Айдарин Н.К.: другие произведения.

Агент снов

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Человека издавна интересует вопрос послесмертия, т.е. что с ним будет после того, как он умрет. Окажется в раю? В аду? А может он станет персонажем чужих снов и приобретет сверхъестественные силы? И называться он тогда станет агентом снов.

  Я открыл глаза. Поначалу перед моим взором не было ничего, кроме серого липкого тумана. Под ногами было что-то твердое, я мог на этом спокойно стоять, но пощупать я его не мог - руки не ощущали ничего, только глубже проваливались в туман. Я испугался, что сейчас упаду в это неведомое - вокруг моих ног я нигде не мог нащупать опоры. Но, однако же, ноги стоят твердо и проваливаться вовсе не собираются.
  Странно.
  Я попробовал сделать осторожный шаг в сторону, предварительно попробовав найти опору ногой. Та нашла ее без проблем, и я смог переместиться. Затем сделал еще один шаг. Даже рискнул подпрыгнуть.
  По всему выходило, что куда бы я ни ставил ногу, та всегда находила опору, но руками я ее пощупать все так же не мог. Я попробовал сесть, затем лечь. Подо мной явно что-то было твердое, но своей кожей я никак не мог это ощутить - только через одежду или волосы на голове.
  Одежда.
  Я осмотрел себя.
  Бежевая куртка, клетчатая рубашка, серые потертые джинсы и осенние кроссовки. Все целое, ни следа от аварии.
  У меня пробежали мурашки - я вспомнил, как я умер. Кажется, мне даже оторвало руку, но здесь она целая и невредимая.
  - Где это я? - я огляделся.
  Туман, туман, туман. Одинаковый, как вверху, так и внизу. Да, здесь есть верх и низ, есть воздух. Но я не могу определить, холодно мне или нет. Совершенно непонятно, просто ничего не ощущаю.
  Так это и есть посмертие? Серый туман и больше ничего? Ни райского сада, ни адских котлов, ни ледяных полей или даже непроглядного мрака или вообще вакуума.
  Интересно, а боль здесь есть?
  Я ущипнул себя. Ничего. На всякий случай укусил руку - на ладони остались четкие отпечатки зубов, но при этом я не ощутил ни зубов, впивающихся в ладонь, ни солоноватого вкуса грязной кожи.
  Внезапно подул ветер. Самый настоящий, слабый, но несущий холод. Температура! Появилась температура!
  - Эй, мужчина! - донес до меня ветер чужие слова.
  Я возликовал. Я не был здесь один! Мне не предстоит провести вечность в этом тумане в одиночестве, сходя с ума от скуки.
  - Мужчина! Подойдите сюда!
  Голос был женский, уверенный. Мне сразу представилась строгая тощая училка с острым носом, стянутыми в тугой пучок волосами и большими круглыми очками.
  Я пошел навстречу голосу. Выбрал направление я верно, поскольку спустя пару десятков шагов заметил эту женщину. Она, вопреки моим ожиданиям, оказалась толстой, среднего роста и довольно молодой - моложе меня, лет тридцати на вид. Выглядела она очень уверенной в себе, была одета в белую блузку, пиджак и юбку чуть ниже колен. Ей самое то ходить по квартирам и предлагать различную продукцию типа косметики или пылесосов. Эдакая бизнесвумен с высоким ЧСВ, но при этом которой не хватает многих черт чтобы всерьез стать настоящей бизнесвумен.
  - О, вот и Вы, - она решительно взяла меня за руку, когда я встал возле нее. - Не стойте, идемте дальше, я Вас со всем ознакомлю.
  И потянула меня вслед за собой в туман.
  - Где я? - спросил я у неё.
  Сразу было видно, что она знает о здешнем месте гораздо больше моего.
  - Всё потом, - отмахнулась она. - Скоро Вы всё узнаете, сейчас нельзя терять ни минуты.
  - Вы - ангел? - задал я еще один вопрос.
  - Нет, что Вы! - похоже, я её смутил. Но она быстро согнала с лица краску и пояснила: - Такой же человек, как и Вы. Если, конечно, понятие "человек" к нам все ещё можно применять.
  - А что, нельзя? - удивился я.
  - Многие говорят, что нельзя из-за того, что мы все умерли. Надеюсь, Вы понимаете, что умерли?
  Я снова вздрогнул, вспомнив последние секунды жизни. Визг дымящейся резины, звон бьющегося стекла и скрежет металла. Жуткий холод.
  - Даже помню как, - прошептал я.
  - Тогда Вам повезло, - заявила она. - Около трети знают, что они умерли. И только каждый десятый из этой трети помнит, как именно он умер. Я вот не помню.
  - И не надо. Поверьте, ничего в этом хорошего нет.
  Мы шли все это время держась за руки. Ее ладонь была пухлой и маленькой, но по-человечески теплой. Приятное ощущение для находящегося здесь, но к её обладательнице я относился с природным подозрением, полученным еще при жизни. Сколько таких вот дамочек я спроваживал со своего порога, едва только те показывались около него. Это всё жена загонялась по этой косметике, даже дочке по мелочи вроде детского шампуня прикупала. Но это было когда мы жили ещё вместе, втроем. Потом мы разругались, она забрала дочь и свои вещи и переехала. А потом я умер.
  Неожиданно из тумана стали появляться люди. Низенький старичок в генеральской форме, молодая медсестра в белом халате, бритоголовый массивный мужик в красной куртке и мальчик лет двенадцати в лыжной форме. А ещё прямо перед ними парил в воздухе в горизонтальном положении спящий человек, длинноволосый парень лет двадцати. Он явно был во что-то одет, но разглядеть никак не получалось - стоило на него посмотреть, как он резко терял четкость. Люди беседовали рядом с ним, нисколько не боясь разбудить спящего, а тому, похоже, было всё равно.
  - И ты здесь? - обратился ко мне бритоголовый, в котором я признал водителя такси.
  С ним я и умер, в его машине.
  Я кивнул.
  - А ты помнишь, - продолжил он. - Ну... как нас... того?
  При этом он дернул вверх головой.
  - Такое не забудешь, - поморщился я.
  Генерал посмотрел на часы у себя на руке и сказал толстухе, которая меня привела:
  - Инга, у нас есть еще чуть-чуть времени, пока он не проснулся.
  При слове "он" старичок многозначительно посмотрел на спящего парня.
  - Объясни салагам их задачу.
  Она повернулась к нам.
  - Значит так, новички, - Инга при этом хлопнула в ладоши. - Вы умерли, и назад дороги нет. Это - не рай и не ад. Всё, что находится вокруг вас - всего лишь сон вот этого студента.
  Она указала рукой на спящего.
  Мы с водителем слушали и не перебивали, пытаясь быстро осмысливать поступающую информацию.
  - Мы все - агенты снов. Наша задача состоит в том, чтобы всячески оберегать вот этого студента от его снов. То есть, следить, чтобы тот был всегда одет на людях, чтобы не замерзал, чтобы ему не было жарко. Чтобы не поранился, чтобы спасался от различных опасностей, особенно в кошмарах, чтобы не дай бог не умер во сне. В общем, всячески исправляем его сон, чтобы тот был как можно лучше и благоприятней. Как - думайте сами.
  - Получается, что мы что-то типа нянек? - переварил я сказанное ей.
  Звучало всё предельно логично и понятно, но возникла куча вопросов.
  - Очень похоже, - согласилась Инга. - Только учить его ничему не нужно.
  - Всё вокруг - это сон? - задал я еще один вопрос. - Его сон?
  - Да, я же уже сказала это! - несколько раздраженно ответила она.
  - А как он относится к нам? Как реагирует на то, что мы сюсюкаемся с ним?
  - А как Вы относились при жизни к персонажам ваших снов?
  Я задумался. Сны мне очень редко снились, да и не запоминал я их как-то.
  - Как к персонажам, - неуверенно сказал я. - Не помню.
  - Вот и он нас не запоминает. Считает, что мы - плоды его воображения.
  - А почему он сейчас спит? Спит в своем сне?
  - Фаза сна такая. Она вот-вот сменится, и ты увидишь, что произойдет дальше.
  - А почему...
  Студент внезапно открыл глаза и резко принял вертикальное положение. Серый туман вокруг нас отступил в стороны на пару десятков метров, обнажая холодный плиточный пол. По бокам голые стены, сверху подвесной потолок, прямо под боком окно, за которым ничего нет, кроме тумана. Студент оказался действительно голый, но без одежды он не мёрз, было достаточно тепло. Он, не обращая на нас никакого внимания, подошел к расположенной неподалеку двери аудитории.
  Вне всяких сомнений, сейчас мы все находились в его университете.
  Если честно, от его сна я ожидал гораздо большего. Здесь не было деталей, стены были голые, на потолке нет ламп, возле двери нет номера аудитории, много чего еще нет. И стоит посмотреть в другую сторону, не в ту, в которую в данный момент смотрит сам студент, как все перед глазами начинает утрачивать чёткость, размываться и застилаться туманом.
  - Внимание! - шикнул нам генерал. - Боевая готовность!
  Я обеспокоенно посмотрел на студента. Он собирался войти в аудиторию как есть, голым.
  - Смотрите и учитесь, - велела мне с водителем Инга, подходя к студенту вплотную. - Сейчас его одевать будем.
  - Как бы его потом раздевать не пришлось, - заметил я. - Может, его там студентки ждут.
  Молоденькая медсестра хихикнула, прикрыв рот ладошкой, и сказала:
  - Нет, что Вы! Такие сны ему почти не снятся. А конкретно этот уже был.
  - Разговорчики в строю! - рявкнул генерал.
  Инга, не обращая на нас никакого внимания, достала к моему удивлению прямо из воздуха свитер, джинсы и обувь. Тронула замешкавшегося в нерешительности перед дверью студента за плечо и сказала ему властным тоном:
  - Одевайся! Туда нельзя входить в таком виде.
  - Хорошо, - ответил студент.
  Его голос звучал сразу у меня в голове так, как будто это был мой собственный голос.
  Он послушно натянул предложенную одежду и постучал в дверь.
  - Мой выход! - объявил генерал.
  Его мундир резко сменился потертым войлочным костюмом, в руках появилась кожаная сумка, топорщившаяся от большого количества листов внутри неё. Всё это появилось тогда, когда он подошел к студенту и окликнул его:
  - Ты на экзамен?
  - Да, - подтвердил студент. - Только я не учил ничего.
  Я услышал, как у студента гулко заколотилось сердце. Эти звуки раздавались у меня прямо в ушах.
  - Он опять волнуется, - заметил двенадцатилетний пацан.
  - Ничего, справимся, - шепнула медсестра.
  Её одежда тоже сменилась, да и моя тоже. Мы оба стали выглядеть, как обыкновенные студенты.
  - Эй, что происходит? - воскликнул я.
  - Это он воздействует на тебя, - ответила Инга. - Ты стал персонажем его сна.
  - И что мне делать?
  - Играй свою роль.
  Я опешил. Играть роль? Но я же не актер!
  - Просто делай как я, - пояснила медсестра. - Мы тоже на экзамен!
  - Машка? Петька? - заметил нас студент. - Вы же уже сдали!
  - Я не Пе... - начал я, но медсестра успела наступить мне на ногу.
  - Нам с Петькой нужны оценки выше, так что мы пересдаём, - ответила она за нас обоих.
  - Да, да, я - Петя, - растеряно подтвердил я.
  Актер из меня был никудышный, но студент это проглотил и снова повернулся к профессору. Одежда на мне стала расплывчатой, зато генерал-преподаватель обрел высочайшую четкость. Чувствовалось, что нашего подопечного очень волнует данный персонаж, раз уж он так на нем концентрируется.
  - В аудиторию, - приказал нам генерал.
  Студент открыл дверь, и, едва войдя внутрь аудитории, забыл про коридор. Тот быстро затянулся серым туманом с оставшейся одной единственной деталью - дверным проёмом.
  Мы прошли внутрь этой самой обыкновенной аудитории с расставленными столами, зелёной доской без надписей и одним большим окном, за которым виднелось посреди тумана раскидистое зеленое дерево. Должно быть, подопечный часто на него смотрит через окно - оно было наполнено мелкими деталями.
  Мы сели за столы, генерал раздал нам пустые листы и приказал писать ответ. Билетов он не дал, вопросов тоже никаких не задавал, но подопечному это не было нужно - он тут же стал что-то строчить на своем листе появившейся благодаря Инге ручке. У меня с медсестрой ручек не было.
  - Мне тоже писать? - спросил я у медсестры.
  Та помотала головой.
  - Инга, да? - окликнул я толстую женщину. - А как Вы это делаете? Я Макс, кстати.
  - Создаю предметы? - поняла Инга. - Просто сосредотачиваюсь - и оно появляется. Вы быстро научитесь. Да, и раз уж мы не успели познакомиться, то я представлю всех. Рядом с тобой Ира, мальчик - Вова, а товарищ генерал - Георгий Константинович.
  - Я - Иосиф, - поднял руку водитель.
  - И что, создавать можно все что угодно? - уточнил я, приветливо кивая в сторону каждого называемого.
  - В принципе, да, - ответила Инга. - Мелкие вещи вроде ручки могут создавать все, на крупных же специализируется кто-то отдельный. Например, Георгий Константинович как-то целый танк создал.
  - Танк? - удивился Иосиф-водитель. - А я думал, что всё вокруг создается вот этим студентом.
  - Только самое основное, общие черты. Детали добавляем мы, следуя законам жанра сна. Но мы лишь дорабатываем сон, исправляем возникающие ошибки и прочее.
  - Ошибки? Например?
  - Например, кошмары. Удерживаем всяких пришельцев и демонов, чтобы те не убили его.
  - А что будет, если он умрет? - я невольно начал копировать их произношение.
  - Ничего, сон закончится. Но известны случаи, когда подопечные умирали в реальности из-за этого.
  - Острая сердечная недостаточность, - пояснила медсестра.
  - И? - зловеще протянул Иосиф. - Что тогда будет?
  - Мы тоже умрем вместе с ним. Мы к нему привязаны.
  - Понял, - шумно сглотнул Иосиф. - Тогда не буду бездействовать.
  Внезапно в комнате появился ещё один человек, прямо из воздуха. Только что возле двери было пусто, один миг - и стоит он. Высокий блондин с грустным взглядом мечтателя из-под квадратных очков. Правый рукав его куртки оказался неожиданно короток, оборван и окровавлен - там не хватало кисти и предплечья. Его лицо не было искривлено болью, но где бы он ни находился до этого, он явно прошел через ад.
  - А это - кто? - спросил я, кивая в его сторону.
  Первым заметил его я, остальные же обратили на него внимание только после моих слов.
  - Персонаж его сна? - предположил водитель, с интересом разглядывая окровавленный рукав.
  - Кто Вы? - удивилась Инга, спрашивая незнакомца.
  Тот открыл рот и сказал всего одно единственное слово:
  - Пожиратель...
  И свалился замертво.
  - Что-то новенькое, - заметила медсестра.
  - Он - пожиратель? - спросил Вова, завороженно смотря на труп.
  Генерал, обратно сменив костюм на мундир, с обеспокоенным видом подошел к незнакомцу и присел рядом с ним, начав обыскивать тело.
  - Нет, нет, нет, - бормотал он.
  - Что происходит? - его беспокойство стало распространяться как вирус, перекинувшись сначала на Ингу, затем на медсестру, а потом и на всех остальных.
  Генерал молчал, продолжая обыскивать тело незнакомца. Похоже, его не интересовали карманы и их содержимое, он заглядывал больше под одежду - под воротник, под целый рукав, под штанины. Наконец, он нашел то, что искал - на плече умершего была татуировка, слово "прыгун".
  - Нет, только не прыгун! - воскликнул генерал.
  Я только сейчас понял, что наш подопечный студент никак не отреагировал на появление окровавленного незнакомца. Он его в упор не видел, более того - не обращал внимания на нас. Только смотрел на свой листок, изредка что-то на нем писал и иногда поглядывал на дерево за окном.
  Кажется, этот прыгун - не персонаж сна. Один из нас?
  - Дед, что происходит? - прямо спросил генерала водитель, подойдя к трупу и посмотрев на татуировку.
  - Это прыгун, - ответил дрогнувшим голосом генерал. - Они редко появляются, я видел их всего два раза за все то время, пока я здесь. А это лет шестьдесят, если я правильно подсчитал даты.
  Я сделал пометку в уме - во снах не стареют. Деду на вид около семидесяти, но не мог же он стать генералом в десять лет, да? И форма у него советских времен еще.
  - Прыгун? - удивилась Инга. - Ты про него ничего никогда не рассказывал.
  Дед проворно для своего возраста вскочил, заглянул зачем-то за дверь в коридор, почти исчезнувший в тумане, затем подошел к окну и долго смотрел на туман.
  - Шестьдесят лет? - спросил я. - Но подождите! Ему же не шестьдесят! Как это возможно?
  - Иногда нас перекидывает к другим подопечным, - пояснила Инга, наблюдая за генералом. - Меня уже один раз перекидывало.
  - Дед? - повторил водитель.
  - Прыгуны могут путешествовать между снами, - ответил дед. - Есть несколько могущественных агентов снов, которые следят за порядком во всех снах, а прыгуны - их посланники.
  - Пожиратель, - сообразил я. - Он предупредил нас о нем?
  - Да, - ответил генерал, глядя в окно. - Сюда идет Пожиратель снов. И его надо остановить, иначе он сожрёт все сны людей.
  Пожиратель снов? Идет сюда? Похоже, этот прыгун столкнулся именно с Пожирателем, от которого еле убежал. А теперь Пожиратель идет по наши души.
  Мы все подбежали к окну. Там, снаружи, под деревом стоял человек. Вернее, это должен быть человек, но не видно ни лица, ни одежды - черный непроглядный женский силуэт. Она смотрела на нас, стоя к нам боком. Я не видел, что её лицо обращено к нам, но я это чувствовал, и у меня от ужаса волосы становились дыбом.
  Я вспомнил один из своих ночных кошмаров детства. Тогда тоже появлялся такой вот черный силуэт, только мужской. Он бродил вокруг в поисках чего-то неведомого, пока не замечал меня. Тогда он останавливался, поворачивался ко мне лицом и смотрел на меня, замерев на месте и не шевелясь. И стоило мне встретиться с ним взглядом, как меня начинало притягивать к нему, засасывать в эту темную бездну. Мне было жутко страшно, я истошно кричал во сне, пытался ухватиться за все, что попадалось под руку, но меня все тянуло и тянуло к нему. Но хуже всего был его взгляд. Он сковывал, обездвиживал, кровь стыла в жилах от него, а сердце отказывалось биться дальше. И когда до этого силуэта оставалась пара сантиметров, я просыпался. Просыпался, опутанный одеялом и простыней словно веревками, весь мокрый от собственного пота и мочи, а рядом сидела мать и прижимала меня к своей груди, успокаивающе гладя по голове и говоря, что все будет хорошо. Но после этого я боялся уснуть, сидел с открытыми глазами до рассвета, вздрагивая от каждого шороха за окном. И потом весь день ходил "на взводе", накачанный непрерывно выделяющимся адреналином.
  И после одного из таких кошмаров я однажды вообще перестал видеть сны на долгое время. Ходил все время злой и уставший, не выспавшийся, с вечными кругами под глазами, постоянно зевающий. И еще я часто болел тогда. Но потом сны вернулись, и все наладилось, вот только я их перестал запоминать.
  Вот, значит, кто такой Пожиратель, и что он делает.
  - Н-надо его остановить, - я сжал кулаки, впиваясь ногтями в кожу чтобы не завыть от ужаса.
  Рядом поскуливала Инга, продолжая смотреть прямо на силуэт. Медсестра не выдержала и упала в обморок, тут же подхваченная побледневшим водителем. Мальчик Вова трусливо дрожал, держа за руку генерала, который, казалось, единственный сохранял присутствие духа. Но было видно, как сильно напряглись его скулы, сжимая зубы так сильно, что те готовы были вот-вот рассыпаться.
  Пожиратель отвернулся от нас (или отвернулась?), протянул руку и коснулся зеленого дерева. Задул ветер, завыв за окном, зашевелились листья, срываясь с тонких как прутья ветвей и отправляясь во чрево Пожирателя. Вокруг начало темнеть, пол внезапно наклонился, и все парты начали сдвигаться в его сторону. Ошалевший студент вскочил и подбежал к окну. И встретился взглядом с Пожирателем, так вовремя снова повернувшегося в нашу сторону.
  Мир вздрогнул, прогремел гром. Небольшой участок травы под деревом быстро засосало внутрь силуэта, затем съежилось дерево и тоже отправилось туда. Туман стал приближаться, заполняя освобождающееся пространство. Силуэт двинулся в нашу сторону, неторопливо шагая по исчезающей под его ногами траве.
  Студент закричал, страшно и оглушительно, вцепившись побелевшими пальцами в подоконник. За ним закричала Инга, а потом и Вова.
  - Да что же это за напасть такая?! - отчаянно воскликнул водитель, отходя назад.
  Он взял разбег, подпрыгнул и выбил собой окно, которое мгновенно ускорилось и всосалось в Пожирателя. Водитель приземлился на остатки травы рядом с ним, замахнулся и ударил Пожирателя.
  - Нет! - крикнул генерал, но было уже поздно.
  Едва водитель коснулся этой тьмы, как его всосало внутрь.
  Стало еще хуже - похоже, Пожиратель набирался сил, съедая все вокруг, особенно нас. Он словно черная дыра поглощал материю и усиливал свой аппетит - я ощутил, как меня все сильней и сильней стало тянуть к нему.
  Студент продолжал кричать, но сквозь его голос уже стал пробиваться хрип.
  Отвалилась стена между нами, её втянуло внутрь силуэта вслед за водителем. Полетели столы и стулья, бесчувственная медсестра тоже. Я не смог её удержать. Как и Ингу.
  - Генерал! - крикнул я старику. - Как его победить?
  - Я не знаю, - обреченно ответил генерал, прижав мальчика к себе.
  Они вдвоем ещё стояли на ногах, но уже начинали скользить по полу.
  Я ухватился за студента - тот перестал кричать, но продолжал смотреть на силуэт. Однако он единственный, кого ещё не притягивало к Пожирателю.
  - Заставь его проснуться! - крикнул генерал, отрываясь от пола вместе с мальчиком. - Это единственный выход...
  Они обняли друг друга, став на краткий миг самыми близкими людьми, даже ближе, чем мать и дитя. Их ждала общая гибель в один и тот же миг, ничего, объединявшего ближе двух людей быть не может.
  - Проснись, - велел я студенту.
  Но тот не обращал на меня никакого внимания, продолжая смотреть расширившимися от ужаса глазами на Пожирателя.
  Генерал и мальчик исчезли молча. Остался только я и мой подопечный. Еще секунда - и сон вокруг нас пропал, оставив равнодушный серый туман. Но Пожирателю этого было мало, его главная цель - живой человек.
  Мои ноги оторвались от поверхности, которую уже нельзя было назвать полом. Я вцепился руками в его одежду, зависая в воздухе и натягиваясь словно струна. С каждым мигом я становился все тяжелее.
  - Просыпайся! - кричал я. - Я не хочу умирать! Проснись!
  Я ударил студента по лицу кулаком. Это оказалось ошибкой - одной рукой удержаться я не смог, и меня оторвало собственным весом, многократно увеличенным притяжением Пожирателя. Студент все-таки обратил на меня внимание, разорвав зрительный контакт с черным силуэтом, обратившим обычный сон в жуткий кошмар. Но было уже поздно - я стремительно летел в Пожирателя.
  Остался какой-то метр, когда я зажмурился, не выдержав и не приняв смерть так, как это делают герои - смотря ей в лицо. Ногам стало жутко холодно, они резко заболели до коленей.
  Внезапно все вспыхнуло, настолько ярко, что даже через зажмуренные глаза прорвался свет. От него заболели глаза, зазвенело в ушах, и мне показалось, что я раздуваюсь. И, когда я уже хотел лопнуть, раздувшись до предела, всё прекратилось.
  
  
  * * *
  
  
  Я судорожно сделал глубокий вдох, впустив в легкие неожиданно пахнущий морем воздух. Сквозь гулкие удары сердца донеслись звуки волн, крики чаек и чей-то смех.
  Колени страшно болели, ничего ниже их я вообще не чувствовал.
  Что это? Я снова умер? И оказался в новом месте?
  Пожиратель. Я его коснулся ногами, потом эта ослепительная вспышка, и вот я здесь.
  Я открыл глаза. Светло-серое небо, по которому плывут белые облака в виде животных. Я неуверенно моргнул. Нет, не показалось. Это не были облака причудливой формы, которым слишком вольное человеческое воображение мысленно приписывает образы животных. Это и были животные в виде облаков - вот жираф с длинной шеей и тонкими ногами, вот волк, воющий на отсутствующую луну, вот поднялся на задние лапы медведь.
  Я повернул голову в сторону моря. Оно было чёрно-белое, но это было море. Самое настоящее море, расстилавшееся до самого горизонта, возле которого виднелся треугольник парусника. Метровые волны обрушивались на пляж, омывая стены самого настоящего песчаного замка, большого, с множеством искусно выполненных мелких деталей. И невдалеке, на самом мелководье, плескалась девочка, отдаленно похожая на мою дочь. Ей было очень весело. Но вот она заметила кого-то, выбежала из воды и остановилась возле женщины с черными длинными волосами и в белом платье, которая обнимала дерево. Зелёное дерево из сна студента.
  - Эй! - хотел крикнуть я, но закашлялся от порыва ветра с песком.
  Женщина тут же исчезла, не знаю, услышала ли она меня или нет. Но меня заметила девочка. И чем ближе она подходила ко мне, тем больше я убеждался в том, что эта девочка - моя дочь.
  - Папка! - она меня тоже узнала и перешла с неуверенного осторожного шага на быстрый бег.
  - Юля? - я выплюнул песок изо рта. - Что ты здесь делаешь? Где мы?
  Она прыжком оказалась возле меня и, когда я собрался вставать, остановила меня своей детской ладошкой.
  - Подожди, сейчас вылечу!
  Она с небольшим отвращением коснулась моих колен, и те перестали болеть.
  - Я во сне? - сообразил я, вставая с песка и оглядывая себя.
  Ноги действительно были целы, но я оказался босой. Более того, штанины заканчивались кровавыми, облепленными песком ошмётками. Я тут же вспомнил прыгуна с его рукой. Так это сделал Пожиратель с ним. А потом и со мной.
  - Как ты это сделала? - удивился я, щупая свои ноги. - И не испугалась?
  - Испугалась, - ответила Юля, обнимая меня за пояс. - Но это же мой сон! Я здесь много чего могу!
  Сон. Значит, я действительно ещё жив. Но меня неведомым образом переместило сюда. Я же не прыгун, как так получилось? Должно быть, студент все-таки успел проснуться, но чуть опоздал - меня уже засасывало в Пожирателя. Наверное, там что-то произошло, и меня оторвало от моего подопечного.
  Стоп.
  - Юля! - воскликнул я, опускаясь на колени. - Ты видишь сны?
  - Да! - радостно ответила она. - Это мой первый сон, но он идет уже долго.
  - Но как?
  Помнится, ещё при жизни мы с женой куда только не водили Юлю, пытаясь вылечить её или хотя бы выяснить причину того, что она не видит снов. И вот! Но почему сейчас? Это как-то связано с тем, что я умер в той аварии? Или с появлением Пожирателя?
  Я вскочил и начал лихорадочно оглядываться. И увидел многое.
  Пляж в одном месте резко заканчивался сосновым лесом, в котором паслись самые настоящие единороги, в другом месте шли снежные поля. Ещё чуть дальше был виден заброшенный город, над которым плыл по воздуху громадный дирижабль. Немного влево - одно из крайних зданий подпирает гигантский робот-трансформер, вправо - блестящая на солнце статуя Ленина. И ещё очень-очень много всего, что никак не вязалось друг с другом. Большинство "кусков" были вполне реальны, часть взята из фильмов, и лишь немногие вроде робота или плавающего в небе острова оказались действительно фантастичными. Всё это, за редкими исключениями, было чёрно-белое, а некоторые вещи даже затянуты серым туманом, знакомым мне по предыдущему сну.
  Что меня больше всего поразило - огромное количество деталей. Студент еле мог представить одну-единственную комнату, где отчетливыми были только наиболее запомнившиеся ему предметы. Юля же создала целый мир, пусть и сшитый из различных кусков. Как это может девочка, только недавно пошедшая в школу, да к тому же до этого никогда не видевшая снов? Всё это накопилось за её недолгую жизнь и вот сейчас выплеснулось разом? Но я бы ожидал другого - говорящих лошадей, мультик про которых она так любит, кукольный дом, множество плюшевых медведей и прочих атрибутов её детства. Но не заброшенных городов с дирижаблями.
  Пожирателя пока ещё нигде не было видно.
  - Тебе нужно проснуться, - тихо сказал я. - Пока не пришла беда.
  Да, этот сон, первый за её жизнь, является очень лакомым кусочком для Пожирателя. Громадный мир, нарисованный одним только воображением, с изобилием деталей, пусть и черно-белый, но всё же. Это не тридцать квадратных метров с одними партами.
  - Проснуться? - удивилась и слегка обиделась Юля. - Зачем? Здесь так хорошо! Смотри, я даже летать могу!
  И она взлетела, смешно болтая руками. Казалось, для неё это было так естественно, как, допустим, плавать в воде - нужно только слегка напрячься.
  - Немедленно приземлись! - испугался я. - Упадёшь сейчас, будет больно!
  Она рассмеялась надо мной, но, всё же, приземлилась.
  - Я уже падала, здесь это совсем не больно! - сказала она. - Идём, я покажу, что принесла моя подруга.
  Она ухватилась за рукав моей куртки и потянула меня в сторону.
  - Ты должна проснуться, - запротестовал я. - Чтобы ты ещё много раз смогла увидеть этот сон, ты должна проснуться.
  - Но я не хочу просыпаться! Моя подруга обещала принести мне ещё подарок, цветной!
  Подарок? Цветной? Подруга?
  Взгляд натолкнулся на зелёное дерево, бывшее до этого во сне студента. Чуть ли не единственная цветная вещь здесь. И эти странные куски, целые локации, сшитые воедино как чудовище доктора Франкенштейна.
  Я догадался, и это знание меня отнюдь не обрадовало. Эти "куски" - обломки чужих снов, приносимые сюда Пожирателем. Как это дерево, как тот остров в небе, как заброшенный город, как песок под ногами - всё чужое. Отнятое силой и подаренное маленькой девочке.
  - Да, подруга, - дочь говорила как ни в чём не бывало. - Я её сама придумала.
  Меня как молнией поразило. Этот ужас сотворила моя дочь! Нет, Господи, нет!
  Надо остановить это безумие! Сколько уже людей пострадало за такой маленький срок? И сколько пострадает в будущем? Будет ли этому конец? Всё закончится, когда Пожирателю уже будет некуда сваливать все эти обломки чужих снов, или же когда Пожиратель насытится? Ведь он (или она) отдаёт далеко не все, что было поглощено. Пять человек он сожрал только за прошлый сон, поглотив также всё вокруг - и отдал одно только дерево?
  - Послушай, - я остановил Юлю и присел на колени, чтобы наши лица оказались на одном уровне. - Твоя подруга - плохая. Она делает ужасные вещи...
  Я не мог рассказать ей тот ужас, который только что видел, в котором едва не погиб сам. Но я мог рассказать все остальное.
  - Что ты такое говоришь! - Юля возмущенно надула губы. - Она - не плохая. Смотри, сколько всего она принесла! Какое красивое дерево! И красивые единороги в лесу! Я даже каталась на них!
  - Она плохая, - повторил я более твердо. - Всё это ведь не ты придумала. Всё вокруг нас украдено из чужих снов.
  - Украдено?! - ужаснулась Юля.
  Мы воспитали её хорошо, благодаря нам она считала кражу самым плохим поступком в жизни после убийства. Так что я знал, что мне нужно говорить, и для этого даже не приходилось обманывать её. Что я, к моему позору, делал слишком уж часто. Я - плохой отец, который сейчас опять поступает плохо. Моя дочь увидела первый свой сон и теперь узнаёт, что всё, что она сейчас видит - украдено у других. Это не её.
  Но я всё же рассказал, что произошло со мной недавно, разве что опустил страшные подробности. В результате Пожиратель из очень страшной сущности превратился в обычного вора. И ещё я рассказал, как потерял свои ноги.
  - Она - плохая! - после этого уверенно заявила Юля. - Слышишь? Ты - плохая. Ты мне больше не нужна, уходи!
  Она смотрела ко мне за спину.
  Я с ужасом понял, что Пожиратель сейчас находится у меня за спиной. Стоит в готовности поглотить всё вокруг себя.
  Я обернулся, но было уже поздно, меня снова начало засасывать.
  Никакого страха я не ощущал, ведь сейчас там стояла обычная черноволосая женщина, в белом платье с синими цветочками, босая. Но её лицо было смазано, и разглядеть его было нельзя.
  - Не трогай папу! - вскричала Юля, швыряясь горстками песка в Пожирателя, но та никак на это не реагировала.
  - Юля, тебе нужно проснуться! - кричал я.
  Засасывало только меня, везя по песку. Остальное оставалось нетронутым, что давало мне надежду на то, что моя дочь в следующем сне вернется хотя бы сюда. Похоже, Пожиратель не мог причинить вред тому, что создал здесь, как не мог обидеть свою создательницу. Но я был чужой, меня занесло сюда случайно, и Пожиратель теперь требовал меня.
  - Папа!
  - Проснись! Так ты меня спасешь!
  - Па-а-а-апа-а-а-а-а-а!!!
  Ослепительная вспышка, в голове словно взрывается граната, и меня поглощает этот свет. Всего на секунду - но я уже в другом месте.
  
  * * *
  
  
  Я парю в небесах, сидя на ковре, который, казалось, был в каждой семье на постсоветском пространстве. Самый обычный ковер, с осыпающимся коротким ворсом, многочисленными кошачьими серыми волосами в виде пуха и пятнами от пролитого чая. В центре ковра стоит большой золотой самовар. А по другую сторону самовара сидит старик в красной рубахе, трико и валенках, пьет чай из пиалы. Мимо нас внизу проплывают редкие облака, скорость у нас большая, но ветра в лицо почти нет, и дышать очень легко. Ещё вокруг у всего очень яркие краски, особенно у неба над головой. По всей видимости, старику сейчас снится очень счастливый сон.
  - День добрый, - поздоровался старик со мной.
  Какое-то мгновение он вглядывался в мое лицо, пытаясь понять, знает он меня или нет. Но затем он потянулся к самовару и налил во вторую пиалу, которую он достал прямо из воздуха, чай и протянул её мне.
  - Вку-у-усный чай! - улыбнулся дед. - Совсем как в детстве!
  - Благодарю, - я принял пиалу из его бокала.
  Должно быть, я ему кого-то напомнил.
  Я снова прыгнул. Чуть раньше чем Пожиратель меня достал, в последний момент избежав гибели, и очутился в чужом сне, во сне этого старика. Не знаю, надолго ли я здесь, но из-за меня Юля прогнала Пожирателя, свое ужасное творение, и оно теперь было на меня зло. Пройдет некоторое время, и он придет за мной, я в этом уверен.
  Что мне делать? Требовать от каждого, в чьем сне я оказываюсь, чтобы тот просыпался? Да, я могу их заставить, должно быть, я приобрел какую-то власть после того, как стал агентом снов. Наверное, это входит в длинный список обязанностей всех агентов - пробуждать своих подопечных, чтобы с теми во сне не случилось чего нехорошего. Допустим, я пробужу этого старика, прервав его счастливый сон - и что дальше? Окажусь в ещё одном сне, и всё по новой? И так до бесконечности? Я не знаю.
  Что вообще должно происходить с агентами тогда, когда их подопечный просыпается? Мы продолжаем действовать, сидеть в ожидании посреди серого тумана пока снова не понадобимся? Или же нас "ставят на паузу"? Боюсь, мне не узнать. Моя группа погибла из-за Пожирателя, мой подопечный долго не сможет видеть снов, а я - оторванный и почти беспомощный - вынужден теперь скитаться по чужим снам. Моя группа. Сколько я их знал? Минут пять? Час? Три часа? Во снах время течет очень странно, по законам, которые диктует тот, кто создает эти сны.
  Кто я теперь? До этого я готов был смириться с ролью агента снов, быть привязанным к одному и тому же человеку с его бесконечным бредом, рвущимся из подсознания. Обычные сны, эротические сны, кошмары, фантастика, приключения, любовь, героизм, одиночество. Целая вселенная внутри одного человека. Но я оторвался от своего подопечного. Наверное, так и появляются эти самые прыгуны.
  - Эй, ты кто? - неожиданно спросили меня сбоку. - Прыгун или новенький?
  Я повернулся - рядом с ковром летел человек. Обычный мужчина, бизнесмен в дорогом с виду костюме - и летит в воздухе словно птица, сам по себе, безо всяких приспособлений.
  - Прыгун, - ответил я. - Предупреди своих - сейчас сюда придет Пожиратель. И будите старика, если хотите жить.
  Он кивнул и тут же отстал, затормозив в воздухе. Как раз вовремя - впереди, в нескольких километрах от нас появился черный шар, начавший закручивать вокруг себя облака и постепенно засасывающий их внутрь. Как черная дыра в учебнике по астрономии.
  Вверх по пищеводу стал подбираться едкий кислотный страх, первобытный, тот самый, который лишает человека способности мыслить здраво. Но чашка горячего чая в моих руках здорово помогает, отвлекает от крутящейся воронки впереди.
  Я опустил взгляд и шумно глотнул из пиалы. И впрямь, вкусный чай. Листья малины, смородины, клубники и мяты. По сути, это травяной отвар, приготовленный из того, что растет в огороде, но вкус потрясающий. Старик не обманул.
  И я, просто пожелав очутиться в другом месте, и в самом деле прыгнул. Снова ослепительная вспышка, колокольный звон в ушах - и я стою по колено в снегу.
  Горы, повсюду заснеженные горы. Я на склоне одной из них, в метре от проложенной снегоуборщиком трассы, рядом зеркальная поверхность застывшего озера. Тёмное звёздное небо над головой. Действительно очень красивое место, стоящее того, чтобы оно снилось. Склоны идеально подходят для лыжников, и вот и впрямь спускаются трое из них - шестнадцатилетний парень в тонкой пижаме едет первым, за ним не отстают два рыжих близнеца в экипировке.
  Холодно здесь не было, я температуры вообще не ощущал - только обжигала руки прихваченная с собой наполовину пустая пиала.
  - Вот как это делается, - я задумчиво повертел пиалу в руках.
  Прыгать оказалось легко, нужно было только захотеть убраться подальше да приложить к этому желанию толику силы воли.
  - Новичок! - до меня донёсся крик близнецов. - Это повторяющийся кошмар! Он сейчас утонет! Помоги нам!
  Повторяющийся кошмар? Что может быть хуже? Пожиратель, следующий за тобой по пятам.
  Лыжники пронеслись у меня над головой и, обогнув пару высоких сосен, упали на мгновенно проломившийся лед.
  Я выскочил из снега и, едва подумав, что мне не помешал бы сейчас сноуборд, встал на него и съехал вниз. Инга была права, когда говорила, что создавать предметы из воздуха просто. Едва я заехал на лёд, как тот с треском разошелся в стороны, и я погрузился под воду. Та оказалась ледяной, единственная вещь, которая имеет здесь температуру. Холодно. Всё вокруг стремительно темнеет - и вот я снова стою по колено в сугробе на том же самом месте. Рядом, в снегу, валяется пустая пиала из-под чая, со склона снова несутся лыжники.
  Я прыгнул дальше - в горах мне делать было нечего, а мне нужно было выиграть время. Но у меня не получилось - Пожиратель уже ждал меня.
  
  * * *
  
  
  Ещё одному человеку снился сегодня кошмар.
  Я стоял на длинном железном мосту между двумя громадными скалами. Все вокруг было темно красным - по бокам от моста несколькими метрами ниже разверзлась огненная бездна, дышащая жаром. Лава перекатывалась волнами на поверхности этой адской реки, сразу из нескольких мест валил густой едкий дым. Здесь было очень жарко. Но ненадолго.
  Прямо передо мной, в каких-то пяти метрах, я видел Пожирателя. Его темный силуэт было плохо видно в оттенках темно-красного, он был нечеткий, размытый. Я его даже скорее чувствовал, чем видел. Страх наполнял всё моё естество, я им сейчас дышал, он тек по моим жилам, он впитался в каждую клетку моего тела.
  Он выследил меня и опередил. У этой темной сущности несомненно был разум, и его поступки по отношению к моей дочери свидетельствовали в пользу этого. Я разозлил его, лишил его цели его создания и существования, и встал сам на место всего этого. Я был нужен ему. Он меня поглотит, отомстит и пойдет дальше насыщаться и пожирать до тех пор, пока в мире для него не останется пищи.
  Он не был первым, и не будет последним. Достаточно вспомнить того, который сожрал мои сны. Я сам лично встречался с двумя Пожирателями, а кто знает, сколько их уже было? Сколько раз они выкашивали человечество, лишая их ночных грёз? Им определенно требовались яркие эмоции, любые предметы или явления, имеющие хоть какой-то смысл для их творцов. Наверняка это было основным их питанием, но насытиться они никак не могли, и поглощали всё больше и больше, пока не умирали с голоду. Они постоянно поглощают всё, что находится неподалёку от них. Вот и сейчас он спокойно стоит, а мост под его ногами утрачивает детали и цвет, становится блеклым. И эта зона постепенно расширяется.
  Я должен его остановить. Хотя бы попытаться. Но как остановить того, кого нельзя ударить?
  Я сконцентрировался, прогоняя страх прочь. В руке возник сотворённый мной камень. Обычный камень, который я швырнул в Пожирателя.
  - Чёрт, - сморщился я.
  Камень влетел в тень и пропал. Пожиратель даже не шелохнулся. А я же почувствовал легкий укол в сердце, как будто швырнул только что частицу самого себя.
  Как его победить? Как их вообще побеждают? Да и побеждали ли их когда?
  А втягиваемая зона вокруг него растет, как растет ужас внутри меня. Пожиратель смотрит на меня, и чем больше он сейчас съедает, тем сильнее становится мой страх. Он словно бы подпитывает его, усиливает за счет пожираемого сна.
  И тут я увидел выход. Безумный, но, все же, выход.
  Надо разозлить его, заставить жрать ещё быстрее.
  Я вновь сосредоточился, и в моей руке появился зелёный бейсбольный мяч. Твердый как камень, с отметками моих зубов, в которые он когда-то угодил. Этот мяч потом долго мне снился. Я кинул его в Пожирателя. Он, почувствовав что-то неладное, пригнулся, и мяч пролетел над ним. Но природа Пожирателя сыграла с ним злую шутку: мяч, не отлетев и на полметра, вернулся назад к тени, притягиваемый его голодом. Тень пошатнулась, покрылась мелкой рябью, и напор страха ослаб, позволив вдохнуть чуть спокойнее.
  В моих руках появилось оружие! Мои собственные воспоминания и предметы, которые с ними связаны. Всё, что для меня имело когда-либо хоть какое-то значение - Пожирателю это явно не нравилось. И я швырял в него все, что мог вспомнить.
  Полетел игрушечный деревянный пистолет, сделанный мне тогда ещё живым дедом. Первая кукла, которую я подарил Юле. Маленькое чёрное радио, пробуждавшее меня по утрам и диктовавшее мне настроение на половину дня. Старая отцовская гитара. Школьный глобус, найденный на улице. Армейский ремень с тяжелой бляхой. Бейсбольная бита, однажды спасшая меня и квартиру от взломщика. Любимая книга.
  С каждым предметом я словно бил себя ножом в грудь, ощущая, будто вырезаю при этом кусок самого себя. Было очень больно и страшно. Пожиратель пытался какое-то время уклоняться от летящих в него предметов, но их притягивало к нему словно магнитом. Силуэт мерцал почти непрерывно, но при этом продолжая засасывать мост под собой и уже притягивая лаву. Всё позади этой сущности тоже втягивалось в неё, но там, где стоял я, всё было в неприкосновенности, словно я был оберегом, защищавшим от зла. Воспоминания сыпались рекой, выворачивая меня наизнанку. Я давно уже перестал воплощать их в предметы и швырялся чистыми образами, картинками, звуками, запахами. Неожиданно вспоминал то, что, казалось, было давно забыто. Сейчас всё это всплывало легко, вырывалось под моей волей из самых дальних уголков памяти. И постепенно я начал ощущать растущую пустоту внутри себя.
  Пожиратель обезумел, заметался из стороны в сторону, пытаясь подойти ко мне и поглотить меня, но каждый раз сталкивался с моими воспоминаниями, и его отбрасывало назад. Сон вокруг него закружился, краски начали смешиваться, словно злой мальчишка пролил воду на картину неведомого художника. Всё впереди меня текло в Пожирателя. Быстро мелькнули несколько местных агентов снов, но я их даже не успел разглядеть. Пожиратель передо мной бесновался, бился в истерике и кричал высоким женским голосом из фильмов ужасов. Ответить мне он мог только страхом, который перестал быть для меня помехой, на фоне растущей бездны внутри себя я его уже не замечал. Страх падал в эту бездну и пропадал в ней не хуже снов внутри Пожирателя.
  Воспоминания постепенно заканчивались, я стрелял реже и реже, но последние выстрелы были самыми сильными - я их приберёг специально для этого. Первая любовь, случившаяся слишком рано для того, чтобы быть счастливой. Первый поцелуй с будущей женой. Улыбка матери. Рождение Юли. Редкая похвала отца. Первая смерть - умер дед. Последние похороны - умерла мать. Ссора с женой. Отец вылечился от алкоголизма. Юля пошла в школу. Авария, моя смерть. Все, больше ничего нету.
  Пожиратель почти развоплотился, стал легким, еле видимым чёрным туманом, разведённой в воде чернильной кляксой.
  - Я... победил? - спросил я сам у себя, обессиленно падая на железный мост.
  Тот был теперь холодным, огненное море под ним исчезло, сменившись непроглядным туманом. Я был опустошен, и, как мне показалось, всё-таки победил.
  - Нет! - ответила мне сущность, собираясь обратно в чёткий силуэт.
  У меня оставалось еще одно воспоминание, самое последнее, которое я тут же кинул в Пожирателя, пока тот не вернулся в своё первоначальное состояние и не собрался с силами. Мой самый страшный кошмар, сон про Пожирателя.
  - Получи, мерзкая тварь!
  Из моей руки вырвался чёрный непроглядный сгусток, шар, имеющий ту же природу, что и сам Пожиратель. Я ударил его его же оружием. Мне показалось, что передо мной взорвалась атомная бомба.
  Кровь мгновенно вскипела в моих жилах, кожа начала плавиться. Из ушей, рта, носа и глаз потекло что-то горячее, даже горячее, чем мгновенно нагретый воздух вокруг меня. Я закричал так сильно, как не кричал ни разу в жизни, даже когда предыдущий Пожиратель поглотил меня в детстве. Я тут же охрип, но все равно продолжал кричать, было очень больно. Изо рта стали вырываться ошмётки окровавленной плоти, зубы и язык оторвались и полетели прочь. Меня разрывало на части.
  Но я победил его, я видел, как он взорвался ослепительной зелёной вспышкой, разлетелся мириадами осколков снов, которые он успел поглотить за своё столь короткое существование.
  И тут я очнулся.
  
  
  * * *
  
  
  Я лежал на больничной койке, весь перебинтованный и замурованный в гипс. На правом глазе повязка, и он жутко болит. Из горла торчит трубка, через которую я сейчас пытаюсь дышать. Все тело зудит по-страшному, но вроде пальцами рук и ног я могу шевелить - те не забинтованы. Одна нога и обе руки подвешены с помощью противовеса, тело тоже чем-то сковано, но головой вертеть я могу. Рот пересох, страшно хочется пить.
  За окном справа раннее утро или поздний вечер - за невысокими домами видно половинку слабого осеннего солнца. Слева стоит врач восточной внешности. Он замечает, что я очнулся и подходит ко мне.
  - Чудесно! - похоже, он искренне радуется. Он прищуривается, и возле его глаз собираются глубокие морщинки. - Просто великолепно! Честно сказать, мы и не думали, что Вы очнетесь, тем более так скоро.
  Я машинально попытался ему ответить, но не смог - связки меня совершенно не слушались, и я закашлялся.
  - Тише, тише! - врач с силой прижал мою грудь к кровати, чтобы я сильно не дергался и не покалечил себя случайно. - Не пытайтесь говорить, у Вас повреждены голосовые связки. Я буду задавать вопросы, а Вы просто моргайте. Один раз - "да", два раза - "нет". Идёт?
  Я моргнул.
  - Чудно! Вы помните своё имя?
  Да.
  - Вас зовут Максим?
  Да.
  - Вы понимаете, где находитесь?
  Да. Больница, палата интенсивной терапии. Рядом со мной множество странных аппаратов, половина из которых прямо сейчас вкачивают в меня жизнь.
  -Вы помните, что произошло?
  Да. Я ехал домой на такси после того, как отвёз Юлю обратно жене. Чёртовы свидания два раза в месяц! Почему так редко? Несправедливо! Мы ехали по трассе, и внезапно сквозь плотную завесу дождя мы увидели, как к нам боком несётся по скользкой как каток дороге тягач с длинной фурой. Его занесло, и он снёс нас как пушинку. Потом я... умер?
  Я вздрогнул.
  Серый туман. Агенты снов, студент, экзамен, зелёное дерево, Пожиратель. Сон Юли, снова Пожиратель.
  Да, я помню.
  Что это было? Я действительно умер? Слышал, что при клинической смерти люди видят странные вещи. А может, меня накачали в скорой большой дозой сильного наркотика, и мне все привиделось под его влиянием. А может, я банально спал или находился в кратковременной коме. В любом случае, я сейчас жив, и я до смерти рад этому.
  - Видать, воспоминания не из приятных, - заметил мою реакцию врач.
  Да.
  - Что ж, раз уж Вы, наконец, очнулись, тут кое-кто очень хотел Вас увидеть. Вы примите гостей?
  Да. Это, должно быть, Юля. Жене должны сообщать подобные вести, когда со мной что-то может случиться. И она должна была привезти сюда Юлю. Возможно, сама она не захочет заходить, но Юля зайдет обязательно.
  - Отлично, я сейчас их позову.
  Он торопливо вышел из палаты, и спустя пару секунд ко мне вошли двое: жена, которая буквально светилась заботой и сожалением, забыв про ссоры, и радостная Юля, совсем как в том сне.
  - Папка! - вскричала она, увидев меня.
  - Тише, Юленька! Здесь не кричат.
  Жена мне улыбнулась, и они вдвоем подошли ко мне. Юля уселась на самый край кровати, возле моей левой руки, и я почувствовал, как она ухватилась за нее. Она очень переживала за меня. Жена встала рядом с кроватью и сказала:
  - Она извелась вся! Мне ещё не позвонили из больницы, как она уже каким-то неведомым образом узнала, что с тобой что-то случилось. Ума не приложу, как.
  - Мама, я же говорила! Я видела папу во сне! Ты там был, папа, представляешь? Там был пляж, море и зелёное-зелёное дерево, очень красивое! И единороги! Мой первый сон!
  Я вздрогнул ещё раз. Что же случилось? Я попал в её сон, действительно прыгнув в него? Или же мы по прихоти судьбы увидели одно и то же? Но это означает, что она и в правду создала Пожирателя! Получается, так вот они и появляются, да? Потому, что их создает тот, кто очень хочет видеть сны, но не может?
  - Фух, что-то здесь жарко! - жена вытерла рукавом джемпера проступивший на лбу пот.
  Её чёрные длинные волосы сосульками свисали с её головы. Я вспомнил, что она всегда очень сильно потеет, когда нервничает. Переживала за меня.
  Она стянула с себя джемпер, под которым оказалось белое платье, которое я подарил ей на первую зарплату. Как же давно это было.
  - Мама специально надела это платье, - Юля заметила мой удивленный взгляд. - Она хотела тебя обрадовать, чтобы ты поскорее поправился.
  - Вот только на улице холодно, так что пришлось одеться теплее, - смутилась черноволосая женщина.
  Солнце за окном окончательно село, и комната стала погружаться во мрак. Но в этом мраке я отчетливо видел женский силуэт. Белое платье с синими цветами было бельмом на моем глазу, но оно давало понять, где сейчас находится тёмная сущность. Пожиратель.
  - Похоже, что ты так и не смог победить меня, - сказал он голосом моей жены. - Ночь еще только начинается!
  Пожиратель рассмеялся, и от его смеха у меня затряслись поджилки. Я потерпел поражение, и выхода больше не было.
  Теперь мне предстояло провести с Пожирателем целый сон. Сон длиною в вечность.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ардова "Невеста снежного демона. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) К.Кострова "Скверная жена"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) М.Юрий "Небесный Трон 3"(Уся (Wuxia)) А.Кутищев "Мультикласс "Слияние""(ЛитРПГ) А.Эванс "Дочь моего врага"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"