Русинов А Д: другие произведения.

Все оттенки белого

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 4.81*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Испытаем удачу?

  Все оттенки белого
  
   Выяснилось, что у песка есть запах и вкус, оказалось, что у него сотни голосов. Песок пустыни - белый, но с бесконечным многообразием оттенков. Он походил на белый свет, собранный из всех лучей спектра. И как свет, он проникал всюду. Песок скрипел на зубах, покрывал мелкой пудрой лицо, с весёлым шелестом сыпался из ещё не ношеного белья. Им пропитались не только волосы и одежда, но и редкие сны, и даже чёрное забытьё без сновидений.
  
   Дни казались похожими один на другой как зёрна песка. Раскалённое добела солнце нависало над рядами палаток, до заката пустых и мёртвых, как пирамиды древности, белый густой ветер терзал тяжёлый брезент. Ещё жарче, чем палатки были корпуса машин: джипов и тягачей. Любая из них могла бы, с победным рёвом и грохотом вырваться на шоссе и через пару часов вернуть Рона в недавнее прошлое. Но будничные машины времени бессильно молчали, похожие на заляпанные мукой детали кухонного комбайна, ожидающие, когда их приведут в порядок и пустят в дело.
  
   Тихий и уютный мир Рона утонул и испарился в горячем мороке пустыни, словно тонкий ломтик масла в кипящем молоке. Поначалу Рон пытался сопротивляться: писал официальные запросы и личные письма с просьбами о помощи, менял редкие возможности поговорить по телефону с родными на безнадёжные попытки дозвониться до чиновников, от которых, вроде бы, зависела его судьба.
  
   "Мне обязательно повезёт... Я же "счастливчик"", - повторял он, стараясь не обращать внимания на внутреннее противоречие: если он и в самом деле "счастливчик" - кто же его отсюда отпустит?
  
   А телефон отвечал короткими или длинными гудками, раз ему удалось дозвониться до чьей-то приёмной. "На совещании" - проворковала секретарша, и Рон представил себе - прохладное помещение, вместо песка - редкая серая пыль, и то лишь островками, где пылесос не добрался. У телефона сидит девушка в светлой блузке парадной формы, в босоножках, в юбке выше колен. Шефа нет, и она читает детектив или, скажем, подпиливает ногти...
  
   "Лягушонок Эд", сосед по палатке, скуластый и веснущатый парнишка года на два младше Рона, наверняка сказал бы, что никакого совещания нет и в помине: начальник и секретарша как раз собрались "поразмяться", и его звонок оказался некстати. Там снаружи - в мире Эда, всe было не так, как помнил Рон: люди пили в барах до потери сознания, плясали до упада в клубах, беспорядочно "трахались", где придeтся, и, в оставшееся время, "пахали" на фабриках или в мастерских. Рону всe чаще казалось, что университет, домик, где он жил с родителями, маленький сад у крыльца могли существовать лишь в каком-то ином мире, возможно, в раю.
  
  ***
  
   Когда Рон вспоминает своё изгнание из рая - первое, что приходит в голову: яркое белое сияние - не солнце, а лампа дневного света. Потом проявляется кабинет с белыми больничными стенами, и кресло, похожее на стоматологическое. Никак не удаётся припомнить, как он попал сюда - вроде бы только что стоял в очереди на продление отсрочки вместе с ещё десятком студентов, и вот уже - полулежит весь облепленный датчиками и отвечает на кажущиеся неуместными вопросы:
  
   - Чем болел в детстве?
   - Попадал ли в автокатастрофы?
   - А в авиакатастрофы?
   - А хулиганы нападали?
  
   Он честно старается припомнить, извлекает воспоминания из каких-то глубин сознания и, с нелепой гордостью - вот ведь, чуть не умер - отвечает:
  
   - Мама говорила, что я едва не задохнулся во время приступа подсвязочного ларингита. Вообще-то, это болезнь не смертельная...
   - Конечно, если помощь приходит вовремя. Тогда "Скорая" попала в пробку, но в соседнем доме за два дня до твоего приступа поселился врач, - негромкий голос звучит, кажется, прямо в голове.
  
   - Нет, никаких серьёзных автоаварий...
   - А помнишь случай, когда ты не дождался автобуса и сел в попутную машину? Ты ведь обычно так не делал, тебе запрещали родители, верно? Через две минуты грузовик снёс остановку, прорубил в роще просеку и перевернулся - шофёр уснул за рулём, - раздаётся в его мозгу
  
   - Авиакатастрофы? Нет, что вы. Я и не летал никуда!
   - Ты только собирался лететь поступать в столичный университет. Передумал в последний момент. А за день до экзаменов разбился самолёт. Скорее всего, ты бы был на нём, - сообщает тот же голос.
  
   - Хулиганы? Ну разве что, шёл поздно с занятий по математике, пристали трое шпанят, у одного был нож, у другого кастет. "Дай сигарету!". А я не курящий... Мимо проходил с дружками парень, в нашем классе раньше учился: шпанят как ветром сдуло.
   - Ты его года два до этого не видел - с тех пор, как он в колонию угодил, за поножовщину. И другом тебе он не был. А шпанята эти уже были в розыске за убийство, - жёстко уточняет голос.
  
   - Но это же всё ерунда, мелочи. Со всеми такое бывает, - Рон замолкает и озирается.
  
   Двое, в халатах врачей, отрывают взгляды от мониторов. И один из них отрицательно качает головой - нет, не со всеми...
  
   Офицер с погонами майора, полный и краснощёкий, шепчет почти в ухо:
   - Рон, знаешь какие потери у наших ребят на юге?
  
   Рон кивает: тоже секрет... О котором все газеты кричат.
  
   - А знаешь в чём дело? Не поверишь! Им просто не везёт.
   Рон вежливо выдавливает смешок.
  
   - Понимаешь, я не шучу... Просто фатальное невезение, - толстяк очень забавно разводит руками, - Пойми, стране угрожает опасность. И поэтому нам нужен ты.
  
   Рон борется с истерическим хохотом - страна действительно в опасности, поскольку военные окончательно сошли с ума:
   - И что я должен буду делать - молиться?
  
   - Не совсем, Рон. То есть: молись, если хочешь, конечно. Главное, чтобы ты просто был там. Если ты в вертолёте - ракета в него не попадёт, и бомба не накроет блиндаж, где ты спишь. Наш новый проект: "счастливчик" для каждого взвода пехоты, если возможно - для каждого отделения, - грохочет над ухом майор, но вдруг его голос тускнеет, - Беда в том, что таких как ты чертовски мало - пока придётся ограничиться одним "счастливчиком" на роту десанта.
  
   И тут Рон, наконец, чувствует, как страх горячей, сжимающей внутренности волной разливается от сердца к желудку, печени, и до самых кончиков пальцев ног. Он пытается закричать, а на самом деле хрипло шепчет:
  
   - Я не могу - в десант... Я высоты боюсь. Я не умею стрелять, я даже на улице с ребятами почти никогда не дрался, - Рон трясёт головой как усталый раненый бык на корриде,
  
   - Не бойся. Научат всему, если захочешь. А нет, так нет. Ты, главное, будь! Там! Ясно?
  
   - Но это ошибка! Я не "счастливчик". У меня даже девушки нет - проверьте, я так и вашим психологам говорил.
  
   - От баб одни беды. Я дважды был женат, и что хорошего? - майор вздыхает, протягивает лист. Рону кажется, что буквы - потерпевшие бедствие, которые свалились на поверхность айсберга, протаранившего их корабль. Они что-то кричат Рону, он не слышит, но всё и без слов понятно.
  
   - Подпишешь?
  
   - Подождите, я же ещё не прочёл.
  
   - Нет, так нет, - повторяет майор, - не обязательно. Ты призван на действительную службу на срок до трёх лет или до специального распоряжения: ну, если война, например, кончится - тебя отпустят, - он встаёт, вытирает пот со лба, словно после завершения тяжёлой, но важной работы.
  
   Будто хочет сказать: я своё дело сделал, теперь твоя очередь - неожиданно приходит в голову Рону.
  
  ***
  
   Всё это Рон обычно прокручивал в памяти, слушая гудки или автоответчик. Ждал. Снова звонил. Снова долго ждал, и уходил с ощущением, что исполнил нудную и ненужную, но совершенно неизбежную обязанность. Так тянулось больше месяца, пока к нему не подошёл взводный сержант:
  
   - Слушай, парень, ничего ты этим не добьёшься... Позвони лучше домой
  
   - Почему? - почти крикнул Рон, и вдогонку добавил, опасаясь выволочки - Простите за вопрос, господин сержант.
  
   Но сержант лишь ухмыльнулся:
   - А потому, что за всё надо платить. Они тебе говорили, что дело в "оперативной необходимости"? Ерунда. Ты и сам знаешь, что живёшь в долг - и скоро придётся уплатить по счёту.
  
   - Господин сержант, я не "счастливчик". Я совершенно обычный человек. Это ошибка.
  
   - Скажи это ребятам, парень. Но не удивляйся, если они будут громко смеяться.
  
   - Они ошибаются. Они ничего обо мне не знают!
  
   Сержант помолчал, утвердительно кивнул, словно отыскав точный ответ на экзамене:
  
   - А что ты о них знаешь? Кроме того, что они жлобьё, хамы и шпана? Что все они шваль, и если их всех угробят - туда им и дорога?
  
   - Я так не думаю!
  
   - "Я так не думаю, господин сержант"!
  
   - Да, господин сержант!
  
   - Нет, парень, именно так ты и думаешь.
  
  ***
  Он позвонил родителям, долго разговаривал с мамой. Только повесив трубку, понял, как боялся этого разговора: боялся сорваться, но ещё больше - страшился испачкать воспоминания о доме потом и песком.
  
  С этого дня, два мира Рона совместились. Кажется, они научились существовать вместе. Или просто он начал привыкать. Легче не стало. Тренировки, стрельбы, учения, караулы, уборка территории, дежурства по кухне - главным желанием было выспаться. Но теперь это было нормально - он понимал, что остальные чувствуют то же, что и он.
  
  В короткие часы отдыха он прислушивался к разговорам товарищей, которые прежде воспринимал как белый шум в ненастроенном радиоприёмнике. Постепенно, он научился слушать и понимать простые рассказы, очищая их от ненужного хлама косноязычной речи, напускной грубости и хвастовства. Эти истории были похожи одна на другую, и на его собственную - как песчинки. Они различались оттенком, формой и размером, но не сутью: всех ждали родители или девушки, все мечтали о чуде - вернуться домой живыми и целыми.
  
  Однажды, он повторил им слова майора: мол, не бойтесь, "счастливчик" с вами, в наш вертолёт ракета не попадёт:
  - Как вам? Дураки, верно?
  
  - Может, это и дурость ихняя. А я таки ближе к тебе подсяду, - отозвался двухметровый амбал "Малыш Мик", добродушный, и на вид, слишком флегматичный, чтобы всерьёз чего-то бояться. К примеру, прыжки с парашютом - занятие на редкость бессмысленное, с тех пор как в армии появились вертолёты. Их, похоже, считали чем-то вроде отдыха и развлечения для новичков. Только все сидели потные от страха, а Рон так просто окоченел. Мик, с невероятным деревенским тактом и терпением убеждал его, что ничего плохого не случится, а ведь раньше Рон поклялся бы, что "Малыш" просто швырнет его вниз. Неужели Мик думает, что Рон может его защитить?
  
  - И обними папочку покрепче, Мики - хихикнул Эд.
  
  - Черта с два вам это поможет, парни - сержант умел подкрадываться совершенно беззвучно, - затея и в самом деле дурацкая. Умирают обычно по одному за раз. Надейтесь только на себя, смотрите по сторонам - или пожалеете, что вертолёт не сбили: сдыхать от осколка в животе или пули в позвоночнике куда противней. Так что толку от тебя, "счастливчик" - чуть. Прости, если обидел.
  
  Сержант посмотрел на часы:
  - Помечтали, и хватит. Через двадцать пять секунд - построиться у флага. Вперёд.
  
  ***
  
  Даже подгоняемое приказами сержанта, время в тренировочном лагере неспешно текло как песок в песочных часах. И вдруг - закончилось, песок иссяк.
  Сирена выла над лагерем как дюжина смерчей, сигналили и гудели машины, солдаты толпились на площади у флага, командиры кричали, отчаянно жестикулировали. У забора висели тяжёлые туши китов - большие транспортные вертолёты.
  
  - Все здесь? - сержант пытался перекричать сирену. - Нас перебрасывают на юг. Намечается большая заварушка. Собрать вещи, получить керамические жилеты и сухой паёк. В транспорте: все - каски на головы.
  
  Нагруженный сумкой, жилетом и боекомплектом, Рон пытался найти транспорт номер "один-тринадцать".
  Песок забивался в глаза, Рон щурился, обегал вертолёты то с одной, то с другой стороны. Вроде, совсем потерялся, и вдруг увидел нужный транспорт всего в двадцати шагах. Рванулся к нему ... и упал - нога запуталась в совершенно неуместном на дороге, в десяти метрах от забора, мотке колючей проволоки. И тут же Рон увидел два слепых от песка глаза - фары джипа. Он никак не мог успеть освободить ногу, времени хватало только, чтобы представить: его с развороченной ступнёй увозит санитарная машина, и транспорт "один-тринадцать", а в нём Мик, Эд, сержант и все остальные, уходит на юг без него. Потому что он - "счастливчик"! Он будет жить долго и счастливо, пусть и с покалеченной ногой. Рон отчаянно рванулся, и произошло первое осознанное чудо в его жизни - он успел.
  
  Его сумку подхватил Мик, кто-то помог вскарабкаться в китовое брюхо транспорта.
  
  - С тобой всё в порядке? - спросил сержант, и Рону вдруг подумал, что сержант встревожен, и удивился:
  - Конечно, всё хорошо!
  Вертолёт летел на юг, но всё действительно было хорошо - Рон не мог объяснить почему.
  
  Через полчаса, "один-тринадцать" заложил крутой вираж, и взял курс обратно на север. К ним спрыгнул один из пилотов, счастливо улыбающийся во весь рот:
  - Вы, ребята, в рубашках родились. Высадки не будет, - Он набрал побольше воздуха и закричал: -Война кончилась!!
  
  ***
  
  - У нас там были телекамеры, - говорит краснолицый майор, - когда я увидел, что ты зацепился за проволоку, чуть в штаны не наделал
  - Да уж. Я тоже, - отвечает Рон
  
  После короткого молчания, майор продолжает:
  - Ты уверен, что этого хочешь? Если тебе сержант вбил в голову, что за удачу надо платить - не слушай. Во-первых, ты эту удачу не покупал. Во-вторых, уже расплатился - пока даже непонятно, сколько её вообще осталось.
  
  - А сержант, на самом деле - кто?
  
  - Сержант и есть. Обычная армейская глупость - на психолога выучили, а звания ему, видите ли, не полагается "согласно критериям"... А может и не глупость: был сержантом, им и остался.
  
   - Дело не в плате за удачу
  
  - Дурацкая работа. И денег, кстати, мало...
  
  Рон хочет сказать, что речь тут не о плате, а о долге, но вместо этого смеётся:
  
  - А я слышал, что девушки любят офицеров.
  
  - Любят, как же. Вот, полюбуйся: такого красавца как я, - майор хлопает себя по круглому животу, - уже две жены бросили. Ладно, подпиши здесь. Прочесть-то успел? Ну, бери своё направление на курс.
  
  - Спасибо.
  
  - Не за что. Знаешь, что самое паршивое: если сделаешь что-то действительно важное, никому рассказать нельзя. Секретность-то - ладно, просто никто не верит, что в армии могут делать что-то с умом. Так что, лучше и не говорить, особенно гражданским. Хорошо?
  
  - А о чём говорить? Были переговоры, мирный договор подписали. Меня там не было - пожимает плечами Рон.
  
  "И это - тоже правда", - думает он, шагая к выходу, - "И, наверное,... это даже хорошо, что у белого цвета множество оттенков"
  
  
  
  
Оценка: 4.81*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Warm"(Постапокалипсис) Н.Любимка "Пятый факультет"(Боевое фэнтези) Г.Ярцев "Хроники Каторги: Цой жив еще"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) М.Эльденберт "Танцующая для дракона. Книга 4"(Любовное фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Боевая фантастика) А.Демьянов "Горизонты развития. Адепт"(ЛитРПГ) В.Казначеев "Искин. Игрушка"(Киберпанк) Н.Ручей "Керрая. Одна любовь на троих"(Любовное фэнтези) Д.Деев "Я – другой 3"(Боевая фантастика)
Хиты на ProdaMan.ru И немного волшебства. Валерия ЯблонцеваВам конец, Ева Григорьевна! ПаризьенаПроклятье княжества Райохан, или Чужая невеста. Ируна БеликАльфа напрокат, или Сделки бывают разными. Делия РоссиПленница для сына вожака. Эрато НуарТринадцатый странник. Суржевская Марина \ Эфф ИрВедьма на пенсии. Каплуненко НаталияКороли долины Гофер. Светлана ЕрмаковаОсколки судьбы. Александра ГриневичПризрачный остров. Калинина Наталья
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"