Алексеев Вадим Викторович: другие произведения.

Поэтика Поступка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Эта книга является продолжением двух предыдущих – трактата о стихотворном переводе ћПоэтика выбораЋ и автобиографической повести ћДенницаЋ. Она совмещает оба жанра, так что все три названия составляют трилогию. Речь в ней пойдёт об этике, точнее – об интроспективном эксперименте в этике, аналогичном тому, на который я отважился в эстетике. Эксперимент привёл к нетривиальному результату. К моему удивлению именно ћПоэтика выбораЋ собрала наибольшую читательскую аудиторию. Благодарю моих читателей за проявленный интерес и обещаю, что продолжение начатой темы в ћПоэтике поступкаЋ не вызовет у них зевоту.

  
  ПОЭТИКА ПОСТУПКА
  
  ВВЕДЕНИЕ
  
  Людвигу Витгинштейну принадлежат слова: "Если бы кто-то смог написать книгу по этике, которая на самом деле была бы книгой по этике, эта книга, взорвавшись, разрушила бы все иные книги мира" (А.А.Ивин. Основания логики оценок. - М: МГУ - 1970. - С.29). Смею полагать, знаменитый философ надолго отбил охоту у своих западных коллег написать научный труд по этой теме. Отважиться на такую книгу в наше время после предупреждения Витгинштейна мог бы позволить себе без осуждения в самонадеянности разве что сумасшедший. Но я и есть именно такой автор: "Мы безумны Христа ради" (1 Кор: 4,10). Именно в смысле, в каком данное слово употребляет апостол Павел, я согласен приклеить на себя этот ярлык. И потом, хоть я и с уважением отношусь к позитивизму и даже сам назвал бы себя позитивистом, я не считаю себя последователем Людвига Витгинштейна, но скорее оппонентом. В одном с ним соглашусь: "Этика, если она вообще чем-то является, сверхъестественна, наши же слова выражают только факты" (там же). Да, этика сверхъестественна, но в каком смысле? И вот оказывается, и здесь я, повторюсь, согласен с философом, что без анализа такого сверхъестественного феномена как чудо говорить об этике если не бессмысленно, то малоинтересно. Чудо оказывается главным аргументом не только в теологическом, но и в сугубо философском - этическом споре. Это и понятно: если есть чудо, значит есть и Чудотворец, а если есть Чудотворец, то этика не бессодержательна. Между тем разговоры о бессодержательности этики ведутся на Западе давно, и это тема там модная по сей день. "Императивы не имеют логики" - вот лейтмотив позитивистских рассуждений. Я же попытаюсь доказать, что можно, оставаясь позитивистом по духу, быть в данной проблеме оптимистом: если есть Чудотворец, то императивы логику имеют.
  
  Всё дело в том, что после написания "Поэтики выбора" более десяти лет тому назад, я стал свидетелем и наблюдателем фактов - фактов в самом строгом позитивистском смысле! - которые дают мне основание толковать о чуде как о феномене. Факты эти имеют самое прямое отношение к этике, а потому я счёл, что созрел для написания второй части своего труда под тем же названием. Если первая часть "Поэтики выбора" писалась как докторская диссертация (увы, я так и не получил возможности представить её к защите), то вторая часть будет больше похожа на литературное произведение с захватывающим сюжетом. Со мной произошёл мировоззренческий переворот, я уверовал в Бога, стал знатоком Библии и самым серьёзнейшим образом заинтересовался этикой Ветхого и Нового завета как нормативными кодексами. Тут-то со мной и начали происходить чудеса.
  
  Написав "Поэтику выбора", я, конечно же, не мог не сделать вывода, такого естественного в моём положении: если выбор можно описать в эстетике, то это же, по идее, можно сделать и в этике. Но для успеха в данной области надо не просто размышлять и теоретизировать над её проблематикой, но погрузиться в неё как практику. Метод интроспективного эксперимента, освоенный мною в процессе решения творческих задач, пригодился бы и на новом поприще, рассуждал я сам в себе. К тому же я отдавал себе пусть смутный, но отчёт, что результатом успешного решения творческой задачи является художественное творение, которое является в известном смысле чудом. Разве не чудом назвали бы мы доказанный факт реинкарнации? А ведь стихотворный перевод, с которым я имел дело, представляет собой не иное что как реинкарнацию живого словесного организма - прошу отнестись к этой метафоре со всей серьёзностью. Но если бы реинкарнацию в первом смысле мы безоговорочно определили бы как чудо, то почему бы и во втором смысле не рассмотреть феномен по этим же углом зрения? Итак, я чувствовал, что по роду своей творческой деятельности имею дело с процессом мистическим, до конца рационально необъяснимым, хотя логика норм и оценок проливает некоторый свет на этот процесс. Но ведь нормы и оценки являются основными категория не только эстетики, но и этики. Что произойдёт, если подсмотреть за их поведением в этой новой для меня, как философа, области? Уж не чудо ли? Ведь происходит же оно в эстетике! А в этике?
  
  Эти предчувствия очень волновали меня, стали в известном смысле главной темой моих философских раздумий. Какого рода чудо следует при этом ждать? - Я себе этого толком тогда ещё не представлял. Просто была уверенность, что если применение разработанных мною принципов "реинкарнации" поэтического произведения попробовать распространить на этику, то не исключено, что произойдёт нечто из ряда вон выходящее. Прежде всего речь шла о принципе максимальности или - идеального конечного результата. Применительно к новой проблематике это означало, что я должен стать в этическом смысле гением безупречности. Сама жизнь подталкивала меня к столь рискованному шагу: мало того, что я должен стать сумасшедшим, мне ещё надлежало описать изнутри своё безумие!
  
  У каждого учёного есть методология. Метод интроспективного эксперимента, освоенный и описанный мною в предыдущем труде, я уже упомянул, оказался пригоден и для новой области исследований. Но у меня был ещё один методологический инструмент, о котором я, будучи последовательным, не могу не сказать - индийская конопля. Это вещество таинственным образом воздействует на этическую сферу нашего "я", во-первых, и располагает к интроспекции, во-вторых. Я категорически отказываюсь называть гашиш "особо опасным наркотиком" (термин нашей судмедэкспертизы) уже хотя бы потому, что коноплю употребляю более тридцати лет, за это время написал несколько книг, две диссертации, одну из которых защитил, а на вторую получил положительную рецензию авторитетного в научном сообществе философа. При этом у меня не наблюдается ни интеллектуальной деградации, ни какого-либо вреда для организма. Напротив, благодаря систематическому употреблению конопли я обрёл неплохую для моих лет физическую форму. Очень скоро я выяснил, что конопля не только не запрещена в Библии, но при внимательном чтении обнаруживается скрытая апология этого священного для древних евреев растения, иносказательно называемого в священном писании "тернием". Это открытие укрепило меня в убеждённости, что я, сделав коноплю методологическим инструментом при анализе этической проблематики, не только не совершаю никакого греха, но следую древним критериям этической безупречности.
  
  В более конкретной формулировке целью моего эксперимента было проверить на выполнимость этические нормы, изложенные Иисусом Христом, какими бы трудновыполнимыми они ни показались. Сразу оговорюсь, что на этом поприще я потерял семью, комфортабельную квартиру, престижную работу (я вот уже более десяти лет безработный), а приобрёл судимость и официальный ярлык сумасшедшего (я отсидел в дурдоме полтора года за употребление конопли). Но всё это ничто по сравнению с достигнутым научным результатом: как я и предчувствовал, принцип идеального, этически безупречного поведения привёл к фактам, которые свидетельствуют о существовании Чудотворца. Я берусь утверждать, что "Поэтику поступка" можно рассматривать как доказательство бытия Бога, причём в строго позитивистском смысле: факт, математическая интерпретация факта, его верификация. Большинство этих фактов изложено в моей предыдущей книге - автобиографической повести "Денница", опубликованной в Интернете и, как все мои предыдущие книги, почтённой гробовым молчанием критики. (Мне, воистину, отказано в открытой полемике. Меня игнорирует не только литературное сообщество, но и научное, что совсем уж некрасиво). Читателям (а я знаю, что их у меня всё больше!) следовало бы сначала познакомиться с моей автобиографией, на которую я буду неизбежно ссылаться.
  
  ЭТИЧЕСКИЙ ПАРАДОКС
  
  Этический парадокс, открытый мною в студенческой юности благодаря затяжке хорошей марихуаны, формулируется так: Все (этические и эстетические) законы имеют исключения. Исключением из данного (этического и эстетического) закона является он сам, поскольку он не имеет исключений. Позже я обнаружил, что перевыразил на философском жаргоне мысль, давно высказанную апостолом Павлом: "Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но не все назидает" (1 Кор: 10,23). Смею утверждать, что на этой мысли зиждется вся этика. В "Поэтике выбора" я описал диалектику отношения "норма - отклонение". Всё сказанное оказалось релевантным не только для эстетики, но и для этики. Существуют базовые нормы - запреты, которые предусматривают отклонения. Эти последние бывают негативными (за ними закрепляется термин нарушения) и позитивными (исключения). Казалось бы, всё просто! Но стоит только нам сделать попытку применить это правило к закону Моисееву, как сразу происходит конфуз. Вот заповедь: "И люби Господа Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими" (Втор: 6,5). Иисус Христос назвал эту заповедь первой: "Первая из всех заповедей: слушая, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею, - вот первая заповедь!" (Марк: 12, 29-31). Ну-ка, попробуем найти из неё хоть одно исключение! На лукавый вопрос лукав и ответ: а ты, читатель, когда тайком лакомился запретным плодом, разве не совершал богоненавистнического деяния? И разве внутренний голос (можешь назвать его совестью) не говорил тебе, что мастурбировать запрещено? Итак, ты нарушал данную норму. А вот я, занимаясь тем же, чем и ты, не просто предавался сладострастию, но ещё и наблюдал за собой, следствием чего стало мое маленькое антропологическое открытие, объясняющее, для чего евреи (а вслед за ними и мусульмане) практикуют обрезание. Да, я тоже совершал богоненавистническое деяние, но в моём случае оно вменилось мне не в нарушение базовой нормы, а в исключение из неё.
  
  Обратимся теперь ко второй по важности заповеди, которую выделяет Иисус Христос: "Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего как самого себя. Иной больше сих заповеди нет" (Марк: 12, 31). Но сам же Иисус делает из этой заповеди исключение: "Тех, которых Ты дал Мне, Я сохранил, и никто из них не погиб, кроме сына погибели, да сбудется Писание" (Ин: 17,12). И в другом месте: "Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним: если послушает тебя, то приобрёл ты брата твоего; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь" (Мф: 18,17). Рассмотрим теперь под этим углом зрения десять заповедей Моисеевых.
  
  "Я, Господь Бог твой, который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвёртого рода, ненавидящих Меня" (Исх: 20,2-5).
  
  Эта заповедь и по сей день вызывает ожесточённые споры внутри христианских конфессий. Наученные Лютером протестанты с презрением отзываются о православных иконах, ссылаясь именно на неё. Что же говорит нам Писание? А то, что сам Моисей по слову Бога делает из собственной заповеди исключение: "И сказал Господь Моисею: сделай себе змея и выставь его на знамя, и ужаленный, взглянув на него, останется жив. И сделал Моисей медного змея и выставил его на знамя, и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив" (Числа: 21,8-9). Евреи прекрасно отдавали себе отчёт, что змей Моисеев - это кумир и изваяние, о чём свидетельствует поступок царя Езекии, уничтожившего эту реликвию: "Он отменил высоты, разбил статуи, срубил дубраву и истребил медного змея, которого сделал Моисей, - потому что до самых тех дней сыны Израилевы кадили ему и называли его Нехуштан" (4 Цар: 18,4). Ещё одно исключение, сделанное из базовой нормы - херувимы во Святое-святых: "Ибо херувимы простирали крылья свои над местом ковчега, и покрывали херувимы сверху ковчег и шесты его" (3 Цар: 8,7). Вот третий пример: "И сделал царь большой престол из слоновой кости и обложил его чистым золотом; верх сзади у престола был круглый, и были с обеих сторон у места сидения локотники, и два льва стояло у локотников, и ещё двенадцать львов стояли на шести ступенях по обе стороны" (3 Царств: 10, 18-20). В полном соответствии с предложенной мною концепцией мы имеем дело с нормативным прецедентом, ставшим прецедентной нормой, и православный иконописный канон опирается на эту норму. Просто у протестантов не хватает логической интуиции, чтобы это уразуметь. Надо же против чего-то протестовать!
  
  "Не произноси имени Господа Бога твоего напрасно; ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит Его имя напрасно" (Исх: 20,7).
  
  Трактовка этой заповеди оказывается жгуче актуальной в наши дни и вот почему. Английское слово God - Бог, есть имя. Вопрос: является ли надпись на долларах: "In God we trast" - "Мы верим в Бога" нарушением заповеди Моисея или она - исключение из неё? Жизнь покажет... Мне, тем не менее, представляется, что данная надпись является протестантской ревизией слов Иисуса Христа: "Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу" (Мф: 22,21). Сопоставим теперь с этой надписью существующий в русском языке фразеологизм "не дай Бог". Кто его не произносил? И всякий раз тоже, надо полагать, напрасно. Но в данном случае отклонение от базовой нормы не преследует никакой корысти, как в случае с надписью на долларе. Не думаю, чтобы Бог наказал за этот фразеологизм русский народ. Иначе и слово "спасибо", которое произошло от пожелания "Спаси Бог!" пришлось исключить из русского языка. Как говорится, не дай Бог!
  
  "Помни день субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай, и делай всякие дела твои; а день седьмый - суббота Господу Богу твоему: не делай в оный день никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих. Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них; а день седьмый почил. Посему благословил Господь день субботний и освятил его" (Исход: 20,9-11).
  
  Эту мудрую заповедь ни в коем случае не отменил Иисус Христос, но лишь настаивал на исключениях из неё. Когда Его упрекнули за то, что ученики Его в день субботний срывали колосья и ели, то, в нашей терминологии, Он сослался на нормативный прецедент: "Или не читали ли вы в законе, что в субботы священники в храме нарушают субботу, однако невиновны?" (Мф: 12,5). Иисус ссылается на книгу Левит в соответствие с которой священники должны варить мясо и поедать великую святыню семь дней в неделю, включая субботу (Лев: 8 39-36). И вообще: "Сын Человеческий есть господин и субботы" (Мф: 12,8). Христос, однако, нигде не отменяет дня субботнего, он лишь настаивает, что "можно делать в субботу добро" (Мф: 12,12). Ценность нормы Моисея о дне субботнем в том, что она превращает еврея в интеллектуального трудоголика, если только суббота действительно соблюдается. Как хочется сделать то, чего нельзя! А думать - это труд? Ещё бы! Правоверный иудей должен бы отказаться и от интеллектуальной деятельности в день субботний. Конфликт между "нельзя" и "очень хочется" оказывается в данном случае весьма полезным. Не случайно еврейский народ - самый образованный на планете. Я, однако, и сам не был воспитан в иудействе и бессовестно нарушаю день субботний, беря тем самым этот грех на себя, чем и оправдывается нарушение мною базовой нормы. Не думаю, чтобы за это Бог меня наказал, но признаю, что вслед за евреями и всему человечеству следует с уважением относиться к данной заповеди Моисея - соблюдать её.
  
  "Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой дает тебе" (Исход: 20,12).
  
  Исключение из этой заповеди делает Иисус Христос: "Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему: вот, Матерь и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Он же сказал в ответ говорящему: кто Матерь Моя и кто братья Мои? И указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот Матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат и сестра и матерь" (Мф: 12, 46-50). "Ибо и братья Его не веровали в Него", - читаем мы у Иоанна (Ин: 7,5). Итак, если мать или отец поступают против воли Бога, суровое отношение к ним оправдано. Это - исключение из базовой нормы, а не нарушение её.
  
  "Не убивай" (Исход: 20,13).
  
  Как же "не убивай", когда на войне евреи, предавая заклятию побеждённого врага, уничтожали "всё дышущее" (И.Нав:10,28)! Ясно, что норма распространяется только на своих, да и то закон Моисеев разрешает мстителю за кровь убить убийцу: "Мститель за кровь сам может умертвить убийцу" (Числа: 35,19).
  
  "Не прелюбодействуй" (Исход: 20,14).
  
  Библия описывает три случая, когда прелюбодеяние оказывалось оправданным. В 38 главе книги Бытия рассказывается о том, как невестка Иуды Фамарь, которой очень хотелось иметь детей, узнав, что свёкр не пожелал отдать её как вдову подросшему сыну Шеле, переоделась блудницей и совратила Иуду: "Прошло около трех месяцев, и сказали Иуде, говоря: Фамарь, невестка твоя, впала в блуд, и вот, она беременна от блуда. Иуда сказал: выведете ее и пусть она будет сожжена. Но когда повели ее, она послала сказать свекру своему: я беременна от того, чьи это вещи. И сказала: чья эта печать, и перевязь и трость. Иуда узнал и сказал: она правее меня, потому что я не дал ее Шеле, сыну моему" (Быт: 38, 24-26). Итак, благодаря блуду Иуды от Фамари родились близнецы Фарес и Зара. При этом Фарес стал предком Иисуса Христа! (Мф: 1,3). Вот вам и оправдание прелюбодейства! Второй случай - рождение Иеффая, героя древнего Израиля: "Иеффай Галаадитянин был человек храбрый. Он был сын блудницы; от Галаада родился Иеффай" (Суд: 11,1) Наконец, третий случай - блудная страть царя Давида к Вирсавии, жене храброго воина Урии Хеттеянина, которого Давид послал на верную смерть, чтобы взять Вирсавию в жёны (2 Цар: 11). Царя сурово обличил за этот не украшающий житие Давида поступок пророк Нафан и Давид признал свою вину. Но Бог не оставил нарушение нормы без наказания: ребёнок, зачатый Вирсавией от царя, умер. Впрочем, от Вирсавии родился затем царь Соломон.
  
  "Не кради" (Исход: 20,15).
  
  Исключение из этой нормы описано в самой же книге Исход: "И сделали сыны Израилевы по слову Моисея и просили у Египтян вещей серебряных и вещей золотых и одежд. Господь же дал милость народу Своему в глазах Египтян; и они давали ему все и обобрал он египтян" (Исх: 12,35-36). Между прочим, Иисус Христос вшёл в Иерусалим на ворованном осле: "Они пошли, нашли молодого осла, привязанного у ворот на улице, и отвязали его. И некоторые из стоящих там говорили ему: что делаете? Зачем отвязывайте осленка? Они отвечали им, как повелел Иисус; и те отпустили их" (Мрк: 11,4-6). Хотелось бы мне видеть, как в наши дни кто-нибудь повторил этот "подвиг", угоняя чужой автомобиль, когда ему сказали бы: "Что ты делаешь?" - ответил бы: "Твой автомобиль нужен Господу"! В Библии нигде не сказано, что частная собственность "священна и неприкосновенна" - это норма римского права, а не Библии. Напротив, Иисус не осуждает, чтобы не сказать, поощряет деяние, которое мы сегодня назвали бы экспроприацией: "Или, как может кто войти в дом сильного и расхитить вещи его, если прежде не свяжет сильного? И тогда расхитит вещи его" (Мф: 12,29). В Апокалипсисе Иисус Христос прямо предупреждает: "Се, гряду как тать" (Откр: 16,15). Есть святой блуд, есть и святое воровство!
  
  "Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего" (Исх: 20,16).
  
  Исключением из этой нормы является "лжесвидетельство" Иисуса Христа на Иуду Искариотского: "Сказав это, Иисус возмутился духом, и засвидетельствовал, и сказал: истинно, истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня. Тогда ученики озирались друг на друга, недоумевая, о ком Он говорит. Один из учеников Его, которого любил Иисус, возлежал у груди Иисуса. Ему Симон Петр сделал знак, чтобы спросил, кто это, о котором говорит. Он, припав к груди Иисуса, сказал ему: Господи! Кто это? Иисус отвечал: тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам. И, обмакнув кусок, подал Иуде Симонову Искариоту" (Ин: 13, 21-26). Вот так, христиане.
  
  "Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего" (Исх: 20,17).
  
  О проступке Давида, нарушающего эту заповедь, наказанного, но и оправданного Богом (иначе не родился бы Соломон!) я уже сказал. Но вот в книге Деяний описан случай, когда апостол Пётр так сурово "поговорил" с некоторым Ананиею, который, продав имение, часть пожертвовал церкви, а часть утаил, так что тот от страха умер, а вслед за ним и жена его (Дея: 5,1-11). Кто бы стал осуждать Апостола? Он ведь пожелал деньги ближнего своего для нужд Церкви, а не для своих личных...
  
  Итак, я мог бы, заповедь за заповедью прокомментировать всю Библию, и на каждую из них найти исключение если не в самой этой книге, то в жизни, которая оказывается сложней запрещающего закона. Не удержусь только против ещё одного самовозражения. Есть ли исключение из следующей заповеди Иисуса Христа: "А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили во глубине морской (Мф: 18,6)? В Библии ответа не найти. И тем не менее исключение есть. Человек, совративший меня в юности в гомосексуализм, сделал это так, чтобы кроме омерзения я не испытал к этому пороку никаких других чувств (надо ли добавлять, что по национальности он был евреем?). Мне, если на то пошло, в юности сделали прививку от гомосексуализма. Я не распространяю на своего совратителя эту заповедь Христа.
  
  Библия - книга отнюдь не самопротиворечивая, как это может показаться на первый взгляд. Напротив, она логична в самом строгом смысле этого слова. В отличие от современных юристов древние знали прецедентное право. Судить можно по закону, а можно и по совести... Иудео-христианская этика есть поэтому этика высшей духовной свободы. Не той, которая, перерядившись в Ангела света, держит мраморный факел в Нью-Йорке, а той, о которой Иисус Христос сказал: "Познайте истину, и истина сделает вас свободными" (Ин: 8,32).
  
  НОРМЫ-ИДЕАЛЫ
  
  Нормами-идеалами я называю такие заповеди Нового завета, которые в силу своей трудновыполнимости (иной бы сказал - оторванности от жизни) большей частью игнорируются человечеством. Это сверх-требования, кажущиеся бременами, носить которые по причине их тяжести невозможно никому. И тем не менее эти заповеди зачем-то провозглашены Иисусом Христом - единственным их исполнителем. Я долго пытался найти им философское объяснение, но в конце концов пришёл к выводу, что понять их можно только тогда, когда взвалишь на себя эти бремена неудобоносимые и начнёшь искренне исполнять. Итак - исключительно в виде эксперимента! - я решился принести себя в жертву сиим деонтическим драконам, рассказ о чём будет небезынтересен читателю. Вот "невыполнимая" заповедь Иисуса Христа:
  
  "Вы слышали, что сказано древним: "не прелюбодействуй". А я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем" (Мф: 5,27-28).
  
  Чтобы не смотреть на женщину с вожделением, оказывается, для начала нужно просто отвести взгляд от её красивого тыла или фаса, главное, чтобы от этой маленькой победы над собой вы испытывали чувство глубокого удовлетворения. Как только я научился это делать, то поймал себя на мысли, что, в общем-то, и взгляда можно не отводить, если нет вожделения. Я быстро обратил внимание, что все красивые девушки так привыкли к тому, что мужчины пожирают их глазами, что они невольно выделяют из них тех, кто этого не делает. Весьма быстро научился я бороться и с эротическими фантазиями. Их, оказывается, можно избегать, пресекая короткой молитвой (для меня это махамантара: "Харе, Кришна, Харе, Кришна, Кришна, Кришна, харе харе! Харе, Рама, харе, Рама, Рама, Рама, харе харе!"). Другой способ одолеть бунтующую плоть - причинить себе небольшую контролируемую боль, например, сесть, скрестив ноги. Вскоре благодаря этому упражнению я научился сидеть по-индийски, что оказалось во всех отношениях очень удобно. Когда ко мне приходит молодёжь, я усаживаю их на тахту, а сам сажусь на ковёр, хотя гожусь им в отцы. Самые честолюбивые начали мне подражать - лиха беда начало! Вы скажете - невелик трофей за столь ожесточённое сражение. На что я отвечу: да это даже и не трофей по сравнению с захваченной добычей, о которой я еще не рассказал. Оказывается, эротические фантазии подобно сорнякам и паразитам пожирают уйму нашего внутреннего времени! Если изгнать их из мыслей, то мозг невольно начинает искать, чем себя занять, ибо он устроен так, что не может бездействовать. Вот тогда-то в человеке и открываются подавлявшиеся латентные способности ("духовные дары" в терминологии апостола Павла - 1 Кор: 12, 4-28). В моём случае духовным даром стало такое знание русского языка со стороны его рифмического репертуара, какое до меня было разве что у моего учителя Арсения Александровича Тарковского. Я начал писать сложнейшие стихи с лёгкостью, с какой Бах и Моцарт писали музыку. Мой поэтический дар расцвёл. Если бы мне в юности сказали: ты станешь великом поэтом, если согласишься искренне исполнять рассматриваемую заповедь Иисуса Христа, я бы, не раздумывая, согласился на это условие.
  
  "Вы слышали, что сказано: "око за око и зуб за зуб". А я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку, обрати к нему и другую" (Мф: 5, 38-39).
  
  Когда я попал в сумасшедший дом, меня неоднократно били по лицу, но я научился сдерживаться и даже подставлять другую щёку. И знаете, действует даже на психов! Я при этом наблюдал за собой и выяснил, что волну гнева можно сдержать (хотя это гораздо труднее, чем сдерживание эротической фантазии) натренированным волевым усилием. Как правило, это охлаждающе действует на агрессора, так что норма Иисуса Христа имеет полезнейшее практическое значение. Но что делать, если после удара по правой щеке вас бьют ещё и по левой? Снова подставлять правую? Я лично считаю, что в этом случае можно и нужно давать отпор уже по закону Моисееву, раз ваш обидчик не понимает христианской этики. Здесь вступает в законную силу другая заповедь Иисуса: "Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним: если послушает тебя, то приобрёл ты брата твоего; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь" (Мф: 18,17). Итак, норма, вводимая Христом, не отменяет, а дополняет заповедь Моисея. Не должно сразу отвечать агрессией на агрессию.
  
  "И кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду" (Мф: 5,41).
  
  Когда я ухаживал за больной матерью, со мной развелась жена. Я оставил ей квартиру и всё что в ней находилось, а увёз только книги и личные вещи. Зато у меня теперь чистая совесть и честный взгляд. Мне не стыдно будет смотреть в глаза моим детям, если я их когда-нибудь ещё увижу. В другой раз меня обманул мой компаньон и мне пришлось расплачиваться с ним, жертвуя комфортабельной квартирой. В этом случае я уже намеренно поступил по заповеди Иисуса, желая пронаблюдать, к чему это приведёт? Привело это к тому, что меня окончательно стали считать психом. Не всем же объяснишь, что я экспериментирую с этикой. Но без воздаяния я не остался. Бог компенсировал мне мою утрату, но, так сказать, асимметрично. Для того, чтобы решиться на исполнение данной заповеди, так, как это сделал я, нужна отвага. А отважному воздаётся по отваге его. Я восполнил свою утрату такими обретениями, каждое из которых уже могло бы на века обессмертить моё имя как поэта. Например, для того, чтобы перевести "Сплин" Бодлера так, как это сделал я - а в результате получилось чудо! - нужно было иметь смелость, которая у дрессировщиков диких зверей называется профессиональным термином "кураж". Поэма переведена сквозной рифмой, тогда как в оригинале каждая строфа имеет отдельную рифмовку. И это при поразительной верности перевода оригиналу! Ничего подобного в истории литературы ещё не происходило. Версификационная задача, которую мне удалось решить, по сложности сопоставима, наверное, разве что с доказательством теоремы Ферма. При этом, прошу заметить, "Сплин" не единственное такое стихотворение, которое мне удалось перевести с обогащением художественной формы (о чём я расскажу в последних главах этой книги). Во всех случаях я оказался больше Бодлером, чем сам Бодлер! Возникает подозрение: а не является ли Шарль Бодлер... Вадимом Алексеевым? Я безо всякой иронии предлагаю рассматривать эти феномены как доказательство реинкарнации. Итак, только псих мог решиться на исполнение данной заповеди. Но только безумцу могла бы прийти в голову идея "гиперперевода" поэзии. Это как раз тот случай, когда сумасшествие граничит с гениальностью. Исследуя себя, я прихожу к такому объяснение: смело пойдя на исполнение нормы-идеала, я был убеждён, что Бог, в которого я всею душою уверовал, не оставит без воздаяния мой научный подвиг. Так и произошло.
  
  "Просящему у тебя дай и от хотящего занять у тебя не отвращайся" (Мф: 5,42).
  
  Какое-то время я месяц работал журналистом в телекомпании "Черноморская". Моим первым сюжетом был репортаж о нищих, которые после свержения социалистического строя расплодились на улицах больших городов. Я тогда привёл слова этой заповеди: "Просящему у тебя дай", и вот, сам стал нищим... Мне зато не стыдно теперь проходить мимо просящих милостыню стариков, ничего им не подавая - я сам живу на подаяние от подаяния. Нищие бродячие музыканты, которым я, не беря с них денег, даю приют в своей квартирке, и стали моими кормильцами. Я знаю, что Лютер учил немцев не подавать нищим - лучше-де дать бедняку какую-никакую работу, чем милостыню. Ох и лукав основатель протестантизма! Если нищим ты стал потому, что ты - в лучшем смысле слова! -диссидент, то тебя ведь за донкихотство могут лишить даже самой низкооплачиваемой работы, так что, живя в протестантской стране, семь раз подумаешь, прежде чем решишься на свой благородный протест. А вот в России и в других православных странах, где к нищим иное отношение, тебе подадут милостыню и ты не умрёшь с голоду, даже если будешь еретиком и диссидентом. В пример могу привести житие Григория Сковороды, да и моё собственное. Вот это я называю истинной духовной свободой! Не в развитом парламентаризме она, господа, а в обычаях народа.
  
  "Вы слышали, что сказано: "люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего". А я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас" (Мф: 5, 43-44).
  
  Я понимаю эту заповедь так: любовь очень часто соседствует как эмоция с ненавистью, в особенности между бывшими супругами или друзьями. Это хорошо выразил римский поэт Гай Валерий Катулл в его знаменитой формуле nolli et amo - "ненавижу и люблю". Если ближний твой ведёт себя как язычник, то твоя ненависть к нему называется уже иначе - ревность о Господе, так что её не следует ни стесняться ни подавлять. Главное, чтобы она не вытеснила человеколюбивые чувства. Но часто случается так, что враг твой тебе незнаком, любить его, хотя бы как бывшего друга, не за что. Например, такой личностью является для меня президент США, насильно насаждающий по всему миру пресловутую "свободу" по-американски - демократию, включающую свободу растлевать детей, содомию, порнографию и прочие мерзости. Любить ли мне его, благотворить ли ему, молиться за него? "Есть Ищущий и Судящий", - сказал о Сатане Иисус (Ин: 8,50). И в другом месте: "Ибо Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну" (Ин: 5,22). Шива - это всё-таки Бог-Каратель. Если бы я и стал молиться за своего врага, то во всяком случае не вслух, но про себя, так чтобы слышал только Бог. Иногда и это со мною случается.
  
  "Он же сказал им: не все вмещают слово сие, но кому дано, ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит" (Мф: 19,11-12).
  
  Как-то само собой получилось, что я отказался от половой жизни. Я не давал никаких обетов или торжественных обещаний. Просто вот уже второе десятилетие живу бобылём. Если бы нашлась женщина, которая, полюбив меня, согласилась родить от меня ребёнка, я бы прервал ради неё свой вынужденный целибат. Но к счастью ли, к сожалению такой женщины так и не нашлось и, наверное, уже не найдётся. Я далеко не молод, нищ, да и возрастная подагра даёт о себе знать. Я готов к тому, что умру в одиночестве, так и оставшись "скопцом". Тем не менее Бог не оставил без вознаграждения и этот подвиг. В автобиографии я уже писал, что альтернативой оргазму для меня стала конопля. Я убеждён, что это о ней сказано в Апокалипсисе: "Среди улицы его, по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева - для исцеления народов" (Откр: 21,2). Как матёрый дербанщик, могу засвидетельствовать, что в южных странах конопля действительно растёт весь год: со старых растений уже осыпаются семена, некоторые из которых в бабье лето прорастают, и если бы у нас было тепло, как в Индии, конопля плодоносила бы круглый год. Но к сожалению украинская Фемида лишила меня моего единственного утешения, а покупать хорошую марихуану мне не на что. Бог уже вознаградил меня: благодаря конопле я стал автором многих выдающихся стихотворений, как своих собственных, так и переводных. Знаю, что меня ждёт посмертная слава, а о прижизненной я научился не мечтать так же, как не мечтаю о женщине. Я бы с радостью как можно быстрее оставил это тело. Страх смерти атрофировался, а жизнь, лишённая радостей, теряет всякую ценность. Но желанная больше жизни смерть - это тоже дар Бога. Как завидует мне, наверное, богач, у которого всё есть и которому жалко расставаться с этой жизнью, да и страшно умереть. Что ж, каждому своё. На чём основывается моё бесстрашие к смерти? Если коротко - на вере в пророчество апостола Павла: "Последний же враг истребится - смерть" (1 Кор: 15, 26). Я подтверждаю истинность этих слов. Если Бог есть, а я в этом теперь нимало не сомневаюсь, то есть и посмертное воздаяние. Я убеждён, что после моей земной жизни попаду в рай. Рай для меня - это вечная память Бога, в которой я обрету вечное тело и вечную жизнь. Ведь если любой человек способен сохранять в своей памяти образы близких людей (а в некоторых случаях даже воспроизводить их по памяти в виде портрета, например), то что нам мешает предположить такую же способность у Творца вселенной, по образу и подобию Которого мы сотворены? Я думаю, что с таким пониманием согласится любой здравомыслящий человек. Соответственно ад - это богооставленность. Богу незачем наделять вечным "информационным" телом в Своей памяти того, кто не выдержал испытания в этой жизни. Такой человек не зря боится смерти - с ним после неё произойдёт именно то, чего он ужасается: вечное забвение.
  
  "Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, а тело - одежды? Взгляните на птиц небесных: они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: не трудятся, ни прядут, но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры! Итак, не заботьтесь и не говорите: "что нам есть?" или: "что пить?" или "Во что одеться?". Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде всего Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы" (Мф: 6, 25-34).
  
  Перед нами - одна из самых трудных для исполнения заповедей Иисуса Христа. Но я вынужден был её исполнять поневоле. При переезде с квартиры на квартиру у меня выкрали все документы, включая паспорт, без которого невозможно устроиться на работу. В милиции, куда я тотчас обратился, меня послали куда подальше в самой грубой форме. Я понял, что кража документов - дело рук карательных органов Украины, и смирился с необходимостью не заботиться о завтрашнем дне. Исполняющий эту заповедь на себе узнает, что такое голод. Однажды я девять дней вообще ничего не ел - нечего было, и друзья не помогали. В другой раз я проголодал 28 дней - четыре недели. Я решил испытать, смогу ли я умереть от голода в случае необходимости. На седьмой день голодовки муки притупляются, наступает апатия. Имея сильную волю, можно уйти из жизни таким способом. Вскоре я понял, что голодом меня истязали для того, чтобы вернее склонить в гомосексуализм. Ясно мне стало и то, откуда исходили инструкции. То, что произошло в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года - ответная акция наблюдавших за моим одиноким поединком с Содомом. Кто совершил акт возмездия, я не знаю, но преклоняюсь перед мужеством людей, пожертвовавших ради меня жизнями. Американцы, повсюду насаждающие содомию, явно переусердствовали в моём случае, и получили по заслугам. Жертвами теракта стали одни богачи. Мне их не жаль. Все они всё равно попали в ад. Исполняющий эту заповедь рано или поздно начнёт задумываться о самоубийстве. Между прочим, в Библии оно нигде не осуждается. Напротив, в ней есть примеры, когда самоубийство вменяется в воинскую доблесть. Такой была смерть царя Саула (1 Цар: 31,4-6), смерть Иерусалимского старейшины Разиса (2 Мак: 14, 34-46), наконец, самоубийство Иуды Искариотского, посмертно оболганного Иоанном и Петром. Я поэтому оставляю за собой право уйти из жизни, убив себя, если она станет невыносимой. Ненависть церкви к самоубийцам, особенно после оправдания Иуды Искариотского, считаю анахронизмом. Я - сторонник эвтаназии. Бесчеловечно обрекать больного человека на мучительную агонию, если у него нет денег на лечение, да он и сам хочет умереть поскорее. Но к самоубийству может подтолкнуть и больная совесть. Именно так уходит из жизни главный герой романа Достоевского "Бесы" Ставрогин. Что ж, мужественный шаг. Я бы вменил его Ставрогину в покаяние. Именно так уходит из жизни плохой поэт, но совестливый человек Владимир Маяковский. Отношение мое к нему такое же, как к Ставрогину. Уйти из жизни не грех, если тебя склоняют к самоубийству карательные органы государства. Это в сущности завуалированное под суицид убийство. Самоубийство самоубийству рознь. Конечно, норма-идеал "не заботься о завтрашнем дне" сказана не для всех людей, а только для учеников Иисуса Христа и тех его последователей, которые добровольно покинули мир ради духовного самосовершенствования. К сожалению, современное общество нередко запирает таких людей в психбольницу, даже если ведут они себя тише воды, ниже травы. Угроза изоляции такого человека в сумасшедшем доме - тоже законное основание для добровольного ухода из жизни. Быть искренним последователем Иисуса Христа всегда было смертельно опасным делом, но в наши дни это сравнимо с хождением по краю пропасти. Я, тем не менее, исполняю эту труднейшую заповедь и не боюсь завтрашнего дня, как боялся в начале пути. Знаю, что последователей моего учения с каждым днём становится всё больше. Надеюсь, они не дадут мне умереть от голода. Вместе с тем исполнение данной заповеди полезно уже потому, что, как и в случае отказа от эротических фрустраций, освобождает в мозгу уйму свободного времени, которое в обычной жизни мы тратим совершенно бездарно. Две проблемы: как удовлетворить свою прихоть и похоть и как заработать побольше денег (для удовлетворения прихотей и похотей) являются главными пожирателями интеллектуальной энергии человека. Отказ от того и от другого приводит к расцвету ранее подавлявшихся талантов. Общество, между прочим, весьма нуждалось бы в таких талантливых чудаках. Я, например, согласился бы жить на скромное пособие по безработице, если уж для меня нет работы по специальности, лишь бы мне не мешали заниматься тем, что является смыслом моей жизни. Но моё учение ненавистно правящему классу. Им доставляет злорадное удовольствие наблюдать за мучениями религиозного диссидента, отвергшего маммонизм. Эти люди вообще не способны радоваться естественными радостями, ибо пресыщены. Злую радость им доставляет только причинение страданий другим людям, а такие как я для них - самые лакомые жертвы.
  
  ИДЕАЛЬНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ
  
  Принцип идеального конечного результата, описанный мною в "Поэтике выбора", называемый также принципом максимальности, применительно к этике означал исполнение перечисленных выше норм-идеалов. Это, по моей гипотезе, должно было привести к нетривиальному результату. Каким будет этот результат, я лишь смутно догадывался, что, между прочим, отражено в моём стихотворении "Летело время, был покой...", да и в сонете "Прозрение". Я, таким образом, целеустремлённо шёл к этому результату задолго до того, как принял сознательное решение осуществить свой этический эксперимент. Здесь нелишне рассказать о двух случаях. Мне несколько раз дали попробовать препарат, называемый по-английски "экстези" - экстаз. Это вещество кроме всего прочего предрасполагает к абсолютной откровенности, не зря его называют энтактогеном. Не удивлюсь, если узнаю, что его применяют в криминальной практике для развязывания языка преступнику. Однажды, приняв препарат, я был спрошен, о чём задумался. - "Я хочу принять на себя пророческое достоинство", - был ответ. В другой раз под воздействием этого же вещества я рассказал своему собеседнику о своём открытии в эстетике. "Чего же ты хочешь?" - Спросил он у меня. - "Я хочу распространить эти принципы на этику". Пророчество Достоевского - "Красота спасёт мир", - стало моей путеводной звездой. В моём распоряжении был метод, опробованный в поэзии. Если не я, то кто?
  
  Моя метасхематизация произошла быстро и решительно. Я действовал так, как если бы заранее знал, что нужно делать для достижения некоей, ещё не ясной для меня цели. Нетривиальным результатом, на который я рассчитывал, оказалось ни много ни мало - доказательство бытия Бога. По большому счёту доказать бытие Бога можно только через чудо. Чудо, как главный аргумент в богословско-философском споре, и стало основой моего доказательства. Впрочем, правильнее было бы говорить о целом каскаде чудесных событий, участником которых я стал. И, что особенно важно, все эти события являются, употребим здесь позитивистский термин, фактами, от которых никуда не денешься. Эти факты подлежат верификации и математической интерпретации. Как это? - недоумевающе спросит скептик. Постараюсь объяснить.
  
  Легко ли, трудно, но при желании можно просчитать, сколько в ХХ столетии было мужчин, носящих имя "Вадим". Это уже число, позволяющее исчислить вероятность того, что один из этих Вадимов без чьей-либо посторонней помощи и подсказки докопается до значения своего имени - "Диавол" и "Сатана"! Вероятность того, что этот "счастливчик" не сойдёт с ума, став великим злодеем во исполнение содержащегося в его имени тайного предзнаменования, но, открыв Библию, обнаружит апологию Сатаны, уже неисчислима по причине крайне малого шанса, что именно так всё и произойдёт. Исполнение этого шанса граничит с чудом, хотя оно и не исключалось из сферы теоретически возможного. Чудо есть почти ноль вероятности, что событие произойдёт, но оно тем не менее происходит. Кроме исполнения пророчеств Иисуса Христа о Сатане (которые ещё нужно было самому обнаружить, открыв Евангелие на древне-греческом!) на мне также исполняются пророчества Апокалипсиса о белом камне, белых одеждах, белом коне, сокровенной манне, утренней звезде, наконец, остром с обеих сторон (с французской и русской!) Мече, исходящем из моих уст в самом прямом смысле! Добавьте к этому пророчество Шарля Бодлера о светозарной "короне" на моём челе. Вероятность того, что всё это сбудется, была настолько ничтожна, что я бы смело сравнил её с величиной, выражающей вероятность "самовозникновения" жизни на Земле. Одним словом, без вмешательства Чудотворца здесь не обошлось.
  
  Но мой эксперимент на этом не завершился. В один прекрасный день этот Чудотворец является мне под новым именем (Откр: 3,12) Арсений Александрович Тарковский и адресует мне завещание-криптограмму, расшифровка которого мною без чьей-либо подсказки, опять-таки, была настолько маловероятной, что для её числового выражения нужно разработать новое направление в математике - теорию невероятностей. Тем не менее это событие предсказано в Апокалипсисе: "И видел я в деснице у Сидящего на престоле книгу, написанную внутри и отвне, запечатанную семью печатями" (Откр: 5,1). Открытие метода чтения этой книги является исполнением ещё одного пророчества: "Так говорит Святый и Истинный, имеющий ключ Давидов, Который отворяет - и никто не затворит, затворяет - и никто не отворит" (Откр: 3,7). К этому следует добавить, что литературное завещание Тарковского представляет собой либо приговор: "Вадим! Ты - раб-скороход Автопед", - либо оправдание: "Побеждающий наследует все, и буду ему Богом, и он будем Мне Сыном" (Откр: 21,7). И вот это сказанное надвое определение, вопреки бессчётным попыткам вовлечь меня в порок, сбывается во втором смысле! Если кто-то посмеет мне возразить: "А где же знамение Сына Человеческого?" - "Тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою" (Мф: 24,30) - я отвечу так: а красное знамя над Кремлём - это что по-вашему? Впрочем, ничего удивительного: "И сбывается над ними пророчество Исаии, которое говорит: "слухом услышите, и не уразумеете; и глазами смотреть будете, и не увидите" (Мф: 13,14).
  
  Итак, применение принципа максимальности, разработанного для стихотворного перевода, в этике привело к идеальному конечному результату - доказательству бытия Бога через чудо.
  
  ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ЧУДА
  
  Сравнение Мессии с краеугольным камнем, который отвергли строители, но который стал во главу угла (Ис: 17,22), так что кто упадёт на этот камень, разобьётся, а на кого он упадёт, того раздавит (Мф: 21,44), ибо он сделался камнем преткновения и скалою соблазна (Ис: 8,14) предполагает конфликт веры и неверия. Несмотря на многочисленные чудеса, совершённые Иисусом Христом, даже его ученики то и дело заслуживали упрёка в маловерии, а то и в неверии. Евангельское чудо вообще чрезвычайно соблазнительно. Читатель Евангелия вынужден постоянно отгонять от себя мысль: не фальсификация ли это? Вот, Мессия исцеляет слепорождённого. Тут же возникает подозрение: а не претворялся ли этот хитрый еврей, чтобы вернее получить подаяние? Вот, Он ходит по воде. А не по мелководью ли? Вот, Он воскрешает Лазаря, четырёхдневного мертвеца. А не было ли у Лазаря брата-близнеца, разлучённого с ним при рождении? И так далее. От взрослого человека требуется детская вера в сказку. Впрочем, Христос предупреждает: "Кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него" (Лк: 18,17). Получается, что евангельское чудо требует в себя веры, а не порождает её. Оно зиждется на авторитете очевидцев и не подлежит верификации. В него предлагается верить без предъявления доказательств: "И блажен, кто не усомнится во Мне" (Мф: 11,6). Как же так? Почему Иисус не сотворил такого чуда, которое вместо того, чтобы требовать веры, порождало и умножало бы её? Ведь Богу возможно всё - неужели Он отказал Своему Сыну в побеждающем неверие и сомнение чудотворстве?
  
  Как это ни странно, но подозрение в сфальсифицированности евангельских чудес укрепляет веру в историчности Иисуса Христа, следствием чего является явно никем не высказываемое, но втайне многими предполагаемое убеждение, что Иисус был обычным человеком, а сотворённые им чудеса - искусно разыгранный спектакль, предпринятый с благой целью - чего не сделаешь ради укрепления веры в народе! Типичным представителем такого вида воззрений был Жозеф Ренан, который в "Истории происхождения христианства" осмыслил евангельские легенды, исключив из них всё сверхъестественное. От веры в Христа как в Богочеловека ничего не остаётся... Следует со всей откровенностью признать, что если Иисус Христос был исторической личностью, то сотворённые им чудеса, по определению апостола Павла, являются... ложными. Выражения "чудеса ложные" встречается во 2-м послании к Фессалоникийцам (2 Фес: 2,9), но Павел не даёт определения истинного чуда и его отличия от ложного. В этом нам следует разобраться самим. Истинным я называю такое чудо, которое реализует возможное в действительности, но крайне маловероятное событие. Например, Давид на глазах у десятков тысяч свидетелей одним броском из пращи поражает в лоб великана Голиафа (1 Цар: 17,49). Другой пример: Иисус, произнося проповедь в Иерусалимском храме, восклицает: "Отче! Прославь имя Твое! Тогда пришел с неба глас: и прославил, и еще прославлю" (Ин: 12,28). Гром, раздавшийся после восклицания Иисуса, был воспринят как чудесное событие - знамение. Вот другое подобное чудо: "И когда вошёл Он в лодку, за Ним последовали ученики Его. И вот, сделалось великое волнение на море, так что лодка покрывалась волнами; а Он спал. Тогда ученики Его, подойдя к Нему, разбудили Его и сказали: Господи! Спаси нас, погибаем. И говорит им: что вы так боязливы, маловерные? Потом, встав, запретил ветрам и морю, и сделалась великая тишина" (Мф: 8,23-25). Если бы все чудеса, сотворённые Иисусом Христом, были такого рода, никакого соблазна в христианстве не было бы. Вера в Христа Мессию не подвергалась бы сомнению, хотя и зиждилась лишь на авторитете свидетелей, на укрепление которого работали бы время от времени происходящие события, которые в моей классификации можно назвать истинно чудесными. И если бы Иисус Христос действительно был исторической личностью, Он, несомненно, сотворил бы именно такие чудеса! Но наряду с истинными Христос зачем-то творит и такие чудеса, которые следовало бы расценить как ложные. К чему эта избыточность? Переспрошу на языке логики: зачем Иисус Христос нарушает правило Оккама: "сущности не следует умножать сверх необходимости"? Ведь если бы Он творил одни только истинные чудеса, веры в Него было бы не меньше, а больше!
  
  Я нахожу на эти вопросы единственное объяснение: древние авторы Евангелия были честными людьми и не хотели фальсифицировать историю, хотя могли бы написать сказку о Мессии, творившем только истинные чудеса. Но если бы они это сделали, Христос никогда не пришёл бы... Вот почему главный герой Евангелий наряду с несомненно истинными творит чудеса сказочные (чтобы не называть их ложными). И тогда вопрос об алеатическом статусе этих чудес снимается: истинно, что Иисус воскресил Лазаря, но... в сказке. Каждое сказочное чудо равнозначно утверждению "я лгу" в парадоксе "Лжец". Русские народные сказки часто кончаются призказкой: "сказка ложь, да в ней намёк - добрым молодцам урок!" На этом же принципе основана и еврейская народная сказка - Евангелие.
  
  Я прихожу к убеждению, что Иисус Христос - не историческая личность, а герой сказки или, если угодно, древнего романа с детективной подоплёкой. Не думаю, что до меня об этом никто не догадывался. Но высказаться о своей догадке моим предшественникам запрещали слова апостола Иоанна: "Духа Божия (и духа заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь уже в мире" (1 ин: 4,2-3). Но я-то как раз проповедую Иисуса Христа, пришедшего во плоти - вот Он глядит на меня с фотографии! Правда, как реальная, а не сказочная Личность Бог Слово приходит не в первое, а во второе пришествие. Но разве это умаляет мою веру? -Литературный герой вочеловечился!
  
  Я говорю христианам: вы правильно делали, веря в сказочные чудеса как дети, но вот пришла пора духовного взросления и, говоря словами апостола Павла, "твёрдой пищи" (1 Кор: 3,2). Однако из такого понимания следует, что еврейский народ не распял Богочеловека, а написал литературное произведение о том, что произошло бы, если бы Мессия пришёл во плоти две тысячи лет назад. Написав эту сказку, еврейский народ добровольно взвалил на себя общий для всех иудеев крест, веря, что пришедший в свой срок и час Мессия избавит его от этого добровольно взятого на себя проклятия. И вера народа Божиего оказалась не тщетной.
  
  У проповедуемого мною христианства есть ещё одно важное преимущество по сравнению с христианством ветхим: оно раз и навсегда примиряет религию с наукой. Чудо обретает математическую интерпретацию, но при этом не перестаёт быть чудом. Раз и навсегда покончено с мракобесием - ложным чудом, претендующим на власть над не имеющими исключений физическими законами вселенной. Будучи истинным в художественном произведении - сказке ("из лжи следует всё что угодно" - закон импликации), такое "чудо" неминуемо становится ложью за её пределами, ибо является фальсификацией.
  
  Предвижу возражение: Бог всемогущ и есть ли для Него что-либо трудное и неосуществимое, в том числе препобеждающее физические законы чудо? Сомневаться, что Он на это неспособен, значит сомневаться - через отрицание атрибута о всемогуществе - в бытии Бога... Атрибут о котором идёт речь - весьма коварная с точки зрения логики тема для размышлений. Входит ли немогущество (то есть: невозможность повлиять на то или иное положение дел) во всемогущество Бога? Странный вопрос! Но, подумав, мы вынуждены признать, что в нём скрыт глубокий смысл: немогущество есть составная часть всемогущества! Бог может не только мочь, но и не мочь. В конкретном случае это может означать вот что. Допустим, вы автор романа. По отношению к своим героям вы обладаете атрибутом всемогущества в той же полноте, в какой Бог - по отношению к любому из Своих творений. Допустим теперь, вы пишете реалистическую прозу, в которой главный герой по фамилии Раскольников топором убивает старуху-процентщицу. Как автор романа, вы могли бы тотчас обратить убитую старуху в юную красавицу - ведь превращается же в неё задушенная Хомою ведьма в сказке Гоголя "Вий"! - и строить дальнейшее повествование исходя из этой сказочной метаморфозы. Но тогда вы нарушили бы, причём - безосновательно, законы жанра реалистической прозы. Получается, что вы и можете, как всемогущий Автор, и не можете привнести в ваш реалистический роман фантастический произвол, иначе получится контаминация жанров, эклектика. В силу этой же логики Бог и может, и не может нарушать Им же установленные законы физической вселенной. Да и нужны ли ложные чудеса, если есть чудо истинное?
  
  Предвижу и такое возражение: даже если на мне исполнились, как я полагаю, некоторые пророчества, то всё равно это не полное их исполнение. Где, например, убиение верного свидетеля Антипы, предсказанное в Апокалипсисе (Откр: 2,13)? Где воскресение и восхождение на небо двух умервщлённых свидетелей (Откр: 11, 3-17)? Ряд этих вопрошаний можно продолжить. Во-первых, исполнение того или иного пророчества может быть видимо не сразу и не всеми, как это случилось, например, с явлением знамения Сына Человеческого на небе, но только теми, кто обладает духовной зоркостью. Вернемся теперь к предсказанию Апокалипсиса о Сидящем на белом коне: "Он был облечен в одежду, обагренную кровью" (Откр: 19,13). Расскажу, как я целую зиму проходил в запятнанной кровью одежде. Однажды я шёл по людной улице и увидел лежащего на тротуаре человека с разбитой в кровь головой. Я поднял его, прислонил спиной к стене, а сам пошёл вызывать скорую помощь. При этом испачкал кровью куртку, а так как иной у меня не было, то проходил в ней до весны. Спрашивается, неужели лучше было бы, если бы моя одежда была запятнана кровью в ином смысле? А вот как исполнилось другое пророчество: "На одежде и на бедре его написано имя: Царь царей и Господь господствующих" (Откр: 19,16). Спрашивается, можно ли считать одеждой, говоря Библейским языком, опоясанье, а попросту - трусы? Теперь посчитайте, сколько мужчин на планете Земля в моем возрасте имеют ночное истечение семени, или поллюцию. Вы можете предложить какое-нибудь альтернативное истолкование? Во-вторых, жизнь продолжается и пророчества продолжают сбываться. В Апокалипсисе сказано: "Я есмь корень и потомок Давида" (Откр: 22,16). Разумеется, в моём распоряжении нет архивных данных, проливающих свет на моё генеалогическое древо. Бог предоставил мне доказательство моей принадлежности к роду Давида совершенно иным образом. Сидя в сумасшедшем доме, я написал небольшой роман в стихах, названный мною "Екклесиаст". В основе его почерпнутая мною из Агады легенда о Соломоне, превращённом демоном Азазелем в нищего. Взяв этот сюжет, я "воскресил" самого мудрого из сынов Давидовых, перенеся его в наши дни и отождествив с собою. Лишь потом до меня дошло, что это отождествление можно рассмотреть как нечто большее, чем литературный приём. А ну как я действительно был в одной из прошлых жизней царём Соломоном? Ведь называет же апостол Павел Иисуса Христа Первосвященником по чину Мелхиседека, а не по чину Аарона (Евр: 7,11-25). Соответственно, и моя принадлежность к дому Давида доказывается через воскресение мною и во мне души царя Соломона. Я, используя разработанный в "Поэтике выбора" принцип стилистической ассимиляции, воссоздал через индивидуальный стиль Соломона его неповторимую личность - кто в этом усомнится? Каллиграфически сымитировав стиль Соломона, я уже в силу одной только этой литературной сверхзадачи вынужден был "перевоплотиться" в своего героя как его Автор. Но сказав - пусть даже в литературном произведении! - "Я - Соломон", я тем самым и сказал: "Я - сын Давида". В-третьих, Библия учит христиан, что силою совместной молитвы можно отвратить исполнение тех пророчеств, роковые последствия которых были бы весьма и весьма нежелательны для человечества. Этому посвящена книга пророка Ионы. Следовательно, вполне по-христиански было бы молиться Богу о неисполнении пророчеств, предрекающих мученическую гибель верного свидетеля Антипы или двух свидетелей. А если не так, то давайте тогда не молиться и об умервщлении третьей части людей на нашей планете: "И от этих трех язв, огня, дыма и серы, выходящих изо рта их, умерла третья часть людей" (Откр: 9,13). Таким образом, ждать полноты исполнения всех без исключения Библейских пророчеств не обязательно, если усердно молиться, как древние Ниневитяне: "И увидел Бог дела их, что они обратились от злого пути своего, и пожалел Бог о бедствии, о котором сказал, что наведет на них, и не навел" (Иона: 3,10).
  
  ТАЙНОСКАЗАНИЕ ТАРКОВСКОГО
  
  В фильме "Андрей Рублёв", снятом Андреем Тарковским, незабываема кульминационная сцена, в которой главный герой прерывает обет молчания, утешая отлившего свой первый в жизни колокол мальчишку. Плакал же юный мастер оттого, что колокольщик, у которого он был в подмастерьях, умер, унеся в могилу свой профессиональный секрет, поэтому он сильно рисковал, решившись на свой страх и риск переоткрыть его. Если мастером-колокольщиком считать Арсения Тарковского, а его подмастерьем меня, то так всё и произошло. Сцена оказалась пророческой. Никто ни словом, ни намёком не приблизил меня к разгадке тайносказания Арсения Тарковского - я до всего дошёл своим умом. Впрочем, Арсений Александрович мог надеяться, что всё так и произойдёт - он был одним из первых читателей моей кандидатской диссертации, в которой я сформулировал принципы стихотворного перевода. Распространив эти принципы на оригинальное стихотворчество, мы получим поэзию нового уровня, когда поэт выражает не своё "я", а своё "мы", как я выразился. На практике это означает, что два поэта независимо друг от друга, следуя одной и той же поэтической логике, приходят к одинаковому результату, то есть авторами стихотворения оказываются они оба! Я защищал этот тезис на материале стихотворного перевода перед очень солидным учёным советом в Киевском университете, и противников у моей доктрины в те времена было намного больше чем единомышленников, но тем не менее успешно защитил диссертацию. И вот оказалось, что метод, созданный для стихотворного перевода, распространим на первозданную поэзию. Если двум мастерам стиха дать один и тот же зачин (в моей терминологии - версификационный дебют), то они, если будут использовать максимально точную рифму, создадут один и тот же стихотворный текст. Выражение "они создадут" даже следовало бы заменить здесь на более точное: произойдёт "самосборка" этого текста. Тарковский, повторяю, знал, что я одержим этими мыслями, везде их пропагандирую и сам пишу стихи, используя максимально точную "парнасскую" рифму. Следовательно, ожидание, что я прочту его тайнопись, зашифрованную именно этим способом, имело основание. Весь вопрос в том, откуда взять зачин?
  
  Ответ на этот вопрос и был тем секретом, который Тарковский унёс с собой в могилу. Между тем это - вопрос вопросов для поэтического творчества, все муки которого происходят из-за отсутствия первой строчки, зачина. Тот, кто разгадывает секрет Тарковского, навсегда лишается этих мук! Я не буду повторяться, рассказывая, как я обнаружил неизвестную мне доселе (ибо запрещённую!) область лингвистики, исследующую словесный "затекст", экспериментируя с именем "Россия". Я очень быстро понял, что энграмматическая тень есть у каждого слова русского языка. Первое, что я сделал, это посмотрел в своё собственное имя "Вадим": АВДЕИМОУХЫ. После некоторых экспериментов в нём обнаружилось четверостишие-анаграмма, в древности которого невозможно усомниться:
  
  Мы Вадимы-двуводимы,
  Дву-Едомом мёд едим мы,
  Дву-медведем-медоедем
  Два-едва до дому едем.
  
  Читателю, плохо знающему Библию (увы, таковых пока большинство) следует пояснить, кто такой Едом: "Исаак любил Исава, потому что дичь его была по вкусу его; а Ревекка любила Иакова. И сварил Иаков кушанье; а Исав пришёл с поля усталый. И сказал Исав Иакову: дай мне поесть красного, красного этого; ибо я устал. От сего дано ему прозвище: Едом. Но Иаков сказал: продай мне теперь же свое первородство. Исав сказал: вот, я умираю; что мне в этом первородстве? Иаков сказал: поклянись мне теперь же. Он поклялся ему, и продал первородство свое Иакову" (Быт: 25, 28-34). В честь этого четверостишия у русского народа в старые времена была деревянная игрушка, известная в двух вариантах: два медведя, большой и маленький, стучат молотами по наковальне и два медведя едят мёд из бочки, точнее - большой ест, а маленький разводит лапами. В честь этого же четверостишия названы два созвездия - Большой и Малой Медведицы. Наконец, два медведя - это один медведь плюс его медвежья тень. А что если продолжить рифмовать дальше?
  
   Мы Вадимы-двуводимы,
  Дву-Едомом мёд едим мы,
  Двумедведем-медоедем
  Два-едва до дому едем!
  Мы Вадимы-нелюдимы,
  Судим всех, ан не судимы,
  Учим люд славянским Ведям
  И Христовым заповедям!
  Случай "а": два первых Димы
  Ко вторым двум не сводимы.
  Случай "б": Тарковский: "Медем" -
  Бьём кувалдами по медям!
  Напустили сладки дымы.
  Уф-уф-уф! На пару бредим.
  
  Как мы с Тарковским бредим на пару, читатель поймёт, прочтя его стихотворение "Медем":
  
  Музыке учился я когда-то,
  По складам лады перебирал,
  Мучился ребяческой сонатой,
  Никогда Ганона не играл.
  
  С нотами я приходил по средам, -
  Поверну звоночек у дверей,
  И навстречу мне выходит Медем
  В бумазейной курточке своей.
  
  Неуклюж был великан лукавый:
  В тёмный сон рояля-старика
  Сверху вниз на полторы октавы
  По-медвежьи падала рука.
  
  И, клубясь в басах, летела свора,
  Шла охота в путаном лесу,
  Голоса охотничьего хора
  За ручьём качались на весу.
  
  Всё кончалось шуткой по-немецки,
  Голубым прищуренным глазком,
  Сединой, остриженной по-детски,
  Говорком, скакавшим кувырком.
  
  И ещё не догадавшись, где я,
  Из лесу не выбравшись ещё,
  Я урок ему играл, робея:
  Медем клал мне руку на плечо.
  
  Много было в заспанном рояле
  Белого и чёрного огня,
  Клавиши мне пальцы обжигали,
  И сердился Медем на меня.
  
  Поскучало детство, убежало.
  Если я в мой город попаду,
  Заблужусь в потёмках у вокзала,
  Никуда дороги не найду.
  
  Почему ж идёшь за мною следом
  Детство и не выступишь вперёд?
  Или снова руку старый Медем
  Над клавиатурой занесёт?
  
  Две темы: мастер и подмастерье, большой медведь и медвежонок звучат стихотворении Тарковского, они же - в стихотворении "Два Вадима". "Ну и что?" - Спросит ещё не понявший в чём дело читатель. А то, что в поэзии есть так называемые "вечные" темы - о любви, о природе, о смысле жизни и т.д. - а есть и такие, которые являются творческим открытием исключительно данного автора и характеризуют его творческую индивидуальность. Стихотворение Тарковского "Медем" - наглядный тому пример. Так вот, написано оно с целью мемориализовать недостающую в русском языке рифму "Медем" для сонета "Два Вадима", который впервые был открыт (у меня язык не поворачивается сказать: "написан") не мной, а известен был с незапамятных времён. Нелишне добавить, что немецкая фамилия "Медем" (наряду с именами "Адам", "Давид", "Мухаммед", "Ахмед", "Див") образует такой же букворяд, что и моё имя "Вадим": АВДЕИМОУХЫ. Сонет "Два Вадима" был открыт задолго до Тарковского неведомым нам "медведем", который и подыскал для юного Арсения учителя музыки с немецкой фамилией "Медем". Для чего? - Для того, чтобы он однажды написал одноименное стихотворение, которое, в конце концов, прочтёт "медведь" по имени "Вадим". Ради него, в сущности, всё и задумано. Видишь ли, читатель, русский народ связывал с этим именем очень большие надежды, даже два созвездия на небе назвал в его честь, так что неудивительно, что многосложная комбинация с недостающей для сонета рифмой "Медем" задумана ради этого, тогда ещё легендарного Вадима. Но мы ведь родились, чтоб сказку сделать былью!
  
  Впрочем, всё это может показаться случайностью. Чтобы развеять это сомнение, приведу другой аналогичный пример. В имени "Дух Истины" АВДЕИМНОСТУХШЫ легко обнаруживается энграмма (при отождествлении ТС=Ц): Дух исходит от Отца. Но Отцов-то двое! Ценность этого афоризма в том, что он является веской репликой в древнем споре двух церквей - православной и католической - о том, исходит ли Дух истины от Отца и Сына (католическая точка зрения) или только от Отца (православная точка зрения). Православные ссылаются при этом на стих: "Когда же придет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Он будет свидетельствовать о Мне" (Ин: 15,26). Этот спор, получивший латинское название filioque, является основным препятствием для объединения двух церквей по сей день. Афоризм можно рассматривать как зачин стихотворения, в котором заданы два первых стиха. По этому версификационному дебюту описанным мною методом синтезируется монорифмическое стихотворение юмористического содержания, впервые открытое Тарковским, а затем воссозданное мной:
  
  Дух исходит от Отца,
  Но Отцов-то двое!
  На горах паслась овца,
  Эвоэ-эвоэ!
  
  Выпить доброго винца
  Чадце овцевое
  Эх, любило - молодца!
  Эвоэ-эвоэ!
  
  У овцы была мышца,
  Дело ретивое
  Славно делала любца,
  Эвоэ-эвоэ!
  
  Состоянье агненца
  Было нулевое,
  Ламца-дрица-ацаца,
  Эвоэ-эвоэ!
  
  Что курдюк есть? - Вид попца,
  Сальце жировое.
  Лаком кус для подлеца,
  Эвоэ-эвоэ!
  
  Говорят, что на живца
  Зверь бежит. Чьего, э,
  Захотел ты, гад, мясца?
  Эвоэ-эвоэ!
  
  На живца иль на ловца?
  Дуло огневое,
  Выплюнь порцию свинца,
  Эвоэ-эвоэ!
  
  Хэппи-энд есть вид конца.
  Существо живое
  Снова сыто от сенца,
  Эвоэ-эвоэ!
  
  Комизм поэмы состоит в том, что кротчайшее животное - овца, контаминировано здесь через клич "Эвоэ-эвоэ!" с эллинско-римским богом Дионисом-Вакхом, каравшим своих врагов безумием и отождествляемым древними эллинами, побывавшими с войском Александра Македонского в Индии, с Шивой. По мотивам этого стихотворения Арсений Тарковский пишет шуточную поэму "К новой жизни" (том 2, стр. 124). Вот её начало:
  
  В горах паслась одна овца,
  Плод коллективного отца...
  
  Сюжет "колхозной поэмы" (второе название стихотворения), как и в случае со стихотворением "Медем" явно взят из энграмматического стихотворения, переоткрытого мною вслед за Тарковским в имени "Дух истины". Почитайте, сравните, убедитесь.
  
  Тот факт, что в русском языке одно слово может содержать скрытую информацию, на порядок ( а то и на два порядка) превосходящую число знаков, из которого оно состоит, не может не поражать воображение. Можно говорить о не описанном ещё традиционной лингвистикой энграмматическом значении слова. Этим русский язык выделяется из прочих индоевропейских языков. Не вызывает никаких сомнений, что о тайне русского языка было известно узкому кругу посвящённых с незапамятных времён. Скажу больше: эта тайна является сокровеннейшим учением иудаизма. Так что ещё вопрос, кто больше русские, славяне или евреи? По-моему все-таки жиды. Откройте любой справочник, любое пособие по русскому языку и посмотрите, кто автор. Наверняка какой-нибудь Розенталь. А чей голос является эталоном орфоэпической нормы русского языка? - Голос Левитана. Вот так-то, Вани-славяне. Я часто задавался вопросом: почему до сих пор не создан академический этимологический словарь русского языка? Неужели мы в этом отношении не столь мудры, как англичане, французы, немцы и другие новоевропейские народы? Я теперь знаю ответ. Словарь такой, возможно, и создан, но сделать его достоянием широкой общественности нельзя без раскрытия тайны тайн: большинство коренных слов русского языка, который, по всей вероятности, является самым древним на планете (языком Адама, если угодно), образовано переоткрытым мною методом звуко-буквенной рекомбинации. В этом смысле русский язык отождествляется с Библейским левиафаном (Иов: 41,42), вкушать который, по иудейскому вероучению, будут лишь праведники в день пришествия Мессии. Для людей неправедных вкушение левиафана противопоказано, ибо смертельно опасно. Объясню, почему. Возьмём, к примеру, имя "Иоанн Богослов": АБВГЕИЛМНОСУХЫ. Из него составляется анаграмма: Именно он виновен в убиении Иисуса и энграмма: сын погибели. Пусть теперь читатель составит буквенную матрицу своего полного имени и помедитирует над ней. Не исключено, что в его имени анаграмматически прописана его самая сокровенная тайна. У большинства, если не у каждого из людей, есть что скрывать от посторонних. И вдруг выясняется, что личный секрет, подобно татуировке, которую ни смыть, ни вытравить невозможно, прописан в имени человека! Приведу два примера.
  
  Возьмём незабвенное и столь любимое русским народом имечко: "Борис Николаевич Ельцин": АБВЕИКЛМНОРСУХЧЦЫ. В нём содержится анаграмма: Накануне выборов Б.Н.Е. убил маму и набрал очки. Факт соответствует действительности: накануне вторых президентских выборов Борис Николаевич стоял в храме со свеченькой в чёрном костюмчике, хороня родительницу. Картина маслом: Боря в горе в траурном уборе. На следующий день сердобольный русский народ голосует за матереубийцу, снова избирая его своим Президентом. Если бы это была случайность, Борису Николаевичу следовало бы выступить по национальному телевидению с предложением перенести выборы на полгода. Ему бы наверняка пошли навстречу, да ещё и избрали бы снова как порядочного человека. Это было бы лучшим исходом из данной ситуации. Но Б.Н.Е. очень любил власть и не хотел нервничать ещё пол года. Вот он и поспоспешествовал своей родительнице уйти из жизни точно в нужный срок. Я распространил эту информацию, подписав десять экземпляров своей книги "Album Romanum" и бесплатно раздал их в электричке Симферополь-Севастополь преимущественно военным морякам. Через несколько месяцев Ельцина попросили без шума покинуть президентский пост. А вот другой незабвенный герой нашего времени - Михаил Сергеевич Горбачёв: АБВГЕИЛМОРСУХЧЫ. В данном букворяде содержится анаграмма: Гроб Горбачёва. Лихо схимичил! Не составит большого труда придумать ей рифмическое эхо:
  
  Гроб Горбачёва:
  Лихо схимичил!
  Ух, как кичёво!
  Душ скольких вычел.
  
  Перечитайте теперь под новым углом зрения эпиграмму Арсения Тарковского "Эпитафия скороходу". Вам теперь ясно, кто раб-скороход Автопед? Михаил Сергеевич неслучайно присуждает Ленинскую премию главному жрецу Содома в нашей стране Андрею Вознесенскому за поэму "Лонжюмо". Переставьте-ка буквы в этом слове: Мюжюложно можно. Вспомните теперь нашумевшую не так давно рекламу, породившую анекдоты. Вот её сюжет. Два пожилых педераста в париках сидят в просторной ванне друг против друга и плещутся взмылием. Видеоряд сопровождает текст диктора: "Впервые со времён горбачевской перестройки ванная на двоих на российском рынке!" За упоминание своей фамилии в столь эпатажном контексте М.С.Г. почему-то не подал в суд на рекламодателя. Не исключено, что по взаимной договорённости.
  
  МЕТРО-РИФМИЧЕСКИЙ РЕЗОНАНС
  
  Максимально точная рифма в отличие от всех других типов рифмических созвучий обладает способностью алгорифмизировать процесс создания поэтического текста. "Алгорифм - это точное и легко понимаемое описание (преписание, правило, рецепт) механически выполняемого шаг за шагом единообразного решения любой задачи из какого-либо класса задач данного типа" (Н.И. Кондаков. - Логический словарь. - М: Наука, 1971. - С. 24). Более коротко алгорифм можно определить как порядок операций в каком-либо процессе. Такой порядок способна задавать только точная рифма, поэтому её удобно называть алгорифмой. Алгорифмическую самосборку поэтического текста, открытую мною в стихотворном переводе, я называю методом метро-рифмического резонанса. С его помощью, как я это продемонстрировал на примере своего имени "Вадим", можно "архивировать" и "разахивировать" информацию, на порядок и более превосходящую ту, которая содержится в свёрнутом виде. Поэзия, будучи сугубо личностным, субъективным видом словесного творчества, при распространении на неё данного метода десубъективируется, в результате чего авторство стихотворения может быть двойным, тройным, в конечном счёте - коллективным. Такое стихотворение не пишется, а открывается в Языке. Будучи субъективным по содержанию, оно оказывается объективным по форме. Собственно, автором его и субъектом творческого самовыражения является Язык, а не личность поэта. Вдумаемся в это утверждение. Оно настаивает, что Язык - это Личность, причём пребывающая сразу во всех временах: прошлом, настоящем и будущем. Вот почему когда не поэт говорит Языком, а Язык - поэтом, возможно узрение будущего - пророчество. Логос является автономно мыслящей Сущностью. Древние понимали это лучше нас.
  
  Когда я в дни своей юности самоназвался Диаволом в уже известных читателю обстоятельствах, то это не я говорил от себя, а Язык говорил мною. Иного объяснения предложить не могу. Написанное в юности хокку о трёх "Я" - тоже принадлежит не мне, а Логосу. Язык, таким образом, иногда манифестирует своё Я через личность поэта. Когда это происходит, автор испытывает (говорю, основываясь на своём опыте) сильное мистическое чувство, которое есть самое ценное переживание в творческом процессе. Эта эмоция занимает высшее место в иерархии внутренних ценностей поэта. Ради неё он способен пойти на любые жертвы. В этой связи поведаю ещё о двух случаях, когда не я говорил от себя, а Логос мною.
  
  Когда меня вербовали в КГБ, то предложили выбрать псевдоним. Не долго думая, я назвался Дмитрием Мережковским - исключительно потому, что в этот день заказал в библиотеке его произведения. Каково же было моё изумление, когда я, составив звукобуквенную матрицу псевдонима, обнаружил в нём энграмматическое предзнаменование: ВГДЕЖИКМОРСТУХЫЮЯ:
  
  Я жертвую детьми, карьерой, дурой,
  Чтоб заниматься лишь литературой.
  
  Так в моей жизни всё и сложилось... Второй случай - выбор названия "Album Romanum" для моей первой книги. В "Деннице" я рассказал, какие библейские реминисценции оно таило, в том числе до времени - и от самого автора. Заглянем теперь в его буквенную матрицу: "Альбум Романум" АБВЕИЛМНОРУХЫ: Любвеобильный римлянин убил маму. Имя Римлянина - Новый Нерон. Сопоставим теперь эту анаграмму с той, которая содержится в моём имени "Вадим": АВДЕИМОУХЫ: Иуда Вадим! Удави маму! Увидим - удивим... Впрочем, из букворяда АБВЕИЛМНОРУХЫ выводилась и такая энграмма:
  
  Любвеобильный римлянин убил
  Мамашу. Имя римлянина - Боря.
  Он также её грязно отлюбил,
  С моралью человеческою споря.
  
  Заглянем ещё раз в имя "Борис Николаевич Ельцин": АБВЕИКЛМНОРСУХЧЦЫ: Б.Н.Е. изнасиловал свою маму. Уж не знаю как в прямом, а в переносном смысле так оно и было - вспомним танки, палящие из пушек по матушке Москве!
  
  Неизбежно возникает вопрос: насколько "фатально" и "судьбоносно" энграмматическое предзнаменование, содержащееся в микротексте? Рок, содержащийся в имени собственном, несомненно, предопределяет судьбу человека, но не его этический выбор в предопределённых обстоятельствах! Энграмма моего имени оказалась судьбоносной в том смысле, что испытание болезнью матери действительно предсказано через энграмматическое пророчество: Вадим удавит маму. Но в моём имени есть и такая анаграмма: У Вадима две мамы. Какую из них Вадим удавит? Весь вопрос в том, кто является "второй мамой" Вадима. Как тут не вспомнить слова византийского богослова Василия Великого: "Кому Церковь не Мать, тому Бог не Отец"! Именно об этой "второй маме" пророчествует и Бодлер в первых строфах "Благословения". Эта "вторая мама" - Русская православная церковь Московского патриархата. Я говорю не об Украинской, не о Греческой, не о Болгарской, ни о какой иной национальной, наконец, даже не о Русской зарубежной православной Церкви. Я говорю о той Церкви, которая возглавляема Патриархом Московским и всия Руси Алексием Вторым и его доблестным патриархатом, целиком и полностью назначенным на свои посты при рухнувшем лжекоммунистическом режиме. Сам титул патриарха свидетельствует против него:
  
  Патриарх Московский
  И всия Руси!
  Ставленник цековский,
  Локоть укуси!
  
  Глубоко ироничным является эпитет "Святейший" (с заглавной буквы!) применительно к патриарху. "Святой" - это для него, оказывается, мало. Но вот какой конфуз получается: в Евангелии титул Иисуса Христа "великий Царь" пишется с маленькой буквы (Мф: 5,25), а вот "Святейший Патриарх" - (смотри оборот титульного листа Библии издания Московской Патриархии. Москва. 1992) с большой! Впрочем, это не единственный конфуз. Называть кого-либо при жизни блаженным Библия не рекомендует: "Прежде смерти не называй никого блаженным; человек познается в делах своих" (Сир: 11,28). Но святость выше блаженства... Конфуз! Открываем послание апостола Павла к Евреям: "Таков и должен быть у вас Первосвященник: святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников и превознесённый выше небес, Который не имеет нужды ежедневно, как те первосвященники, приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа, ибо Он совершил это однажды, принеся в жертву Самого Себя" (Евр: 7,26). Сравним два прилагательных: "Святейший" и "святой". Первый усвоен нынешним патриархом, второй прилагается Господу Иисусу Христу. Опять конфуз! Апостол Павел говорит о себе: "Мне, наименьшему из всех святых..." (Еф: 3,8). Неужели Святейший патриарх больше апостола Павла? Как здесь не вспомнить слова Христа: "Что высоко у людей, то мерзость перед Богом" (Лк: 16,15). Не может не шокировать контраст: титул патриарха весь прописан с заглавной буквы, а вот прилагательное "русский" в примечании: "К 100-летию издания Библии на русском языке" - с маленькой, хотя в Библии прилагательные, определяющие национальность, пишутся с заглавной буквы. Я привожу все эти факты для того, чтобы сделать вывод: сбылось пророчество Иисуса Христа: "Итак, когда увидите мерзость запустения, реченную через пророка Даниила, стоящую на святом месте, - читающий да разумеет, - тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы (...) Ибо тогда будет великая скорбь, какой не было от начала мира доныне, и не будет" (Мф: 24, 15-21).
  
  Итак, метод энграмматической архивации и дезархивации словесных сообщений в сочетанием с методом метро-рифмического резонанса являют собой "гремучую смесь", информационное психическое оружие нового типа, поражающее грешников (в том числе и целые народы!), но щадящее не успевших нагрешить детей и покаявшихся праведников. Оно создано и приготовлено Богом к судному дню.
  
  ГРЕХ МИРА
  
  Половое воздержание, если оно практикуется искренне и надолго, рано или поздно даёт всходы, а затем и плоды. Оно развивает нравственную зоркость и такое понимание Библейских тайносказаний, какое сравнимо с подлинным прозрением. Я хорошо помню день, в который понял, что значит первородный грех. Говоря языком современного логического позитивизма, это незаслуженная внутренняя награда под названием "оргазм". Говоря "незаслуженная", я подразумеваю, что оргиастическое удовольствие было получено не как награда за продолжение рода, а в обход древнейшего из инстинктов. Сравните два выражения: "древо познания добра и зла" и "генеалогическое древо". В обоих случаях мы имеем дело с одной и той же метафорой, не так ли? И это древо имеет плоды, плоды - семя... Метафора ветвится и разрастается. На древе обитает змей. Вот тут-то и выясняется, что змей - это метонимия, подразумевающая мужской детородный орган. У него есть голова ("Оно будет поражать тебя в голову" - Быт: 3,15), но есть и хвост, под которым подразумевается язык Адама. Змей в буквальном смысле всажен в тело человека и поэтому его вполне можно назвать всадником, а тело - "конём" ("Так видел я в видении коней и на них всадников" - Откр: 9,17). Змей - это зверь, причём хитрейший из всех зверей полевых (Быт. 3,1). В чём же состоит его хитрость? А в том, что он, будучи неотъемлемой частью человеческого тела, беззастенчиво пользуется его умом для достижения своих гедонистический хотений. В ситуации этического выбора именно этот зверь ответственен за эгоистический выбор. Я за ним неслучайно подсматривал!
  
  Что же происходит, когда бразды правления над телом отнимаются у этого зверя? А вот что: он из хищного волка превращается в верного пса. Вымуштровать это животное - основная задача мужского воспитания. Самый радикальный способ -простое оскопление. Между прочим, если мужчина никаким другим способом не может совладать со своим половым инстинктом, кастрация остаётся последним средством, спасающим личность от саморазрушения. Я с глубоким уважением отношусь к скопцам, как религиозному течению. Скопцы, между прочим, одни из первых поняли, что обладание крупным капиталом требует от капиталиста соблюдения правил "техники безопасности", а укрощение бунтующей плоти методом оскопления - это простая, но эффективная мера предосторожности. С великим уважением я отношусь и к религиозному философу Оригену, оскопившему себя для того, чтобы быть ближе к Богу. Надеюсь, в Библиотеке Ватикана всё же хранятся его труды, которые не все сожгли.
  
  Говоря современным научным жаргоном, оргазм есть психо-химическая реакция, имеющая, следовательно, материальную - молекулярную основу. Если эту реакцию слишком часто повторять, то эта тончайшая субстанция, ответственная за переживание счастья, растрачивается. У богатого человека есть много способов доставить себе удовольствие: гастрономическое, во-первых, сексуальное - во-вторых. Как следствие, богач очень быстро перестаёт радоваться простыми человеческими радостями. Он теперь способен испытывать только злую радость - злорадство. Совсем недавно я слышал по Би-Би-Си монолог одного такого богача. Тема дискуссии была посвящена контрастам между богатыми и нищими в современной России. "Я не могу приютить каждую бездомную собачку или кошечку. Каждому своё!" - злорадствовал этот негодяй, не ведая, что его слушает Вадим Викторович Алексеев, который если кого проклянёт, то это уже навсегда. Отыщите в анналах Би-Би-Си эту реплику и вставьте её в гипертекст в качестве иллюстрации. Когда Иисус Христос рекомендовал не собирать себе богатство на земле, Он, уж поверьте, богатые, знал, что говорил.
  
  Что же происходит, когда человек в силу, например, сложившихся жизненных обстоятельств, отказывает себе в гастрономических и сексуальных наслаждениях? Вот это я испытал на себе и с удовольствием делюсь информацией с читателем. Происходит медленное, постепенное накапливание этой тонкой психо-химической субстанции, сравнимое с нарастанием ледникового покрова. Через достаточно длительный срок (пять-семь-десять лет) наступает момент перехода количественных изменений в качественные: происходит "самоопьянение" организма, которое в разных религиозных практиках по-разному называется: мокша, нирвана - на Востоке, благодать, блаженство - на Западе. Накопленная психо-химическая энергия ищет себе применение и находит его. Можно предположить, что мозг такого "скопца" работает значительно более эффективно, чем у обычного человека, и ключиком к освоению своих внутренних интеллектуальных ресурсов оказывается та самая не растраченная на простые человеческие радости субстанция, которая иносказательно названа в Евангелии "водою живой" (Ин: 7,38).
  
  Но есть, оказывается, ещё одна награда от Бога, которая доступна только тем, кто отказался от неправедного сексуального удовлетворения и самоудовлетворения. Это - другое древо, растущее посреди рая, именуемое "древом жизни": "И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простёр он руки своей, и не взял также от древа жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно" (Быт: 3,22). Речь идёт об индийской конопле. Человек, вкусивший от этого древа, если он чист перед Богом, понимает, да-да, речь идёт именно о понимании, что его спасшаяся душа бессмертна. Но горе тому, кто вкусил от древа жизни, будучи грешником! Опьянение гашишем обернётся для него безостановочным кошмаром с остановкой дыхания, замиранием сердца, а иногда и более тяжёлыми последствиями. У Иезекииля мы читаем в описании храма: "Сделаны были херувимы и пальмы: пальма между двумя херувимами, и у каждого херувима - два лица. С одной стороны к пальме обращено лице человеческое, а с другой стороны к пальме - лице львиное; так сделано во всём храме кругом" (Иез: 41, 18-19). Гашиш растерзает грешника как кот мышку, но человеку праведному он не враг, а добрый гений. Именно благодаря индийской конопле я понял, что такое реинкарнация как процесс и как результат этого процесса. Благодаря этому пониманию я перестал испытывать страх смерти, ибо убеждён в бессмертии моей души. Я совершенно точно знаю, что я после оставления этого бренного материального тела обрету иное тело - информационное, которое обитает в памяти Бога вечно. Смерть для меня сравнима с прибытием поезда, который отвезёт меня домой после выхода из тюрьмы. Для меня она - праздник, а не экзистенциальная трагедия.
  
  Итак, Творец вселенной дал человеку естественный заменитель оргазма - древо жизни, индийскую коноплю. "И листья дерева - для исцеления народов" (Откр: 22,2). За проповедь такого понимания Библии я уже отсидел в психушке полтора года. Там надо мной поставили эксперимент (не откажу себе в удовольствии ещё раз о нём рассказать). Мне принесли в виде "грева" двухлитровый жбан тушёной конопли, перемешанной с овощами в виде салата. Что делать? Выбросить - значит признать своё поражение в принципиальном споре, поделиться с товарищами - значит рискнуть остаться в этом заведении навсегда, потому что одна ложка адской смеси вводит неофита в психоз. Чтобы доказать психиатрам свою правоту, я решил съесть всё сам. В первый приём в меня влезло две трети принесённого "салатика". Обнаглев, я поставил остатки в холодильник в надежде доесть коноплю на следующий день. Через час меня начало "впирать". Помню, ходя по внутреннему дворику, я шёпотом разговаривал со своими оппонентами, прекрасно понимая, что меня слышат и за мной пристально наблюдают медсёстры и (гм!) медбратья. А мне хоть бы что! Часа через два, в пик опьянения, меня вызывает заведующий отделением, видавший в своей жизни многое дедуля, и просит меня, как знатока французского языка, перевести какой-то рецепт. Взглянув на него, я вижу, что текст не на французском, а на немецком: "Извините, немецкого не знаю". Дедуля пристально смотрит мне в глаза, а я гляжу на него, разве только не улыбаясь блаженно. Со мной ничего страшного не произошло. Я вёл себя как агнец, хотя я очень рисковал, сами понимаете, чем. На следующее утро как ни в чём не бывало я достаю из холодильника остатки "салатика" и начинаю его подъедать. Вдруг слышу ледяной голос медсестры: "Алексеев! А что это вы такое едите?" - "Да вот, салатик". - "А вам не кажется, что он у вас прокис?" - "Да, пожалуй, что и прокис". - "Так пойдите и выбросьте его в туалет!" - "Слушаюсь и повинуюсь". После этого случая заведующий отделением меня зауважал. Он даже сказал мне на прощание, когда я переходил с усиленного режима на общий, что посадили меня ни за что. Да, он это признал!
  
  Итак, экспериментируя над собственным организмом, я сделал важнейшее антропологическое открытие: обнаружил в растительном мире планеты Земля естественную альтернативу оргазму - индийскую коноплю и переоткрыл секрет её безопасного для человека употребления. Увы! Вместо того, чтобы дать мне трибуну на научном форуме, общество обрушило на меня свирепые репрессии! Всё очень просто объяснимо. Легализация индийской конопли крайне нежелательна тем, кто контролирует чёрный рынок. Вы только представьте: спичечный коробок хорошей масти стоит до трёхсот гривень! Та же ситуация, насколько мне удалось выяснить, и на Западе. И только в благословенной Индии гашиш продолжают воскуривать на алтаре Господа Шивы. Там его никогда не запрещали. И что же? Разве отсутствие запрета привело к деградации индийской нации? Скорее наоборот - деградируют те страны, где традиционно употребляют тяжёлый алкоголь, а гашиш запрещают.
  
  Но вернёмся к первородному греху, сотворённому в Едеме Адамом и Евой. Из него, как плевел из семени, вырастают все человеческие грехи. Здесь я богословствую вполне традиционно, никто не станет оспаривать, что это не так. Нетрадиционным является изъяснение первородного греха. Это грех запретного наслаждения, хорошо известный - увы! - каждому читателю, в том числе и автору этих строк. Грех этот вполне обоснованно можно и должно назвать грехом всего мира. Да, именно об этом грехе говорит Иоанн Креститель: "Вот Агнец Божий, Который берёт на Себя грех мира" (Ин: 1,29). Но что значит "берёт на Себя"? Это значит, что Спаситель сознательно не препятствует совершению данного греха, пусть и в самой мягкой (а как сказать иначе?) форме. Речь идёт о трате мира Марией Магдалиной. Да, братия и сестры, сие есть та самая "твёрдая пища", о которой благовествовал вам апостол Павел, вы доросли до неё. Перед нами иносказание, целомудренное настолько, что две тысячи лет оно оставалось прикровенным для большинства верующих. Как она грустна, эта еврейская сказка про Мессию!
  
  В статье Хорхе Луиса Борхеса о буддизме я прочитал, что в одной из школ этого великого учения - японской школе дзен - адептам предлагается тема для медитации: сомневаться в историчности Будды. Не всё ли равно, был ли Будда реальной личностью или он - мифологический герой? Главное - это учение. Я хорошо понимаю, для чего Борхес об этом говорит. А ну-ка, христиане, попробуйте усомниться в историчности Иисуса Христа! Вы немедленно подпадёте под анафему апостола Иоанна: "Духа Божия (и духа заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь уже в мире" (1 Ин: 4,2-3). И вот оказывается, что сомневаться в историчности Иисуса всё-таки можно при условии, что данный литературный герой... вочеловечится! Да-да, придёт во плоти, но не в первое пришествие, когда Он явился как Бог Слово, а во второе, когда Слово воистину стало плотью. Каким бы ни было моё отношение к личности апостола Иоанна, я не намерен подпадать под его анафему. Я, может быть, как никто другой верую в Богочеловека! Даже без "может быть" - вот Он, глядит на меня с фотографии своего посмертного трёхтомника. Взгляд Учителя чуть ироничен. Полуоборот головы глубоко символичен - благодаря ему лицо Арсения Тарковского как бы говорит, не прибегая к словам: "Иди за Мной и отойди от Меня, Сатана!". Родной сын Арсения Тарковского Андрей в своём фильме "Жертвоприношение" всемирно ославил отца как сумасшедшего, подпускающего "красного петуха" и сжигающего собственный дом. Я слышал по радио Швеции, где снималась эта лента, что спалить пришлось два дома. Первую съёмку запорола не вовремя въехавшая в кадр машина скорой помощи. Для того, чтобы дом горел как следует, изнутри в пожар закачивали керосин. Видишь ли, дорогой читатель, слово "дом" образует такую же буквенную матрицу, что и моё имя "Вадим"... Замените теперь "керосин" на "амфитамин", и вы получите Жертвоприношение. Да, Андрей Тарковский знал, что его отец страдает мегаломанией - манией величия - и считает себя пришедшим во плоти Иисусом Христом. Сумасшедший старик, вот он кто! Ну так что, кто в итоге оказался прав, отец или его блудный сын? В сытой холёной Швеции не жалели крон для воплощения любых замыслов знаменитого режиссёра. Некоторые факты анекдотичны. Андрей снимал апокалипсическую сцену начала третьей мировой войны и ему для массовки нужны были мужчины и женщины с худыми измождёнными лицами. Во всей Швеции не набралось потребного количества худощавых. Толпу пришлось всю гримировать. А вот до Андрея доходит весть, как я расправился с приставшим ко мне ночью гомосексуалистом. Он тут же снимает сцену: голая девочку в курятнике отрывает головы петухам... Андрей Тарковский не верил ни в миссию своего великого отца, ни в миссию его тайного воспитанника - Вадима Алексеева. Я его понимаю. В меня трудно было поверить. Уж слишком хитро я "шифровался". Змей, который по природе своей был хитрее всех зверей полевых, в моём лице перехитрил самого себя. Я не просто не совершил под амфтамином никакой мерзости - благодаря этому препарату я, наконец, понял, для чего евреи и мусульмане обрезывают мужчин. Андрей Тарковский и на мой счёт оказался плохим пророком... Что же мешало ему уверовать в столь близкого и дорогого ему человека, чьё духовное влияние чувствуется во всех его фильмах? - Красиво жить не запретишь... А слава, в особенности же слава ранняя, это сильнейший наркотик. Она и сгубила Андрея Тарковского. Помню, когда меня впервые приобщили к препарату под названием "экстаз" и у меня начался приход, я был спрошен, что я чувствую. Спрашивающим был Геннадий Абаев. Я ему ответил буквально следующее: "Я знаю, что меня ждёт оглушительная слава... И я её боюсь". Я был абсолютно откровенен. Если бы я захотел славы, я её немедленно получил бы. Для этого мне нужно было - всего-то! - взять на себя грех, являющийся созревшим плодом того, ещё такого "невинного" первородного греха. Но воровской закон мне оказался ближе, чем просвещённый "гуманизм" современного западного общества. Вместо блаженного Деточкина и не менее голубой интернационал обрёл в моём лице Губителя в самом прямом смысле. Вместо ревизии Нового завета - они получили ревнителя Завета не только Нового, но и Ветхого, в особенности же в том пункте, о котором так мало говорят - Левит: 20,13. Иисус Христос не отменял этого пункта, и мужеложники Царства Божиего не наследуют.
  
  Вы можете продолжать сомневаться, действительно ли в лице Арсения Тарковского в мир пришёл во плоти Иисус Христос - это ваше право. Но в том, что в лице Вадима Викторовича Алексеева в мир явился Ангел Сатана, вам усомниться не даст ни формальная логика, ни подлежащие верификации факты. И вот этот несомненный, спадший с неба как молния Ангел исповедует Арсения Тарковского не выжившим из ума маразматиком, как его родной сын, а Спасителем! И что мне за дело, если Иисус Христос - это герой еврейской сказки? Разве мифологический персонаж не может вочеловечиться? Да, именно это и произошло, убеждён я. Кроме как своему родному сыну, который в него не уверовал, Арсений Тарковский открылся как Христос ещё лишь одному человеку, а именно - мне. Никакой прижизненной славы он не искал. Да и славу посмертную всю оставил мне, своему ученику. Можно, наконец, рассуждать и так: пусть моё убеждение, что старик Тарковский - это не узнанный человечеством Мессия, сугубо субъективно. Ну так что? Главное, что Сатана пошёл за Христом, пусть даже и выдуманным его больным воображением, в чём убеждены психиатры.
  
  Вернёмся теперь ещё раз к понятию "грех мира". Убеждение западноевропейского "гуманизма" в том, что Спаситель взял на себя все - все без исключения! - грехи людей вызывает во мне чувство протеста и возмущения. И грех педофила - тоже? На этот вопрос на Западе, в Ватикане, в частности, охотно ответят "да". Нет уж! Не все грехи взял на себя Спаситель, а те и только те, которые Сам Он совершил, но не как литературный герой, а как реальный, пришедший во плоти Богочеловек. Если вам мало грехов Иисуса Христа, вот вам к его грехам ещё и грехи его Чёрта - Утешителя. Вот что будет конкретным и наглядным решением сотериологической проблемы! И тогда обнаружится, что ни Христос, ни Утешитель не совершили целого ряда деяний, за которые Западная церковь до сего дня предоставляет обречённым на погибель человекам утешающие индульгенции. Ни Арсений Тарковский, ни Вадим Алексеев не обидели малолетку, не собрали себе богатство на земле, не искали мирской славы в обмен на... не буду повторяться, что, и вообще не сделали многого из того, в чём должно публично каяться, но зато прибегли к публичному покаянию, предав гласности даже те вещи, которые можно было бы и скрыть за тайной исповеди. Да, Арсений Тарковский был... большим женолюбом. В одном из своих стихотворений ("Петух") он даже сознаётся, что... спал с моей матерью:
  
  В жаркой женской постели я лежал в Симферополе...
  
  И вы знаете, я к этому признанию отношусь без осуждения. Ну не мог мой родной отец сделать женщину счастливой в постели! Так и получилось, что семя - семя от папы, а радость мамы - радость от Отца:
  
  В горах паслась одна овца,
  Плод коллективного отца...
  
  Подтверждает мою догадку Тарковский в юмористической поэме "К новой жизни". Так что я имею полное право считать его своим Отцом. Насколько мне известно, у Тарковского было три жены, одна из которых к тому же - замужняя женщина. Иными словами, Арсений Александрович взял на себя грех адюльтера. Да и вообще в наши дни, когда права женщины сравнялись с правами мужчины, институт брака в ветхозаветном его смысле, конечно же, устарел. Я не сторонник распада семей, но и не стану осуждать женщину, которая захотела иметь детей от разных мужей. Это её право. Лишь бы рожала. Да, Арсений Тарковский убивал, но - на войне, и войне не захватнической, а освободительной, когда убийство оправдано. А ещё он взял на себя грех мясоедения... Я не стану перечислять других грехов, которые мой Учитель на себя взял. Надеюсь, о его святой жизни уже снят и документальный, и художественный фильм. Но чует моё сердце, что грехов Арсений Тарковский наделал мало. К ним надобно присовокупить и мои. Да, был стукачом в КГБ. Но нашёл же я в себе мужество, когда настал "юрьев день" - распался Советский Союз - послать куда подальше пришедших перевербовывать меня представителей спецслужб незалежной Украины! И знаете, меня там сразу зауважали. Да, я экспериментально исследовал феномен гомосексуализма. Хирург Базаров в прозекторской вскрывал чумной труп... И умудрился не заразиться! Да, как все необрезанные, я воровал незаслуженное наслаждение. Но ведь нашёл же я в себе волю "соскочить" с этого общераспространённого наркотика! Да, и вот ещё в чём я не замаран - я не уничижал народа Божиего, хотя был на все сто процентов уверен, что уж кто-кто, а Вадим Алексеев - эталонный этнический русский. Я всю свою юность был жидолюбом, а когда догадался, что по отцу я не просто еврей, а махровый жид - караим - то был сполна вознаграждён великой радостью от Бога. Как же теперь грозно я буду разговаривать с антисемитом! Я имею на это моральное право.
  
  Итак, Иисус Христос, взяв на Себя грех мира, но не все грехи мира взял на Себя Cпаситель. И пусть на этот счёт не обольщаются те, кому запудрили мозги хитроватые попы с их пресловутой "копилкой добрых дел". Собирание себе богатства на земле есть смертный грех. Неслучайно этого греха не совершил ни Господь Иисус, ни посланный Им Утешитель. Грех этот стоит в одном ряду с мерзостью содомской и гоморрской. Горе тем странам и народам, которые этого не поняли!
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"