У меня сложилось впечатление, что большинство читателей моих статей с комментариями к произведениям Гоголя и Лермонтова рассчитывают найти в них свежие идеи для своих школьных сочинений по литературе и тем самым облегчить себе жизнь. Я не возражаю против этого, однако считаю своим долгом предупредить доверчивых молодых людей, что мои взгляды на творчество русских классиков не всегда совпадают с мнением преподавателей литературы.
Стремясь предотвратить возможные неприятности для школьников в виде низких оценок за сочинения и испорченного настроения, убедительно прошу пользоваться моими статьями осмотрительно, обязательно принимая во внимание вероятные нежелательные последствия. Особенно это относится к написанию сочинений на выпускных и вступительных экзаменах.
Всегда рад вопросам и замечаниям.
И.В. Алексеев.
Особенность композиции романа и порядок, в котором следуют составляющие его повести, связаны с историей знакомства рассказчика и читателя с главным героем, а не с хронологией описываемых событий. Несколько более удивительной, на первый взгляд, представляется разбивка романа на части, поскольку повесть "Тамань", открывающая журнал Печорина, замыкает первую часть, а две последующие повести образуют вторую часть, разрывая тем самым журнал. Однако такое построение является логичным и оправданным, поскольку первая часть романа состоит из повестей, в которых автор знакомит читателя с героем, создает его завершенный психологический портрет и ставит вопрос о мотивах поступков своего персонажа, а вторая часть содержит все ключи и вместе с ними ответ на поставленный вопрос.
Наша публика ... не понимает басни, если в конце ее не находит нравоучения. Она не угадывает шутки, не чувствует иронии... Эта книга испытала на себе еще недавно несчастную доверчивость некоторых читателей и даже журналов к буквальному значению слов.
Лермонтов дает понять, что его роман содержит некий тайный смысл, не раскрываемый буквальным значением слов, своего рода игру, где суть сообщаемого читателю на словах не всегда соответствует задуманной им действительности. Иными словами, в романе есть загадка, прямой ответ на которую автор не дает, предлагая читателю найти его самому. Истина в этом произведении не лежит на поверхности.
Но не думайте, однако, после этого, чтоб автор этой книги имел когда-нибудь гордую мечту сделаться исправителем людских пороков... Ему просто было весело рисовать современного человека, каким он его понимает, и к его и вашему несчастью, слишком часто встречал. Будет и того, что болезнь указана, а как ее излечить - это уж бог знает!
Лермонтов защищает свое произведение от обвинений в попытке морализаторства. Хотя Печорин - собирательный образ, автор предостерегает читателя от социальных обобщений и глобальных выводов о средствах к изменению общества, заранее открещивается от подобных заключений. Отрицательные черты Печорина - это частное явление, хоть и достаточно большой группы людей.
Часть I
I Бэла
О событиях в крепости мы узнаем со слов Максима Максимыча. Ключ к этой повести находится в самом конце романа - от слов "Возвратясь в крепость, я рассказал Максиму Максимычу все, что случилось со мною и чему был я свидетель..." до конца повествования. Максим Максимыч появляется в "Фаталисте" не случайно, поскольку там становится ясна степень доверия, которую заслуживает его рассказ о Печорине. Сказанное Максимом Максимычем о происшествии с Вуличем - это прямое указание на то, что в своем рассказе о событиях в крепости он упустил нечто очень важное, требовавшее для понимания большей проницательности. Максим Максимыч - надежный свидетель фактической стороны случившегося, однако читатель не должен слепо доверять его оценкам и суждениям, поскольку подоплека происходящего может быть от него скрыта.
Верст шесть от крепости жил один мирной князь. Сынишка его, мальчик лет пятнадцати, повадился к нам ездить: всякий день, бывало, то за тем, то за другим. И уж точно, избаловали мы его с Григорием Александровичем.
Печорин устанавливает дружеские и достаточно доверительные отношения с Азаматом, поощряя его визиты.
... Зашел разговор о лошадях, и Печорин начал расхваливать лошадь Казбича...Эта история продолжалась всякий раз, как приезжал Азамат. Недели три спустя стал я замечать, что Азамат бледнеет и сохнет, как бывает от любви в романах-с. Что за диво?..
Зная о страстном желании Азамата получить лошадь Казбича, Печорин упорно и целенаправленно, в течение трех недель, манипулирует Азаматом, распаляя его страсть и готовя того к задуманной им авантюре.
Клянусь, ты будешь владеть конем; только за него ты должен отдать мне сестру Бэлу: Карагез будет тебе калымом. Надеюсь, что торг для тебя выгоден. Азамат молчал. - Не хочешь? Ну, как хочешь! Я думал, что ты мужчина, а ты еще ребенок: рано тебе ездить верхом...
Предложив Азамату сделку, Печорин прибегает к грубой манипуляции, играя на желании юноши выглядеть мужчиной. Вместе с тем, он намекает, что договорится с Казбичем о коне - купит или выменяет его, а затем отдаст Азамату за Бэлу. В действительности никакой договоренности у Печорина с Казбичем о продаже коня не было, следовательно, Азамат попросту обманут им. Похищая Бэлу, Азамат становится изгоем, вдобавок нажив себе смертельного врага в лице Казбича из-за кражи коня.
... как они сладили это дело, не знаю, - только ночью они оба возвратились, и часовой видел, что поперек седла Азамата лежала женщина, у которой руки и ноги были связаны, а голова окутана чадрой..
Похитив Бэлу, Печорин создает острую конфликтную ситуацию, чреватую кровопролитием, в которую помимо него самого вовлечены еще пять человек, причем большая часть из них вопреки своей воле.
Если б вы знали, какая мучит меня забота!
Печорин в самом деле оказался в трудной ситуации. Максим Максимыч, непосредственный начальник Печорина, обязан арестовать его за совершенное преступление - похищение Бэлы, что он и собирался сделать, надев эполеты, а саму Бэлу немедленно вернуть отцу. Допустить этого Печорин никак не может, поскольку такой исход погубил бы его репутацию. Ему необходимо сейчас решить две задачи: во-первых, срочно нейтрализовать Максима Максимыча, склонив его на свою сторону, а во-вторых, сделать так, чтобы Бэла сама захотела остаться с ним, тем самым выиграв время.
- Господин прапорщик, вы сделали проступок, за который я могу отвечать...
Этот разговор с Максимом Максимычем о Бэле - один из острейших эпизодов в романе. От того, как поступит Максим Максимыч, зависит вся дальнейшая судьба Печорина. Визит Максима Максимыча не был для него неожиданным, и его расслабленная поза - лежа на кровати, не должна вводить читателя в заблуждение. Печорин предельно собран, он демонстрирует удивительное самообладание и полностью готов к важному для себя разговору. Его короткие, точные фразы сбивают Максима Максимыча с официального тона и быстро ставят его в тупик.
Я и в этом согласился... Что прикажете делать? Есть люди, с которыми непременно должно согласиться.
Печорин без труда переигрывает Максима Максимыча, у того нет доводов в ответ и его благородный порыв - желание остановить Печорина - угасает. С этого момента Максим Максимыч становится невольным сообщником Печорина и в случае неблагоприятного поворота событий может разделить с ним ответственность.
Поверь мне, аллах для всех племен один и тот же, и если он мне позволяет любить тебя, отчего же запретит тебе платить мне взаимностью? - Она посмотрела ему пристально в лицо, как будто пораженная этой новой мыслию...
Печорин использует разнообразные приемы манипулирования - простейшие и грубые с Азаматом: "Я думал, что ты мужчина, а ты еще ребенок: рано тебе ездить верхом...", несколько более изощренные, не без издевки, с Максимом Максимычем: "...Да только он мне отвечал, что дикая черкешенка должна быть счастлива, имея такого милого мужа, как он, потому что, по-ихнему, он все-таки ее муж..." и филигранные с Бэлой: "...Если он (Аллах) мне позволяет любить тебя, отчего же запретит тебе платить мне взаимностью?".
- Дьявол, а не женщина! - отвечал он, - только я вам даю мое честное слово, что она будет моя... Я покачал головою. - Хотите пари? - сказал он, - через неделю! - Извольте! Мы ударили по рукам и разошлись.
Отношение Печорина к Бэле носит характер игры и притворства. Человек, который действительно влюблен и дорожит чувствами, никогда не сделает их предметом спора. Согласившись на пари, Максим Максимыч теряет моральное право вмешиваться в ситуацию, а Печорин одерживает таким образом очередную тактическую победу.
"Послушайте, Максим Максимыч, - отвечал он, - у меня несчастный характер; воспитание ли меня сделало таким, бог ли так меня создал, не знаю; знаю только то, что если я причиною несчастия других, то и сам не менее несчастлив... Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она...
Отвечая на упрек Максима Максимыча, Печорин произносит первый монолог о себе. Он стремится совершить подмену, представив себя, а не Бэлу, в качестве пострадавшей стороны и жертвы обстоятельств, вызвать тем самым сочувствие и снять с себя моральную ответственность за совершенное преступление. "Исповедь" Печорина интересно сравнить с его вторым монологом ("- Да, такова была моя участь с самого детства."), адресованным княжне Мери. Оба монолога противоречат друг другу по сути, они одинаково лицемерны и их единственная цель - манипулирование собеседником. Важно отметить, что располагая двумя основными источниками сведений о Печорине - рассказом Максима Максимыча и позднее дневником самого Печорина, мы не можем полностью доверять ни одному из них. Слова, написанные Печориным о себе, не могут служить основой для выводов об этом человеке.
Так он говорил долго, и его слова врезались у меня в памяти, потому что в первый раз я слышал такие вещи от двадцатипятилетнего человека, и, бог даст, в последний...
Расчет Печорина полностью оправдался - Максим Максимыч оказался под впечатлением от услышанного, не почувствовав обмана.
Я отвечал, что много есть людей, говорящих то же самое; что есть, вероятно, и такие, которые говорят правду...
Рассказчик дает понять Максиму Максимычу, что сказанное ему Печориным, скорее всего, ложь, однако его намек не понят.
Наконец он сел на землю, в тени, и начал что-то чертить палочкой на песке. Я, знаете,больше для приличия хотел утешить его, начал говорить; он поднял голову и засмеялся... У меня мороз пробежал по коже от этого смеха...
Максим Максимыч, полагая, что Печорин переживает по поводу гибели Бэлы, пытается его утешить. Смех Печорина - это отрицательный ответ на вопрос, была ли она важна для него. По-видимому, смерть Бэлы сыграла на руку Печорину, освободила его от необходимости думать о том, как быть с ней, когда ему придет время возвращаться с Кавказа.
II Максим Максимыч
Он был среднего роста; стройный, тонкий стан его и широкие плечи
доказывали крепкое сложение... его запачканные перчатки казались нарочно сшитыми по его маленькой аристократической руке...
Трудно понять, каким образом "стройный, тонкий стан" Печорина, признак женской фигуры, может доказывать его крепкое сложение. Можно предположить, что наделив Печорина как женскими, так и мужскими чертами внешности, Лермонтов указывает на особенности характера этого человека.
- Если вы захотите еще немного подождать, - сказал я, - то будете иметь удовольствие увидаться с старым приятелем... - Ах, точно! - быстро отвечал он, - мне вчера говорили: но где же он?
Максим Максимыч неинтересен Печорину. Он забыл, что Максим Максимыч находится рядом, и вспомнил о нем только после напоминания.
- А помните наше житье-бытье в крепости? Славная страна для охоты!.. Ведь вы были страстный охотник стрелять... А Бэла?.. Печорин чуть-чуть побледнел и отвернулся...
Максим Максимыч допустил простодушную бестактность. Напоминание о Бэле неприятно Печорину, а сам Максим Максимыч, свидетель похищения и смерти Бэлы, способный запросто рассказать эту историю первому встречному, становится опасен ему. Печорин стремится как можно быстрее завершить разговор и уехать. Его поспешный отъезд похож на бегство, поскольку до разговора с Максимом Максимычем Печорин не торопился в дорогу.
У меня остались ваши бумаги, Григорий Александрович... я их таскаю с собой... ... Что мне с ними делать?.. - Что хотите! - отвечал Печорин. - Прощайте...
Удивительна легкость, с которой Печорин расстается со своим журналом, оставляя его в чужих руках, тем более что позже мы прочитаем в его журнале следующие строки: "Ведь этот журнал пишу я для себя, и, следовательно, все, что я в него ни брошу, будет со временем для меня драгоценным воспоминанием."
Традиционно считается, что личный дневник раскрывает сокровенные мысли своего автора, однако у нас нет никаких оснований считать, что в своем журнале Печорин был до конца честен и всегда писал там именно то, что думал или чувствовал. В любом случае, он не переживал по поводу того, что его записи могут быть преданы огласке.
Журнал Печорина
I Тамань.
Повесть "Тамань" завершает формирование психологического портрета Печорина. Первоначальные выводы о Печорине, которые читатель мог сделать по повести "Бэла", находят здесь подтверждение. Печорин обладает способностью безошибочно оценивать людей и обстоятельства, он легко идет на риск, который граничит с безрассудством, целеустремленно добивается желаемого, не ограничивая себя при этом в средствах, использует разнообразные приемы манипулирования людьми.
В голове моей родилось подозрение, что этот слепой не так слеп, как оно кажется...
Печорин заинтригован слепым. Именно поэтому он решает проследить за ним до берега и становится свидетелем разговора слепого и девушки.
Отважен был пловец, решившийся в такую ночь пуститься через пролив на расстояние двадцати верст, и важная должна быть причина, его к тому побудившая! Думая так, я с невольном биением сердца глядел на бедную лодку... Надо было вернуться домой; но, признаюсь, все эти странности меня тревожили, и я насилу дождался утра.
Печорин эмоционально вовлечен в ситуацию.
Печь была жарко натоплена, и в ней варился обед, довольно роскошный для бедняков.
Печорин догадывается, что эти люди - не те, за кого себя выдают.
Она была далеко не красавица, но я имею свои предубеждения также и насчет красоты. В ней было много породы... порода в женщинах, как и в лошадях, великое дело...
Увлечение Печорина женщинами не носит выраженного чувственного характера, он относится к женской красоте рассудочно, как эстет. Печорин замечает и ценит женскую грацию, изящество, но его восприятие красивых женщин сродни, скорее, любованию произведениями искусства.
"Я узнал, что ты вчера ночью ходила на берег". И тут я очень важно пересказал ей все, что видел, думая смутить ее - нимало! Она захохотала во все горло. "Много видели, да мало знаете, так держите под замочком". - "А если б я, например, вздумал донести коменданту?"
После того, как прямое давление на слепого не достигло результата, Печорин пытается шантажировать девушку.
Часа через два, когда все на пристани умолкло, я разбудил своего казака. "Если я выстрелю из пистолета, - сказал я ему, - то беги на берег". Он выпучил глаза и машинально отвечал: "Слушаю, ваше благородие". Я заткнул за пояс пистолет и вышел.
Печорин не заблуждается насчет истинных причин, побудивших девушку назначить ему свидание. Отправляясь на встречу с ней, он предвидит опасность и принимает необходимые меры предосторожности.
... Я подкрался, подстрекаемый любопытством, и прилег в траве над обрывом берега...
Удивительно, что даже пережив покушение на свою жизнь, Печорин не оставляет первоначального намерения разобраться в обстоятельствах, связанных с этими людьми.
Часть вторая
II Княжна Мери
Жены местных властей, так сказать хозяйки вод, были благосклоннее; у них есть лорнеты, они менее обращают внимания на мундир, они привыкли на Кавказе встречать под нумерованной пуговицей пылкое сердце и под белой фуражкой образованный ум.
Эту фразу из своего журнала Печорин, по всей видимости, никогда не произносил вслух. Однако тема чувствительного сердца под грубой шинелью несколько раз встречается в повести.
Оборачиваюсь: Грушницкий! Мы обнялись. Я познакомился с ним в действующем отряде. Он был ранен пулей в ногу и поехал на воды с неделю прежде меня. ...Я его также не люблю: я чувствую, что мы когда-нибудь с ним столкнемся на узкой дороге, и одному из нас несдобровать.
Печорин подробно описывает внешность, характер и привычки Грушницкого, причем весьма нелестным образом. Слегка удивляет, что при всех отталкивающих характеристиках он уделяет Грушницкому так много внимания. Возможно, Печорин пишет о нем далеко не все, что думает и по каким-то причинам не раскрывает свои отношения с этим человеком.
В эту минуту прошли к колодцу мимо нас две дамы: одна пожилая, другая молоденькая, стройная. Их лиц за шляпками я не разглядел...
Здесь, в двух коротких предложениях, находится главный ключ к роману, полностью раскрывающий расстановку в нем действующих лиц. Основной женский персонаж романтического произведения, предмет страсти и соперничества героя и антигероя, не может быть представлен читателю с лицом, закрытым шляпкой, да еще в сопровождении маменьки, как незрелая девица. Не случайно нигде в романе мы не найдем сколько-нибудь подробного описания внешности княжны. На переднем плане повести находятся только Печорин и Грушницкий, они показаны с большой детализацией; княжна расположена в глубине в сопровождении княгини, ее лицо скрыто, виден только силуэт. Таким образом, Лермонтов вводит в повествование княжну Мери в качестве вспомогательного персонажа второго плана без самостоятельной сюжетной линии, а основная коллизия повести определяется противостоянием Печорина и Грушницкого, а не борьбой Печорина за княжну.
Эта гордая знать смотрит на нас, армейцев, как на диких. И какое им дело, есть ли ум под нумерованной фуражкой и сердце под толстой шинелью?
Грушницкий - alter ego Печорина. Фраза, которую произносит Грушницкий при формальной схожести прямо противоположна по смыслу словам Печорина: "...Они менее обращают внимания на мундир, они привыкли на Кавказе встречать под нумерованной пуговицей пылкое сердце и под белой фуражкой образованный ум". Этим Лермонтов указывает на противостояние двух главных персонажей повести, а также на связь между ними.
- Эта княжна Мери прехорошенькая, - сказал я ему. - У нее такие бархатные глаза - именно бархатные: я тебе советую присвоить это выражение, говоря об ее глазах; нижние и верхние ресницы так длинны, что лучи солнца не отражаются в ее зрачках. Я люблю эти глаза без блеска: они так мягки, они будто бы тебя гладят... Впрочем, кажется, в ее лице только и есть хорошего... А что, у нее зубы белы? Это очень важно! жаль, что она не улыбнулась на твою пышную фразу.
Никаких бархатных глаз княжны Печорин рассмотреть не мог, поскольку не разглядел ее лица. Он глубоко травмирован тем, что Грушницкий продемонстрировал свое увлечение княжной. Сказанная Печориным язвительная фраза есть ни что иное, как моментальная болезненная реакция на травму.
- Ты говоришь о хорошенькой женщине, как об английской лошади, - сказал Грушницкий с негодованием.
В романе повторно появляется сравнение красивой женщины с породистой лошадью.
Легче птички она к нему подскочила, нагнулась, подняла стакан и подала ему с телодвижением, исполненным невыразимой прелести; потом ужасно покраснела, оглянулась на галерею и, убедившись, что ее маменька ничего не видала, кажется, тотчас же успокоилась.
Автор подчеркивает несамостоятельность княжны Мери, ее зависимость от мнения матери.
Я лгал; но мне хотелось его побесить. ... Признаюсь еще, чувство неприятное, но знакомое пробежало слегка в это мгновение по моему сердцу; это чувство - было зависть...
Печорин неискренен в своем журнале. Речь в действительности идет о зависти другого рода, чем та, о которой он пишет.
Княжна сказала, что она уверена, что этот молодой человек в солдатской шинели разжалован в солдаты за дуэль... - Надеюсь, вы ее оставили в этом приятном заблуждении... - Разумеется. - Завязка есть! - закричал я в восхищении, - об развязке этой комедии мы похлопочем... - И вы в самом деле хотите волочиться за княжной?.. - Напротив, совсем напротив!.. Доктор, наконец я торжествую: вы меня не понимаете!..
Печорин узнает от Вернера, что княжна неверно оценила Грушницкого и намерен сыграть на этом, разрушив их отношения. Более того, он исподволь, не раскрывая своих намерений, хочет увлечь княжну собой. Как только княжна явно отдаст предпочтение ему, Печорину, по самолюбию Грушницкого будет нанесен сокрушительный удар. Таким образом, Печорин играет на гипертрофированном самолюбии Грушницкого, используя княжну Мери в качестве средства для достижения своей основной цели. Никаких других, более серьезных намерений в отношении княжны у Печорина нет. Возвращаясь к повести "Бэла", можно достаточно уверенно предположить, что расстановка действующих лиц там аналогична и основная цель Печорина в ней - Азамат, а не Бэла. Возможно, как раз это упустил Максим Максимыч в своем рассказе.
Мы встречаемся каждый день у колодца, на бульваре; я употребляю все свои силы на то, чтоб отвлекать ее обожателей, блестящих адъютантов, бледных москвичей и других, - и мне почти всегда удается.
Отвлекая окружение княжны, Печорин привлекает ее внимание к себе.
- Я уверен, - продолжал я, - что княжна в тебя уж влюблена! Он покраснел до ушей и надулся. О самолюбие! ты рычаг, которым Архимед хотел приподнять земной шар!..
Одновременно он играет с Грушницким, распаляя того и готовя предстоящий удар по его самолюбию.
...Но что небо не хотело соединить ее с ним, потому что на нем была солдатская шинель, хотя под этой толстой серой шинелью билось сердце страстное и благородное. Грушницкий ударил по столу кулаком и стал ходить взад и вперед по комнате. Я внутренно хохотал и даже раза два улыбнулся, но он, к счастью, этого не заметил.
Печорин почти открыто смеется над Грушницким, намекая на однажды сказанную им фразу про сердце под толстой шинелью. Грушницкий не чувствует издевки.
Смотрю: в прохладной тени его свода, на каменной скамье сидит женщина, в соломенной шляпке, окутанная черной шалью, опустив голову на грудь; шляпка закрывала ее лицо.
Вера - уникальный женский персонаж в романе. Она единственная женщина, к которой Печорин относится бескорыстно и искренне. Печорин, Вера и княжна Мери образуют второй любовный треугольник повести, сюжетную линию второго плана. Обе женщины входят в повествование одинаково - с закрытыми лицами, что указывает на их равнозначность в композиции. Интересно, что в первом треугольнике Печорин поступает исключительно по расчету, рационально и рассудочно. Его действия во втором треугольнике определяются только чувствами. Эмоциональная составляющая и степень драматизма переживаний в отношениях Печорина с Верой дополняют основную сюжетную линию, придают художественную полноту произведению и делают психологический портрет Печорина рельефным.
- Я замужем! - сказала она. - Опять? Однако несколько лет тому назад эта причина также существовала, но между тем...
Вера - раннее, возможно, самое первое, юношеское увлечение Печорина. Отношения с ней начались довольно давно, когда она была замужем и у нее уже был сын, затем она овдовела, снова вышла замуж и вот теперь они опять встретились. Можно предположить, что Вера намного старше Печорина, она производит впечатление весьма зрелой и опытной женщины. Не исключено, что как раз это влечет Печорина к ней.
- И вам бы хотелось теперь меня утвердить в этом мнении? - отвечала она с иронической гримаской, которая, впрочем, очень идет к ее подвижной физиономии.
Печорин не питает к княжне Мери ни малейшей симпатии. Слова об иронической гримаске на подвижной физиономии можно написать, скорее, в отношении человека, к которому испытываешь легкое отвращение.
- Что ж? я был сам некогда юнкером, и, право, это самое лучшее время моей жизни! - А разве он юнкер?.. - сказала она быстро и потом прибавила: - А я думала...
Печорин выполняет первую часть своего плана - он вызывает княжну на разговор о Грушницком и как бы невзначай дает ей понять, что Грушницкий ею сильно переоценен.
... Ибо честолюбие есть не что иное как жажда власти, а первое мое удовольствие - подчинять моей воле все, что меня окружает;.
Версия честолюбия и жажды власти над людьми как мотив поведения Печорина заслуживает доверия, поскольку хорошо согласуется с его действиями.
Да, такова была моя участь с самого детства....
Второй монолог Печорина о себе столь же лицемерный, как и первый. Эта "исповедь" имеет целью привлечь внимание к своей персоне, возбудить сострадание и жалость, сыграть на чувствах неопытной девушки.
В эту минуту я встретил ее глаза: в них бегали слезы; рука ее, опираясь на мою, дрожала; щеки пылали; ей было жаль меня! Сострадание - чувство,которому покоряются так легко все женщины, впустило свои когти в ее неопытное сердце.
Задуманное вполне удается.
- Ты с нею танцуешь мазурку? - спросил он торжественным голосом. - Она мне призналась... - Ну, так что ж? А разве это секрет?
Именно здесь, а не в эпизоде дуэли, находится кульминация отношений Печорина и Грушницкого. Печорин полностью приводит в исполнение свой план. Грушницкому нанесен решающий удар, он узнает, что отвергнут княжной. Важно отметить, что сюжетная линия столкновения Печорина и Грушницкого полностью совпадает с сюжетом конфликта Онегина и Ленского, в том числе и композиционно, по расстановке персонажей первого и второго планов. Рассказчик "Евгения Онегина" о Ленском и Ольге:
В негодовании ревнивом
Поэт конца мазурки ждет
И в котильон ее зовет.
ХLV
Но ей нельзя. Нельзя? Но что же?
Да Ольга слово уж дала
Онегину. О боже, боже!
Что слышит он? Она могла...
Возможно ль? Чуть лишь из пеленок,
Кокетка, ветреный ребенок!
Уж хитрость ведает она,
Уж изменять научена!
Не в силах Ленский снесть удара;
Проказы женские кляня,
Выходит, требует коня
И скачет. Пистолетов пара,
Две пули - больше ничего -
Вдруг разрешат судьбу его.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
La sotto i giorni nubilosi e brevi,
Nasce una gente a cui l'morir non dole.
Petr.
I
Заметив, что Владимир скрылся,
Онегин, скукой вновь гоним,
Близ Ольги в думу погрузился,
Довольный мщением своим.
А.С. Пушкин. "Евгений Онегин".
У Грушницкого растрепанная прическа и отчаянный вид; он, кажется, в самом деле огорчен, особенно самолюбие его оскорблено; но ведь есть же люди, в которых даже отчаяние забавно!..
Печорин торжествует, он достиг всего, что намечал. Грушницкий уязвлен, его самолюбие сильно задето. Далее в романе Грушницкий неудачно интригует в ответ и гибнет на дуэли. Дуэль представляет собой развязку отношений Печорина и Грушницкого и не играет решающего значения. Грушницкий, пассивная жертва Печорина, проиграл ему задолго до нее.
Следует отметить, что интрига дуэли, построенная на подслушанных разговорах, наивный расчет заговорщиков на то, что секундант Печорина не примет участия в заряживании пистолетов, равно как и сама дуэль, проведенная с грубыми нарушениями дуэльного кодекса, снижают художественный уровень романа.
- Я вам скажу всю истину, - отвечал я княжне, - не буду оправдываться, ни объяснять своих поступков; я вас не люблю...
Печорин разрывает отношения с княжной, поскольку в них больше нет нужды.
- Хотите ли, доктор, - отвечал я ему, - чтоб я раскрыл вам мою душу?..Из жизненной бури я вынес только несколько идей - и ни одного чувства. Я давно уж живу не сердцем, а головою. Я взвешиваю, разбираю свои собственные страсти и поступки с строгим любопытством, но без участия. Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его...
Третий монолог Печорина о себе, адресованный Вернеру. Этот монолог интересен уже тем, что впервые не содержит попытки манипулирования собеседником, как два предыдущих. Однако Печорин и здесь не вполне искренен, сказанное верно лишь отчасти. Из пережитого он вынес по крайней мере одно чувство - к Вере, но не вспоминает или не говорит о нем перед дуэлью. Если же считать этот монолог абсолютно искренним, то следует признать, что отношения с Верой, в которые Вернер был посвящен, не столь важны Печорину. С Печориным можно согласиться в том, что рассудочное и эмоциональное в его поведении действительно разделено предельно четко.
И долго я лежал неподвижно и плакал горько, не стараясь удерживать слез и рыданий...Чего мне еще надобно? - ее видеть? - зачем? не все ли кончено между нами? Один горький прощальный поцелуй не обогатит моих воспоминаний, а после него нам только труднее будет расставаться.
Финал увлечения Верой. Слезы принесли эмоциональную разрядку, чувства отступили, мы снова видим рассудочного, рационального Печорина.
- Княжна, - сказал я, - вы знаете, что я над вами смеялся?.. Вы должны презирать меня.
Финал интриги с княжной Мери. Печорин расстается с княжной и говорит о той роли, которую он играл в этой истории, давая ей тем самым возможность выговориться, сказать все, что она думает о нем и облегчить свое состояние. Ничего личного здесь нет, Печорин безразличен к княжне и ему не важно, что он услышит от нее. Это поступок человека, который не хочет причинять людям лишние страдания.
III Фаталист
Поступки Печорина в повести "Фаталист" не сообщают читателю ничего нового об этом человеке. Нам уже известно, что Печорин легко идет на безрассудный риск, он точно оценивает людей и обстоятельства, он решителен и настойчив, добиваясь намеченного. Никаких философских глубин эта повесть также не содержит. Ее важнейшее значение в композиции романа заключается в том, что она позволяет читателю освободиться от наивных и простодушных оценок Максима Максимыча и совсем иначе увидеть события, описанные в повести "Бэла". "Фаталист" завершает роман, объединяя отдельные повести в целостное, законченное произведение.
Она, по обыкновению, дожидалась меня у калитки, завернувшись в шубку; луна освещала ее милые губки, посиневшие от ночного холода. Узнав меня, она улыбнулась, но мне было не до нее. "Прощай, Настя", - сказал я, проходя мимо. Она хотела что-то отвечать, но только вздохнула.
Последний штрих к теме о женщинах в жизни Печорина. Лермонтов указывает на весьма своеобразное отношение Печорина к ним. Печорин здесь не лукавит, а описывает ситуацию именно так, как ее понимает и чувствует. Он смотрит на молодую, по-видимому, красивую и привлекательную девушку, однако видит безжизненный, холодный труп с посиневшими губами. Женское тело не имеет власти над Печориным. Можно предположить, что фундаментальная проблема этого человека заключается в его неопределенной сексуальной ориентации, и именно эту "болезнь" имел в виду Лермонтов в предисловии к своему роману.
Возвратясь в крепость, я рассказал Максиму Максимычу все, что случилось со мною и чему был я свидетель...
Здесь находится ключ к повести "Бэла". Вывод, который Максим Максимыч сделал о случившемся с Вуличем, характеризует его как непроницательного, достаточно ограниченного человека, неспособного увидеть неочевидное, и указывает на то, что реальная подоплека событий в крепости, о которых он рассказал как об истории романтического увлечения молодого русского офицера Печорина черкешенкой Бэлой, была иной. Сейчас, пользуясь своими выводами о Печорине, читатель может восстановить истинную картину случившегося тогда.
Печорин увлечен Азаматом и играет им, провоцируя того на опасные поступки. Сначала, пользуясь слабостями пятнадцатилетнего мальчика и легкостью, с которой Азамат поддается на манипуляции, он подбивает его на кражу лучшего козла из отцовского стада. Затем, желая выяснить, на что еще способен Азамат, Печорин предлагает ему украсть сестру, обещая за это коня Казбича. Бэла использована Печориным в качестве средства в игре с Азаматом таким же образом, как княжна Мери использовалась им в игре с Грушницким. Получив Бэлу, Печорин манипулирует ею и Максимом Максимычем, поскольку отпустить девушку невозможно из-за весьма вероятного громкого скандала и гибели репутации. Добившись расположения Бэлы, он теряет к ней интерес и не слишком переживает о ее смерти.