# 32. Проследить за женихом

Александра Руда

после беседы с целителем Оле приходит в голову, что Ирга ей изменяет и она решает проследить за возлюбленным

Утром ливень, не прекращавшийся два дня, сменил мелкий, противный дождик. Дорога к маленькому, но очень необходимому строению в углу двора совершенно размокла. Я уныло смотрела в окно, собираясь с силами для прорыва в туалет. Когда я вчера вечером совершила этот подвиг, то потом полчаса отчищала юбку от налипшей во время пробежки грязи.

- А я говорил, что нужно дорожку замостить, - заметил Отто. - А ты все денег жалко, денег жалко.

Я покосилась на лучшего друга, но ничего не сказала - трогать полугнома сейчас было себе дороже. Отто был мрачен. Два месяца непрекращающейся работы на благо государства, без развлечений и новых событий подкосили даже вечно неунывающего Варсонуфия, которому, казалось, для счастья нужна была только сытная пища.

Последним событием, всколыхнувшим гнединскую общественность, была месячной давности драка в "Самом лучшем" между двумя углежогами, живущими на отдаленных хуторах и приехавшими развеяться в город. Развеялись они замечательно - Варсоня тогда принимал тяжелые роды и отвлекаться на разбитые носы и поломанные конечности не хотел. Углежоги обратились ко мне, а я честно предупредила, что сейчас изучаю бытовую магию, раздел "Первая помощь до прибытия целителей". Мужчины быть подопытными отказались, поэтому я ограничилась только обезболивающим заклятием.

Шлепая по грязи после своих дел обратно в дом, я не сразу расслышала, как меня кто-то окликает. Приподняв широкополую шляпу, под которой я пряталась от дождя, я увидела молодого человека на коне.

- Вы Мастер Артефактов? - спросил он.

- Я, - сказала я мрачно, прикидывая, сколько времени мне понадобится на этот раз, чтобы отчистить юбку от грязи.

- А я барон Рон ня Буй, приехал сделать вам заказ на артефакты. Вы позволите войти?

Барон? Это, наверное, кто-то из лесных владетелей, местных аристократиков, которым не хватает денег, чтобы вести в городе достойную для своего положения жизнь.

- Заходите, заходите, - крикнула я, радуясь нежданному развлечению.

Барон старательно привязал свою пегую лошаденку у коновязи и вместе со мной вошел в дом. Вяло переругивающиеся ребята замолчали и уставились на парня, я отряхнула от капель шляпу и тоже посмотрела на нашего заказчика.

Барон Рон был хорош собой. Густые, длинные и слегка вьющиеся каштановые волосы были схвачены в хвост изящным бантиком, приятное, изящное, как бы сказала моя бабушка - "породистое" лицо украшали аккуратные усики. Не очень модный и не совсем новый наряд подчеркивал статную фигуру человека, не боящегося тяжелого физического труда. Если добавить к этому высокий рост, позвякивающие шпоры, баронский перстень на пальце и отсутствие обручального кольца, то я с трудом удержалась, чтобы не выглянуть в окно и не убедиться, что в окрестных лужах не валяются штабелями местные красотки.

- Мы вас слушаем, - любезно сказал Отто, после того, как мы представились и я приготовила чай.

- Я бы хотел заказать артефакты от нежити для своих людей, - сказал барон, чинно беря чашку с чаем.

- Вы из усадьбы "Лесная фея"? - спросил полугном, роясь в записях.

Этот список населения, которому мы были обязаны сделать защитные артефакты, я составила, целую неделю проведя в архиве Рома Борича.

- Да, у нас сейчас пятьсот шестьдесят человек.

- Ого! - сказал Отто. - А ты, Ола, указала, что в усадьбе проживает только полторы сотни.

- В последнее время мы расширяемся и богатеем, - сообщил Рон. - Поэтому нам нужна защита не только от нежити, но и от лесных разбойников, от воровства, от лесных духов, а также амулеты, которые добавляют сил, которые увеличивают...

- Подождите, подождите, - сказала я. - Я не успеваю записывать. Эти амулеты нужны для всех?

- Нет, - сказал барон, доставая из сумки сложенный листок. - Я все здесь записал, кому и сколько. А также измерил всех своих людей, на всякий случай.

Мы с Отто просмотрели список, и полугном с возросшим уважением обратился к молодому человеку:

- Мне очень нравятся такие обстоятельные заказчики. Мы ваш заказ даже примем без очереди, правда, Ола?

- Так только предыдущую партию закончим, - отозвалась я.

Мне барон тоже понравился, особенно его зеленые глаза под пушистыми ресницами.

- Хорошо, - кивнул Рон. - Также я бы хотел пригласить вас в гости, вам, наверное, здесь недостает приличного общества.

- Что есть, то есть, - отозвался Варсонуфий. - Скучновато здесь.

- Вряд ли мы можем позволить себе у вас гостить, - неожиданно резко сказал Отто, - если вы хотите, чтобы мы ваш заказ выполнили как можно быстрее.

- А я, наверное, поеду, - сказал целитель. - Вам там услуги целителя не нужны?

- Ты нас оставляешь? - спросила я, раздосадованная отказом полугнома.

- Да никаких серьезных событий типа родов или отела скотины не предвидится, - махнул рукой Варсоня. - А со всем остальным, я верю, ты справишься.

Я вздохнула. Мне тоже хотелось поехать в гости к барону, в его разросшуюся усадьбу, посмотреть на народ, ее населяющий, поесть изысканной еды с серебряной посуды.

- Барон, а у вас в усадьбе есть серебряная посуда? - спросила я.

- У меня в усадьбе все есть. Укрепленный замок, летний дворец, фермы, лесопилка, даже школа! Каждую субботу у нас проводятся танцы. Да, и целитель есть.

- Да? - скис Варсоня.

- Но он довольно пожилой, помощь ему не помешает.

- Как же ты поедешь? - язвительно спросила я. - Коня у нас нет, и верхом ты ездить не умеешь.

- Я пришлю повозку за целителем, - сказал барон. - Может быть, и вы захотите поехать.

- Хорошо, - обрадовалась я.

Я вышла проводить Рона, за что была вознаграждена обаятельной улыбкой, согревшей меня лучше чая.

- Я жалею, - сказал он, - что, приезжая в город, я с вами не встретился раньше. Было очень приятно познакомиться.

- Взаимно, - пролепетала я, чувствуя обжигающий жар его рукопожатия.

Я вернулась в дом вполне довольная жизнью. Всегда приятно пообщаться с обаятельным мужчиной!

- Что? - просила я, увидев, каким волком смотрит на меня Отто.

- Что ты как кошка, в самом деле! - в сердцах сказал он.

- Это что еще за новость? - опешила я.

- Стоило показаться на горизонте смазливой физиономии, как ты тут же строишь глазки и призывно улыбаешься! Ты уже почти замужняя женщина, между прочим!

- А тебе что, Ирга заплатил, чтобы ты блюл мою добродетель? - закипела я. - Я живой человек, между прочим! Где этот, который мой жених? От своих трупов оторваться не может, приедет, только если я тут остыну и посинею! Выясняется, мне уже никому улыбнуться нельзя?

- Так, как ты улыбалась - нельзя! - рявкнул Отто.

- Это как?

- Ему стоило только пальчиком поманить, как ты бы уже к нему в постель прыгнула!

Я задохнулась от возмущения.

- Да как ты... Да что ты... Вот, как, оказывается, ты обо мне думаешь! Как о гулящей девке!

- Как хочу, так и думаю, - отрезал полугном и заперся у себя в комнате.

Я от избытка чувств швырнула ему вслед сковороду. Каша с жалобным "шмяк" сползла на пол.

- Ола, - тихо сказал целитель.

- Что? - закричала я, с трудом сдерживая слезы. - Нет, мне не жалко каши, которую ты не доел!

- Ола, - так же тихо и спокойно повторил Варсоня. - Попробуй понять Отто.

Мне захотелось кинуть в целителя кочергой. Тоже мне, мужская солидарность.

- Я не буду его оправдывать, - сказал Варсонуфий. - Честное слово. Сядь рядом и послушай.

Ну, если только он не будет мне рассказывать, что Отто хороший, а я плохая, то я согласна.

- Ола, - почти шептал целитель, и чтобы услышать его, мне поневоле пришлось успокоиться. - Пойми своего друга. Он же мужчина, а мужчинам намного больше, чем женщинам, нужно внимание противоположного пола

- Мне тоже нужно внимание противоположного пола!

- У тебя это связано с психологией, а у него - с физиологией, - сказал целитель.

- Но он же гном!

- А гном - не мужчина?

- Гному положено терпеть и ждать свою единственную! - сказала я не совсем уверенно. В особенностях мужской физиологии я разбиралась очень плохо, знала только то, во что меня посвятили Отто и Ирга и что мы проходили по курсу основ целительства.

- Гном все-таки не камень, - заметил Варсоня.

- А что, нельзя как-нибудь так? - спросила я задумчиво.

- Как-нибудь так это все-таки не совсем то. Я вижу, что ты задумалась, это значит, что ты Отто прощаешь?

- Я на самом деле задумалась о другом, - сказала я грустно. - Я только сейчас всерьез задалась вопросом - как решает эту проблему Ирга тогда, когда он от меня далеко?

- Это надо спросить у Ирги, - сказал Варсоня.

- Так он мне и сказал, - проворчала я и подбежала к двери в комнату полугнома. - Эй, Отто, хватит дуться! Прикроешь меня перед Филом на пару дней? Мне нужно срочно в Чистяково смотаться.

- Зачем? - спросил лучший друг из-за двери.

- Узнать хочу, чем там Ирга занимается. По такому дождю на кладбище не особо покопаешь.

- Может быть, у них там нет дождя, - сказал Отто, распахивая дверь. - Скажи честно, ты решила застать его врасплох.

- Да, - призналась я. - Пообещай, что не доложишь.

- Обещаю, - вздохнул полугном.

- У меня есть идея получше, - вмешался Варсоня. - А что, если во время твоего отсутствия мы с Отто съездим к Рону? Я - как целитель, Отто - как артефактник, мерки снять.

- Мерки уже есть, - возразил полугном.

- Но никто, кроме вас, об этом не знает.

- Варсоня, ты - гений! - обрадовалась я. - Отто, ведь тебе Фил запретил портить девушек только здесь, а про лесные усадьбы он ничего не говорил.

- Вот еще, буду я на каких-то поселянок бросаться, - фыркнул полугном. - Ты за кого меня принимаешь? Я еду исключительно в познавательных целях, мне женщины вообще не нужны. Я храню себя для моей единственной!

Я хотела что-то сказать по поводу огонька, зажегшегося в глазах моего друга - примерно такой я замечала у Ирги в предвкушении вечера вдвоем, - но поймала предостерегающий взгляд Варсони и промолчала.

На следующий день, снабженная списком необходимых покупок в Чистяково, я села в карету. Через час езды в переполненном людьми трясущемся ящике я стала жалеть о своем поспешном решении приехать в город. Ну что за идиотская мысль, что Ирга мне изменяет? Да даже если он мне изменяет, то что я могу изменить? В ближайшие месяцы - ничего, так как вынуждена торчать в гнусном, скучном, мелком городишке. Карета подскочила на очередном ухабе, и я снова принялась ругать себя. Разве Ирга давал мне повод для подозрений? Он утверждает, что любит меня...

Мои мысли прервал оглушительный треск. Пассажиры завопили, карета накренилась, а кучер принялся громко ругаться. Я выбралась наружу. Оказалось, что лопнула одна из веревок, сдерживающая груды багажа на крыше кареты. Ящики, тюка и чемоданы перекосились, а один из ящиков вообще упал, от него отлетела крышка, и молодые гусята весело разбегались на свободу.

- Мои гуси! - закричала бабулька, сидевшая в карете рядом со мной. - Караул! Спасайте!

Пассажиры с улюлюканьем принялись гоняться за гусями по подлеску, двое угрюмых поселян вместе с кучером заново крепили багаж. Я посмотрела на эту картину и окончательно уверилась в том, что я полная дура, нет, точнее, полная ревнивая дура!

- Панна маг, - сказал заискивающе кучер, - а вы бы не могли как-нибудь что-нибудь сделать, чтобы мы быстрее доехали?

- Могу, - сказала я сердито, - коням вашим колючки в зад запихнуть. Поможет?

- Не надо, - испугался кучер. - Кони - казенные. Я думал, вы как-нибудь эдак... или как-нибудь так...

- Я ничего не понимаю в пассажирских перевозках, - сказала я, роясь в сумке в поисках чего-нибудь "эдакого" или "такого". - О, если я поставлю вам облегчитель багажа, поможет?

- Поможет, - сказал кучер, - да вот только у нас стоят уже облегчители. Ну, я думаю, еще один не помешает.

Я подождала, пока багаж, водрузив наверх орущих гусей, окончательно прикрепят на крыше, и полезла цеплять артефакт.

Облегчители веса на крыше кареты действительно были. Но они были настолько стары и так давно не заправлялись энергией, и их польза стремилась к отрицательной величине - вместо того, чтобы облегчать багаж, они добавляли свой вес. Оставалось только удивляться, как кони еще живы, и даже передвигают ногами, таща такую тяжесть!

- Если хотим ехать быстрее, - крикнула я сверху, - то надо немного задержаться, я заряжу артефакты, они у вас уже не работают.

- Мы не хотим задерживаться, - зароптали пассажиры, но я их проигнорировала.

Кучер задумчиво спросил:

- А во сколько мне это обойдется?

- В стоимость моего проезда, - сказала я, страстно мечтая попасть в Чистяково как можно быстрее.

- Я согласен, - обрадовался кучер.

- Тогда снимите меня отсюда, все займет не больше часа.

Пока я вынимала из сумки свой походной набор инструментов - пригодился-таки, не зря я его купила в честь окончания Университета, - пассажиры стояли рядом и бурчали. Мне это скоро надоело, и я рявкнула:

- А ну, брысь все отсюда, а то я не ручаюсь, что кому-то не сделаю плохо.

- Много эти маги воли взяли, - сердито сказал один из поселян.

Кучер, опасливо глядя на медвежью фигуру недовольного, заметил:

- Она же для вас старается, чтобы мы быстрее доехали.

- Неизвестно, для кого она старается, но сейчас мы никуда не едем, - сказала владелица гусей.

- А вы, уважаемая, - сказала я, - помолчали бы и следили за своей живностью, а то я сейчас рассержусь, и будут у вас вместо гогочущих птичек жареные.

Народ решил, что лучше молчать, и, стоя в сторонке, наблюдали за моей работой. Меня это не волновало - работать, когда за этим пристально наблюдают я научилась еще в детстве, когда пыталась научиться писать, а младшие сестры мало того, что смотрели, так еще и умудрялись комментировать во всю силу своего ограниченного тогда словарного запаса.

- Как-то мы быстро поехали, - с опаской заметил медвежеподобный поселянин, когда мы наконец-то тронулись. - Как бы колеса у кареты не отвалились.

- Типун вам на язык, - недобро отозвалась я.

Мне совершенно не хотелось посвящать обрадованного неожиданной удачей кучера в то, что заряда на артефактах хватит только до Чистяково, ну, может быть, если коням очень повезет, то артефакты протянут еще половину пути обратно в леса. Все-таки работа Мастера Артефактов стоит довольно дорого, и я просто не видела смысла в благотворительности.

Я вывалилась из кареты поздней ночью - благодаря зарядке облегчителей, я съэкономила целых полночи пути. Очень быстро я побежала в общагу, понимая, что терять времени не нужно, ведь я приехала в Чистяково с конкретной целью, но не в состоянии себе отказать в горячем душе. Только бы огненный демон был на месте! Влетев, как молния, в свою комнату, я швырнула сумку на кровать, зажгла огонек и кинулась к шкафу. Кажется, там еще целая куча моей одежды!

- Ола, - сонным голосом позвала Лира с кровати.

- Тш-ш-ш, - сказала я, - извини, что разбудила, спи. Меня здесь нет.

- Как скажешь, - сказал с кровати Лиры густой бас.

Я вздрогнула, и огонек метнулся в противоположный угол. Ох, Лира не одна! Надеюсь, я им не помешала! Небесные Силы, ну и бородища у ее избранника! Он что, решил не бриться, пока не выиграет в лотерею?

Промчавшись по лестницам, я ворвалась в душ и включила воду. А-а-а, горячая! Блаженство какое! Какое блаженство. А может, ну его, этого Иргу с его мужскими желаниями и стоять под душем, пока кожа не слезет? Хорошо, хорошо-то как! А главное, можно нежиться и не думать о том, что вода вот-вот закончится, или за шторкой начнет возиться Отто и постанывать:

- Ну, Ола, ну, пожалуйста, я тоже хочу покупаться в горячем, а ты на себя всю воду выльешь, а мне еще бороду мыть...

Крадучись, я осторожно прокралась по общежитскому коридору - встретить знакомых мне совершенно не хотелось, иначе вся тайна моего приезда исчезнет.

- Извините, ребята, я быстро, - прошептала я, роясь в шкафу.

- Ола, - пробормотала подруга, - а почему ты не у Ирги?

- Он не должен знать, что я приехала, - сказала я.

- Что у вас опять стряслось?

- Пока ничего, - зловеще сказала я.

- А, кстати, чтобы ты была в курсе, днем он чаще всего бывает у нас в Доме Исцеления.

- Он заболел? - испугалась я.

- Нет, эксперимент у нас какой-то проводят, а Ирга его курирует. Ты не знала?

- Забыла, - интересно, он мне об этом писал? Наверное, писал, но я пропустила. В письмах Ирги меня больше интересовали его признания в любви и рассказы о том, как он обо мне скучает, чем описания его бесконечной, нудной возни с покойниками.

Надев черные брючки - привет занятиям спортом, черную куртку, повязав на голову черную косынку, я разыскала легкие и почти бесшумные сандалии на пробковой подошве. Экипировка готова! Осталось только не попасться в руки возлюбленному до того, как я выясню, где и с кем он бывает.

Первым делом - кладбище. К счастью, я знала, на каком именно сейчас работает Ирга, потому что недавно он присылал мне письмо, в котором писал: "А я сейчас работаю на Варрагинском кладбище, помнишь, как мы с тобой там встретились? Тогда я имел счастливую возможность рассмотреть твои ноги, так соблазнительно белевшие в руках моего зомби...". Побродив по пустынному кладбищу и спугнув парочку извращенцев, с удобствами расположившихся на чьей-то могилке, я поплелась к квартире некроманта. В окнах было темно, но это ничего не значило. Я немного попрыгала, но допрыгнуть до второго этажа, чтобы заглянуть в комнату оказалось задачей неразрешимой. А левитировать я так и не научилась. Прямо заглянуть в комнату, чтобы проверить, где Ирга я не могла - он уже не раз доказывал, что спит чутко, а раскрывать свое присутствие в городе я пока не хотела. Что же делать, что делать?

Решение задачи пришло, как только я заглянула в ближайший кабак в поисках жидкого вдохновения. Вышибала кабака держал за шиворот щупленького студента, который тихо повизгивал, прикрывая голову руками.

- Что здесь происходит? - полюбопытствовала я у публики, с интересом наблюдающей за избиением младенца.

- Он не заплатил, - сказал один из посетителей.

- И много?

- За три кружки пива.

- Это что, повод для таких жестоких действий? - усомнилась я, глядя, как вышибала трясет студента, как грушу с недозрелыми плодами.

Неужели за мое отсутствие нравы в городе так сильно изменились?

- Не повод, - сказали мне, - просто тут скучно, народ расходиться стал, а студентик развлечение доставил.

- Я заплачу за него, - крикнула я хозяину.

Публика недовольно ворчала, пока мне отсчитывали сдачу, и я быстрыми глотками пила свое пиво. Мне хотелось прикрикнуть на ворчавших, но я боялась, что мое инкогнито будет раскрыто, все-таки еще недавно я была завсегдатаем подобных заведений. Схватив слабо упиравшегося студентика за руку, я потащила его в переулок, громко икая - поспешно выпитое пиво плохо улеглось в желудке.

- Что вы от меня хотите? - просипела моя жертва.

- Первы-ийк курс? - спросила я.

Он кивнул.

- Как-ик-ой факультет?

- Практический.

Могла бы и сама догадаться, теоретики-первокурсники не имеют привычки шляться по ночам по кабакам.

- Ка-ик зовут.

- Остаф, - парень с испугом смотрел на меня, пока я пыталась стать в позу "ласточка" - максимально вытянув за спиной руки, прогнуться вперед, подняв назад левую ногу. Лира утверждала, что эта поза помогает от икоты. Мне же она пока только помогла выглядеть полной идиоткой в глазах Остафа.

- Хорошо, - сказала я, решив не обращать внимания на икоту и на выпученные глаза студента. - Я дам тебе серебряный, если ты зайдешь в одну из квартир.

- Зачем?

- За шкафом. Надо проверить, там ли хозяин. А если там, то один или с кем-то еще.

- А-а-а, - понимающе протянул первокурсник. - А если он там, что сказать?

- Скажи, м-м-м-м-м, скажи, что просто хотел узнать, как спят некроманты.

- Нет, - твердо сказал студент. - К некроманту в квартиру за серебряный я ночью не сунусь. Давай золотой.

- Мальчик, а ты не сильно наглый? - спросила я.

- Достаточно, - самодовольно сказал Остаф. - А если не дашь, то я еще и расскажу твоему некроманту, что им девушка интересуется.

Ну и нахал! Ловкой подсечкой, многократно отрепетированной на Отто, я повалила паренька на землю и уселась сверху, приставив к его шее небольшой кинжальчик, который стала носить с собой после того, как в лесу пара поселян решила проверить кого во мне больше - девушки или мага. К их неудовольствию, перепуганного мага во мне оказалось больше, чем визжащей девушки. Мне же потом и пришлось залечивать их ожоги, не из человеколюбия - никогда не любила насильников, - а с познавательной целью. Познание удалось, я выяснила, что ожоги залечивать я не умею.

- Слушай, сопляк, - сказала я задумчиво, - как тебя взяли на практический факультет?

- Я очень сильный маг, - прохрипел Остаф, пытаясь приподняться. Ногами я больно наступала на его руки.

- Верю, - сказала я, подумав. - А экзамен по физкультуре ты как сдал?

Олаф покраснел.

- С трудом.

- Ну и молодец. Давай договоримся. Ты получаешь свой серебряный, не говоришь некроманту больше, чем надо, а за это я не буду позорить тебя перед твоими однокурсниками, рассказывая, что тебя победила девушка, к тому же и не практик.

Олаф побледнел, аргументы на него подействовали и через несколько минут я наблюдала, как он, спотыкаясь на каждом шагу, заходит в подъезд Ирги.

Во время томительного ожидания за углом я пыталась придумать достойное объяснение своему поведению для Ирги, если вдруг Остаф донесет обо мне. В сандалиях жутко мерзли ноги - все-таки чувствовалось, что зима не за горами. Услышав торопливые шаги, я внутренне замерла, хоть это и не мог быть возлюбленный, звук его шагов совсем другой. Студент прислонился к стене рядом со мной и, шумно дыша, сказал:

- Он меня даже не убил!

- Это заметно, - нетерпеливо сказала я. - Ну и?

- Он спал, один, - сказал Остаф.

- Ты уверен?

- Да, он показал мне свое жилище и сказал, - тут студент застонал, - сказал, что он будет у нас вести практику по некромагии и что он меня запомнил!

- Извини, - виновато сказала я, протягивая ему серебряный, - я замолвлю за тебя словечко.

- Правда? - просиял страдалец.

- Если ты только никому о сегодняшнем не расскажешь, а то практика для тебя обернется кошмаром, это я тебе могу пообещать.

Студент кивнул и направился в сторону общежитий. Я с завистью проводила его взглядом и пошла к себе в корпус окружным путем, чтобы не встретить никого знакомого. Конечно, нормальные люди в это время все спят, но мало ли что.

Чувствуя неимоверную усталость, я добрела до комнаты и упала в свою кровать, не переставая жалеть, что я все это затеяла, но и не желая останавливаться на полпути.

Бородатый парень Лиры заваривал чай. Увидев меня, он плеснул в чашку с чаем из бутылки с водкой и молча протянул мне.

- Аксентий, - пробасил он, когда я, обжигаясь, глотала целебный напиток, понемногу возвращавший меня к жизни. - Тяжелая ночь?

- Тяжелые сутки, - вздохнула я.

- Значит, сейчас допьешь, съешь эти бутерброды и спать, - бородач поймал мой взгляд и пояснил:

- Я целитель.

- Понятно, - сказала я, - только спать я не пойду, мне еще надо кое-что с Лирой обсудить.

- Это ты можешь обсудить и со мной.

- Интимный вопрос.

- Я целитель, - напомнил Аксентий.

- Ну и что?

- Да я все понял. Тебе нужно сказать во сколько придет твой Ирга в Дом Исцеления, сам ли он туда придет, во сколько уйдет и сам ли уйдет.

Я вытаращилась на целителя, всерьез подозревая, что он умеет читать мысли.

- Я знаю о ваших отношениях, - объяснил Аксентий. - А сегодня ночью мы прикинули с Лирой и решили, что ты, наверное, явилась сюда проверить его верность.

Я кивнула. До чего же хорошо мои друзья меня знают!

- Я не одобряю того, что ты делаешь, - вздохнул бородач, - но я обещал Лире, что помогу тебе. А она пусть поспит, отдохнет, у нее были тяжелые дни.

Поблагодарив целителя, я легла спать.

Разбудила меня Лира, сказав, что Аксентий прислал вестника - он только что разговаривал с Иргой, который сейчас собирается уходить из Дома Исцеления.

Пока я быстро надевала маскировочный костюм и расчесывала волосы, подруга поинтересовалась:

- Что на тебя нашло? Год Ирга был без тебя в Рорриторе, и ты не совершала подобных глупостей!

- Я поговорила с нашим целителем, и он сказал, что мужчины без этого самого долго не могут. А я раньше об этом как-то не задумывалась.

- Могут, почему не могут? Конечно, им хочется, но это не повод кидаться на первую попавшуюся, - нахмурившись, сказала Лира. - Я тебе как целитель скажу, что никакого особого вреда для здоровья воздержание не наносит.

- Все равно, - упрямо сказала я. - Я хочу проверить, как Ирга хранит мне верность. Помнишь, каким он был? Ни дня без девушки.

- Перебесился, - уверенно заявила подруга. - Да и не пацан он уже, должен соображать, что делает.

- И ты на его стороне? - спросила я.

- Да, мне иногда его просто жалко, - вздохнула Лира, - но также я знаю, что тараканов в твоей голов нужно кормить, а то они размножаться от голодухи начинают.

- Спасибо на добром слове, - пробурчала я, уязвленная словами подруги.

- Ты так собираешься идти? - спросила соседка по комнате.

- Да, а что?

- Ола, сейчас не ночь, и ты в своем черном наряде будешь смотреться странно. Возьми мою юбку, а то по твоей тебя быстро опознают, у тебя вся одежда очень примечательная. И вот платок, повяжи на голову.

Надо же, и откуда же целитель знает такие тонкости? Я молча натянула сверху брюк юбку и побежал изображать из себя детектива.

Следить за Иргой оказалось делом тяжелым. Впрочем, я еще никогда ни за кем не следила, поэтому не знаю, за кем следить тяжелее. Перебегая от здания к зданию и стараясь не попадаться Ирге на глаза, я поняла, что он идет на Варрагинское кладбище. Поэтом я помчалась на место его работы по другой улице и затаилась в пожухлых бурьянах недалеко от пары знакомых мне ребят - помощников Ирги. Вяло переругиваясь, парни пытались открыть дверь склепа, обильно украшенного засохшим вьюнком.

- Ирга вообще странный тип, - услышала я. - Я бы ее сразу разложил, а он отказывается! И, главное, квартира своя есть, не надо с соседом по комнате договариваться, чтоб сегодня не возвращался. Эх.

- Приворожила она его, я так думаю, - сказал второй. - Ведьмы все могут.

Приворожила, значит! Вовремя я приехала, мне работы непочатый край. И кто же это, интересно, посягнул на чужого, почти женатого, мужчину?

- Приворожила. Помнишь, как она на могилке спала? Я и сам чуть не влюбился, а Ирга и подавно! Такое личико милое!

Это еще кто мой подвиг повторил? Ах, Ирга, вот скотина! Интересно, он всех девушек на кладбище водит или через одну?

- Только и слышно, "Ола, Ола!". Как собака на сене!

Это они обо мне? Я, значит, приворожила их разлюбезного начальника? Ну, я сейчас этим недоумкам задам! Только я приподнялась, как пришлось падать обратно в бурьяны - в поле зрения появился Ирга.

- Что, не открывается? - спросил он.

- Нет, - заканючили помощники, - может, ты ее магией откроешь, а?

- Ребята, сколько вам повторять - нельзя магию использовать! Если использовать магию, покойник внутри превратится в пыль, а мне он очень нужен целым. Хорошо, трудитесь, а у меня еще встреча назначена.

- С Мартой? - улыбнулся один из парней. - Вот красавица. Вот ножки! А грудь, я бы ее...

Он сделал неприличный жест рукой.

- Веди себя прилично, - холодно оборвал некромант, задумчиво побарабанил по двери склепа и ушел.

Марта? Марта?! Марта!!

Полетят сегодня чьи-то клочки по закоулочкам! Я им задам, этим героям-любовникам!

Ирга не остановится не перед цветочным магазином, не перед лавкой с разнообразными приятными мелочами для женского пола. Неужели их отношения зашли настолько далеко, что уже и подарки не нужны? Некромант зашел в обычный, ничем не выдающийся кабачок. Что, Ирга обнищал, что уже свою любовницу не может в ресторан сводить? Или он экономит деньги для меня? Эта мысль меня немного согрела.

Неверный возлюбленный довольно долго не выходил из кабака. Ну что он там делает, а? Сгорая от любопытства, я попыталась заглянуть в окна, но стекла были такими грязными, что я ничего не увидела. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, я заставила себя оторваться от бесплодного подглядывания и притаилась за углом. Хоть бы не пропустить некроманта, уже темнеет!

Вот, Ирга, наконец, вышел, и не один, а с... каким-то гномом! Они вдвоем засмеялись какой-то шутке, после чего некромант наклонился, чтобы пожать коротышке руку. Вполне довольные друг другом, мужчины разошлись. Только вот куда направляется Ирга? Явно не к своему дому! Крадучись, я направилась вслед за возлюбленным, который скрылся в маленьком переулке. Где же он? Где? Ай!

К моей шее прикоснулось что-то холодное и острое, царапая кожу.

- Кто? - раздался из темноты знакомый голос.

- Я, - просипела я, старясь не дышать и не двигаться. - Ирга, ты с ума сошел?

- Ола? - недоверчиво спросил некромант, убирая клинок от моей шеи. - Что ты здесь делаешь и что на тебе за тряпки?

Я ощупала себя - мокро! А, у меня кровь! Он перерезал мне шею!!! Вот так избавляются от невест!

- Ты убил меня, - прошептала я, падая на колени.

- Милая? - испугался Ирга. - Милая!

Он аккуратно меня перевернул и с шумом выдохнул.

- Ола, кончай придуриваться! Я тебя не убил, а только поцарапал!

- Да? - уточнила я, открывая один глаз и рассматривая лицо Ирги в свете зажженного им огонька.

- Да, - сердито сказал некромант, помогая мне подняться. - Что это за маскарад? В каком мусорнике ты валялась? И почему ты вообще за мной следила?

- Это не маскарад, - с достоинством ответила я, отряхивая юбку Лиры. - И не на мусорнике я валялась, а на кладбище, я же не виновата, что там так редко убирают. И я за тобой... Да! Я за тобой следила! Ты мне изменяешь!

- Что? - поразился Ирга. - Я тебе изменяю? А почему я об этом ничего не знаю?

- Да, ты мне изменяешь! - глухо сказала я, борясь со слезами.

На лице возлюбленного отразилось отчаяние.

- Такое ощущение, - сказал он тоскливо, - что я бьюсь головой об стену. Пойдем домой, и ты мне все расскажешь.

Я побрела вслед за Иргой, стараясь придумать что-нибудь в свое оправдание так, чтобы я была бедная-несчастная, а он - кругом виноватый. Но ничего толкового в голову не приходило.

Доведя меня до квартиры, некромант очень настойчиво предложил мне выпить, достав из буфета маленькую и отправил в душ.

Я стояла под горячей водой, наслаждаясь этим блаженным ощущением, которое поймет только тот, кто был вынужден обходиться для мытья одним ведром воды, которое еще и нужно было нагреть, и отнести в закуток, и успеть помыться прежде, чем замерзнешь и прежде чем вода остынет. Я стояла и стояла под водой, мне не нужно было никуда спешить, более того, впереди ждало объяснение с Иргой, а я так и не придумала, что ему сказать. Наконец, почувствовав, что еще немного воды и я превращусь в русалку, я закрутила кран и осторожно выглянула в комнату.

Некромант валялся на кровати и читал какую-то книжку. На дверь он повесил чистое полотенце и свою рубашку, в которой я особенно любила ходить, когда оставалась у него. Переодевшись, я забралась на кровать с ногами и свернулась в уголочке. Ирга ласково потрепал меня за волосы и сказал:

- Я читаю книгу, называется "Особенности женской психологии". Все равно ничего не понимаю.

- Сомневаюсь, что там есть раздел, про девиц, которые сутки едут в тесной карете для того, чтобы поваляться в грязи и быть чуть не прирезанной собственным женихом, - сказала я, избегая смотреть на Иргу.

- Да нет, тут есть глава про ревность, - задумчиво сказал некромант, листая страницы. - Только у тебя ревность какая-то странная, периодами.

- Она есть всегда, - объяснила я, - просто она растет, растет, и созревает. Я - бац - и вдруг понимаю, что ты мне изменяешь.

- Я понял, - сказал Ирга таким тоном, которым обычно разговаривают со смертельно больными.

- А мне Варсоня сказал, что ты мне должен изменять, потому что мужчина долго без женщины не может, - постаралась оправдаться я.

- Не может, - согласился Ирга, - но понимаешь, вот какая штука - у меня, кроме мужских органов, есть еще мозг. И вот он может обходиться без женщин долго, особенно, если ему нужна только одна.

- А у меня нет мозга, - повинилась я, потихоньку придвигаясь к возлюбленному. Ругать он меня не будет, высмеивать тоже, значит, можно и подластиться.

- Есть, - обнадежил меня Ирга. - Только он работает периодами. Но я привык.

Я виновато вздохнула.

- Скажи-ка милая, а это ты мне ночью подослала милого ребенка?

Я постаралась изобразить на лице раскаяние.

- И сколько тебе это стоило? - заинтересовался Ирга.

- Довольно дорого, - схитрила я.

- Да уж, такого в моей жизни еще не было, - вздохнул некромант. - Сплю спокойно в своей кровати, вдруг кто-то ломится в двери, открываю - стоит такой бледный, дрожащий, глаза бегают. Говорит, хочу посмотреть, как спят некроманты. Я сразу решил, что это чей-то розыгрыш и не стал особо бедного мальчика мучить.

Я в очередной раз почувствовала себя глупо. Ирга молчал, бездумно перелистывая страницы.

- Я чувствую себя такой виноватой перед тобой, - призналась я наконец.

- О, - некромант закатил глаза, - совесть заговорила? Она у тебя только от спиртного просыпается?

- Не знаю...

- Ну, тогда я буду поить тебя чаще, ты тогда будешь идеальной женой.

- Не буду я идеальной женой, - призналась я.

- Ну и ладно, - весело сказал Ирга, - с идеальными скучно.

- Как мне с тобой? - не удержалась я.

Некромант засмеялся и кинул на пол книжку.

- Узнаю мою несносную Олу, - сказал он. - Иди ко мне. Я так по тебе соскучился. И мне действительно не помешает женщина, раз уж ты настаиваешь та том, что целитель сказал, что нужно.

- Я тут, - с готовностью отозвалась я, вытирая остатки слез и ныряя в его объятия.