Иней. Блестящий, серебристый на темно-синем фоне окна. Прекрасная картина, порожденная человеком и природой. Этот потрясающий образ постепенно начал появляться на листе бумаги. Правда, здесь ему предстояло стать чем-то гораздо более масштабным. Плавный узор приобрел более резкие угловатые очертания. Текучие изгибы превращались в остренькие кристаллики, а простое творение зимнего мороза стало громадной ледяной пещерой.
Костя Робиз сидел перед окном и рисовал очередной комикс в стиле манга, посвященный своему любимому герою. В этой серии парню, одетому в черные сапоги и плащ, предстояло сражаться во льдах.
Посреди бескрайних снегов стоял он. Джимми. Его блестящая антрацитового цвета челка закрывала верхнюю часть левой половины лица. В руках он сжимал длинный сверкающий самурайский меч, глаза выражали хладнокровие и отрешенность. Напротив него стояли четверо огромных бледно-синих существ, напоминавших снежные глыбы. Великаны, хранители пещер, давно не пробовали свежего человеческого мяса.
Один из них погрузился в снег и бросился в атаку, поднимая вокруг себя белый фонтан, он пробуравил сугробы подобно гигантской дрели и за считанные секунды добрался до жертвы. Но Джимми без труда опередил его. Когда оскаленная пасть монстра показалась из снега, герой резко отпрыгнул назад и нанес сокрушительный удар сбоку. Рев великана заставил содрогнуться всю пещеру, из вспоротого лба хлынули потоки светло-синей студенистой жидкости. Меч описал в воздухе идеальную "восьмерку", и голова чудища развалилась на части. Трое других великанов уже подбирались к воину, двое заходили с левой стороны, а один осторожно приближался с правой. Джимми кувырком ушел от двоих и вонзил меч в сугроб, под которым скрывался третий. Рычание возвестило о том, что герой не ошибся. Раненый великан, захлебываясь своей бледно-синей кровью, вылез наружу и тут же замолк навсегда, рана в центре тела была смертельной. Двое других поспешили скрыться в снегах. Джимми спрятал меч в ножны и направился вглубь пещер. Нужно срочно найти древний Кристалл, пока до него не добрался темный ниндзя Хиро Сакамото.
- Все рисуешь.
Голос матери грубо вырвал юношу из объятий фантазии. Костя грязно выругался про себя и положил листок с набросками комикса в карман. Эта безмозглая клуша постоянно мешает своей бесконечной болтовней. Обязательно надо испортить вдохновение!
- Хоть бы в комнате своей прибрался, никакого толку от тебя. Эх, когда же ты повзрослеешь наконец?
Костя промолчал, он знал, что спорить бесполезно, и все выльется в обычный скандал, коих было уже сотни. Как же ему надоели эти постоянные причитания на тему его будущего. Как ты будешь жить? Что делать? Как учеба в университете? Последнее волновало эту дуру особенно, хорошо, что в ВУЗах дневников нет, а то бы как в школе дотошно за ним сидела. Сама дальше своей кухни и работы ничего не видит и туда же еще! Одно слово - быдло! Константин встал из-за стола и направился в свою комнату.
С семьей Косте, с одной стороны, повезло, отец один из самых видных коммерсантов в городе, потому недостатка в деньгах никогда не было, с другой ему порой хотелось реветь от тоски и отвращения подобно дикому зверю, заточенному в клетку. Мать являлась буквально помешанной на духах, парфюмерии и дорогих платьях. Со своими подружками, бухгалтершами из "Русь-Банка" она могла часами обсуждать побрякушки, шмотье и парфюмерию. Хотя даже в одежде вкус у нее оставлял желать лучшего. Напялит на себя платье подороже, надушится духами по последней моде и вперед, красоваться на работе. Обыкновенная дура, посредственность, удачно выскочившая замуж. Как же она его бесила! Отец ни о чем, кроме своей работы и говорить не хотел. Он и раньше не питал к старшему сыну симпатий, а уж когда подрос младший, то и вовсе забыл о Константине. Раньше Костя не понимал, за что отец его так не любит, но потом ответ сам пришел к нему: Владимир Робиз не видел в старшем сыне своего идеала. Костя не желал хорошо учиться, не интересовался деньгами и машинами. Другое дело его младший брат Вадим: этот и учится прилежно, и слушается, и надежды подает, и интересы с отцом у них совпадают. Тот ему на восемнадцатилетие "Ауди" купить обещал. Чтобы тот со своими дружбанами мажорами по клубам разъезжал. Все они ничтожное быдло! Им же только бабки нужны! Константин Робиз давно считал, что живет в дочиста вылизанном свинарнике.
Войдя в комнату, он сразу сел за стол. Вдохновение нельзя терять, оно в последнее время и так приходит нечасто, а комикс нужно закончить к сроку. Константин уже семь лет занимался рисованием комиксов в стиле манга и достиг в этом большого мастерства. Его работы занимали призовые места во многих художественных конкурсах на сайтах посвященных аниме. А на последней выставке аниме в Архангельске он буквально купался в лучах славы. Многие художники этого города признали эти работы отличными, хотя и излишне жестокими. Константин тогда даже получил некое подобие гонорара, смешную сумму в полторы тысячи рублей. На той картине прекрасный и непобедимый Джимми сражался со своими главными врагами - Хиро Сакамото и его приспешниками. Двое из них лежали со вспоротыми животами на полу, а главный злодей и его охранники стояли напротив героя с обнаженными мечами. Джимми смотрел на них взглядом воина, в глазах только бесконечная чернота и холодная ярость. Противники уже мертвы, только они сами об этом не знают.
Больше всего Константину нравилось рисовать глаза, ведь это зеркала души. По их мельчайшим деталям можно уловить насколько сложно и противоречиво настроение человека. В манге всегда больше внимание уделяют персонажам, они настоящие личности, не чета картонным диснеевским героям с имбецильными шаблонными физиономиями. У юного художника имелась огромная коллекция мультфильмов в стиле аниме. Он мог часами смотреть их один за другим и восхищаться работой аниматоров. Особенно ему нравились мультфильмы малоизвестного аниматора Кабадзуки Ямато, посвященные Ордену Темных Ниндзя, бесстрашным воинам, сражающимся с мафией. В своих работах Кабадзуки уделял большое внимание сценам схваток. С большой точностью прорисованные удары, хлещущая кровь и конечно же лица, холодные и отрешенные. Лица настоящих убийц. Глаза - бездны, в которых тонет душа жертвы. Юный художник наслаждался этими мультфильмами часами, проматывал моменты схваток назад и смотрел снова и снова.
Именно эти черные ниндзя стали прообразами Джимми, любимого героя Константина. Этот молодой наемник, одетый в черное, не знавший равных в схватках воплощал в себе саму жестокость, но не грубую и примитивную, а утонченную, аристократичную. Чистый и опрятный, величественный и безжалостный убийца. Его не интересовало виновата ли его жертва в чем-то или нет, хорош его заказчик или нет. Он прекрасно осознавал, что справедливости не существует и правда у каждого своя. Джимми творил свое искусство, искусство смерти. Никто не мог спастись от его меча. Единственный достойным врагом его был Хиро Сакамото, Джимми убил его отца, главу клана Золотого Дракона, с тех пор тот поклялся отомстить и следует за героем по пятам. Их борьба и стала основной темой манги.
Иногда Константин и сам посещал тот мир. В своих снах и мечтах он становился таким же, как и персонажи манги, уродливые черты его реального лица становились четкими и резкими. Там он встречался с Джимми. Часто они просто молча стояли и смотрели друг на друга или не спеша прогуливались по старинным японским городам или высоко в горах. Холодный и суровый взгляд наемника вселял в Константина уверенность и успокаивал, Джимми словно подпитывал его своей силой. Но иногда герой говорил, голос его звучал тихо, но в нем чувствовалась неимоверная сила. Он сам заставлял прислушиваться к себе. Джимми говорил о силе воина, о том, как трудно, но необходимо ее обрести, о том, что он намерен делать дальше. Иногда Константин рассказывал ему о своих проблемах, герой лишь бесстрастно улыбался в ответ. "Ты еще слаб", - говорил он в ответ на это. И Константину становилось очень стыдно, в такие моменты его переполняло чувство глубокого отвращения к себе. Но вслед за этим приходило вдохновение и новые идеи.
Недавно Константин познакомился по интернету с одним японцем по имени Миядзаки Кон, тот тоже был "мангака", художником в стиле манга. Он очень высоко оценил работы русского юноши и предложил участвовать в профессиональном японском конкурсе. Все складывалось хорошо, но оставалась одна проблема - деньги. В Японии комиксы пользуются немалым спросом, студий и художников несчетное количество, потому конкуренция большая. Для участия в конкурсе требовалось вступить в художественный клуб и оплатить членский взнос в три тысячи долларов. Таких денег у Константина не было, но он знал, где их можно взять - отец часто оставляет кошелек без присмотра, а там редко бывает меньше семи тысяч "зеленых". Просить его выделить деньги на такое бесполезно, вот Вадиму на тусовки и клубы - это пожалуйста, а Костя "пусть повзрослеет сначала". Потому юный художник решился на этот шаг. У этой коммерческой крысы денег много, не убудет. Джимми таких, как он убивал одним взмахом меча. Искусство требует жертв. Константин уже установил себе программу "Web Money" и открыл счет в банке. Осталось последнее.
***
- И как это понимать?
В воздухе повисло напряженное молчание. Владимир Робиз пристально смотрел в глаза сыну.
- И куда ты деньги девал?
"Ублюдок, как же я тебя ненавижу!", - прошипел про себя Константин.
- Я тебе вопрос задал, отвечай! Ты уже деньги воровать начал? На что интересно? На наркоту что ли? Или как? Отвечай! Что вылупился, что молчишь?!
Отец уже орал так, что стены кухни дрожали.
- На конкурс, - буркнул Константин.
- Чего?? Какой еще конкурс, что ты мне тут пургу метешь?!
- Конкурс, в Японии проводится, решил туда работу свою послать, деньги нужны были.
- Что ты брешешь?! Кому твоя мазня в Японии нужна?! Я что на дебила по-твоему похож?
- Правда на конкурс, только членский взнос заплатить надо было деньги на счет перечислил, а их уже туда отправили. Можешь в банке проверить. Конкурс по сети проходить будет. Ехать никуда не надо.
- Значит так, придурок, слушай сюда. Ты, сукин сын, меня за кого принимаешь? За мальчика у которого cпиздить все можно, да? Ты так думал? Короче, урод, за такое дело ответить надо, не будет тебе никакого конкурса. Сегодня три штуки, завтра десять, а потом? Ты бы занялся делом реальным! Деньги бы в семью приносил! А ты до сих пор даже нигде не работаешь, от тебя никакого толку! В кого ты такой, а? Может ты вообще не мой сын? Рисуешь свою мазню, да она нахуй никому не нужна! И в Японии тоже! У нас ты занял призовое место и что получил? Хуйню мелкую, полторы штуки! А на этом гребаном конкурсе маляры и круче тебя есть!! Не пробиться тебе там! Какого хуя ты полез в это, а? На что ты деньги перечислил? Чтобы просрать счастливо? Ну да это ты умеешь, просирать не зарабатывать!
Костя уже был на грани.
- Да сделал и буду делать! Это искусство, во имя его можно потратить какие-то жалкие три шутки! У тебя их хватает, ты Вадиму уроду даешь на клубы сколько а?!!
- Да ты что сука, совсем охуел смотрю? Я не позволю тебе разбазаривать мои деньги! Ты как смеешь так со мной говорить, чмо? Ты еще ни копейки не заработал!
- Смею урод!
- Ах ты падла!
Владимир Робиз ударил сына кулаком в лицо, тот осел схватившись за разбитый нос.
- Так все, хватит с меня твоей хуйни!
Отец встал и пошел в комнату Константина. Вскоре послышался звук рвущейся бумаги.
- Нееет!!! - художник вскочил и бросился в комнату. Там стоял Владимир Робиз, а у его ног лежал порванный, уже наполовину завершенный комикс. Константин смотрел на остатки своего труда с широко раскрытыми глазами.
- Я не желаю больше видеть в нашем доме эту хуйню! - с этими словами отец отвесил ему сильную оплеуху и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.
***
Константин сел на диван и зарыдал без всякого стыда. Весь его гениальный замысел потерпел полный крах, великое творение уничтожено! В срок уложится уже точно не удастся. "Сука, сдохни падла!", - орал в истерике Константин, но отец не реагировал.
Художник подобрал один из обрывков, очень удачный обрывок получился. На нем осталось нетронутым лицо Джимми. "Он бы такого не простил", - подумал Константин.
Ярость, бешеная ярость точила его изнутри. Константин стал ходить по комнате из угла в угол. Повинуясь какому-то внезапному неосознанному желанию, он подошел к зеркалу и не поверил своим глазам. На него оттуда смотрел любимый герой. Джимми взирал на своего создателя с печальной улыбкой.
- Д-джимми?
- Да, это я, - голос прозвучал не снаружи, а изнутри самого Константина, из глубин его тела.
- Джимми, мне так плохо.
Художника совершенно не смутило, что он говорит с несуществующим человеком, стоя перед зеркалом.
- Поражения приносят боль, но делают нас сильнее. Тебя ведь не убили пока.
- Да это так. Суки быдло, как же я ненавижу их!
- Ты ревешь и жалуешься, это не достойно воина. Ты не ниндзя. Но у тебя еще есть шанс....если у тебя хватит духу, конечно.
- Пожалуйста, Джимми, я сделаю все как надо!
- Ты позволяешь топтать себя, ты не можешь даже отстоять того, что дорого тебе, в любой момент тебя могут раздавить как насекомое и подчинить. Лучше смерть, чем бесчестие. Как ты живешь? Ты никто. Ты должен отстоять свое, если хочешь стать ниндзя.
- Да! Да, Джимми я все сделаю, как надо, они пожалеют об этом!!!
- Делай же, - ответил наемник все тем же бесстрастным тоном. Голосом самой смерти.
- Я сделаю, - сказал Константин, опустив взгляд.
Константин снова посмотрел в зеркало, на него по-прежнему взирал Джимми, правда на этот раз с загадочной улыбкой, выражавшей крайнюю заинтересованность.
- Возьми.
Что-то упало на пол. У юного художника округлились глаза от удивления: у его ног лежал настоящий блестящий кинжал Джимми с серебряной рукояткой. Он поднял его и принялся разглядывать. Сталь величественно блестела в свете комнатной лампы. Рукоятка представляла собой серебряный узор в виде дракона с огнедышащей пастью.
- Ты знаешь, что делать, - молвил Джимми.
Да, он понял это без лишних слов. Константин отошел от зеркала и направился в сторону кухни. Там сидел отец, рядом с ним стояла бутылка коньяка. Он любил иногда принимать рюмку на ночь, для сна.
- Успокоился? - он пристально посмотрел на сына, - а если ты мне еще раз тут устроишь такое, то...
Слова застряли в горле Владимира Робиза, когда он увидел глаза сына. В них была только ярость, но не истеричная, холодная. Как-то в армии Владиимиру случилось подраться с одним морпехом, он навсегда запомнил этот взгляд. Холодные глаза хищника, готового убить и умереть самому. В руке Константина сверкало большое блестящее лезвие. Владимир встал из-за стола и осторожно подошел к сыну.
- Так, Костя, спокойно, иди спать, прекрати, иначе ты об этом пожалеешь...
Ответа не последовало. Только выпад, настолько быстрый, что Владимир даже сообразить ничего не успел. Рука сына, скрывающая рукоять оружия уже прижималась к его животу. От дикой боли глаза Владимира вылезли из орбит. Константин резко толкнул отца вперед, а когда тот повалился, принялся добивать ножом нанося вертикальные удары в грудь и живот, достать нож из тела поверженной жертвы оказалось не так просто, как художник думал вначале, оружие тяжело выходило из тела, каждый удар сопровождался мерзким чавканьем. Последнее, что увидел перед смертью Владимир - холодное и безразличное лицо сына.
Нанеся последний удар, Константин встал и обернулся, в дверях кухни стояла мать, ее лицо было пепельно-серым, как грязное постельное белье, она находилась в глубоком шоке. Константин ударил ее ножом в печень, затем резко толкнул в плечо. Тело мягко упало на пол, приземлившись на живот, свернувшись в позу эмбриона. Убийца сел жертве на спину, одной рукой запрокинул подбородок, а другой перерезал горло. Женщина захрипела и начала барахтаться, Константин оставил ее и отправился в комнату брата. Тот тихо похрапывал, развалившись на кровати. Убийца медленно приближался к своей жертве. "Сегодня ты в клуб не пойдешь", - сказал про себя Константин. Он мягко коснулся плеча брата рукой. Тот лениво потянулся и открыл глаза.
- Костян, чего, надо? Сколько время?
Константин занес свое окровавленное оружие над жертвой, глаза Вадима округлились.
- Э Костян, хорош угорать...
Нож опустился на живот брата, хлынула кровь. Лицо его побледнело, в глазах застыл немой ужас. Константин принялся наносить удары, сжимая нож двумя руками, словно держал длинный меч. Первое время Вадим отчаянно пытался защитить себя руками, но убийца ловко обходил их и наносил свои смертоносные удары, то в грудь, то в живот, то в ребра. Вскоре тело жертвы обмякло, но Константин продолжал бить его ножом еще минуты две. Все простыни забрызгало кровью. Бордовая лужа растеклась слева от кровати. Убийца пошел обратно в свою комнату.
Из зеркала на него снова смотрел Джимми, только на лице его играла восторженная жестокая улыбка. Он редко демонстрировал ее. Только в моменты побед над достойным противником.
- Ты отомстил. Ты доказал, что достоин - молвил он
- Да, - ответил Константин.
- Но это не конец, ты не выполнил главного. История незакончена не так ли?
- Да, она не закончена.
- Так заверши то, что начал. Ты не должен оглядываться назад.
- Я завершу, - Константин опустил взгляд.
Когда он снова поднял глаза, в зеркале на него смотрело его отражение, но что-то изменилось в нем, что-то стало другим. Глаза, холодный взгляд убийцы. Теперь оттуда смотрел совсем другой парень. В этот момент Костя понял, он и есть Джимми, герой долго томился в темнице его жалкой души и дряблого хилого тела. Теперь он свободен и может вершить судьбы. Костя посмотрел на свое оружие, им оказался обычный кухонный нож с черной рукояткой, но очень остро заточенный. Кто его так наточил? И когда? Этого Константин не помнил.
Нужно завершить шедевр. Джимми станет знаменитостью. Волна вдохновения всколыхнула все нутро Константина, фантазия распахнула свои объятия, кровавые образы понеслись перед глазами - семья Джимми предала его, и он отомстил. Этого момента нельзя упускать! Тем более в распоряжении художника на этот раз столько материала. Рисовать поверженных врагов с натуры! О таком Константин не мог даже мечтать! Он взял чистый лист бумаги и начал первые наброски. Завершив основные приготовления, творец отправился на кухню, ему хотелось запечатлеть лицо поверженного врага именно в таком виде, не меняя ничего. Залитый кровью пол станет отличным фоном, этот комикс будет настоящим шедевром. Константин тщательно прорисовывал лицо отца, особенно глаза, сколько в них страха, сколько в них удивления, ублюдок не представлял себе, на что способен Джимми. Он рисовал, рисовал и рисовал, даже когда часы уже показали шесть утра. Сегодня он не поедет в университет, у него есть дела поважнее.
***
Сроков он не сорвал, Константин работал над новым комиксом по десять часов в день. Джимми убивал своих родственников, подло предавших его. Особенно на этот раз удались лица. Преисполненные страха, неимоверных мук и страданий. Джимми справедливо наказал предателей. Каждый из них увидел смерть собственными глазами. Юный художник отсканировал комиксы и принял участие в конкурсе. Правда, теперь он старался не заглядывать в спальню - там из под кровати очень дурно пахло. Даже ароматические аэрозоли не помогали. Но, как говорится, искусство требует жертв.