Рус: другие произведения.

Идущий сквозь миры (Продолжение)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 9.00*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Очередное продолжение.Сегодня чуть больше чем обычно. Случилась муза.

  13
  Отступление 21
  Сказание вкратце о житии и пребывании иже во святых отца нашего чюднаго Макария, Митрополита Московскаго и всеа Росии чюдотворца / Подг. текста, перевод и комментарий архимандрита Иосафа (Ванников) // Словарь книжников и книжности Московского государства. В 12 т. М.: Высшая школа, 2016. – 823 с. Т. 2. [отрывок].
  «Я, жалкий и многогрешный, недалекий умом, осмеливаюсь описать житие святого Владыки Московскога Макария. Поскольку слышал я от отцов своих и сам был свидетелем почтенного возраста его, то рад был поведать о святой, и честной, и славной, и благомудрой жизни его. Но как сказал Приточник: «В лукавую душу не войдет премудрость: ибо на возвышенных местах пребывает она, посреди дорог стоит, при вратах людей святых останавливается». Хотя и прост я умом, но все же начну, помолившись святой Богородице...
  Сей благоверный Владыка Макарий на пользу святой Православной церкви и государя измыслил знаки удобныя и новыга для быстрага исчисления. Назваша сеи знаки цыфыры, он составища ряды и порядки между ними. Повелел Владыка сеи цыфры послушникам и инокам учити, дабы хозяйство монастырское благочинно вестиша...».
  
  Отступление 22
  Карамзин Н. М. История государства Российского. В 11 т. Т. 8. Москва, 1803. [отрывок].
   «... Летописное свидетельство о том, что именно митрополит Макарий, признанный поздней церковью святым, впервые повелел священника изучать счет по новым правилам и отказался от кириллической системы исчисления ставит перед исследовательским сообществом больше вопросов, чем ответов. Вот лишь некоторые из них, которые я позволил себе сформулировать. По какой причине митрополит Макарий решил отказаться от давно принятой и устоявшейся буквенной системе исчисления? Почему в качестве образца им были выбраны вариант исчисления, который использовался в мусульманском мире? Действительно ли митрополит Макарий автор удивительной для своего времени и упорядоченной таблицы, которая существенно облегчала многие арифметические действия?».
  _______________________________________________________________
  Следующую неделю моей жизни я посвятил поиску средств для реализации плана, под кодовым название «Ы или как заработать денег на производстве и продажи водки и косметики?». Еще перед тем, как только «сунуть нос» во все эти дела, ко мне не раз приходила мысль послать все к черту и попробовать «стрясти» денег с царя Ивана Васильевича. А что, при первом приближении мысль эта мне казалась очень даже понятной и простой в реализации. Разве Ваня не сможет одарить или «отстегнуть» «свому молодшему брату» сотни две или три серебряных рубликов, которые мне бы с лихвой хватило для поездки в Европу на поиски картины — портала? Что, рассуждал я, у царя одной из самых больших стран средневеково мира не нашлось бы пару килограмм серебря или золота для своего фаворита?! Из походов в Оружейную палату я прекрасно помнил эти многочисленные массивные золотые блюда, кубки, кувшины, с которых ел и пил царь со своими приближенными. Мне бы хватило и самой крошечной толики всего этого богатства.
  К сожалению, все этим мысли оказались несостоятельными! Оказалось, что едва ли не все мои познания о Московском царстве этого времени были одним большим мыльным пузырем, наполненным домыслами, догадками и фантазиями. Царь Иван «Божиею милостию господарь всея Руси, Великий князь Володимерский, Московский, Новградьский и иных» оказался с дырявым бюджетом, в котором в некоторые недели едва набиралось несколько сотен серебряных монет, а все следующие поступления были расписаны на месяцы вперед. На все это, как ни прискорбно, мне открыл глаза сам Ваня, когда отравленный «плакался мне в жилетку». Мол «крымчаки с ляхами да свеями совсем русскую торговлишку зажали, ни куны не пропуская через свои земли»; «людишки на земле совсем оскудели, недород да засухи бичом бьют»; «ближники аки жадные псы все казну треплят, каждый грошик норовя утащить»; «Стрелецкому да Пушкарскому приказам тоже серебра потребно немеряно». Говоря современным языком, к этому времени Московское царство имело крайне слабую экономическую базу - экстенсивное сельское хозяйство, слабое промышленное производство, отсутствие крупных разведанных запасов железной, серебряной и золотой руды, высокий уровень импорта и низкий уровень экспорта, слабые внутриэкономические связи, что, в целом, способствовало, выкачиванию материальных ценностей из страны. При всем при этом царь старался проводить активную внешнюю политику, требовавшую гигантских расходов даже по меркам средневековья.
  Словом, мне ничего не оставалось делать, как учиться зарабатывать самому.
  - И что у меня тут с водочкой получилось? - вот с этого вопроса у меня и начался мой очередной день новой недели, в течение которой я намеревался сделать первые шаги если не к завоеванию рынка алкоголя, то по крайней мере к его монополизации. - Агрегат, конечно, выглядит монстрообразно. Хм, скорее жутковато, эдакий привет из апокалиптического будущего.
  С сомнением на лице я рассматривал мое ноу-хау в этом мире, мой супер волшебный «станочек для печатания денег», а точнее для производства жидкого золота — самогонный аппарат. На полу прямо у моей кровати стоял этот «красавец» - страхолюдный дитя противоестественного союза меня, как автора и проектировщика, и одного дедка - кузнеца со стрелецкого посада. Из здоровенной металлической бочки литров на пятьдесят во всей стороны торчали кованные изогнутые трубки, причудливо опутывавшими емкость. Опытный ценитель этого напитка и умелый самоделкин из нашего времени, окажись он на моем месте чудесным образом, с легкостью узнал бы в этом награмождении железного хлама и собственно перегонный куб, и паропровод, и сухопарник, и так называемый холодильник.
  Мама моя, царство ей небесное, неплохо в этом во всей этой самогонной механике, которую волей неволей в голодные 90-е годы пришлось выучить и мне. Помогая ей, тогда еще ученик, я прекрасно знал, и куда заливается брага, и как ее нужно нагревать, и зачем нужна эта витая трубочка, и какого черта тот бачок называется холодильником? Что такое «хвосты» и когда их надо обрубать? Собственно, благодаря всем этим знаниям, сноровки и таланта кузнеца, а также нескончаемого мата, удалось и построить этот агрегат, а также фильтры к нему для очистки напитка от разного рода сивушных масел.
  - Ничего, аппарат чай не девка, красивое личико ему ни к чему. Главное, содержание, а оно, как показала практика, определенно, на высоте, - я поднял небольшую глиняную бутылочку с полу, в которой было налито некоторое количество полученного самогона для пробы. - Нормально, вроде, получилось. Сивухой не шибает. Никакой такой горечи не чувствуется, - я сделал небольшой глоток. - После вчерашнего голова в порядке, значит и фильтры себя оправдали... Итак, водка … м-м-м... пусть будет «Княжеская»! Прошу любить и жаловать! Вряд ли у нее сейчас будут реальные конкуренты.
  Я ведь знал, что говорил! В последние месяцы, как я оказался здесь, мне пришлось волей — неволей перепробовать почти все, что горит и не говорит. На царских застольях, куда я теперь был зван, я пробовал заграничное вино, о котором здесь рассказывали едва не с придыханием и которое привозилось с далекой Испании просто за бешенные деньги (литр напитка некоторых сортов мог в итоге обойтись в 2 — 2,5 рубля, за которые кое-где можно было и буренку купить). Кислятина, сказал бы я, но за столом вынужден был пить это вино с маской восхищения на лице. Иначе нельзя было, когда тебе жалует кубок с таким вином сам государь.
  - Тут и уксус выпьешь и добавки сразу же попросишь, - погрузившись в воспоминания, пробормотал я. - Это ж политическое дело.
  Пил я и хмельной или питный, как здесь называли, мед, о котором раньше читал лишь в книжках. Помните, как там в старинных свитках летописцы с гордостью писали: «и варити по слову великого князя Володимира медов триста бочек». Каких его видов только не ставили на стол? По прозванию - и простой, и пресный, и красный, и белый, и боярский; по способы производства — и вареный, и ставленный; по исходному продукту: и смородиновые, и вишневые, и черничный, и ежевичный. Меды, стоило признать, получались знатные! Духовитые, аромат которых буквально вышибал из тебя слюну; густые, насыщенные, что пились медленно и с удовольствием. Мне это разнообразие чем-то напомнили наши многочисленные сладкие наливки, тоже душистые, вкусные, чрезвычайно сладкие, но существенно более градусные.
  - Да уж, сахарок едва на губах не выпадает, - непроизвольно причмокнул я губами, едва только почувствовал во рту сладость этого напитка. - Привет диабетикам, что тут сказать...
  Довелось мне отведать, правда из чистого любопытства, и знаменитую брагу, к которой прикладывались записные выпивохи. Этот напиток, скажу я вам, был убойным оружием, от действия которого все едва не лежма лежали. Гадость, конечно, редкостная! С отчетливо сивушным привкусов, горькая, несмотря на добавляемый для сладости мед, брага пилась очень тяжело. По утрам после нередких застолий и праздничных пиров я нередко наблюдал картины валявшиеся по углам ухарской дворни, а кое-где и царских ближников, так и не сумевших доползти до своих опочивален. Глядя на такого синего с красными от боли глазами «красавца», даже треск в его башке слышался.
  Был еще и называемый здесь полугар, тяжелый по вкусу и особенно последствиям напиток. По-всей видимости, это был далекий предок той самой знаменитой водки, у которой еще толком не была отработана рецептура производства. Напиток, как правило, получался средним по крепости, но чрезвычайно горьким. В добавок, толком не фильтрованный напиток приводил к таким ощущениям после употребления, что совсем не добавляло ему популярности. Как я понял, вся проблема этого полугара была в том, что его доведение до действительно качественного продукта было очень дорогим. Здесь требовалось и жесткое соблюдение технологии (в том числе и современными секретами), и дорогие исходные продукты, и совершенная система очистки, и поддержание определенного уровня градуса. В этоге, полугар получился эдакой алкогольной царь-пушкой того времени, тяжелой, неэффективной, неудобной, очень дорогой.
  Словом, алкоголь-то был на Руси, но какой он был? В основном все-таки это были довольно слабые градусные напитки, которые на пирах пили натуральными ведрами, чтобы почувствовать опьянение. Не спроста ведь в былинах говорилось: «Поднесли Илье чару зелена вина в полтора ведра; поднимает Илья единой рукой, выпивает чару единым духом». А что такое пить пиво под хорошую мясную закуску? Это только напиток переводить и ноги качать, постоянной беготней в сортир. Конечно, оставим за кадром хмельные меды большой выдержки, бочки которого в некоторых монастырях десятилетиями хранились. Те, конечно, были убойной, но дорогой и редкой штукой!
  А что пили остальные — купчики по беднее, крестьяне, голытьба всякая, у которых свободный грошик появлялся раз в году, к Пасхе? Я, как-то, полюбопытствовал на свою беду. Это был ужас! К сожалению, меня не насторожил ни убойный тошнотворный запах напитка, ни грязный как черт местный «пивовар». Едва глотнув этой бормотухи, я тут же перегнулся через порог и выблевал не только свой глоток, но и прошлый обед и завтрак. Собственно, причина была довольно проста — дикая, махровая бедность! Из каких нормальных ингредиентов люди могли готовить алкоголь, если они и сами-то до сыта толком не ели? Из лебеды, желудей, дубовой коры и горсти зерна, с ложечкой меда?
  - Б...ь..., да мой продукт вообще золото! Натуральное жидкое золото! - вырвалось у меня после такого рода размышлений. - Прозрачный, чистый, пьется как вода... Что пить есть, значит, а теперь дело за малым, - пробормотал я, вновь и вновь принюхиваясь к прозрачной жидкости в кувшинчике. - ...
  Однако, появление у меня готового к употреблению продукта было лишь началом моих мытарств. Сразу же появилась целая туча вопросов: как теперь все это сбывать? сколько и где нужно напитка производить? с кем нужно и с кем не нужно делиться? как все это паковать? будут ли покупать? и т. д.
   Когда я начал осторожно прощупывать почву с горячительными напитками в Москве, вырисовывалась довольно интересная картинка. Свободная продажа алкогольных напитков была фактически под запретом, действовала жесткая государственная монополия. «Добрый» Ваня уже успел меня опередить и велел продавать любые «горячительные» напитки только в «царевых кабаках». При этом в целях повышения продаж, а соответственно, и роста царских доходов, запретил здесь не только продавать здесь закуску, но и приносить с собой еду. Словом, здесь можно только пить. Отсюда и столь частые неприглядные картины, которые нередко теперь наблюдались возле таких кабаков. Свободные от службы стрельцы, кое-кто из царевых детей боярских упивались в кабаках до такой степени, что валялись прямо на грязных облеванных полах, не в силах подняться и идти.
  - Спасибо, Ванюша. Подкузьмил ты мне, так подкузьмил, - недовольно прошептал я, понимая, что выйти на рынок Москвы с новым продуктом будет очень не просто. - Если нельзя идти в открытую, значит, нужно, пойти в окружную. А если, попробовать спиртное продавать через эти самые кабаки? Ведь если там будет продаваться хороший и качественный продукт, то туда люди потянуться. Для казну же это хорошо... Правда, торопиться здесь нельзя...
  В итоге, решил я эту операция с завоеванием алкогольного рынка столицы провести по всем правилам военного искусства: с основательной разведкой, мощной информационной компанией и, наконец, закончить все резкой атакой.
  В течении двух — трех дней с помощью своих людей я нанял десятка два, а то и три всякой голытьбы, через которую планировал осуществить невиданное для этого мира событие — мощнейшую пиар-компанию нового продукта с одновременной дезинформацией своих потенциальных противников и конкурентов.
  Мой телохранитель, Иса, с помощью нехитрых мазей превратившийся в арабского купца, подыскал на окраине Москвы незаметный домик — развалюху, что располагалось в стороне от других, огороженная высоким и давно уже заросшим травой тыном. Здесь давно уже никто не жил, не ходили лишние люди, что для нашей начальной базы было просто идеальным местом. Здесь первую партию набранных на рынке, да и просто на улице, работников, согласных за пару грошей на что угодно, угостили произведенным мною напитком. Я наблюдал за этой своеобразной дегустацией через занавеску в углу дома, поэтому смог в полной мере оценить произведенный на них эффект. Едва все сделали по глотку и отдышались, как в нашей халупе «поднялся хай до небес». Весь десяток, перебивая друг друга, хвалил огненный напиток, как только его не называя — и «огнем в жилах», и «адской брагой», «ой, душеньки всю врезал» и т.д. После чего вышел я, замотанный в плащ, и доходчиво объяснил, что им теперь надо делать.
  - Если сделайте, что сейчас скажу, получите еще по грошу и по кувшину этого, - я рукой махнул в сторону стоявшего товара, с удовлетворением отмечая загоревшие желанием глаза. - С завтрашнего утра начинаете шататься по рынку, кабакам и возле ворот богатых усадеб, да причмокивая нахваливать сей напиток. Молвите, что «вечор пивали такую брагу, что и не обсказать! Крепкая. Чистая как слеза. С ног любого сшибет, аки бычок трехлеток! Голову не ломит». Слышите? Ничего не перепутайте! Будут спрашивать, где пили! Говорите, что в царевых кабаках. И не забудьте, рассказывайте, что амброзия сея прозывается «Княжеской» за свой вкус...
  Правда, пропагандисты из этой голытьбы оказались никакие. Не все из них говорил-то связно. Правда, для меня это было не главным. Сейчас мне и не нужны были сладкоголосые певцы или пушкины средневековья. Главное, нужно было в кратчайшие сроки поднять волну, на которой и поймать хайп.
  - Хоть пойте о княжеской водке, хоть войте... Мол, Княжью пить не кажный смогет... Или Княжья пьется водою, а ноженьки вяжет цепою, - начал я закидывать пословицы и хлесткие выражения про свою водку, которые, по моему замыслу должны были пойти в народ. - Княжья лыбядь белая, да во пьяну умелая... Княжья водица, что слеза девичья, и сладка и горька единожды... Супротив княжьей и богатырь не совладает. И сами может что придумаете. Чтобы к третьему дню вся Москва только о Княжьей водке и говорила. Ясно? А теперь подходим за своими грошами. Чего? И по чарки Княжьей будет. Только не упейтесь у меня, гланды вырву! - народ с опаской глядя на меня, закутанного по самые уши в плащ, стал робко брать по монетке и тут же залпов выпивать по чарке с водкой. - А теперь на выход. На выход, я сказал. Там еще одна партия заждалась.
  Не знаю, что они рассказали другим, стоявших у входа избенки в ожидании, но те заходили уже с масляными глазами и в предвкушении поглядывали на стол с кувшинами. В этой партии уже были не оборванцы с улицы, которые за медный грош тебе и спляшут и спашут. Здесь Иса с товарищами навербовал мне публику чуть по приличнее — слуг мелких, подмастерий всяких, коробейников, да стрельцов бывших, так как нужны они мне были совсем для другого дела.
  - Что встали у входа? Ближе подходите! Всем заплачу, никого не обижу за просьбишку малую. Брагу доброю товарищ мой, купец с юга, привез. Цельную ладью, да торговать ей нельзя. И выпить он столько не могет, лопнет, - кто-то из собравшихся хохотнул, а кто-то, кто выпить не дурак, с жадностью окинул взглядом стоявшее на столе богатство. - Вот, гости дорогие, глотните этой браги, сделайте милость, - по моему кивку один из моих людей уже начал передавать кружки с водкой на донышке. - Пейте, пейте. Брага добрая, едучай на пшенице настоянная, в семи водах очищенная.
  Мои гости быстро «тяпнули» и обомлели... Прошлая картина повторилась. Одни с трудом дышали, другие махали руками, третьи пытались воды найти. Наконец, у кого-то голос прорезался.
  - Ядрена, брага-то. Не соврал тебе купчик-то, - жмуря глаза, от разливающегося в груди тепла, с восхищением заговорил старый стрелец, судя по красному носу выпивоха, каких еще поискать. - Это из каких-таких стран брагу он привез?
  - Откуда это тайна большая, не для наших ушей скрытая. Вам лишь скажу, что замешаны в ней большие люди, - я таким важным и таинственным видом ткнул пальцем в сторону крыши, что собравшихся проняло от приобщения к такой тайне. - Сейчас каждый получит по паре кувшинчиков и потом угостит им своих товарищей. Если же у кого-то есть знакомый кабатчик, то угостит и его. Только сами все не вылакайте, смотрите! Мои людишки зав вами присмотрят...
  Если честно, я от первой волны своей информационной компании не ожидал многого. Ведь, думал я, какой толк от двух десятков человек может быть? Ну, потреплю они языками среди таких же, как и они; напьются в усмерть со своими товарищами. В итоге-то что? Разве будет эффект от усилий этой неполной двадцатки? Я же прекрасно понимал, что это в моем времени можно с большой легкостью поймать хайп на некоторых темах. С определенным же бюджетом и грамотными специалистами это вообще не представляется проблемой. Как говориться можно из городского бомжа сделать такую звезду, что к ней в очередь выстроятся десятки рекламным агентств с выгодными контрактами. Здесь же, был уверен я, выхлоп вряд ли станет значительным, и придется готовить еще и еще людей.
  Однако, оказалось, я глубоко ошибался. Видимо, так сложились звезды, а также прошлогодний неурожай хлеба и засуха, почти убившая урожай ягод и мед в бортях, что как раз в это время в царских кабаках резко выросли цены на спиртное. Монастыри, которые и были основными поставщиками хмельного меда, браги и питейного кваса, из-за не урожая и засухи в разу сократили свои поставки. Как выяснилось, даже и в некоторых богатых родах пришлось к застольям подавать запасы прошлого года. Словом, эти странные разговоры голытьбы о таинственном, секретном и потрясающем напитке вкупе с перепавшим кое-кому глотком Княжеской произвели эффект брошенной в сухую солому зажженной спички. А полыхнуло все к утру третьего дня!
  Я не представлял, что творилось на улицах, но в царских палатах... Из уст дворни я слышал шепот о целом караване ладей с южных стран, набитом стоведерными бочками с чудодейственным напитком. В кухарской, где я нередко теперь готовил какое-нибудь необычное блюда для царя и царицы, тоже были разговоры лишь о Княжеской, которую здесь именовали и Царской, и Цезарской, и Султанской. Местный повар, которому я в прошлый раз приказал дать палок по заднице, сейчас с каким-то странным выражением на лице рассказывал о неземном вкусе этой южной браги. Мол, знакомец его на одной из ладей этого купца плыл и ему дал кувшинчик попробовать. Имя «Княжеская» я слышал и от бояр, что с важностью рассаживались на трапезе за царским столом. Они с брезгливостью разглядывали кувшины с испанским вином и хмельным медом, хваля друг другу мою «Княжескую».
  - Это-то в рот не возьмешь. Уста сводит, - кривил губы один, почесывая то ли второй то ли третий свой подбородок. - Да что с них, гишпанцев взять-то? Живут-то не по людски... Я вот брагу вчерась в рот брал. Скажу тебе, друже, аброзия сие. Как есть ангелы там на небушке, таким потчевают. И не сладка и не горька, и прозрачна, как слеза девичья. Откушаешь такой едва глоточек, а встать уже не можешь.
  Второй в ответ поддакивает ему, пухлой ладошкой небрежно отодвигая кубок с вином в сторону.
  - Яко аброзия, друже, верно рекешь, верно, - облизывал он губы, словно «Княжью» литрами хлестал. - Накогда такого ранее не пробовал... А у тебя не осталось кувшинчиков ста и более, - вроде бы ненароком вдруг спросил он. - Чай у тебя осталось...
  Словом, слухи расползались по Москве просто бешенными темпами. Они обрастали уже новыми слухами, постепенно превращаясь в самые настоящие сказки, в которых уже от первоначального смысла уже ничего и не оставалось. В конце концов, до Ивана Васильевича дошло такое, что диву даешься.
  И бомба в виде царского гнева, наконец, рванула на утренней трапезе, где и я сидел в сторонке.
  - Ты что, пес смердящий, такое рекешь? - вдруг царь заревел на шептавшего ему что-то на уху виночерпия. - Как так нет Княжьей?! Весь стольный град пьет, а государь ни рылом ни ухом?! Сгною, червяк тлетворный! Ты что, государя свово за шпыня безродного держишь?! - вся трапезная, набитая его боярами, царскими ближниками и слугами, затихла. - Так? - бедный служка смертельно побледнел и почти обвис на руках подхватившего его царского рынды. - Отвечай перед государем, где сия брага? - тот уже был в отключке. - А вы что замолкли? Что за брага такая? А? - царя, выставив вперед свою бороденку и вытаращив глубоко посаженные глаза, начал переводит взгляд то на одного, то на другого. - Кто мне тут сказки баял, что пивал сие? Кто? Ты Мишка? - взгляд его, вдруг остановился на одном из князей Шуйских, что в это мгновение словно стал меньше ростом. - Не ведаешь, откуда? А ты? - и вот уже сползал с лавки второй боярин, что, видимо, похвалялся перед кем-то моим напитком. - Государю лжу творите?
  Чувствовалось, надвигалась гроза. Кто поопытнее и не понаслышке знал о силе царского гнева, уже готовился нырнуть под стол, массивная столешница которого уже не раз защищала таких хитрецов. Ведь государь был сильно не сдержан в гневе и мог с легкостью запулить в ослушника и тяжелым кубком, и охотничьим кинжалом. Последний же, извините меня, больше похож был на небольшой меч пол метра длиной. В другой раз, рассказывали, кто-то ему сильно приглянулся и тот получил в итоге тридцать сантиметров наточенного железа в лопатку.
  Я же, подрагивая от волнения, решил, что сейчас наступил тот самый момент, когда надо «брать быка за рога» или там «ловить ту самую синицу из пословицы». На подергивающихся от, не скрою, страха, я встал с места. На мне тут же скрестились взгляды остальных, в которых читалось и «покойник», и «самоубийца», и «ущербный», и «храни его Господь».
  - Э-э..., - голос мой едва не пропал и я «дал петуха». - Государь... Государь слово разреши молвить? - наконец, тот услышал, и вперил в меня взгляд налитых кровью глаз. - Я... это... знаю про Княжью.
  Установившаяся в трапезной тишина едва не взорвалась от не скрываемого нетерпения. Вряд ли кто из сидевших здесь не понимал, какие барыши сулил этот таинственный продукт для производителя и распространителя.
  - Э-э... Я это.
  Вот и все закончилось, а точнее НАЧАЛОСЬ для меня! Уже позже мне пришлось рассказать все или почти все о новом напитке, о водке под броским названием «Княжеская». Я выложил царю все, что мог и о чем думал: и о громадных барышах для царя, и о высоком качестве продукта, и о возможной экспансии с таким продуктом на зарубежные рынки, и о целом десятке такого рода напитков с разными вкусами и характеристиками, и о его медицинской пользе. Ваня, не будь дураком, сразу же ухватил всю суть. В итоге, я получил карт бланш на производство алкогольного напитка под названием «Княжеская».
   Одновременно, я пытался продвинуть и вопрос с косметикой, дело с которой в Московском царстве тоже мне показалась «непаханным полем». Сколько мне это стоило крови и пота один Бог только знает. Однако, мне удалось и здесь...
  И положив перед собой деревянный резной сундучок с десятков аккуратных коробочек внутри — первый в этом мире универсальный и миниатюрный салон красоты в одном флаконе, я задумался.
  - И как бы тебя, такого красавца, теперь презентовать? - спросил я сам себя. - Как говориться, грамотно проведенная рекламная компания процентов на восемьдесят обеспечивает сбыт продукта... Может сразу к супруге Вани махнуть?! - мелькнула у меня идея. - Взять, так сказать, «быка за рога». Если уж первая леди одобрит, то «дело можно считать в шляпе».
  В первые мгновения пришедшая в голову идея показалась мне просто гениальной. Едва же я вскочил с места, как тут же сел, пришибленный еще одной мыслью. «А не охренел ли я? Приду к Ваниной крале с подарком для красоты. Мол, так вот и так, это вам супер-пупер набор косметики с Тибетских гор, чтобы ваши глазки, ушки, кожа, грудка и т.п и т. д. оставались самыми — самыми! Да, с такой прямолинейностью я в лучшем случае загремлю в «места, не столь отдаленные», а в худшем увижу свои внутренности. Не-е-т, мы, господа-товарищи, пойдем другим путем...».
  Подвинув к себе кусок бересты вместо блокнота и свинцовую чертилку, я начал вспоминать маркетинговые приемы из моего времени. Спасибо, нашей дико развитой торговли, которая ежечасно и ежеминутно тестировала на нас сотни самых разных приемов и способов рекламы товаров и привлечения клиентов; кинематографу и интернету (особенно передачам и роликам с РЕН-ТВ и ТВ-3), открывшим нам глаза на зомбирующие технологии современной рекламы; и т. д.
  - Так, продукт у нас есть! Это первое. Становясь товаром, он должен великолепно выглядеть, - я перевел глаза на деревянную косметичку — небольшой саквояжик. - Шикарная коробка есть, и это второе! Все ровненькое и яркое. Не хватает упаковочной бумаги, но, думаю, это уже лишнее. Остается, что? Правильно, остается показать товар лицом! Вип-клиент должен видеть все своими глазками!
  В этот момент в дверь моей опочивальни кто-то тихонько поскребся. Через мгновение в открывшемся проеме показалась невысокая девица в сарафане, крепко держа большой поднос с пирогами горкой и запотевшим кувшином.
  - Хм, а Фекла? Черт, нет же ее, - удивился было я новому лицу вместо своей прежней страшненькой служанки, которая после вчерашних событий начала заговариваться. - Ты кто? Не слышу? Арина, что ли?! Ставь, что принесла на стол! - та, закутанная по самые брови в платок, тихой мышкой шмыгнула к столу и поставила на него поднос. - Подожди-ка, - окликнул я, когда она уже оказалась у двери. - Посмотри-ка на меня.
  При виде этой девахи, в лице которой удивительным образом сочетались и опасливое любопытство и женское женское кокетство, меня осенило. «Модель, б...ь...! Мне же нужна модель, чтобы показать товар лицом!».
  - Ах, боярыня! Красотою лепа, червлена губами, бровьми союзна, - забормотал я почему-то всплывающий текст из вспомнившегося фильма «Иван Васильевич меняет профессию». - Покраснела-то, как...
  Та, действительно, покраснела, словно маков цвет. Насупилась, едва ножкой не шаркает.
  - Лжа то. Не боярыня я, господине, - едва слышно, буквально одними губами, пролепетала она, не поднимая глаз. - Аринка я, девка сенная у матушки государыни, - тут она осторожно поднимает глаза, а точнее глазищи. - Почто такое про меня говоришь?
  «Какой типаж! Если губы ей чуток поярче сделать, брови и ресницы выделить, то такая красотка получиться, что все тут ахнут. Царица тогда обеими руками вцепиться в товар. Правда, надо перед этим еще немного почву подготовить. Слухи, например, распустить про опасность местной косметики из ртути и свинца... Собственно, а что «сиськи мять»?».
  - Помощь мне твоя, девица, нужна в одном добром деле. Для государя и государыни постараться нужно, - девушка аж ротик свой от удивления открыла; мне, если честно, на какое-то мгновение стыдно стало от своего обмана. - Не бойся, доброе это дело, - вкрадчиво продолжил я с искренней улыбкой. - За это доброе дело грошей тебе отсыплю столько, что и на колечко хватит и на платье еще останется.
  С такими уговорами девичья крепость выстояла не долго. Чтобы немного подтолкнуть ее, я ненароком взял и открыл крышку своего резного сундучка. Взгляд девицы тут же буквально прикипел к его содержимому — к этим многочисленным коробочкам с разным по цвету и по форме содержимому — ярко красной и бардовой помаде, белоснежным и темно- синим теням, пудре телесного цвета и т.д.
  - Ну, что вдарим по местным стандартам красоты? Да, ничего. Не бери в голову, - вскинул голову девушка, услышав непонятное выражение. – Подарок я приготовил для государыни, чтобы еще краше она стала. Она же сейчас брови и губы подкрашивает всякий гадостью, от которой могут не только волосы выпасть, но и …, - тут я понизил голос и добавил в него вволю трагичных ноток. – Дитя потерять можно, - девушка ахнула. – Точно тебе говорю. Верь мне… Давай, подойди ближе. Сейчас красоту будем наводить.
  «Боже, красотка-то какая! И чего же они тут себя так уродуют? Это же надо придумать, свеклой щеки румянить до умопомрачения, кожу свинцовой пылью и мышьяком белить. А настойка паслена? Какой урод только с Запада этот рецепт для расширения глаз привез?». Я никогда не был специалистом по косметике и узнал про все эти гадости лишь недавно. Местные дамы, действительно, использовали совершенно безумные средства, чтобы соответствовать существующим стандартам красоты. Для белизны кожи лица, да и всего тела использовали свинец и мышьяк; для красной помады – ртуть; для средства от бородавок и веснушек – серу и скипидар. Более того, все это использовали просто в таких неимоверных количествах и концентрации, что при встрече с такими дамами становилось если не страшно, то как минимум смешно.
  - Сейчас мы тебе чуть брови выделим. Стой, не вертись, - несколькими мазками крошечной кисточки я немного прошелся по девичьим бровям, делая их чуть более заметными. – Хорошо, а теперь займемся твоими губками. Замри, я тебе сказал. Сделаем их немного больше. Вареники нам, естественно, не нужны. Как тебе Джоли? Да, не Оли… Вот зеркальце возьми, полюбуйся.
  Сунув ей в ладошку то самое зеркальце из будущего, я сделал шаг назад и замер, любуясь делом своих рук. Удивительно, но как эти несколько мазков самодельной косметики смогли изменить простую незатейливую внешность служанки. Яркие губы девушки призывно манили, обещая горячие поцелуи. В подведенных глазах виделся игривый взгляд восточной красавицы, безлунной ночью поджидавшей своего любимого. «Теперь немного теней и чуточку пудры. Подчеркнем скулы… Ох, какая, мне бы такую! Б…ь…, песней заговорил!».
  - Матушка моя, - всплеснула руками Арина, едва только взглянув в зеркальце. - Хто это? Ой, это же я! У-у-у, Мишаня, тапереча, дуру Машку точно бросит и ко мне вернется, - вдруг понесло девчонку «не в ту степь». – Вот щас и пойду… Ой, господине, - я громко кашлянул и хлопком по попе вернул ее на место. - …
  Я же продолжая смотреть на свою модель, все больше понимал, что чего-то не хватает для ее законченного образа. Сейчас она несмотря на все мои ухищрения с косметикой, все еще оставалась обыкновенной русской девушкой, пусть и немного преображенной. «Нужна такая экзотика, чтобы и Ваня и его супруга просто охренели от увиденного! Экзотика, экзотика… Что-нибудь жаркое, забугорное что - ли». Я задумчиво оглядел ее, потом комнату, внезапно натыкаясь на ярко красную бархатную ткань. «Это же готовый плащ для загадочной и таинственной незнакомки из далекой – далекой страны, много – много диких обезьян. Ну-ка, примерим».
  - Арина, давай, накинь эту ткань. Полностью, полностью закройся, - ткань сразу же скрыла стройную фигурку девушки. – И голову будто капюшоном закрой. Хорошо. Черт, вуали не хватает. Ладно, ниже эту складку опусти… Вот, вот. Теперь молча иди за мною.
  Прихватив сундучок с косметикой, мы вышли из опочивальни и направились в сторону царской половины. В течении всего пути по длинным переходам и коридорам, ступенькам, я с трудом сохранял каменное выражение лица при виде вытягивающихся от удивления лиц местных. Каждая такая встреча со служкой или поваренком или даже боярином каким была словно под копирку.
  - Княже, - глубокий поклон от слуги или легкий кивок головой от боярина, за которым обязательно следовал нескрываемый возглас удивления при виде моей таинственной спутницы. – Кто ж… Ах ж… Мы ж… Княже… Я ж…, - и десятки междометий, невнятных мычаний неслось нам в след. – У-у-у… Что ж…
  Правда, у моей модели выдержка оказалась не столь сильной. Если первые вытянутые лошадиные лица она встречала сдержанным хмыканьем, то чуть позже она уже едва сдерживала свой смех.
  - Молчать, я сказал, молчать, - шипел я, когда очередной соляной столб оставался позади. – Никто не должен тебя узнать. Ясно? Ты таинственная незнакомка из-за границы.
  Наконец, впереди показались богато украшенные золоченным металлом дубовые ворота, с обеих стороны которой стояли здоровенные, кровь с молоком, царские рынды. Заслышав наши шаги, они тут же бросили шептаться и грозно уставились в нашу сторону.
  - Князь Ядыгар к государю с подарком, - я с многообещающей улыбкой шагнул в сторону, чтобы из-за спины показалась моя спутница. – Пустите?
  Бог мой, что тут случилось с этими угрюмыми громилами? Мордатые парни с бородищами при виде странной фигуры с глубокими как бездонное озеро черными глазами вдруг застыли как те самые стойкие оловянные солдатики из сказки. Не известно, что им там рисовало их разгоряченное воображение, но они буквально пожирали ее глазами. Один из рынд вообще выронил бердыш, который с громким звоном ударился о пол. «Бинго, господа-товарищи! Теперь дело за Ваней».
  - Слюни-то, подберите, охраннички, - специально громко потоптавшись, я толкнул дверь в царские палаты и вошел внутрь, потянув за собой и Арину. – Государь, это Ядыгар. Привел к тебе особу одну.
  Иван Васильевич обнаружился в самой глубине большой комнаты, за столом, задумчиво кусающим гусиное перо. Видимо, застали мы его за работой: то ли за написанием письма, то ли за составлением каких-то расчетов. И судя по его недовольному лицу, занимался он чем-то очень важным.
  - Ну, брате, с чем явился? Или опять что удумал? Вона как с твоей Княжеской брагой-то случилось. Придумка твоя оказалась зело полезна для нас, - нахмурился он. – Если что нужно, то говори, а иначе недосуг мне. Вечор приходи. А это, кто там за тобой жмется? Покажись, кто таков? Ну-ка, ну-ка…
  А вот тут-то, как говориться, нарисовалась картина маслом! При виде медленно выходящей девушки, закутанной на манер неприступной мусульманки в закрытый хиджаб, челюсть у Вани начала медленно ползти вниз. Он сначала покраснел, потом побледнел.
  В этот момент я слегка коснулся бедра девушки, подавая ей знак, и она спустила ткань с головы.
  - Ох-ма! – начавший было вставать царь, шмякнулся обратно на лавку. – Чудны дела твои Господи…
  Подойдя, он медленно обошел вокруг девушки. Потом остановился и долго вглядывался в ее лицо, пока к своему дикому удивлению не признал в ней сенную девку царицы. С диким изумление на лице Ваня повернулся ко мне.
  - Князь, опять волхвуешь? Откройся, брате, откройся как на духу, чернокнижник ты? – царь пытливо и с какой-то необъяснимой надеждой вглядывался в мои глаза. – Как у тебя это получается? Откройся? Никому не выдам. От всех спрячу. В подвале жить станешь, с золота и серебра пить и есть будешь, в шелках ходить. Если мочи нет под землицей жить в самый дальний скит отправлю. Девы младые и пригожые с тобой будут. Только молви, правду про тебя рекут?
  И, видит Бог, мне пришлось приложить просто героическое усилие, чтобы не сказать «да». Казалось бы, скажи я всего лишь одно это слово и мои проблемы решились бы сами собой. Я мог бы месяцами «кормить» царя самыми разными сказками о колдовской силе, о внезапных прозрениях, о проклятиях от его врагов, о кознях сатаны и т.д. и т.п. ь
  - Не-е-т, государь, - с грустной улыбкой, мотнул я головой. – Не колдун я. Кто же говорит обо мне это, лжет тебе. А девке я вот этим красоту навел, - кивнул на свой сундучок. – Средство гишпанское, верное. На травах лечебных и корешках лесных все настояно. Хочу государыне покланяться сим подарком, чтобы красотой своей она и дальше тебя, государь, и нас, слуг твоих, радовала.
  Я откинул крышку сундучка, демонстрируя царю его красочное содержимое.
  - Лепота какая! - восхищенно протянул царь, беря в руки то одну то другую приглянувшуюся ему коробочку с разноцветным содержимым. - И вот этим такую баску девицу сотворил? Ай-да, Ядыгар! - царь вновь с видим подозрением во взгляде уставился на меня. - Колдовство не иначе! Меня ведь Настасьюшка живьем съест за таку красоту. Благодарствую тебе, брате, за такую красоту. Государыня зело порадуется.
  Я же опять только развел руками. Мол, никакого колдовства здесь нет. Есть лишь «ловкость рук»!
  - Позвать ее надо немедля... Ей, кто там ести?! - закричал тут же Иван Васильевич, резко подскакивая к дверям. - Песьи дети, - за дверью раздался какой-то грохот; видимо от неожиданности прикорнувшие рынды замешкались и что-то уронили. - Рожи опухшие! А ну мне государыню позвать! Подарок для нее есть! - подхватив посох, он с силой шмякнул им о пол. - Живо, черти! Так их только и надо... А то зажрались, пузо вона какое наедали.
  Воспользовавшись паузой, я снова «перешел в наступление». Следовало «ковать железо, пока горячо» и окончательно обеспечить себе «зеленую улицу».
  - Я вот еще что государь поведать тебе хочу. Неспроста ведь подарок сей изготовлен. Душа у меня болит за женок наших, - Иван Васильевич, отложив сундучок с косметикой в сторону, заинтересовано повернулся ко мне. - Губят они сейчас себя. Лекаришка один с Гишпании спьяну поведал мне, что не ведают наши рассейские женки что на кожу и лицо для красоты мажут. Свинец, сурьма и киноварь там одна. Мол, у них, в королевстве, государыня давно уже запретила все это, а то мерли их боярыни как мухи, - пришлось мне для «красного словца, чуть приврать»; но это же для пользы моего дела. - От Сурьмы кожа становиться сухой и трещинами покрывается. Свинцовая же пыль кашель с собой несет. Самое же страшное киноварь, от которой зубы крошатся и слепнет человек.
  Ваня, как и любой человек слыша такие страхи страшные, побледнел. Видимо, он прикинул, сколько килограммов всякой пудры его супруга на себя сыпет и ужаснулся.
  - Ты, государь, если мне не веришь к монахам сходи, - продолжал я давить. - Мастера иконописи у них много с киноварью работают. Они всю правду тебе скажут...
   Остальные ужасы я уже не успел договорить, так как отворилась дверь и в комнате появилась царица. Эта невысокая, стройная женщина с иссиня черными глазами, пожалуй, была единственным человеком, к которому Ваня испытывал, действительно, нежные чувства. Она тоже отвечала ему взаимностью, что и мне было видно невооруженным глазом.
  - Ой! - ойкнула она, к своему удивлению увидев рядом с царем еще кого-то. - Государь..., - глаза же ее непроизвольно уставились на нашу «гишпанку», которая словно статуя неподвижно стояла напротив окна и купалась в падающем на нее солнечном свете. - …, - государыня молчала, но в ее взгляде читалось дикое любопытство и вопрос. - …
  - Неужто не узнаешь, душа моя? - улыбаясь, царь подошел к супруге. - Это же Аринка, из девок сенных твоих.
  Последовало еще одно «ой», затем еще одно «ой». Царица, словно не веря своим глазам стала ощупывать руками подведенные брови и глаза, четко очерченные пухлые губки моей модели. То и дело она оглядывалась назад, будто проверяла, а не шутка ли это.
  - А вот в этом ларце князь Ядыгар тебе подарок приготовил, чтобы ты еще краше стала, - улыбка царя стала еще шире. - Вот владей, а Аринка все покажет тебе...
  «Похоже дело-то в шляпе! С такой крышей и главное рекламой я уже сегодня могу готовить экспедицию в Европу. Ну, что, б...ь..., готовьтесь титаны Возрождения, я еду за вашими картинами!»
  
  14.
  Отступление 23
  Новгородская летопись [отрывок].
  «… И собраша великий государь своих ближников, бояр достойных и родовитых в палате царской посла аглицкого речи слушати...
  Наши мореходы смелые вмиг домчат до Архангельска-града на судах с товаром агличким, молвиша посол именем Чеслер, адмирал морской над десятком кораблей великих. Готовьте много злато и серебро за богатые товары агличкие: ткани крепкие, мушкеты и тюфяки добрые, огненное землье зернистое, да рассыпчатое, вино гишпанское, сладкое и крепкое...
  Бросиша також свиток посольский на земь великий государь. Во гневе великом всташа Иван Васильевич молвиша послу аглицкому. Ты, реки, да не реки с оглядкой. Есть и на Руси товары купецкие добрые, да нужные. И зелье пороховое доброе сготовим мы, и тюфяки великие льют наши мастера, и вино скусное у нас есть. Эй, вы слуги царские, несите вино наше, вино рузское, под прозванием Княжья водка, что варится в царских варницах по государеву указу из пшеницы доброй и воды ключевой...».
  
  Отступление 24
  «Историческая правда восторжествовала: итоги заседания Международного арбитражного суда» // Российская газета. 25 сентября 1972.
  «... Мы уже подробно освещали предыдущие заседания Международного арбитражного суда, на которых рассматривался продолжительный спор между Польской королевской компанией «Славянский алкоголь» и Первой Русской ликеро-водочной корпорацией по поводу генеральных прав на бренд «водка». Стороны на протяжении более двух лет проводили изыскания с привлечением известнейших юридических агентств, предъявляли сотни архивных документов XVI — XIX веков в доказательства своего исторического права на использовании наименования «Водка» в линейки своей продукции.
  … Приводимые свидетельства американской юридической фирмой «Пинкертон и Ко», нанятой польской стороной, говори о том, что напиток «Водка выборова» впервые упоминается в 1567 году, когда Сбыслав Войчек, купец средней руки из Гданьска упоминал этот товар в закладной в магистрате. В подготовленном же ответе российской стороны утверждалось, что водочное производство и, собственно, само наименование «Княжеская водка» было известно в Московском княжестве, как минимум, во времена взятия Казани Иваном Великим. В доказательство изыскатели Первой Русской ликеро-водочной корпорацией приводят выдержки из Новгородской летописи XVI века, где, в частности, говориться о алкогольный напиток Княжеская водка вариться в специальных царских варницах по особой рецептуре...».
  
Оценка: 9.00*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Екатерина "Амайя"(Любовное фэнтези) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) С.Елена "Первая ночь для дракона"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) П.Роман "Ветер бури"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"