Аякко Стамм: другие произведения.

На жёрдочке

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:


АЯККО СТАММ

НА ЖЁРДОЧКЕ

Рассказ

1

   Петя Кочетков был, в общем-то, самый обыкновенный человек. Он ничем не отличался от других, не выделялся какими-то особенными талантами на фоне своих сограждан. Напротив, в общей их массе он как-то невольно стушёвывался, терялся, сливался с этой самой массой, так что вы ни за что не обнаружили бы его в разношёрстной гудящей толпе, будь вы даже на редкость внимательным человеком, а он при этом при всём находился бы в двух шагах от вас. Даже на работе, а работал Петя в одном престижном НИИ рядовым научным сотрудником, и причём уже далеко не первый год, он звёзд с неба не хватал, не блистал, что называется, пытливостью ума и пылкостью фантазии, добросовестно и скрупулёзно выполнял свою рядовую работу, получал за неё такую же рядовую зарплату и, в общем-то, пребывал самой, что ни на есть незаметной, серенькой личностью. Настолько незаметной, что мало кто из его сослуживцев даже знал его имя, а уж про возраст и говорить не приходится.
   В быту он был тих, скромен, непритязателен и совершенно одинок, так что многие из его соседей даже не могли толком сказать, живёт ли кто-нибудь в типовой однокомнатной квартире за самой обычной, деревянной, выкрашенной типовой коричневой краской дверью, что на девятом этаже их типовой многоэтажки. Петя, конечно же, был когда-то женат, и даже дважды, но это было очень давно и очень недолго, так что старожилы его дома уже и не припоминали, было ли это вообще когда-нибудь. Первая жена от него ушла ещё в те стародавние времена, когда он был молодой и подающий надежды, вторая же и того хуже, уехала в Америку, да так и не вернулась. Причиной же столь обидных неудач в семейной жизни Пети была одна его странность, и не то чтобы какая-то очень уж вопиющая особенность его, в общем-то, незаметной личности, а так, пустячок, но пустячок значительный, что называется, сам в себе.
   Дело в том, что Петя Кочетков очень любил сидеть на жёрдочке, прочно вбитой в оконный косяк над карнизом своего окна, и смотреть через настежь распахнутые створки на копошащихся внизу прохожих и снующие туда сюда автомашины. А особенно на то, как по весне тёмно-серые скелеты деревьев, покрываясь свеженькими, молодыми листиками, постепенно окрашиваются в весёлый, радующий глаз зелёный; как тёплый летний дождик омывает чистыми, прозрачными струями настрадавшуюся от зноя землю, освобождая её от пыли и городской копоти; на яркое, постоянно меняющееся, как в калейдоскопе, осеннее разноцветье, постепенно редеющее и тускнеющее в потоке затяжных ноябрьских дождей; на чистое и мягкое как пух снежное покрывало, укутывающее вдруг, за одну только ночь землю белым саваном, покойным и недвижным как смерть, но чуть проснётся город, закопошится снующими туда сюда тараканами машин, так саван, словно тонкая марля расползается на рваные, бесформенные лоскуты, чтобы за ночь сшитый невидимой рукой, снова укутать землю, даря ей покой и отдохновение. Петя мог часами, да что там, по целым дням, когда не нужно было идти на работу, предаваться этому своему увлечению, невзирая на погоду, на социальное переустройство жизни, на политическую обстановку в мире, на курс доллара, цены на нефть и газ, эка невидаль. Он забывал даже поесть, а только курил одну за другой сигареты да время от времени шумно отхлёбывал из большой кружки с характерным коричневым налетом, остывший уже чай. Вот такой он был человек, Петя Кочетков.

2

   Маша Ромашкина, напротив, была выдающейся личностью. Нет, конечно, её научные открытия не перевернули все веками утвердившиеся представления человечества о мироздании, её спортивные достижения не расширили существенно рамки физических возможностей человека, её романами не зачитывались целые поколения читателей из разных стран мира. А всё потому, что ни открытий, ни спортивных достижений, ни, тем более, романов, связанных каким-нибудь образом с её звучным именем, попросту не существовало. Зато Маша обладала яркой, действительно выдающейся внешностью и, вместе с тем, ранимой, тонкой душевной организацией, что само по себе в наш беспринципный век является исключительно редким и даже уникальным сочетанием.
   Маша была на редкость красивой девушкой, но вместе с тем, не любила этой своей красоты, доставлявшей ей немало огорчений. Ещё с юности она мечтала о сцене, о главных ролях в кино, наконец, о большой, неиссякаемой любви, но её путь к искусству оказался более чем труден и тернист, что же касается любви, то об этом и вспоминать не хотелось. Ещё в девятом классе её изнасиловали её же одноклассники, поэтому школу она заканчивала уже в другом городе, и даже не в городе, а в небольшом посёлке, где жила её бабушка. Посёлок был маленький и скучный, без каких бы то ни было достопримечательностей. Люди в нём работали и пили, пили и работали, а когда в начале девяностых работы не стало, то просто пили. Маша как-то сразу не вписалась в серую будничность, в которой прозябали местные жители, поэтому, в конце концов, её тоже изнасиловали, и на этот раз уже более авторитетно.
   В Москве, куда она приехала, так и не окончив школу, её, слава Богу, больше никто не насиловал, то есть не использовал молодое прекрасное тело без её на то согласия, но и другой возможности как-то устроить свою жизнь, без использования тела, ей не представилось. Поэтому, проработав какое-то время проституткой в одном из престижных борделей, но, не утратив природной тяги к искусству, она, наконец-то, нашла более-менее приемлемый компромисс.
   Один известный скульптор ставил тогда в одном из многочисленных городских парков памятник поэту Александру Блоку и предложил Маше участие в этом своём проекте. Надо сказать, замысел автора оказался на редкость оригинальным и даже где-то революционным. В самой композиции места великому русскому поэту не нашлось, да и не могло найтись. Скульптор смотрел куда дальше и выше, чем простое копирование в бронзе фигуры знаменитого автора "Незнакомки". Он, стремясь передать сам дух бессмертного творчества поэта, изобразил в белом, как снег, мраморе круглую беседку с шестью колоннами по окружности, внутри располагалась деревянная скамейка, на которой восседала юная, грациозная незнакомка в лёгкой шляпке с вуалью на изящной головке и с томиком Блока в руке. Надо ли говорить, что кроме шляпки на незнакомке ничего более не было, а вся неподражаемая оригинальность композиции заключалась в том, что сама фигура девушки, по замыслу автора, должна быть не мраморной, как беседка, и даже не деревянной, как скамейка, а абсолютно, что ни на есть живой! трепетной! дышащей! Именно эта роль и была предложена Маше Ромашкиной, и она, подумав, согласилась. Ещё бы! хотя, ещё не совсем актриса, но уже и не совсем проститутка.
   Маша каждое утро добросовестно шла на работу к открытию парка, а вечером, как только его огромный кованые ворота закрывались, уходила домой, неся на себе печать блоковского гения, персонаж которого она играла одухотворённо и самоотверженно, как самая настоящая актриса. Она была очень хорошей девушкой, у неё, в принципе-то, был только один недостаток: Маша любила Филиппа Киркорова, любила искренне, самозабвенно, всей душой. Она посещала все его концерты, скупала все новые диски, не пропускала ни одного его выступления, или хоть даже интервью по телевидению, и однажды даже проколола шилом колесо автомобиля одной известной эстрадной примадонны. Но Филипп не отвечал ей взаимностью, он о ней попросту не знал. Вот так она и жила, Маша Ромашкина.
  

3

   Они встретились случайно, в одном маленьком недорогом кафе, куда Маша всякий раз, идя с работы, заходила перекусить круассанчиком с чашечкой чёрного кофе. Пете не то чтобы нравилось это заведение, не очень чистое, не очень чтобы тихое и уютное, напротив, засиженное вечно пьяными завсегдатаями с кроличьими глазками, всегда шумно обсуждающими недавнее поражение "Спартака". Просто оно находилось по пути с работы домой, и ежедневное его посещение, чтобы пропустить пару стаканчиков недорогого вина да поглазеть на неизменный пейзаж за пыльным окном, возле которого стоял облюбованный им столик, стало уже укоренившейся с годами привычкой. Кроме того, в последнее время появилась ещё одна причина, влекущая его сюда.
   Дело в том, что ежевечерне, в один и тот же час в кафе заходила прекрасная незнакомка и всякий раз, "медленно пройдя меж пьяными, всегда без спутников, одна, дыша духами и туманами, она садилась у окна", к тому самому столику, за которым уже сидел он, Петя. Она неизменно заказывала чашечку кофе с круассаном и, повернувшись к окну, принималась наблюдать тот же пейзаж. Она никогда не замечала его присутствия, что было само по себе вовсе неудивительно, он же с любопытством рассматривал её тонкие черты, бездонные, синие глаза, всегда подёрнутые оттенком какой-то мучительной грусти. Ему было хорошо рядом с ней, жаль только, что посещения её длились недолго, и она, докушав круассан, и допив кофе, уходила восвояси, а Петя, выждав паузу, допивал вино и отправлялся на свою неизменную жёрдочку. Так было всякий раз на протяжении целого лета, но только не сегодня.
   Сегодня почему-то, такого не было ни разу, никогда, она, дожевав круассан, медленно перевела взгляд от окна к тому месту, где находился он, долго и пристально всматривалась в пространство, как будто на месте чёрной пустоты постепенно материализовывалось нечто, приобретая со временем человеческие очертания, и сформировавшееся, в конце концов, в него, в Петю Кочеткова, заинтересованно рассматривающего её.
   - Ой! - произнесла она от неожиданности, - Вы кто?
   - Никто, - ответил он смущённо, - Просто пью вино. А вы, наверное, актриса?
   - Я...? Актриса...? Почему... вы так решили? - она засуетилась, как ребёнок, застигнутый врасплох за шкодой, и собралась, было, уйти, но вместо этого, почему-то, закурила сигарету, - Да, я актриса! Как вы узнали?
   - Не знаю, может, мне так показалось, - он тоже закурил свою, - Вы так похожи на блоковскую "Незнакомку"..., вы её сейчас репетируете...? вот и томик Блока всегда при вас.
   - Да, я играю сейчас "Незнакомку", - она улыбнулась, ей, конечно же, было приятно, - А что, похоже, да?
   - О! Вы так гармонично влились в образ..., что даже вне сцены..., как это сказать... продолжаете жить в роли.
   Петя говорил искренне, и его искренность подкупала. По крайней мере, Маша буквально растаяла от этих его слов, и что ж тут удивительного? она их слышала впервые.
   - Спасибо! Вы не представляете, насколько мне это важно, - она улыбалась открытой, детской улыбкой, а глаза светились благодарностью, - Кто вы? - спросила она после непродолжительной паузы.
   - Я? Никто... нет, в самом деле, никто, - он немного смущался, но, наконец-то, решился протянуть ей руку, - Петя... Петя Кочетков, если вас это устроит.
   - А я Маша, - она вложила в его руку свою маленькую ладошку, - Мне очень..., нет, в самом деле, очень приятно.

4

   Из кафе они ушли вместе. Почему? Но ведь ни с кем из посетителей никто из них больше не был знаком.
   Они пошли к нему. А куда же ещё? Он жил тут неподалёку, почти рядом. К тому же, он умел чудно варить кофе, а уж как она любила этот напиток.... По дороге он купил бутылку вина, круассанов и маленькую белую розу, символ чего-то такого, чего они сами ещё не могли толком понять.
   - Ты любишь Филиппа Киркорова? - спросила она, когда пустая бутылка уже стояла на полу возле столика, от круассанов осталось только несколько крошек, а кофе..., что ж, нужно было в который раз вставать с мягкого, уютного кресла и идти на кухню, чтобы сварить в турке этот чудесный напиток. На улице уже стемнело, в чёрном небе зажглись крохотные звёздочки, а по комнате, слабо освещённой мягким светом бра, медленно проплывали замысловатые волны табачного дыма.
   - Нет, не люблю, - ответил он, вставая и беря в руку турку.
   - Как это? Подожди, как это не любишь? - остановила она его, - Ты не любишь Филиппа Киркорова?!
   - Нет, не люблю, - повторил он, снова усаживаясь в кресло, и глядя на неё слегка влажными от выпитого вина глазами, - А почему я должен его любить?
   - Ну, как же? Как? Ведь он такой милый, такой душка, его нельзя не любить!
   - А я не люблю, и не вижу в этом ничего странного.
   - Этого не может быть, - она растерянно смотрела на него, искренне недоумевая, что он, именно он может не любить такого замечательного певца, - Как же это? Этого просто не может быть! Петя, может, ты меня не понял, я говорю про Киркорова! Про Филиппа Киркорова!
   - Ну и что?
   - Как это что?! Ну, как это что?! Это же КИР-КО-РОВ! Ты что, не понимаешь?!
   - Не понимаю, - просто и спокойно отвечал он, - Не понимаю, почему я обязательно должен его любить? и почему это тебя так удивляет? Ведь не любит же кто-то сладкое, кто-то не любит пошлые анекдоты, а кто-то не сходит с ума от телесериалов, вообще не смотрит телевизор, потому что там больше ничего не показывают. И никого это не удивляет, а я не люблю Филиппа Киркорова, вот и всё.
   - Всё?! - она тяжело дышала, еле сдерживая, рвущуюся из неё наружу бурю негодования, - Ну, знаешь?! Ну, после этого...! Всё...! Да, теперь всё! И я ещё пью вино с этим человеком! Да я...! Я стыжусь, что ещё пять минут назад собиралась переспать с тобой! Теперь знай, между нами всё кончено! Всё!
   Она нервно схватила со столика пачку сигарет, вытащила из сумочки CD-плеер с новеньким диском своего кумира, бросила сумочку на пол и, в негодовании хлопнув дверью, вышла из комнаты... на кухню. А куда же? не на улицу же ей идти среди ночи?
   То ли на маленькой Петиной кухоньке было не так уютно, как в комнате, то ли неподражаемый голос кумира сегодня оказался не столь притягательным, как обычно, только уже через десять минут Маша, выключив плеер, и достав из пачки сигарету, вернулась.
   - Я не нашла у тебя на кухне спички! - не желая уступать, с обидой в голосе сказала она, войдя в комнату, - Может ты дашь даме при... ку....
   Она не закончила фразу, забыв о том, что хотела сказать. Недавнее раздражение тоже куда-то улетучилось, а сигарета, слава Богу, так и не зажжённая, упала из её тонкой ручки прямо на ковёр, расстеленный на полу.
   - Петя, где ты? - еле выговорила она, озирая растерянным взглядом опустевшую комнату.
   - Я здесь, - донеслось от окна.
   Она чуть не вскрикнула, увидав в тёмном оконном проёме его маленькую, съёжившуюся фигуру, как бы зависшую между верхней фрамугой и подоконником.
   - Что ты, Петя? не надо, ты что... задумал? - залепетала она, медленно подходя к окну и протягивая к нему руки, - Ты что? с ума, что ли, сошёл? что ты? - и вдруг, когда до окна оставалось не более двух-трёх метров, стремглав кинулась к нему, схватила его своими цепкими руками и заплакала.
   - Ты что, Машенька? что с тобой? ты испугалась, глупенькая? ты думала, что ли, я в окошко хочу прыгнуть? как Подколёсин? здесь же девятый этаж..., ну, успокойся, дурочка ты моя, ненаглядная...
   Он утешал её, как только мог утешать человек, долгие годы проживший в одиночестве, и начинающий уже забывать, что же, всё-таки, такое человеческое тепло и ласка. Он как-то неуклюже обнимал своими сильными руками её хрупкие плечи, гладил её по голове и по спине, как гладят кошку, неумело страстно целовал её мокрые от слёз щёки, глаза, губы....
  

5

   А потом, когда она уже немного успокоилась, он рассказал ей о своём увлечении, о том, что он чувствует, что вообще может чувствовать человек в такие минуты, когда не только над головой, но и под ногами, и слева, и справа, везде одно только бездонное небо, а ты свободный и вольный, как птица, нет, не птица, как Ангел, потому что птица всё же обречена вернуться на грешную землю, а Ангел... О! Ангел, это совсем другое дело!
   - Я хотела бы остаться у тебя... с тобой? Навсегда. Но, к сожалению, я никогда, наверное, не смогу как ты сидеть на жёрдочке..., я такая трусиха.
   - А я никогда не смогу полюбить Филиппа Киркорова, - ответил он, смеясь, - Но разве это главное? Разве могут быть счастливы люди, всегда и во всём любящие одно и то же? Напротив, мне кажется, им должно быть скучно друг с другом.
   А когда она уже сладко спала под мягким одеялом, заложив ладошку под розовую щёчку, он нежно погладил её по головке, легко-легко, чтобы не нарушать сна, поцеловал и, забравшись на жёрдочку, полетел по своим ангельским делам, очень важным и необходимым. Он не стал сегодня собирать других ангелов, таких же странных и незаметных в обычной дневной жизни, сегодня он всё делал сам. Это было важно для него и нужно для неё. Он хотел собрать этой ночью всё своё искусство, своё умение, свой талант только для неё одной, чтобы она, Маша Ромашкина, его хрупкая Незнакомка увидела сегодня свои самые замечательные сны, самые желанные, самые незабываемые. И пусть даже в этих её снах звучит голос Филиппа Киркорова, это не беда, ведь каждый из нас любит кого-то, или что-то своё, и это хорошо, это правильно, в этом вся прелесть разнообразия, разноцветья жизни. Главное, и Петя Кочетков был в этом уверен, чтобы мы, люди любили друг друга, любили по-настоящему, принимая всё то, что ему, любимому, дорого, ведь нас осталось так мало на Земле, тогда для каждого из нас найдётся его место... на жёрдочке...
  

Июль 2007г.

   Аякко Стамм: тел. 8 903 126 7442
  
  
  
   5
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Сволота "Механическое Диво"(Киберпанк) О.Гринберга "Чуть больше о драконах"(Любовное фэнтези) Н.Ручей "Керрая. Одна любовь на троих"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Е.Флат "Невеста из другого мира"(Любовное фэнтези) Д.Гримм "З.О.О.П.А.Р.К. Книга 1. Немезида"(Антиутопия) Р.Прокофьев "Игра Кота-7"(ЛитРПГ) А.Фролов "Мертвятник 2.0"(ЛитРПГ) Д.Маш "Тата и медведь"(Любовное фэнтези) Д.Маш "Никто не ждет испанскую инквизицию!"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru Вам конец, Ева Григорьевна! ПаризьенаМои двенадцать увольнений. K A AКнига 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаДочь темного мага-4. Чужие тайны. Анетта ПолитоваИмператрица Ольга. Александр МихайловскийНедостойная. Анна ШнайдерВерь только мне. Елена РейнКогда плачут драконы. Вера ЭнСоветник. Готина ОльгаМое тело напротив меня. Конец света по-эльфийски. Том 3. Умнова Елена
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"