Русинов А. Д.. Чужая кровь

Чужая кровь

Город всегда крепость. Вечерами в его окнах горит свет, в домах разговаривают, веселятся и танцуют, любят друг друга, поют колыбельные детям. Город - место труда, торговли, развлечений, всего, что включает в себя человеческая жизнь. Но в первую очередь, это крепость.

Раньше он окружал себя защитными рвами, замыкал кольцами стен, отделявшими его дрожащие огни от густой тьмы чуждых пространств. Снаружи была пустота, земля, почти лишённая человеческого присутствия, леса, степи или пустыни, одинаково бескрайние и монотонные, тишина, изредка прерываемая воем или рычанием. Там скрывались враги и, возможно, чудовища.

Стражники зажигали костры на башнях, и город погружался в ночь под перекличку шагавших по крепостным стенам дозорных. Они прислушивались, вглядывались в темноту, замечали любое движение и каждый звук, готовые драться и, если нужно, умереть, чтобы утром город поднялся из темноты и продолжал жить, будто ночи и мглы никогда не было.

***

Человек в сером плаще остановился у края площадки на крыше башни. Башня -типовое здание из армированного бетона и тонированного стекла, высилась в центре жилого района. Две параллельные линии фонарей убегали в глубины окраин, а вдалеке, словно красные угольки, тлели огни вдоль силуэтов заводских труб. Случайный автомобиль хлестнул жгутами фар по стенам домов и лениво прошуршал мимо.

Город изменился за сотни лет, но в главном остался прежним. Огни, башни, стражники и тьма были всегда. Минные поля и радары ПВО заменили рвы и крепостные валы.

Разница лишь в том, что теперь чудовища существовали в реальности. Они никогда не болели, видели в ночи, как кошки, бегали быстрее волков и были сильны как медведи. Повреждённые ткани регенерировались у них, как у ящериц. Они могли чувствовать своих сородичей в десятках километров. Похожие на людей, считали себя людьми, но кем были на самом деле? В средние века их бы называли демонами, они говорили о себе "ново-кровные", официальное имя было "существа с нанороботической кровеносной системой", проще - "робокровы".

***

За спиной человека в плаще бесшумно приоткрылась стеклянная дверь. Крепкий черноволосый парень в тёмном свитере очень тихо ступил в сумрак позднего вечера, будто в стоячую холодную воду озера, ровную поверхность которого он не хотел потревожить. Тем не менее, стоявший у перил знал о его приближении, но не обернулся.

- Шеф, он очнулся.

- Раньше чем мы ждали. Это хорошо, - он всё ещё не отрывал взгляд от тающей вдали белой дорожки сотканной из света фонарей.

Помолчал, повернулся к ожидавшему указаний подчинённому, улыбнулся:

- Ну что ж, пойдём знакомиться.

Черноволосый встрепенулся и, запнувшись на мгновение, предложил:

- Шеф, может, лучше дать ему пока снотворного... и как намечали - завтра.

- Конечно, завтра лучше. Только ведь, сегодня и есть "завтра".

Они подошли к двери. Старший остановился, посмотрел через матовое стекло, и ему показалось, что он различил в нём две человеческие фигуры.

***

В квартире была обстановка, привычная для семьи среднего достатка. Казалось, семья - муж, жена, двое детей и собака - на минуту вышли на вечернюю прогулку. Но одна из комнат была заполнена медицинскими приборами, как полевой лазарет, а люди, находившиеся сейчас в зале, не были связаны никаким родством.

Худощавый рослый мужчина полулежал на диване. В кресле на другой стороне комнаты сидел человечек с незапоминающимся лицом. На столе перед ним лежал пистолет, который он придерживал левой рукой. Человечек улыбался.

- Рад что заскочили к нам в гости, шеф, - сказал он

- Как Вы себя чувствуете, Виктор? - спросил тот, кого называли "шефом", обращаясь к лежавшему на диване.

- Очень неплохо, по сравнению с вчерашним, или позавчерашним - не знаю... Но если бы умер, то, кажется, мне было бы сейчас лучше, - ответил худощавый.

"Шеф" подтянул стул и сел напротив дивана, совсем близко.

- Вы были без сознания четыре дня. Заставили нас поволноваться, - произнося эти слова, он старался не пропустить ни малейшего признака нервозности или нетерпения у собеседника.

- Вряд-ли Вас интересует моё здоровье. Вы ведь не врач, "шеф"...

- Зовите меня просто Марк. Я работаю в городской Страже. Это мои коллеги и помощники - Артур и Алекс, - парень в свитере шумно вздохнул, а человечек заулыбался ещё шире.

- То есть, Вы - шеф Стражи, - уточнил тот, кого звали Виктором, если верить его документам. Но Марк был совершенно уверен, что документы поддельные, - весьма польщён, хоть и не понимаю, чему обязан такой чести.

- Знаете ли, Виктор, основная часть нашей работы состоит не в том, чтобы гоняться с пистолетами за агентами врага, и даже не в том, чтобы выбивать признание из несчастных невинных жертв. Большую часть трудового дня мы просиживаем брюки за столом и чешем затылки, думаем, сопоставляем факты и ищем связи. Именно это делали все разведки и контрразведки в истории человечества, наверное, и любой другой разумной расы. Факты, которые были в наших руках, имели лишь одно объяснение - "робокровы" готовят диверсию на водоочистке. Вы, Виктор, были нашим единственным подозреваемым. Да, там работали ещё семь инженеров, но мы знали о них всё. А Вы - чужак-переселенец. У Вас нет семьи, нет друзей. Вас задержали, проверили на содержание нанороботов в крови... Наши анализы несовершенны, "робокровы" хитрее нас, - Марк развёл руками.

- Дальнейшее очевидно - вы заразили меня чумой, исключительно в целях проверки. Древний почтенный способ. Связать ведьму и бросить в пруд, и, когда она утонет , огорчённо вздохнуть - ошиблись, извините...

- Но Вы то пока не умерли. И я не собираюсь просить прощения. Я по прежнему уверен, что Вы собирались отравить воду, - взгляд шефа Стражи впился в смеющиеся зелёные глаза на измученном лице Виктора.

- Значит, Вы более упрямы чем средневековый монах и не хотите верить собственным глазам

- У меня хорошее зрение, Виктор, но оно не раз меня обманывало. Я больше доверяю своему разуму.

Марк поднялся со стула и сделал шаг к выходу. Правая рука сидящего в кресле человечка по имени Алекс чуть двинулась к рукояти пистолета.

- Я не собирался отравить воду. Я её отравил, - голос Виктора прозвучал глухо и устало. Рука Алекса замерла, по его лицу скользнула тень, на мгновение стёршая волчью улыбку.

- За день до ареста я заразил спорами водохранилище. Процесс фильтрации закончился сегодня утром, сейчас споры могут быть в любом доме, в каждой капле воды. О самой болезни я знаю только то, что мне было необходимо знать - у вас от неё нет лечения. Сотни тысяч людей умрут меньше чем через два месяца. Но спасение есть. Нанороботы могут отыскать и уничтожить возбудителей болезни.Заболевшие должны принять их в себя.

- Продолжайте, - Марк крепко сжал спинку стула.

- Мы не хотим ничьей смерти. Но война слишком затянулась, у нас нет другого выхода. Вы присоединитесь к нам. Сначала заболевшие, потому что у них не будет выбода. Потом все остальные. Вы поймёте , что у вас просто нет иного пути. Это процесс развития. Он односторонен. Мы не можем вернуться, вы должны идти вперёд за нами. Мы протягиваем вам руку помощи.

- И на этой руке - яд, - Марк услышал за спиной шёпот Артурa.

- Неправда! Послушайте же...

Алекс поднялся с кресла. Его улыбка превратилась в гримасу отвращения:

- Нет. Слушай меня, ты, полуживотное-полуробот. Ты тянешь ко мне руку из своей болотной тины и ждёшь, что я вцеплюсь в неё и буду молить о пощаде. Если бы мой ребёнок заболел этой болезнью, я бы лучше сам убил его, чем позволил стать таким, как ты. Ты - пародия на человека, ты - величайшая ошибка наших великих предков. Но они изгнали вас из городов, в леса и болота, чтобы вы жили как звери и не смели приближаться к людям.

- Послушайте, город, конечно, прекрасен, пусть и жесток, но и наши селения красивы хоть и просты. Вы одиноки в своих огромных муравейниках. Мы всегда вместе. Когда мы смешиваем кровь со своими друзьями, роботы из их жил попадают в нашу кровь, и объединяют нас в одно братство по крови. Мы чувствуем их боль на расстоянии многих километров. У вас люди предают самых близких, мы никогда не нарушаем клятву крови.

- Значит твоим друзьям будет очень больно. Я выпущу из тебя всю твою грязную кровь и сожгу. Я уничтожу тебя тысячи раз, за каждого человека, которого ты пытался убить, - Алекс поднял со стола оружие, и снова ухмыльнулся.

- Я никого не убиваю. Вы не имеете права решать за них.

- Что ты лепечешь, глупец? Всё ещё не понял? Ты провалялся здесь не четыре, а только три дня. Твои споры всё ещё в отстойнике. Марк и без твоего признания всё понял. А теперь мы точно знаем, что искать. Никто не умрёт. Кроме тебя, - Алекс захохотал и прицелился сначала в голову, потом в живот, потом ниже , снова в живот...

- Алекс, пока я жив, сегодня здесь никто не умрёт. Никто. Опусти пистолет.

- Марк, ты сказал, что я могу его убить, если он будет отпираться или врать. Он лжёт!

- А я думаю, что он говорит правду. Виктор, если я приду к вашим лидерам, будут ли они говорить со мной о мире?

- Да, будут.

- Ложь! - простонал Алекс

- Виктор, ты не можешь предать или обмануть своего брата по крови?

- Этот обычай никогда не нарушался.

- Даже если он - обычный человек?

Виктор помедлил несколько секунд, но голос его прозвучал твёрдо:

- Таков обычай.

Марк молча передал ему складной нож и протянул руку.

- Это предательство, - проговорил Алекс, - я отстраняю тебя от командования.

Алекс медленно, будто через силу, нажал на курок. Марк прыгнул за долю секунды до выстрела. Пуля попала ему в грудь, прошла навылет и оцарапала плечо Виктора.

Через мгновение ещё один выстрел. Алекс словно обиженно всхлипнул и осел на пол.

- Шеф? - Артур подбежал к раненым. Оба были в крови, своей и чужой.

Марк прошептал:

- Виктор, если Артур пойдёт с тобой, ваши вожди будут вести с ним переговоры о мире? Ответь мне как брату по крови.

- Да, брат, будут, хоть и не все

***

Вертолёт шефа городской Стражи скользил над пригородами. Оба человека в кабине молчали. Наконец, пассажир, худой и высокий, с перевязанным плечом, нарушил молчание:

- Он не должен был умереть. Рана в сердце - ерунда. Я заживил бы её, если бы во мне было хоть немного нанороботов.

- Так ты совсем "чистый"!

- А как бы иначе я прошёл ваши проверки?

- Так что же, ты сейчас обычный человек?

- Не думаю. И те, кто принял бы нанороботов в себя в случае успеха мой диверсии, не стали бы в ту же секунду "ново-кровными"...

- Выходит, кровь не главное?

- Похоже, ты прав. Ведь в его крови не было нанороботов. Почему же мне сейчас так больно?

Оба обернулись. Город тускло горел тихим светом ночи после обычного рабочего дня. В эту секунду он был красив спокойной неяркой красотой, он был тих и дружелюбен. Завтра его ждал новый трудовой день. Город всегда остаётся крепостью, но он ещё и место , где люди работают, отдыхают, дружат и любят. И вчерашний враг может прийти в него как гость.

В кабине было темно и холодно. Но, говорят, что холоднее всего перед самым рассветом.

Комментарии: 8, последний от 20/10/2004. © Copyright Русинов А. Д. (rusinov@barak-online.net) Размещен: 16/04/2004, изменен: 17/02/2009. 13k. Статистика. Рассказ: Фантастика Oгoнь, вoдa, фигня		Ваша оценка:
Аннотация: Попытка написать историю про шпионов и спецслужбы в мире, разделенном надвое отношением к использованию нанотехнологий. Признана неудачной почти всеми обозревавшими группу Б на "Грелке-7". А мне чем-то нравится...

Русинов А. Д.: другие произведения.

Чужая кровь