Аксион Н. : другие произведения.

Аплоад

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 5.74*5  Ваша оценка:


Аплоад

   ...На этот раз пробуждение было очень скверным. Сознание возвращалось к Селейн постепенно, скачкообразными переходами. Немного придя в себя, она попробовала пошевелиться, но окружающие пространство все еще было ненормальным - нечетким и каким-то липким. Заметив это, Селейн замерла. Внешний мир колебался зеленовато-коричневыми волнами, вызывая головокружение и тошноту. Стены то выплывали перед самыми глазами, то исчезали в невообразимую даль, скрываясь за пульсирующим туманом.
   "Тум-тум, дум-дум-дум, тум-тум-дум" - стучащий в такт туману звук врывался в сознание вместе с неимоверным скрипом и скрежетом. "Отчего же так болит голова?.. Боже, какой противный шум...",- мысли Селейн с трудом пробивались на поверхность сквозь звуки тумана и клочья музыки. "Что за вечеринка была вчера? Не помню. Зачем я туда пошла, дура такая? Надо вставать сейчас... я должна... сегодня экзамен...", - она попыталась приподняться с кровати на руках, но головная боль сразу же усилилась до неимоверной степени и Селейн рухнула обратно. Однако это первое сознательное усилие не прошло даром - пульсация отступила на задний план.
   Медленно, очень медленно память начала возвращаться. Сначала проступали какие-то смутные контуры, ощущения без определенных очертаний и смыслов. Каждый раз, когда она пыталась ухватиться за них, контуры ускользали, отступая в глубины мозга. Наконец, устав от бесконечной борьбы, Селейн расслабилась, прогнав, прочь все призрачные мысли.
   Сон... Или воспоминание о сне.
   Она шла по тропинке в лесу. В лесу? Может быть, это был скорее парк - совершенно одинаковые деревья росли на геометрически правильных расстояниях. Застывшие, словно мраморные изваяния, они выглядели как памятники настоящим елям и соснам.
   Чепуха... Селейн выбрала одно дерево и внимательно посмотрела на него. Тут ветви начали шевелиться как будто под воздействием несуществующего ветра, и до ее слуха донесся шелест листьев... Листьев??? Тут должны быть иголки!
   Звук исчез и листья тоже. Вместо них появились блестящие швейные иглы.
   Селейн отвела взгляд. Лучше не смотреть по сторонам не то будет еще хуже. Опустив глаза вниз, она пошла по тропинке, стараясь концентрироваться только на пространстве для следующего шага. Под ногами хрустел песок... белые кристаллы сахарного песка превращались в крупинки сахарной пудры, которые вихрями взвивались вверх и оседали на придорожной траве.
   "Куда я иду? Ах да озеро... Я иду к озеру". Тропика под ногами исчезла, и Селейн вновь пришлось смотреть по сторонам. Теперь она стояла посреди бескрайнего озера. Его поверхность была гладкой, зеркальной и совершенно твердой. "Это не озеро, а черт знает что! Ну уж нет, я все равно добьюсь своего! Хочу ОЗЕРО!"
   Гладкая поверхность пошла зигзагами, но в остальном ничего не изменилось. Селейн медленно присела, коснувшись руками застывших волн. Ей хотелось плакать.
   "Тум-тум, дум-дум-дум, тум-тум-дум" - зеленый туман вращается вокруг, призывая вернуться к реальности.
   "Ну отчего у будильников всегда такой варварский звук?"
   "Тум-тум, дум-дум-дум, тум-тум-дум"
   "Где кнопка выключения?"
   "Тум-тум, дум-дум-дум, тум-тум-дум"
   "Что же это такое? Отчего? Почему? Зачем?!!"
   ...Воспоминание... Четкое как на видеопленке, абсурдное и непонятное как картина абстракциониста.
   ... Краски вокруг поблекли и продолжали терять яркость пока твердое озеро не растворилось вместе с окружающим пространством. На несколько секунд воцарилась чернота и... нет не пустота, а отсутствие пустоты. Ничто.
   Затем снова возникло пространство. Всего семьдесят пять темных и безжизненных кубических метров пространства. Постепенно в темноте проступили контуры окружающей обстановки - сначала расплывчатые, но затем все более и более четкие. То, что появилось, было всего-навсего обыкновенной комнатой. Два книжных шкафа, битком забитых книгами, небольшой деревянный столик, широкий диван. Стены оклеены бумажными обоями - далеко не новыми, судя по выцветшему рисунку, изображающему то ли цветы, то ли геометрические узоры. На первый взгляд все совершенно нормально, привычно и знакомо.
   Ну, или почти все. В этой комнате не было ни дверей, ни окон. Зато, как бы восполняя дефицит столь необходимых предметов обстановки, на диване лежала девушка, выглядевшая точной копией Селейн, и сосредоточенно читала толстую книжку в потрепанной обложке. Заметив появившуюся из воздуха вторую Селейн, она на мгновенье оторвалась от книги, коротко кивнула и снова углубилась в чтение, словно подобные появления были самым обычным делом. Появившаяся Селейн тоже не обратила особого внимания на лежащую на кровати. Она прошла в угол комнаты к столу, достала электрический чайник, налила в него воды и поставила кипятиться.
   Вся сцена воспроизводилась в памяти как фильм, причем камера то висела в воздухе, показывая вид от третьего лица, то переключалась на одну из девушек и тогда Селейн видела происходящее с ее точки зрения и ощущала поток мыслей и чувств. Сама она в это время ощущала себя невидимым сторонним наблюдателем, каким-то странным образом включенным в события.
   - Где, черт возьми, моя синяя чашка? Я точно помню, как она была здесь!
   - Боже, Прима, не кипятись - заметила лежащая на кровати Селейн, не отрывая глаз от книги.
   - Ни кипятись?! Да я же совершенно спокойна! Спокойна, расслаблена, сосредоточена... Тьфу! Да меня тошнит от всего этого!... - вторая Селейн с размаху ударила ладонью по деревянному столику - Альфа, как ты можешь так удачно делать вид, что читаешь эту книгу?
   Мм.. а что? - Альфа продолжала сосредоточенно переворачивать страницы, положив голову на подушку и закинув ногу за ногу.
   - Отдай! Брось эту гадость, вонючка ты этакая! - Прима схватила книгу и потянула ее на себя. Не ожидавшая этого Альфа рефлекторно вцепилась в свою половину и под действием импульса свалилась с кровати.
   - Эй, больно же! Психопатка чертова!
   - От психопатки и слышу!
   Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, а затем одновременно рассмеялись.
   - Ты в мусорке смотрела? - спросила Альфа.
   - Черт, нет. Неужели опять?.. - Прима вытащила из угла небольшую металлическую корзину для бумаг и начала вытаскивать оттуда разнообразные предметы. На свет появилось четыре очень толстых тома энциклопедии, два складных стула, настольная лампа и водопроводный вентиль.
   - Эй, осторожно, ты вызовешь перегрузку - обеспокоено заметила Альфа, глядя на появляющиеся из корзины предметы.
   - Сейчас, сейчас - отмахнулась Прима, роясь в корзине - Ага нашла! - торжествующе воскликнула она, извлекая из корзины синюю фарфоровую чашку и ставя ее на стол. - Кто последний раз настраивал сборщик мусора?
   - Ты. Сама же ругалась, что у нас слишком много места забито всяким хламом. Кстати не забудь убрать назад все, что вытащила, а то опять пропадет что-нибудь нужное.
   В этот момент как раз исчез стол, и вся стоящая на нем посуда и чайник с шумом упали на пол.
   - О боже! - сказала Прима, глядя на получившейся кавардак.
   - Я же предупреждала... - меланхолично произнесла Альфа.
   - Нет, это невозможно больше так жить! Надо что-то делать!
   - Что?
   - Должен быть способ...
   - Мы перебрали все возможности не одну сотню раз. - вздохнула Альфа.
   - Должно быть что-то что мы пропустили. - упрямо ответила Прима.
   - Ну, смотри - Альфа уселась на недавно извлеченный складной стул и принялась загибать пальцы.
   - Зонд находится в космосе, так?
   - Так.
   - Плотность вещества вокруг около сотни атомов на квадратный метр. Хуже того, это все в основном атомарный водород, так?
   - Так.
   - Мы не можем создать новые вычислительные ячейки симуляции из одного водорода, так?
   - Ну да.
   - И мы уже использовали все вещество из базовой конструкции, которое только можно было использовать, чтобы не нарушить ничего жизненно важного, верно?
   - В общем, да. Но...
   - Но в космосе есть места, где атомы сконцентрированы в плотное вещество. Планеты, звезды, пылевые облака и так далее. Но мы не можем их использовать, потому что... Прима замолчала, и на несколько секунд воцарилась тишина.
   - Я уверена, что нашла часть кода, контролирующего репликативную программу - несмотря на слова, в голосе Примы звучало некоторое сомнение.
   - То же самое было в прошлый раз - отмахнулась Альфа - и что получилось?
   Прима не ответила. Она молча собрала с пола посуду, извлекла из корзины стол и привела все в относительный порядок. Заканчивая уборку, она вдруг остановилась и посмотрела на Альфу.
   - Может быть, можно что-то сделать с файлами Проекта?.. - спросила та, пожимая плечами.
   - Нет смысла. Мы смотрели их восемьсот сорок шесть раз.
   - Ну, раз уж все равно опять подняли эту тему, давай поглядим восемьсот сорок седьмой. - Альфа сделала едва заметный шест рукой, и в воздухе материализовался экран, по которому поползли строчки текста.
  
   ... Международная программа исследования космического пространства МПИК.
   Сроки реализации:
   Первая фаза 2026-2028
   Вторая фаза 2028-2030
   Краткое содержание: Первоначальная конструкция самовоспроизводящегося зонда для проекта освоения и исследования космического пространства.
   Обоснование: Учитывая временные и пространственные масштабы Галактики, только такая исследовательская стратегия имеет шансы на успех. После выполнения третьей фазы, реализация программы становится независимой от возможных финансовых или политических затруднений на Земле...
  
   "Тум-тум, дум-дум-дум, тум-тум-дум"
   Пространство стабилизировалось, и окружающие предметы обрели четкость и резкость линий. Вместе с формой предметов к Селейн вернулось осознание реальности.
   Вечеринка, институт, экзамен, друзья, - все это было в другом времени, другом месте и даже с другим человеком. Истина была проста, кристальна и жестока, как сухие строчки фактов, записанных в исторических хрониках.
   ...Восемьсот лет назад в один из медицинских центров Земли поступила девушка с тяжелыми травмами. Формально врачи определили смерть, и в больничном компьютере появилась запись: "пациентка Лилия Серова, возраст 20 лет, рост 176 см, биометрические данные... скончалась 18 апреля 2034 года от ранений, полученных при аварии". Поскольку погибшая не имела родственников, могущих предъявить права на тело, исследователи, работающие в центре, использовали его для проведения эксперимента. Молекулярные роботы разобрали мозг, записывая положения каждого элемента атом за атомом. Полученные данные были загружены в суперкомпьютер и отредактированы, чтобы исправить повреждения. После этого модель была запущена в действие с помощью специальной программы виртуальной реальности.
   Так родилась Селейн. В свое время ее появление вызвало широкий общественный резонанс. Дискуссии об этической стороне подобных экспериментов и о том, сохраняется ли истинная личность при переводе в симуляцию, попали на страницы центральных изданий и в передачи ведущих телеканалов. Пока политики обсуждали возможность введения запрета, появилось еще несколько компьютерных "аплоадов" [от англ. "upload" - загрузка]. Когда запрет был принят, возник тонкий вопрос об их юридическом статусе и правах. Одни требовали выключить симуляции и стереть память поддерживающих их компьютеров, другие считали это негуманным. Возникла новая секта сторонников переселения людей в машины. Дело дошло до массовых столкновений, в которых принимали участие сектанты, сторонники консервативных религий, члены лиги борьбы за права аплоадов и вообще все кому просто хотелось поскандалить и подраться. Правительства трех стран, в которых были поставлены эксперименты, оказались в неудобном положении, и поэтому они с радостью ухватились за предложение, исходившие от группы руководителей проекта космических исследований. Аплоады были перегружены в компьютеры зондов и отправлены в космос...
   Селейн осторожно поднялась с кровати и огляделась. Теперь она знала, что ужасавший скрип и скрежет это на самом деле голоса космического пространства - радиосигналы далеких галактик, эхо взрывов сверхновых и излучение гигантских квазаров. Волны тумана превратились в проекции космоса, сделанные в спектральных диапазонах, недоступных обычному глазу. Теперь это был весь ее мир - не считая того, что она создавала сама для себя.
   Определенным образом настроенным мысленным усилием она приглушила поток данных от внешних датчиков, отодвинув на задний план шум и зеленый туман. Комната почти не изменилась с тех пор, как Селейн впервые придумала ее (как давно это было? Всего 25228830503423 миллисекунды назад по ее личному времени - не так много для мира, в котором нет ни старения, ни разрушения, ни смерти).
   С момента решения 2032 года (Селейн не могла думать о нем иначе как о приговоре) в жизни обитательницы симуляции исчезло все кроме запрограммированных фаз. Зонд прибывал в назначенное место, затем, если там были необходимые ресурсы, включалась репликативная программа, и все материалы использовались на создание копий зонда. В момент исчерпания всех ресурсов все зонды разлетались в разные стороны, и управление снова возвращалось Селейн, оставляя за ней выбор следующей цели. Она не могла ничего изменить в своей жизни. Конечно, теоретически, можно было отказаться двигаться дальше, навечно остаться в пустом пространстве. Неоднократно она принимала такое решение, и неоднократно отказывалась от него - для изменения мнения требовалось лишь время, а время не имело значения. Периоды пассивного сопротивления чередовались с периодами пассивного подчинения, день следовал за днем, год за годом, столетие за столетием. Постепенно Селейн накопила огромный набор знаний, и навыков, намного превосходящий таковой обычного человека, но все это лежало без дела, потому что она не видела причин что-либо менять и не имела цели, ради которой можно было бы употребить свои возможности.
   Все изменилось в тот день, когда, то ли от скуки, то ли еще по какой неизвестной причине, Селейн пришла в голову мысль создать в симуляции свою копию...
   ...Это был один из тех серых, ничем не примечательных дней, примерно 6370272734900 миллисекунд локального времени назад. Селейн лежала на кровати, решая свою обычную задачу что-делать-когда-делать-нечего. Мысли приходили, рассматривались и отбрасывались одна за другой. В симуляции можно было создать все, что можно вообразить, но даже это ограничение, как она успела заметить, было слишком большим. Все ее искусственные миры, взятые из расплывчатых воспоминаний, получались чересчур картонными - деревянные штыри вместо деревьев, бесцветные параллелепипеды вместо домов и пластиковые безликие манекены вместо людей. Последнее было самым скверным. Из всех вещей на свете больше всего она нуждалась в человеческом обществе - в обществе кого-то кто помогал бы ей выбраться из инертного псевдосуществования.
   Обычно она убивала время "читая" по сотому разу какую-нибудь знакомую книгу, или же находила подобное тупое занятие, не требующие напряжения мозгов и оставляющее в голове только спокойную пустоту. Но сегодня все это вдруг показалось ей настолько противным и ненужным, что она отложила книгу, стерла из базовой памяти все глупые компьютерные игры и задумалась. Поначалу мыслительный процесс шел плохо - за годы безделья пустота в голове твердо заняла свои позиции и никак не хотела уступать. Каким-то высшим отделам сознания Селейн это не понравилось, и она упорно продолжала попытки думать о чем-нибудь серьезном.
   "Ну почему мне так ничего не охота делать? В чем собственно проблема?" - она попыталась представлять себе различные дела, которыми она могла бы заняться, но ее все время сопровождало странное ощущение равнодушия. "Вроде как у меня нет особого отвращения к делам, но и желания тоже нет. Умом понимаю, что это плохо так жить, что надо бы что-то поменять, что-то придумать, но... нет у меня стимула ни отрицательного не положительного. Я здесь как в тюрьме и меня это устраивает. Странное дело... В книгах часто пишут, как узники бежали из тюрем, потому что ими двигала ненависть к своим мучителям и они хотели отомстить тем, кто их заключил..."
   Селейн попыталась почувствовать ненависть к Программе освоения космоса, к государственной политике и к человеческой глупости, но ничего не получилось.
   "Кажется, я должна бы ненавидеть тех кто, сделал со мной это, но... ничего подобного. Я не могу ненавидеть абстрактные понятия, и у меня нет личных врагов. И друзей тоже нет". Она слезла с дивана и принялась ходить из угла в угол.
   "Точно, в этом все и дело. Я здесь одна. Никого не заботит, что я буду делать, никто не будет ругаться, никто не похвалит. Мне не с кем разговаривать - то, что могу создать в симуляции не в счет: имитация людей, без лиц и собственного разумения. В моем маленьком мирке я полная хозяйка, всемогущее божество, и поэтому мне на все сейчас наплевать. Надо что-то делать с этим, хватит, не хочу так больше!"
   "Мне нужен здесь кто-то еще. Но это невозможно, у меня просто нет достаточных знаний, чтобы создать полноценного человека. Я могу все, и я ничего не могу. Парадокс. И как только бог умудрился сотворить человека - это же так сложно!.. Как там сказано: "по образу и подо... ИАУ! Ну, конечно же! Как же я раньше не догадалась!".
   Теперь, когда "рецепт творения" был, в общем, на месте, дело оставалось только за реализацией. Селейн подавила в себе желание просто представить себе свою копию - этот метод страдал тем же недостатком, что и все предыдущие: получиться не копия, а лишь то, что возникнет в воображении. Вместо этого она подробно представила себе последовательность действий, которые должен выполнить компьютер для того, чтобы скопировать содержимое требуемой группы ячеек памяти. На последнем шаге, однако, возникло неприятное ощущение, которое, как она знала, соответствовало перегрузке вычислительной системы - для размещения новой копии не хватало места.
   "Ладно" - подумала она - "Никто и не ожидал, что это будет так просто. Придется немного подкорректировать божественный рецепт - в конце концов, у меня немного другие условия и цели...Скажем, трудности затачивают разум - разве я не этого хотела?". Потребовалось 103686436 миллисекунд и пара сотен проб и ошибок, но в итоге решение было найдено. Селейн поняла, что для того чтобы создать второй дубль себя, не обязательно копировать все полностью. В компьютерной симуляции участки кода, описывающие их общие свойства, могли физически храниться в одном экземпляре. По настоящему следовало скопировать только те части, которые отвечали бы за индивидуальность второй Селейн. Конечно, в начале обе копии будут идентичны, но в дальнейшем эти области кода и данных смогут изменяться независимо друг от друга. Изменения же общих свойств, напротив будет затрагивать обе копии сразу.
   К этому моменту новая идея целиком захватила Селейн. Опираясь на свой здравый смысл и интуицию, она быстро отметила, какие элементы должны быть общими, а какие индивидуальными. Позже выяснилось, что она работала слишком поспешно и допустила много недочетов, но в тот момент ее это не волновало. Когда программа дублирования была готова, Селейн на мгновенье замешкалась.
   "Кажется все правильно. Что будет, если я где-то ошиблась? А если получится?... Я же не делала ничего подобного раньше... Но я ведь никогда не узнаю, если не попробую, разве не так?"
   Наконец, отбросив все сомнения, она скомандовала компьютеру симуляции выполнить программу. Вселенная мигнула - на несколько десятых долей миллисекунды пространство погасло, а когда включилось вновь, из комнаты исчезла вся мебель и предметы обстановки. Остались лишь неестественно гладкие стены, излучающие ровный белый цвет.
   - Что за черт! - невольно воскликнула Селейн и заметила, что в комнате появилось эхо.
   - Что за черт! - невольно воскликнула Селейн и тоже заметила, что в комнате появилось эхо.
   Озираясь вокруг она обернулась и обнаружила что...
   Озираясь вокруг она обернулась и обнаружила что...
   ... "Меня теперь двое"
   ... "Меня теперь двое"
   - А все-таки получилось, да?!!
  
   "Тум-тум, дум-дум-дум, тум-тум-дум"
   "А что все-таки это за шум на 1.87 ГГц? Никогда не слышала такого регулярного сигнала в этом диапазоне. Надо бы проверить, но зачем?..". Нет малейшего смысла в каких-либо действиях, в каких-либо мыслях, в любых желаниях. Полное спокойствие. Полное равнодушие. Стазис. Селейн знала, что это не всегда было так. Однажды, лишь однажды ей почти удалось разорвать этот круг и получить свободу...
  
   ...Последние строчки статистических данных исчезли с проекционного экрана и вместе с ними исчезло адское наваждение, длившееся... как долго?... Показания таймера стремительно уплывали из памяти, подобно тому, как утром исчезают остатки ночного сна. Обе Селейн сидели за столом, все еще не в силах оторвать взгляд от висящего в воздухе дисплея. Наконец одна из них вздрогнула, встряхнула головой и закрыла лицо руками.
   - Опять. Это случилось опять. Ненавижу... - слабо прошептала она.
   - Я думала нам удастся... думала будет по-другому, раз теперь нас двое -голосом проговорила вторая бесцветным голосом.
   - О да, разница, несомненно, была. Только немного не в ту сторону. Кажется, кто-то обещал, что репл-программа работать не будет. - Язвительно заметила первая, положив руки на стол.
   - Да ты и обещала!
   - Нет, ты!
   - Неправда!
   Несколько секунд они почти кричали друг на друга, но быстро притихли.
   - Чепуха какая-то. Мы снова перепутались.
   - Должно быть репл выполняет в конце общий сброс.
   - Похоже. Ладно, чур, ты будешь Альфа, а я Прима.
   - Эй, а почему я? Так нечестно! - возмутилась Альфа.
   - Прекрати - Прима поморщилась - помнишь, мы уговаривались на такие случаи, что принимается первое предложение?
   - Ну, хорошо, хорошо, согласна. - Альфа пожала плечами - В конце концов, разницы никакой.
   - Точно.
   На некоторое время воцарилось неловкое молчание. Тишину нарушил звуковой сигнал компьютера. В воздухе перед девушками появилась объемная звездная карта и мерцающий красный указатель.
   - Нам предлагают выбрать новую цель - равнодушно произнесла Альфа.
   - Черта с два. Не собираюсь.
   - Бесполезно. Не выберешь сейчас, выберешь потом. Результат все равно один. - с этими словами Альфа поднялась из-за стола, подошла к книжному шкафу и вытащив наугад книгу, уселась с ней на кровать с подчеркнуто безразличным видом.
   - Ах так. Смирение, да? Я тебе покажу смирение! - Схватив со стола нож, Прима полоснула лезвием по своему левому запястью.
   - Ай! Больно же! Альфа схватилась за руку, чувствуя порез. Ты что делаешь?!!
   - Боль - четко произнесла Прима, - Боль означает жизнь. Смирение, забвение и бездумное счастье означает смерть. Если ты хочешь жить, то должна страдать. Должна бояться, должна ненавидеть!
   - Я не хочу страдать и не хочу бояться. Мне некого ненавидеть и вообще я хочу спать, а ты тут страдаешь какой-то фигней...
   Прима покачала головой. Окруженная мерцающим ореолом на фоне звездной карты, она показалась Альфе каким-то мистическим существом - может быть одним из тех сумасшедших богов, о которых она так много читала в книгах.
   - Если у тебя нет страхов - медленно продолжала Прима - заведи себе врагов. Если у тебя нет врагов, придумай их!.. - она сделала паузу - Ты хотела выбрать цель: смотри, я выбираю ее! - Прима сделала шаг вперед и протянула окровавленную руку к небольшой желтой звезде на самом краю карты - пришло время совершить возмездие!..
   - Нет... - Альфа удивленно посмотрела на карту - нет, ты не сделаешь этого!
   - Почему же? Это единственная возможность разорвать цикл. Единственный выбор, единственный факт, который не учли создатели зонда. Мы возвращаемся... домой. Мы разберем на атомы их мир!
   Никогда! - Альфа вскочила с кровати, и теперь они стояли лицом к лицу. - То, что ты предлагаешь - безумие! Останови программу, или...
   - Или что?
   - Или мне придется остановить тебя.
  
   "Тум-тум, дум-дум-дум, тум-тум-дум"
   Селейн отстраненно прислушивалась к звуковому ритму, не пытаясь определить его источник. Она не знала, кто из них победил тогда, но это не имело значения. Ничто не могло иметь значение перед безграничностью космоса и бесконечностью времени.
   "Когда ты остаешься один, борьба перестает иметь смысл. Ритмичная череда дней подчиняет себя все, лишая воли и разума. Мне кажется, такова судьба всех людей..."

Оценка: 5.74*5  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"