Алеся Н.: другие произведения.

Маяк негаснущего сердца ч.1

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Часть 1. Алисе уже под тридцатку, а она всё бежит, падает в норы и летит вслед за Белым Кроликом, надеясь когда-нибудь догнать ускользающее счастье... Для настроения можно поставить Мумий Тролля "Такие девчонки". К главе 2 "Nothing compares to you" К главе 5 найдите и послушайте Диану Арбенину "Грязные танцы", отражает :-)


Маяк негаснущего сердца

повесть (роман?)

Так, как я тебя не люблю, никто тебя не любит. Я не люблю тебя талантливо, роскошно, само-и тебязабвенно. На крыльях моей нелюбви я поднимусь высоко, гораздо выше, чем когда-то поднималась с любовью... я хочу, чтобы мёртвая любовь сделала мир лучше. То, что не удалось живому, может сделать мёртвый.

  
   Часть первая
   Любовь в режиме ожидания
  
   Глава 1. Догонялки
  
   Алиса подарила Герману белозубую улыбку Чеширского кота. Это когда улыбка есть, а её обладателя - нет.
   - Ты уверена, что мы больше не увидимся?
   - Извини. Я же уже сказала, что мне это не интересно.
   Герман выглядел немного растерянным. Это была далеко не первая шпилька, полученная от бывшей любовницы за эти два дня. Раньше она себе такого не позволяла.
   Скажи кто-нибудь Алисе ещё месяца два тому назад, что можно разговаривать с ним вот так, с холодным носом и вымороженным сердцем, она лишь недоверчиво покачала бы головой. Оказалось, что можно. Более того, в груди шевельнулось какое-то незнакомое раньше мстительное чувство.
   Герман был её первым учителем и проводником в мир "невыносимой лёгкости бытия", а она - способной ученицей. Они встречались чуть больше года. Поначалу Герман показался ей обаятельным и милым. Он был позитивным, искрил шутками и весёлыми экспромтами, не "грузил" проблемами. С ним Алиса отдыхала, чувствовала себя беззаботно и легко. Они могли часами болтать по телефону и чатиться в Интернете, делясь новостями, обмениваясь историями и приколами. Герман сильно отличался от других знакомых девушки и стилем общения, и взглядами на жизнь. Это примагничивало. После случайного знакомства Алиса примерно месяц наблюдала за действиями парня с нарастающим любопытством, затем ей показалось, что он увлёкся ею, и, наконец, сработал закон "зеркала", гласящий: "Влюбитесь в девушку, и она влюбится в Вас". Алиска потянулась на новый огонёк. Побежала следом, не разбирая дороги, словно за белым кроликом и прыгнула в бездонную нору. Так и летит до сих пор, и конца не видно. Собственно, всё могло развиваться ещё стремительней. Их влекло друг к другу - однозначно. При других обстоятельствах он оказался бы в её постели уже на другой день, после чего, по правилам хорошего секса, стоило успокоиться и разбежаться с миром, не обмениваясь номерами и ничего не усложняя. Но Герман жил в другом городе, поэтому вместо живых встреч и свиданий всё больше приходилось вести витиеватые разговоры в виртуальном пространстве и тратиться на смс-ки. С первого взгляда было понятно, что это тупиковый роман. Однако, семена любопытства и флирта упали на благодатную почву воздержания и скуки, и Алиска захотела продолжения истории.
   Герман стал приезжать в гости и останавливаться у неё на выходные. Она принялась гнездоваться и покрываться белым пухом. Обычно чуть колкая, угловатая и недоверчивая, Алиска стала ласковой и мягкой. Ждала редких свиданий, полировала к приезду милого и паркет, и ноготочки, вкусно и много готовила. Ей нравилось удивлять нового парня, угадывать его желания, убаюкивать тревожные настроения, дарить милые фиговинки. Первое время Герман принимал всё радостно, потом - немного капризно и придирчиво, спустя полгода - прохладно и отстранённо. Через десять месяцев знакомства они перестали спать душа в душу, переведя отношения в область "дружеских" к её досадному недоумению. Через год Герман почти совсем исчез, появляясь в её городе только по делам и останавливаясь, чтобы поесть и переночевать. Теперь он был постоянно озабочен и хронически занят.
   Самолюбие Алисы взорвалось. Да ладно его, самолюбие. Ужаснее всего было то, что она влюбилась. Когда и как - сама не заметила. Заигралась. Просто вжилась в роль оттаявшей Снежной королевы в один момент, и всё. С опозданием больше чем на десятку, Алиске открылось то, что знает каждая нормальная женщина лет с шестнадцати: впутываясь в отношения, девочки и мальчики склонны действовать в рамках разных сценариев. Первые проходят этап знакомства и сближения, чтобы прожить остаток дней в романтических декорациях, которые должны возникнуть "после бала". Известные атрибуты женского счастья предсказуемо включают в себя прекрасного принца, розовый закат, руку в руке, поцелуи на морском берегу, путешествие за грань воображения, пару-тройку детишек, похожих "на него" и прочее "долго и счастливо". Вторые, то есть мальчики, как правило, действуют по правилу трёх "за": закадрить, завалить и забыть. Алискин принц почему-то оказался именно таким, из тех, кто трижды "за". И ладно, если бы раньше ей встретилось такое явление природы! Но когда тебе под тридцатку... Как она могла так тупо проколоться?
   Ситуацию следовало развернуть в свою сторону, или она не женщина, чтобы сдаться без боя? Алиса перестала выходить в знакомые социальные сети, поставила "инвизибл" на рабочие программы и почту. Следовало исчезнуть. Если она не ошиблась, и что-то ещё значит для Германа, он бросится её догонять. Если ошиблась - тем более всё забыть, оставив в памяти только выводы - горький, но полезный опыт. В любом случае, спасибо, было интересно.
  
   ***
   "Завтра буду в твоём городе. У тебя можно остановиться?"
   Сердце предательски бухнуло. Ладно, спишем это на волнение от осознания возможности отыграться.
   "Конечно. Как договаривались. Мы же друзья"
   Алиска по привычке сделала депиляцию, выдраила квартиру, нажарила мяса, настрогала несколько тазиков салата, испекла пирог. Стать стервой в один миг не получалось. Она любила Германа на уровне безусловных рефлексов. Ничего, придумает ещё, как оправдаться. В конце концов, может быть это просто у неё традиция такая - убивать пятницу на уход за собой и наедаться перед новой рабочей неделей.
   - Привет! Ты чего на смс-ки не отвечаешь? - Герман ввалился в дом как всегда сияющий и радостный, как ни в чём ни бывало.
   - Какие смс-ки? - удивлённо приподняла Алиска аккуратно выщипанную бровь.
   - Я тебе написал, что приехал, а ты не видела?
   - Нет, - соврала девушка.
   - Понятно, а то я уже решил, что у тебя что-то случилось.
   - Да нет, нормально всё.
   Они устроились за столом, уютно, по-домашнему. Герман сбросил майку, обнажив безупречный торс и тем самым заставив Алису нервно сглотнуть - жарко - и принялся охотно делиться новостями, которые произошли за последних два месяца их не-общения. Искренне, как со старым другом. Точнее - с лучшей подругой.
   Всё это время Герман был очень занят. Днём - работой, вечером - "охотой". Судя по его откровениям, у парня совсем не оставалось времени на одиночество. Он знакомился с девушками в каких-то невероятных количествах, весело и беззаботно сортировал их по исходным данным на полезных, умных и красивых, использовал по своему желанию, просеивал и отбрасывал. Оставлял только "лучших подруг", с которыми не спал, но у которых можно всегда переночевать, поужинать и погреться. Удобно и без заморочек. И никакой ревности.
   Алиса слушала его и радовалась, что они не близки уже больше полугода. Это позволило абстрагироваться и заглушить приступы ревности. Немного напрягало осознание того, что и она теперь в ряду "боевых подруг". Подступило чувство лёгкой брезгливости. Неожиданное и полезное. Отрезвляет. Вместе с тем, ей хотелось его расспросить ещё кое о чём:
   - Герман, ты можешь ответить мне на один вопрос?
   Вообще-то вопросов было много, причём, самый первый из них: "Что ты тут делаешь?" - хотя, его стоило более правильно адресовать самой себе, но сначала нужно разобраться в другом. Для понимания.
   - Ты хочешь спросить, будет ли у нас секс? - устало выдохнул он.
   - Нет, - взяла себя в руки Алиса. - Секса у нас не будет, чего об этом спрашивать, даже если бы ты этого захотел, - отозвалась она.
   Герман на мгновение перестал жевать и удивлённо поднял на неё глаза:
   - Да?
   - Да, не обижайся. Я так решила после нашей последней встречи.
   Именно тогда он установил новые правила их общения - дружба. Терять Германа не хотелось, и Алисе пришлось смириться. Логическим путём она вывела для себя закон: "Дружба между мужчиной и женщиной существует, но только потому, что кто-то кому-то не дал".
   - Было немного обидно, но ты прав, - продолжала она,- и я теперь воспринимаю тебя только, как друга, и никак иначе. Так что кушай спокойно, в этом доме ничего не угрожает твоей невинности.
   Господи, как хорошо, что люди не умеют читать мысли, и Герман не знает, что она чувствует, стоит ему приблизиться на расстояние вытянутой руки. Как на неё действует до головокружения его взгляд, голос, запах... ("За-а-а-айчик... за-а-а-айчик... какой же ты вку-у-усный...) Как хочется впиться губами в эти иронично натянутые губы, обхватить, вцепиться пальцами в обнажённую спину...
   - Тогда что ты хотела спросить?
   - Скажи, когда всё кончилось между нами?
   - О чём ты?
   - О нас. Ты понимаешь. У нас ведь всё иначе начиналось.
   - Давай не будем. Меня всё устраивает. Так легче жить. Никаких обязательств, эмоций, ревности...
   - Тебя это сейчас устраивает, я вижу. Но мы знакомы больше года, Герман. Ты прячешься в эту лёгкость, избегаешь привязанности, но ты тоже живой. И ты можешь чувствовать и любить. Расскажи мне о нас.
   - Что рассказать?
   - Нашу историю.
   - А ты её не помнишь?
   - Я знаю её со своей позиции. Но это женский взгляд. А мне интересно, как её видишь ты.
   - Что за допрос. Я не хочу об этом говорить. Это будет пересказ, как и что было. Я всё помню, этого довольно?
   - Память эмоциональна, Герман. Ладно, не говори... Просто хотелось услышать, где по-твоему, была кульминация, и когда всё рассыпалось.
   Сдохло. Развалилось. Посыпалось к чертям.
   Он молчал. Алиса знала, что разговор надо сворачивать, менять его русло. Такие разборки заставляют мужчин думать и сожалеть. А они не любят, когда заставляют.
   - Хорошо, - подытожила она, - ты любил меня. Недолго, но любил. Дня три- четыре. Тогда, в самом начале. Я никогда ни у кого не видела таких счастливых глаз. Ты был пьян от счастья...
   - Я ничего тебе не скажу. Это не интересно.
   - Почему? Теперь можно. Ты ведь сам понимаешь, что это наша последняя встреча.
   Алиса выдержала паузу.
   - Последняя?
   - Да. История закончилась. То, что происходит сейчас - послесловие. А все вопросы... Просто хотелось разобраться. Помоги мне, пожалуйста. Скажи, как друг, где я совершила ошибку? Мне это надо знать, чтобы жить дальше, чтобы знакомиться с парнями, общаться, и так далее.
   Герман собрался.
   - Да, хорошо. Ты иногда давишь. А я не терплю, когда меня заставляют что-то делать против воли. И ещё... наверное, это главное... С тобой однажды всё стало понятно. Предсказуемо. А ещё письма твои... подарки всякие...
   Как всё, оказывается, просто. Интересно, какие враги женщин пишут книжки о том, что с мужчинами нужно быть смелыми и откровенными в своих желаниях? Алиса вспомнила чётко и ясно все свои проколы: знаки внимания, которые оказывала парню, ласковые смс-ки, электронные открытки по случаю и просто так, и то, как в любви первой призналась, когда почувствовала, что он отдаляется... Она сама разрушила интригу, сыграла против главного инстинкта мужчины - завоевательного, лишила охотника кайфа охоты. А ведь всё могло быть иначе, сыграй Алиска по-другому. Она вспомнила, как заискрились чёртики в его глазах, когда он впервые услышал её имя: "Алиса? Алис у меня ещё не было", - видимо, предвкушая интересную игру с изворотливой лисичкой, а вместо этого получил простодушное существо из куска полена из той же сказки. Поделом ей, что осталась с длинным носом. На минуту ей даже стало жаль Германа.
   - Спасибо. Я так и думала.
   Они провели спокойную дружескую ночь. Парень обхватил Алису за талию, по привычке уверенно, собственнически.
   - Ты так обнимаешь всех своих "лучших подруг"? У которых ночуешь?- уточнила она.
   - Ты что? Я сплю отдельно. На другой кровати.
   - А... понятно... Значит, я твой особенный друг. Вроде плюшевого медведя для засыпания, - улыбнулась девушка и зарылась в его сильные объятья.- У тебя очень красивые руки, - добавила она.- Хоть я к тебе уже ничего не испытываю, но ничего не могу поделать с фантазией. Ты привлекательный молодой мужчина и рождаешь во мне определённые сексуальные чувства. Сладких снов.
   Она слышала, как Герман проснулся среди ночи, провёл рукой по нежной коже её спины и пробормотал в полусне что-то вроде: "что произошло...", но девушка только недовольно заворочалась и буркнула в ответ: "тихо, я сплю... утром поговорим..."
   Но утром они ни о чём таком не вспоминали. Алиска жарила румяные блинчики, подбрасывая их с пылу с жару в тарелку другу, когда он внезапно подошёл к ней близко-близко, чуть вопросительно заглянул в глаза и осторожно поцеловал. Он не делал этого уже давно. Больше полугода. Даже, когда они занимались любовью. "Извини, я не люблю целоваться..."
   Алиса едва коснулась губами его губ и отвела голову.
   - Ты целуешь всех своих друзей, у которых живёшь? - спросила она.
   - Нет.
   - Вот и меня не надо.
   Они переключились на завтрак и принялись непринуждённо болтать.
   - Чем займёмся? Хочешь, сходим куда-нибудь: в кино, на выставку, или поиграем в бильярд? Можем просто погулять по городу, - предложила она.- Погода обещает быть прекрасной.
   - Давай, - поезд Германа уходил поздно вечером.
  
   ***
   Робкое солнце начала осени едва принялось золотить отдельные локоны берёз и прядки клёнов. Старый парк растянулся вдоль канала, на берегу которого играли дети, жировали утки, ютились лавочки, поджидающие пенсионеров и влюблённых. Последнее время Алиса не то, чтобы любила сентябрь, но всё лучше понимала его философское и грустное настроение увядания. Она вела Германа тайными тропами своих прежних свиданий. В другое время, с другими, но тут же... На этой скамейке... Под той ивой... У того моста... Те истории давно канули в небытие. Их роман повторял извечный путь. В жизни Алисы счастливые сказки не приживались. Или длились недолго.
   Герман что-то рассказывал, шутил, то и дело сбиваясь, и в его глазах мелькало незнакомое выражение не то тревоги, не то печали. Под конец прогулки он вдруг спросил:
   - Ты вчера говорила серьёзно? Мы больше не встретимся?
   "Зацепило-таки", - подумала Алиса. Она не торопилась с ответом. Пауза длилась вечность.
   - Мы можем ещё как-нибудь увидеться? Без ночёвок? - продолжал он.
   - Нет. Зачем? Мне это не интересно. Герман, прости, с тобой хорошо, легко, прикольно. Но ты мне не подходишь.
   Она сознательно подбирала слова, чтобы уязвить, но не обидеть. Следовало пояснить.
   - Не подходишь, чтобы быть моим парнем или мужем. Я заслуживаю того, чтобы меня любили. А тебе это не надо, ты другой. Поэтому дружить с тобой я не хочу. Зачем? У меня много друзей из несостоявшихся любовников, не хватало ещё тянуть за собой шлейф из состоявшихся.
   - Ну просто, например, чтобы развлечься...
   - Герман, мне всего хватает. В том числе развлечений. И тебе - тоже. Мы с тобой не нужны друг другу, чтобы развлекаться. Хотя, не спорю, мне нравится заниматься с тобой сексом. Только ты мне даже этого не можешь дать, а мне от тебя больше ничего не надо.
   - Понятно...
   Она говорила немыслимые вещи. Она врала изо всех сил. Но он не слышал. Он потерялся. Эта девушка отвергала его. Такое казалось невозможным. Алиса не могла исчезнуть. Её чувства, забота, нежность были такими же неизменными, как солнце по утрам в любое время года, незыблемыми, как земля под ногами. Он привык, что она есть. А теперь её вдруг не будет. Совсем? После года знакомства? После стольких безумных ночей? После её жарких признаний, пылких свиданий, писем, подарков, которыми она так бестолково завалила его жизнь? После того, как он впервые за столько лет почувствовал, что ему кто-то, оказывается, нужен...
   - Покатаемся на катамаранах? - отвлекла от мыслей девушка.
   - Нет. Не охота. Скучно. Давай лучше сходим на картинг.
   - Погоняемся, кто кого?
   - Да, - оживился он, - но не просто так, а "на интерес"!
   - Ок, придумывай свой интерес. Ты гость, тебе и карты в руки.
   - Хорошо... Даже не знаю. Вот если только...- Герман прищурился, - если догоню тебя - продолжаем дружить.
   - Да ну тебя, - обижено отмахнулась Алиса.
   - Так не честно, - заволновался он, - ты же сама сказала...
   - Я не хочу с тобой больше дружить, - ещё раз холодно отчеканила она.
   "Мне не нужны твои игры, твои выходки, я устала стоять в ряду "лучших подруг" и ждать своей очереди. Я могу быть только той, кем пришла в твою жизнь - единственной и любимой. Женщиной, от которой ты задыхаешься, теряешь голову, срываешься с места, для которой совершаешь поступки. Той, которая заставила чувствовать твоё сердце. И пусть вокруг тебя десять, сто, тысяча девушек, не смей меня с ними смешивать!.."
   Алиса подняла глаза на растерянное лицо любимого.
   - Давай так. Если ты меня догонишь, мы встретимся ещё один раз.
   Герман оживился.
   - А что потом? Мы каждый раз будем играть?
   - Посмотрим. Может быть. Кто знает. Возможно, после следующей встречи мы больше не захотим видеть друг друга. Или наоборот - страсть накроет, - пошутила она.
   - Тогда какие правила? Я езжу лучше, - завёлся он.
   - Не забывай, что у меня водительский стаж больше твоего, - парировала она.
   - Даю тебе форы пять секунд.
   - Идёт.
   - Таранить можно?
   - Без фанатизма. Нам же не нужны увечья.
   - А в попу подталкивать?
   - Это ещё что за эротические фантазии?
   Оба засмеялись.
   - Смотри, судьба решается, - пошутил Герман, натягивая шлем.
   - Не собираюсь поддаваться тебе ни на секунду, - серьёзно ответила Алиса.
   Три... два... один...
   Загорелся зелёный. Девушка вдавила в пол педаль газа. Машинка пугливо взвизгнула и понеслась. За пять секунд она сделала полкруга по картингу. Краем глаза Алиса видела, как напряжённо побледнел Герман, силясь догнать её. "Что же, любишь охотиться? Пожалуй, ты прав. Я тебе досталась без труда. Теперь догони меня, мальчик, если сможешь". Алиса прибавила газа. Она уже не играла. Она хотела оторваться. Она уже не держалась, как раньше, за их отношения.
   Герман резко зашёл в поворот, зацепил ограждение, теряя скорость и самообладание. Затем машинка взвизгнула и понеслась с новой силой. Алиса попробовала новый манёвр, резко тормозя на большой скорости. При этом немного заносило, но и поворот удавалось проходить быстрее. Она лихо подрезала парня в полосатом шлеме, мирно катающегося по дорожке, и вырвалась вперёд. На прямом участке получилось взять самый большой разгон. Алиса радовалась, что Герману не удаётся серьёзно сократить дистанцию между ними, хоть у него было больше опыта езды на игрушечных машинках. Всё, как в жизни. Он умеет играть. Она привыкла жить по-настоящему, на полную... На следующем повороте Алиса сильно надавила на тормоз и почувствовала, что теряет управление. Кар закрутился волчком и развернулся в сторону ограды.
   - Чёрт! - выругалась девушка.- Где здесь задняя передача?!
   Задней передачи не было. Пришлось вылезать из машинки и оттягивать её, тяжёленькую, рычащую, неповоротливую.
   Подоспел Герман:
   - Что случилось?- спросил он, заметив её перекошенное от злости лицо.
   - Занесло
   - И всё? Всё нормально?
   - Да...- процедила она сквозь зубы.
   Он помог развернуться, запрыгнул за руль и помчался дальше. Алиса ринулась следом. Она догоняет не его. Даже если он победит сегодня, за ним она больше бегать не станет и восстановит историческую справедливость.
   Герман пришёл к финишу первым. Алиса - второй. Она не поддавалась, просто так вышло.
   - Всё по-честному?- сиял он.
   - Да, - согласилась она.
   - Значит, ты со мной встретишься ещё раз?
   - Нужно держать слово. Ты заслужил последний шанс.
   - Ты честно каталась. Я видел.
   - Как и предупреждала. И ещё не известно, догнал бы ты меня, если бы чёртову тачку не занесло на повороте...
   - И всё-таки ты проиграла.
   "Я никогда не проигрываю. Это всего лишь вопрос времени" - подумала Алиса и поспешила согласиться с любимым.
  
   Глава 2. Скрепя сердце
  

Когда заканчивается любовь, победителей не бывает, только дезертиры и проигравшие.

  
   На этот раз, когда уезжал Герман, она не ждала отправления поезда, как раньше. Не прыгала на перроне, корча смешные рожицы, не посылала воздушных поцелуев, не рисовала сердечки на запотевшем от горячего дыхания стекле. Не тыкала пальцем в воображаемые клавиши, шепча при этом одними губами: "Напиши, как доедешь". Согласно новым правилам игры, нужно было первой остыть, первой предложить расставание, первой удалиться. Поэтому, чмокнув в щёчку парня на прощание, она оставила его на подножке и ушла, не оборачиваясь, лишь равнодушно махнув рукой.
   Она некоторое время прогревала двигатель машины, пока тронулся поезд, а потом аккуратно выехала на перекрёсток и застыла на нём, повинуясь красному сигналу светофора, как раз в тот момент, когда вагон Германа поравнялся с её автомобилем. Разумеется, случайно. Алиса увидела, как парень машет ей в окно горящим экраном мобильника и прижала к боковому стеклу распластанную ладонь: "Титаник плывёт".
   Вот и всё. Теперь непонятно, когда они встретятся снова. Может быть, свой "последний шанс" парень захочет использовать через месяц, а может, через год. Всё это время ей нужно излучать спокойное равнодушие. И как жить?
   Алиса поёжилась, словно от холода. Надо переключиться. Не вытравливать любовь из души, а просто зашаманить её, нашептать правильные слова, уговорить не рваться и не биться, убаюкать, усыпить, как спящую красавицу на сто лет, пообещать, что это пройдёт, и когда-нибудь принц вернётся, поцелует её, и снова будет хорошо. А для этого правильнее всего - не думать о Германе. Забыть.
   Яростно смывая под горячем душем переживания прожитого дня, Алиса придумала целый ритуал по забыванию. Раз не выходит вычеркнуть любимого из памяти в одночасье, она забудет его пока на одну неделю. Семь дней будет гнать мысли о нём из своей головы, и особенно - воспоминания. Завтра же поубирает подальше все их фотки и закачает на комп другие песни, вместо тех, которые они слушали вместе. И не будет отвечать на смс-ки. Вот так.
   Этот план оказался так хорош, что, расстилая постель, Алиса даже удивилась, обнаружив в диване рядом со своей подушкой ещё одну, в синюю крупную клетку, ту самую, на которой прошлой ночью спал Герман. А увидев её, не выдержала. Обхватила, прижала к груди, вдохнула ускользающий запах его тела, зарылась лицом поглубже и, наконец, заплакала.
  
   ***
  
   - Слава Богу, ты жива, - проговорила Людочка, впуская Алису в дом.- Исчезла, не звонишь все выходные... Рассказывай, как твой Герман? - озабоченным голосом поинтересовалась она. Девчонки дружили целую вечность и не держали секретов. Людочка знала о визите гостя и опасалась новой бреши в броне сердца подруги.
   - Я его отшила, - победоносно сверкая глазами, заявила Алиска.
   Хозяйка лишь недоверчиво приподняла брови:
   - Расстались?
   - Ну, не совсем...
   - Как это?
   - Дала ему последний шанс. Пусть теперь он меня добивается. Я и пальцем не пошевелю.
   - Ясно. Звонил?
   - Один раз. Сказал, что нормально доехал. И что устал, и голова болит.
   - А ты?
   - Посоветовала предаться приятным воспоминаниям обо мне.
   - Прессанула ты его.
   - Пришлось.
   - На жалость давит?
   - Угу.
   Злорадное мстительное чувство в Алискиной груди сменилось приступом грусти. Она ненавидела эти игры. И ей смертельно не хотелось причинять Герману боль. Но так надо. Надо. Сам виноват.
   - Что он рассказывал тебе на этот раз? - подруга знала о странной манере парня делиться победами на личном фронте.
   - Всё как обычно.
   - А ты?
   - Сказала, что собираюсь замуж.
   - За кого?
   - Ни за кого. Вроде бы как знакомлюсь. В процессе.
   - Мне кажется, вы оба играете.
   - Нет, - грустно произнесла Алиса, - только я. А он так живёт. Но теперь, по крайней мере, он снова заглядывает мне в глаза с интересом, слушает внимательно и, кажется, понял, что может реально меня потерять.
   - Ты действительно была готова с ним расстаться?
   - Да, конечно. Если играть неискренне, то тебе никто не поверит.
   А Герман поверил. Алиса была убедительна. Но не из-за хороших артистических данных, а от какого-то злого отчаяния. Она шла ва-банк, и даже представить себе не могла, что бы сделала, если бы он спокойно капитулировал: что ж, последняя встреча, так последняя. Этим риском, острым страхом перед его согласием и по праву последнего свидания она заслужила ещё одну возможность все прошедшие выходные колдовать над ним, удивлять, ухаживать, касаться невзначай то бедром, то кончиками пальцев, то жадным тягучим взглядом. Так, что он думал - прощается.
   Людочка недоверчиво присматривалась к этой новой, решительной Алисе.
   - Что будешь делать дальше?
   - То, что и обещала ему. Знакомиться с парнями.
   - Ой, Алиска, прекрати. На том поле тебе его не переиграть. Будь собой.
   - Нет уж. Мне хочется кое в чём разобраться, изнутри изучить противника, освоить его методы, понять психологию. И самой измениться немного. Он меня знаешь, как обозвал?
   - Как?
   - Ботаником. Это после того, как я ему деловые письма для зарубежных партнёров подготовила. Словарь на столе его рассмешил, понимаешь ли...
   - Это же мальчишки. У них всё так, налегке.
   - Угу, иностранный язык по электронному переводчику в телефоне, и эрудиция в объёме первой страницы Википедии. Вот и отношения такие же, поверхностные и эфемерные, - вздохнула Алиса.
   - Зачем ты вообще тогда за него держишься?
   - Любовь - это аргумент?
   - Нет, болезнь.
   - Тогда потому, что мне с ним хорошо. Было хорошо долгое время. Легко, весело и спокойно.
   - Спокойно? Ты же сама говоришь, что он ненадёжен и неуловим.
   - Да, но всё равно. Это невозможно объяснить словами. У него всегда были другие девушки, женщины, но когда он приезжал, я чувствовала себя единственной и самой любимой. Самой-самой, понимаешь?.. И никогда его не ревновала. До того раза, пока он не предложил остаться друзьями. Поэтому теперь мне надо перестать его ждать, успокоиться, расслабиться и перевести стрелки. И тоску из глаз вытравить. Я, Людка, в книжке одной недавно прочитала, что если у женщины в глазах голод и поиск, то она заранее проиграла. А я больше не хочу проигрывать. Поэтому буду переключаться на другие объекты. Короче, выхожу на охоту.
   - Доиграетесь вы оба...
   - Посмотрим. А вдруг я завтра счастье своё встречу?
   - Ну-ну... Только не пиши ему больше. Ты обещала.
   - Знаю.
   Людочка помолчала ещё с минуту, отхлебнула из чашки и вновь спросила:
   - Уверена, что всё это тебе надо? Может, заняться чем-нибудь ещё? Кроме гендерных игр? Не девочка уже.
   Алиса уткнулась взглядом в кофейную гущу, размазывая её по донцу вращательными движениями, и произнесла:
   - Я тебе желаю этого никогда не понять.
  
   ***
   Честно говоря, Алиска давно научилась уживаться со своим одиночеством и знала тысячу и один способ, как отвлечь мозг и заполнить жизнь интересным досугом. Или как "по самое не хочу" загрузиться работой, делами и проблемами, всерьёз, чтобы света белого не увидеть. Но не хотелось снова - туда, в вечное "надо" и беспросветность. Только ведь выбралась.
   Примерно за два года до встречи с Германом она порвала с очередным неудачным любовным экспериментом, который вновь не увенчался браком, а лишь вытянул изрядную долю моральных сил и веры в возможность построения личного счастья в её отдельно взятой и никчемной, по сути, жизни. Чтобы излечиться, как положено в таких случаях, Алиска накупила женских романов и журналов с рекомендациями по правильному питанию и дыханию, чего-то там отчаянно протанцевала в кружке по интересам, посетила несколько встреч с успешными людьми и изучила афишу на полгода вперёд. Составила план культурных мероприятий. Походила на концерты и в кино. Освоила греческую и итальянскую кухню. Дважды или трижды смоталась к морю. Завела новые спокойные знакомства, с женщинами, чтобы ненароком не обознаться и не влипнуть в очередную связь. Постепенно вернула глазам блеск, телу - упругость и, в конечном счёте, к моменту столкновения с новой страстью роковой сумела регенерировать органы чувств.
   И вот теперь спрашивается, на кой? Чтобы вдребезги разбиться и заново начать восстанавливать себя из руин?
   Алиса могла бы поделиться опытом, как выискивать искорки радости и надежды в вымученных дарах каждого дня, замечать их и называть "подарочками". Она уже научилась, когда грустно, поднимать себе настроение разномастными шутками голливудских кинокомедий (они сказочней и ярче наших), а когда хочется романтики и ночью вдруг не спится - проживать чужое полуторачасовое счастье вместе с героями любовных мелодрам, мелькающее яркими фантиками на экране. Она знала десяток сайтов и чатов, где можно зависнуть и поболтать обо всём на свете, если рядом нет ни души, а тянет поговорить. Но пользовалась этим редко - в интернете свои законы: это такая площадка для игр, где вместо друзей только фрэнды, и лишь дураки ведут откровенные беседы и называются своими именами.
   Алисе легко удавалось находить отдушину в легкомысленных песнях, которым ей нравилось громко подпевать в машине, в любимых стихах, укрытых в томики с заломанными уголками в важных местах, в философских книгах с чуть затёртыми корешками и страницами, по студенческой привычке исчерченными простым карандашом. Наконец, после долгих попыток ей поддалось позднее, сложное, не по возрасту, умение: осознавать красоту момента в неспешных прогулках по утренней росе, по стелящемуся снегу, по мозаике умирающих листьев, в бликах солнца на глади холодной воды, в стальных проблесках разума в воспалённом мозге.
   Она всё это уже освоила. Запомнила ходы и тайные тропы отступления от своего одиночества, зазубрила приёмы спасения от тоски. Можно ли теперь считать её самодостаточной личностью? Почему судьба вновь и вновь водит её за верёвочку по кругу, как пони в детском парке? Потому что маленькая лошадка до старости жеребёнок? Почему её не отпускают на свободу, не выдают диплом об успешном окончании школы выживания в одиночку, заставляют повторять пройденное, как второгодницу? Чего от неё хочет её строгая судьба? Капитуляции? Спокойствия? Мудрости? Чтобы со временем Алиса смогла обозвать неудачи жизненным опытом, надуться значимостью и гордиться ими? Окрестить обломы этапами большого пути и ступенями личностного роста? Принять усталость за взросление? А как же счастье? Когда его время? Во что оно укрылось и укуталось? Почему вновь ускользает из рук?
   Алиса чувствовала, что для счастья ей не хватает самой малости - человека, кого можно любить. И не затем, чтобы получать, нет. В её душе скопилось столько волшебных красот и даров, столько жажды жизни и нерастраченной нежности, которые рвались наружу и обжигали горячими гейзерами, переливаясь через край, что возникла почти физическая потребность отдавать, делиться, наполнять ими чью-то жизнь.
   Можно обманывать всех и каждого, даже собственный ум, но только не сердце. Оно не верит. Упрямое, непреклонное, стучит и бьётся непокорной птицей о костяную клетку груди, рвётся на волю, ищет взаимности, ждёт, зовёт. Не уговаривается, не покупается на интеллектуальный корм, физические и духовные нагрузки, разумные увещевания. Даже алкоголем не затуманивается. Нет у него другой потребности, кроме одной - стучать в унисон с другим одиноким сердцем, а потому ничем другим ты его не наполнишь. Как нельзя утолить голод водой: отступит ненадолго, а после набросится с новой силой. Как нельзя утолить жажду пищей: пусть даже предложат самые сочные фрукты.
   Наверное, неутолённая любовь - это такая болезнь. Как грипп. Как вирус. Нет от него лекарства. Только общеукрепляющие средства и отвлекающая рефлексотерапия. Неплохо бы попробовать электрошок. Или электрический стул. Чтобы недолго мучиться. Теперь уже всё равно.
  
   ***
  
   В том, что Герман врёт, называя их отношения дружбой, Алиса не сомневалась ни минуты. Что это за дружба, когда тебе дали понять, что чувства ушли? Как вообще ему в голову могла прийти мысль, что брошенная и уязвлённая женщина купится на эту сказку? Хотя, наверное, приятно дружить, когда тебя любят. Великодушно и удобно одновременно.
   С друзьями можно общаться, когда захочется и на любые темы. А с теми, кто ещё не ушёл до конца, и кого не хочешь потерять - нет. Будь Герман просто её другом, Алиса непременно спросила бы его сейчас: "Почему мне так классно засыпать в твоих руках?" А вместо этого приходится сидеть, тупо уставившись на зелёную галочку Скайпа в раздумьях: написать - не написать, поздороваться - не поздороваться, поймёт - не поймёт. И в конце концов прятаться в "невидимку". Они не разговаривали целую вечность. Неделю.
   Один раз она всё же не выдержала. Заметив его в сети, вместо "привет" сбросила ссылку на YouTube со старой, но прекрасной песней Эрика Кармена в роскошном исполнении Селин Дион "All by Myself" с такой вот текстовкой: "Когда я был молод, любовь была для меня лишь игрой. Эти дни прошли, и теперь я одинок. И всё совсем не так, как мне бы этого хотелось..."
   Вообще-то музыкальная тема песни - ничто иное, как Adagio Sostenuto второго фортепианного концерта C-minor Сергея Рахманинова. Если бы Алиска была мужчиной - ни одна бы девушка не устояла перед такими изысканными ухаживаниями. А так что вышло? Неверный ход. Не дождалась его шага, значит, снова накосячила. Впрочем, Алиса сделала вид, что это вовсе и не знак внимания, а так. Не то - намёк, не то - прихоть меломана.
   Герман ссылку, видимо, открыл. И слова прочитал, конечно, потому что через несколько минут написал: "Песня про меня?" Она ответила: "Мы слушали её, когда ты приезжал последний раз, помнишь? По телеку ещё конкурс шёл, и девушка с ней слабенько справилась. Я обещала найти и дать тебе послушать оригинал. Красивая композиция". Написала и отключилась, бросив напоследок: "Пока. Мне некогда. Хочу ещё фильм досмотреть". Гордая.
   Помнит ли он? Алиска точно не забудет. Тем вечером они валялись на разложенном диване, она закуталась в плед и уткнулась носом Герману в грудь. А он обнял её за плечи и осторожно гладил по спине, отчего ей хотелось мурлыкать, как кошке. Но вместо этого девушка вдруг задремала под мерное и спокойное биение его сильного мужского сердца.
   - Я уснула? - не то сказала, не то удивлённо спросила она через некоторое время.
   - Да, - ответил Герман и улыбнулся, - у тебя ножки дёргались, и ручки, как лапки у собачки.
   Алиска повернулась к нему спиной, и он вытянулся вдоль её гибкого тела. Очень скоро она почувствовала затылком его мерное дыхание. Герман спал.
   Почему им всегда так хорошо и спокойно спится вместе?
   Неужели вправду - не любил?
  
   Глава 3. Сезон охоты на принцев

Я помню образ женщины, некстати догадавшейся, что она смертна, - как раз тогда, когда нужно собраться, перетерпеть день за днём своё "сейчас" и дождаться "завтра". А тут вдруг оказывается, что жизнь - это недолго, и прямо сегодня.

  
   Настоящей принцессе по статусу положены уверенность, королевское платье и свита. Алиса придирчиво оглядела себя в зеркало. Когда она не думает о Германе, её глаза вполне способны излучать независимость и радость. Вот и замечательно. Немного макияжа: стрелочки для лукавого кошачьего прищура, прозрачные румяна на скулы. Теперь прикид. Джинсы - прочь. Принцессам они не годятся. Алиса отказалась от любимой формы одежды, скрепя сердце, но что поделать, если все последние исследования в один голос утверждают, что в именно джинсах ты сливаешься с толпой. А ей нужно обратное: чтобы заметили. Поэтому - юбка или платье. Или всё же брючки, и постепенно вживаться в новый имидж? В них как-то спокойнее.
   Привычка победила. Алиска натянула широкие льняные штаны с серебряным отливом и маечку-тельняшку с глубоким декольте. Для тренировочного выхода сойдёт. Достала каблуки. Оглядела себя с ног до головы. Должно сработать. Её задача на сегодняшний вечер - пополнить свиту новыми знакомствами, или, проще говоря - вернуться не одной.
   Так ведь и получилось! Познакомилась. С мужчиной харизматичным и интересным. Взрослым. Жалко, что с иностранцем. Сначала был ужин, затем - казино. Вечер пролетел на одном дыхании. Домой вернулась взволнованная, в 4-30, почти на рассвете. Целое приключение вышло. Фантастика. Если бы нужно было написать рассказ в этом жанре, она бы справилась. Только назвала бы главную героиню не своим, нереально-сказочным именем, а каким-нибудь заведомо победным, скажем, Вики, Виктория. И выглядело бы это примерно так:
  
   Короткая улыбка

Человек, чьё сердце пребывает в заблуждениях, взирает лишь вовне, надеясь через свои поступки обрести Будду, но так и не достигает пробуждения своей природы - вот это и есть человек неглубоких корней. Если же внезапно прозреть свою природу, не держась ни за какие внешние поступки, но лишь в своём сердце постоянно поддерживая праведные взгляды, то ни незнание, ни мирская пыль никогда не смогут затронуть такого человека - вот это и будет человек, прозревший свою изначальную природу.

Фрагмент " Сутры Помоста Шестого патриарха"

  
  
   "Сегодня", - эта мысль упорно не желала покидать голову. Вики пробежалась по всем телеканалам, надеясь, что какой-нибудь сюжет сможет отвлечь её от предчувствия и заставит остаться. Бесполезно. Мимо. Непреодолимая сила выталкивала из дома. Вики перевела взгляд на цербера по кличке Цезарь, трёхголового любимца. Существо, уверенное в своём собачьем происхождении с момента появления из яйца, приветливо завиляло чешуйчатым хвостом.
   Когда-то Вики держала настоящую собаку. Но это было давно, ещё до вспышки. После, когда неожиданно вымерло большинство млекопитающих, учёным удалось вывести одомашненный вид пресмыкающихся, добавив к геному геккона что-то от собак, и она не удержалась: приобрела одного из церберов. Привыкла, чтобы кто-то ластился у ног. Маленький Цезарь оказался смышлёным и ласковым, и напоминал ей дракончика из преданий.
   Решено, она выгуляет питомца и всё. И после этого останется сидеть дома весь вечер...
   Однако, после короткой прогулки внутренняя гонка никуда не делась. Вики искупала Цербера, смывая с лап остатки радиоактивной пыли, ещё раз пощёлкала пультом и, вздохнув, принялась натягивать комбинезон. Бросила взгляд в зеркало. Скривилась: что-то не то. Подвела глаза, собрала длинные искусственные волосы в высокий хвост. Сделала несколько коротких инъекций в область лба и виски. Чтобы не появились морщины. После шестидесяти нужно за собой тщательней ухаживать. Уже лучше. Хотя, конечно, вид у неё немного усталый. Но, как есть - так есть. В конце концов - не на свидание.
   Повезло, что люди победили старость, когда ей едва исполнилось тридцать. Поворачивать время вспять, конечно, не научились, но сохранять внешность в стабильном состоянии стало легче. Теперь морщины и дряблость - это удел нищих или равнодушных к себе. Ну, и ещё этих, странных, радикально настроенных сторонников естественных природных процессов. Вики не причисляла себя ни к одной из этих групп. Особенно удивляли последние, которые вели себя с её точки зрения предельно глупо, если учесть, что от первозданной природы почти ничего не осталось. Теперь нестареющее население было свидетелем умирания прежнего мира. Так они платили за достижения цивилизации.
   За окном смеркалось. Вики побросала в сумочку необходимые вещи. Тревога улеглась, движения стали уверенными и чёткими. Сомнений не осталось, её взывали. Но куда? Зачем?
   Всего несколько дней прошло с начала отпуска. Последнее задание было длительным и изматывающим, и она действительно не ощущала в себе сил для новой работы. Там, конечно, об этом знали. Они всё всегда знают о нас. Вероятно, новое задание будет коротким и несложным. Или же, у неё просто профессиональная паранойя и последствия переутомления? Может, на самом деле это никакой не сигнал, а начало тахикардии? Нет, её компьютер показывал, что все органы и системы работают слаженно и нормально. Если это ошибка, то она просто тупо напьётся. Чтобы отключить мозг, а вместе с ним грёбаную интуицию, телепатию, гипноз и все остальные органы воздействия и восприятия. Имеет право. В конце концов - отпуск. Беспросветный. Лето в городе. Мрак.
   Седьмое чувство вкупе с мыслью о выпивке вывели её на узкую улицу старого центра. Здесь было немноголюдно. Ничего удивительного: вечер понедельника, дыра на краю Вселенной. Вот и бар. Можно спуститься в подвал или остаться на летней веранде. Не будем себя обманывать. Если всё верно, то клиент сможет найти её только здесь, наверху. Вики заказала пиво, развернула ноутбук и принялась ждать, уткнувшись взглядом в экран. Она быстро оценила посетителей. Молодая парочка. Пожилая чета. Группа молодцев с крупными бицепсами. Эти увлечены горячими спорами, разогреты зноем и спиртом. Странно, что при всех достижениях химии, чтобы расслабиться, как и сто лет назад люди отдают предпочтение обыкновенному алкоголю. Вики уловила несколько оценивающих взглядов... Кто-нибудь из них? Возможно, но вряд ли. Нет, непременно должен прийти кто-то ещё, а иначе, что она здесь делает?
   Картинки и странички на мониторе сменяли друг друга. Она лениво пролистывала их аккуратным пальчиком с безупречно наращенным маникюром. Интересно, носит ли кто-нибудь ещё свои ногти? Или они больше не растут? Даже у мужчин на пальцах всевозможные накладки, и мода на них не проходит последних лет пятнадцать-двадцать...
   Принесли пиво. Вики вспомнила, что ничего не ела с самого утра и заказала по меню что-то вегетарианское из местной кухни. Здесь неплохо жарили коренья. Даже если она неправильно истолковала сигнал, и у неё обычные психические отклонения, то это ещё не повод оставаться голодной. После исчезновения одомашненных млекопитающих она воздерживалась от мяса, поскольку его либо синтезировали из растительного сырья либо получали от ящеров и насекомых. Последнее было ей неприятно. Лучше принять белковую капсулу. Но это в другой раз, потому что сегодня вечером она запустит в печень этиловый спирт, а витаминкой, как говорится, не закусишь.
   Бокал опустел наполовину. Почему они никогда не ставят задачу чётко и ясно? С явками, паролями, координатами, описанием клиента? Как в старых книжках или в кино? С определением сроков - тоже. Вики, конечно, не первый раз на задании, она уже давно научилась распознавать, но всё равно каждый раз неопределённость держала её в напряжении. Хотя, вероятно, некоторые вещи не могли знать даже там. Это как лотерея, как выпадение случайных чисел. Клиент находил агента сам, притягиваясь на нужные ему вибрации. По крайней мере, Вики объясняла себе это так. Они вообще ничего не объясняли. Все разборы полётов - по окончании миссии. Там, на другом берегу священной реки.
  
   ***
   Когда-то, в начале двадцать первого века, любили говорить, что мир меняется всё стремительней из года в год. Приводили примеры новых технологий, гордились научными достижениями в области медицины, биоинженерии, космическими и природными исследованиями. Важные учёные рапортовали с телеэкранов с отчётами по вычислению процента метана, выделяемого крупным рогатым скотом. Они выдвигали гипотезы о его воздействии на атмосферу Земли и влияние вонючего газа на процесс глобального потепления. Вики застала эти научные дебаты. В начале 20-х годов XXI века она как раз оканчивала университет и даже участвовала в каких-то акциях протеста из серии: "Не кормите коров горохом". Теперь об этом смешно вспоминать. Человечество захлебнулось своей гордыней. Всё перевернулось в один день без его участия. Короткая вспышка на границе соседней Галактики - и нет ни коров, ни гороха.
   Нет, это не было Концом Света, так жадно ожидаемым в 2012 году. Может быть, инки просто цифры перепутали местами? Или те, кто переводил пророчества? Космическое излучение неизвестной тогда природы достигло атмосферы Земли в 2021-ом. Оно избирательно воздействовало на живые организмы, вызывая мутации и генные изменения у большинства растений и животных. В первую очередь пострадали высшие формы, меньше - архаичные. Неплохо сохранились водоросли, мхи, лишайники, хвощи, папоротникообразные и отдельные хвойные. Почти не изменились насекомые, только укрупнились в размерах. Хуже всего обстояли дела с покрытосеменными цветущими растениями и теплокровными животными.
   Человечество научилось поддерживать свой вид за счёт биотехнологий и сохранения живущих особей, но половое размножение практически прекратилось. Очень немногие могли позволить себе вырастить ребёночка в пробирке. Это стоило космических денег. К тому же новое поколение было болезненным и часто нежизнеспособным. Человечество старело. Средняя продолжительность жизни далеко перешагнула отметку 100 лет. К середине 21 века каждый индивидуум был чипирован, генетический материал, имеющий репродуктивную ценность, тщательно охранялся, ценность жизни выросла в миллионы раз.
   Но, к сожалению, не удавалось победить главную проблему - мутацию. Она проявилась не сразу, потому что мало затронула внешность Homo Sapiens. Воздействуя на полевую оболочку планеты, космическое излучение изменило то, что называется ноосферой, информационным полем Земли, сделав его более проницаемым для ментального воздействия. Поговаривали, что если бы вспышка продлилась чуть дольше, или будь излучение чуть интенсивнее, то стали бы проявленными все планеты тонкого мира. Но и без того число экстрасенсов и контактёров возросло в тысячи раз. Разумеется, кто-то тут же попытался извлечь прибыль из новых сверхспособностей, но эту деятельность, как и тренинги по раскрытию странных дарований быстро запретили. До шуток ли, когда каждый второй пытается примагничивать к себе столовые приборы, перемещать предметы взглядом и силой гипноза "влазит" в мозги ближнего своего. Ладно, если это полицейский на допросе, а если вор за спиной обывателя, вспоминающего пин-код к платиновой кредитке?
   Несмотря на снижение количества населения, спустя несколько лет переполнились все существующие психиатрические клиники. Пациенты жаловались на голоса в голове, отдающие приказы, явления призраков, гуманоидов и всевозможных существ различных верований и концессий. Главным направлением медицины наряду с геронтологией и эстетической хирургией стала консервативная и неумолимая психиатрия. Большие дозы транквилизаторов в конце концов позволили закрыть "каналы связи" с тонким миром, а всякий человек, подозреваемый в склонности к "контактёрству", подлежал срочной госпитализации. Правда, после профилактического курса лечения сильно страдала память. Но такая жёсткая политика была оправдана. На кону стоял вопрос выживания вида.
   Вики не сразу поняла, что слышит и видит не так, как остальные. Наверное, так же ощущал бы себя нормальный человек, родись он в семье дальтоников: ты же не знаешь, что для них красный и зелёный выглядят одинаково. А когда поняла, то не стала обращаться к врачам, здраво рассудив, что потеряет в больнице не только способности, но и личность. Поэтому сразу после университета попросилась в монастырь.
   Когда твоя интуиция превышает ум в сотни раз, когда ты не только задаёшь вопросы небесам, но и получаешь на них ответы, учёба становится увлекательнейшим занятием. Нужные книги сами попадали в руки Вики. Священные писания всех существующих религий мира открывали свои истины. Она узнала, что изначально всё человечество неоднородно по происхождению. Что нет абсолютного Добра и Зла. Что есть души, пришедшие из нижних миров, и у них путь Земли. Но есть те, кто добровольно покинул высшие сферы, и сейчас их время. Они обязаны вести за собой остальных, немногих оставшихся. И только так возможно спасение. Её душа, пришедшая со второй планеты тонкого мира, научилась смотреть и видеть, слушать и слышать, узнавать и распознавать. Через несколько лет Вики стала адептом и вышла из монастыря с новой миссией. В мире, висящем над краем пропасти, она должна была теперь отыскать "своих", помочь им услышать собственное сердце и напомнить о Пути, избранном ещё до рождения.
  
   ***
   - Можно к вам?- приятный баритон раздался в полуметре от неё. На веранде оставалось полно свободных мест и пустых столиков.
   - Конечно, присаживайтесь, - девушка подняла глаза. "Заставляете себя ждать. Я здесь уже больше сорока минут", - услышал бы он, если бы умел читать мысли.
   Значит, предчувствие не обмануло. Мужчина. Ожидаемо. На вид: сорок пять. Значит, чуть за семьдесят. Старше её лет на двенадцать-пятнадцать. Среднего роста, плотного спортивного телосложения. Прекрасная осанка и выправка. Воин? Да, вероятно. Крупные черты лица. Прямой узкий нос. Перебита перегородка. Он не из этих мест. Значит, воин в пути. Очень живые глаза. Проницательные. Изучающие. Спокойные. На оценку ушло полторы секунды.
   - Что Вы здесь делаете одна?
   "Жду Вас", - это мысленно:
   - Ужинаю.
   - Не любите готовить?- он располагающе улыбается.
   - Отпуск. Лето. Не хотелось проводить вечер в одиночестве. А Вы?
   - Проездом по делам клиента.
   Приезжий. Так она и думала. Значит, если это её задание, то оно и впрямь будет коротким. По делам - значит, бизнес. Напрямую не спросишь. Расскажет сам, если захочет. Спросить про клиента?
   - Оставили подопечного проводить свободное время по своему усмотрению? - Вики мимолётно улыбнулась.- Женщины, алкоголь, казино?
   В их землях эти формы досуга становились всё более привлекательными для соседей. Мужчина неопределённо махнул рукой:
   - Наверное. Это его дело. Не потеряется. А у меня сегодня всё, отдых. Что пьёте?
   - Пиво.
   Незнакомец поморщился.
   - Предлагаю выпить вина. За знакомство.
   - Здесь давно нет хорошего вина. Лучше я останусь при своём, - она показала взглядом на бокал.- И вам советую.
   - Нет, тогда я лучше выпью водки.
   - Зимний напиток.
   - Да? Почему? Я это слышу уже во второй раз.
   - В наших краях такая традиция, - пояснила Вики.
   - А в наших - водка - это и есть традиция, - хохотнул неожиданный сосед.- Напиток настроения, а не сезона.
   - Что ж, за это и выпьем, - Вики подняла пивной бокал.- За настроение.
   Незнакомец налил себе прозрачный сорокапроцентный концентрат этилового спирта.
   - Может быть, всё же хотите чего-нибудь покрепче?- предложил он.
   - Нет, благодарю. Я вообще почти не пью алкоголь. Сегодня исключение.
   - Почему так? Проблемы? Зависимости?
   - Он отключает сознание и разрушает биополе.
   - Не совсем. Он отключает поступление внешней энергии и переключает на внутренние резервы.
   - Можно сказать и так, - согласилась Вики.
   - И ещё важно, чем закусывать. Например, нельзя заедать водку яблоком или сливой. Вызывают процессы брожения. Так что, если кто-то Вам предложит закусить ими водку, то знайте, что Вас стремятся поскорее напоить, - предупредил незнакомец.
   Яблоком? Сливой? Он шутит? Кто ими может угостить? Плоды этих растений теперь на вес золота.
   - Хотите маринованный папоротник?- предложила она.
   - Благодарю. Дождусь чего-нибудь посерьёзней. Сигарету?
   - Не курю.
   - Почему?
   - "Если другие люди ошибаются, я не должен ошибаться; если же я ошибся, то это - лишь моя собственная ошибка".
   Она его удивляла.
   - Кто Вы по профессии?- спросил незнакомец.
   - Учитель.
   Это был самый нейтральный из официальных ответов. Память Вики хранила массу обучающих программ, и педагогическая версия давно оставалась самой правдоподобной и надёжной. "Остальное обо мне тебе знать не надо". Собеседник довольно кивнул:
   - А мне приходится сопровождать "гостей".
   Сопровождение? Вики тоже последние годы сотрудничала со службой сопровождения. Мир менялся так быстро, что туризм набирал обороты во всех странах. То цунами слижет побережье с лица земли, то землетрясение "выплюнет" новый остров или архипелаг. Всюду хотелось успеть. Однако, незнакомец мало походил на её коллег-гидов. Среди парней этой профессии привычнее встречались лица нетрадиционной ориентации. А собеседник явно был консервативен в этих вопросах. Сама мысль показалась Вики смешной, и она улыбнулась возникшей мысли. Стало быть, тогда это другое сопровождение. Телохранитель? Востребованная работа. Хорошо оплачивается. Но опасная. Тела нынче дороги. Особенно здоровые органы. Сосед по столику подтверждал её предположение:
   - Почему они дикие такие, эти приезжие, из других земель. Боятся всего... Охрану нанимают. Чего они боятся?
   - Разве в нашем мире нечего бояться?
   - А разве когда-нибудь было иначе? - ответил он вопросом на вопрос.
   - Наверное, им кажется, что здесь всюду мафия.
   - Здесь? Мафия? Возможно. Но у вас спокойно. Тихо.
   - Да, у нас организованная мафия. С понятиями. Но тихо не везде. Смотря где бродить. В центре - нормально. А на окраину я бы вечером одна не сунулась. Там одни мутанты. Но в других странах - запросто. Мне, например, кажется, что там, у них, наоборот, намного спокойней и чище. А у нас народ лихой и непредсказуемый. Недообследованных много.
   - Нет, у вас хорошо. Почти как на моей родине, - сосед по столику задумался. Ни к чему ей знать, что до его малой родины отсюда меньше часа лёту. У наёмников нет дома.- Давно мне не доводилось бывать в ваших краях.
   - Давно - это сколько?
   - Лет тридцать-сорок.
   Значит, последний раз он бывал здесь сразу после вспышки. С тех пор многое изменилось.
   - И как? Нравится?
   - Да.
   - Правда? - Не первый раз она слышала, что приезжим у них нравится. Но Вики сотый раз пожалела о том, что проводит отпуск в родном городе. Она бы с радостью поменялась сейчас местами с каким-нибудь иностранцем. Пусть наслаждается местной экзотикой, а она махнула бы куда подальше, ближе к океану. Говорят, только океан в этом мире остался прежним. По крайней мере, на поверхности.
   -Так как же Вы бросили его, своего подопечного, такого пуганого?- спросила Вики, решив поддержать разговор.
   - С ним мои ребята.
   "Всё-таки охрана" - догадалась девушка.
   Незнакомец заказал водки и мяса. Ей принесли овощи.
   - Ты к тому же ещё и не ешь, - заметил сосед по столику, переходя на "ты".
   - Я не ем мяса. А ты хищник?
   - Да. Хотя, глядя на твои овощи, я бы поел грибов. Ты странно на меня влияешь.
   "Сейчас сделаем". Вики отыскала внутренним взглядом повара ресторана, и ему пришла мысль добавить к мясу в качестве гарнира горку жареных шампиньонов. Девушка вернулась к собеседнику.
   - Какой ты хищник? Мелкий?- поинтересовалась она, принимая игру.
   - В том-то и дело, что крупный, - произнёс он как-то грустно.
   До сих пор ей никто не признавался в том, что он крупный хищник. А этот говорил уверенно. Ему стоило поверить на слово.
   - А ты, значит, детей учишь?
   - Теперь больше нет. С детьми в наше время сложно. Путешествую.
   - Много ездишь?- спросил мужчина.
   "Мы здесь не для того, чтобы обсуждать меня, а для того, чтобы выслушать тебя", - подумала Вики.
   - По работе, - ответила она уклончиво.
   - Чем занимаешься?
   - Перевожу.
   - Ты переводчик? С какого?
   - Стандартный набор языков международной коммуникации.
   "Владея телепатией несложно понимать собеседника". Правда, после введения запрета на парапсихологические опыты она обращалась с даром осторожно и изредка.
   Он усмехнулся:
   - А на нормальном языке говорить умеешь?
   Вики не думала изменять выбранной роли умницы:
   - Мат? Жаргон? Диалект? Умею, но, извини, я ко всему прочему ещё и педагог, - приподняла она чётко очерченную бровь.
   - А я привык по-всякому...
   - Не надо примеров. Верю. Пока у тебя всё хорошо получается, - подбодрила Вики, благосклонно кивнув.
   Он посмотрел на неё внимательно, улыбаясь одними глазами. Большой и хищный кот, который пока не казался опасным. Возможно, в другое время и в другом месте - да, но не здесь и не сейчас.
   - Хочешь попробовать? - она протянула свою тарелку со странными деликатесами новому знакомому.
   - Нет, спасибо. Нельзя.
   - Что нельзя?
   - Делить еду с чужими.
   Вот какие у них приметы.
   - Как хочешь.
   Неприметный официант поменял блюда.
   - Смотри ты, грибы,- сосед по столику с искренним удивлением показал на свою тарелку.
   Вики пожала плечами: "Бывают же совпадения" и улыбнулась одними уголками глаз. Почему-то ей захотелось подарить ему немного радости.
   Незнакомец наблюдал за девушкой исподтишка, молчал совсем недолго, а затем словно вспомнил о чём-то, и в его голосе послышались мягкие нотки.
   - У меня была одна знакомая... Очень хорошая знакомая... Тоже переводчица...
   Вики вызывала странные ассоциации из невозможного и канувшего в лету времени.
   - Это было давно... Я нашёл ей работу и помог уехать за границу. Она устроилась очень удачно... Я был занят. Правда. Приехать было нельзя. Мы не виделись несколько лет. А потом я её нашёл по своим связям, вырвался... Но это оказался уже совсем другой человек... Она "подсела на стакан". Спилась, понимаешь? Такое случается с людьми в эмиграции. Очень сильно изменилась, я её едва узнал... Нет, не внешне. Ты же знаешь, внешне сейчас не стареют. Но какой в этом прок, если умирает душа, скажи?- он перевёл дыхание.- А ведь всё могло быть иначе... Почему это случилось? У неё же были такие возможности...
   - Она была одинока и считала себя брошенной. Для женщины это страшнее всего. Теряется смысл жизни.
   - Знаешь, что она меня спросила? "Где ты был столько лет?" А где я был?..
   Он замолчал. Вики ни о чём не спрашивала. А он смотрел на неё, и к нему возвращалась память его сердца.
   - Скажи, чего хочешь ты?- спросил он вдруг.
   "Мы здесь не для того, чтобы обсуждать меня"
   - Что важнее всего для тебя?- настаивал собеседник.
   - Я обычный человек, - соврала Вики.- Наверное, мне нужно то же самое, что и всем женщинам.
   Первый графин водки опустел, и он заказал ещё.
   - Почему всем женщинам нужен секс?- вдруг спросил он.
   "Что-то новенькое. Алкоголь поступил в кровь?", - мелькнуло в голове у Вики. Она оценила биополе собеседника. Оно было абсолютно спокойно. Все энергетические каналы стабильны. Нет, его вопрос не был проверкой или провокацией. Наоборот, он не хотел секса.
   - Надеюсь, ты сейчас говоришь абстрактно. У меня в глазах нет желания, - на всякий случай всё же сказала она.
   Он прищурился.
   - Конечно, абстрактно. Это не о нас с тобой. Поэтому я и спросил. Но если хочешь знать о себе... Тебе это тоже нужно.
   "То, что порой режет нам слух, может оказаться честными речами". Однако, это не о ней сегодня. Она встретилась с этим мужчиной явно с другой целью.
   - Неужели?- Вики саркастически улыбнулась.- Есть предположение: этот вывод
   пришёл тебе в голову на том основании, что я живая? - уточнила она.
   - Живая? Да. Хоть и устала. Я вижу, что ты уже давно одна. И ещё ты собственница, - он пытался что-то прочитать по её невозмутимому лицу. Телепатия? Нет. Жизненный опыт.
   Он продолжал:
   - Секс тебе нужен постоянно. Тебе нужен свой, домашний, постоянный партнёр.
   Вики рассмеялась, на этот раз искренне:
   - Проницательно! Про собственницу. И про партнёра. Но формулировка!.. Ты прости, но я первый раз встречаю такую подмену понятий! Домашний и постоянный партнёр! Разве дело только в сексе? Обычно такого типа называют мужем, а объединение - семьёй.
   - Да?
   - Ты не знал?
   - Знал. Забыл. Муж. Жена. Таких чудиков давно не встретишь. Тогда ты семейный человек?
   - Это тебя удивляет?
   - Да, это редкость. Немногим женщинам нужна семья.
   Пришла её очередь удивляться. Что, в других странах всё так изменилось? Когда? Почему она не заметила? Хотя, наверное, он прав. Одиноких и независимых всё больше.
   - Я из тех, из прошлого, - усмехнулась Вики.
   - А муж есть?
   - Нет уже. Пока нет. Не знаю, как правильно ответить.
   - И как ты обходишься?
   Лет сто назад этот вопрос показался бы кому-то за гранью приличий. Но после сексуальной революции конца 20-го века многое изменилось. Тем более, что собеседник на самом деле не спрашивал о её интимной жизни, а лишь пытался найти ответы на свои давние вопросы, вот и всё.
   - Нормально, - Вики подарила ослепительную улыбку. - Это совсем несложно. В современном мире неограниченных виртуальных возможностей для секса совсем не нужно иметь при себе физического партнёра.
   Впрочем, иллюзиями она не увлекалась. Пустая трата времени. Что касается мужчин... Когда перестали рождаться дети, сохранился лишь один смысл подобных связей. Секс с настоящим мужчиной был для Вики таинством, подобным тому, что когда-то практиковали тантристы. Он предполагал взаимный обмен тонкой энергией семи жизненных чакр. Но для этого был необходим партнёр её уровня, иначе существовал риск набраться низкочастотных вибраций, а это неминуемо вело к истощению и болезням. Подходящих мужчин существовало немного, и они предпочитали тратить тонкую энергию на другие занятия.
   - Так всё же, почему вам всем нужен секс? Секс и только.
   Кто-то, видно, сильно допёк этого парня. Вики задумалась. Мир давно сошёл с ума. Бедные мужчины. Многие из них отказываются от интимных отношений. Женщины становятся всё более навязчивы и агрессивны. Ей было понятно напряжение незнакомца. Тем, кто родился более 50 лет назад, чужды новые нравы.
   Раньше мужчина завоёвывал женщину и для этого ухаживал, посвящал стихи, дарил цветы, пытался произвести впечатление, чтобы сблизиться сначала душой, и только затем - телом. А сейчас всё чаще он вынужден поддаваться желанию и напору самки, соглашаться на секс для того, чтобы, быть может, впоследствии, если повезёт, обрести душевную близость, заботу и нежность. Уступает и проигрывает. Всё перевернулось, а люди не стали счастливее.
   Вики попыталась найти нужные слова, те, которые он хотел услышать:
   - Женщине нужен мужчина, чтобы иметь защиту, опору, поддержку. А секс - это не цель, а способ его привлечь и удержать, - попробовала объяснить она.
   - Некоторые женщины не хотят понимать, что ты не робот, не секс-машина. Ребята мои, бывает, возвращаются без сил. Я смотрю на такого и знаю, из какого пекла он выбрался. Ему поспать надо, поесть, восстановиться. А подруга его - на шее виснет, ласки требует, мне жалуется. Как ей объяснить?
   - Никак. Сама должна догадаться. А если нет - прощаться надо с такой подругой.
   Мужчина согласно кивнул и принялся разбираться с мясом. Да, он тоже так думал. Хорошо, что остался ещё кто-то, кто думает так же.
   - Значит, ты можешь учить и языки знаешь...- произнёс он через некоторое время.- Хорошая работа. Ты хотя бы понимаешь, зачем живёшь. А я, - он глянул жёстко и сердито, - не знаю иногда, что отвечать парням, когда они меня спрашивают: "Ради чего?"
   "Ты отправляешь их прикрывать чужие толстые задницы за большие деньги", - поняла Вики. Но ничего не произнесла вслух. Он уже держался глазами за её взгляд и уходил, погружался, тонул в нём...
   Словно кадры кинофильма. Нет, нарезка из нескольких лент, снятых одной камерой в разное время. Вики увидела раскалённую пустыню, песчаные барханы, дикарей, разрывающих на части солдат-наёмников правительственной армии... Это кино не для девочек.
   Затем - снова люди с замотанными лицами, одетые, как местные. Вооружены. Группа окружает селение. Возмездие. Жители не должны догадаться, что приближается смерть...
   Потом привиделся дом, мирный, большой, богатый. В окнах свет. В комнате люди. Женщина, ребёнок... Люди в камуфляже оцепили здание со всех сторон и крадутся бесшумно и незаметно... Звон стекла. Крики. Сухие щелчки выстрелов. Обычная зачистка... Нет, его парни не участвуют. Они охраняют заказчика и если надо - полягут за него. Если будет приказ. Заказчик важный. Правильный. С конкурентом покончил, но недоволен. Морализирует, проявляет гуманизм, качает головой, цокает языком: "Нехорошо, что же вы так, ребёнка... всех не надо было..."
   Напоследок перед глазами возникает влиятельный и богатый политический деятель. Он снимает на видеокамеру достопримечательности красивого модного города и присматривает себе молоденьких мальчиков на вечер. Его, жирную свинью, тоже нужно охранять его ребятам... Хлеб наёмников.
   Вики моргнула, отгоняя видения, понимая, что увидит дальше. Отхлебнула пиво. В этом проблема ментальных контактов. Твоя задача вывести клиента за пределы его памяти, к истоку, но по ходу приходится погружаться в его воспоминания. "Передавай способ прозрения изначальной природы, ибо смысл твоего прихода в этот мир заключается в том, чтобы разбить ложные взгляды".
   - Мы даже не познакомились, - вдруг произнёс собеседник.
   - Вики.
   - Нэн. Нэн Уайлд.
   - Очень приятно.
   Она уже встречала это слово. В буддийских писаниях есть расшифровка значения имени "Нэн" - "способный на то, чтобы осуществлять деяния Будды". Она не ошиблась. Перед нею воин Света, сбившийся с Пути. С воинами это часто случается.
  
   ***

Искать просветление вне мира, столь же бессмысленно, как искать рога у зайца.

   До этого ей попадались представители иных миссий, и всё получалось. Они были чуткими и ведомыми, быстро откликались и учились. Проблем не возникало до встречи с воинами. Первый же воин, которого ей дали, оказался непробиваемо трудным. Хотя, наверное, сложнее всего Вики далось понимание, что он на стороне Света. Но её согласия не спрашивали. Есть миссия и точка. Разбирайся. Они никогда не дают прямых инструкций.
   Вики сторонилась непонятного ей человека и долго присматривалась. От знакомства осталось неприятное и противоречивое впечатление: сильный дух, истощённая душа, страстное сердце, сбившееся с ритма. Она вспомнила истину: "Если ты подмечаешь недостатки других людей, то лишь приумножаешь собственные". Это помогло. Она перестала концентрироваться на его недостатках. Но страх не отпускал. Что, если она не справится? Если он во власти демонов, то она пропадёт вместе с ним. Только в заветах находилось успокоение: "Каждое живое существо имеет свой Путь, а поэтому они не могут навредить друг другу".
   Вики едва начала распознавать. Годы, проведённые в монастыре, научили её видеть гармонию в правилах и в следовании заветам. Было бы легко, если бы добро всегда носило нимб и белые одежды. Но не в этом пограничном мире. Её воин не придерживался правил. Клиент был резок, неуживчив, прокурен. Он ругался и ввязывался в драки, проповедовал расистские воззрения и ненавидел сексуальные меньшинства. Психиатры отказывались от него в самом начале первого приёма. "Это какая-то ошибка. Он не может быть воином второй планеты тонкого мира", - крутилось тогда в голове Вики. Символы веры, которые она первый раз увидела в его доме, показались ей кощунственной насмешкой.
   Но рядом с ней чудовище успокаивалось и через некоторое время открылось то, что было спрятано от глаз:
   "Буравя дерево, можно добыть огонь.
Из мокрой черной грязи рождаются красные цветки лотоса.
То, что горько на вкус, может быть лекарством.
Из исправления ошибок обязательно родится мудрость".
   Работа воинов Света второго порядка - вытягивать из людей демонов, порабощающих душу. И он устраивал шоу, провокации, скандалы. Демоны лезли, выворачиваясь, сопротивляясь и корчась. Он выли, плевались и гадили. Удивительно ли, работая ассенизатором, приносить на себе со службы неприятный запах. Люди, видя в лицо собственных монстров, ужасались. Кое-кто после этого менялся.
   Теперь многое открылось с другой стороны. Её клиент погружался в такие бездны, о которых Вики даже боялась подумать. Но восстанавливать силы он не успевал, забыв, где их черпать. Воин потерял равновесие в своём сердце, и теперь в нём не могла появиться мудрость.
   "Хотя добро и зло противоположны друг другу, изначальная природа не двойственна, - учила его Вики.- Когда мы размышляем о недобрых поступках, то в метаморфозах перед нами разверзается ад, когда же мы размышляем о добрых делах, то в метаморфозах перед нами раскрываются врата Небесной обители. Мудрость трансформирует нас в Верхний мир, заблуждения обращают нас к миру Нижнему. Поистине неисчислимы метаморфозы нашей внутренней природы!"
   Она терпеливо вела его день за днём по пути от внешнего мира внутрь, к своей сути, к тому дню, "когда ты можешь хранить одиночество, постигая своё сердце". И однажды он произнёс: "Я вернулся. Я снова стал самим собой".
   "Обретать прибежище внутри себя означает постоянно прозревать свою внутреннюю природу и преодолевать собственные ошибки, а не рассуждать о том, плохи или хороши другие люди". Воин был лишь на половине пути, но в помощи Вики более не нуждался. Она это понимала, и он чувствовал.
   "Каждый из людей должен спасать себя сам, опираясь на свою внутреннюю природу - только это и зовётся истинным спасением". Вики получила опыт, заслужила отпуск. И обрела одиночество.
  
   ***
  

Тот, кто хочет изменять других людей, сам должен обладать умением.

   - Знаешь, а у меня есть мать и сестра, - произнёс Нэн, отведя взгляд.- Я вырос в нормальной семье. В хорошей семье, правда. У сестры есть дом и семья...
   - А у тебя?
   - Я не люблю дом, - он снова посмотрел в глаза Вики и добавил.- Вернее, дом я люблю, но у меня такой характер, что не могу усидеть на месте. Мне нужно постоянно что-то делать, находиться в движении. Я даже кофе утром пью на балконе, чтобы видеть, что происходит на улице.
   "Ты не любишь дом, потому что не можешь себе позволить иметь пристанище. А в том месте, которое ты зовёшь своим домом, тебя никто не ждёт".
   - Может быть, когда-нибудь у тебя будет семья...
   - Нет, увы. У наёмников не бывает семьи и дома. Вот такой я урод.
   - Нет. Ты не урод. Это твой Путь.
   Нэн согласно кивнул:
   - Семья - это место, где ты уязвим. Я говорю своим парням: не спешите, не женитесь, в нашем деле трудно иметь жену и детей. Детей вообще иметь и хлопотно, и дорого. Правда, мои парни могут себе это позволить. Поэтому, как их удержишь? Все молодые. Многие девушки даже не догадываются, чем занимаются их мужчины. Зато их вполне устраивает размер страховки. Они даже не задумываются, за что платят такие деньги!
   "Эти парни стали твоей семьёй. Ты опекаешь их, как отец"
   - Ты знаком с невестами?
   - Конечно. Я должен знать всё обо всех.
   Нэн закурил. Это чистая правда. Он знает всё и обо всех. От этого зависит безопасность ребят, клиентов, организации. С девушками стало нелегко. Встречаются и глупышки малолетние, влюблённые, и стервы продуманные. Среди моделей хватает продажных тварей. Этим только деньги подавай. А случись что - бросают и поминай, как звали. Ребята долго потом не в форме. Где же нормальных девчонок на всех найдёшь?
   Вот и сейчас не покидала голову одна задачка.
   - Скажи, что думаешь, - спросил он у Вики.- Стала за одним моим парнем девушка ездить. Модель. За моим лучшим учеником. Говорит, любовь у неё. Он тоже голову потерял. Врёт мне, щенок. Быть беде, чует сердце. Я его гнал, её "закрыл", так, чтобы не давали выезда красавице. А теперь сомневаюсь, прав ли? Вдруг ошибся?
   - Прав. Своей правдой. Только если нам Всевышний свободу дал, то людям и подавно грех её у других отнимать. Тем более, если любовь.
   Нэн достал телефон:
   - Выпускай. Всё. Я сказал.
   Голос резкий, хриплый. Вики словно очнулась. Это не шутка и не сон. Перед ней хищник, глава наёмников. А кто она перед ним? Нельзя, чтобы он догадался, что она его считывает. Конечно, у неё своя цель - помочь ему. Но если почувствует или узнает - несдобровать. Он так тщательно осматривал стол, нет ли прослушки, а тут она, практически в его голове. Нехорошо. Вики почувствовала, что в ней проснулся синдром "Красной Шапочки": лес знакомый, до дома далеко, а до Серого Волка - один щелчок зубами. Неприятное ощущение. Давно она не была настолько одна в этом городе.
   Нэн, напортив, заметно повеселел. Одну задачку он решил, вскользь, играючи. На редкость хороший вечер.
   - Я давно так ни с кем не разговаривал.
   Он подсел за этот столик совершенно случайно и сам не понял, что его притянуло сюда? Не скажешь, что девушка, сидящая напротив, в его вкусе. Точнее, в тот момент он её даже не успел рассмотреть. Какой смысл? Девушки сейчас все одинаковые, почти, как клоны. Присматриваться начал только сейчас. Симпатичная. Возраст не определишь, конечно. Но вроде бы молодая. Моложе его. Только взгляд уставший. Древний.
   Хоть эта Вики казалась странной, ему хотелось с ней говорить. А она слушала и понимала. Он был в этом уверен. Понимала. Так, что ему самому многое становилось ясным. Она не задавала вопросов. Почти ничего не рассказывала о себе. Это ничего. Если он захочет, то завтра будет знать о ней всё. Служба безопасности работает безупречно. Но захочет ли он этого?
   Нэн вновь потянулся за пачкой. Нет, ему не нужна правда. Он устал разочаровываться. Пусть она останется мечтой. Короткой и несбыточной. Пусть не говорит ничего о себе. Не разрушает.
   Впервые за многие годы ему захотелось обмануться и поверить в сказку. В то, что в этом мире ещё остался нетронутый остров чистоты и красоты, где женщины не покупаются, а любовь не продаётся, где мужчинам позволено оставаться рыцарями.
   - У тебя хорошие глаза, - произнёс он.- Я редко ошибаюсь.
   "Если бы я ошибался в людях, это стоило бы им жизни"
   - Спасибо.
   У неё были не просто красивые глаза. Они были глубокие. Нэн проваливался в их пучину, а каждый взмах её ресниц словно отщёлкивал кадры, самые сокровенные фрагменты жизни. Это были какие-то обрывки его снов, тех дальних, ещё до вспышки. Детские мечты, карамельные фантики, прикосновение шершавых маминых рук, запах домашних пирожков, бантики, заплетённые в две непослушные косички его конопатой любви, первый поцелуй, суматоха выпускного бала, упругий кричащий свёрток с его сыном...
   - Почему у тебя такая короткая улыбка?
   - Улыбка?
   - Да, короткая.
   Он всё же не удержался от расспросов. Эта девушка зацепила какие-то забытые невидимые струны его души, и ему захотелось помочь ей, защитить, подсказать нужное слово:
   - Не понимаешь? Ты закрыта. Тебя кто-то обидел? Обманул? Мужчина?
   - Нет.
   - Но ты не веришь мужчинам.
   - Нет, не верю. Мне это ни к чему.
   - Может быть, ты боишься? Меня?
   Неужели её глаза всё-таки выдали "синдром Красной Шапочки"? Врать нельзя. Он должен ей доверять. Иначе она не сможет заставить его вспомнить.
   - Нет. Я тебя просто совсем плохо знаю. У меня небольшой круг общения.
   - И нет подруг.
   - Подруги? Есть.
   - Такие, с которыми можно говорить откровенно обо всём?
   - Да.
   - Не верю. Обо всём? О своих ошибках, кражах, групповом сексе?
   - Даже если бы у меня были такие подруги, им скоро стало бы смертельно скучно со мной. Мне нечем похвастаться. Извини, если разочаровываю.
   "Неужели такие ещё остались?"
   - И всё равно мне кажется, что ты чего-то боишься.
   - Настороженность в моём характере.
   -Так нельзя. Ты понимаешь? Женщина должна излучать покой, уверенность, радость. Тогда мужчины к ней притягиваются. Нам надо, чтобы кто-то пожалел, обнял и погладил по голове. Особенно по лысой, слышишь?
   - Слышу, - вновь короткая улыбка.
   - Ты так и не ответила, чего хочешь. Что нужно тебе? Тебе лично?
   "Мы здесь не для того, чтобы обсуждать меня".
   - У меня всё есть. У меня есть я.
   - Это неправда.
   - У меня есть мой покой. Гармония с собой. Мне это необходимо. Я это нашла.
   - Независимость?
   - Нет. Другое. Внутренняя опора. В себе.
   Нэн молчал. Вики допивала пиво.
   "Зачем ты спрашиваешь? Ты ничего не можешь мне дать. Ты никому ничего не можешь дать, старый волк".
   - Взять тебе ещё что-нибудь?
   - Не думаю.
   - Коньяк? Кофе?
   - Мне пора уходить.
   - Торопишься?
   Он не держал её. Не давил, не убеждал. И она задержалась. Зачем убегать, когда тебя не удерживают и не догоняют.
   - Коньяк. Только вряд ли нам здесь предложат хороший.
   - Любой коньяк кроме оригинального - это бренди, - посмеялся Нэн.
   - Тогда бенди и кофе.
   Нэн снова закурил. Он курил много, но ничего не мог поделать с этой привычкой. Он сам не знал, что хочет услышать от этой девушки. Будто бы её ответ мог пролить свет на его жизнь.
   - С кем ты живёшь?- спросил он.
   - Одна. Хотя, нет, вру, у меня есть собака. Почти собака.
   - Не люблю собак.
   - Это твоё право.
   "Ты считаешь себя собакой, Нэн? Твоя жизнь - вечная служба, долг и приказ. И хоть ты не пресмыкаешься, это унижает тебя, и ты презираешь тех, кто живёт по таким же законам добровольно? Каково же будет твоё удивление, когда, совершая Парамиту, ты увидишь своё отражение в волнах священной реки, старый волк.
   Волк - это не собака. Он не виляет хвостом, и у него нет хозяина. Но он тоже всегда верен и предан: своей стае, щенкам, волчице. Ты тоже нужен своим волчатам, Нэн. Ты их учитель. Их мастер. Наставник в духе. Волк охотится, но лишь потому, что не ест падаль. Он никогда не убивает для забавы. Ты волк, Нэн. И в этом нет греха. Смерть не всегда означает зло. Даже у Света должны быть воины. Такое время. Главное, не забывай, на какой стороне Луны идёт твоя битва".
   - Ты никогда не споришь?- спросил он.
   - Нет.
   - Почему?
   - Спорить с мужчиной неразумно. Проиграешь - будет считать тебя глупой, выиграешь - не простит тебе унижения. Никто не хочет выглядеть дураком. Тем более, в глазах женщины.
   Бренди согрело вены, но не лишало трезвости суждения. Часы показывали время далеко за полночь. Заведение закрывалось.
   - Я провожу тебя.
   - Мне близко.
   - Это неважно.
   Возле дома их нагнала стена дождя. Они едва успели спрятаться под крышей. Нэн обнял Вики сзади за плечи и прижал к себе.
   - Ты любишь дождь?
   - Из окна.
   - Почему люди не любят дождь? Такая свежесть! Чувствуешь, как дышится?
   В его душе проснулся мальчишка.
   - Во время грозы образуется много озона и вырабатывается большое количество отрицательно заряженных ионов. Они благотворно воздействуют на клеточный обмен...
   - Вики! - он прервал лекцию и повернул девушку лицом к себе.- Ты любишь дождь? - Нэн встряхнул её и стал вглядывался в глаза, пытаясь найти в них признаки жизни. Она не ответила.
   - Из окна? Да? Ты любишь дождь из окна? Жизнь - из окна?
   - Да, - слабо улыбнулась она.
   - Ты так и не сказала, что нужно тебе. Чего ты ещё хочешь от жизни?
   "Что ты хочешь услышать? Что мне нужен дом и семья? Так же, как и тебе? Что любому человеку: воину, Миссии, адепту - всем нужна любовь? Но она больше невозможна в этом мире. Любовь - высшая энергия и высшая сила. Она снимает запреты, сближает души, обостряет интуицию, открывает мысли сильнее любой телепатии. Влюблённые лишаются разума. Любовь под запретом, Нэн!"
   Она молчала.
   - Тебе ведь не нужны кратковременные отношения, да?- Нэн всё понимал. Ничего не ждал. Просто спросил.
   - Не нужны.
   - Если бы я мог обещать... если бы я знал, что буду в этом городе ещё когда-нибудь: через год, через три или пять... Я бы не отпустил тебя так. Ты понимаешь? Но я не могу ничего обещать. А ты мне так нравишься... Впервые за столько лет...
   Он уткнулся лицом в её растрёпанные волосы. Почему-то в нос ударил запах сена, как когда-то давно, в деревне, в детстве. Откуда он взялся, этот запах скошенных, давно не существующих цветов в искусственных, пластиковых волосах?! Вики умела создавать иллюзии. Это пригодилось сейчас. Она погрузила его в воспоминания напоследок.
   Нэн заглянул в глаза случайной незнакомки и очень осторожно поцеловал. Этот поцелуй был неожиданно нежным и невесомым, как прикосновение крыльев бабочки. Если бы было можно, её сердце затрепетало бы в унисон. Но она не позволила ему сбиться с ритма. Ответили только губы. Только один поцелуй.
   - Отпусти меня. Поздно уже. Пожалуйста.
   - Не говори "пожалуйста". Мне кажется, что ты маленькая девочка, и я обижаю тебя. Но я не обижу! Мне просто нравится тебя целовать.
   Его губы скользнули вниз по её шее.
   - Нэн. Спасибо. Это был неожиданно хороший вечер.
   - Скажи мне на прощанье три слова. Каким ты запомнишь меня?
   - "Привлекательный", "непредсказуемый", "харизматичный".
   - Первые два слова никуда не годятся. Они нейтральные. Третье я не понимаю. Скажи ещё.
   "Я знаю, знаю. Ты хочешь слышать другое. У меня для тебя много слов. Следующие три - "смелый", "проницательный" и "опасный". Но тогда ты решишь, что я тебя боюсь".
   - Ты боишься меня?
   Она что, забыла отключить телепатию? Нет. Просто он её чувствует.
   - Это другое. Не страх. Между нами много преград.
   "Мы слишком похожи, воин. Мы делаем одну работу, но каждый - по-своему: ты - в мире, я - в духе".
   - Моя работа не станет между нами. И твоя - тоже.
   "Моя работа сделана, Нэн. Твоё сердце вспомнило всё, что нужно было вспомнить. И ты снова на светлой стороне Луны".
   - Ты больше ничего не хочешь мне сказать?
   "Сильный, ранимый и одинокий..."
   - Вики...
   - Пока, Нэн!
   "Береги себя"
   - Не захочешь позвонить?- он пытался удержать её хоть на одно лишнее мгновенье.
   - Нет.
   Она подарила ему прощальную короткую улыбку. Дверь за ней закрылась.
   Прощай, старый волк. Дождись меня на другой стороне священной реки, если переберёшься на дальний берег первым. Может быть, там я стану твоей волчицей. Или же ты просто поможешь мне, наконец, распознать саму себя. Ты проницательный, и вместе у нас это получится лучше, чем у меня одной.
   "...когда разбиваются как правильные, так и ложные взгляды, то проявляется природа просветления..."
  
   ***
  
   Сказки сказками, а тренироваться нужно. Алиса решила, что не сделает ни одного холостого выстрела. Есть выход - есть контакт. Не важно, будет это новое знакомство или просто комплимент. На такие игры нужно, конечно, и время и настроение. Но, с другой стороны, чего одной по выходным дома сидеть?
   Для начала она поработала над внутренней установкой, примерно, как героиня советской комедии, бубнящая себе под нос про самую обаятельную и привлекательную. Затем вспомнила про то, что она "любимица мира и чудо Вселенной", как было написано в каком-то бизнес-тренинге. Это упражнение развеселило Алису. Ну, не тупость? Она и без того могла чувствовать себя вполне уверенно. Хотя, может, психологи и правы - улыбка лишней не будет. Так что в критической ситуации про "чудо Вселенной" можно вспомнить, это точно лишит её лицо серьёзности.
   Гардероб подвергся тщательному анализу. Что там советуют про цветы и горошек? Мужчины находят их романтичными и влюбляются? А что, если сшить костюм цветущего горошка? Алиса посмеялась, но с наукой спорить не стала. Их есть у нас, проверим.
   Пролистала адресную книжку телефона, прошерстила контакты в интернете по гендерному признаку. Сделала оптимистичные выводы: оказывается, у неё немало платьев и юбок, за которыми, в принципе, есть кому волочиться при правильной расстановке акцентов и распределении ролей. И чего это она раньше так не развлекалась?
   Сговорившись о встрече выпускников, Алиса решила проверить обаяние и горошек на старых знакомых. Друзья собрались в шумном пабе, выпили пива, вспомнили студенчество. Коротко говоря - душевно посидели. Обменялись телефонами и электронными адресами. Получилось спонтанно и весело. Ребятам понравилось - благодарили потом. Там же Алиска не без удовольствия собрала изрядное количество одобрительных взглядов и шепотков на ушко: "Вау! Выглядишь - супер. Ты ничуть не изменилась! Такая же, как в двадцать лет!". Бодро отреагировала: "Как, такая же?! Обидеть хочешь? В двадцать лет у женщины нет харизмы!" - "Тогда, намного лучше!" - "То-то же...". Получила несколько шутливых приглашений выпить кофе как-нибудь, более узким кругом, на троих: "...ты, я и Хенесси". Отшутилась: "Нет, лучше на четверых. Всё те же и твоя жена!" Романтические отношения с семейными ребятами были Алисе ни к чему, а вот дружить - с радостью. Таким образом, оживила старые контакты.
   Впрочем, во вновь обретённой популярности не было ничего неожиданного: во-первых, в своём кругу всегда ведёшь себя естественно, а во-вторых, за Алисой всегда водились организаторские способности.
   В качестве разминки она несколько раз попробовала завязать разговор с мужчинами в магазине: спросила совета при выборе покупки, заставила подержать корзинку. Не знакомилась. Просто общалась, улыбалась приветливо и удалялась. Ничего страшного не случилось. Незнакомцы отвечали, не шарахались.
   В спортзале, куда Алиса принялась наведываться регулярно, к ней потянулись симпатичные накачанные помощники с рекомендациями, как правильно держать спинку и разворачивать локоток. Она отметила для себя, что это, видимо, правильное место для знакомства. Тоже положим в копилку идей. Под занавес разминочного этапа в один из выходных дней, когда она весело дефилировала в каком-то легкомысленном наряде, улыбаясь собственным мыслям, её не узнал на улице бывший тренер по фитнесу - симпатичный мальчик лет двадцати, а, узнав, густо покраснел и произнёс: "Вы шикарно выглядите".
   Значит, всё верно. Её настрой работал. Мужчинам можно довольно легко нравиться. Достаточно сменить вывеску на лице "Не подходи, убью!" на "Подходи, не убью". Пора начинать знакомиться. Так где, говорите, принцы, водятся?
  
   Глава 4. Классификация мудаков
  

Так уж я устроена, что не прощаю себе не только некоторых поступков, но и чувств... Мне, чтобы хорошо к себе относиться, необходимо быть красивой не только в зеркале, но и на рентгене.

  
   - Наталка, привет, что делаешь сегодня вечером? - Как и Алиска, подруга была не замужем и коротала вечера в одиночестве.
   - Хотела обед на следующую неделю приготовить.
   - Тогда сворачивай кастрюли, пойдём пить коктейли.
   - Куда?- оживилась Наташа.
   - Есть парочка новых трендовых заведений.
   О модных местах специально по этому случаю Алиса тщательно расспросила Настёну - известную тусовщицу.
   - О'кей. Где и когда встречаемся?- Наташа всегда была лёгкой на подъём. Даром, что ли, страховой агент! Их, как волков, ноги кормят.
   - Давай у метро. В семь. Мы сегодня без машин, - на всякий случай с напором уточнила Алиса.
   - Поняла-поняла, - захихикала подружка.
   Поскольку предстояло "клубиться" Алиска и форму одежды выбрала соответствующую: маленькое чёрное платьице в обтяжку, каблук девятка. Получилось секси, но вполне пристойно. Прихватила яркую лаковую сумку, распустила волосы по плечам. Не доходя до метро, боковым зрением уловила медленно плывущий Лексус, чёрный, лоснящийся на солнце, как намазанный жиром тюлень. Фыркнула, не удержавшись, улыбнулась. Машина резко притормозила рядом, боковое стекло опустилось и из окна выглянуло круглое лицо мужчины под полтинник:
   - Садись, подброшу.
   - Мне недалеко. Две остановки.
   - Всё равно садись, не бойся.
   Алиса и не боялась. Чего таких "папиков" бояться? Крупный, конечно, но не из братков с накачанными шеями. Просто толстый. А познакомиться можно. Вдруг, полезный человек окажется? Кивнула, устроилась на пассажирском сидении, огляделась. Новая машинка, дорогая, с наворотами. Салон белый кожаный.
   - Куда едем?- уточнил мужчина.
   - В центр, к музею. На площадь. Город хорошо знаете? - садясь, она успела разглядеть номера страны ближнего зарубежья.
   - Хорошо. У меня здесь бизнес уже больше десяти лет. Часто бываю. А что в музее?
   - Возле музея, - уточнила Алиса, - есть несколько неплохих баров.
   - Гуляешь?
   - Почему бы и нет? Воскресенье, вечер... Надо расслабиться перед рабочей неделей.
   - Так может, поменяем маршрут?- спросил круглолицый.
   - Нет, не поменяем. Меня там будет ждать подруга.
   - А где ваши мужчины?
   - Мы девушки свободные, - улыбнулась Алиса, - а Вы?
   - Я тоже свободен, - ответил мужчина и предложил - Давай заберём подругу и сходим куда-нибудь вместо бара, в более спокойное место, поужинаем, - он не сводил глаз с её коленок.
   - Видно будет. Пока едем к музею,- велела пассажирка.
   Круглолицый покрутил ручку магнитолы, заиграла музыка. Всё понятно. Пропал вечер.
   - Нравится шансон?- чуть поморщилась Алиса. Она презирала этот жанр и безошибочно определяла культурный уровень его почитателей.
   - Мне нравится всё хорошее, - важно заявил "папик" и аргументировал.- Наконец-то, на нашей эстраде появилась нормальная музыка вместо разной пидо...сни: Стас Михайлов, Елена Ваенга...
   Вот оно как. А на первый взгляд мужик ей показался почти приличным. Как всё-таки обманчива внешность. Музыкальные пристрастия удручающие, словечки - туда же.
   Всё несознательное детство Алиса слушала классику под неусыпным контролем матери, а сознательное - рок. Не споёмся, решила она. Круглолицый между тем принялся вторить музыке.
   - Так ты ещё и поёшь, - грустно и обречённо констатировала девушка, без разрешения переходя на "ты". Но нельзя с такими на "вы", подсознание сопротивляется!
   - И играю, - похвастался круглолицый, - на клавишах.
   Оказывается, и такой бывает инструмент. А она-то думала, что клавиши - это только часть, скажем, пианино, или аккордеона.
   - Давай знакомиться, - предложил мужчина, протягивая к Алисе пухлую ручонку с пальцами-сардельками.- Меня Юрочка зовут.
   Вот, блин. Что она, путана, чтобы дядьку пятидесятилетнего Юрочкой называть? Уж лучше бы по отчеству.
   - Алиса.
   - Гостья из будущего? - расплылся в улыбке мужчина, отчего его круглое лицо стало овальным. Вширь.
   "Ладно, может, у тебя просто было трудное детство, а так ты мужик хороший, раз сказки знаешь. И вообще считается, что толстые - добрые", - мелькнуло в голове. Хоть это скорее походило на попытку выдать желаемое за действительное. Доброты на лице спутника было не больше, чем на морде бегемота в зоопарке. Однако, Алиса велела себе не торопиться с выводами. Вдруг что-нибудь путное из этой встречи нарисуется? Связи, работа? Работа всегда нужна. В турагентстве заработок сезонный, и Алиса всегда присматривала возможности дополнительного дохода. Или, скажем, он Наташке приглянется. Вряд ли, конечно. Не похоже на неё, но чего на свете не бывает... Короче, она дождётся подругу, и они вместе решат, что делать дальше.
   Лоснящийся Лексус припарковался за городской ратушей. От метро, где девчонки договорились встретиться, было близко, метров двести-триста.
   - Позвони подруге, скажи ей, где мы, - распорядился мужчина.
   Алиска набрала номер, договорилась.
   - Чем занимаешься?- спросил круглолицый. Надо было коротать время.
   - Туризмом. Вот ты, к примеру, где обычно отдыхаешь?
   - В пионерском лагере.
   Понятно. Юмор неандертальца. Обозвать педофилом или не нарываться? От такого можно и получить.
   Вторая попытка:
   - А путешествовать любишь?- о поездках она могла говорить бесконечно - профессиональное, но круглолицый оборвал тему:
   - Какая ты любопытная, - фамильярно выдал он, обдавая Алису холодным и липким взглядом.- Помолчала бы пятнадцать минут, так я бы на тебе женился.
   Она лишь пожала плечами в ответ и ответила, едва сдерживая раздражение:
   - Ты себе рыбок заведи, а я не готова к серьёзным отношениям.
   Ожидание становилось тягостным. Нейтральных тем не находилось. Пора было сворачивать беседу и валить.
   Последняя попытка, хоть уже и так всё ясно:
   - А кем ты работаешь? Или всё-таки лучше на "Вы"?
   - На "Вы" и шёпотом, - с гнусноватой улыбкой пошутил Юрочка. Или не пошутил? - я директор.
   Отчего-то вспомнилось Масянино, из детства: "Директор? Ах, директор! Пошёл ты в жопу, директор"
   Тем временем круглолицый наклонился к Алисе, попытался обнять её за талию и ущипнуть за бок своими сардельками. Девушка отшатнулась.
   - Руки убери! - рявкнула она и толкнула дверцу.
   - Да стой ты! Не выпрыгивай, не буду больше... Недотрога какая. Подожди...
   - Чего ждать? - вскипела Алиса, - Отвали... те, Юрочка. Ты директор? Вот и играй в ролевые игры со своими секретаршами.
   - А если я заплачу?
   Вот урод.
   - Подруга идёт, - Алиса решительно вышла из машины.
   - У тебя когда-нибудь было втроём? - в спину спросил круглолицый.
   - У меня другие планы на вечер, - сквозь зубы ответила она, не оборачиваясь и махая Наташке рукой.
   - Позвони мне, когда освободишься, - он назвал номер.
   Ну, не псих? Алиса просто столбенела от такой тупости.
   - Зачем?
   - Подвезу тебя.
   - Ты что, таксист?
   - Нет.
   - А похож.
   - Чего-о-о?
   - Стиль поменяй. И над шутками поработай.
   Она решительно двинулась в сторону подруги, которая замерла неподалёку, с удивлением наблюдая сцену.
   - Это кто?
   - Понятия не имею. Урод какой-то. Нет, не урод. Мудак.
   Конечно, настроение было окончательно изгажено, но по коктейлю они с Наташкой выпили.
   - И как земля носит таких уродов? - удивлялась Алиса.
   - Да не переживай ты. Наверное, он привык так с девушками обращаться.
   - Причём, заметь, со всеми. Не думаю, что он принял меня за проститутку. Ведь дело не в одежде, - пояснила Алиса, бросая взгляд на своё платье-мини.- Порядочную девушку видно, даже если она голая по улице ходить будет, согласна? - Наташка кивнула.- Вот, - продолжала Алиса, - значит, дело не в нас, и не в одежде, а в том, кто смотрит, и как. Если мужик нормальный, он сумеет так поговорить, что любые ляди себя, как леди почувствуют, а если мудак - то как с этим Юрочкой.
   - Может, он и был когда-то нормальным, но его жизнь испортила, - глубокомысленно изрекла романтичная Наташка. Алиса оторвала взгляд от коктейля и с удивлением уставилась на подругу: вот она, истинно христианская любовь к человечеству.
   - Тебе бы в адвокатессы, - проговорила она.
   У Алисы так не получалось. Вроде бы в белом кожаном салоне посидела, а такое чувство, как на свинье проехалась.
   - Нет, Наташка. Не оправдывай. Люди сами себя вылепливают. Так что нечего таких вот жалеть. Это типичный одичавший мудак климактерического возраста. Они нас, кстати, знаешь, как ненавидят?
   - Кого?
   - Женщин. Особенно молодых и красивых. Как только дело катится к половине шестого - беситься начинают. Как будто в этом мы виноваты. Правда-правда. Присмотрись, их на дороге всегда видно: матерятся, орут до рвоты, подрезают... Запомни, подруга, самый опасный возраст мужчины - от сорока пяти до пятидесяти.
   Для Алисы, впрочем, уже давно стало ясно, что принцев не сыщешь и после сорока.
   - Но, знаешь, если верить в то, что внешние события есть суть отражения внутреннего состояния, то сегодняшнее знакомство настораживает, - задумавшись, изрекла она. - Вероятно, яркая сексуальность - это перебор. Понятно, что в первую очередь только примитивные сущности на это ведутся. А нам с тобой таких не надо. Мы же не в постель собрались, а замуж, - закончила Алиса. Она была жутко злой.
  
   ***

Жалеть её опасно, презирать бессмысленно, любить глупо. Её можно только извинить.

  
   - Завтра выложу в блог новую статью, почитай, - посоветовала Людочке Алиса.
   - О чём?
   - Об одном исследовании. Научном. Систематизация чудаков. На букву "м".
   - Алиска, ты чего?
   - А ничего. Лишний раз убедилась, что кругом одни мудаки.
   - Все, что ли?
   - Все мужики.
   - Очень оригинально. Раньше все были сволочи и козлы. И Герман твой мудак?
   - Ах да, извини, погорячилась. Нет, конечно. Герман не мудак. Есть ещё бляди, просто их меньше, поэтому на общем фоне мудаков они как-то теряются. Вот Герман - блядь. Блядь приспособленная. Ты права, надо доработать классификацию.
   - Не могу это слушать! Ты же знаешь сама, что мы притягиваем в свою жизнь подтверждение собственных взглядов. Если думаешь, что все мудаки и бляди, так только они и будут тебя окружать.
   - Ага, знаю. Ты мне ещё Библию процитируй: "По вере вашей да будет вам".
   - Процитирую.
   - Ну, вот и верь. А я не могу больше. Это уже даже не смешно. Людка, я же всегда верила, что есть где-то нормальные мужчины, что встречу хоть одного такого, или, что сам найдёт. И что? Как встречались одни мудаки, так и встречаются, а хороших, наверное, ещё щенками разобрали.- Алиска задумалась и попыталась пошутить. - Или, думаешь, это выбрыки моего подсознания? Я их подсознательно притягиваю? Мудаков?
   - Не знаю. Не везёт тебе пока просто, но всё равно не надо плохо о людях думать. Хочется лучшее в них видеть, а иначе придётся признаться, что с таким же м...чудаком и живёшь.
   - Так и признайся, себя-то зачем обманывать.
   Людочка ничего не ответила. Она давно знала подругу. Перебесится и успокоится. Как обычно.
  
   ***
   Алиса открыла Word и, набрала, задумавшись лишь на мгновение: "Рабочие материалы лекции по мужиковедению". Сим вступлением она решила начать свой блог в "Живом Журнале". Что же, её можно извинить. Как говорила Маргарита: "Я стала ведьмой от горя и бедствий, поразивших меня". Вот и Алиска - тоже из этих, бывалых.
   Знаний и опыта накопилось достаточно, а чаша злости переполнилась, и её содержимое потоком перелилось через край. Пусть ругательствами. Главное, чтобы не слезами. Это лишнее. Последним пёрышком, сломавшим спину загнанного верблюда её терпения, стало участливое подругино: "Не понимаю, и чего к твоему берегу то г...но, то щепки?" Алиса этого тоже не понимала. Наверное, всё дело в стиле. Слишком уж она рафинирована, интеллигентна и уступчива. Сил больше нет.
   Решив подойти к вопросу системно и со знанием дела, она продолжила:
  
   "Теоретическое обоснование темы
   Классификация самца человека является архиважным и архидревнейшим вопросом, изучение которого позволит наиболее романтичным особям противоположного пола в нужное время и в нужном месте крепко зажать фигу в кармане.
   Ознакомление с проблематикой данного вопроса видит целью профилактическое воздействие на неокрепшие сознания и в этом контексте имеет глобальное практическое значение.
   Данное исследование является достоверным, личностно обоснованным и практически доказанным.
   Методы исследования: пролонгированное (лонгитюдное) включённое наблюдение, интервьюирование, социометрия и эксперимент.
   Место исследования: страны Восточной Европы
  
   *Примечание: просьба воспринимать слова, включающие в себя корни, созвучные нецензурной брани, как особенности латыни, ибо применяются они в данной работе исключительно в качестве терминов.
   *Слово чудак читать с буквы "м"
  
   Уважаемые дамы,
   сегодня мы поговорим с Вами о видовом однообразии самца человека и его классификации. Исследование сие не является законченным и требует дальнейшей проработки и изучения, результаты опытных исследований и выводы находятся в процессе обработки, но, между тем, многолетние наблюдения вашей непокорной слуги позволяют сделать определённые обнадёживающие выводы на данном историческом этапе.
   Тот, кто смотрел фильм "День радио", должен был обратить внимание на обсуждение такого животного, как подкустовый выползень. Для тех, кто не смотрел, поясню: согласно описанию, в природе встречаются только самцы подкустового выползня, и появляются они на свет неизвестным науке способом, как можно догадаться, путём выползания из-под куста.
   Мои наблюдения позволяют сделать вывод о том, что помимо подкустового выползня, в природе существуют ещё как минимум два вида животных, обладающих точно такими же свойствами, а именно: они так же появляются неизвестно откуда и являются самцами. Интересна такая особенность, что оба рассматриваемых вида относятся к классу прямоходящих приматов и способны скрещиваться с самками человека. Почему и представляют для нас особый интерес.
   Существует теория, что это два подвида одного вида - самца человека - но данное утверждение требует более глубокого изучения, поскольку некоторые признаки противоречат друг другу.
   Назовём и классифицируем каждого из них по отдельности:
      -- Homo Mudakus, более известный, как Чудак Распространённый
   Подвиды: Чудак Примитивный (Mudakus Brutalnus) и Чудак Разумный (Mudakus Sapiens).
   Все представители чудаков поддаются одомашниванию и элементарному обучению. Они (внимание!) способны создавать семьи (жениться). В случае потери дома или жены быстро образуют популяции чудаков одичавших и держатся уединённо (Mudakus Separatus) или стаями (Mudakus Vulgarius). И в группах, и поодиночке, в принципе, оказываются способными к выживанию в дикой природе, с той разницей, что в группах быстрее спиваются.
   Как распознать: все чудаки имеют взвешенное мнение и отягощены Знанием. Они создают теории, которыми засоряют ваш мозг. Имеют обоснованные умозаключения, как по вопросу своих действий, так и нихренанеделания. В сексе предсказуемы и однообразны. Со временем традиционным формам интимных игр предпочитают вербальные, известные под названием fuck my mind. Получают удовольствие от возможности нагадить в душу.
   Где искать: если вы замужем, то скорее всего он пачкает ваш унитаз, потребляет продукты питания или просиживает ваш диван. Если нет - то делает то же самое, только на территории вашей замужней подруги.
  
      -- Homo Blyadius, или Симпатяга (от же Лядь) Обыкновенная
   Подвиды: Симпатяга Озабоченная (Blyadius Erectus) и Симпатяга Приспособленная (Blyadius Alfonsus)
   Симпатяга Озабоченная является навязчивым и неприятным типом, выделяющимся из толпы наглым блеском глаз и уверенностью в своей сексуальной привлекательности. Фаллосоцентричен.
   Симпатяга Приспособленная лучше социализирован и имеет более широкий кругозор и сферу интересов.
   Любой представитель Homo Blyadius контактен и всегда готов повеселиться. В отличие от чудаков, с ними не надо искать общий язык и темы для разговоров. Они это с лёгкостью сделают сами.
   Ляди не поддаются одомашниванию, но способны к кратковременному сексу совместному проживанию. В отличие от чудаков, они игривы, поэтому быстро устают от воспитания и нравоучений, что нужно учитывать при домашнем содержании. Не используют для секса вашу голову, гадят в душу только в том случае, если вы их туда зачем-то пустили, причём, исключительно из интереса к новому незнакомому месту, а не с целью разбрасывания кала, чтобы пометить территорию, как это делают чудаки.
   Где искать: Симпатягу искать не надо. Он найдёт вас сам.
   Не существует однозначного ответа на вопрос, могут ли два данных вида самца человека трансформироваться и переходить один в другой. Теоретически смею предположить, что нет. Отдельные схожие формы поведения обусловлены лишь общей видовой биологической принадлежностью, особенностью воспитательных воздействий на ранних этапах развития и сезонных колебаний.
   Как правило, чудак ведёт себя, как симпатяга, лишь в случае резкой смены ареала обитания (например, перегревшись на солнце в Турции или в командировке), наступления климакса или грубой психологической травмы (не дала).
   Что касается ошибок при идентификации симпатяги, то здесь следует учитывать его артистические и творческие способности. Именно они могут сбить Вас с толку, что происходит, если:
   а) симпатяга воспитывался отцом-чудаком (от него он перенимает правильные и серьёзные слова и выражение лица)
   б) симпатяга в силу неестественных гормональных скачков решил-таки на Вас жениться (в этом случае дома он будет вести себя, как авторитетный чудак, требуя уважения, подчинения и скромной одежды, но за пределами семьи - привычным образом)"
   Вот так. Теперь бросаем всё это на свою страничку и ждём отклика от друзей. Уверена, что не она одна думает так же.
   Действительно, кое-кто её одобрительно поддержал. Но были и возмущённые: "Неужели Вы не встречали нормальных мужчин?" - "Нормальных му..., кого? жчн... Извините, слишком много согласных подряд. Искомая комбинация звуков в файлах памяти не обнаружена. Попробуйте поискать то же самое с заглавной буквы или набрать слово латиницей. Возможно, на иностранных языках повезёт больше", - отвечала Алиса.
   " Как вам не стыдно? А если бы речь шла о вашем отце?" - "Данное исследование не претендует на законченность и не затрагивает конкретные личности. Поэтому не будем о моём папе. В каждой семье своё горе. Что касается вашего отца, то ради интереса можете осторожно спросить у своей мамы, а не мудак ли ейный муж? Но лучше этого не делайте. Наши мамы - это не дамы серебряного века, способные в ответ лишь скорбно потупить взор. Боюсь, скажет правду, которая вас огорчит" - источала желчь автор.
   "А если любишь человека, он тоже мудак?" - "Или мудак, или блядь. Смотря, в кого вас угораздило... Только не торопитесь с выводами. Вы сейчас не в форме. Как только болезнь отпустит, непременно напишите мне, что решили по этому поводу. А пока примите на веру. Такие истины могут добраться до вашего кровотока и, соответственно, сердца только инъекционным путём, если вы привиты от разочарований парой-тройкой не сложившихся романов"
   "Так с кем всё-таки лучше заводить отношения? Хочется услышать компетентное мнение учёных. Гы" - "Лучше заняться вышивкой крестиком, или прочим рукоприкладством. Но, если охота позаморачиваться... Я Вас понимаю. В таком случае рекомендую чередовать. Для разнообразия. Пожили с мудаком - поиграйтесь с блядью. Так все делают. Устали от шпионских игр - найдите мудака поспокойней. Менять мудака на мудака или блядь на блядь нерационально и выматывает. А так - полная палитра чувств".
  
   ***
  
   Теперь захотелось чего-нибудь для души. Алиса открыла пост любимой блогерши и тут же, разумеется, нашла то, что нужно:
   "Люби меня нежно
когда сказаны все слова,
написаны все письма,
когда вопросов не осталось
и встречи прекратились, -
прощаются все обиды,
кроме одной -
что ж ты, сука, меня не полюбил??
неужели трудно было"
  
   Особенно порадовали комменты:
   Marta: - Глупо обижаться на отсутствие любви, но ведь это единственное, что обижает. Остальное только повод... даже смешно, как иногда в сухом остатке сложных отношений остаётся что-то очень простое
  
   Praskovia: - Ой, извините... А он может вернуться? И полюбить? Нет... ну в смысле, бывает такое? У кого такое бывает? А то... А если не ждешь? Или обманываешься?.. Ждешь.. А?"
  
   Marta: - Мне такие случаи неизвестны - чтобы возвращались. Но мир достаточно многообразен, и надеяться можно хоть всю жизнь (если не жалко на это жизни)
  
   Olvi: - Потому что он (сука который) - собиратель. И он скорее всего полюбил, только это случилось и закончилось так быстро, что ты даже не заметила. На разных синусоидах сидим мы...
   Как верно подмечено. Они с Германом тоже, вероятно, сидят на разных синусоидах.
   Ай, спасибо интернету! Вот они, люди. Настоящие. Так же живут и чувствуют. Приятно обнаружить, что мир ещё вполне обитаем.
  
   ***
   - Покурим?
   - Я же бросила, ты знаешь. Уже года два как... хотя... давай... не сдохну от одной.
   Девчонки помолчали, затягиваясь.
   - И что теперь? - спросила Людочка.
   - Закрытие охотничьего сезона. Будем считать, что все принцы улетели на зимовку в тёплые края. Кстати, это правильный шаг с их стороны. Я бы тоже так поступила, будь у меня такие же возможности.
   - Не пойдёшь больше знакомиться?
   - Пока нет.
   - Почему?
   - Устала как-то. И Герман заболел.
   - Чем?
   - Гриппом
   - Откуда знаешь?
   - Вчера переписывались.
   - Ясно. Только какое это имеет к тебе отношение, если ты решила найти себе другого парня. Или всё это не всерьёз, а просто делаешь ему назло?
   - Нет, не назло... Не знаю. Не хочется ничего, как подумаю, что он там сейчас с температурой, один в постели...
   - Так не в твоей же постели.
   - А жаль. Я бы его мигом вылечила. Я умею.
   - Понятно. Навести его.
   - Не могу. Нельзя. Против правил. Это он за мной должен теперь гоняться... Да я и адреса его не знаю.
   - Депрессуешь?
   - Нет. Просто хреново что-то.
   - А потом? Когда он выздоровеет, снова в бой?
   - Посмотрим. Не буду зарекаться.- Алиса отвечала вяло и неохотно.- В принципе, навык есть. Места, конечно, можно поменять. На улице мужчину не словишь без постановочных трюков, да и присмотреться нет времени. В ресторане с нормальным не познакомишься - нормальные дома ужинают и приключений не ищут. Разве что приезжие. Но от романов на расстоянии тоже мало проку.
   - Ты мне сейчас напоминаешь героиню Ирины Муравьёвой из фильма "Москва слезам не верит". Помнишь: "На кладбище ещё хорошо знакомиться..."
   - Помню, - затянулась Алиса, - будем действовать по обстоятельствам. Может быть, сам какой-нибудь прибьётся.
   Они помолчали немного.
   - То, что я тебе ту дамочку напомнила - это ничего,- вдруг задумалась Алиса.- Главное, чтобы не Маринку Тихонову.
   - Какую Тихонову?
   - Не помнишь? Из нашего класса.
   Людочка вспомнила. Маринка была матерью-одиночкой, жалким и несчастным существом.
   - А что с ней?
   - Да ничего такого, всё как обычно. Только одно меня удивляет последнее время - её фотки. Она чуть ли не каждый день их на "одноклассниках.ру" меняет. Фотошопит, перемещает, выкладывает. Подписывает по-всякому. Романтично так: "Листопад, листопад...", "В осеннем парке городском...", "Яблоневый цвет". И сама там всюду, томная такая. Чтобы внимание обратили и оценку новую поставили.
   - Ставят?
   - Ага. Пишут: "ты неотразима", "Маришка, ты чудо", "стройна, как берёзка", "хороша, как весна" и прочую мутату.
   - Парни?
   - Нет, девчонки в основном. Но не это важно. Меня бы от этого уже вытошнило. А ей, наверное, нравится. Вот и думаю: неужели человек настолько может нуждаться в чужой оценке?
   - Все нуждаются.
   - Наверное. Вопрос степени тяжести болезни. Я, например, поняла, что все мои последние знакомства - не от потребности в новых связях, а защитная реакция на то, что разлюбили. Уязвлённое самолюбие взбунтовалось. А на самом деле мне совсем не надо повышенное внимание. И с самооценкой всё в порядке. Поэтому меня это развлечение как-то уже мало вдохновляет.
   - Какой итог?
   - Несколько неплохих вечеров. Платья в кои-то веки выгуляла, - пошутила Алиса.- С друзьями повидалась, несколько новых контактов в сети завела. В принципе, нормально всё. Но вот что касается мужчин... Больше разочарований, чем позитива. Я знаешь, чему удивляюсь? Как это Герман такой темп держит? Или он тоже разочаровывается, когда девчонок сортирует?
   - А он что говорил?
   - Что трудно встретить нормальную девушку. Но я ему тогда не верила.
   - А теперь?
   - А теперь верю. И если он испытывает хоть половину моих подавленных эмоций, то, думаю, очень скоро приедет делать мне предложение, - первый раз за всё время засмеялась Алиса и затушила бычок.
  
   Глава 5. "Мне плохо без себя"
  

Несбывшаяся любовь похожа на золотое яйцо с мёртвым птенцом внутри. Выбросить жалко, поверить, что птицы не будет, - невозможно. Форма по-прежнему безупречна, носишь его у сердца, но вонь всё сильней.

  
   - Привет.
   Герман звонил редко, и от неожиданности Алиса едва не выронила трубку.
   - Привет.
   - Я буду сегодня у вас. Недолго, пару часов. Надо в одну контору заехать за документами. Увидимся?
   "Решил использовать последний раз?",- хотела было пошутить Алиса, но сдержалась. В голосе парня слышалась какая-то неопределённость.
   - Заедешь ко мне?- спросила она.
   - Нет, извини, у меня будет мало времени. Просто погуляем недолго, если у тебя получится. Надо поговорить. Сможешь сбежать с работы на час?
   Что-то новенькое.
   - Смогу.
   Осень. Туристический сезон шёл на спад. Клиентов было мало.
   Они брели, держась за руки, по аллее парка вдоль медленной реки.
   - Я приехал сказать, что уезжаю.
   Вот оно что.
   - Куда?
   - Работать. Заграницу.
   - Надолго?
   - Пока что как минимум до лета. А там - как получится.
   До лета. Это больше, чем на полгода. Сердце Алисы сжалось в тоскливом предчувствии:
   - А как получится?
   - Я постараюсь там зацепиться. Может быть - остаться.
   Вот и всё. Он уедет в другую страну. Уедет навсегда.
   - Как у тебя с замужеством?
   - Никак. Я передумала. Есть другие задачи. Надо подработку искать. Сам знаешь - сезон заканчивается.
   - Может быть, тебе оставить денег?
   Раньше он никогда ей ничего такого не предлагал.
   - Нет, не надо. У меня есть кое-какие сбережения. Спасибо, Герман.
   - Да за что?
   - Что предложил.
   - Да брось ты, не чужие...
   Он уедет. Уедет. Уедет. Уже уехал. Она потеряла его. Вот и всё.
   - Значит, до лета тебя не ждать? - зачем-то спросила она.
   - До лета? Так мы ещё встретимся, да?- чуть повеселел парень.- Этот раз не считается?
   - Считается, - подхватила Алиса, - но можем опять поиграть,- через силу улыбнулась она.
   Герман наклонился и поднял с земли какой-то лежалый зелёный плод.
   - Это что?
   - Грецкий орех, - ответила Алиса.
   - Точно?
   - Ты же в курсе, что я ботаник.
   Герман подарил ей широкую улыбку:
   - Как думаешь, утонет? Спорим, что да? Тяжёлый, - он взвесил его в руке.
   - Не утонет. Всплывёт,- покачала головой Алиса.
   - Спорим?
   Герман потащил девушку к реке, лихо замахнулся и запустил орехом. Плод плюхнулся, пробивая спокойную гладь воды, исчез на мгновенье и вынырнул, зависая поплавком.
   - Ты знала? - разочарованно спросил парень.
   - Нет, предположила. Плод полый, герметичный, сухой. Поверхность кожицы плотная, но пористая, как пробка, - пояснила она.
   - Но мы ведь ни на что не спорили?- настороженно уточнил Герман.
   - Нет, - милостиво согласилась Алиса,- и спорить не будем.
   Они молча добрели до конца аллеи. Нужно было прощаться.
   - Так увидимся ещё? Когда-нибудь?- почти попросил он.
   "Зачем это тебе надо? Ты оставляешь меня, уезжаешь. Ты не вернёшься. Ты начинаешь новую жизнь. Ты забудешь меня в веренице новых встреч, знакомств, событий, лиц и тел... Зачем? Зачем ты хочешь заставить меня надеяться и ждать?!" - Алиса хотела выкрикнуть всё это ему в лицо, такое правильное, спокойное, всегда сдержанное. Такое близкое и любимое, исчезающее теперь из её жизни навсегда. Но вместо этого произнесла:
   - Я отвечу тебе на этот вопрос так же, как ты ответишь на мой.
   - Какой?
   - Самый главный. Который всё объяснит. Объяснит мне - зачем.
   - Ты ответишь теми же словами, что и я?
   - Возможно. Так что, согласен?
   - Спрашивай.
   - Ты... любишь меня?
   Герман подавил улыбку:
   - То есть, если я скажу "да", ты тоже скажешь "да"?
   - Это не ответ, а манипуляция.
   - Это ты манипулируешь.
   - Как хочешь.
   - Хорошо. Пусть будет "да". Так мы ещё встретимся?
   Алиса пожала плечами:
   - Не знаю. Сказать ведь можно, что угодно, правда? Посмотрим. Возможно, что и встретимся, если ты сумеешь до следующего раза меня в этом убедить.
   Герман кивнул. Почему-то он выглядел довольным. Не поймёшь этих парней.
  
   ***
   Когда Герман уехал... Боже мой, ну почему в её жизни так часто именно этот факт становится точкой отсчёта! Но всё равно, как есть - так есть. Так вот, когда Герман уехал, Алиса, вновь почувствовала себя не в своей тарелке. Как так получается всякий раз, что её мироздание переворачивается с ног на голову и обратно в зависимости от перемещения в пространстве другого человека? Словно смещается центр тяжести. Короче, компас Алисы вновь перепутал полюса, и она зависла где-то между ними. Белый Кролик ускакал, а она всё падала и падала...
   Пролетая мимо своего подъезда, Алиса вдруг услышала жалобное мяуканье. Пошла на звук, поискала в кустах, извлекла на свет маленькое, жалкое, пушистое, брошенное. Нельзя так с ними, с живыми существами. Она потащила котёнка в дом.
   На кухне приёмыш попил из блюдца и охотно принялся за колбасу. Нормальный аппетит растущего организма. Значит, здоровенький. Алиса сбегала во двор за песком, отыскала старую подушку. Показала гостю его новый туалет и место.
   Ночь они провели вместе, но оставлять котёнка у себя Алиса не могла. Утром сбегала в магазин, набрала всего нужного и приволоклась с животным и приданым к безотказной Людочке.
   - Возьмёшь?- спросила она у подруги.
   Мохнатая помятая мордашка уставилась на девушку несчастными глазами.
   - Какой хорошенький! - не устояла та.- Откуда он у тебя?
   - Вчера подобрала. Жалко. Маленький, пропадёт. Только оставить не смогу. Аллергия.
   - Знаю. А он здоровый?
   - Судя по аппетиту - абсолютно, - кивнула Алиса.- Вот тебе его подушка, несколько пакетиков Вискаса, капли от блох на всякий случай и лоток.
   - Ты серьёзно подготовилась, - заметила подружка.- Я тебе что-нибудь должна?
   - Нет, что ты!- возмутилась Алиса.- Хотя, если не можно, назови его Германом.
   Людочка понимающе кивнула.
   - И кастрируй, когда он вырастет, - добавила подруга.
   - Это обязательно?- удивилась Людочка
   - Если не хочешь, чтобы он убежал - да, - авторитетно и уверено заявила Алиса.
  
   ***
  

Потом ты скажешь "я отпустила", и он удивится - "можно подумать, был шанс удержать". "При чём тут ты. Сила не в том, чтобы удержать, а в том, чтобы перестать цепляться",- подумаешь, да не скажешь.

   Обычно, теряя любимых, большинство женщин затягивают известную песню: "Мне плохо без тебя". Алиса знала, что всякая, кто хочет быть счастливой, должна проникнуться другой темой: "Мне хорошо с тобой и хорошо без тебя". За время уходов и возвращений Германа она вполне усвоила эту мудрость, и у неё почти стало получаться. Пока его не было, она переводила свою любовь в режим ожидания и жила своей жизнью. Приезжал - переключалась на него всем своим существом. Но всё изменилось, когда поняла, что потеряла насовсем.
   Оказалось, что Алисина формула счастья звучит иначе. Она вывела её случайно, в одночасье обнаружив, что утрачивает интерес к жизни, волю и силы, ощутив, что с исчезновением любимого пропадает важная часть её самой. Так, будто бы из заводной куклы достали главную часть механизма - пружину, приводящую всё в движение. И получилось совсем безумное: "Мне плохо без себя". Вполне в духе нонсенса, впрочем, как и всё в её бестолковой жизни, начиная с имени.
   Алиса знала, но постоянно забывала об одном вредном свойстве своей души - прорастать в любимого. Как куст перекати-поля, неслась она по бесплодной пустыне, пока вдруг не попадала на благодатную почву, и тут же щедро и безрассудно начинала пускать корни, наливаться соком и цветом, расцветать, обвиваться. Очень быстро, жадно, стремительно, превращаясь в лиану, плющ, душистый горошек. Она обволакивала, цеплялась, одурманивала сладким ароматом. Заслоняла от жаркого зноя и холодного дождя. И сначала всё шло хорошо. Но затем, рано или поздно становилось темно и душно.
   Алисе следовало научиться любить свободно и легко. Радостно встречать своё счастье и спокойно отпускать его.
   И ещё одна беда Алисы заключалась в том, что с развитием отношений опора её души, как у всех вьющихся растений, незаметно перемещалась на того, кого она полюбила и теперь стремилась слиться с ним. И когда всё заканчивалось, ей не оставалось ничего другого, как беспомощно упасть на землю. Поэтому пришлось понять, что для гармонии собственного мира нужно принимать за точку отсчёта себя, и выстраивать жизнь в собственной, а не в чужой системе координат.
   Все эти мысли вились бесконечным потоком и гудели в голове, словно пчелиный рой, и разрывали её на части. Их следовало собрать воедино, выстроить в логическую цепочку, заставить повиноваться и говорить по очереди. Для этого у Алисы была проверенная медитация прощения и отпускания, придуманная ею самой, и к которой она прибегала в крайних случаях. Впрочем, когда сходишь с ума - это ведь именно такой случай?
   Но для начала нужно было разобраться с отчаянием. Логически предположив, что в его основе лежит страх, Алиса решила бороться с ним известным способом, гласящим: для того, чтобы победить страх, нужно заглянуть ему в лицо.
   Упав в постель, она натянула одеяло до самого носа, вытянулась и попыталась расслабиться. Не получалось. Прислушалась к себе, подчинилась напряжению тела, и оно свернулось в позу эмбриона, перевернувшись на бок. Ладно, пусть так. Обиженная Алиса сама себе напоминала улитку. Она пряталась в свой домик и не высовывалась долго-долго, пока не уйдёт тот, кто с палкой. Лежать калачиком спокойнее, не так страшно.
   Итак. Посмотреть страху в лицо. Чего она всегда больше всего боялась в отношениях? Оказаться брошенной. Того, что любимый мужчина отвергнет её любовь, однажды уйдёт и не вернётся. Выступили слёзы. Значит, попала. Это страх потери. "Теперь, когда Герман ушёл, мне нечего бояться", - подумала Алиса. Сердце колотилось, не соглашаясь с разумом. Его удары отдавали в живот и тянущей болью гасли где-то внизу. "Так и до воспаления придатков недолго,- спокойно диагностировала девушка.- И до онкологии. Допрыгаешься".
   Боль стала ощутимой, почти физической. Значит, помимо сознания, потере сопротивлялось всё тело. По канонам восточной медицины живот отвечает за жизнь и её продолжение. Наверное, это страх измены. Чтобы проверить предположение, Алиса попыталась представить Германа с другой, как он обнимает её, целует, ласкает, проникает в её тело... Живот скрутило спазмом. Вот оно. Ревность. Обида. Унижение. Боль. Значит, всё верно. Она приросла к любимому незаметно и прочно и даже теперь не могла оторвать его от себя в своём подсознании.
   Алиса сосредоточилась: "Все люди приходят в этот мир свободными. Он не принадлежит мне. Никогда не принадлежал. Все свободны. Он свободен. Он ничего мне не должен. Он волен жить так, как хочет. Я отпускаю его. Я спокойна. Я свободна" Ещё немного, и боль отпустила. Дыхание стало восстанавливаться.
   Первый этап окончен, но Алиса знала, что это только начало. Она помнила, откуда пошла волна. Её тело - всего лишь инструмент, даже со всеми своими обидами, оно никогда не было главным. Боль шла из сердца. Согласно восточной философии это оно отвечает за убеждения, верования и ценности. Значит, пора заглянуть в него и навести там порядок.
   В эту медитацию Алиса погружалась в полусне. В сердце следовало заходить спокойной и мудрой хозяйкой, Взрослой Алисой, которая покинула свой дом на некоторое время, а теперь вернулась.
   Она очутилась в полутёмном пространстве душной комнаты. В узкое оконце под потолком, как в одиночную камеру едва пробивался свет. Остальные окна оказались плотно задёрнуты шторами. Всё, как всегда после её долгого отсутствия. Нужно проветрить помещение, впустить солнце, навести порядок, вынести мусор и освободить здешних обитателей.
   Алиса прислушалась. Раздался шорох, будто бы где-то царапалось невидимое существо. Она нащупала клетку, засунула в неё руку и осторожно достала испуганного кролика. Девушка осторожно провела ладонью по его спинке, кожей ощутила мягкое, живое, тёплое: "Прости, прости. Беги, ты свободен, малыш", отворила дверь и выпустила зверька за порог. Мелькнув белыми пятками, кролик исчез в редеющих сумерках ночи. Скоро рассвет.
   Взрослая Алиса вернулась в комнату и, наконец, увидела ту, кого искала. Девочка сидела на корточках, забившись в угол, и дрожала от холода, уставившись на гостью огромными глазами. Взрослая Алиса подошла и укутала её пушистым пледом.
   - Тихо, тихо...
   - Ты не станешь ругаться?- всхлипнула Маленькая Алиса.
   - Нет, ну что ты. Я же тебя люблю.
   - А мой кролик? Где мой Белый Кролик?
   - Он не твой. Я выпустила его.
   - Но я хотела, чтобы он был мой, - захныкала девочка.- Он пушистый, смешной. У него тоже есть сердце...
   - Знаю, но это не твой Кролик. Он может приходить и уходить, когда захочет. Зачем ты заперла его клетке?
   - Чтобы не сбежал. Я его не обижала. Я только хотела, чтобы кто-то жил в этом домике и играл со мной...
   - Кролика нельзя запирать. Ты испугала его.
   - Он ещё вернётся?
   - Если обещаешь не хватать и не кормить конфетами. А теперь вставай и хватит хныкать.
   - Обещаю. Я всё поняла.
   Девочка поднялась и расправила плечи. Она сразу стала выше. Теперь она выглядела лет на восемнадцать.
   - Ты повзрослела, - заметила Взрослая Алиса.- Помоги мне навести порядок.
   Алиса-девушка зажгла свечу и подошла к камину.
   - Я разведу огонь.
   - Да, здесь стало холодно. Много обиды и почти не осталось любви.
   - Он ушёл. Дом опустел. Топить печь больше не для кого. Это потеряло всяческий смысл.
   - Разве он ушёл навсегда?
   - Он вернётся?- с надеждой в голосе спросила девушка.
   - Он может приходить сюда всегда, когда ты его позовёшь. Или ты прогнала его из своего сердца?
   - Он обидел меня, - призналась девушка, - и я велела ему уйти. Сказала, что больше не люблю. Соврала, что мне нужно только его тело.
   - Ты чуть было не погасила огонь. Дом без очага умирает, Алиса.
   - Мне хотелось, чтобы он тоже испытал мою боль!
   - Это всё, что ты решила уложить в его дорожную котомку?
   - Он отверг все мои дары!
   - Это неправда. Вспомни. Вы разделяли их вместе. Ваши общие сны, песни, прикосновения взглядов, нежность, покой... Он принял то, что мог принять.
   - Но мою страсть, тепло моего дома, наше будущее!
   - Он взял то, в чём нуждался. И то, что мог взять с собой в долгий путь. Наверное, твои дары было трудно носить с собой.
   - Он лгал мне, прикрывал равнодушие дружбой...
   - При чём тут равнодушие? Дружба - это любовь без покушения на душу. Это был его дар тебе, который ты отвергла.
   - Не было никаких даров!
   - Алиса, он принёс в твой дом как минимум два дара: свою любовь и свою свободу.
   - Свободу? Он никому её не отдаст.
   - Вот именно. Он показал тебе, что без неё и любовь невозможна.
   - Я не знаю, что теперь делать с ними.
   - Любой дар можно использовать. Но если не хочешь - можешь не принимать.
   - Но что делать с его любовью, когда всё кончено?
   - Пусть тлеет углями воспоминаний в камине. Это спокойное тепло. Ты всегда сможешь подойти и погреть руки холодными зимними ночами. Только не хватай их голыми пальцами - обожжёт. И не раздувай. Дело женщины - поддерживать тепло в очаге. Дело мужчины - носить дрова и раздувать огонь.
   - А что мне делать с его свободой?
   - Возьми в рамку, повесь на стену или поставь тут же, на каминной полке. Пусть это будет тебе напоминанием.
   - А если больно?
   - Тогда пусти по ветру. Там самое место свободе. Или положи в его дорожную котомку в следующий раз.
   - Всё равно мне кажется, что он использовал мои чувства...
   - Ты хочешь удержать обиду? Ты и вправду желаешь верить в это?
   - Нет.
   - Тогда сама расскажи мне о нём.
   Девушка-Алиса опустилась на колени перед камином и пошевелила угли кочергой. Брызнули искры.
   - Он... лёгкий, как воздух... Мне нравилось дышать им. Он свежий, как весна... Душа пробуждалась. Сильный, как море... От него исходила уверенность. Спокойный, как летняя ночь. Я была рядом с ним маленькой и защищённой. Когда он приходил в этот дом, огонь в печи разгорался сам. Мы никогда не закрывали окна, поэтому всегда было светло. Отчего-то в саду просыпались птицы, прибегали белочки, раскрывались цветы в саду. Нам было хорошо вместе. Мы понимали друг друга без слов и одинаково чувствовали. Скажи, он вернётся?
   - Этого я не знаю. Он ведь оставил дверь открытой?
   - Да. Он всегда оставляет дверь открытой.
   - Тогда - возможно. Если решит, что здесь его дом. Если ты не станешь его удерживать. Если ему не придётся убегать тайком, как вору. Если научишься принимать любовь с радостью и отпускать без боли. Если перестанешь упрекать, обижаться и ненавидеть.
   - Ему стало тесно?
   - Тесно, душно, скучно. Для любви нужны свобода и простор. Знаешь легенду о слипшихся бабочках?
   - Нет. Расскажи мне.
   Он сели за большой круглый стол, накрытый белой скатертью. На ней остались круги от бокалов, пятна от вина, крошки от давнего пиршества и сгустки запекшегося воска от сгоревших свечей. Остатки романтического ужина или гадания, поняла Взрослая Алиса и недовольно покачала головой.
   - Я уберу, - покраснела девушка, - потом. Расскажи.
   - Хорошо.
   Давным-давно жили на свете две бабочки. Они летали над одними цветами, под одним небом и наслаждались одним солнцем. Бабочки собирали нектар на медовом лугу и однажды полюбили друг друга. Их танцы были прекрасными и невесомыми, как дыхание летнего полдня, и всё, что мог подарить влюблённым цветущий мир, лежало у их ног. Они наслаждались свободой и красотой друг друга.
   Но однажды бабочке показалось, что её мотылёк улетел слишком далеко. А над дальними полянами порхали другие прекрасные создания. Вдруг он увлечётся и погонится за какой-нибудь из них?
   "Я должна подарить ему что-то особенное, кроме этого солнца, ароматного луга и воздушного танца", - подумала погрустневшая бабочка и решила собрать нектар для любимого. Она набрала полный хоботок сладкого мёда и полетела вслед за мотыльком.
   Он сидел на алом помпоне клевера. Бабочка была совсем близко, когда он решил лететь дальше, и, боясь, что не угонится за любимым, она окликнула его. Нектар брызнул, попал на его прозрачные крылья и склеил их.
   Затрепетал мотылёк и стал падать, теряя высоту. Увидев, что наделала, бабочка бросилась следом, принялась счищать лапками тяжёлые липкие капли и приклеилась. Так они оба упали в высокую траву и больше никогда не смогли подняться в воздух.
   - Они погибли?
   - Слипшиеся души не способны летать. Без полёта они умирают. Для любви нужны пространство, свобода и воздух, - закончила Взрослая Алиса.
   - Я всё поняла. Мне хотелось бы увидеть его напоследок.
   - Попытайся, если он не успел уйти слишком далеко. Только, пожалуйста, на этот раз найди правильные слова.
   Девушка-Алиса бросилась к окну и увидела вдалеке быстро удаляющийся силуэт молодого мужчины. Почувствовав её взгляд, он на мгновенье обернулся и помахал рукой.
   - Ты свободен!- прошептала девушка-Алиса с улыбкой на лице.- Я отпускаю тебя с любовью и благодарю за радость, которую ты подарил мне. И за тепло огня в моём доме. Будь счастлив!
   Она обернулась ко Взрослой Алисе:
   - Спасибо, что вернулась и помогла. Мне было плохо без себя. А теперь я справлюсь.
   Они обнялись и стали единым целым. Алиса огляделась по сторонам. Всё выглядело намного лучше. За окном светило солнце, и его лучи проникали в каждый уголок и каждую щель. Пусть убранство комнаты немного износилось и кое-где лежала пыль - это ничего, не страшно. Она наведёт здесь порядок.
   Алиса прошла вдоль полок, провела рукой по корешкам книг. Вот они, её старые знакомые. С ними она будет коротать вечера на веранде, завернувшись в плед. Теперь пора наполнить дом музыкой. Алиса поставила Брамса. Стало хорошо и спокойно. В камине затрещал головешками огонь. От его бликов в пузатой бутылке заискрился домашний ликёр. Отныне здесь всегда будет так, тепло и уютно.
   Чтобы ветер приносил в дом приятный аромат, она посадит три куста под окном. Когда отцветёт сирень, начнётся пора жасмина, а после него придёт время шиповника. А ещё здесь заалеет боярышник красными налитыми каплями упругих плодов. Боярышник -это хорошо для сердца.
   Хозяйка вернулась в свой дом, который очень скоро станет полной чашей. Если вдруг нагрянут гости, они будут приятно удивлены, как всё здесь правильно устроено. Она это обещает.
  
   ***
  
   Представив себя на ладонях Бога (ведь если ты улитка, с которой содрали панцирь, уснуть можно только в надёжных руках) Алиса погружалась в сон. Ей привиделся дом, в окне которого горел красноватый свет негаснущего очага. Он стоял на самом краю скалы, нависающей над морем.
   Алиса заметила шхуну, оторвавшуюся от берега и уходящую под парусом в бескрайнюю даль. Добрый путь! На высокой мачте качался одинокий тусклый фонарь, и отблеск света падал на тёмные волны, едва освещая дорогу.
   Где-то в море плыли другие корабли, а на дальних берегах разноцветными бликами мерцали иные огоньки. Может быть, шхуна устремится туда, как знать?
   Свет окна в доме на краю скалы не мог поспорить с яркими и мощными маяками. Но он и не пытался. Он просто горел каждую ночь и в любую непогоду. Спокойный, мягкий, тёплый, уютный и манящий. Чтобы лодки и корабли, заблудившиеся на морском просторе, могли безопасно причалить в бухту, закрытую от ветров надежной скалой, а путники - обогреться.
  
  
  
  
  
  
  
   Использованная литература (эпиграфы к главам):
   Марта Кетро. Знаки любви и её окончания: "Повторяй "люблю", пока не стошнит"
   Там же. "Моя осень прекрасней вашего лета"
   http://www.youtube.com/watch?v=36bMqbiorcE&feature=related
   http://en.wikipedia.org/wiki/Piano_Concerto_No._2_(Rachmaninoff)
   Марта Кетро. Французская женщина.
   "Сутра Помоста Шестого патриарха" является центральным произведением чань-буддизма, излагающим все основные постулаты этого течения.
  
   "Парамита" - в переводе с санскрита это означает "переправиться на другой берег". Если трактовать смысл этого, то - "преодолеть рождения и смерти".
  
   Марта Кетро. Знаки любви и её окончания: "Полный провал"
   Марта Кетро. Французская женщина.
   http://marta-ketro.livejournal.com/61251.html
   Марта Кетро. Знаки любви и её окончания. "Из жизни мёртвых обманщиков. Вся правда"
   Марта Кетро. Знаки любви и её окончания: "Песенка для пальчиков"
  
  
  
  
  
  
  
  
  

43

  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"