую Стену. А что если старинное предсказание верно. Что если этот мальчишка действительно принесёт ему " ХУДШЕЕ, ЧЕМ СМЕРТЬ ", да и что может быть хуже. Криадл поднялся и, отодвинув штору, выглянул в окно. Остров казался пустынным, лишь слегка подрагивал сарай, в котором ночевал Аспид, очевидно змей просыпался. "Ну что же,- сам себе сказал Криадл,- мальчишка покалечен и ослаблен, вряд ли он долго протянет, неизвестно ещё, куда ведёт этот ход. Карлик прав, нельзя терять время понапрасну, пора окончательно брать власть в свои руки." Принятое решение подбодрило Криадла, придало ему сил. Он резко поднялся и, выйдя в коридор, кликнул Мракса.
   - Поставить в подземелье толковую стражу,- распорядился он,- караулить день и ночь, не отходить не на секунду, Карлика ко мне.
  
   Ужас и тьма опустились на волшебную страну, они пришли с прекрасного некогда острова и, за несколько дней, охватили всю страну. Если раньше волшебники пытались бороться то сейчас, когда Криадл объявил себя Верховным повелителем Волшебной страны, они перестали это делать. Каждый стал сам за себя, каждый забился в свою раковину, а в стране воцарилась атмосфера страха и недоверия. Тролли, злопыри, страшилы и страшницы* и прочая, самая невероятная нечисть расползлась и расплодилась повсюду. В каждый город и в каждую деревню Криадл посадил своего наместника из числа своих лучших учеников и они, юные, но жестокие и честолюбивые, служили ему в надежде на ещё большие награды и почести. Сам Криадл воцарился в столице и прекрасный некогда город, как и остров, превратился в место страха и уныния. В стране появилось много чёрных ведьм и колдунов, неизвестно было, где они прятались раньше, но сейчас они как тараканы, повылезали из своих щелей и один за другим, стекались к Криадлу, предлагая ему свои услуги. Криадл стал властелином волшебной страны и смог воплотить в жизнь свою давнюю мечту. Он собрал всю молодёжь в стране, всех малолетних колдунов и ведьм, начиная с тринадцати лет, и увёз их на остров, чтобы там обучать их тёмной магии. Он надеялся, что впоследствии они станут его верными слугами. Остров этот хорошо охранялся, и родители не получали от своих детей не единой весточки и страдали, не зная о том, что происходит с их детьми. В школе всем распоряжался карлик, и он был чрезвычайно доволен этим. Тайком от Криадла он вербовал там свою собственную, преданную только ему - армию, а так как все учителя обучавшие детей раньше, покинули школу, то учителей он набрал из добровольцев, чёрных ведьм и колдунов, желающих выслужиться перед Криадлом. Преподавалась в школе, исключительно тёмная магия. А Криадл повсюду летал на своём Аспиде, сея вокруг себя страх и разрушения. Он самолично казнил и заколдовывал непокорных. И лишь одно место в Волшебной стране он оказался не в силах покорить. Замок чародея Добромира оставался оплотом добра и света в абсолютной тьме царившей в Волшебной стране. У старого волшебника ещё оставалось достаточно сил, для того чтобы сопротивляться армии Тьмы, и все слуги Добромира не могли сломить его. Крохотный островок света посреди моря тьмы. Он не давал погаснуть надежде...
  И Стоян всё ещё был жив.
  
  
  
  
  
   Силы уже совсем оставили Стояна, когда он подполз к огромной, конца и края не видно, подземной реке. Не веря своим глазам, мальчик опустил в воду лицо и руки, и ледяная вода привела его в чувство и вернула ему силы. Он долго хватал её пересохшими, окровавленными губами и с трудом проглатывал, но постепенно ему стало легче. Стоян смыл с лица и рук засохшую кровь и пот и, наконец, то смог заняться ногой. Он размотал кожаные завязки на сапожках и осмотрел ногу, выглядела она ужасно, распухла и почернела. Сжав зубы, Стоян ощупал её и вздохнул с облегчением. Всё-таки, это был не перелом, а растяжение, а с этим он и сам мог справиться. Стоян разулся, осторожно опустил больную ногу в ледяную воду, и уже через несколько секунд, почувствовал облегчение. Когда боль почти совсем опустила его, он оторвал от рубахи несколько широких полос и аккуратно и плотно обмотал больную ногу. Теперь он мог даже стоять на ней. Встав, наконец, на ноги, Стоян осмотрелся, он уже привык кромешной темноте подземелья, поэтому ему всё было видно. Прямо из-под земли вытекала огромная река, и дальше надо было либо на чём-нибудь плыть, либо возвращаться. О том чтобы вернуться, Стоян и не думал, он понимал, что Криадл непременно выставит около выхода стражу, поэтому он решил сначала отдохнуть, а уж потом решать, что ему делать дальше. Дно здесь было песчаное и Кирилл, прежде чем улечься спать, решил выкопать себе небольшую ямку. Когда работа была закончена, он закутался в обрывки одежды и, прижав к себе Шар, крепко заснул.
   Влада проснулась внезапно, как будто бы кто-то толкнул её. Тихо, стараясь не разбудить спавшую с ней в одной постели Жданку, она выбралась из-под одеяла и подошла к окну. С тех пор как Стоян пропал, девочки сильно подружились и старались не расставаться друг с другом. Добромир запретил им выходить на улицу а в замке развлечений было мало да и обстановка вокруг была гнетущая, взрослые все были озабочены и испуганны, поэтому дети были предоставлены сами себе. И Влада и Жданка всё своё время проводили или в библиотеке или у себя в комнате, всё время, обсуждая один и тот же, не дающий им покоя, вопрос, " где Стоян, и как Добромир собирается его спасать". Но день проходил за днём, Добромир ходил озабоченный и измученный, а Стояна всё не было. Девочка отодвинула штору и выглянула на улицу, ночь была в самом разгаре и темнота стояла кромешная, даже луны не было видно за тяжёлыми, затянувшими небо тучами. Влада уже собиралась вернуться в кровать, когда увидела Добромира и Травианну, они прогуливались прямо под окнами их башни и разговаривали между собой.
   - И что же вы скажете Добромир Святославович,- взволнованно спросила Травианна,- с мальчиком всё в порядке? Он жив? Он здоров?
   - Да он жив, но немного болен, падая, он сильно повредил ногу, да и это заклинание сильно ослабило его, но у него сильный организм, да и сила духа не маленькая. Не всякий взрослый смог бы сделать то, что сделал этот ребёнок. Я думаю, что с ним всё будет в порядке.
   - Ох, ваши бы слова, да Светлым Богам в уши, - сказала Травианна и помолчала. Влада старалась не дышать, чтобы они не услышали её, с момента исчезновения Стояна девочка ничего не слышала о нём.
   - Но как же он выберется оттуда? - Снова нарушила молчание Травианна.
   - Подземная река проходит прямо под дном океана и выходит уже на сушу, если у него хватит сил сотворить лодку или хотя бы её подобие, он выберется.
   - Ну а если не хватит? - Воскликнула Травианна,- если он не догадается? Если он не сможет? Мальчик болен! Измучен! Испуган! В конце концов, он голоден. Мы должны что-то сделать, Добромир Святославович, мы должны помочь ему.
   - Как мы можем помочь ему? - спросил Травианну Добромир,- территория замка контролируется Криадлом, её охраняют сотни волкодлаков. Мы не смогли помочь детям похищенным Криадлом. Стояну придётся выбираться самому, и я уверен, он сделает это. Он сделает это лучше, чем кто-либо ещё, а я со своей стороны постараюсь помочь ему советом. Пускай он выспится, а утром я попытаюсь связаться с ним.
   Травианна вздохнула.
   - Уже поздно Добромир Святославович, вам надо отдохнуть, вы ведь уже несколько дней не спали.
   - Ну что же, пойдёмте в замок, честно говоря, сегодня я как никогда спокоен за Кирилла. Думаю, что теперь, с ним всё будет в порядке.
  Добромир и Травианна ушли и Влада, наконец-то, смогла перевести дыхание. Она закрыла окно и вернулась в кровать. Ей хотелось сразу же рассказать всё Жданке, но девочка так сладко спала, что Владе стало её жалко. Она легла рядом и закуталась в одеяло. Поначалу девочке казалось, что она не сможет заснуть, и она долго лежала с открытыми глазами, разглядывая трещины в потолке. Трещины складывались в причудливые узоры. Внезапно входная дверь заскрипела и открылась и Влада увидела, как в комнату вошёл Стоян. При слабом свете свечи, стоявшей на тумбочке девочка увидела, что вид у него усталый и измученный.
   - Ты, почему не спишь? - Спросил её Стоян, пристраиваясь на краешке её кровати.
   - Да вот,- смутилась девочка,- не спится что-то. Всё волновалась, как ты.
   - Со мной всё в порядке, ты спи, давай, ведь ночь ещё.
   - Как ночь? - Удивилась Влада,- ты смотри солнце уже где, вставать пора.
   - Вставать пора,- согласился Стоян и вышел из комнаты. Влада села на кровати и увидела перед собой одетую Жданку.
   - Вставать пора, - сказала ей Жданка,- я тебя бужу, бужу, а ты всё спишь. Нас Добромир к себе зовёт. Травианна сказала, что у него есть новости о Стояне, вроде бы у него всё в порядке.
   - У меня тоже есть новости о Стояне,- Сказала Влада, весело посмотрев на вытаращившуюся на неё Маришку. И пока Влада одевалась и умывалась, Жданка успела выпытать у неё все подробности ночного разговора Добромира и Травианны.
  
  
   Стоян проснулся оттого, что Шар, который он прижимал к себе во сне, раскалился и начал жечь ему грудь и руки. Мальчик оттолкнул его от себя и сел, пытаясь стряхнуть с себя сонное оцепенение. Шар, лежавший неподалёку от него осветился серебристо-голубоватым светом. Стоян подтянул его к себе, и всмотрелся в его призрачное сияние. Кто-то настойчиво пытался связаться с ним. Стоян положил на шар ладони, сосредоточился и увидел взволнованное лицо Добромира.
   - Как ты, мальчик? - Встревожено спросил его Добромир,-
   -Да вроде ничего, осторожно сказал Стоян, оценив своё состояние,- только есть очень хочется.
   - Ну, насчёт этого не волнуйся,- улыбнулся волшебник,- если хочется, есть, значит действительно "ничего", но еду можно наколдовать. Будет не так вкусно, но всё-таки лучше, чем ничего. Я хочу спросить тебя, что ты собираешься делать дальше.
   - Как что,- пожал плечами Стоян,- выбираться, конечно, если конечно это возможно.
   - Возможно, но долго и трудно. Тебе понадобятся все твои силы, и терпение. Это потайной тоннель, о нём знаю только я, как действующий директор школы
  я обязан хранить эту тайну до наступления экстренной ситуации и я думаю что эта ситуация наступила. Тоннель уходит глубоко под школу и там тянется на многие километры, выходя наружу уже не на острове, а на "большой земле". Тебе придётся проплыть это расстояние, потому что дальше невозможно идти, нужно плыть по течению реки, и она сама вынесет тебя куда надо.
   - Но я не очень хорошо умею плавать,- испугался Стоян,- я не смогу проплыть и сто метров, а тут "многие километры".
   - Но ты же волшебник,- спокойно сказал Добромир,- и очень даже неплохой волшебник, я бы даже сказал очень хороший волшебник. Не всякий взрослый чародей сможет воспользоваться заклинанием броневого стекла. Это магия высочайшего уровня и уж конечно большинство волшебников использует при этом волшебную палочку и посох. Сам Криадл не может колдовать без своего посоха, в нём нет того стержня, той внутренней силы, которая присутствует в тебе. Поверь в себя мальчик, призови свои внутренние силы и сотвори иллюзию. Самую простую. Но надёжную. Лодку или хороший деревянный плот. У тебя получится. Самое главное набраться терпения, ну и конечно, ты всегда можешь сделать так, чтобы лодка плыла немного быстрее. Удачи тебе, мальчик, я буду присматривать за тобой, но тебе придётся полностью полагаться на свои силы. Да, и когда выйдешь на поверхность, свяжись со мной, пожалуйста.
  Добромир ещё раз ободряюще улыбнулся мальчику и исчез, Шар сразу же потух и Стоян остался в полном одиночестве. Он наколдовал себе немного хлеба и съел его, запивая водой из реки. Наколдованный хлеб действительно оказался не очень вкусным, словно бы состоял из песка и резины, но сил у мальчика прибавилось, и он смог сотворить себе лодку. После того как лодка была готова, мальчик аккуратно уложил в неё своё главное сокровище - Хрустальный шар, и, забравшись в неё сам, оттолкнулся от берега. Ещё одно заклинание и вода за бортом лодки забурлила, а лодка стремительно понеслась вперёд.
  
   10.
  
   На третий день своего путешествия по подземной реке Стоян думал, что уже никогда не увидит солнца. Несмотря на то, что лодка быстро неслась вперёд, практически без остановок, (Стоян даже спал в лодке, не выходя на берег)- реке конца и края не было. Мальчик уже давно не различал, где день, где ночь, (в подземелье всегда царила кромешная темнота), он просто лежал в лодке, уставившись невидящими глазами в потолок, и думал, думал, думал. Или спал. Подземный ход был идеально ровным и прямым, совсем как стрела. Сначала мальчик задавался вопросом, кто мог его построить, но потом, подумав, что без волшебства здесь точно не обошлось, просто махнул на это рукой. Волшебная еда ему быстро надоела, она была питательная, но абсолютно безвкусная и совсем не пахла, поэтому Стоян наколдовывал её себе лишь в самом крайнем случае, когда сил, для того чтобы терпеть голод, уже не было. Мальчик спал, когда сквозь тяжкое, не приносящее облегчения забытьё, почувствовал на лице лёгкое дуновение свежего приморского ветерка. Не веря, он поднялся на колени, для того чтобы посмотреть вперёд и сквозь сплошную, давящую на глаза, черноту, увидел слабое, голубоватое свечение. Через несколько томительных минут лодка выскользнула из подземелья на поверхность, и мальчик очутился на берегу океана, неподалёку от того места, где он встретил драконов. Стоян поднялся и на подрагивающих от слабости ногах, медленно выбрался из лодки. Свежий ночной ветерок ласково обдувал его разгорячённое лицо, нежно перебирая вспотевшие от подземной духоты - волосы. Стояну страшно хотелось, есть, но сил, для того чтобы колдовать, уже почти не было. Мальчик вытащил из лодки Хрустальный Шар и, бросив лодку, медленно пошёл в сторону Зачарованного леса. Дойдя до опушки, он лег на траву и, раскинув в стороны руки, полной грудью вдохнул в себя пьянящий аромат ночного леса, потом повернулся набок и, сорвав высокую, острую травинку, настойчиво щекотавшую ему шею, засунул её себе в рот и с наслаждением - надкусил. В рот ему брызнул терпкий, чуть горьковатый сок. Стоян узнал звездчатку. Некоторое время мальчик просто лежал на траве, не шевелясь и не о чём не думая. Спать ему не хотелось, за долгую дорогу в подземелье Стоян успел основательно выспаться. В лесу было, всё живое сейчас спало, слышен лишь был шум океана, который был, не очень далеко, да слабый шелест листвы. Отдохнув немного, мальчик поднялся и осмотрелся. Он решил позвать дракона, чтобы тот унёс его в замок, но неожиданно услышал, какой то шум. Кирилл прислушался, и вскоре разобрал похрюкивающий говорок лесных троллей.
   - Ты нюхай, Дубилка, хорошенько нюхай,- невнятно прохрюкал один из троллей, - Господин говорит, ежели кто из лесных жителей по ночам из своих нор выходить будет, значит, он что-то против господина задумал. Значиться, его надо, того, к когтю. Ночь - наше время.
  Стоян замер.
   - Отстань, Боли-бошка, как будто я и без тебя не нюхаю,- сердито прохрюкал другой,- раскомандовался тут, всё перед хозяином выслуживаешься.
   - Хозяин, есть хозяин,- прохрюкал Боли-бошка, он нас из Чёрного леса вызволил, мы теперь его слуги. Так что молчи, а то расхрюкался - ровно свинья. Хозяин узнает, он тебя вмиг испепелит, как тех идиотов, что мальчишку упустили.
   Тролли замолчали и принялись старательно обнюхивать кусты и деревья, испуганный Стоян быстро прошептал заклинание, превращающее его в комара, и взлетел на ближайшую сосну, надеясь на то, что тролли его не заметят. Тролли обнюхали и осмотрели сосну, на которой притаился мальчик, и, не заметив его, пошли дальше. Стоян слетел с дерева и, дождавшись, когда тролли уйдут как можно дальше, вернул себе свой собственный вид. Хрустальный Шар по-прежнему, лежал под деревом, тролли не нашли его. Стоян подобрал Шар и осторожно углубился в лес.
   Всё дальше и дальше заходил Стоян в лес, при малейшем шорохе, замирая и превращаясь в комара. Мальчик не раз подумывал о том, чтобы хотя бы временно, не возвращать себе человеческий вид, но ему жалко было бросать Хрустальный Шар. Это была единственная ниточка, связывающая его с Добромиром, и Стоян не хотел обрывать его. Есть ему хотелось ужасно. Волшебный хлеб надоел мальчику до чёртиков, и Стоян предпочитал терпеть, время от времени он набредал на какой- нибудь ручеёк, пил, отдыхал, а потом поднимался и шёл дальше. Когда, наконец, мальчик увидел знакомый овраг и знакомую избушку, с крохотным, запылённым окошком, радости его, не было предела. Оглядевшись по сторонам, не видит ли его кто, Стоян быстро проскользнул на крылечко и постучал.
   - Иду, иду, кто там стучит в такое время, тролль тебя забодай? - Послышался знакомый, добродушный голос и мальчик от радости чуть не расплакался. Он дошёл, теперь всё будет в порядке, всё как-нибудь образуется. Стоян был твёрдо уверен в этом. Дверь открылась, и на крылечке показался Аука, он подслеповато прищурился.
   - Ну, кто тут? - спросил Аука,- вглядываясь в мальчика и тут же узнав, заохал, схватил его за руку и быстро втащил в избушку, не забыв запереть за собой дверь.
   - Ох, да что же это? Ох, да как же ты дошёл? Ох, да что же это твориться?- бормотал он, усаживая мальчика за стол,- а у меня то и еды человеческой нет, всё моя лешачья, ну я хоть землянички тебе дам. Первая, нежная.
  Аука взял большую миску и выскочил с ней на улицу. Вернулся он, через несколько минут, теперь миска была до краёв наполнена, свежей земляникой.
   - Вот, покушай-ка, милый, землянички,- сказал он, поставив миску перед Стояном.
   Стоян жадно набросился на угощение. Съев землянику и запив её водой из кадушки, мальчик совсем осоловел, он еле-еле забрался на печку, и сразу же крепко заснул. Аука с жалостью посмотрел на мальчика, потушил свет и тоже улёгся.
   Проснулся Стоян к обеду, Аука к этому времени успел наловить рыбы и даже поджарил её на небольшом костерке, который развёл неподалёку от избушки. Мальчик с удовольствием поел настоящей еды, а потом рассказал Ауке о своих приключениях. Лешак вздрагивал и испуганно косился на дверь, когда Стоян описывал ему свою встречу с Криадлом, и то, как на него чуть не накинулся Мракс.
   - Шустёр ты, ох и шустёр,- сказал он мальчику, когда мальчик закончил свой рассказ, - и откуда в тебе столько смелости?
   - Это не смелость,- задумчиво сказал Стоян,- я ведь боялся их, всё время боялся. Только мне стыдно было, совсем ничего не сделать. Взять и просто так сдаться, это ведь совсем, никуда не годится.
   - Это так,- согласился с мальчиком Аука, только не каждый бы на твоём месте осмелился сразиться с Криадлом и его волкодлаком. Надо придумать, что с тобой делать, я бы и рад, тебя у себя оставить, да только сейчас в лесу опасно слишком стало, если прознает кто, что ты у меня, находишься...
   Аука замолчал, словно бы опасаясь говорить дальше.
   - Да что у вас в лесу происходит то?- спросил его Стоян,- Тролли всё время по лесу шастают, осматривают всё, обнюхивают.
   - А то Его Величества Верховного Правителя - дозоры. Теперь в лесу что-то навроде комендантского часа. После наступления темноты, на улицу ни-ни. Темнота - время тёмных. В гости тоже нельзя ходить. Потому как где двое, там сговор может быть. Против Его Величества Верховного Правителя.
   - Это кто его Величество, Криадл что ли?- Поражённо спросил мальчик.
   - Он самый,- серьёзно ответил Аука.- Тяжёлые времена настали, вот я помню, давненько это было, один колдун, тоже навроде Криадла, сам себя Владыкой объявил, так ему быстро под зад мешалкой дали да в Чёрный лес услали. А этот поумнее его будет. Тот то один был. А Его Величество, сначала себе армию набрал, таки они теперь, за то, что он их из Чёрного леса вызволил, стараются. Следят за всеми. Вынюхивают. Да ещё этот Верлиока с Аспидом. Вот где твари то.
   - Про Верлиоку я слышал,- сказал Стоян,- а что ещё, за Аспид, то? Он то откуда взялся?
   - Аспид, творение таких тёмных сил, которые нам не ведомы и неподвластны. Это дитя Чёрных гор. Воплощение зла. Огромный крылатый змей с двумя хоботами, ну навроде как у слона, и птичьим клювом. На землю он садиться не может, только на камень, иначе он пожечь всё может. У него из клюва огонь пышет и он этим огнём пуляется, а на кого посмотрит, ну так, по-особому, тот сразу в камень превращается. И никто его обратно расколдовать не может, потому, как можно это сделать, только убив Аспида. А как его убить, про то никому неведомо.
   - Ничего себе,- задумчиво сказал Стоян,- как же мне к Добромиру в замок добираться. Я хотел дракона позвать.
   - Ни - ни, нельзя,- замахал руками Аука,- дракон против Аспида, это так, плюнуть и растереть. Ну, ровно котёнок, против тигра. Дракон конечно тоже огнём пуляться умеет, да только Аспид его живо в камень обратит. Ты хоть себе представляешь, каково это с неба камнем брякнуться?
   - Представляю,- буркнул Стоян,- в лесу жить нельзя, тролли узнают, на драконе лететь нельзя, Аспид может, в камень превратить. Что же мне делать?
  Как до Добромира добираться?
   - А про то думать надобно,- сказал Аука,- только я тебе скажу, осторожно всё надо делать, обстоятельно. На рожон тоже лезть нельзя. Ты тут дома пока посиди, да на улицу - ни, ни. Не высовывайся, значит. А я в лес схожу, до Бабы Яги. Вдвоём с ней подумаем. Глядишь, что и надумаем.
   - Так Вы же говорили, что в гости ходить нельзя. Запрещено.- Воскликнул мальчик.
   - Запрещено!- согласился Аука,- да только кто ж их слушать то будет. Мы с Ягой уже старые. Не слишком то кого и боимся. А дома сычами сидеть, тоже радости мало. Ну ладно, пошёл я, а ты на улицу - ни, ни.
  И Аука ушёл. Стоян остался дома один.
  
   Вернулся Аука уже затемно. Всё это время мальчик послушно просидел в избушке, ни на минуту не покидая её. Конечно, ему не нравилось такое затворничество, но он понимал, что иного выхода просто нет. За то время пока он сидел в избушке, мимо их домика прошли три дозора, и каждый дозор состоял из пары лесных троллей. Разглядывая их в крохотное, запылённое окошко, мальчик заметил, что на боку у каждого висит большая медная дудка.
  Вместе с Аукой пришла и Баба Яга. Осторожно, оглядевшись по сторонам, она вошла в избушку, и устало опустилась на пенёк, а на стол положила большой, цветастый узелок, от которого сразу же запахло чем-то вкусным.
   - Дожила,- сказала она Стояну,- пешком приходиться ходить. А я ить не девочка. А отощал то, отощал то,- добавила она, разглядывая мальчика.- Ну, ничего, я тут тебе пирожков принесла, вареньица черничного. Сейчас этот лешак старый чайку согреет и почаёвничаем.
  Аука, нисколько не обижаясь на старого лешака, торопливо собирал на стол.
   Стоян набросился на пироги так, как будто он десять лет ничего не ел, они показались ему восхитительно вкусными. Баба Яга почти ничего не ела, она сидела за столом, подперев кулаком морщинистую щёку, и печально смотрела на мальчика.
   - Ищь,- досталося мальчонке,- жалостно сказала она Ауке,- оголодал совсем. И что же энто твориться то такое. Детишки малые страдают.
  Аука тоже ел мало, а после ужина, торопливо убрал со стола и, выглянув на улицу, накрепко запер дверь, а окна занавесил половицами.
   - Заночуешь у меня сегодня,- сказал он Бабе Яге.
   - И то, и то,- согласилась старушка,- пристала я, что-то, по лесу то бегаючи. В ступе то оно и быстрей и полегче будет.
  Внезапно раздался громкий стук в дверь, Баба Яга встрепенулась и в тот же миг превратилась в огромную встрёпанную сову, тяжело взмахнув крыльями, она взлетела на печь, забилась там в самый угол и прикрыла глаза, как будто задремала.
   - Давай и ты, парниша, обращайся в кого-нибудь там, в комара или мыша,- сказал ему Аука и пошёл открывать дверь. Стоян быстро представил себе крохотного серого мышонка, с глазками бусинками и едва успел юркнуть под печь, как в комнатку вошли два здоровенных тролля.
   - Почему двери сразу не открываешь, хозяин?- Помахивая дубинкой, спросил один из троллей.
   - Так я того, этого, спал я,- развёл руками Аука.
   - Гостей нет?- Вопросительно прохрюкал второй тролль, заглядывая во все немногочисленные места, где так или иначе можно было спрятаться.
   - Да нет,- опять развёл руками Аука,- откуда бы им взяться, гостям-то? Его Величество Верховный Правитель не дозволяет гостей.
   - А это что?- Показал тролль на прикрывшую глаза сову.
   - Так это сова,- ответил леший,- в лесу подобрал, крыло у ей поранено, подлечить вот решил и он уставился на тролля абсолютно невинным, даже наивным взглядом.
   - Подлечить,- сердито хрюкнул один из троллей,- Его Величество Верховный Правитель запрещает делать людям добрые дела.
   - Дак и я не человек,- сказал Аука,- леший я, меня самого люди бояться, да и сова вроде на человека не похожа. Как есть птица, даже разговаривать не умеет. От неё Верховному Правителю вреда не будет. Подлечу, крыло немножко, да и выпущу.
  Тролли ещё раз осмотрели избушку и, угрожающе помахав перед носом Ауки дубинками, вышли. Аука тщательно закрыл за ними дверь и повернулся к столу. Баба Яга уже сидела около стола, мгновение спустя рядом с ней появился Кирилл.
   - Тьфу, нечисть,- сплюнул Аука,- принесла же их нелёгкая.
   - Не плюй в избе,- сердито сказала ему старуха и направила палец на плевок. Плевок зашипел и исчез, на его месте осталось крохотное чистое пятнышко.- Ишь, развёл грязищу, всё то у тебя в грязи, в пыли и в паутине.
   - Так я того, одинокий я,- растерянно сказал Аука.
   - И что с того,- буркнула Баба Яга,- я тоже одинокая, так что же мне теперь в грязище жить.
   - Так я то, ведь не женщина,- оправдывался леший.
   - Знамо не женщина, - отбрила его Баба Яга,- ты пенёк лесной, с бородой моховой.
  Аука только рот разевал, не зная, что ещё сказать, как ответить язвительной старухе, а Баба Яга довольно поглядывала на лешего, мысленно празднуя победу.
  Кирилл едва не смеялся, глядя на двух стариков. Он понимал, что Баба Яга дразнит Ауку не со зла. В её прищуренных, зелёных глазах, прыгали весёлые чёртики.
   - Ты на нас не смотри,- сказала она Кириллу,- это мы старые, шуткуем так промеж собой. А сейчас шутки в сторону, думу думать будем. Как тебя из беды вызволять, как к Добромиру отправить.
  
   Криадл медленно и величественно шёл по замку, зорко оглядываясь по сторонам. Здесь он действительно чувствовал себя хозяином, здесь его боготворили, здесь его боялись, здесь его ненавидели, но здесь он действительно был полновластным властелином. После того как Криадл организовал похищение детей, школа была заполнена полностью. Всю власть над учениками Криадл отдал в руки карлика, но, не полностью доверяя ему, он иногда проводил так называемые ревизии. Карлику они не нравились, но ему приходилось терпеть их и как раз во время последней ревизии, Криадл убедился, что дело обучения идёт из рук вон плохо. Старательно обучались лишь те ученики, которые остались в замке добровольно. Они действительно хотели научиться Тёмной Магии и занимались замечательно. Криадл заметил среди них несколько учеников имеющих явные задатки лидерства и любовь к насилию. Он решил приблизить к себе этих учеников. Остальные же явно бойкотировали занятия. Несмотря на жестокие наказания, которым они подвергались, ученики пропускали занятия, сказываясь больными. Они не готовили уроки. Тёмные заклинания знали из рук вон плохо и среди них, Криадл тоже выделил несколько учеников, имеющих способность вести за собой других. Криадл решил примерно наказать этих маленьких упрямцев и сейчас собирался заняться этим. Для этого он приказал согнать учеников в Большой Банкетный зал и выставить их в две линии. В одну линию он приказал поставить учеников, старательно постигающих тёмные искусства. Лучших учеников он велел поставить в первый ряд. Другую линию составляли ученики, бойкотирующие занятия. Несмотря на явное неудовольствие Криадла, таких оказалось гораздо больше. И здесь Криадл приказал поставить в первый ряд учеников, которые больше всех отлынивали от занятий и сильнее всех ненавидели его. Посередине зала стоял огромный инкрустированный золотом трон. Ученики выстроились, Криадл важно прошествовал в зал и уселся на золотой трон, поставив рядом с собой свой посох. Неподалёку от него пристроился карлик, весь его вид выражал недовольство, учителя столпились около карлика. Ученики молча смотрели на Криадла. Некоторые с обожанием, некоторые со страхом, а некоторые с ненавистью. В первом ряду, среди тех учеников, которые бойкотировали занятия, Криадл увидел высокого подростка лет четырнадцати. Взгляд его выражал откровенное презрение, и парнишка даже не постарался его скрыть. Криадл вспомнил его. Это был любимый ученик Добромира, очень талантливый, подающий большие надежды ученик. Криадл выпрямился, перешёптывающиеся ученики замолчали.
   - Как вы уже знаете, в нашей стране произошли значительные и бесповоротные изменения. Политика, проводимая в нашем государстве, изжила себя, и я взял на себя поистине нелёгкую миссию по наведению истинного, единственно правильного порядка в нашей стране. Править таким Величественным государством как наше, должен великий человек. И я смею надеяться, что я именно этот человек и есть.
  Своей сильной рукой с помощью магии я вытягиваю нашу страну из того хаоса, в котором она была, и вместо того, чтобы помочь мне выполнить мою великую миссию по наведению единственно истинного порядка, некоторые учащиеся своим позорным поведением, мешают мне и подают дурной пример другим ученикам. Скрупулезное изучение тёмной магии, даёт вам хороший шанс на престижную работу в будущем, но многие ученики не понимают этого. Вместо того чтобы старательно постигать азы Великого искусства, они бойкотируют занятия. После дневного света всегда приходит ночь, и на место светлой магии пришла тёмная. И никто не в силах помешать этому.
   - Но в ночной тьме нам светит луна и звёзды, а на смену ночи опять приходит день,- это сказал тот самый парнишка, что с таким презрением смотрел на него. Его серые глаза откровенно смеялись. Криадл еле сдержался, чтобы не вскочить и не раскричаться, но при учениках не следовало показывать свою слабость и, огромным усилием воли подавив внутри себя бешенство, колдун продолжил свою речь.
   - Некоторые думают, что могут вести себя, так как захотят, и никто не в состоянии справиться с ними. Напрасно. Вы даже не представляете, какие силы подвластны мне, как они многогранны и поистине ВЕЛИЧЕСТВЕННЫ. Я в состоянии справится С КЕМ УГОДНО, И С ЧЕМ УГОДНО. И сегодня я вам продемонстрирую это. Я не буду применять к вам зомбирование и заклинание полного послушания, а так же я не буду никого лишать жизни. Это было бы слишком легко и просто и не оказало бы надлежащего эффекта. Нет. Я применю гораздо более серьёзное заклинание, заклинание которое послужит хорошим уроком для остальных учеников.
  Криадл взял в руки посох и, указав им на первый ряд, состоящий из наиболее непокорных учеников, ласково сказал.
   - Прошу вас выйти на середину зала, для того чтобы всем было видно.
  Несколько мальчиков и девочек, а среди них и любимый ученик Добромира, вышли на середину зала, лица у них были бледные и решительные. Один из мальчиков, самый младший, ему только недавно исполнилось тринадцать, с трудом сдерживал слёзы, но смотрел на Криадла дерзко и упрямо. Криадл встал, и медленно подняв посох, оглядел зал полный учеников. На него смотрели сотни испуганных детских глаз, следящих за каждым движением его волшебного жезла. Криадл усмехнулся.
   - Мрамориумглыбоус!!!- Воскликнул Криадл, направив посох на испуганных ребят. Яркое фиолетовое сияние на мгновение осветило зал, послышался многоголосый, нечеловеческий крик боли и ужаса и тут же всё стихло. Посередине зала в самых немыслимых позах застыло несколько мраморных изваяний. Лица остальных учеников выражали ужас.
   - Для того, кто не понял, я поясняю,- усмехаясь, сказал Криадл,- они окаменели, но не потеряли разум. Они всё видят и слышат, но не могут пошевелиться. Теперь им поневоле придётся присутствовать на занятиях,- он повернулся к карлику и, глядя прямо в его испуганные глаза, приказал,- поставьте их в учебных классах, это будет хороший пример для остальных.
  
   Чрезвычайно довольный Криадл вернулся в свой кабинет и принялся за текущие дела. После того как колдун объявил себя Повелителем Волшебной страны, у него практически не оставалось свободного времени. Для начала он решил изучить новые донесения. Дело в том, что Криадл начал своё правление с того, что организовал магическую полицию. Роль простых полицейских в ней исполняли тролли, роль шпионов - злопыри, роль сыщиков - волкодлаки, а руководили ими наиболее преданные колдуны и ведьмы из числа добровольцев. Генералом полиции Криадл назначил необычайно хитрую и злобную ведьму, по имени Эвелина. Это была достаточно молодая ведьма, до этого времени весьма успешно скрывавшая свою истинную сущность. Никто и подумать не мог что эта милая, голубоглазая блондинка, такая бессердечная и жестокая. Она лично присутствовала во время пыток, лично пытала, и самый злобный тролль не годился ей в подмётки. Эвелине было всё равно кто перед ней, взрослый колдун или трёхлетний ребёнок, столетний волшебник или молодая ведьма. Среди волшебников, одно упоминание её имени, вызывало почти такой же страх, как упоминание имени Криадла. Эвелина хорошо организовала дело и полиция всей страны подчинялась лично ей. Сотни шпионов ежедневно отчитывались перед ведьмой, докладывая, ей всё что узнали. Страна была охвачена тотальной слежкой, за каждым волшебником, за каждой ведьмой был закреплён свой шпион, только в замок Добромира шпионы так и не смогли пробраться, и это бесило Эвелину. Ведьма сама разбирала донесения, по некоторым работала сама, а некоторые, наиболее на её взгляд важные, отправляла к Криадлу. На этот раз она тоже отправила Криадлу несколько новых донесений, почти все они оказались пустяшными и не заинтересовали Криадла, но одно из них Криадл всё-таки выделил. Эвелина писала, что на берегу океана недавно была обнаружена бесхозная лодка, хозяина которой найти не удалось, а в лесу исчезли двое лесных жителей, предварительно знакомых друг с другом. Это леший, по имени Аука, большой приятель Добромира и старая ведьма, по имени Баба Яга. Правда Баба Яга жила довольно-таки далеко от океана, на другом краю леса, но по достоверным агентурным данным, она, несмотря на запрет, частенько общалась с лешим и находилась с ним в приятельских отношениях. Тролли и злопыри, пытавшиеся разыскать пропавших, найти их не смогли, зато обнаружили в избушке Ауки посторонний запах, идентичный тому, что обнаружен в лодке. Криадл задумчиво смотрел на листок бересты с донесением, оно было составлено кратко и ясно, Эвелина хорошо знала своё дело, и в его душе начали зарождаться нехорошие подозрения. Да, мальчишка был ослаблен, да сотворив стену, он лишился последних сил, но вдруг он всё-таки не погиб там, в подземелье, вдруг он выбрался. Ах, как плохо, что нет Хрустального Шара, один он случайно разбил, а второй, похитил мальчишка. Нужно срочно проверить своё предположение. Криадл подошёл к шкафу и потянул за нужную книгу. Проход немедленно открылся и Криадл, не забыв взять с собой свой посох, вступил на крутую лестницу, ведущую в подземный ход. Дойдя до сверкающей в темноте, абсолютно прозрачной стены, Криадл ярко осветил подземелье, и вплотную придвинувшись к стене, всмотрелся в противоположную сторону подземного коридора. Он ожидал увидеть мёртвого Кирилла, но за стеной никого не было, только абсолютно пустой, тёмный коридор. Криадл взревел и изо всей силы стукнул посохом по стене. Сверхпрочное стекло зазвенело, а от посоха посыпались фиолетовые искры. Колдун сплюнул, и, развернувшись, пустился в обратный путь. Выйдя на поверхность, колдун первым делом велел разыскать Мракса. Когда волкодлак явился, Криадл заперся с ним в своём кабинете.
   - Мракс,- начал он, искоса поглядывая на озадаченного оборотня,- ты всё ещё мечтаешь разделаться с мальчишкой?
   - Ни о чём другом я не мечтаю так истово, мой господин,- осторожно ответил Мракс,- но Вам известно, что я не могу приблизиться к нему. Его защищает очень сильная магия.
   - Пустяки,- сердито сказал Криадл,- против любой магии, есть другая магия. Нужно просто очень постараться.
   - Не могу сказать, что Вы не старались, господин,- вкрадчиво сказал Мракс,- этот мальчишка Вам словно кость в горле. Но неужели он не погиб в подземелье?
   - Об этом ты мог бы спросить раньше,- буркнул Криадл,- нет, он не погиб, и, судя вот по этому,- Криадл помахал перед носом Мракса куском бересты с донесением Эвелины,- судя вот по этому, ему помогают. Мальчишка опасен, его надо немедленно уничтожить.
   - Это невозможно мой господин, слишком мощная магия его защищает, слишком мощная.
   - Нет ничего невозможного. Да это мощная магия. Но наверняка светлая. А я тёмный маг, и мне подвластны такие силы...
   - И вы недавно их продемонстрировали мой господин, но не будем сравнивать этих тупых и испуганных детишек и мальчишку. Он силён. У него есть воля. Я бы
  посоветовал Вам не связываться с ним. Пусть его. Оставьте его в покое, хотя бы на некоторое время.
   - Никогда,- шёпотом сказал Криадл,- я никогда не оставлю этого мальчишку в покое. Я не успокоюсь, пока не убью его. Нам двоим, нет места на этой земле. Ты отправишься к Эвелине и обнюхаешь найденную лодку и избу этого мерзавца, этого лешего. Я надеюсь, ты запомнил запах мальчишки. Будь внимателен Мракс, смотри ничего не перепутай.
   - Я не перепутаю мой господин,- поклонился Криадлу Мракс,- я всё сделаю как надо. Разрешите удалиться.
   Иди,- махнул рукой Криадл,- иди и будь внимателен. И не вздумай ничего от меня утаить.
  
   11.
  
   Осторожно, стараясь не обратить на себя пристального внимания магической полиции, Стоян, Баба Яга и Аука, пробирались через огромный рынок в Светлограде. Для того чтобы их никто не узнал, им пришлось переменить свою внешность.
   Аука надел длинную чёрную мантию, скрывающую его животик и накладную бороду, а широкополую шляпу волшебника он надвинул на самый нос. Бабе Яге замаскироваться ничего не стоило, она немного поколдовала, дунула, плюнула, прокрутилась вокруг себя на левой пятке и превратилась в женщину средних лет, немного полноватую, но миловидную. На Стояна, несмотря на его протесты, надели девчоночью мантию, а его длинные русые волосы заплели в куцые косички. Сначала мальчик обиделся, но потом понял, что Баба Яга и Аука, правы. Так они не привлекали ничьего внимания, так как походили на обычную семью, вышедшую за покупками. Для маскировки Баба Яга взяла здоровенный короб, набила его всякой ерундой и надела Ауке на плечи. Стоян даже порадовался потом, что его одели девочкой, в Светлограде полиции было как тараканов на кухне у неряхи. Они без проблем получили номер в небольшой гостинице на краю города и Кирилл впервые, после того как его похитили, спал на простынях, как нормальный человек, а не как бродяга. После того как Кирилл, пролетая над Светлоградом на драконе, любовался самым прекрасным на земле городом, Светлоград разительно переменился. Раньше он казался весёлым и праздничным, и был полон волшебников в самых причудливых костюмах, а в небе над городом, парили колдуны и ведьмы на мётлах и коврах-самолётах. Сейчас же полиции в городе было едва ли не больше чем волшебников. По городу толпами ходили тролли, вооружённые дубинками, а между ног то и дело шныряли крохотные, противные злопыри - ищейки. В небе теперь парили не беспечные волшебники, а злобные полицейские. Оттуда они тоже высматривали нарушителей порядка. Аука, Баба Яга и мальчик, одетый девочкой, торопливо прошли сквозь толпу, состоявшую в основном из троллей, и вскоре выбрались на тихую, пустынную улочку. Здесь почти никого не было, лишь пара толстых болотных троллей маячила в самом конце переулка. Увидев путников, тролли заторопились к ним навстречу.
   - Кто такие? куда идёте? - прохрюкал один из троллей. Взмахнув дубинкой, второй тролль в это время крепко держался за большую медную трубу, висевшую у пояса.
   - Путники, господин тролль, путники,- до самой земли поклонилась Баба Яга,- на базар вот ходили, настойками всякими торговали, теперь вот домой возвращаемся.
   - Какими ещё настойками? - Недовольно спросил тролль с дубинкой, очевидно, он был за главного.
   - А разными, господин тролль, разными. От больной головы, от насморка, от бессонницы, от икоты, от больного желудка, от глупости,- пропела Баба Яга.
   - А что, разве есть настойки от глупости? - Заинтересовался второй тролль.
   - А как же батюшка есть, конечно, есть.
   - И что же, тётка, вы всю настойку распродали? И от глупости тоже?
   - Как есть всю, батюшка распродали, один пузырёчек вот остался,- Баба Яга засунула руку в короб и вытащила оттуда полную горсть вороньих перьев вперемешку с песком и галькой, сжала весь этот мусор в руке и протянула троллю. Кирилл с удивлением увидел у неё в руке, уже не мусор, а крохотный пузырёк из голубого стекла, до половины наполненный водой.
   - А что её так мало то? - Недовольно спросил главный тролль.
   - А потому батюшка, что больше никак нельзя. Ежели больше выпить, голова разума не вынесет и лопнет, а мозги наружу вытекут.
  Главный тролль выхватил у Бабы Яги пузырёк и махнул на неё дубинкой.
   - Проваливайте отсюда, проваливайте. А пузырёк у тебя тётка мы того, реквизируем.
  Баба Яга ещё раз поклонилась троллям, и, схватив Кирилла за руку, заторопилась прочь. Аука поспешил за ними. Стоян оглянулся и увидел, как главный тролль открыл пузырёк и одним глотком опустошил его. Второй тролль завистливо наблюдал за ним, очевидно, ему тоже хотелось попробовать микстуры от глупости.
   - Что там было?- Спросил Кирилл у Бабы Яги,- я же видел у вас в руке всякий мусор.
   - Да так,- невнятно ответила Баба Яга,- колдовство мелкое, пакостное. Животом голубчик недельку помается, небось, поумнеет, не будет на прохожих палкой махать. Как есть - микстура от глупости.
   - Ох, бабка,- вздохнул Аука,- старая уже, а туда же, всё озоруешь.
   - Так им и надо,- рассмеялся Кирилл, Баба Яга довольно улыбалась.
  
  
   Криадл места себе не находил от волнения, дожидаясь возвращения Мракса. В глубине души он надеялся, что мальчишка всё-таки погиб, но следовало всё проверить досконально. Однажды, когда он сидел у себя в кабинете, погрузившись в думы, (завтра ему следовало наказать одного довольно упрямого волшебника и Криадл обдумывал наказание поизощрённее), к нему в комнату постучали. Криадл взял посох и одним мановением открыл дверь. В комнату нерешительно вошёл маленький, сморщенный, словно позапрошлогоднее яблоко, тролль. Криадл вопросительно уставился на него.
   - Господин,- поклонился ему тролль,- там к вам какая-то старушенция просится.
   - Что ещё за старушенция?- Сердито спросил Криадл,- я никаких старушенций не вызывал, гоните её прочь.
   - Господин,- ещё более нерешительно пробормотал тролль,- она говорит, что это очень важно. Для вас, господин. Она говорит, что вы будете очень довольны.
   - Важно,- задумчиво сказал Криадл,- что она может знать такого важного? Разве что... Ну что же ты стоишь!- Закричал он на тролля,- зови её немедленно.
  Тролль словно молния, вылетел из кабинета, и тут же вернулся, ведя за собой невысокую, сморщенную женщину, болотного цвета. Криадл узнал Кикимору. Кикимора поклонилась Криадлу и, выпрямившись, прошлёпала мокрыми ногами по ковру, оставляя на нём безобразные, мокрые пятна, и уселась прямо в любимое Криадлово кресло.
   - Ты чего, бабка, обнаглела совсем?- Оторопело спросил Криадл,- тебя испепелить или в камень превратить.
   - А это ты батюшка потом решишь, испепелить меня или наградить,- спокойно сказала ему Кикимора,- вели своему халдею удалиться. При нём говорить не буду.
   - Криадл махнул рукой, и тролль тут же исчез, как будто его и не было.
   - Говори, бабка,- велел он.
   - Ты говорят, мальчишку ищешь, да словить не можешь,- вкрадчиво сказала Кикимора,- так вот я не только словить его, тебе помогу, но и изничтожить.
   - Это невозможно,- резко сказал Криадл,- неужели ты думаешь, что я не пытался.
   - Пытался батюшка, пытался,- согласилась Кикимора,- а только ты не всего знаешь.
   - И чего я не знаю? - Тихо спросил Криадл,- говори бабка.
   - Погоди батюшка,- усмехнулась Кикимора,- баш на баш, я тебе про мальчишку рассказываю, а ты моё желание исполняшь.
   - А если я тебя пытать прикажу?
   - А прикажи батюшка, прикажи, только тогда тебе мальчишки не видать.
   - Хорошо,- согласился Криадл,- выполню я твоё желание. Говори.
   - У мальчишки талисман есть, Перунов цвет, а внутри его, Алатырь камень. Он его оберегает, от всего защищает. Без него ты мальчишку уничтожишь.
   - Откуда знаешь?- Резко спросил Криадл.
   - Видела, мальчишку видела и талисман его видела. Он его прячет, да только я через одёжу видеть умею. Он у него на груди висит.
   - Та-а-ак,- протянул Криадл,- вот оно что. Перунов цвет. Я про него не подумал. Но откуда он у мальчишки.
   - А про то я не знаю, голубчик, не спрашивала.
   - Не называй меня голубчиком,- рассердился Криадл,- я для тебя повелитель. Ну, или господин.
   - Хорошо, хорошо,- успокаивающе закивала Кикимора,- хошь повелитель, хошь господин, мне всё одно, я бабка немолодая в энтих тонкостях не разбираюсь.
   - Что тебе нужно?- Спросил её Криадл.- Золото? Власть?
   - И-и-и, батюшка, на что мне власть? И золото мне в моём болоте не надобно.
  Ты прикажи своим халдеям, болото моё оставить. А то пришли, незваные, нежданные, что-то всё время выискивают, вынюхивают. Всю жизнь я тихо-мирно на своём болоте прожила, никого не трогала, никому не мешала, даже к Бабке Ёжке всего раз в сто лет выбиралась. А тут на тебе, какие-то недоумки тролли, круглые сутки следить за старухой удумали.
   - Такие правила, чтобы не было заговоров.
   - А оно мне надо? Заговоры плести? Вон за Бабкой Ягой следили, следили, да не уследили. Обвела она их, недоумков, вокруг пальца. А мне заговоры плести ни к чему. Я женщина смирная.
   - Хорошо, хорошо,- согласился Криадл,- уберу я полицию с твоего болота. А вот где Баба Яга может находиться, не знаешь?
   - А про то я не ведаю, батюшка. А только знаю что леший у неё в приятелях, а тот с самим Добромиром дружен. Да и бабка ему симпатизирует. Я то нейтральная, мне, что светлая магия, что тёмная, лишь бы меня не трогали, не касались, я тишину люблю. А Яга - старуха принципиальная, она побузить любит.
   - Ладно, бабка, проваливай, будет тебе тишина. Сегодня же прикажу убрать с твоего болота полицию.
   Кикимора поклонилась Криадлу и бочком, бочком, противно усмехаясь, выбралась из комнаты. Тролль, приведший ей, сидел на лестнице в дальнем конце коридора. Увидев старуху, он подскочил, и важно выпрямившись, уставился на Кикимору.
   - Ты меня голубчик, не провожай, не провожай, неча тебе зря ноги бить. А я и сама не заблужусь, тут недалече,- сказала ему Кикимора и потопала к лестнице. Она была весьма довольна собой.
   Криадл закрыл за старухой дверь и задумался. Перунов цвет, очень редкий и чрезвычайно сильный магический артефакт. Откуда он может быть у мальчишки. Да ещё усиленный Алатырь-камнем. Это же вообще, практически непробиваемая защита. Ах, она, эта светлая магия. Кажется что вот, уже победил, уже справился с нею, так нет, откуда ни возьмись вдруг выныривает что-нибудь наподобие этого артефакта. Значит, мальчишка жив, талисман не даст ему погибнуть. Ну что же, это всё проясняет. Всё дело не в мальчишке, всё дело в талисмане, мальчишка не представляет собой ничего особенного. Но тогда почему в него так вцепился Добромир? Почему так защищал его? Хотя нет, с этим то, как раз всё понятно. Он ведь известный благодетель. Защитник сирых и убогих. Криадл криво усмехнулся.
  Ничего, дойдёт очередь и до Добромира. Нужно только расправиться с мальчишкой.
  Криадл взял посох и отправился в библиотеку. Болотный тролль, карауливший лестницу, испуганно подскочил, увидев хозяина, и облегчённо вздохнул, когда Криадл не обратил на него внимания. Колдун торопился в библиотеку.
   Когда Мракс вернулся, Криадл успел перелопатить горы магической литературы, и тёмной и светлой, (которую он ещё больше возненавидел), но как справиться с таинственным артефактом, так и не узнал. То немногое, что ему удалось узнать о волшебном талисмане, указывало на то, что он неуязвим. Криадл бы в отчаянии, мальчишку и талисман нужно уничтожить, во что бы то ни стало, но как это сделать он не знал. Мракс крадучись вошёл в библиотеку, (Криадл в последнее время практически перестал выходить оттуда), и медленно пошёл между стеллажами, разыскивая хозяина. Колдун обнаружился в самом конце библиотеки, он сидел за столом, уставший и измученный, а вокруг него были горы книг по светлой магии.
   - Никак Вы решили заделаться светлым магом, мой Господин,- насмешливо сказал Мракс.
   - Не остри,- устало пробурчал Криадл, у него не было сил даже на то чтобы рассердиться,- я ищу способ уничтожить мальчишку.
   - Так Вы уже знаете, что он жив? - Недовольно спросил волкодлак,- за каким троллем я тогда гонял по стране, обнюхивая лодки и развалюхи-избы.
   - Ну, допустим не лодки, а лодку,- поправил его Криадл,- на то ты и слуга. Рассказывай, что узнал.
   - На лодке действительно плыл мальчишка, по-видимому, подземный ход проходит под океаном и выходит на берег, в том самом месте, где я обнаружил лодку. Мальчишка бросил лодку, и некоторое время лежал под деревьями, на опушке леса. Потом он пошёл в лес, но как-то странно, его след то пропадает, то вновь появляется. Скорее всего, мальчишка умеет превращаться в какое-нибудь животное или птицу, таким образом, ему удалось проскочить незамеченным сквозь полицейские кордоны. Он пришёл к лешему и остался там, а вскоре леший ушёл и привёл к себе домой Бабу Ягу. Кстати в это время к ним заходил полицейский патруль, но преступников он не обнаружил, старуха превратилась в сову, а мальчишка и вовсе куда-то исчез. Полицейские уже наказаны. И мальчишка, и леший, и Баба Яга исчезли. Думаю, они пошли к Добромиру.
   - Не так то легко сейчас добраться до его замка,- задумчиво сказал Криадл,- преступников нужно поймать и уничтожить. Но самое главное - мальчишка. У него есть артефакт, необычайно сильный артефакт, дающий своему владельцу практически неограниченные возможности. Скорее всего, мальчишка просто не знает всей его силы, иначе бы он давно уничтожил нас. Нужно отнять у него этот артефакт, тогда мальчишка будет беззащитен.
   - И тогда хозяин, вы отдадите мальчишку мне,- вкрадчиво сказал Мракс, и его жёлтые глаза превратились в две крохотные щёлочки.
   - С радостью,- согласился колдун,- я сам с удовольствием посмотрю, как ты его порвёшь. Я ждал этого целую вечность. Но нужно как-то отнять у него талисман.
   - Зачем отнимать? Вы же колдун, мой господин, неужели вы не знаете ни одного заклинания, способного с ним справиться.
   - Такого заклинания просто не существует.
   - Подумайте мой господин, наверняка есть какое-нибудь подходящее заклинание, которое приведёт к необратимым последствиям.
   - К каким последствиям? - Тихо спросил Криадл.
   - К необратимым, мой господин.
   - Мракс, ты гений,- вскричал Криадл,- я тебе этого никогда не забуду,- Лицо колдуна исказилось от радости, он схватил посох и выскочил из библиотеки. Волкодлак поспешил за ним.
  
   Кольцо вокруг беглецов становилось всё уже и уже. Количество полицейских в стране увеличилось в несколько раз. Всё чаще и чаще им приходилось менять внешность, а то и становиться животными. Только леший не умел перевоплощаться, и ему приходилось всё время менять костюмы и накладные бороды разных цветов, Баба Яга опять превратилась в сову, а Стоян в маленького, донельзя замурзанного котёнка. Леший посадил котёнка к себе в карман, сову на плечо и так они и продвигались вперёд, очень медленно, стараясь, лишний раз не попадаться на глаза полицейским. Они прошли уже практически через всю страну, до замка Добромира оставалось совсем недалеко, когда леший решил остановиться в крохотном трактирчике на краю деревни. Он вошёл в маленький, покосившийся домишко и огляделся. Кроме старого, беззубого трактирщика, здесь больше никого не было, если не считать четверых полицейских, усевшихся за единственным столом. Леший хотел уйти, но передумал, тролли-полицейские уже обратили на него внимание. Он медленно закрыл за собой дверь и нарочито прихрамывая, подошёл к трактирщику.
   - Нет ли у тебя свободной комнаты, добрый хозяин,- спросил он у трактирщика.
   - Комната то найдётся, да время нынче смутное, не всякому гостю рад будешь. Ты кто такой будешь, мил человек? - Спросил трактирщик, искоса поглядывая на троллей.
   - Толстопузом меня зовут, я из Зимгорода, держал там кондитерскую небольшую, на жизнь хватало, да только время сейчас тяжёлое настало. Не до сладостей. Вот я и решил кондитерскую продать да и перебраться куда подальше, да поспокойнее. Не подскажешь ли добрый человек, не продаёт ли кто-нибудь в вашей деревне домик. Я бы купил.
   - Из Зимгорода говоришь? - Прищурился хозяин,- у меня там знакомец живёт, Кривоглаз Толстомордый, не знаешь такого? Его там почитай весь город знает.
   - Прости, добрый хозяин, не встречал. Так найдётся комната для меня, или нет?
   - Найдётся,- сказал хозяин и покосился на троллей,- там наверху есть подходящая комната с крепкой кроватью и чистой постелью. Тебе ужин туда принести, или ты здесь поужинаешь?
   - Принеси, пожалуй, в комнату, что-то устал я с дороги.
  Хозяин кивнул и вышел из-за стойки, чтобы проводить гостя в комнату. В руках у него была толстая сальная свеча в горшочке с песком. Они прошли по узенькой, шаткой лестнице и очутились на чердаке. В крошечной, невероятно грязной комнатке, стояла широкая, деревянная кровать, застеленная серым от грязи одеялом. В углу притулился крохотный, грубо сколоченный столик. Хозяин поставил на него горшочек со свечой и, кинув пристальный взгляд на сову, вышел из комнаты.
  Аука посадил сову на подоконник и осторожно выглянул на лестницу. Лестница поскрипывала, хозяин действительно ушёл. Сова взмахнула крыльями и через мгновение перед лешим сидела крайне недовольная Баба Яга.
   - Не нравится мне этот прощелыга,- сказала она троллю,- дёрнуло тебя притащится в этот трактир, переночевали бы, за деревней.
   - Ночевать на улице ещё опасней,- тихо ответил леший, вытаскивая из нагрудного кармана котёнка и аккуратно опуская его на грязный пол. Котёнок встряхнулся, но оборачиваться не стал, он подошёл к кровати, подпрыгнул, и крепко уцепившись когтями за свисающее почти до пола, одеяло, забрался на постель и залез под одеяло.
  На лестнице раздались шаги, Баба Яга быстро обернулась совой, и в комнату вошёл хозяин. В руках у него был ужин, миска с отвратительно пахнущим варевом и большая кружка пива. Он поставил всё это на столик и огляделся, взгляд его за-держался на сове.
   - Птичка твоя?
   - Моя,- буркнул леший, ему не понравилось пристальное внимание хозяина к сове.
   - Может, продашь, посажу её на жердь, будет мне посетителей приманивать.
   - Улетит, она чужих не любит.
   - Крылья подрежу, не улетит,- сказал хозяин, искоса поглядывая на Ауку.
   - Нет, я к ней привык,- отказался леший.
   - Ну, дело хозяйское. С тебя два золотых. Один за комнату и один за ужин.
   - А не дороговато ли? - Спросил леший.
   - В самый раз, а не нравиться, поищи другую гостиницу. Только сдаётся мне, придётся тебе тогда ночевать на улице,- сказал хозяин, леший нехотя достал два золотых и протянул их хозяину. Тот взял деньги, внимательно оглядел их, попро-бовал на зуб и вдруг закричал пронзительным, по-женски визгливым голосом.
   - Мошенник! Фальшивое золото мне пытаешься подсунуть. Полиция! Полиция! Господа тролли! Сюда! Вяжите мошенника!
   В комнату тут же ворвались тролли, двое из них накинулись на лешего, а двое растянули в руках большую сеть, и накрыли ей, не успевшую опомниться, сову.
  Хозяин, увидев, что лешего скрутили, засунул золото в карман засаленного фартука и удалился. Тролли засунули сову в клетку, бросили связанного лешего на кровать и приступили к допросу. Огромный, пузатый тролль, с мордой, круглой как поднос, надвинулся всей своей тушей на лешего и, глядя прямо ему в глаза, прохрюкал.
   - Где мальчишка, Волкодлак тебя задери, где мальчишка?
   - Не знаю я никакого мальчишки, я честный кондитер из Зимгорода,- ответил ему Аука, пытаясь отодвинуться от тролля подальше, у того изо рта жутко воняло тухлятиной. Тролль хрипло рассмеялся.
   - Не хочешь говорить? Смелый такой. Но мы тебя узнали. По всей стране ваши приметы разосланы, твои и птички этой. Старуха-то, только в сову и превращается. Где мальчишка? Последний раз тебя спрашиваю.
   - Не знаю я никакого мальчишки,- упрямо сказал Аука,- я Толстопуз из Зимгорода.
   - А я Кривоглаз Толстомордый,- расхохотался тролль,- тоже из Зимгорода, всех там знаю, а тебя вот ни разу не видел.
  Аука молчал.
   - Не хочешь разговаривать, не надо,- вдруг мирно сказал Кривоглаз, отодви-гаясь от лешего.- Сейчас Господин Правитель с Эвелиной прилетят, они то тебе язычок развяжут. Птичку твою поджарят,- и он засмеялся, глядя на забившуюся в магической клетке, сову. На клетку было наложено антимагическое заклятие, она блокировала любую магию, и Баба Яга не могла из неё вырваться.
   - Обыскать тут всё,- рявкнул Кривоглаз. Тролли, спотыкаясь, забегали по тесной комнатке, заглядывая под кровать, под стол, в короб к Ауке. Не найдя никого, они вытянулись перед Кривоглазом по стойке смирно. Кривоглаз сам обошёл комнату, осматривая её, вытряхнул из корзины весь хлам, поворошил его огромной, бородавчатой ступнёй и тоже ничего не найдя, приказал.
   - Запереть их, около двери поставить часового. И НЕ ТРОГАТЬ. Повелителю они нужны живыми.
  Тролли ушли, не забыв запереть за собой дверь, и из под одеяла выполз Стоян. Обернувшись человеком, он выпустил из клетки нахохлившуюся сову и уже хотел развязать Ауку, но тот отрицательно покачал головой.
   - Вам надо бежать,- сказал он мальчику,- вы можете обернуться птицами и улететь, а я не могу оборачиваться. Я буду только мешать вам. Это из-за меня, нас узнали.
   - Но мы не можем вот так взять и бросить тебя,- возмутился мальчик, за время пути они сдружились, и Кирилл искренне полюбил лешего.
   - Не надо бросать,- тихо сказала им Баба Яга,- развязывай его Кирюшенька,
  сделаем теперича так, ты обернешься птицей, и мы полетим с тобой к Добромиру, а Аука,- тут она посмотрела на лешего,- Аука пойдёт в другую сторону, да не мешкая. Коли будет погоня за нами, он их в другую сторону уведёт.
   - Но это опасно,- чуть не закричал Стоян.
   - Всё что мы делаем опасно,- сказал леший,- Яга правильно говорит, развязывай меня Кирилл.
   Мальчик развязал лешего и осторожно, стараясь не шуметь, они вылезли в окно и разошлись в разные стороны. Аука пошёл в одну, Баба Яга и Стоян, полетели в другую.
  
  
  
  
  
   Как только Криадл узнал что леший и Баба Яга, наконец-то, схвачены, он сразу же вылетел туда, не забыв захватить с собой Мракса. Эвелина тоже полетела с ними, она не хотела упускать случая, насладиться пытками. Пролетев через всю страну Криадл, Эвелина и Мракс соскочили с Аспида, и летучая тварь улетела обратно в замок. Здесь не было каменистой площадки, и змей не мог приземлиться. Колдуны и Волкодлак вошли в трактир и, не глядя на перепуганного до смерти хозяина, по шаткой, скрипучей лесенке поднялись на чердак. Тролли, караулившие дверь, расступились, и Криадл первым вошёл в комнатку. Комнатка была пуста.
  Эвелина и Мракс, вошедшие следом, пришли в себя гораздо быстрее Криадла. Эвелина подбежала к распахнутому настежь окну, а Мракс ощетинившись, обнюхивал комнату.
   - Он был здесь хозяин, он был здесь, и опять улизнул,- сказал он, наконец, его жёлтые глаза сузились, и в них загорелся зловещий огонь,- мальчишка неплохо умеет маскироваться, он превратился в кота.
   -Они убежали в окно,- злобно выкрикнула Эвелина,- эти тупые идиоты, опять упустили их.
  На Криадла страшно было смотреть, он зарычал, и резко повернувшись, сбежал по лестнице и выскочил на улицу. Волкодлак мягкими прыжками нёсся за ним. Эвелина осталась разбираться с троллями. Выбежав на улицу, Криадл огляделся. Никого не было видно.
   - Нюхай, Мракс,- приказал Криадл,- ты должен их найти.
  Волкодлак принюхался.
   - Старик пошёл вон туда,- указал он вскоре, на противоположную лесу сторону,- но он идёт один, ни мальчишки, ни старухи я не чувствую.
   - Оставь его! Старик мне не нужен. Нюхай! Ещё нюхай! Как следует, нюхай!
  Волкодлак ещё раз принюхался, на этот раз тщательнее и вскоре на его морде, явственно проступил злобный восторг.
   - Я нашёл их хозяин! И мальчишку, и старуху, обеих нашёл! Они полетели в сторону леса. Я чувствую в воздухе их след.
  Криадл вскочил на волкодлака и, не выпуская из рук посоха, пришпорил волкодлака ногами.
   - Вперёд, Мракс! За ними!
  Волкодлак стремительно понёсся вперёд, ноздри его раздувались, впитывая ускользающий запах беглецов.
  
   и Баба Яга быстро летели вперёд по направлению к замку Добромира. Внезапно Баба Яга остановилась и, усевшись на ближайшую ветку, прислушалась. Стоян опустился рядом с ней и вопросительно посмотрел на неё, лицо у старушки было встревоженным, она покачала головой и, снявшись с ветки, опять полетела вперёд. Стоян полетел за ней, прислушиваясь к тому, что творилось за ними. Там трещали ветки, и слышалось чьё то учащённое дыхание, кажется, за ними была погоня. Вскоре Стоян действительно увидел, как на поляну выскочил волкодлак, увидев беглецов, он радостно взвыл. Криадл поднял в небо свой посох.
   - Глыбоуссонеобратимус!!!- Воскликнул Криадл, направив его на Стояна.
   - Лети! Лети! Улетай отсюда быстро! - Крикнула Баба Яга и ринулась прямо под ярко-красный луч, вырвавшийся из-под Криадлова посоха, луч на мгновение вспыхнул и погас, а на землю упала тяжёлая мраморная глыба в виде птицы. Криадл захохотал.
   - Сдавайся мальчишка,- закричал он, и в его голосе послышалась даже не яростная, а прямо какая-то бешеная радость,- сдавайся, тебе от меня не скрыться. Старухи уже нет, лешему тоже крышка, тебе больше никто не поможет. Спускайся, прими бой как мужчина, если ты не трус.
  Стоян закричал и камнем упал наземь, мгновение спустя он уже стоял на земле, маленький, встрёпанный, заплаканный он яростно смотрел на Криадла и волкодлака, и в его взгляде была ненависть, но не было и капли страха. Криадл соскочил с волкодлака и подбежал к Стояну, он не расставался со своим посохом, серебряные руны на котором после произнесённого заклинания, светились мертвенным молочным сиянием. Криадл подбежал к Стояну, остановился, и некоторое время они просто стояли, глядя друг на друга. Криадл торжествующе, Стоян ненавидяще. Потом Криадл опять поднял посох, он явно наслаждался моментом, не спеша произносить заклинание.
   - Я давно хотел убить тебя,- медленно сказал Криадл, торжествующе глядя на Стояна,- ещё тогда когда я услышал это пророчество, я задумал уничтожить тебя. Тебя ещё не было на свете, а я уже планировал твою смерть. Сначала я хотел убить твоих родителей, но они как-то узнали об этом. И сбежали туда, где никто не будет их искать. Думали спрятаться, отсидеться среди глупцов, больше всего на свете боявшихся магии. Но я всё равно нашёл их. Признаюсь тебе, в последние минуты они вели себя храбро. Но это им не помогло.
   - Что ты сделал с ними, гад? - С яростью крикнул Стоян, изо всех сил сжав кулаки, по его лицу текли слёзы. Криадл издевательски расхохотался.
   - Я вижу, ты плачешь, ну, поплачь, поплачь. Это доставляет мне просто неземное удовольствие. Я скажу тебе, что я с ними сделал. Я заколдовал их. Применил к ним необратимое заклинание. Тоже самое, которым, я заколдовал старуху и тоже самое, которое, я применю к тебе. А перед смертью я пытал их. Они, конечно, ничего не сказали мне, сдается мне, они любили тебя. Но что такое любовь, против необратимого заклинания. И, в конце концов, я сам нашёл тебя. О-о-о, ты шустрый мальчишка! Тебе не раз удавалось сбежать от меня. Но ты не знаешь, с кем связался. Я самый великий тёмный маг в истории человечества.
   - Ты самый великий тёмный гад!- Крикнул Стоян, перебив Криадла.
   - Не перебивай меня, мальчишка. Это невежливо,- сказал ему Криадл,- я собираюсь применить к тебе необратимое заклинание. Ты знаешь, что это за заклинание? Нет?! Добромир не рассказывал тебе? О, это моё любимое заклинание, против него нет контр заклятий, его невозможно отразить, оно всё равно срабатывает. Ты превратишься в камень, и будешь стоять тут веки вечные, но это ещё не всё. Твоя душа никуда не денется, она останется тут же. Твоё тело будет каменным, но ты всё-таки будешь жив. Если это можно назвать жизнью... Ты будешь слышать, ты будешь думать, ты даже будешь чувствовать запахи, ощущать холод и зной, дуновение летнего ветерка, но не сможешь даже пошевелиться, а твоё каменное тело будет постепенно разрушаться, и превращаться в песок и ты будешь чувствовать это. О-о-о!!! Это вечные страдания! Это и есть, худшее, чем смерть. В пророчестве говорилось, что ты принесёшь мне это. Пророчество ошиблось. Худшее, чем смерть, принёс тебе я! Приготовься дорогой.
  Криадл поднял посох и приготовился произнести заклинание, но в это время вперёд выступил Мракс.
   - Хозяин, вы обещали отдать его мне.
   - Оставь Мракс! Ты не сможешь даже приблизиться к нему, а я не собираюсь лишать себя удовольствия. В конце концов, если тебе так хочется отомстить ему, ты можешь помочиться на него, когда он станет булыжником,- и Криадл издевательски захохотал.- Глыбоуссонеобратимус!- Выкрикнул он, направив посох на мальчика, и из посоха опять вырвался ярко-красный луч.
   - Алмазиусзеркалус! - Воскликнул Стоян, и его фигуру на мгновение окутало сверкающее сияние. Ярко-красный луч вспыхнул и, отразившись от мальчика, вернулся к Криадлу, обратно в посох. Посох в руках Криадла задрожал, а поражённый колдун недоумённо уставился на него. И вдруг посох взорвался. Взорвался на тысячи мелких, сверкающих, золотистых осколков. Криадл пронзительно закричал и внезапно превратился в большой чёрный булыжник в виде человека с поднятыми к небу руками. Рядом с ним стояла каменная фигура огромного, ощетинившегося волка. Стоян постоял мгновение, глядя на каменные фигуры затуманенным взглядом, и без чувств свалился на землю. Рубашка на нём обгорела, амулет расплавился, а кожа на его месте обгорела. Неожиданно небо, до этого абсолютно чистое, потемнело, его затянули тяжёлые, грозовые тучи, сверкнула молния, послышался раскатистый удар грома и сразу же пошёл сильный дождь. Тяжёлые, холодные капли изо всех сил хлестали по телу мальчика, но он этого уже не чувствовал.
  
   Добромир отложил в сторону Хрустальный шар и быстро вышел из лаборатории, по его старому, морщинистому лицу текли слёзы.
   - Попросите, пожалуйста, Фею Травианну подойти к ангару с драконами, я хотел бы, чтобы она полетела со мной,- сказал он двум маленьким мальчикам, встретившимся ему в коридоре. Мальчики убежали, и Добромир отправился к ангару. Он быстро запряг уже совершенно взрослого Гермеса, дождался встревоженную Травианну и наскоро объяснив ей всё, взлетел в затянутое тучами небо. Когда они прилетели на место сражения, Стоян был всё ещё жив, но так и не пришёл в сознание. Добромир осторожно взял его на руки и бережно отнёс в кабину.
   - Вы можете что-нибудь сделать для него?- Спросил он фею. Та внимательно осмотрела мальчика.
   - Мальчик будет жить,- сказала она, наконец, и старый чародей облегчённо вздохнул,- правда шрам на груди останется, ожёг необычайно глубокий, но, в конце концов, его всегда можно скрыть под рубашкой. Этот мальчик герой. Что произошло с Криадлом?
   - Он попал под своё собственное заклинание, Стоян воспользовался заклинанием алмазного зеркала, удивительнейшее, невероятное решение, даже я бы не догадался применить его. Мальчик будет великим волшебником.
   - Его надо поскорее уложить в кровать, он долго находился под дождём и может простудиться,- озабоченно сказала Травианна.
   - Подождите, пожалуйста, где-то здесь, должно быть чучело совы. Я не хочу оставлять его здесь.
   Добромир отыскал чучело, и с трудом подняв его, положил на сидение рядом с Травианной, затем, покряхтывая, устроился на переднем сидении и, взяв в руки вожжи, поднял дракона в небо.
  
  
  
  
  
  
  
  
  Конец первой книги
  
  Краткое содержание второй книги: В волшебной стране наступило ещё более тяжёлое время. Неожиданное исчезновение Криадла никому не принесло облегчения. Вся власть перешла в руки старого карлика. Стоян и его друзья продолжают борьбу с карликом. Злодей, понимая, что у него ничего не вышло, проклинает магию и сжигает Солнечное древо - волшебную берёзу, питающую мир магии.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"