Ростовцева Алиса. Предлагаю ничью

***

Амортизаторы протяжно заскрипели, тормоза сработали с опозданием, и старый автобус ощутимо тряхнуло на повороте.

Моя голова с размаху ударилась об оконное стекло. Я резко открыл глаза, выплевывая сквозь зубы десятки ругательств и в очередной раз убеждаясь в безрадостной действительности сегодняшнего вечера, такого же блеклого и пресного, как и десятки вечеров, похожих один на другой, как две капли воды.

Размеренный шорох дождя, и мокрые автобусные стекла с разводами грязи с противоположной стороны. За ними под завесой холодного дождя тонули голубые фонари. Их свет был размыт и слишком бледен.

Помню, в этот момент мне вдруг ужасно захотелось разбить стекло и ощутить на лице тугие струи.

Капли дождя как выстрелы в голову. Смертельное попадание и finita comedia.

Толстопузый двухэтажный автобус в такую погоду даже с натяжкой не выглядел красным. Он был похож на огромного черно-алого монстра из страшной сказки. От него хотелось убежать, спрятаться, спастись... Никогда не попадать под прожекторы его фар.

К тому моменту, как я подумал об этом, осознал, что действительно мог бы избежать этой поездки, к тому времени я уже медленно переваривался в желудке автобуса, с грустью наблюдая за стремительно пустеющим городом. Почти умирающим за тонкой перегородкой из грязного стекла.

Полумрак субботнего вечера давил на плечи. С каждой секундой все больше тяжелеющее небо нависало надо мной, и казалось, что оно вот-вот опустится еще ниже и в конечном итоге поглотит весь город. Поглотит меня.

Но остановки за окном мелькали: одна, вторая... И небо все еще оставалось на недосягаемой для меня высоте. Все верно. Так и должно быть. Это значит, что у меня еще есть время, чтобы...

Рука сама опустилась в карман в поисках истины. Похоже, мое подсознание точно знало, где стоит искать ответ, ибо всего через мгновение на свет был извлечен кусок ламинированного картона, на котором синим цветом выделялась одинокая фраза: "Lambet - Westminster. One way ticket. Paid cash at 6:15 PM".

Я отодвинулся от окна и автоматически посмотрел на часы, поверяя время. Просто так. Чтобы быть в курсе.

- Что?! - Вопрос сорвался с губ раньше, чем я понял, что задаю его вслух.

Два с половиной часа из одного района в другой? Не может быть.

Еще раз удивленно уставился на циферблат, проверяя, все ли я верно понял. Но время на электронных часах, к моему разочарованию, за несколько прошедших секунд так и не изменилось.

Чувство ирреальности происходящего заставило меня нервно оглянуться по сторонам. Мне нужна была хоть какая-нибудь подсказка.

Но взгляд скользил по пустому салону автобуса, по мутным стеклам, каплям дождя на витринах закрывшихся на ночь кафе. Скользил, ни за что не цепляясь. Я силился вглядываться даже в полумрак за окном. Но тусклый свет фонарей мешал различить хоть что-то в глубине темных улиц, скрытых за пеленой косого дождя. И только Биг Бен, щедро освещенный прожекторами, после очередного поворота вдруг появился по правому борту от меня. Взгляд мгновенно метнулся к вершине башни.

Пожалуй, надо спуститься вниз и спросить у водителя или других пассажиров (ведь здесь есть кто-нибудь еще, кроме меня?), что происходит.

В сумерках, едва найдя узкую лестницу и чудом не врезавшись головой в перегоревший светильник, я начал скрипеть подошвами по перекатам ступенек. На секунду показалось, что я пьян. В тот момент, когда моя нога коснулась пола, автобус резко остановился, и электронный голос, пронзая пустоту, хрипло произнес: "Westminster Station".

А затем тишина. Полумрак, ни одной живой души. Ок, тогда остается водитель. Еще два шага, полуоборот и...

- Что за...? - удивлением это назвать было нельзя, но зато мой английский не пригодился.

Кабина была абсолютна пуста. Водителя не оказалось на месте. Несколько мгновений я тупо пялился на темно-красное потертое от времени кресло.

Электронный голос вдруг ожил и вновь что-то неразборчиво произнес: название следующей остановки, вероятно. В ту же секунду двери автобуса закрылись с протяжным свистом. И прежде чем я успел пожалеть об упущенном по своей вине шансе выбраться на свободу, double-dacker bus продолжил свое шествие по обескровленным венам Лондона.

Вспомнив конструкцию и особенности местных басов, я устремился в конец салона. Еще один выход был там. Как только автобус начнет тормозить, я смогу выйти.

Но как бы я не спешил, как бы не торопился вперед, моя скорость была близка к черепашей. И даже хуже! Я полз, словно улитка по пищеводу железного монстра. И только спустя настоящую вечность заветная цель была достигнута. Еще через несколько минут я, наконец, ощутил под ногами твердую землю.

- Чертовщина, - поднимая воротник пальто, я обронил в след уезжающему 'всаднику без головы'.

Все это обволакивало меня, подобно удаву, который скручивал глупого кролика в своих "объятьях". Улицы пронзал холодный атлантический ветер, здания покрылись 'гусиной кожей'. Температура моего тела, казалось, неумолимо стремиться к нулю.

Свое спасение я заметил не сразу, пришлось пройти целый квартал в сторону 'Каменного Часового'. Совсем неприметная дверь, огромные окна от пола до потолка и на одном из них по кругу устроилась яркая надпись 'Lamb & Flag'.

Да, то, что нужно. Мне стоит чуть-чуть согреться и выпить пару пинт пива.

Вопреки ожиданиям, что хотя бы тут, в одном из известнейших пабов Лондона, где всегда душно от разговоров, накурено спорами, и яблоку негде упасть по причине отсутствия свободных мест в бушелях, будут люди, вопреки ожиданиям здесь царила полнейшая тишина. И было пусто. Лишь в дальнем от входа углу сидел мужчина лет тридцати пяти с легко узнаваемой 'guantanamera' в руке.

- Не местный - подумалось мне, и я посмеялся своим мыслям.

Мужчина что-то аккуратно рисовал в своем блокноте. Мне не удалось разглядеть, что именно, сколько бы я не старался следить за движениями его руки. Издалека мне было чертовски плохо видно. И все же я был безумно рад, что моим единственным соседом в этом пустом пабе оказался именно он. Мой старый-старый из какой-то прошлой жизни знакомый. Я не помнил его имени, и не помнил подробностей нашей прошлой встречи. Но все в облике этого человека, в его аккуратных жестах, даже в его манере изредка поднимать глаза от блокнота и внимательно осматривать пустой зал, все это казалось мне страшно родным.

А еще... еще я немного завидовал ему. Этот мужчина делал то, чем я с удовольствием занялся бы сам, будь у меня сейчас под рукой клочок бумаги. Или салфетка... Хотя бы - салфетка.

Я оглянулся. Но на столах и даже на барной стойке не было ничего похожего на бумагу. Большое упущение для владельцев паба. Это ведь сейчас популярно, черт побери.

Человек приходит в людное место, заказывает чашку кофе (или пива, как мой старый закомец с 'guantanamera' на столе перед ним), затем достает тетрадь, ручку и ограждает себя от толпы неровными штрихами чернил. Еще через некоторое время он поставит дату в конце, и по истечению нескольких недель или, может быть, лет он найдет этот клочок бумаги и посмеется над своими художествами, подвергнув критике на подобии 'И это был я? Никогда'.

Я вздохнул. Никакой ручки и никакой исповеди на белом листе. Ну и, к черту. В этом пабе хотя бы тепло и уютно.

Повесив пальто на вешалку и забрав из внутреннего кармана зажигалку и сигареты, я устроился на высоком стуле и щелкнул по звоночку на стойке.

Спустя мгновение из недр 'кладовой' показался бармен.

С этими словами мужчина удалился, и я опять потерял контакт с миром, оставшись наедине с дымом сигары человека в углу.

Непонятный ход времени убивал, медленно разлагал на атомы мое сознание и мысли, которые обычно роем пчел снимали пыльцу идей и замыслов и уносили куда-то в неизвестность. Но сегодня все иначе.

Может, это навеяно его неоднозначной историей, а может серостью, которая правит состоянием людей? В чем смысл?

Низкая спинка высокого стула (забавно кстати) въедалась в позвоночник. Она была настолько неудобной и бессмысленно-глупой, что пришлось окинуть взглядом многообразие свободных мест, среди которых успешно был найден с виду недурный диванчик. Я решил перебраться к нему.

Сигарета, искра, и плотный дым медленно устремился к дубовому потолку. Я внимательнее оглядел темный зал. Атмосфера царила невероятная, глубина эпох и поколений осталась почти везде: на столе вырезанная надпись 'Генри Хатис. 1856 год', на стене - 'Артур Мидл. 1715 год', на боковине дивана - 'Ванёк. Питер. 2007 год'.

- Да уж, Ванёк, прости, братан, но ты в этой системе лишний, - и я повесил свою сумку так, чтобы ее лямка закрывала надпись.

Появился бармен с долгожданной кружкой пива в руке. Забрав ее к себе за стол, я еще пару минут собирался духом, чтобы пригубить знаменитый 'Bombardier'. Но терпения не хватило, и пинта пива торпедой погрузилась внутрь. - Йесс. Шикарно! One more, please, - действительно, что я еще мог сказать по этому поводу? Человек в углу встал. Приблизился ко мне, будто что-то хотел спросить, но мой отрешенный взгляд сыграл на опережение, и мужчина вдруг развернулся на полпути и вернулся за свой стол.

Ну и, что это было? Что он хотел? Почему пошел ко мне, а не к бармену?

Играть на опережение, так играть. Я сам устремился к человеку-из-забытого-прошлого, но, не успев ничего спросить, получил от него 'выстрел в голову':

- Позвони ей прямо сейчас! Она ждет... - он сделал тягу сигары и вместе с дымом растворился под потолком.

Дверь в нужную комнату оказалась спрятанной в конце коридора. Два глубоких вдоха и на выдохе удары холодной водой по лицу привели меня в более менее спокойное состояние.

Я вернулся. За столом, где прежде сидел непонятный человек, уже были мои вещи, сумка также висела на боковине дивана.

Я приблизился и отодвинул сумку в сторону - 'Ванёк. Питер. 2007 год'

Плюс ко всему на столе лежала одинокая салфетка... А на ней - 'Ксения. Москва. 2012 год' и номер телефона. - *****!!!

Полностью погрузившись в свои черно-белые мысли, я простоял на одном месте уйму времени, так и не дав себе ни одного ответа на случайно возникшие вопросы.

- Last order! - после чего он стукнул по колокольчику.

- Ага, значит уже 11 часов, - сам в это не веря, подумал я.

Ну что ж, порывы ветра вновь встретили меня своими 'ласками', дверь паба закрылась на замок, свет погас минуту спустя. В руке салфетка с номером, через дорогу лондонская телефонная будка.

- Восемь..Семь..Шесть..Пять..Четыре.. - номер телефона будто отсчитывал секунды до старта. Или все же финала?

Длинные гудки задавали темп 'лебединого озера', что еще больше усиливало гнет свинцового неба над моей головой.

Никто не отвечал. Никто не ждал этого звонка. Никто.

Я медленно, но уверенно удалялся от мелодии 'тонального набора'. Впереди был пешеходный мост и..Темза.

Взобравшись на парапет и пафосно расставив руки в стороны, я долго решался на этот короткий, но очень сложный шаг. Ветер поддерживал мое желание и подталкивал в спину. Подлый ублюдок, позволь хоть раз в жизни навести порядок в голове, расставить все по местам и сжечь этот неугомонный пчелиный рой! Вдох.

-Не-е-еет! Я проснулась от собственного стона, своим мычанием умудрившись 'перекричать' будильник. Даже The Wanted с их лиричной, повторяющейся уже в третий раз ' I am glad you came' не смогли привести меня в чувство. Не смогли разбудить. И только мое отчаянное 'нет' прервало бесконечный прыжок в реку из моего сна.

Несколько секунд я лежала неподвижно, молча разглядывая потолок спальни. Недавний сон никак не желал уходить из моей головы. Яркие картинки до сих пор стояли перед глазами. Прогулка по Лондону, прокуренный паб и телефонная будка - я видела их несколько секунд назад. И...

На самом деле - ничего. Нужно немедленно взять себя в руки. Это всего лишь глупая память играет в свои странные игры, словно никак не хочет похоронить то, что нужно было забыть много лет назад. В остальном все, как обычно. Еще одно утро еще одного дурацкого дня. И Тимур, приснившийся впервые за пять лет, не имеет никакого отношения к слезам на моей подушке.

Мне просто стало грустно и больно. И жалко... себя-его-нас. Того человека из сна... Кого-то, кто решил свести счеты со своей жизнью. И пусть я думала о себе, как о Тиме, но ведь я это я. И мысли о самоубийстве пришли в мою голову, в моем сне, и неважно существом какого пола я там себя 'воображала'.

Интересно, подобные выкрутасы подсознания считаются тревожным сигналом? Мне пора обращаться к врачам?

Я потерла ладонями горящие щеки, силясь успокоиться и унять дрожь.

Сколько раз за первые полгода после отъезда из Энска я мечтала о том, чтобы Он мне приснился. Я хотела увидеть его хотя бы во сне. Хотела поговорить... Но, к счастью для меня, все усилия были тщетны. Собственное подсознание было милостиво ко мне на протяжении последних лет. Милостиво ровно до сегодняшнего дня.

Лучше бы я вообще не ложилась спать этой ночью!

Сотовый ожил в тот момент, когда я подходила к лифту.

- Привет! Ты опаздываешь, да? - Лидин голос бодро поинтересовался из трубки, и я вместо того, чтобы удивиться проницательности подруги, напряглась.

Почувствовала вдруг укол раздражения в груди. Нет, не стыд за то, что меня неожиданно поймали с поличным, а дискомфорт из-за того, что кто-то опять посмел лезть в мою жизнь. Пусть даже это она, Лидочка. Моя давняя знакомая, в прошлом коллега по работе, а в нынешнем - просто замечательная девушка, с которой было весело проводить свободное время. И все же... она задала обычный вопрос, а я опять начала злиться.

Мы общались с Лидой уже три года, и если не превратились в близких подруг, то хорошими приятельницами стали точно. Но пересилить себя и заставить себя доверять девушке так же, как я когда-то доверяла Марр, вот этого не получалось. Что-то внутри заставляло меня цепляться за спасительную дистанцию между нами.

- Задерживаюсь, - я постаралась ответить как можно мягче, за усмешкой скрывая плохое настроение. С самого утра я чувствовала себя опустошенной, и мое состояние все еще не торопилось улучшаться. Дурацкий сон!

- Оу, тренируешь повадки босса? - Лида легко сложила два и два, вспомнив, без сомнения, наш последний с ней разговор. И мое грядущее повышение со дня на день.

- Да-да, я вхожу в образ, - отозвалась с небольшой заминкой. Пальцы, наконец, вытащили из сумки черный брелок.

Если мне повезет, и на проспекте не будет пробок, я доберусь до работы к десяти.

- Правильно, дорогая! - энтузиазм Лиды был заразителен. Я не смогла сдержать улыбки после ее похвалы. И только мрачные мысли никуда не исчезли. Если бы было так просто выкинуть их из головы! - Так держать! Я думаю, нам стоит это отметить. Как на счет встретиться сегодня в полночь на...?

Свободная, как ветер, Лида искала себе "приключения" так же страстно, как и отбивалась от них спустя несколько дней. Наблюдать за этим было забавно. Но сегодня мое поганое настроение совсем не располагало к веселью.

- О, нет, Лид. Я, вряд ли, смогу. У меня есть пара срочных дел.

- Ночью? - игривый тон с легкостью указал на направление Лидиных мыслей. Наверняка, она подумала, что речь идет о Стасе.

- Ночью, - согласилась и выскользнула из лифта на первом этаже, коротким кивком приветствуя пожилого консьержа.

- Кси-и? Ты, что не в духе? - Лидочку не обманула моя маленькая хитрость. - Вы с ним поссорились? Ты не хочешь его видеть? Может, все-таки в клуб и...

- Я не поеду, Лид, - повторила тверже, толкая подъездную дверь и выходя во двор.

Да, предложение Лидочки звучало великолепно, и в другой раз я бы с удовольствием его приняла. Но... не сегодня. Не сейчас, когда у меня был настолько мерзкий настрой. Танцы и алкоголь все равно не помогут.

Лида удивилась моему ответу, посчитав его странным. Это действительно не было похоже на меня. Не в моих привычках оставаться дома, когда есть приглашение заглянуть в клуб. И не в моих привычках это делать накануне двух выходных. И все же...

Я поймала себя на этой мысли и еще раз взглянула на незнакомку. Дурное предчувствие кольнуло под ребра.

- Я тебе перезвоню попозже, Лид, - мобильник подавился удивленным вздохом и затих.

Я убрала его в сумку, краем глаза наблюдая за напряженной девчонкой. Ей было на вид не больше двадцати. Высокая, стройная, в туфельках на шпильке и коротком платье, она выглядела шикарно. Но меня напрягало и удивляло совсем другое. То, что каждая деталь ее безупречного гардероба, ее идеального макияжа и прически кричала о достатке и благополучии, не имело значения. В нашем дворе такие девушки, как она, не редкость. Центр Москвы, пафосный район. Бла-бла-бла. Но дело не в этом.

Я позволила страху на мгновение сжать мое сердце только, потому что эта хрупкая брюнетка... смотрела прямо на меня. И мне совсем не нравилось то, как она делала это. Она внимательно следила за моим медленным продвижением к машине и кривила губы. Ее ненавидящий взгляд скользил по мне.

"Кого-то ждешь?" - я едва не задала этот вопрос вслух. Но здравый смысл включился как нельзя, кстати. К чему нарываться на грубость первой? Если девушка дожидается именно меня, она сама сообщит мне об этом. Или не сообщит...

Рассуждая так, я почти добралась до своего авто. Брюнетка так и не сдвинулась с места и ни звука не издала. Все, как я и думала. У этой сумасшедшей дамочки просто выдалось тяжелое утро! Сейчас я заведу мотор, и уже через минуту забуду о ней так же, как о ночном кошмаре.

- Давно хотела на тебя посмотреть, - холодный голос неожиданно окликнул меня со спины, и мне пришлось остановиться. Медленно обернулась к нежданной гостье.

Значит, она действительно пришла по мою душу. Неужели, она ненавидит меня так сильно?

Я знала только одну причину, по которой незнакомая мне девушка могла бы дожидаться меня во дворе дома и смотреть на меня с выражением "Я убью тебя, с**а", без проблем читающемся в ее взгляде.

А я-то думала, что драться из-за бой-френда уже не модно...Ну, да. Ну, да.

В памяти всплыло гневное лицо Мари... Какая у нее была фамилия? Ольшанская? Лет пять назад мы с ней выясняли отношения в университетском туалете. Пять лет назад! Мне было двадцать. И что? Что-нибудь изменилось? Сегодня другая 'детка' совсем другого мужчины, так же как и Мари, собирается показать мне мое место. Что это, если не Судьба?

- Посмотрела? - поинтересовалась насмешливо, не подавая вида, что испугалась сжатых кулачков и фанатичного блеска глаз этой брюнетки.

Девушка нервно дернула плечом и вскинула подбородок.

Может, поговорить со Стасом, чтобы не связывался с подобными ей? Нужно быть сумасшедшей, чтобы караулить соперницу у подъезда. И вообще разве Калугин ни черта ей не объяснил? С чего она решила, что этот мужчина принадлежит хоть кому-то?

- Извини, с удовольствием продолжила бы нашу милую беседу, но я страшно тороплюсь в офис. Хорошего тебе дня, - обойдя девушку и едва не задев ее плечом (кажется, она дернулась вперед, чтобы перегородить мне дорогу), я направилась к своей машине. Из-за мгновенного адреналинового всплеска сердце прыгнуло под самое горло. Я ее не боюсь!

- Обязательно оставлю, - я послушно кивнула, даже не заботясь о том, что брюнетке может быть не виден мой жест. И полная раскаяния и смирения улыбка.

Очередной злой окрик. То ли упрек, то ли угроза. Действительно, как я могла забыть, что Стас и любовь - несовместимые вещи? Кто бы открыл эту Америку тебе, моя дорогая?

- Тебя он тоже не любит, - я откликнулась с грустной улыбкой, распахивая дверь авто и забираясь на высокую подножку. Узкая юбка не облегчала задачу. Острый взгляд в спину заставлял быть предельно осторожной. Еще не хватало упасть под колеса собственного авто.

- Он все равно будет моим! - мне уверенно сообщили эту истину, видимо, желая, чтобы после таких слов я немедленно испарилась из жизни Стаса, этой брюнетки и всего населения планеты заодно.

- Конечно, - я еще раз вежливо кивнула девушке и, закрыла дверь, сочтя наш разговор завершенным. Ключ в замке зажигания повернулся на раз-два, и уже через две минуты я покинула родной двор.

Пятница, начинающаяся так паршиво, обещала стать очередным тяжелым днем, едва ли не самым мерзким в моей коллекции ужасных пятниц.

Главное, не признаваться никому, что мне было страшно.

Черед двадцать минут, отдышавшись и приведя в порядок собственные мысли, под бормотание радио я набрала знакомый номер.

- При-ивет, Дим, - мырлыкнула в трубку, играя голосом так, чтобы добиться нужного мне эффекта.

Два дня назад проиграв Мите в споре, в течение недели я обязана была будить его по утрам. Кто же виноват, что это непростая задача, тем более по телефону. И тем более с таким соней, как мой друг.

- Ммм... - маленькое чудовище что-то невразумительно пробурчало в трубку. А я будто наяву увидела заспанную физиономию парня, с трудом продирающего глаза и силящегося оторвать тяжелую голову от подушки. Наверняка, сегодня ночью он где-нибудь развлекался.

- Эй. Просыпайся! - потребовала категорично, желая поскорее закончить наш разговор. Чем быстрее Димка проснется, тем лучше.

- Сааадистка, - Митя отозвался на дли-инном зевке. - Сколько сейчас?

Ага, знакомьтесь - говорящий будильник Ветрова Ксения. Очень приятно.

- Московское время девять тридцать одна, - сообщила нудным голосом и усмехнулась.

- Кси-иии. Че-ерт. Ты раньше позвонить не могла?

- Ты не уточнял, во сколько тебя будить, - я была сама доброта, снова включив опцию 'добрый голос'. - Утро, мой дорогой, понятие растяжимое.

- Эм.. Дим? Ты ... упал? - уточнила, прислушиваясь к звукам на заднем фоне.

Михайлов изящно и со вкусом матерился. Он единственный из всех моих знакомых делал это с врожденной небрежностью чистокровного аристократа.

Я едва сдержалась от смеха. Ранимая Димкина душа не простит мне даже самого тихого издевательского хмыка. Вину перед ним придется замаливать долго и нудно.

Главное не думать о том, что навороченная электронная игрушка Мити летает с его постели с завидной регулярностью. Интересно, а в этот раз приземление было таким же удачным, как и неделю назад?

- Забей, - судя по интонациям, бедный MAC только что почил смертью храбрых.

- В лучшем виде, - буркнула трубка. И почти мгновенно послышался звук включенной на полную мощность воды.

Опять! Сколько можно? Эта привычка Михайлова разговаривать со мной всегда... даже принимая ванную, даже развлекаясь с очередной девчонкой, непринужденно вести беседу ни о чем, черт, она меня злила до колик в животе. После того, как однажды он умудрился мне позвонить, пока какая-то девка делала ему минет (о чем мне сообщили через пятнадцать минут разговора), я едва его не убила.

- Ты опять?! - мой голос, кажется, достиг ультразвуковых частот.

Трубка едва слышно запищала. Меня только что включили на громкую связь.

- Ничего, - мне удалось выровнять дыхание и вновь сосредоточиться на дороге. Сознание подсказало самый простой выход. - Я же тебя не вижу. Эм... Ты, кстати один?

Да, да, дядюшка Фрейд. Этот вопрос тоже меня волнует.

- Можешь приехать, чтобы проверить, - невозмутимость Михайлова всегда меня поражала. И ведь этот самовлюбленный мальчишка сейчас стоит в душе и трет свою спину мочалкой. Или не спину, невинно добавил внутренний голос. Huch!

- Переживешь..., - откликнулась с усмешкой. И после паузы выдохнула в трубку. - Как вы меня достали со своими...

- Кем? - Димка расслышал мои интонации и насторожился. - Что опять не так со Стасом?

- Тогда что случилось? - волнуется, значит. - Кто испортил тебе настроение?

Я промолчала, сосредоточенно следя за дорогой и перемещением из крайнего левого ряда в крайний правый. Через двести метров мне предстоял съезд с Садового.

- Что случилось? - Михайлов привлек мое внимание через пару мгновений.

- Ко мне сегодня приходила в гости одна из подружек Стаса, - призналась после паузы. За это время я успела проехать почти полквартала. Чертовы пробки.

Михайлов после моего ответа выругался сквозь зубы.

Я едва не врезалась в красный Porshe, неожиданно ударивший по тормозам точно передо мной.

- Ты спятил? - вопль получился неожиданно громким. Кажется, на водителя порше я разозлилась больше, чем на идиотские мысли Мити.

Михайлов счел за лучшее проигнорировать мой вопрос.

- Хватит! Она мне ничего не сделала. Не думаю, что Стас стал бы встречаться с полной дурой.

- Так-то лучше, - усмехнулась. - Ладно, мне пора. Я выполнила условия спора. Ты проснулся, mission accomplished.

- Ну да... - радости в голосе Михайлова не было ни грамма. Он помолчал прежде, чем отключиться. Я как раз успела припарковаться.

- Я заеду к тебе в районе двух, - сообщили мне, пока я ставила машину на сигналку.

- На ночь, - вежливо уточнил мой собеседник, заставив меня улыбнуться.

Спорить с этим бараном все равно бесполезно. Михайлов коротко хихикнул в трубку, словно догадавшись о моих мыслях.

- Тогда до связи, Кси. Я тебе наберу, когда буду выезжать.

Димка появился в дверях автосалона ровно в назначенное время. Без десяти два. Он коротко поздоровался с менеджерами, бесцеремонно заглянул в кабинет моего шефа, за чашкой крепкого кофе обмениваясь с ним парой последних сплетен.

- Мы не опаздываем? - поинтересовалась у парня, когда мы уже подходили к его машине.

Михайлов вместо положенных десяти минут провел в нашем офисе почти полчаса. Его это совершенно не напрягало, зато я то и дело посматривала на часы. Мой обед закончится в пятнадцать ноль-ноль, между прочим.

- Расслабься, Кси, - Митя улыбнулся с хитринкой и, глядя на мое недоумевающее лицо, признался. - Я отпросил тебя у Сереги.

Действительно, как я умудрилась забыть, что все в этом мире крутится вокруг Димки. Такая мелочь, как необходимость вернуться на мою работу через час, для Михайлова не считается уважительной причиной. Мне еще повезло, что за последние пять лет я приучила друга играть, если и не по моим правилам, то по правилам, которые мы заранее обговорили.

Впрочем, это ничуть не мешает Мите с завидной регулярностью вмешиваться в мои дела, решая за меня, что и когда я буду делать.

- И что, Ден? Его друг приезжал к тебе в итоге? - посреди ланча Митя вдруг вспомнил о просьбе Райзера.

Три недели назад я опрометчиво пообещала ему помочь. И вот, пожалуйста. Совсем недавно хороший знакомый Дениса заглянул ко мне на работу.

- Да, - откликнулась коротко, придумывая как бы побыстрей отделаться от не в меру любопытного Димки. Или он все-таки что-то знает? - Он хочет прийти еще раз.

- Это обычный тест-драйв, - Ну, или не совсем обычный. Но Димке не обязательно знать все детали. - Он ничего не обещал покупать.

В словах друга ни капли удивления. Опять он играет со мной в детектива.

- Ему понравилась машина, - ответила просто и предположила, - может быть, он хочет проверить что-нибудь еще?

- Ха-ха, - Димка вдруг засмеялся. - Ты недоговариваешь, Кси! Дело ведь совсем не в машине?

- Ха-ха, Дим, - я передразнила друга. - Конечно, он приезжает из-за меня.

Прямой вопрос глаза в глаза. И стоит ли скрывать правду, если Димка уже и так обо всем догадался?

Я изобразила праведное возмущение на лице. А потом усмехнулась.

- Он богат, красив, - секундная пауза. - Свободен.

- Скучно, что он свободен? - Димка разбавил вопрос изрядной порцией сарказма.

- Ты считаешь, что его свобода достаточный повод для меня? Или, может быть, мне интересны его деньги?

- Ста-ас, - Михайлов поморщился. - И что ты в нем нашла...

Я пожала плечами. Калугин устраивал меня на сто процентов. Ничего не требовал, всегда был внимателен и нежен. Отличный любовник. Интересный собеседник. Мне не было смысла искать кого-то еще.

- Мы это уже обсуждали, Дим. Не хочу снова возвращаться к этой теме.

Я цинично изогнула одну бровь. Он меня вырастил?

- Ладно, сорри. Это просто оборот речи. Давай лучше выпьем за этого неудачника, которому не обломился ужин. Это меньшее, что мы можем для него сделать.

Невинный взмах ресницами заставил меня расхохотаться. Действительно, имя несостоявшегося кавалера я так и не назвала.

Этим же вечером Димка снова появился на моем "горизонте". В десять тридцать, когда я только вернулась домой после фитнеса, парень снова мне позвонил.

- Привет! - радости в его голосе было не занимать. Только Михайлов в предвкушении бурной пятничной ночи мог быть таким веселым. Я же после десятикилометровой пробежки чувствовала себя сонной.

- Привет, - откликнулась вяло, - но мы вообще-то виделись сегодня.

- Не будь занудой, Кси. Мы расстались полдня назад.

- О, да... Прошла уйма времени. И ты уже соскучился по моему обществу, - усмешка тронула губы, пока в коридоре я снимала кроссовки. - Так зачем ты мне звонишь?

- Да так... - не в привычках Михайлова смущаться и долго тянуть с предложениями. - Я проезжал мимо и подумал...

Начало этого разговора было мне прекрасно знакомо. И просительные нотки в голосе Димки меня взбесили.

Год назад Митя вот так же невинно попросил меня его приютить. Вместе с подружками. На пару часов. И я по доброте душевной согласилась поиграть в добрую "фею".

Но вечер превратился в итоге в дешевый фарс. Пьяные девушки не могли поделить одного бедного-несчастного Митю. Развлекаться втроем они отказывались наотрез, облегчать Димке выбор - тоже. Как результат Михайлов под шумок ушел по-английски, оставив меня разбираться с незнакомыми девицами, которые после отъезда Димы резко передумали оставлять меня одну. Ужас.

Эта история еще несколько месяцев заставляла меня отказывать Мите 'от дома'. Никаких посиделок в моей квартире! Никаких первых встречных на моей кухне. Alles!

- Ты опять?! - зашипела угрожающе. - Если ты снова явишься ко мне со своими!...

- Не заводись, - Митя играл в невинность. - Я один одинешенек, Кси.

- Одын, савсем адын, - передразнила, все еще разозленная на Михайлова и его умение ловко садиться на шею. - Мне тебя пожалеть?

- Лучше накормить, - доверительным шепотом сообщила трубка.

- Ша... - он опять все подгадал наперед, - Значит, проезжал мимо? - поинтересовалась с сарказмом. - И откуда куда?

- Ха-ха. Если я скажу, что ехал к тебе, ты мне поверишь?

Ну вот, мой вечер неожиданно будет скрашен присутствием Димки. Не то, чтобы я очень хотела его видеть или сильно соскучилась по его хитрой мордочке за последние несколько часов, но...

С Михайловым было комфортно. И уютно. Он раздражал меня каждый божий день, своими детскими выходками иногда доводя до ярости. Но моя злость на него не шла ни в какое сравнение с тем, что я раньше испытывала к Тиму. Я принимала Керимова слишком всерьез, близко к сердцу, считая, что он обязан платить (мне??) за каждую свою оплошность.

Но с Митей все было иначе. По большей части мне было все равно, что с ним происходит, в какую авантюру он собирается влезть на днях или какую глупость совершил только что. Он дурачился постоянно, превратив свою жизнь в вечный бал-маскарад. Может быть, поэтому именно с ним я чувствовала себя ... живой? Не такой циничной, как с остальными. Димка привносил в мои серые будни первозданный хаос. И я была благодарна ему за это.

Ужин прошел как обычно. Митя вел себя непринужденно, постоянно кривлялся и болтал без умолку. Стрелка часов медленно перекатилась за час ночи. Приколы и шуточки Димки становились все острее и жестче.

- Разогреваешься перед клубом? - предположила, ставя перед парнем чашку кофе.

- Нет. Никаких танцев сегодня, - Митя устало потер ладонями лицо. Непривычный жест для жизнерадостного брюнета.

- Значит, подружка? - понимающе усмехнулась и села обратно за стол, крутя в ладонях бокал вина.

Мой вопрос был самым обычным. Я задавала его сотни раз на протяжении пяти лет. В конце концов, Димка никогда не отличался постоянством. Воспринимая это как данность, я могла совершенно спокойно говорить с ним на любые темы, даже касающиеся его временных развлечений. Даже если мы обсуждали с ним секс втроем или one night shag. И все-таки впервые мой невинный интерес к потенциальной подружке заставил Митю напрячься. Я все ждала его шутливого ответа. Но секунды летели, а Димка продолжал молчать, хмуро разглядывая мое лицо. Длинные пальцы нервно играли с вилкой.

- Ты не думала, что... - Димка вдруг резко вскинулся.

- Не стоит, - резко перебила, пока Михайлов не успел наговорить глупостей, о которых завтра утром он обязательно бы пожалел. Нужно хорошо его знать, чтобы быть уверенной в таком примитивном исходе. Роль подружки на месяц не для меня.

Я медленно откинулась на спинку стула и отправила в рот кусочек шоколада, невозмутимо продолжая смотреть на своего друга. Мите не стоит переходить грань. Не в нашем случае точно.

- Значит, нет? - спросил Михайлов еще через минуту.

Но Митя так и не выругался. Сжал зубы, и уже через секунду превратился в обычного улыбающегося мальчишку. От напряжения не осталось следа. У Михайлова прирожденный талант менять маски со скоростью света. К сожалению или к счастью, я неподходящая для его внимания кандидатура. Во мне нет ни капли той жизненной энергии, что фонтаном бьет из этого молодого мужчины, которого я лишь про себя называю ребенком.

- Вот любишь ты усложнять себя жизнь, - я усмехнулась и шутливо ударила его по ладони.

Митя уехал от меня ближе к трем часам ночи, вызвав себе такси и оставив свой мустанг у мена под окном. "Присмотри за ним, ладно?" - попросил напоследок и отбыл в свои царские хоромы на другом конце Москвы. Машина, припаркованная в моем дворе, означала неизбежную нашу встречу с Михайловым завтра после полудня. Предыдущий опыт подсказывал, что мне опять придется готовить для своего несносного друга обед.

Я выбралась из постели около девяти, заставила себя сходить в расположенный возле дома спортивный комплекс. И уже к полудню поймала себя на мысли, что не хочу больше сидеть одна. Мне срочно нужна была прогулка. На 'Афише' я почти выбрала подходящую выставку, но...

Звонок Марины перепутал мои планы и сбил настрой.

- Ксюш, ты можешь приехать ко мне? Пожалуйста, это очень срочно.

Волнение в голосе девушки резануло по нервам. И в первую же секунду я подумала о самом плохом.

- Нет, нет! Конечно, нет! С чего ты взяла? С ней все замечательно. Просто мне очень нужно с тобой посоветоваться. Приезжай, ради бога, - Марр тараторила, глотая окончания слов.

- У него репетиция с самого утра. Так ты приедешь?

Вот так в эту субботу все встало вверх дном. Я еще не догадывалась, о чем хочет поговорить со мной Маришка. Но ее интонации уже заставляли мою интуицию кричать. И на душе было как-то мерзко.

Последние три года мне крайне редко приходилось общаться с Андреем и его семьей.

После той неприятной истории с Тимуром, я долго... приходила в себя. И даже переезд в Москву помог мне лишь отчасти. Это сейчас так просто вспоминать о прошлом, о переводе в другой вуз, сложных разговорах с мамой. О моем переселении в квартиру Флейма и Ника. А ведь тогда любое мое действие казалось мне очередной ошибкой.

Но, слава богу, мои друзья вновь меня спасли, вытащили из болота, в которое я себя так усиленно загоняла.

Говорят, что Москва не верит слезам. Кто-то пишет в блогах о боязни большого пространства. Та же Маришка на протяжении всех лет жизни в столице с нетерпением ждет возвращения в Энск, за двести км от столицы, только чтобы, наконец, отдохнуть от шума и суеты, от рабочей истерики, затянувшейся на выходные, от невозможности нормально пообщаться с друзьями, потому что кто-то еще не успел добраться до места встречи, а кому-то уже пора убегать, потому что завтра к восьми утра на работу. Говорят, здесь плохо. И Москва действительно слезам не верит. Но...

В тот... первый год... после моего отъезда из Энска (Марр долгое время называла мою эскападу банальным побегом) я безумно полюбила Москву.

Оказалось, что в ней так просто затеряться. Шанс случайно встретить знакомых в метро, на улице, в театре или одном из миллиона кафе-ресторанов-баров почти сведен к нулю. Здесь так много работы, так сильно устаешь, так далеко живешь от друзей, что на частые встречи нет ни времени, ни сил. И никто не обижается, если рандеву перенесется на неопределенный срок.

В этом городе почти абсолютное одиночество. В Москве так легко отгородиться ото всех и так просто спрятаться от себя и своих страхов. Я не знаю, что еще должно произойти, чтобы я изменила свое отношение к столице. Но тогда и сейчас... Москва - лучшее мое лекарство. Сильнодействующее средство от меня самой.

Впрочем, пять лет назад, точнее даже четыре с половиной, даже при моем тотальном нежелании общаться с кем-нибудь, кроме Флейма и Ника, я умудрилась поссориться со своими друзьями. В феврале, пронзительном, морозно-снежном феврале, почти накануне дня всех влюбленных, я все-таки сорвалась. Чувства, сжатые, как пружина, все это время, нашли выход. И во время очередной душещипательной беседы с Андреем, я высказала ему все, что накипело.

- Хватит! Не хочу тебя слышать! Ни слова не хочу. Ты вообще не имеешь права лезть ко мне в душу! Кто ты такой?

- Ксюш, успокойся, ты перегибаешь... - Ник, следящий за неожиданно вспыхнувшей ссорой, попытался вмешаться.

Я, заведенная до предела, только сжимала кулаки, не зная, что еще сделать, чтобы вырваться на волю.

Не в буквальном смысле. Меня никто и никогда не держал. Я была свободна идти и делать все, что бы я ни захотела. Но этот контроль... осторожный, ненавязчивый интерес со стороны друзей, их попытки меня расшевелить, вытащить наружу мои эмоции... Вернуть меня прежнюю. Вот это с каждым днем бесило сильней и сильней.

В феврале мое терпение достигло предела. И получилось то, что получилось. Вот этот ужасный скандал.

Ник послушался Флейма и оставил нас одних. И мое раздражение, до этого направленное сразу на обоих, осталось один на один с единственной покорной жертвой. Андрей, как хороший психолог, знал, как со мной 'бороться'.

В общем, ничего нового я тогда не сказала. Припомнила пару старых обид (мелких, если признаться честно), а потом, после попытки Андрея меня вразумить (снова!), добралась до точки кипения.

- Что ты вообще понимаешь? Чем ТЫ лучше Тимура?!

Андрей нервно сглотнул, словно испугавшись моего вопроса. Но вместо облегчения я все еще чувствовала обиду и злость. Я чувствовала себя проигравшей. Впрочем, дурацкое чувство. Проиграть можно что-то, что можно было бы выиграть или сохранить. Но ни выиграть, ни сохранить Тимура я не могла. Я это знала. Но почему мне так хотелось, чтобы Андрей меня услышал?

- Ты такой же, как он. Наигрался с Мариной и бросил.

- Это не так, Кси, - Флейм поначалу еще пытался мне возразить. - Мы расстались, потому что...

- Потому что тебе плевать на всех, кроме себя! - перебила гневно и продолжила бессмысленную истерику.

Только зачем это было нужно? Обращаясь к Андрею, я видела перед собой другого человека. Собственное сознание отказывалось понимать, что претензии, предназначенные Тиму, вместо него выслушивает Андрей.

Неправильно... Глупо! Но я ничего не могла сделать. Боль душила меня изнутри. Впрочем, сейчас мне уже смешно. Вспоминаю все, что я наговорила Флейму, и смеюсь над самой собой. Я действительно вела себя, как ребенок. Но чтобы это понять, нужно было хоть раз услышать себя со стороны.

Слава богу, Андрей тогда не принял мой вызов. Он не стал спорить со мной и не стал убеждать меня в том, что я не права. Он лишь сочувственно посмотрел на меня и ... промолчал. Впрочем, что еще он мог бы сделать?

Мне не нужны были чужие советы. Не нужна была помощь его, или Ника, или кого угодно из оставшихся после моего побега из Энска друзей. Предел был достигнут. Alles.

Я высказала Флейму все, что хотела. И слезы впервые после глупой истории с Тимом обожгли мне глаза. Все так по-женски предсказуемо и банально. Но... Именно тогда, после ссоры с Флеймом мне, наконец, стало легче. И, конечно, этот скандал ничего не изменил в наших отношениях с Андреем, хотя Ник приглядывался к нам обоим еще недели две. Боялся, что я снова сорвусь. Но зря. Я уже перегорела.

Зато Флейм... Нет, он не бросился доказывать всем вокруг, что он лучше Тима. И только через несколько недель одна случайная встреча, один случайный разговор все расставил по своим местам. Андрей снова начал общаться с Мариной.

Ни о каких глубоких чувствах речи не шло. Просто два бывших любовника стали вести себя, как взрослые люди. Марр в то время встречалась с очередным перспективным мужчиной. Флейм крутил одну интрижку за другой. Делить было нечего, ждать, вроде бы, тоже.

И только Судьба строила на эту парочку свои планы. В середине мая в 20... году Андрей попал в аварию и на долгие два месяца оказался прикованным к больничной койке. В это же время Марина осталась одна, с помощью Ника и Мити выбравшись из запутанных отношений со своим кавалером.

Ник на их свадьбе через год называл все случившееся превосходной шуткой. Два одиночества, так нуждавшиеся друг в друге, нашли свое счастье. Но надолго ли?

В квартире Марины и Флейма я была лишь однажды. Два года назад молодая семья позвала друзей в гости по случаю Верочкиных крестин. Это был последний раз, когда я видела Марр, Андрея и Веру вместе. После рождения дочки Марр стала чересчур раздражительной и нервной. Ее ревность ко мне достигла заоблачных высот. Она злилась из-за нашего общения с Флеймом, злилась из-за наших встреч. Злилась даже из-за упоминания моего имени в разговорах.

Иногда я удивлялась, откуда у Флейма брались силы терпеть ее истерики и постоянные упреки. Но он... действительно терпел. Впрочем, может быть, это я чего-то не понимала?

Семья всегда была и будет важнее дружбы, объяснил мне однажды Ник. И я перестала ждать слишком много от Андрея. Отныне и навсегда единственной женщиной в его жизни была Марина. Нет, мы еще иногда общались. Флейм приезжал ко мне раз в три месяца, тайком вырываясь из дома и не решаясь признаться супруге, где и с кем он собирается провести пару часов. Он приезжал, и мы болтали о пустяках, не вдаваясь в детали, не говоря о своих проблемах. Андрей всегда разбирался со своими делами сам. А мне... мне пришлось научиться рассчитывать лишь на себя. Я больше не имела права звонить Флейму посреди ночи с желанием поплакаться на тяжелую жизнь. Впрочем, мне этого уже не хотелось делать.

Интересно, зачем же Марина пригласила меня к себе? Что происходит? Чай, печенье, конфеты, красивые блюдца и изящные ложечки. За аккуратной сервировкой Марр скрывала свое беспокойство.

В женском голосе отчетливо слышалась грусть. Или все-таки зависть?

- Хм... Спасибо, - я смутилась, уловив в словах Марины скрытый смысл. - Ты тоже.

Марр покачала головой, резко отодвигая от себя чашку.

И столько горечи было в ее усмешке! Всего на мгновение я почувствовала себя виноватой. Меня уже давно никто и ни в чем не обвинял. Странное чувство.

Я промолчала, пересилив желание немедленно объясниться с Мариной. Марр сама позвала меня к себе. И я пришла, отдавая дань той дружбе, что когда-то связывала нас обеих.

Девушка поднялась со стула, чтобы отойти к окну.

Марина обернулась, но вместо того, чтобы посмотреть на меня, она отвела глаза и уставилась на холодильник.

Лицо Марр с ее пылающими щеками; глазами, смотрящими куда угодно, кроме меня; ее дрожащие руки - уже без кольца (давно ли?) - все это врезалось в мою память на многие годы вперед. Когда происходит катастрофа, почему-то запоминаются именно детали. Незначительные мелочи отвлекают внимание от глобальной проблемы. Переключают сознание. И ты все еще можешь дышать.

- Ты уходишь? - переспросила глухо, успокаивая себя тем, что неправильно поняла Марину.

Она все решила. Она мне все сказала. Наверное, ей казалось, что тяжелый груз свалился с ее плеч. И только я едва могла выдавить из себя хоть слово. Горло пересохло, в уме крутились сотни вопросов.

- Вы поссорились? Поругались? Он... ударил тебя?

- Тогда... что вы не поделили? Из-за чего был скандал в этот раз? Из-за его работы? Или Веры?

Я строила предположения одно за другим. Ведь главное найти выход. Если задать правильные вопросы, рано или поздно выход обязательно найдется. Ведь так?

- Не знаю... не помню. Мы часто ссоримся, - Марр пожала плечами. - Это не имеет значения.

- Ты уже говорила с мамой? - я попробовала зайти с другого края.

Маришка никогда не ладила со своей maman. Неужели, отношения с Флеймом достигли такого предела, что даже возвращение в Энск под крыло матери не пугает Марину? Или она позвала меня, чтобы попроситься ко мне на несколько дней? Если так, значит, все еще можно наладить. Пройдет дня три или пусть даже неделя, и Андрей найдет способ решить проблему. Они помирятся. Конечно, помирятся.

- Я ей скажу позже. Не хочу выслушивать нотации прямо сейчас.

Я едва не расплылась в улыбке. Если Никитина-старшая не в курсе происходящего, есть надежда, что все обойдется.

- Нет, конечно! Майкл приедет за нами послезавтра.

Марина дернулась под моим взглядом. В моем голосе прорезались стальные нотки. И если раньше я готова была принять сторону подруги, чтобы помочь им с Флеймом, то после этого заявления Маришки я почувствовала такую злость!

Так сильно я не злилась даже на Тимура. Вся его вина была лишь в том, что он выбрал любимую девушку. Вместо меня. Но Марина! Столько лет портить всем нервы, кричать о своей неземной любви к Андрею, изводить его ревностью ко всем подряд, и вдруг... вот так, когда Вере едва исполнилось два года, уйти к другому.

Мне захотелось ударить ее, чтобы привести в чувство.

- Нет. Да... не совсем. Он русский. Но сейчас живет в Вене.

- Австрия? - разрозненные кусочки пазла сложились в причудливую картинку. Единственным мужчиной с похожим именем, так или иначе связанным с этой европейской страной, был друг Стаса. Три года назад я сама познакомила их с Мариной. Черт... - Михаил Покровский?

Марр залилась румянцем, как школьница. Вновь опустила взгляд.

- Ты... с ума сошла. Когда... когда ты успела с ним встретиться?! Он не вылезает из своей Австрии месяцами!

- Иногда?! Ты, что, два раза с ним переспала, и все? Новая любовь на горизонте? Ты действительно ради него бросишь Андрея?

- Андрей то, Андрей се, - Марина передразнила меня, и ее лицо на долю мгновения исказилось гримасой презрения. Когда она успела так возненавидеть мужа? - Мне надоело, Кси. Я устала. Физически и морально.

- От этого! - Марр вскочила со стула. - Посмотри на меня, посмотри, в кого я превратилась!

- Мне двадцать пять, я вешу шестьдесят и выгляжу, как корова. Я была на шопинге чертову уйму времени назад. Я донашиваю платья, которые купила еще прошлым летом!

- Ты не понимаешь, что это такое, экономить каждую копейку, покупать одежду Вере и думать о том, когда, наконец, все изменится. Мне осточертело!

- Да! Я сыта этим всем по горло. Кредитом, пустой квартирой, работой Андрея. Ты знаешь, что он почти не ночует дома?

- Он стриптизер, - я сжала зубы, чтобы не сорваться на Марр, не сказать ей больше, чем она готова была услышать. - Ты сама не захотела, чтобы он работал экономистом.

- Нет уж, послушай, - я тоже встала из-за стола. - Ты же сама этого хотела три года назад. Ты сама потребовала от Андрея трешку. В Москве! И ребенка - почти сразу после свадьбы. Ты сама всего этого добилась! Что случилось теперь?

Марр гордо вскинула голову. Она не собиралась сдаваться и уступать мне.

Жалкое оправдание Марины заставило меня стиснуть кулаки. Как она вообще смеет?

- А с Майклом иначе? Ты уверена? Или он тоже на два года? До следующего кавалера в твоем списке?

- Иначе! - на глазах Марины вдруг блеснули слезы. И она схватила меня за запястья, вглядываясь в мое лицо. - Он другой! С Флеймом не было такого... никогда. Майкл слушает меня, ему интересно все, чем я занимаюсь. Он читает те же книжки, что и я. Смотрит те же фильмы... Он...

- Мы переписываемся, - признание Марины, сказанное шепотом, было совсем не тем, что я думала услышать.

Я закрыла рот, сдерживая очередную порцию брани, застрявшую на языке.

- Я знаю, что ты думаешь. Что все это... невозможно. Мы с Майклом действительно виделись так мало. Но ... он мне нужен, понимаешь?

"Нужен", "хочу", "надо", я слышала это от Марр тысячу раз. Сумочки, курточки, туфельки - безобидные и милые сердцу вещи. Отлично. Нет ничего плохо в том, что человек любит себя. Но всему должен быть разумный предел. Потребительская гонка не должна превращаться в смысл жизни. Как я могла не увидеть раньше, что с Марр все зашло ТАК далеко?

Да, поведение Марины казалось мне иногда странным, но оно всегда в моем понимании вписывалось в "рамки" (но, вот черт, установленные... когда? и кем?!) Даже история с Флеймом четыре года назад меня не удивила. Что бы случилось с ним и Мариной, пойди я против чувств, после новой встречи вспыхнувших в паре Андрей-Марр с удвоенной силой? Я отпустила лучшего друга, перестала дергать его по пустякам, перестала мелькать перед взором Маришки. Сделала все, как хотела она. Тогда я еще была в силах понять желания и капризы своей лучшей подруги. Но сейчас...

Черт побери, некоторые люди никогда не взрослеют.

- Зачем ты все это мне рассказала? Что тебе нужно от меня? - мой вопрос прозвучал сухо.

Марр освободила мои запястья и отступила от меня. Догадалась, что я не поверила ни одному ее слову о нежданно вспыхнувшей любви к другу Стаса? За окном 21 век, романтическая переписка в соц сетях привычное дело. Но кто разрушает семью в погоне за виртуальным счастьем? Это просто смешно.

- Разумеется. Что же я должна сделать? - я цедила слова. Мне было мерзко находиться в одной комнате с Мариной. И мысль о том, что Андрею только пойдет на пользу расстаться со своей женой, постоянно крутилась в голове.

- Ты не могла бы приехать к нам... эм... в тот день, когда... когда я буду разговаривать с Андреем?

Моей выдержки хватило только на едкую усмешку.

- Ты сказала, что он не тронет тебя. Тогда чего ты боишься?

Марр взглянула на меня изумленно, словно обвиняя в том, что я не поняла ее до конца.

- Я беспокоюсь за Андрея! - возмутилась, побледнела. - Ему будет легче, если ты будешь рядом.

- Может быть, мне еще и за тебя ему сообщить?! А ты пока соберешь вещи и съедешь.

Легкий румянец на щечках Марины подтвердил мою догадку. Даже странно, что Марр не стала отводить взгляд.

Впрочем, мосты были почти сожжены. Маришка бросала вызов всем своим близким.

- Это был бы идеальный вариант, - аккуратный кивок, и маленькая улыбка на пухлых губах. Черт, Андрей, почему я тебя не остановила?

- Тебе придется разбираться с этим самой. Я не позволю тебе решать проблемы за мой счет.

- Но Андрей... - Марина, кажется, не ожидала столь категоричного отказа. На что она рассчитывала, интересно?

- С Андреем все будет в порядке. Мы с Ником позаботимся об этом.

- Ладно, - в голосе Марр теперь тоже был яд. - Но постарайся объяснить своему другу, - девушка почти выплюнула это слово, - что Вера уедет со мной.

О, ну конечно. Разрешение на поездку ребенка...

Наш дальнейший разговор с Мариной вышел еще более неприятным.

Я вежливо поблагодарила девушку за чай, не собираясь больше слушать ее оправданий. Мне страшно хотелось выбраться из душной квартиры на свежий воздух. Я сказала ей, что ухожу. Но Марина... о нет. Разве она когда-нибудь так просто сдавалась?

Уловив что-то в выражении моего лица (быть может, презрение или ярость?), Марина резко сменила тактику. Ее последний удар был великолепно рассчитан.

- Господи, Кси. Перед кем ты рисуешься? В чем пытаешься меня обвинить? Разве ты же тоже самое не чувствовала с Тимуром? Вспомни, как ты говорила, что после месяца совместной жизни начала замечать его недостатки. Ведь было же это, да? Ну и, признайся честно, что стало бы с вашими отношениями, если бы Тим позволил им затянуться? Если бы твой Керимов предложил тебе выйти замуж, ты бы согласилась, не думая! Ты бы родила ему ребенка. Дочку, такую же, как и Вера. Только разве это что-нибудь бы изменило? Ты бы смогла принять, понять... смириться с образом жизни Мистера Идиота? Как быстро бы у тебя открылись глаза на него? Как скоро ты бы захотела сбежать от Тима?

Марина усмехалась, пытаясь сорвать с меня подогнанную по лицу маску. Я порадовалась, что Марр ждала целых пять лет, чтобы напомнить мне об истории с Тимом. Быть может, случись наш разговор на год раньше, я бы была к нему не готова. Но не сейчас.

- Ты ошибаешься, Марин. Я бы не стала рожать от...

- Ну, конечно! От Лиса ты хотела сохранить ребенка, а от любимого Тимочки, ты бы не стала. Может, достаточно уже лицемерить?

- А что поняла ты? Как судить других? Ты не была на моем месте: Тим не позволил тебе остаться с ним до конца. Но я-то знаю. Я знаю теперь, что бы с вами обоими случилось. Мне жаль, что ты боишься признаться в этом. Ты бы...

- Прекрасная тактика, Марр. Нападение лучше защиты. Только не забывай, что мы с тобой не похожи. И там, где ты готова все бросить и трусливо сбежать от проблемы...

- Про мой переезд в Москву ты так не говорила.

- Потому что ты перекручиваешь ситуацию так, как удобно тебе. Хватит, мне надоело.

Я не смогла успокоиться, даже оказавшись в машине. Злость на Марину клокотала внутри, я нервно сжимала руль и на дороге в потоке других автомобилистов, о да, я вела себя неаккуратно. Мысли постоянно переключались на мой разговор с Марр.

Пусть в чем-то она была права. Я вполне могла понять ее разрушительное для окружающих желание быть счастливой. Но какой ценой? Почему Андрей и Вера стали жертвами ее стремления к успешной жизни? Можно ли было сделать иной выбор? Уйти по-другому?

Мне становилось страшно от предположений, брошенных Мариной мне в лицо. А что, если бы я действительно не смогла ужиться с Тимуром?

- Привет, малышка, - голос Ника в трубке был сонным. Я автоматически посмотрела на приборную панель, проверяя время. Два часа после полудня, а этот ленивый котяра все еще валяется в постели.

- Привет, Мышь, - откликнулась с усмешкой, слушая тяжелый вздох своего друга. Ласковое прозвище прилипло к Никите почти четыре года назад, еще со времен нашего недолгого романа. "Мышонок" стал моей маленькой местью за бесчисленных 'деток', 'кисок' и 'заек'. В дни моего исключительно хорошего настроения Ник слышал почтительное обращение "мышь". Зато "Мышеночек", сказанное капризным тоном, ффф... означало "спасайся кто может".

- Неужели, ты соскучилась, родная? Ты не звонила мне недели две.

- фитнесс, - Ник закончил за меня и возмутился притворно. - В твоем расписании нет для меня минутки.

- ЭТО уже минутка? Теряешь силы? - пошлая шутка пришлась Нику по душе. Он расхохотался.

- Что случилось? - от игривого тона в голосе Ника не осталось следа.

Гневная тирада Ника не затянулась надолго. Но эпитеты, которыми мужчина наградил Марр, вау... Я была впечатлена. Ник ждал столько лет, чтобы отвести душу?

- С ней закончишь... - мужчина процедил едва слышно. И я заключила, что продолжения не будет. По крайней мере, сейчас.

- Отлично. Ты сегодня свободен? Можешь встретиться?

- Через... - Ник замолчал на мгновение, прикидывая время, - часа два. Я приеду к тебе?

- Нет, - откликнулась быстрее, чем надо. И выдала себя с головой. Наше расставание с Ником было вполне мирным, и нам удалось сохранить дружеские отношения без проблем. Но постоянные намеки Ника и его попытки вернуться к необременительным отношениям между нами - все это заставляло чувствовать себя неуютно. Сопротивляться природному магнетизму Ника, тем более, когда мы остаемся наедине, мне было не так просто. Я чувствовала себя человеком, подсевшим на дорогостоящий наркотик. И усугублять ситуацию мне совсем не хотелось. - Встретимся в Looking Rooms.

Время в ожидании Ника тянулось невыносимо долго. Я пила уже вторую чашку кофе, отказавшись от предложения официанта заказать полноценный обед. После разговора с Мариной на языке все еще оставался мерзкий привкус, будто я только что выпила стакан абсента. Шокирующая новость о желании Марр бросить Андрея меркла по сравнению с ее обвинениями в мой адрес. И пусть сказано было немного, пусть все ее домыслы действительно звучали глупо, но это ничуть не облегчало моего состояния. Странно, что мне удалось сохранить спокойствие и не оттолкнуть ее от себя. Лет пять назад я бы, вряд ли, сдержалась.

- Давно меня ждешь? - Ник появился из-за моей спины спустя чертову уйму времени, легко склонился ко мне и поцеловал. В щеку. Пришлось стремительно отстраняться, чтобы невинное прикосновение мужчины не переросло в нечто большее. Ник мастер на подобные шутки. А расхлебывать, как всегда, придется одной мне.

- Садись, - я поморщилась и указала на белый диван напротив. Ник очаровательно улыбнулся.

Я откинулась на подушки, молча наблюдая за бывшим парнем, который при малейшем желании с моей стороны вновь мог превратиться в моего постоянного кавалера. Эта легкость, с которой Ник был способен обойти все мои щиты и опять подобраться ... к моему телу (будем называть вещи своими именами), раньше меня пугала. И прошло не так много времени с тех пор, как я научилась держать свои инстинкты под контролем. Как бы банально это не звучало, дорогой мистер Кэп, но тот, с кем ты абсолютно гармоничен в постели, не всегда есть хороший партнер во всем остальном, что выходит за рамки постельных игр. И, наоборот, кстати, тоже. В нашем случае с Ником получилось именно так.

После истории с Тимом я охладела к романтическим отношениям на многие месяцы вперед. Переезд в Москву, учеба в новом Вузе, подготовка к диплому, работа вечерами - все это отнимало слишком много сил. В тайне я была этому рада. Мне не хотелось думать ни о ком, не хотелось сближаться с кем-нибудь настолько, чтобы снова испытывать те же чувства, ту же боль, если отношения с новым парнем закончатся так же печально, как и с Тимуром. Я была не готова к этому ни через три месяца, ни через полгода.

Ник постоянно крутился рядом. Я привыкла к нему настолько, что не воспринимала его, как мужчину. И если когда-то то раньше было иначе, то в тот год Ник в моих глазах превратился в существо, полностью лишенное пола. Просто друг, который позволял мне ошибаться на его счет, который не делал ни одной попытки развеять мои иллюзии. До тех пор, пока...

В нашей истории с Ником не было никаких следов злого рока или фантастического стечения обстоятельств. Только Андрей, быть может, приложил свою "руку" к нашему роману с Ником. Авария и последовавшие за ней два месяца лечения в больнице многое изменили в наших отношениях с Флеймом. Он замкнулся в себе, не хотел никого видеть, неохотно отвечал на наши вопросы. И все наши попытки вытащить его из депрессии были тщетны.

Только Марр (святая Марр, тогда я была безмерно ей благодарна за помощь), она одна умудрялась отвлекать Флейма от грустных мыслей. Она приходила к нему в палату и могла часами рассказывать что-то о своих делах, о своих мыслях, о том, как провела свой день... Ей не нужны были ответы Андрея. Ей важно было просто с ним поделиться. И спустя несколько дней он сам заговорил с ней.

Мы с Ником незаметно отошли на второй план. Друзья, но уже не такие близкие, как Марина. Предоставленные сами себе, угнетенные состоянием друга, удивленные его стремлением быть с Марр, мы с Ником нашли нет, не утешение (это, черт побери, было бы слишком патетично для такого парня, как Ник), мы с ним нашли, скорее, способ отвлечься. И это оказалось так естественно и так... просто.

К тому времени, как мы с Ником начали встречаться (в ту ночь я просто перебралась в его спальню) мы уже год жили под одной крышей, делили одну на троих кухню, ходили по магазинам и вместе развлекались в клубах. Совместный быт не был в тягость, и привычки друг друга совершенно не напрягали. Мы просто ужинали в сто тысячный раз вместе, смотрели очередной мыльный сериал в стиле Городских пижонов и обсуждали какую-то ерунду. Не было вспышек, не было замирания сердца.

Мы выключили телевизор, помыли посуду и Ник легко придержал меня на выходе из кухни.

Я отлично помню этот момент. Ник был абсолютно спокоен, он улыбался своей фирменной сногсшибательной улыбкой, и в глубине его глаз плясали чертята. Те же самые чертята, что и во время нашего первого (о да, и моего первого в жизни) поцелуя. С ним.

Предложение Ника казалось мне таким... правильным. Единственно правильным в эту секунду. Я улыбнулась ему, не чувствуя ничего, кроме облегчения и...невероятной легкости в теле. В тот день Тимур перестал существовать для меня. Ник стер малейшие воспоминания о Керимове на несколько месяцев, тех самых 68 дней, что мы были вместе.

- Откуда ты узнала о Марр? - голос Никиты, только что закончившего делать заказ официанту, наконец, вырвал меня из раздумий. Я вздрогнула и, чтобы скрыть свое состояние, потянулась за чашкой кофе. Последний глоток крепкого напитка, и я снова смогу мыслить здраво.

- Марина позвонила сама и попросила приехать.

- Вы же не общаетесь с ней несколько лет, - Ник изумленно выгнул бровь.

Поведение Марр действительно не вписывалось в правила игры, которые она задала после свадьбы с Андреем.

- Ей нужна моя помощь. Она хочет, чтобы я сообщила Андрею о предстоящем разводе.

Я никогда не считала Маришку неадекватной. Моя подруга всегда была чертовски логична. И даже говоря о своих чувствах к Флейму, о своем невероятно сильном влечении к нему, она строила блестящие логические цепочки рассуждений. Капелька фанатичного блеска в ее глазах во время подобных разговоров только украшала Марину.

Вот это стремление к цели, вот это уверенность в себе!

Иногда я завидовала Марр: ее умению добиваться желаемого, ее стремлению идти вперед. Никогда не опускать руки и побеждать. Мне не всегда хватало на это сил. Зато Марр всегда была чертовски успешна. Да, временами она перегибала палку, временами действовала напролом, забывая о чувствах близких... Но я принимала Маришку такой, какая она есть. Просто потому что мы мало чем с ней отличались. И дело, кстати, не в общих интересах, увлечениях или взглядах на жизнь. Мы были похожи в мелочах. А еще, ко всему прочему, нас обеих со страшной силой тянуло к "плохим" парням. Я была "подвинута" на Керимове, а Марр серьезно "болела" Андреем. Ни одного, ни другого назвать идеальными кавалерами было нельзя. Но кто смотрит на такие мелочи в двадцать лет?

Впрочем, ситуация Марр оказалась хуже моей. Мне удалось сбежать из Энска, забрать без проблем документы из универа, перевестись в Москву. И Тимур, Лис... и все, что было связано с моей прошлой жизнью, осталось за пределами моего нового мира. Для меня столица стала другой вселенной. И воспоминания о Тиме блекли тем быстрее, чем стремительнее становилась моя жизнь на новом месте. Но Марр...

Мой переезд в столицу, мой переезд к Флейму и Нику, если быть точной, - вот это испортило почти все, что можно, в наших отношениях с Мариной. Быть может, не будь Флейм моим другом, не нуждайся я так сильно в его помощи (о, да... слепая эгоистка!), все бы сложилось иначе. И отношения с Марр никогда бы не закончились так печально. Наша школьная дружба рассыпалась прахом именно из-за того, что на пути Марр к ее заветной мечте стояла... я (кажется, так она мне однажды сказала?).

После переезда в Москву это стало чуть более очевидно. В столице Марр не удавалось так просто избегать Андрея. Если раньше Маришку спасало расстояние и мое нежелание посвящать подругу во все наши совместные с Флеймом дела, то теперь Марр осталась один на один со своими чувствами. И Флеймом, почти каждую неделю мелькающим перед ее глазами.

Мы никогда не говорили с Мариной об этом. Она не задавала вопросов, и после той истории в клубе в Энске Марр делала все, чтобы скрыть свои мысли об Андрее от меня. Иногда ее раздражение прорывалось в едких фразах, но я... не видела в них двойного смысла. Не видела всей глубины проблемы. И агонии Марины по моей вине тоже не могла понять.

Флейм с Ником перетащили меня в свою квартиру, и первые полтора года в Москве я жила с ними. Уже одно это заставляло Марр злиться на меня. И она злилась... молча. О настоящих мыслях подруги (хотя какое право я имею называть ее подругой сейчас?) я узнала только после ее свадьбы с Андреем. Именно тогда Маришка четко обрисовала границы свободы своего мужа.

Мы много позже обсуждали эту ситуация с Андреем. Говорили о его выборе, о реакции Марр. Ее обиде и его любви... Может быть, этот разговор позволил мне лучше понять Андрея. Именно потому я с такой легкостью приняла решение друга и отдалилась от него настолько далеко, насколько это было возможно. Я больше не звонила ему сама, не предлагала встречи и не рассказывала о проблемах. Мы превратились просто в хороших знакомых с потрясающими воспоминаниями, которые остались в прошлом. Никаких семейных посиделок, никаких задушевных разговоров. И только тягостное...тянущее чувство в груди при встрече. Раз в три месяца. Часа на полтора...

- Да-а, ты сказал, что нам стоит поговорить с юристом...

Я вынырнула в реал, за долю секунды выхватывая из памяти последний услышанный от Ника вопрос.

- У тебя есть знакомые? - поинтересовался мужчина, сосредоточенно разглядывая кого-то в глубине зала.

Я отрицательно мотнула головой и потянулась за полупустым стаканом с соком. Ник, вряд ли, увидел мой жест. Блондинка с пышными формами только что приковала его взгляд к себе.

- Может быть, тебе стоит поговорить со Стасом и...

Ник театрально изогнул бровь, выражая недоумение моей реакцией и категоричным ответом.

Нет, нет. Никите не удастся вытащить меня на этот разговор.

- Именно. Я, может быть, спрошу у Димки. Но никакого Калугина, договорились?

- Н-иик, - я повысила голос, многозначительно глядя на друга. Не стоит переходить грань, когда я уже тысячу раз предупреждала, что не хочу этого делать.

Никита благоразумно замолчал и уже через секунду сосредоточился на обсуждении нашего незатейливого плана на ближайшее время. К моему облегчению, тема о Стасе была окончательно закрыта.

- Я найду специалиста по семейному праву сразу после выходных. Надеюсь, до понедельника Марр не станет дергать Андрея.

- Не думаю. У Флейма выступления все дни. Если Марина не дура, она подождет еще некоторое время.

- Может быть. Тут главное слово "если не дура". Ты, кстати, уверен, что не стоит намекнуть Андрею? Марр обязательно скажет ему, что я обо всем знала.

- Не вмешивайся, Кси. Андрей этого точно не поймет.

- Мне бы твою уверенность. Все зависит от того, как Марр преподнесет это мужу. Мою осведомленность насчет их развода в том числе.

- Это чисто мужская тема, Ксень. Поэтому советую тебе не трогать Андрюху. Я попробую сам пообщаться с ним. Окей?

Мы поболтали с Ником еще несколько минут. Он рассказал мне о последних новостях. В том числе, об Аленке, которая, наконец, перестала терроризировать его своими звонками. Отличная новость! С учетом их ужасно скандального разрыва и побега Ника в Амстердам полгода назад, сейчас Лена, отказавшаяся от преследования Никиты, совершила едва ли не подвиг Геракла.

- Тебя можно поздравить, наконец? Не верится, что все так удачно завершилось.

- Не торопись. Аленка еще раз двадцать может передумать. Еще одна больная, блин...

Мы многозначительно переглянулись. К счастью, для Ника он выбрался из мутной истории с женитьбой на Аленке без особых последствий. И ее преследования - ничто на фоне тех ужасов, которыми грозил Нику отец Лены.

Новенького? В моей жизни почти ничего не происходит. За исключением редких историй с участием Мити. Впрочем, Михайлов последние дни ведет себя довольно тихо. Сейчас уже четыре часа дня, а он так мне и не перезвонил. Ему совсем не нужна машина?

- У меня все как обычно. Никаких новостей. Хотя в понедельник всем сообщат о моем повышении. Но ты уже об этом слышал. Я говорила.

- Да, кажется... Я, правда, плохо помню детали. Но не суть. Ты, как всегда, молодец, Кси, - Ник отсалютовал мне бокалом вина. В отличие от меня, он был сегодня без своего автомобиля. - Но не слишком увлекайся карьерой, - посоветовали мне после паузы. - Ты не выглядишь счастливой, знаешь?

- Ну, тогда мне придется сделать вывод, что это из-за твоей личной жизни. С Калугиным все так плохо?

- Ник, не суй свой любопытный нос в наши отношения со Стасом. Я скажу тебе, если понадобится помощь.

- Не торопи события, Мышонок. Лучше займись своей блондинкой. Она сейчас протрет на тебе дыру. Или испепелит меня взглядом.

Часы показывали почти десять вечера. 21:50, если сказать точней.

Сначала обещает приехать за своей машиной, брошенной у меня под окном, а потом не подает признаков жизни.

- Куда ты делся? Твой мустанг еще долго будет пылиться в моем дворе?

- Эй, полегче. Ты чего злишься? - голос Михайлова не смотря на острый ответ звучал дружелюбно.

- Эммм... - Митя запнулся на мгновение. - Это расценивать, как "я скучаю, милый"?

- Да, иди ты, - я была на грани того, чтобы бросить трубку.

Я закусила губу, уставившись на свое отражение в зеркале. Из ванной клубами поднимался пар. Стекло постепенно покрывалось белесым налетом.

- У меня дела появились, - на улыбке объяснил Михайлов. - Может, ты хочешь присоединиться?

Я едва сдержала готовые сорваться с языка злые фразы. Он не мог пригласить меня раньше?

После единственного на сегодня бокала вина, после нескольких часов в одиночестве в огромной квартире я чувствовала такое отчаяние... История Марины и Флейма выбила меня из колеи. А может быть, не только она. Временами на меня накатывало... что-то такое. Я становилась раздражительной с***й и с легкостью могла нарваться на скандал на ровном месте.

Не знаю, какого черта меня дернуло позвонить Димке. Возможно, просто хотелось сорвать на ком-то злость. А может быть... всего лишь, может быть, я действительно весь день ждала его звонка. Только разве я могу так просто в этом признаться?

Бутылка шампуня упала в мыльную пену и в воде быстро пошла на дно. Мне показалось, что моя жизнь похожа на эту ванну. Пузырьки на поверхности, море пахнущей фруктами пены, а в глубине, стоит лишь приглядеться, десятки пустых банок - пустых мыслей.

Кажется, я только на десять минут прикрыла глаза, закутавшись в пушистый плед и устроившись на диване в гостиной, и вот уже тревожный стук в дверь и настойчивая трель звонка вырвали меня из сна. Быстрый взгляд на часы подтвердил мои опасения. Стрелки замерли на отметке двенадцать двадцать. Почти полпервого ночи - отличное время для визита дру-уу-уга.

Я нацепила привычную гримаску 'ненавижу-ненавижу-ненавижу', и вопрос Мити, привалившегося к стене с бокалом коктейля в руках встретила полной сарказма улыбкой.

Димка усмехнулся, почти в точности скопировав мое выражение лица, и вместо ответа протянул бокал.

- Это тебе. Еле довез. Мой водитель едва не отобрал у меня этот священный напиток.

- Еще как по-е-дешь, - Митя расплылся в снисходительной ухмылке, прищурил один глаз, разглядывая меня с ног до головы, и прежде чем я успела придумать достойный ответ, этот нахал уже подвинул меня с прохода. - Где твой гардероб?

- Что ты делаешь?! - я попыталась праведно возмутиться, хотя бесцеремонное поведение Михайлова, ураганом влетевшего в мою спальню и зарывшегося с головой в многочисленные 'тряпки' подняло мое настроение до приемлемой высоты. Я сдерживала улыбку.

- Ищу тебе самый п****ый наряд. Одевай это! - в мою сторону полетел красный кусочек ткани.

- То, что надо! - Димка одарил меня таким хитрым взглядом, что только слепой не смог бы догадаться о коварном плане, созревшем в голове этого интригана. Сегодня намечается отличная ночь. - Поторопись, детка.

- Слушаюсь, босс, - я, наконец, позволила себе рассмеяться. Митя вытащил из моей ладони пустой бокал и, шутливо шлепнув меня по пятой точке, покинул спальню.

У выхода из подъезда нас с Михайловым действительно дожидалось такси. Высокий водитель курил, привалившись к дверце машины. На лице - полнейшее безразличие к происходящему. Невозмутимый и спокойный, как танк, он выглядел так, будто в ожидании нашего возвращения он мог бы провести здесь еще пару часов. Я на мгновение позавидовала ему. Мне бы такую выдержку и хладнокровие.

- Будешь мартини? - вольготно устроившись на кожаном диване, Дима протянул мне полупустую бутылку. На самом дне плескалась зеленая жидкость.

- Из горла? - я чуть-чуть повела носом. Пить мартини, не разливая его по бокалам - моветон. Но Михайлов не парился по поводу таких загонов.

- Ну, это же не шампанское, Ксень, - резонно возразил парень.

- Не привередничай... - Михайлов прищурился, отвинчивая крышку и делая быстрый глоток. - Мы едем веселиться. Просто расслабься.

Я понимающе улыбнулась. В экспрессивном ответе Мити слышалась злость. Все как всегда.

Жизненная установка Михайлова была так проста: плевать на все и всех. Делать только так, как хочется делать. И даже законы... давай притворимся, что для нас их не существует? До тех пор, пока никто не поймал нас с поличным.

Таких, как Митя, называли прожигателями жизни, тупоголовой золотой молодежью. Зарвавшимися щенками, живущими за счет предков. Но если бы все было так просто. Да, ни Михайлов, ни его друзья не делали ничего, чтобы доказать обществу свою "ценность". Они были выше условностей и мнения большинства. Им было насрать, что о них думает "быдло". Только собственное мнение и мнение друзей принималось в расчет. Они были счастливы в той мере, в которой могут быть счастливы люди, уставшие от бесконечной череды развлечений, вседозволенности и циничности современного мира. Иногда мне было их жаль.

А иногда... мне не хватало той легкости, с которой Митя относился к жизни. Ему действительно было пофиг. So do I.

В субботний вечер в клубе было не протолкнуться. На основном танцполе в экстазе извивалась многорукая толпа. Крики восторга летели над залом, почти заглушая электронные басы. Как ледокол сквозь море человеческих тел, Михайлов вел меня к вип-залу.

- У нас сегодня шикарная вечеринка, Кси! Готовься! Мой друг приехал в Россию на несколько недель, так что тусим-тусим-тусим!

Митя расплылся в довольной улыбке и, толкнув полупрозрачные двери, первой пропустил меня внутрь.

Приветствия, улыбки, объятия и дежурные поцелуи в щечку.

-Ты должен мне штуку, я же говорил, что он ее привезет!

Суета первых минут встречи, наконец, улеглась. Мне уступили место на диване и передали высокий бокал с фруктовым коктейлем.

- А где наш британский мачо? - Митя поинтересовался, сделав щедрый глоток из своего стакана. Зажмурился на секунду от удовольствия и пробормотал с детской обидой в голосе. - Только прилетел и уже слился. Кто будет тусить?

- Он щас вернется, - Денис подмигнул Михайлову. - Пацан соскучился по русской крови.

Я хмыкнула и почти собралась спросить, что же за таинственный друг Мити решил посетить столицу. Но план изменился, стоило Игорю, секунду назад наклонившемуся под стол, чтобы поднять упавшую туда вилку, вдруг ловко стащить с меня босоножку. Я взвизгнула от неожиданности.

- Потеряла, потеряла! - раздались крики и улюлюканья.

Наблюдая за моими попытками дотянуться до него, Игорь помахал ей у меня перед носом и в последнюю секунду отдал мою туфельку Максу. Тот через стол кинул "хрустальный башмачок" Филиппу. Еще мгновение, и счастливым обладателем босоножки стал Михайлов. По счастливой случайности, Димка оказался в этот момент ближе всего ко мне.

Я действовала на одних инстинктах, мало задумываясь о том, как выгляжу со стороны. Об этом вообще забываешь в компании Мити. Рывок в сторону Димки, и я закончила свое движение уже на его коленях. Все, на что хватило Михайлова, это вытянуть руку, поднимая как можно выше мою вожделенную туфельку.

Я почти дотянулась до ремешка босоножки, легко царапнула ногтями запястье Михайлова, для надежности упираясь в его плечи, чтобы не упасть. Парень подо мной протяжно выдохнул.

И почти мгновенно произошло сразу несколько событий.

Рука Мити выпустила туфлю, мои пальцы сомкнулись на заветной добыче, и я почти издала победный вопль, радуясь, как ребенок, своему триумфу. Но Димка вдруг неожиданно дернулся подо мной, его ладони легли на мою талию.

Удивиться я уже не успела. Меня резко притянули к мужскому телу, и, потеряв равновесие, я рухнула на грудь Мити.

Глаза в глаза - взгляд, как вспышка. А потом губы Михайлова нашли мои, и смех его друзей и их комментарии вроде "Правильно, штрафной!", "Не подкачай, парень!", "Знай наших!" отошли на второй план.

Звук [этого] голоса вернул меня с небес на землю в считанные доли секунды. Сердце ухнуло вниз, и дыхание перехватило. И только Михайлов не подал вида, что ему что-то мешает. Он даже не подумал остановиться. Еще крепче прижав меня к себе и не позволяя освободиться из его объятий, Митя прикусил мою нижнюю губу.

Я едва сдержалась от возмущенного стона (да-да, не хватает только застонать! И ведь Михайлов прекрасно понимает, что происходит). Я напряглась сильней, когда рука парня стремительно и без предупреждения! переместилась с моей талии на бедро. Мое короткое платье задралось выше.

Мне захотелось влепить Михайлову пощечину. Что он себе позволяет? Разве он не...

Внутренний голос подавился вопросом, как только я трезво оценила обстановку. Не я ли первая начала эту игру? И не я ли поддержала забавную шутку Мити с поцелуем? Дергаться сейчас и изображать праведный гнев еще глупее, чем отвечать на ласки Михайлова. Если играть, то играть до конца. А с Митей я разберусь позже.

Мысли путались. Напряжение в мышцах росло. Спина ныла от неудобной позы. И все же я вела себя очень смирно.

Мне все равно, шептала про себя и страшно хотела поверить в собственные слова. Мне должно быть наплевать на того человека, который сейчас молча смотрит на меня с Митей. Меня он не волнует! Ни ка-пель-ки!

Я постаралась максимально расслабиться, обмякла в объятиях Димки и позволила его рукам продолжить исследование моего бедра ровно до тех пор, пока проворные мужские пальцы не коснулись кружевного белья.

- Помедленней, детка! - я поймала момент, когда Михайлов, увлеченный поцелуем, не был готов к моему рывку.

Ну, конечно! Под юбкой у меня куда интересней!

- Продолжим позже, - Митя, как ни в чем не бывало, одарил меня многообещающей улыбкой и лениво повернул голову в сторону двери.

К этому времени я уже успела перебраться с коленей парня обратно на диван. Подол платья был аккуратно поправлен, а босоножка возвращена на место.

- Вижу, ты постарался, брат. Ну, здравствуй, Ксюш.

Я прищурилась, понимая, что дальше игнорировать "британского" гостя нельзя и медленно подняла глаза на замершего в дверях Керимова.

Облегчение, которое я испытала при виде Лешки, было невероятным. Я чувствовала себя так, будто только что удачно завершился мой стремительный полет в пропасть. Я жива. Не может быть. Губы сами собой расплылись в улыбке. И Лешка, выросший, возмужавший, изменившийся почти до неузнаваемости брат Тимура, счастливо улыбнулся в ответ.

О да... Твой голос безумно похож на голос Тимура. Те же интонации, та же плавность речи. Как же здорово, что я все же ошиблась.

- Значит, буду богатым, - Лешка дежурно отшутился и наклонился ко мне через стол. Мы коротко обнялись и поцеловали друг друга в щеку. Рука Михайлова в этот момент медленно поглаживала мое колено.

Да уж, друг, мою жизнь ты облегчать не намерен. Дождешься ведь... последствий.

Я коротко стрельнула глазами в сторону Мити, поймала его вызывающий взгляд и едва заметный кивок головой (ну и, что ты хочешь мне этим сказать?). И села обратно на свое место. Лешка занял свободный стул на другом конце стола.

В шесть часов утра в такси, которое должно было доставить меня домой, моим неожиданным попутчиком оказался Михайлов. Он незаметно вырос из-под земли как раз в тот момент, когда я садилась в машину. Не церемонясь, он потребовал, чтобы я подвинулась на соседнее кресло и, хотя я не торопилась подчиняться его приказу, он немедленно впихнул свою пятую точку в салон авто.

- Поосторожнее нельзя? - возмутилась, вынужденно сдвигаясь левее и освобождая место нахалу.

- Цы-ы-ыц, - Митя сверкнул глазами и состроил "страшную" рожицу. Ему бы только детей в цирке пугать. - У меня от твоих воплей уже болит голова, - сообщил доверительно и аккуратно прикрыл дверь.

Михайлов резко повернулся ко мне, его рука вцепилась в мое запястье, свободная ладонь закрыла мой рот.

- Не начинай, - коротко и по слогам, видимо, чтобы до глупой блондинки быстрее "дошло".

Будь на месте Михайлова кто-то другой, он был уже давно получил в зубы. Но Митю я пока еще была в состоянии терпеть. В конце концов, как законченный неандерталец, он вел себя довольно часто.

Лидочка говорит, что подобное поведение мужчины безумно заводит представительниц прекрасного пола. Я склонна с ней согласиться. Меня Митины выходки точно заводят. До желания устроить ему хорошую трепку, как только этот глупый мальчишка проспится и придет в себя. Завтра у меня будет масса времени, чтобы придумать, что я буду с ним делать.

Я молча убрала руку Димки со своего лица, смерила его недовольным взглядом и отодвинулась подальше от умирающего от мигрени парня.

Ты у меня завтра с руки будешь есть, милый. Это я тебе обещаю.

- Ксю-ю-уш, - просительные нотки в голосе Мити прорезались, как только такси припарковалось у моего подъезда. - Ну, не зли-и-ись. Можно, я у тебя останусь? Ну, позаза?

Ха, значит, когда нам очень надо, мы ведем себя, как хороший мальчик?

- Ну, конечно. Оставайся, Дим, - я невинно улыбнулась и первой выбралась из машины. Пыхтящий Михайлов, похоже, не до конца поверивший своему счастью, неловко последовал следом за мной.

Я замерла у подъездной двери, дожидаясь, пока несчастный Димочка доберется до меня. И пока единственное свободное в округе такси отъедет подальше от моего дома.

- Нет. Я соврала. Я таких придурков, как ты в гости не приглашаю.

Мой взгляд проследил за скрывшимся за поворотом такси. Михайлов удивленно уставился в ту же сторону.

Вскинула подбородок и потянулась к дверной ручке .Михайлов, спасая свою шкуру, рухнул передо мной на колени, сжал в объятиях и прижался щекой к моему животу.

- Ты что орешь. Замолчи сейчас же. Ты весь двор перебудишь!

- Прииидурок, - зашипела, скрывая улыбку. Можно подумать, что я не знала, чем это кончится. - Отпусти меня и пошли домой.

Михайлов, дурачась, попытался поклонится мне до земли. Пришлось поддерживать его за локоть, чтобы он не расквасил свой аккуратный носик об асфальт. Хотя этот самец вполне заслужил подобное "наказание" за все хорошее, что он натворил за вечер.

- Попробуешь зайти в мою спальню, получишь в зубы, - предупредила Митю, как только мы оказались в квартире.

- Что-то ты завелась, - Димка даже не пытался притвориться довольным. Тоске в его глазах мог бы позавидовать даже Шрековский кот.

- Может, но это будет последний раз, когда мы с тобой общаемся, как друзья. Если тебе нужна очередная подстилка и никого другого ты найти не можешь, то велком в любое время. Но обо всем остальном можешь забыть сразу же.

- Да, - буркнул недовольно и поплелся следом за мной в гостиную. Я кинула подушку и плед на диван.

- Русская ночь на пятом канале, ми-илый, - подмигнула Михайлову из дверей своей спальни.

- Осторожнее, - девичий голос окликнул меня, как раз в тот момент, когда я запнулся за выбитую из общего полотна тротуарную плитку.

- Что?! - я почти с ужасом уставился на девушку, идущую по левую руку от меня.

- Я сказала, осторожнее, Тим, - Она, словно не замечая моего состояния, охотно повторила свое предупреждение, и крохотная улыбка легла на ее губы.

Я сглотнул, на секунду или две потеряв дыхание. К счастью для меня, Она уже отвела взгляд, чтобы снова посмотреть на дорогу.

Я остановился и прежде, чем кинутся следом за Ней, нервно оглянулся по сторонам.

Родной город в разгар лета тонул в зеленых красках, солнечные лучи пронзали тенистую аллею насквозь. Узкая дорожка, ведущая вглубь парка, напоминала пятнистую шкуру леопарда.

Черт побери, знакомое место. Но, Энск? Что я делаю здесь? Как и почему именно с ней я оказался в этом районе?

Я потер ладонями глаза, наблюдая за тем, как девушка отошла от меня чуть вперед и остановилась, дожидаясь, когда я подойду ближе. Она не выглядела взволнованной или удивленной. Она точно знала, что я последую за ней.

Через несколько минут мы неторопливо продолжили наш путь по дорожке. И только молчание, повисшее между нами (или висевшее до сих пор) медленно, но верно убивало мой мозг. Хотелось кричать.

- Что? - мое невнятное бормотание себе под нос все-таки достигло ее слуха. Она замерла на мгновение и нетерпеливо повторила. - Что ты сказал?

- Что это такое?! - устав от бесполезных попыток понять, что со мной... с нами! происходит, я почти закричал на нее.

- В смысле? - тихо, не поднимая глаз от плитки, спросила она.

- Это все... Это... - я махнул рукой, указав на себя... нее, - по-настоящему?!

- То, что мы вместе? - она не обратила внимания на мой жест. Все так же продолжала смотреть себе под ноги.

- А мы вместе? - Я постарался говорить спокойно, но удивление рвалось наружу. Голос дрожал от гнева, возмущения и чего-то еще. Может быть, обиды, что все ЭТО не произошло раньше? - Хочешь сказать, что все вернулось через 5 лет? И вернулось бесследно? Или, наоборот, то, что было, пропало бесследно? Что ЭТО такое, Ксень?

- А как ты думаешь? - наконец-то, я был удостоен её взгляда. - Что ты видишь? Ты не замечаешь, что за два часа мы ничего не сказали друг другу? И если бы ты сейчас "не упустил реальность из вида", то мы бы, вряд ли, заговорили. Мы даже идем по разным сторонам дороги.

И на самом деле, я попытался посмотреть на нее вновь, но нас уже разделяла проезжая полоса. И только ее голос все так же хорошо доносился до меня, и я видел, какого диаметра ее зрачки и как она все так же едва подергивает носом в перерывах фраз.

- Что. Это. Значит?! - повторил громче. - Только что мы были рядом, а теперь за несколько метров друг от друга! - между нами тем временем проносились машины. - Да и я... Я ведь был в столице пару часов назад, не подозревая, что ты оставила ВСЕ и вернулась сюда. Как ты можешь с уверенностью утверждать, что мы теперь вместе? Да, может мне показалось, но ты права, я 'упустил реальность'.

Я отвернулся от девушки, чтобы не видеть обиды в ее глазах.

Энск вовсе не изменился, все осталось таким же, как и пять лет назад. В тот единственный летний месяц, который мы провели вместе. Все те же занавески на окнах; те же пенсионеры, гуляющие по центральной улице; та же детвора, бегающая с бутафорскими пистолетами; и да, все тот же застывший диск солнца на небе.

- Ты, правда, не помнишь? - теперь ее голос звучал глухо. - Ты не помнишь, как ты силой забрал меня? Как твои нелепые фразы сыпались одна за другой, а я беззвучно плакала на твоем плече, как ты... да, как ты мог забыть?!

Дурацкий розыгрыш! Дешевая игра! Я, уж точно, не позволил бы себе совершить ТАКУЮ глупость. Надо быть психом или находиться под влиянием сильнейших психотропных средств, чтобы силой забирать Кси из ее дома. Один раз она уже отказала мне.

И все-таки, что-то толкнуло меня проверить карманы джинсов и ветровки. Я почти не удивился, обнаружив в итоге крохотный клочок бумаги с текстом: "Москва, Лихов переулок, д.3, кВ... **."

Я крепче стиснул зубы. Мое недоверие продолжало расти, не смотря на находку. Я не мог этого сделать, не мог ее забрать!

- Неужели, ты просто так поехала со мной? - усмехнулся, стараясь подловить ее... на лжи?

- Нет, - она опустила голову в попытке спрятать слезы.

- И что теперь? - спросил у нее, но вопрос бумерангом вернулся обратно. Я успел забыть, что Она тоже сильна в этих играх.

- А ты не знаешь? - Она снова смотрела в мои глаза. - Это ты добился того, чего хотел. Так ответь мне, зачем все это? К чему, ты искал встречи со мной? Зачем говорил, что виноват? Зачем клялся, что хочешь все исправить? Для чего-то это ведь было нужно?

Тем временем мы уже миновали городскую поликлинику. Немного осени, немного весны, и микро-доля лета висели в воздухе, и то ли это был рассвет, то ли закат. Я почувствовал ее духи... Этот незабываемый запах ванили. Все детали остались прежними, все, кроме их владельца.

- Тебя не было бы здесь, если бы ты не любила меня. Так в чем же подвох?

- Я поверила тебе, - последовал короткий и полный грусти ответ. - Я предала все, что было мне дорого... Из-за тебя. Я не знаю теперь, в какую сторону был сделан мой шаг. Быть может, это еще один шаг по лезвию ножа. А может, за ним последует новое падение в пропасть. Я не знаю, что ждет меня впереди. Но я сделала выбор. Я - с тобой.

Щелкнула зажигалка, табачный дым наполнил легкие. Мы оказались около ее старого дома. Балконы четырнадцатиэтажки безо всякого интереса смотрели на нас, а мы старались понять, что нас до сих пор связывает.

- Ты помнишь ту субботу, за неделю до сессии? Тот день, когда я фотографировал тебя? Неожиданную непогоду, которая проявила себя на 100%, как только мы начали съемку, помнишь?

Подвешенное и нервное состояние владело мной, и, наверное, в тот момент она тоже была напряжена.

- Помню... - она откликнулась после паузы и отвела взгляд. - Я показывала тебе улицы Старого города, а ты обстреливал меня очередями кадров... - в памяти под залпы вспышки сохранялись эти моменты. Я тоже прекрасно их помнил. - Хороший был день, только погода была против этого фотосета. Кстати, давно хотела спросить, ты сохранил фото?

Я открыл было рот, собираясь ей ответить, но...Память - все тот же долбанный чистый лист, была абсолютно... девственно пуста. Куда я дел ее фотки? На секунду я почувствовал себя так, будто одним только ЭТИМ я предал ее.

И она все равно вернулась вместе со мной в Энск?

- Может, присядем? - спросил тихо, пытаясь уйти от неприятной темы. Мне нечего было ей сказать. И это тоже - пугало.

Мы сели на бетонный бортик какого-то офисного здания. И она без предупреждения вдруг положила голову мне на колени. Наши взгляды снова встретились.

Мне больше не хотелось сопротивляться. Я дал слабину и впервые за этот сумасшедший день осторожно поцеловал ее в губы. Всего один маленький поцелуй. А потом отодвинуться на несколько сантиметров, заглянуть в ее глаза и безмолвно задать очередной вопрос: 'ты не против?'

Она вновь ободряюще мне улыбнулась. И я почувствовал себя так, словно после долгой поездки, наконец, вернулся домой. Именно туда, где меня все это время ждали. Может быть, это называется счастьем?

Еще несколько минут были заполнены такими забытыми... такими нужными ласками. Моя ладонь скользнула под край белой футболки, кончиками пальцев я погладил ее обнаженную кожу.

- Подожди, - она вдруг выдохнула умоляюще, оторвавшись от моих губ.

- Ты не ответил, ради чего все это. Не сказал... А я... Я не знаю, что будет дальше... с тобой. С нами. Я боюсь, что для тебя это всего лишь игра. Игра на фарт, в которой ты ведешь себя как победитель, но... Рано или поздно все изменится, все вернется назад! Сегодня ты выиграешь у меня, а завтра останешься в дураках. Ты понимаешь это?

Я понимал. Она была как всегда абсолютно права. Единственная девочка, которая умела задавать такие вопросы.

- Я боюсь повторить свои ошибки, - признался обреченно. - И я не знаю, как исправить те, что уже успел совершить. Стоит ли их исправлять сейчас? Ты можешь просто поверить происходящему? Можешь? Просто я... Я не знаю, какой ответ будет верным.

- Как есть? Но ты сама все видишь: мы опять не озадачены ничем, если, конечно, забыть о случившемся за последние сутки. Мы никуда не торопимся. Твоя голова у меня на коленях, над нами солнце и что-то еще, я имею в виду - что-то пока необъяснимое, что-то, что вселяет надежду на завтра, по крайней мере, для меня это так. Ты видишь детей во дворе? Пойми, мы те же самые дети, только игрушки у нас другие, и правила жестче, но наша игровая площадка такая же, как у них. Да, в свое время я все испортил, и ты не сделала ничего, чтобы меня остановить, но все это неважно теперь. Важен этот самый миг, этот твой взгляд, и губы, которые не могут обмануть, когда их целуешь.

Мы смотрели друг на друга еще несколько минут.

Когда я почти отчаялся ждать ее ответа, она вдруг приподнялась и поцеловала меня. Обстановка вокруг почти мгновенно сменилась. Уже не было ее старого дома, не было детской площадки, лишь дорога на другом конце города, нелепый люд и громкий звук проезжающих машин. В который раз за день я не мог понять, почему мы опять куда-то идем, взявшись за руки, и почему она что-то весело рассказывает мне о своих планах.

Как такое может быть? Разве это все... правда?

Мне захотелось расслабиться и позволить себе думать, что ответы на эти вопросы действительно неважны здесь и сейчас.

Все-таки это был закат, солнце медленно заваливалось на боковую, и пелена наступающей ночи обрекала горизонт на темноту.

Она все так же шла рядом со мной, и мысли потихоньку наводили порядок в моей голове.

К чему эти сны? Изматывающие и доводящие до слез? Заставляющие жалеть о том, что было и о том, чего никогда не может быть? К чему они?! Что мое подсознание пытается мне сказать?

Пусть это не ночные кошмары, от которых сердце пускается в галоп, а душа проваливается вниз живота. Но эти сны, они травят меня изнутри. И от того они страшнее в сто крат.

Не нужно быть Фрейдом, чтобы понять, отчего они снятся: неожиданная встреча с Лешкой, интрижка с Митей, последний разговор со Стасом. Мне хочется чувствовать себя любимой и любящей. Единственное истинное желание на данный момент. И нет смысла сейчас вспоминать о Тимуре. Хватит и того, что всю прошедшую ночь я грезила себя им.

Я позволила себе провести в постели еще десять минут. Стрелки часов медленно приближались к полудню, спальня тонула в розовом свете солнечных лучей, пробивающихся в комнату сквозь тонкую ткань на окнах. Не хотелось вставать, не хотелось выбираться из-под тонкого одеяла. Не хотелось никого видеть. И разговаривать ни с кем не хотелось. Вот бы просто однажды открыть глаза и понять, что все вернулось назад, на далекие лет восемь или девять назад, ко времени моего школьного выпускного, вступительных экзаменов в Вуз и учебы на первом курсе.

Я бы переиграла все по-другому. Я бы все сделала иначе.

- Возьми меня, да-а... - женский голос, томный и сладкий, вдруг достиг моего слуха.

Девушка умоляла кого-то о... чем-то, и ее намерения не оставляли сомнений. Из соседней комнаты некоторое время доносились ее музыкальные ахи-вздохи. Со все возрастающей волной раздражения я начала прислушиваться к ним. Происходящее за закрытыми дверями вызывало во мне стойкое желание немедленно устроить скандал и вышвырнуть Михайлова с его подружкой из квартиры! К черту! Повторяющиеся раз за разом всхлипы девушки, ее требовательные "еще" и "быстрей!" окончательно разбили мое воспоминание о недавнем сне. Неизвестная девушка за стеной вдохновенно стонала, ловко переключив все мое внимание на себя и на себя только.

Какое тут может быть лежание в кровати? Зависть, конечно, ужасное чувство. Но я в своем доме, черт побери!

Мне понадобилось две минуты, чтобы покинуть постель, поправить растрепавшиеся после сна волосы и поменять ночную сорочку на футболку и шорты. А потом, чувствуя себя настоящей фурией, я распахнула дверь в соседнюю комнату. В тот момент я была готова к бою, как никогда.

ЭТОГО больше не повторится! Не в этой квартире! Не...

Гнев сменился удивлением так же быстро, как и возник от одного только вздоха девушки. Идеальной, с безупречной кожей, грудью пятого размера и огромными голубыми глазами. Это все, что мне удалось разглядеть. Еще через секунду соблазнительная картинка юной блондинки, ласкающей свои соски, сменилась ... рекламой.

Я усмехнулась. Михайлов опять изобретательно меня "проучил". И ведь он замечательно спит себе дальше!

В гостиной стоял полумрак, темные шторы были плотно закрыты. Единственным источником света оказалась плазма, на экране которой две симпатичные брюнетки сейчас распинались об эффективности нового стирального порошка. Димка же с блаженной улыбкой младенца раскинулся на двуспальном диване. Подушка живописно возлежала у него на животе, а плед в художественном экстазе оплетал его ноги. В высшей степени эротично.

Не желая разбираться с Митей сию же секунду, я бесшумно вышла из комнаты. Меня ждал холодный душ и легкий завтрак. К тому времени, как я закончу его готовить, мой несносный гость обязательно проснется. А потом мы с ним...

Думаю, Димка будет рад ответить на пару моих вопросов. В конце концов, это с его легкой руки мы вчера всю ночь изображали из себя страстную пару. Хорошее представление, между прочим! Масштаб нашей совместной игры поражал. Митя сделал все - абсолютно все, чтобы окружающие поверили в наш с ним бурный роман. Но... блин. Почему мне кажется, что единственным благодарным зрителем этого спектакля стал Лешка?

- Добро-о-у-е-уу-утра! - Митя замер на пороге кухни, потянулся со вкусом и зевнул.

Его приветствие превратилось в набор невнятных звуков. Я обернулась через плечо, чтобы убедиться, все ли с ним в порядке. Но увидела только сонную мордашку, печаль в глазах и рот, растянувшийся в очередном зевке.

- Будет салат? - поинтересовался парень, разваливаясь на стуле и отрывая от круассана, лежащего на подносе, добрую половину.

- Ты знаешь, что ты и-де-аль-на? - вопрос Мити прозвучал почти без усмешки. Небрежная констатация факта.

- Хм... неужели, только я это вижу? - притворное возмущение. И новая порция круассана исчезла с тарелки.

- Тебе налить сока? - проигнорировала шуточку Михайлова и заглянула в холодильник в поисках графина.

- Апельсин? - Митя скривился так, будто я предлагала ему свежевыжатый лимонный сок.

- Другого нет, - предупредила честно и вытащила из шкафчика высокие стаканы.

- Ну, не злись, Ксюш. У меня голова раска-а-алывается, - в доказательство своих слов парень запустил пальцы в и без того растрепанную шевелюру.

- А больше у тебя ничего не болит? - спросила с усмешкой, протягиваю Мите сок.

- Ты на что намекаешь? - о, какие мы подозрительные.

Я изобразила рукой знаменитый мужской жест... Туда-сюда. Темные глаза Михайлова в первый момент потемнели от удивления. Димка прищурился и вместо ответной улыбки одарил меня ледяным взглядом.

- Ты специально провоцируешь меня? Хочешь проверить, хватит ли у меня терпения на...?

- А что было вчера? Не ты ли начал эту игру первым?

Грозный тон Михайлова ничуть меня не испугал (о, да, таким тоном говорить на такие темы. Я вас умоляю!). Митя под моим тяжелым взглядом быстро очнулся.

- Ой, ну, подумаешь, какой невинный жест, - я хлопнула ресничками и надула губы для полноты образа. Михайлов хмыкнул.

Митя усмехнулся и протянул руку за третьим круассаном.

- Ну, вот только не надо! - я поставила перед парнем тарелку с омлетом. Миска с салатом уже перекочевала в лапы Димки. Он с азартом в голодных глазах перемешивал его ложкой. Единственная помощь, которой можно дождаться от него на кухне. - Приятного аппетита!

- И не надейся, что я отстану, - заявила нагло, делая глоток из стакана .

- Еще бы, - Митя облизнулся довольно. Первый кусочек омлета только что испарился в его животе. - Ты отстанешь, как же...

Так переругиваясь, мы покончили с завтраком за десять минут.

- А кофе? - капризные нотки в голосе Димки были не в новинку. Но сходство с избалованным ребенком в поведении парня всегда меня удивляло. Ведь он знает, что я знаю (главное в этой фразе - я ЗНАЮ) о том, что все это он делает лишь из-за большой любви к актерству. Пусть все вокруг носят свои, им одним известные маски, но Михайлов в бытовом лицедействе достиг невероятных высот. Он не способен расслабиться даже с тем, кому доверяет.

- Держи, - я передала в руки парня пузатый бокал. - Только не обо...

- Поздно, - Митя трагично скривился. Еще бы ладошки мне протянул, чтобы я подула. Как ему не надоело паясничать передо мной? - Тебе меня совсем не жаль?

Я скрыла улыбку. Смеяться не хотелось. И дальше придуриваться - тоже.

- Нет в тебе сострадания, Ксень. Вот ни капли - нет.

Я молча смотрела на Михайлова. Как же мне надоел этот детский сад.

- А мы что делаем сейчас? - удивился так, будто я сказала какую-то несусветную глупость.

- Ты специально меня злишь? - теперь уже я хмурилась и говорила угрожающе. Терпение у меня было почти на исходе. - К чему ты вчера полез ко мне?

- А почему нет? Ты сама плюхнулась на меня и...

- Я тебя точно прибью. Не уходи от темы, ради Бога. Ты знал, что в клубе Лешка, так что не надо мне сейчас петь про случайности, плиз.

Михайлов виновато отвел взгляд... Точнее, просто отвел. Но мне хотелось думать, что он на секунду почувствовал свою вину.

Да уж... задачу он мне облегчать не собирается, это точно.

- Дим, я понятия не имею, что ты опять мутишь. С Лешкой или из-за него. Я просто хочу знать, в какую игру ты меня втянул. Я не собираюсь тебя убивать за твою очередную бредовую идею, но, плиз, не надо ничего делать за моей спиной.

Митя вздохнул. Помолчал, вертя в руках пустой бокал из-под кофе. А потом набравшись смелости (или талантливо изобразив это), он поднял на меня глаза, чтобы встретиться со мной полным раскаяния взглядом.

- Лешка... эмм... уже давно спрашивает про тебя. Последний год вообще постоянно. Спокойно поговорить по телефону нельзя, все разговоры так или иначе сводятся к вопросам о тебе. Достал капитально. А сейчас перед приездом в Москву, он додумался просить у меня номер твоего телефона.

Я впилась ногтями в ладони, чтобы не выдать своих эмоций. Новость была слишком неожиданной для меня.

- А я? - Михайлов сделал вид, что удивлен моим вопросом. - Я думал, после истории с Лешкиным братом ты не хочешь больше общаться с их семейкой. Да и Леха со своим внезапным интересом к тебе спустя столько лет, тоже какой-то мутный.

Окей... Я позволила себе чуть-чуть расслабиться. Даже сделала два глубоких вдоха-выдоха. Разговоры, имеющие отношения к Керимову, оказывается, до сих пор меня напрягали. Или все дело в этих дебильных снах?

Чего я боюсь? Ха-ха, ведь не того, что Тим на самом деле вдруг (о, боже!) ищет меня? Ржу от смеха.

- Я тебя поняла, - ответила осторожно. И продолжила свой допрос. Митя - добрый мальчик, конечно, но он объяснил только половину своих действий. - А что нашло на тебя вчера?

Хмурый взгляд исподлобья. И вместо того, чтобы ответить мне, Митя вдруг встал из-за стола. Чашка из его рук немедленно отправилась на полку посудомоечной машинки.

Вау! Столь мужественный поступок должен натолкнуть меня на какие-то мысли?

- Ему лучше держаться от тебя подальше, - выдал, наконец.

- А мое мнение тебя не интересует? - спросила мягко, хотя поступок Михайлова, тем более в свете его объяснений, возмутил меня до глубины души.

- Ксень, я был пьян. Ты на меня упала, и... Мне захотелось проверить.

- Ну, да... - Откликнулся неохотно, коротко зевнул. И намылил лыжи на выход из кухни.

- А ну, стой! - я догнала парня в коридоре. - Ты выводами делиться будешь?

- Я тебя сейчас пну, Мить. Ты мне, между прочим, должен за участие в твоем балагане.

Жалкая попытка 'честно' подкупить Михайлова провалилась.

- О, вот как мы заговорили. Я теперь еще и должен, оказывается?!

Так. Это все принимает дурной оборот. Чувствуя, что без значительно внушения, Михайлов не перестанет нарочно выводить меня из себя, я нахмурилась и двинулась на Димку. Практически с кулаками на перевес.

К счастью для меня, он был примерно одного со мной роста. А что... Идеальные условия для неожиданного удара в живот. Может, Дима хочет проверить?

- Ой-ей-ей, - Митя прижал ладони к лицу в притворном ужасе. - Мисс Злюка, я сдаюсь без боя. Просьба учесть это в протоколе.

О, боже! Если продолжить с ним препираться в таком же духе, через пять минут я забуду о сути своего дело. Тактика Михайлова срабатывала со мной на ура. Но только не в этот раз.

- Хорошо. Тогда рассказывай, что ты собирался проверить и что в итоге увидел?

Митя снова хмыкнул и, осторожно обойдя меня по дуге, двинулся в гостиную.

- Здесь удобнее, - предвидя мой вопрос и предупреждая мое недовольство, Михайлов счел нужным объясниться.

Я уже поняла, что так тянуло Михайлова в это место. Диван. И плазма, которая все так же была включена на канале для взрослых: две азиатских 'кошечки' язычками ласкали друг друга. На пару мгновений я потерялась в 'телевизионной' картинке, и только Митя со скучающем видом улегся обратно на разложенный диван. Его происходящее на экране не сильно впечатлило.

- Эм.. а пульт где? - спросила чуть-чуть нервно и взглядом попыталась отыскать искомый предмет.

- А тебе что-то мешает? - Димка был вежлив и невинен - до оскомины. И я бы пропустила его аккуратное движение рукой, если бы не смотрела специально. Мужская ладонь ловко спрятала пульт за край пледа.

- Отдай! - я требовательно уставилась на Митю, намекая на то, что его игра раскрыта. И что? Я добилась только того, что парень в открытую схватился за кусок пластика, и вместо того, чтобы вернуть пульт, убрал его за спину.

От злости я метнулась в сторону Михайлова быстрее, чем успела подумать (м-да... опять). Слава богу, взгляд серых глаз, внимательный и напряженный, остановил меня от очередного безрассудного поступка. Мне не стоит забывать о том, с кем именно я играю.

- Снова запрыгнешь на меня? - бархатистые нотки в Димкином голосе обволакивали и в сочетании с женскими стонами на экране сливались в сладостный для слуха коктейль.

'Мозги', наконец, включились. Я отпрянула от парня и уже через несколько мгновений устало привалилась к спинке кресла. Полтора метра до дивана, между прочим.

- Может, ты просто выключишь его? - поинтересовалась глухо. Митя опять невинно мне улыбнулся.

- Ты извращенец! - возмутилась от души, в надуманном обвинении выплескивая все свое раздражение и злость. В том числе и на тайландских 'кошек', продолжающих свои соблазнительные шалости перед объективом камер.

- Я мужчина со здоровыми подробностями. А вот у тебя проблемы, Ксень.

- Кто бы говорил, - пробормотала едва слышно. Мне бы его выдержку. И умильное похлопывание ресницами, когда речь заходит о минетах, анальном сексе и прочих приятностях здоровой интимной жизни, которую ведет конкретно вот этот представитель сильного пола.

И в вопросе Михайлова 'был' вовсе не есть 'приезжал'.

- Не меньше недели, - Михайлов вынес свой приговор и понимающе... о, да. Очень понимающе... усмехнулся.

- Да, лаа-адно тебе. Могла бы сказать с самого начала, попросить по-человечески 'Мить, так секса хочется, умираю. А тут еще ты всю ночь смотришь порнушку. Мне такие сны...'

- Мне снились кошмары, между прочим. Ты не угадал.

- Ну да. Неделя без секса! Конечно, тебе снится всякая хрень.

- Когда же ты, наконец, уймешься! - в сердцах я смахнула с журнального столика фигурку Эйфелевой башни. - Блин...

Пока поднимала ее с пола, Митя по собственной инициативе и моих дальнейших уговоров, сам переключил канал. 'Взрослое' кино сменилось клипом Smash'а.

Димка лишь кивнул в ответ и улыбнулся ... виновато. Вот в этот раз его улыбка была действительно с налетом вины.

- Что, прости? - переспросила, с трудом следя за ходом мысли парня. Секунду назад мы препирались по поводу просмотра порно-канала, а теперь...

- Леха удивился, увидев тебя. Но он не бесился. И точно не выглядел, как влюбленный пацанчик.

- И что это значит, по-твоему? - спросила, хмурясь.

Эти мужские игры были все еще слишком от меня далеки. ИХ логика улавливалась через раз, если улавливалась вообще.

- ХЗ. Говорю же тебе, что он мутный. Может, и надо было дать ему твой телефон...

- Уже не важно, - вздохнула, потерла виски. - Лешка знает номер. Он попросил его перед тем, как я собралась уходить.

- О... - Митя качнул головой в знак одобрения. - Ну, тогда с тебя рассказ. Что и как.

Очередная понимающая усмешка искривила губы парня.

- Ну, признайся, Ксюш. Тебе же нравятся мальчики помоложе? - Хитринка во взгляде и короткий кивок головой. Что-то вроде условного знака 'Мы же с тобой одной крови, сестренка!'

- Ты идиот, Мить, - сообщила грустно и уставилась на экран. Виджей представлял зрителям новый клип The Offroad.

На несколько минут повисло молчание. И только исполнители проникновенно пели о новом смысле жизни и новой точке отсчета. Димка не торопился отвлекать меня от видео-ряда. А я не хотела лезть с очередными вопросами ему в душу. Каждый из нас думал о чем-то своем.

- Да, я идиот, - тихий ответ Димки спустя некоторое время, заставил меня вздрогнуть. Я оглянулась на парня. Но Михайлов неподвижно замер на диване и невидящим взглядом пялился на стену куда-то поверх моей головы. - Ты сердишься на меня, Кси?

- Даже не спрашивай, - откликнулась неохотно. Начинать новый разговор о претензиях друг к другу не хотелось. Мы не влюбленная парочка, чтобы так глубоко залезать в пустяковую проблему. Ну, не из-за порнушки же, в конце концов.

- А если я встану на колени? - Митя вдруг решил свести все к банальной шутке.

Я хмыкнула со своего кресла и покачала головой.

- Ну да. Не поможет. - Дима повторил следом за мной, и его голос в этот момент был далек от жизнерадостных ноток.

Волнение скрыть не удалось. И Митя, насторожившись, тут же взял себя в руке. Спросил, улыбаясь.

Михайлов покачал головой и скорчил очередную клоунскую гримаску.

- Все зашибись, Кси. Все лучше всех, ты же знаешь.

Если он не хочет говорить, из него даже клещами не вытащить ни одного слова. Тем более о том, что касается его настоящих проблем.

До нашего разговора о ... прошлом, Димка дозревал в моем обществе целый год. Надеюсь, в этот раз желание поделиться тем, что его тревожит, появится у Михайлова раньше. Что-то подсказывает мне, что он... опять медленно катится в пропасть. Или ищет ответ как выбраться из нее?

Но как объяснить его отсутствующий взгляд в тот момент, когда с экрана плазмы на Ру.ТВ The Offroad кастовали свою новый клип.

О чем же ты думал, беззвучно повторяя эти слова?

Димка, как раковина, захлопнул свои створки и больше не позволил ни мне, ни себе грустить. Мы провели вместе c ним еще несколько часов, поиграли в Need For Speed через третью Playstation. Приготовили обед, и в этом раз Михайлов не капризничал и даже изъявил желание помочь мне на кухне. А ближе к вечеру мне, наконец, позвонил Стас.

- Отдыхаю, - ответила коротко, и в нескольких словах рассказала о том, что случилось со мной на этой неделе. Зная дикую нелюбовь Калугина к телефону, опустила детали и "забыла" рассказать ему о вчерашнем пати. Это все ерунда. Стасу хватает звонков по работе, чтобы тратить даже полчаса на бессмысленный треп с подружкой.

- А у тебя все в порядке? - спросила у мужчины. - Вы начали уже подготовку? Ресторан и все такое?

- Да, что-то делаем. Но я не знаю, что там и как. Всеми вопросами сейчас занимается Анна.

- Та самая? Организатор? Ну, естественно! - я рассмеялась в трубку. - Значит, ты весь в делах.

- Не весь, - мне показалось, что Стас улыбнулся. - Я хотел заехать во вторник. У тебя будет время?

Время. Как будто у меня могут быть вечером какие-то особые планы. Он, правда, думает, что я занята?

- О, не знаю, не знаю, - откликнулась, подражая тону Мити. Он как раз крутился вокруг меня и, как пантомим, безмолвно повторял все мои жесты. Особенно ему удавалось копировать выражение моего лица. - Сейчас загляну в ежедневник, посмотрю расписание, вдруг у меня запланирован визит друга. Во вторник.

- Тогда после девяти, хорошо? Я тебе еще позвоню.

- Передавай привет маленькому паршивцу и не увлекайся с ним алкоголем. Он...

- ...ничему хорошему меня не научит. Я уже слышала это.

Наши отношения со Стасом не всегда были такими...

Да, Калугин был постоянно занят работой, да, он часто без предупреждения пропадал на несколько дней или неожиданно появлялся на пороге моей квартиры, приехав после затянувшегося допоздна приема.

Да... все это было. Но при всем этом на ночные посиделки в ресторанах, звонки за полночь и визиты три раза в неделю у Стаса всегда находилось время. Пусть он был непредсказуем и почти... почти неуловим. Пусть в его плотном расписании не было места для романтической требухи. Но он был рядом! И я была рада видеть его в те редкие часы, которые уму удавалось выкроить в круговерти рабочих дел.

Пять лет назад Стас относился ко мне ничем не лучше, чем к окружающим его малышкам-кискам. Провинциалка, только приехавшая в столицу. Какая-то левая знакомая Мити. М-да уж.

Калугин пригласил меня в ресторан, рассчитывая, вероятно, на быструю победу. Сладкие речи были разбавлены долей сарказма, а циничное предложение продолжить вечер в финале ужина превратилось в ягодку клубники на куске торта. Отличная тактика, черт побери. И никаких обещаний и долгих расшаркиваний. Зато и никакой лапши на ушах. Все предельно честно.

Стас был готов дарить дорогие подарки, откупаясь бриллиантами и золотом от всех возможных претензий. Он был готов оплачивать поездки в Милан и Париж ради посещения модных бутиков. Он был готов сделать для своей любовницы почти все, лишь бы она не выставляла условий, вела себя адекватно и принимала такими, какие есть правила его игры.

Но... вот не задача: я не вписывалась в эту картину. Мне не нужны были деньги, украшения и тряпки. Точнее... нет... конечно, я вру... Они были нужны. Но не такой ценой. И не за то, чтобы провести в компании этого мужчины несколько жарких ночей. Все, что я хотела, я собиралась заработать сама. И уж, точно, не своим телом и наивной улыбкой.

Марр как-то сказала, что во мне говорит глупая гордость. Девушка без комплексов, которая ценит себя, умеет принимать и внимание богатого мужчины. Тем более такого, как Калугин.

Наверное, мне повезло, что я считала иначе. Возможно, согласись я сразу на предложение Стаса, и наш роман с ним закончился бы, не начавшись. Его девушки сходили с дистанции через несколько недель после начала взаимовыгодных отношений. Любая мелочь могла взбесить Стаса, и... сытому существованию очередной блондинко-брюнетки приходил конец.

Я уже тогда знала об этом. Заботливый Димка, не скупясь на выражения, в деталях расписал характер старшего друга. Может быть, именно это определило мой выбор? Калугин получил категоричный отказ и презрительный взгляд сверху вниз (кажется, я вскочила из-за стола, чтобы немедленно уйти из ресторана). А я ... продолжила самостоятельно набивать шишки по дороге к московскому Раю.

Последний курс универа. Первая работа. Отношения с Ником.

Стас следил за моими шагами в столице с вниманием естествоиспытателя. Мой сердитый ответ в тот злополучный вечер охладил его пыл. Но интерес, вопреки ожиданиям, остался. Калугин тактично отступил и с терпением опытного охотника дожидался, пока взбалмошная девчонка разберется со своими делами.

Мы общались с ним иногда. Не так часто и не так близко, как с Митей. Но Стас всегда оказывался рядом. Я получала приглашения на выставки, приемы и конференции. Он преподносил это, как желание помочь мне с работой. Я хваталась за его предложения, с радостью писала речи и готовила для него статьи.

Вот такой интеллектуальный союз. В конце концов, с Калугиным было интересно. В отличие от Михайлова, и Флейма, и Ника... и даже меня с Марр, Стас был блестяще образован.

С поиском моей квартиры и с переездом от ребят (точнее уже от Ника) мне тоже помогал Калугин. Его друзья в тот момент как раз уезжали работать в Штаты, их квартира на Садовом оставалась без присмотра. С помощью Стаса мы договорились с ними о приемлемой цене, и через несколько дней после разрыва с Ником, я перебралась в прелестную двушку недалеко от Цветного бульвара. Внимательность, обаяние и харизма Калугина сделали свое дело.

***

- Ты ни о чем не хочешь мне рассказать? - необычный вопрос от Мити, застывшего на пороге моей квартиры. Он уже одет, обут и готов покинуть мою гостеприимную берлогу. Только к чему эта попытка развести меня на откровенность?

Вежливая улыбка, невинный взгляд. Не понимаю, что ты от меня хочешь услышать.

Отличная тема для человека, который находится в шаге от двери и держит в ладонях ключи от машины. Ты торопишься, мой милый. Не стоит спорить.

- Оу, ну, шикарно! - парень кивнул. Почти облегченно. - Тогда до связи. Я позвоню тебе на днях... Помню-помню. Только не во вторник.

Посмеялись корявой шутке, а еще через пять минут я осталась одна. Митя слишком легко сдался и слишком быстро исчез из моего дома. Мне повезло? Или, быть может, мне стоило ему рассказать?

***

Бывают дни, когда все идет не так: с утра не складываются отношения с начальством, важные встречи срываются в последний момент, и любимое платье так некстати оказывается в стирке. В моем случае один день растянулся на всю неделю. Венцом неудачной семидневки стала субботняя ночь, ночь вечеринки у Лешки. Но до нее... Вот, черт. До этой субботы в моей жизни произошло еще столько всего. И началось все, как водится, в понедельник.

Ранним утром еще до моего появления на работе мне отзвонился Андрей. Как я и предполагала, Марр не стала тянуть и откладывать плохие новости в долгий ящик. В семь утра по московскому времени, 9 июля 2012 года она сообщила Флейму, что уходит. И...

Браво! Я была ей почти горда. Такое потрясающее стремление к цели. Такое ярое желание быть счастливой. Может быть, так и надо жить?

Я задала его самой себе, слушая, как на том конце трубки сухим голосом Андрей докладывает о ситуации на "полях". Вера по предложению Марины, должна остаться с ней. Зато трешка в Москве с 20-летним кредитом великодушно будет "отписана" будущему бывшему мужу. Замечательная идея! Ловким движением "руки" ипотека меняется на дочку. И в конечном итоге все остаются довольны... Как только у Марр язык повернулся сказать, что Андрею не нужна Вера?

Может быть, зря я ее тогда не встряхнула? Более любящего и внимательного отца, чем Флейм, я еще не встречала. И только, загнанный в рамки своей работы, он не может проводить с дочкой столько времени, сколько хотел. Но почему, черт побери, Марина этого не понимает? Почему она бьет по самым больным точкам? Ее цель оправдывает любые средства? Свобода столь дорогой ценой действительно ей нужна?

Я путалась в ответах, не понимая логики Марр. Андрей в отличие от меня был более сдержан. Чего-то подобного он ждал от своей жены уже несколько недель. И пусть нам с Ником со стороны кажется, что все вышло случайно, но два человека, живущие под одной крышей, всегда знают, что что-то между ними идет не так.

- Я скину тебе смской телефон адвоката. Он один из лучших в Москве. Позвони ему сегодня же, чтобы все решить. Тебе ни в коем случае нельзя допускать, чтобы Марр увезла из страны Веру.

- Кси. Ты ни черта не знаешь. Давай... при встрече поговорим.

- Не думаю. Я тебе сам позвоню, когда будет время. Ладно. У меня Ник на второй линии.

Финал разговора оставил в душе неприятный осадок. Я так четко услышала в голосе друга собственные интонации. Такое знакомое нежелание пускать кого-нибудь в свою жизнь, что... Это причиняло почти физическую боль.

Как мы с Андреем дошли до того, что от прошлого доверия не осталось следа? Как вышло, что мы отдалились, позволив бытовым заботам затянуть нас с головой? И почему никто не пытается звать на помощь, как раньше?

Ах да... наш возраст перевалил за первую четверть века. Мы научились решать проблемы сами.

С такими мыслями я явилась на работу, впервые за три года работы в этой конторе опоздав почти на час. И даже мое официальное утверждение в новой должности и маленький банкет за обедом ни на йоту не улучшили моего настроя.

***

Как и обещал, Стас появился во вторник. И пусть в наших отношениях давно уже не было искры и всепоглощающей страсти, но я действительно была рада его видеть.

- Ты не собираешься послать меня к чертям? - после ужина вдруг поинтересовался мужчина.

К тому времени, мы допивали вторую бутылку вина. Алкоголь мутил мои мысли, и жизнь казалась приятной штукой.

Я искренне удивилась и сделала последний глоток из бокала. Бордовая жидкость вновь согрела горло.

- Из-за Вики, - внимательно следя за моей реакцией, откликнулся Стас.

О, Не-ет! Не хочу! Не подходящая тема для разговора.

Я нахмурилась и вместо ответа поднялась из-за стола. Нужно было немедленно убрать грязную посуду.

- Постой, Кси, - меня удержали за запястье. - Не убегай от меня, ладно? В прошлый раз мы толком не поговорили.

- А о чем говорить? Я не думаю, что твое ... решение что-то меняет. Или ты о другом? - ответила через секунду.

- Об этом. Да. Ксюш, ты знаешь о моих планах лучше других. Но то, что я собираюсь сделать, никак не связано с моим отношением к тебе. Понимаешь? Я хочу заняться политикой и...

- Не повторяйся. Мы говорили об этом в прошлый раз.

- Ты злишься, - Стас попытался подловить меня на моем торопливом ответе.

Предположила наугад, задавая вопрос и себе и ему. Я и сама толком не понимала, почему сложившаяся ситуация так сильно меня тревожит.

- Ты? - Калугин улыбнулся. - Почему только сейчас?

- А что было до этого? - он усмехался. И я вернула ему его же улыбку.

- До этого я просто наслаждалась жизнью. Может быть...

Стас повторил за мной и вдруг притянул меня к себе, заставляя сесть к нему на колени. Неприятный разговор был ненадолго забыт, и еще некоторое время мы были заняты лишь друг другом.

Уже позже, развалившись на кровати и прижимая меня к своей груди, Калугин снова попытался добиться от меня какого-то ответа. Тема наших отношений даже для него оказалась больной.

- Я не хочу тебя ни к чему принуждать, и если ты решишь, то...

- Ты хочешь избавиться от меня? - спросила напрямую, раздражаясь настойчивому интересу Стаса. Ведь я еще десять дней назад сказала, что его решение для меня ничего не изменит.

Руки Калугина обвились вокруг талии и меня осторожно заставили лечь сверху.

В моем голосе оказалось чуть больше яда, чем нужно. Калугин расплылся в улыбке.

- Никаких обстоятельств, Ксюш. Иначе меня бы не было здесь.

- Отлично. Тогда давай закроем тему. Я повторяю еще раз, что не собираюсь посылать тебя к черту, - Стас кивнул. - Теперь легче?

- Легче... - пробормотал задумчиво, разглядывая мое лицо и играя с непослушной прядкой моих волос, упавших ему на губы. - Но я боюсь, ты сама не знаешь, чего хочешь.

- Показать? - игриво прикусила мужской подбородок.

Еще через час, окончательно выбившись из сил, я свернулась клубком возле Стаса. Его пальцы гладили меня по спине, я почти засыпала.

- Ты помнишь, как все было? Пять лет назад, ты не хотела со мной встречаться.

- А сейчас большая и умная? Что изменилось, Кси? Почему ты так просто согласилась на...

-Ты недоволен? - прошептала, отодвигаясь от мужчины на несколько сантиметров и приподнимаясь на локтях, чтобы заглянуть в голубые глаза.

Хмыкнула, обходясь без кокектливых "с чего ты взял? и "какая глупость!"

- Не знаю. Это сложный вопрос. Может, просто завалимся спать? Я та-аак устала

Калугин вздохнул и проследил за движением моих пальчиков по своей груди.

- Ты прячешься за наши отношения. Тебе так проще?

- Я устала, - повторила упрямо и прикрыла глаза. - Поговорим завтра?

- Ууу... тогда в следующий раз. Какая тебе разница, что я...

- Я не хочу портить твою жизнь, - в мужском голосе была злость. И рука Стаса сильнее обычного сжала мое запястье. - Ты не заслужила этого. Ты...

- Только не дури, Кси. Ты можешь найти отличного парня и выйти замуж. Помнишь, Романа из Открытия? Он спрашивал о тебе. Может быть, ты пообщаешься с ним?

- Хватит устраивать мою личную жизнь, папочка!

- Ну и что? Скажешь, что я веду себя, как ребенок? - я почти выбралась из постели, собираясь в ближайший час отсидеться в гостиной. Нужно было успокоиться и выпустить пар. Калугин судя по всему решил поиграть в благородство.

Ах, я так хочу быть с тобой. Ах, ты мне нужна. Все супер. Но, девочка, тебе пора подумать о будущем. Найди себе супруга, и мы продолжим наши встречи. Все счастливы. Хеппи энд!

- Скажешь, что я взбаломошная идиотка и ни черта не понимаю?! Может, для полноты картины еще и отшлепаешь за плохое...?

Закончить я не успела. Калугин, наблюдая за набирающей обороты истерикой, вместо того, чтобы отпустить мою бушующую персону в свободное плавание, вдруг сделал подсечку и я, не успев далеко отойти от кровати, рухнула обратно в груду подушек. Мужская ладонь несколько раз ощутимо 'прошлась' по моим ягодицам.

Калугин злорадно усмехнулся. Опустился сверху, вдавливая меня в смятые простыни, и заботливо сообщил мне на ухо.

- Тиран... - выдохнула в губы Стаса и закрыла глаза.

Три следующих дня были заполнены встречами с друзьями. В среду я ужинала с Лидой, а в четверг в гости впервые за несколько месяцев явился Андрей. После посиделок, затянувшихся до глубокой ночи, я два раза подряд едва не опоздала на работу. Будильник звонил ровно в восемь утра, но я с трудом заставляла себя выползать из постели. Глаза слипались, и в голове было пусто-пусто. Единственным желанием был полноценный сон. И все...

В общем, к пятнице сил на развлечения не осталось, и я проигнорировала приглашение Мити на очередную вечеринку. Зато...

- Тебе уже звонил Лешка? - Митя по телефону был бодр и весел. Была пятница, вечер близился к 11 часам.

- Угу, позавчера, - откликнулась с трудом и переключила велотренажер на меньшую скорость. Разговор с Димкой обещал затянуться.

- Значит, ты в курсе? Он завтра собирает у себя всех наших.

- Наших? - это Митя сильно преувеличил. Младший-Керимов обещал пригласить в Москву своих Энских друзей. "Наших" там нет, точно. - Я сомневаюсь. Но, да. Что-то такое он мне говорил.

- Так найди себе подружку, Дим. Или позвони одной из бывших.

- Ты ошибся адресом. Приемная Деда Мороза в другом месте.

- Приличные внучки не задают таких вопросов.

- Абсолютно. Поэтому берегись. Я приеду к тебе к шести. И мы решим вместе.

Михайлов благоразумно отключился, уходя от дальнейших споров со мной. И ведь каждый из нас знал, что Митя все равно получит то, что хочет. Завтра я, как миленькая, пойду вместе с ним. И не потому, что Димка такой блестящий психолог. Просто есть ситуации, когда мне хочется играть с ним в его игры. Визит к Лешке - одна из них.

Похоже, Митя уже догадался, как сильно я хочу еще раз увидеться с братом Тимура. И как сильно, я боюсь это сделать.

Димка выполнил свое обещание и вечером в субботу четко в назначенное время явился за мной.

Чисто из вредности, а еще чуть-чуть из-за собственного страха перед визитом к Лешке, я не стала заранее собираться. Ноль макияжа, никакой прически, и наряды, дожидающиеся своего часа в шкафу.

- Ты еще не готова?! - Митя сделал " большие" глаза и потащил меня за собой в спальню. - Ксюш, ну, одевайся, пожалуйста. Мы опоздаем!

- А я никуда не тороплюсь, - пожала плечами и манерно опустилась на край постели.

За пять лет в компании Димки я все-таки преуспела в искусстве трепать нервы. С таким другом, как он, под рукой, грех - не научиться. Да, Михайлов, конечно, устраивает сцены лучше, чем я. Но какие мои годы? Еще немного практики и...

Уставившись на мою невозмутимую мордашку, Митя мгновенно сник.

- И ты, Брут? - вздохнул горестно, сделал "глазки". - Ну, Ксюш, ну, будь паинькой.

- Ммм, извини... Но у меня настроения нет... - притворилась уставшей, даже ресничками похлопала для довершения образа. А в голове уже билась мысль, что же Димка будет делать дальше? Как будет пытаться меня убедить?

Ага... наивная блондинка. Я даже не подумала о том, что у Мити может не быть настроения играть со мной. О наших разных весовых категориях я тоже некстати забыла. И зря. В мастерстве лицедейства Димке не было равных. И мне совсем не стоило тягаться с ним.

- Детка, - голос Мити неожиданно обдал меня холодом. Тактика изменилась, да? - Не зли меня. Давай! Собралась живо.

Если бы не знала Митю столько лет, я бы его испугалась. Слишком резкой была смена его масок. Мелькнула шальная мысль поддержать его вызов и выдать что-нибудь такое же едкое ему в ответ. Ну, в самом деле, я же не боюсь этого ...мальчишку? Или боюсь?

Внутри зародилось гадкое чувство. И разум включился на опцию "осторожней". Не стоит мне лезть сейчас на рожон. Не та ситуация.

Что ж, с видом оскорбленной невинности я медленно поднялась с постели и послушно потопала к шкафу.

И он действительно любовался. Михайлов наблюдал за мной все двадцать минут, в течение которых я собиралась. Спасало только то, что он все это время вел себя тихо. Он не хмыкал, не издевал вообще не звука. И ни одного замечания я не услышала с его стороны даже, когда рывком сдернула с вешалки не самый подходящий для вечеринки наряд. Строгую юбку-карандаш и белую блузку.

А, так тебе плевать, как я буду одета? Ну,окей.

Все из того же чувства противоречия я плюнула на идею тщательной подготовки. Чем хуже, тем лучше. И пусть ему будет стыдно.

Вместо идеальных локонов поспешно заколола волосы в небрежный пучок, оставив пару выбивающихся на плечи тонких прядей. Вместо безупречного мейк-апа за две минуты сделала смоки-айс и накрасила розовым блеском губы.

Примитив, как сказала бы Маришка. Но зато быстро.

- А ведь ты слилась, - Митя, как ни в чем не бывало, усмехнулся и, притянув меня к себе, шутливо поцеловал в макушку.

Мы ехали с Михайловом в лифте, и с момента нашей микро-ссоры прошло не более получаса. Только я так и не смогла успокоиться.

- Отвали, - прошипела обиженно и пообещала. - Ты мне за это еще ответишь.

- Я? С чего бы? - парень усмехнулся. - За наше опоздание будешь отвечать ты. Тебя там, б**ть, все ждут, а ты ломаешься, как целка. Настроения у нее, видишь ли нет. О***ть можно.

- Михайлов, тебя с девушками разговаривать учили?

- С девушками? - Димка смерил меня презрительным взглядом сверху вниз. - С ними, да, учили.

В этот момент мне страшно захотелось со всей своей силы приложить парня лицом о кнопки лифта. Я вскинула руку, чтобы ударить. Но неожиданная идея вдруг пришла в голову. Я только гаденько усмехнулась.

Он даже не догадался о подготовленной мной ловушке.

- Что? - Михайлов закатил глаза и схватился за сердце. - Ты мне угрожаешь? Боже, Ксюш... Ты? Мне? Можешь сказать это еще раз?...

Уже в салоне авто Михайлов, наконец, успокоился и критично меня оглядел. Его недовольный взгляд ненадолго утонул в вырезе моей блузки.

- Хоть еще одну пуговицу расстегни, что ли, - посоветовал мне через пару мгновений. И снисходительно хмыкнул. - Выглядишь, как офисная мышь.

Я равнодушно пожала плечами и отвернулась к окну. Комплимент в устах Мити прозвучал для меня поздравительной одой. Я добилась, чего хотела. Образ ухоженной московской крыски отлично подходил к моему настроению сегодня. Напряженному, едкому. И пусть окружающие думают обо мне, что хотят. Главное, я знаю, для чего мне это нужно.

В привычной одежде, в безукоризненно сидящей на бедрах юбке, в белоснежной рубашке с короткими рукавами и незатейливым принтом на воротнике я чувствую себя уверенней и спокойней. Я хожу в подобном наряде на работу, веду переговоры и договариваюсь с клиентами о многомиллионных сделках. Я еще желторотый птенец по меркам автомобильного бизнеса столицы. Но я точно знаю о негласном законе: чем дороже ты выглядишь, тем больше тебе доверяют партнеры. Ты успешен, а значит надежен. В купе с идеальной улыбкой, остроумием, харизмой, знанием предмета беседы, твоя одежда - это оружие, которое помогает тебе быстрей добиваться цели.

Я не знаю, какая цель у меня сегодня. Я не могу объяснить, чего жду от сегодняшней встречи. Но против собственной воли и истеричных воплей рассудка, я хочу это сделать. Хочу увидеть Лешку. И дело не в том, что он неуловимо похож на Тима. Он не похож... Или похож не настолько... Неважно. Глупо. Эм....

За пять прошедших лет брат Тимура здорово изменился. Он вытянулся, возмужал. Его фигура обзавелась выпуклостями в нужных местах. Широкие плечи, бицепцы и бла-бла-бла. Да, я заметила все эти детали. В день нашей первой встречи не могла не смотреть на Алексея. И потому - умирала от любопытства.

Да, любопытство, - отличное объяснение для моего желания наплевать на собственные правила и прыгнуть с головой в этот омут. Визит к Керимову, вряд ли, принесет мне желанный покой, и он точно не сделает меня счастливой. Это правда.

Но мне плевать. Пусть даже мое стремление пообщаться с братом Тима отдает извращенным мазохизмом и пытками над самой собой, но... я еду туда, куда еду. Мне нужна эта встреча. Мне нужен разговор. Только, вот черт, - с кем из них?...

Мы с Митей действительно опоздали. И в тот момент, когда улыбающийся Лешка распахнул перед нами дверь, в квартире уже вовсю шло веселье. Свет был приглушен, из гостиной доносились крики и смех. Где-то в глубине комнат играла тихая музыка.

- Привет, братан! Это все из-за нее! - Димка даже не подумал меня прикрыть. Сдал с потрохами.

Я сдержанно улыбнулась Лешке, все равно не чувствуя себя виноватой. Настоящие начальники не опаздывают никогда. Они задерживаются по своим супер-важным делам, ясно? И пусть я сейчас не на работе, но какое это имеет значение, если я чувствую себя так же, как перед свои первым приемом в МИДе.

- Оу, так это ты мой подарочек? - младший Керимов только что разглядел атласные банты на моих щиколотках. Остроносые лакированные туфли на шпильке я купила несколько дней назад. И Митя, между прочим, даже не заметил обновку. Зато Лешка уставился на мою обувь с искренним восторгом. - Вау!

Михайлов проследил за взглядом своего друга, потом оглядел с ног до головы. В какой уже раз?

- Не раскатывай губу, друг, - Митя чуть-чуть поиграл голосом, притворившись страшным собственником и сумасшедшим Оттело одновременно. Леха расхохотался и пригласил идти за собой.

- Что же ты не сказала, что это наряд озабоченной секретарши? - Митя придержал меня на пороге гостиной. Его вопрос был предназначен лишь для меня. Лешка не заметил заминки.

- Ах, так он тебе уже нравится? - усмехнулась краешками губ. А Михайлов ответил мне хитрой улыбкой.

И мы, наконец, прошли сквозь эти чертовы двери

В суете первых минут встречи, радостных приветствий и обмена рукопожатиями никто не заметил моего состояния. Даже Лешка был слишком сосредоточен, чтобы за мной следить. Он нацепил свою самую обаятельную улыбку, мгновенно углубившись в беседу с друзьями. Так, будто ничего страшного не произошло. Так, будто все, черт побери, было в порядке.

Внутри все сжалось от обиды и... страха? Я всмотрелась в Димкины черты, пытаясь догадаться о его мыслях. Нервные пальцы парня быстрее обычного выбивали беззвучный ритм по его бедру, ноздри аристократического носа раздувались сильней, а глаза "стреляли" по залу. Мелочи, которые, кажется, не замечал никто, кроме меня.

Что ж, значит, и он не был готов к этой... встрече.

Это успокаивало, но, в конечном итоге, ничего для меня не меняло. Я все еще была здесь. И повода сбежать прямо сейчас не находилось. Разумного повода, конечно... Зато неразумных и нерациональных - было хоть отбавляй.

Ловушка захлопнулась, я оказалась один на один со своим прошлым или... своим настоящим? Как правильнее будет сказать?

Присутствие Димки по левую руку от меня - единственное, что придавало мне сил. Кто бы мог подумать, что я настолько буду зависеть от этого мальчишки?

Пожалуйста, только не уходи. Только не оставляй одну. Не сейчас! Не сегодня!

Митя поймал мой отчаянный взгляд и едва заметно кивнул. Я плавно отвернулась, не позволяя себе насладиться даже секундным покоем.

Расслабляться было нельзя. Игра уже шла полным ходом. Хорошо... хорошо. Мы справимся, мы сможем. Мы сделаем это.

Я молчала, улыбалась, кивала и пока не могла отойти от Димки даже на шаг. Это было, может быть, странным. Но наш поцелуй в прошлые выходные облегчил мне задачу. Я могла притвориться очарованной им. Еще не влюбленной, но уже пойманной на крючок. Кому как не лучшим друзьям знать, как просто это будет сделать.

Все жесты и выражения лица отточены до совершенства. Сколько раз я практиковалась в этом на своей работе? Приемы в посольствах, переговоры в Европе и завтраки с акционерами. Я умею это делать. Я, блин, чертовски в этом хороша. И иначе не может быть. В противном случае не было бы ни моей карьеры, ни отличной работы и ни, к слову сказать, Стаса.

А ведь Калугин ценит во мне именно это. Умение улыбаться даже тогда, когда мне безумно страшно. Сохранять лицо, когда на самом деле хочется кричать и злиться. Я могу это сделать.

Еще несколько минут назад я думала о том, что эта суббота войдет в список самых плохих дней моей жизни. Похороны деда, отъезд мамы, выкидыш, расставание с Тимом... Тяжелых испытаний за двадцать пять лет моего существования накопилось не так много. И вечеринка в квартире Лешки могла бы с легкостью стать с ними в один ряд. Но...

Наваждение спало. Первый шок прошел. А от всплеска адреналина в крови не осталось следа. Я снова могла двигаться и говорить свободно.

Да, сегодня утром я размышляла о нашей возможной встрече с Тимуром. Я спорила сама с собой, пытаясь предугадать, позвал ли его Лешка к себе. Я хотела и не хотела видеть Керимова одновременно. Боялась и ждала этой минуты, как Судного дня. Ну что ж. Я получила то, к чему так стремилась.

В первый момент, когда я увидела Тима в толпе приглашенных, все эмоции смешались в один безумный коктейль, и на несколько минут я потерялась в своих мыслях. Я вдруг снова ощутила себя самой собой. Той самой Ветровой (с презрительно тягучей 'эээ' в начале слова), которой была для Тима пять лет назад.

Больше всего на свете мне вдруг захотелось остановить эту пытку.

Хороший план. Но разве могла я уйти через две минуты после появления на вечеринке? Да и, что изменил бы, в конечном итоге, мой уход? Побег стал бы признанием слабости перед Тимуром. Стал бы доказательством моего малодушия и полнейшей капитуляции перед... самой собой.

Ведь дело не в том, что Тим попытался сделать шаг мне на встречу. Нет. Он не двинулся с места при виде меня. Он даже не улыбнулся.

Сидя на диване с бокалом вина в руках, Керимов о чем-то мило беседовал с длинноногой брюнеткой. Девушка смотрела только на него и свободной рукой играла с закатанным до локтя рукавом его рубашки.

Почему-то именно эта сцена заставила меня запаниковать. Почувствовать себя брошенной. Им. Снова. И в то же время именно такой Тим, именно эта девчонка, которую, как оказалось, зовут Аней, именно их влюбленные взгляды друг на друга помогли мне взять себя в руки.

Спустя несколько мгновений я даже смогла мысленно надо собой посмеяться. Надо же, как сильно я себя накрутила. Но ведь ничего страшного не произошло. Даже Марр было в разы трудней. В конце концов, моя лучшая подруга никогда не вертелась возле Тимура.

Эта мысль с налетом сумасшествия меня рассмешила. И я, наконец, собралась с духом, улыбнулась первой и единственный раз за весь вечер встретилась взглядом с Тимуром. Всего на пару секунд, и лишь для того, чтобы увидеть его холодные и пустые глаза. Керимов был в курсе, что я приеду. Он не выглядел ни удивленным, ни растерянным (о да, растроганным!). Он спокойно на меня посмотрел и, как в старые добрые времена, отвернулся после короткого кивка.

Никаких особенных приветствий. Все, как и раньше. А, собственно, что я хотела? Я действительно верила в то, что он бросится навстречу ко мне?

Снова улыбнулась. Теперь уже Димке, который только что отпустил очередную пошлую шутку. Что-то на счет моего развратного вида и моих скрытых талантов в стриптизе. Пришлось срочно накрывать ладошкой его рот.

Не хватало только того, чтобы Митя похвастался моими 'заслугами' в прошлом. Зачем только я рассказала ему о своих тренировках с Ником?!

Впрочем, Михайлов моментально понял меня. Он замолчал, не пытаясь вырываться или отталкивать мою ладонь. Только хитрые искорки блеснули в его глазах.

Подумала и тут же получила подтверждение своим мыслям. Димка осторожно перехватил мое запястье и аккуратно поцеловал длинные пальчики.

- Молодец, - прошептал чуть позже, притянув меня к себе.

- Как всегда, - откликнулась шепотом, довольная тем, то смогла подыграть Мите.

Чем больше времени проходило, тем легче мне становилось.

За знакомство и долгожданную встречу было выпито уже несколько бутылок вина. Музыка стала громче, разговоры медленно скатились к работе и планам на ближайшее время. Ребята постоянно шутили, кто-то расспрашивал Лешку о его учебе в Европе.

Тимур стоял у окна в компании двух Лешкиных приятелей из Энска, и, улыбаясь, обсуждал с ними совместные дела в Москве. Я не позволяла себе прислушиваться к их разговору, хотя неудовлетворенное любопытство причиняло почти физическую боль.

- Девочки, помогите мне, плиз, на кухне. - Аня заглянула в гостиную и на пару мгновений привлекла внимание всех гостей. - Лешик заказал для нас ужин, нам нужно просто все разложить по тарелкам.

Значит, фуршет. Кажется, младший-Керимов предупреждал меня об этом.

- Ты бросаешь меня одного? - Митя состроил обиженную мордашку, как только я следом за несколькими девушками попыталась покинуть гостиную.

- Если кто-то хочет не остаться голодным, ему лучше меня отпустить, - я улыбнулась Димке и скосили глаза на его ладонь, устроившуюся на моем бедре.

- Ты обо всех моих желаниях заботишься сегодня?

- А ты хочешь, чтобы я позаботилась обо всех? - поинтересовалась с улыбкой.

- Конечно, - прошептал мне на ушко и оставил легкий поцелуй на моей щеке. - Не пропадай надолго.

Я кивнула. Послушные девочки именно так себя и ведут.

На кухне Аня вела себя, как настоящая хозяйка. Она уверенно открывала нужные шкафчики и выдвигала только те ящички, в которых находилась искомая посуда. На свет в рекордно короткие сроки были извлечены тарелки, столовые приборы, бокалы, стаканы, соусники и подставки под бутылок вина.

Я следила за девушкой с умилением. Ее плавные жесты и аккуратные движения заставляли меня улыбаться. Ей шло ее короткое вишневое платье. Ей шла эта кухня в теплых апельсиновых тонах. Ей шел Ти...

В смысле - она смотрелась здесь точно на своем месте.

- Поможешь? - девушка улыбнулась, заметив мой задумчивый взгляд, и протянула мне первую пластиковую коробку.

На ужин предполагались рис с креветками и курицей из 'Тануки', несколько салатов и наборов суши. Ничего особенного, но мне нравился запах, исходящий от еще горячих блюд. Кажется, с легкой подачи Стаса я влюбилась в азиатские специалитеты.

- Да, разумеется, - я улыбнулась Ане в ответ и занялась сервировкой.

Вера и Света, подружки Лешкиных товарищей, вызвались расставлять тарелки в гостиной.

- Лешик сказал, что ты училась в одном классе с Тимуром.

Аня улыбалась вполне искренне, и в ее невинном утверждении не чувствовалось подвоха. Просто банальное любопытство.

- А, точно. Я слышала что-то такое...Передай мне васаби, пожалуйста... Спасибо... Но тебя не было на выпускном.

Кто же такой болтливый рассказал ей об этом? Тимур?

- Не было, - отозвалась, сохраняя на лице улыбку. Разговаривать о своем побеге из Энска пока еще было просто. - Я перевелась в Москву после четвертого курса.

- Ты такая смелая! - в восторженном восклицании Ани не было фальши. - Я бы точно не смогла все бросить и сорваться в столицу. Вот так... без подготовки. Молодец!

Я кивнула, но не отвела взгляд и не позволила улыбке поблекнуть. В конце концов, никто кроме Андрея, Ника, Марр, Стаса и Мити не знает правды о причинах моего переезда в Москву. Тимур и Лешка могут только догадываться о чем-то. Аня, кем бы она не приходилась старшему из братьев, не может ничего знать наверняка.

- Мои друзья в тот момент переезжали сюда и предложили мне работать с ними, - я выдала заранее приготовленную и уже не раз озвученную для всех знакомых байку. С Флеймом и Ником мы 'подавали' мое переселение в столицу, как дружеский шаг.

- Вот это здорово! - Аня снова улыбнулась. - И ты сразу начала работать в автосалоне?

- Нет, конечно, - ответила с неизменной улыбкой, ощущая в душе холод.

В настойчивом интересе Ани вот теперь почувствовалось что-то... личное. Тема нашего разговора волновала ее настолько же сильно, насколько мне она была неприятна.

Черт, но ведь не может никто из семейства Керимовых знать о том, чем первое время я зарабатывала в столице? Выступления с Ником? Пара хорошо оплачиваемых фотосессий? Никто не знает о них!

- Я заканчивала универ. Работала копирайтером на фрилансе первое время.

- Ты? Копирайтер!... Ого. Хотя, что я так удивляюсь? Лешик говорил, что ты замечательно пишешь. Вы же с Тимкой во всех конференциях участвовали и ...

- Да, в вузе была отличная подготовка. Без тех знаний, что мне дали в педе, я, вряд ли, добилась бы успеха.

- Тоже верно, - Аня передала мне еще одну тарелку. - У тебя клеевая работа сейчас. Но, черт, Ауди? Говорят, туда не попасть без связей!

От невинных улыбок у меня уже сводило скулы.

- А где ты работаешь? Извини, но я увиделась с Лешкой только неделю назад. Он ничего не рассказывал о тебе.

- О, я работаю экономистом. Ничего интересного.

- Но ведь в Москве? Если да, то есть возможность сделать хорошую карьеру.

Улыбка Ани немного поблекла. Похоже, я нашла ее больную мозоль. Ну, в самом деле, ведь не только она умеет задавать вопросы.

- Карьера? Я как-то не думала об этом. Все-таки мне уже 23. Самое время, чтобы подумать о семье и детях.

Я смогла скрыть дрожь в пальцах и не уронить тарелку, которую я так некстати держала в своих руках.

- Извини, извини! Я знаю, что у вас со Стасом проблемы, и все такое. Но ведь тебе скоро двадцать шесть. Ты не думала о том, чтобы выйти замуж?

Кажется, миловидной Анечке удалось, если и не пробить мои щиты, то удивить, это точно.

- Серьезно? - девушка потеряла большую часть энтузиазма после моего ответа. - А мы с Тимкой хотим пожениться. Может быть, осенью. Еще не решили точно.

Я потом долго ругала себя за столь очевидный интерес. Но не спросить, нет... это уже было выше моих сил. Аня, кажется, тоже догадалась о моем промахе. И отвечая на мой вопрос, она больше не улыбалась. Говорила серьезно, констатируя факт и давая мне понять, что Тим - это ее территория. Он принадлежит ей и никому больше.

- Мы живем вместе уже полтора года. А встречаемся больше трех.

- Вижу, вы уже познакомились! Анютка рассказала тебе, что Тимур сделал ей предложение? - радостный вопль Лешки за спиной прозвучал контрольным выстрелом в мою голову.

- Леш, ну что, ты выдумываешь! - Аня фыркнула и протянула ему последнее блюдо с креветками. - Когда Тим сделает предложение, ты узнаешь об этом первым.

- Ну, конечно! - Лешка подмигнул мне, скрывая от девушки кривую ухмылку. - Тогда хватит болтать. Пойдемте к гостям. Без вас там ужасно скучно.

В гостиной по-прежнему было шумно и весело. И понятное дело, без нас с Аней никто не умирал от тоски. Только Митя при моем появлении оставил в покое своих знакомых и подошел ближе.

- Все хорошо, милая? - спросил, наклоняясь к моему лицу и почти касаясь пылающей кожи губами. Мои щеки горели, и воздуха катастрофически не хватало. Хотелось выбраться на улицу, как можно скорей.

- Да, Дим. Хорошо, - я улыбнулась, копируя безмятежное выражение на лице друга.

- Не стоит, - откликнулась шепотом и на секунду посмотрела в сторону Ани. Брюнетка в вишневом как раз добралась до Тимура. Пальцы девушки нежно скользнули по его локтю и погладили обнаженную кожу.

- У Лешки отличное вино. Может, хотя бы бокал? - в улыбке Димы был вызов. Он снова предлагал ему подыграть.

- Чуть позже, ладно? - попросила тихо и прикоснулась к Митиному запястью. И вот не надо говорить, что я повторила за Аней. Просто в тот момент мой жест отлично соответствовал разговору. По крайней мере, той его части, которая привлекала внимание наших общих с Димкой знакомых. На нас смотрели с интересом.

- Угу, - Митя хмыкнул понимающе, проследив за моим взглядом в сторону Ани, а еще через мгновение оставил невесомый поцелуй на моих губах. - Я все понял. Только не отходи далеко от меня.

Я, как и раньше, не стала вырываться из объятий Димки и послушно ему кивнула.

Следующие два часа запомнились мне очень сумбурно. Королем вечеринки, как и положено хозяину хаты, стал Алексей. Он с удовольствием рассказывал о приколах своей студенческой жизни, делился подробностями обучения за границей. Ему задавали вопросы и для сравнения рассказывали о том, что происходит в системе образования в нашей стране. В некоторых голосах я отчетливо ловила завистливые нотки.

Аня все так же не отходила от Тимура ни на шаг. И Керимов не делал ни одной попытки от нее отвязаться. Он, как всегда, был внимателен и... предсказуем. В его поведении мне виделся тот самый парень, каким Тим был пять лет назад. Галантный, заботливый... счастливый?

Ну, а впрочем, почему бы и нет? Разве Керимов не заслужил свою порцию счастья? И если Аня делает его таковым, мне ли судить? Остается лишь порадоваться за Тимура.

И я старалась изо всех сил. Улыбалась, шутила вместе со всеми, прислушивалась к рассказу Тима о нашем Вузе и последних проблемах своего бывшего факультета. Поразительно, откуда Керимов обо всем знал.

Но спросить об этом я так и не решилась. За весь вечер мы с ним не перекинулись даже десятком односложных ответов. Несколько 'да' и 'нет', вряд ли, сойдут за разговор по душам. Мне только и оставалось, что украдкой смотреть на Керимова и удивляться тому, что за сто двадцать восемь последних минут мы ни разу не пересеклись с ним взглядом. Впрочем, а зачем ЕМУ на меня смотреть?

А, между тем, Тим повзрослел. Черты его лица стали острее и жестче. На смену сладенькому парню-мажору пришел уверенный в себе молодой мужчина. Наверное, успешный... в каких-то своих делах. В каких? Я понятия не имела. В отличие от Ани, так хорошо осведомленной о моем прошлом и настоящем (О да, особенно о моих отношениях со Стасом!), в отличие от нее, я не знала о ней или Тиме. Не знала почти ничего.

Тогда, пять лет назад, первые несколько месяцев после переезда в столицу я временами наблюдала за происходящим в Энске. Ежедневное обновление Новостей на страничке 'Вконтакте' не давало шансов забыть, я была в курсе всего, что творилось в группе. Я видела фотки Яны и Тима, читала треп об их совместной жизни в последних выпусках 'Сплетницы'... Я наблюдала со стороны. И чем больше смотрела, тем сильнее злилась.

Это никуда не годилось. Флейм, видя мое состояние всякий раз, как я выбиралась в сеть 'поболтать' в общих чатах, все сильнее за меня переживал. Я медленно доводила себя до 'края' и долго продолжать подобную пытку над собой было нельзя.

В один из ноябрьских вечеров, после трех бокалов вина и, может быть, пары бумажных платков, припрятанных под подушку (чтобы Ник и Флейм не узнали, что на меня нашло), в тот вечер я окончательно решила уничтожить свои шансы на нормальное общение с одноклассниками из родного вуза. Все мои друзья, настоящие друзья, были в Москве. Все же остальные могли проваливать к черту.

Решение было принято, и моя страничка Вконтакте за десять минут исчезла с просторов сети. Я сделала еще один шаг к тому, чтобы поставить жирную точку в дурацкой истории с Тимом. И чтобы больше никаких упоминаний о нем!

Вечер был еще в самом разгаре. Музыка все так же грохотала в колонках. Запасы алкоголя только что пополнились десятком бутылок вина. Можно было бы продолжать в том же духе еще пару часов, но... Младший-Керимов решил по-другому. С довольной улыбкой на лице он вдруг предложил отправиться в центр. Достойным завершением тусовки должны были стать танцы до самого утра и завтрак в одном из круглосуточных ресторанов столицы.

- Кси, а мы поедем? - Михайлов обнял меня за плечи и подушечкой большого пальца скользнул по затылку, вызвав в моем теле приятную дрожь.

Я едва удержалась от того, чтобы дернуться. И не понять - то ли навстречу ему. То ли для того, чтобы оттолкнуть.

Митя весь вечер крутился рядом со мной, и его внимание не сильно меня раздражало. Даже его собственнические жесты, едва заметные поглаживания рук и спины были приятны. Я вздыхала почти облегченно, когда он тянулся ко мне, чтобы обнять.

Но мы больше не целовались, кстати. По молчаливой договоренности решили не провоцировать окружающих явной демонстрацией наших неожиданно вспыхнувших чувств. Одно дело - клуб. И другое - вечеринка у Лешки. Нет никаких гарантий, что кто-нибудь из наших знакомых не захочет пошутить или некстати задать пару неудобных вопросов.

- Я еще не решила. Но, может быть, будет лучше вернуться домой.

- Окей. Я понял. Тогда сегодня я останусь у тебя? - последнее заявление прозвучало полу-вопросом, и я недоуменно взглянула на Димку. К чему так волноваться?

Митя расплылся в улыбке. И в этот момент кто-то снисходительно хмыкнул за моей спиной. Я вовремя оглянулась, чтобы заметить Лешку, скрывшегося за дверью.

Кажется, кое-кто только что подслушал наш разговор.

- Не обращай внимания, - ладони Мити легли на мой живот, меня аккуратно прижали к мужскому телу.

- Конечно. Просто он не сводил с тебя глаз последний час.

Странное наблюдение Михайлова меня удивило. Похоже, за сиянием Тимура я не замечала никого вокруг. Хлопнула пару раз ресницами, просительно уставившись на Митю. Может, он хочет поделиться своими выводами со мной?

- В машине расскажу, - пообещал Димка и, наконец, расцепил руки.

Вход в ванную располагался в глубине коридора. Шкаф-купе с зеркалами от пола до потолка закрывал почти всю стену напротив двери в спальню. Я замерла напротив шкафа, в полумраке разглядывая свое отражение. Поправила растрепавшиеся пряди и разгладила несуществующие складки на юбке.

Мне было важно выглядеть на все 'сто'. Пусть это станет единственной моей победой сегодня. Через полчаса мы с Митей вернемся домой. А еще через пару дней я забуду об этом вечере, как о каком-то кошмаре.

- ... не говори ерунды, - знакомый голос раздался из комнаты. Приоткрытая дверь не заглушала звук. Я замерла на мгновение, не зная, что делать.

Внутренний голос осторожно напомнил, что подслушивать нехорошо.

- Да, причем здесь ерунда?! Она притворяется, ты разве не видишь? Ведет себя с ним, как и с тобой.

Голос Лешки звучал чуть громче, чем голос Тимура. Я отчетливо слышала возбуждение в его словах. Ноги приросли к полу. Даже если бы захотела, я не смогла бы уйти.

- Какое тебе до нее дело? - спустя мгновение Тимур задал новый вопрос. И образ равнодушного мужчины, которым он притворялся весь вечер, наконец, растворился. Керимов был удивлен и ... взволнован?

- Тебя не смущает, что она встречается со Стасом?

Сердце дрогнуло, предположения оправдались. Разговор за стеклянной дверью шел обо мне.

- Вот еще. Очередная фикция. Калуга не будет возражать, если я развлекусь с его Лее-еди.

- Да, ничего такого. Просто хочу повеселиться, раз уж приперся в Москву.

- Веселись. На хрена мне докладывать о своих планах?

- Расслабься, Тим. Я хотел лишь посоветоваться с тобой. По-бра-атски...

- Что ты от меня хочешь услышать? - раздражение и злость в голосе Тима так потрясающе четко копировали мой настрой.

- Хороший совет, пожалуй, - отозвался Алексей. И у меня не осталось сомнений, что он изощренно издевается над Тимуром. Вся эта сцена в исполнении Лешки поразительно напоминала одну из Митиных интриг. - Как думаешь, мне что-нибудь светит с ней?

- Понятия не имею. Вопрос не по адресу. Не морочь мне больше голову этим бредом. Если хочешь развлекаться, иди и развлекайся. Мое благословение до этого тебе не было нужно.

- О... ну, ок. Я уловил твой посыл, - Лешка усмехнулся. - Только тогда уж без претензий, брат. Я тебя заранее предупреждал, если что.

- Не пугай ежа голой задницей. Я тебя тоже предупреждаю, Малой. Ветрова пошлет тебя к черту.

- Аха. Ты не веришь в мои силы? - Лешка, кажется, обиделся на слова Тима.

- Ты начинаешь действовать мне на нервы. Собрался что-то делать, иди и делай. И без демагогии, ради Бога.

- Ну, так неинтересно, Тим, - Керимов-младший вдруг рассмеялся.

- Что?! - Тимур, кажется, ничего не понимал, так же, как и я.

Я коротко хмыкнула и несколько раз ударила в ладоши, привлекая внимание братьев.

Они синхронно обернулись в мою сторону. И если Тимур вдруг нахмурился, раздраженный тем фактом, что его застали с поличным, то Лешка искренне удивился. Почти испугался при виде меня.

- На кого спорим? - поинтересовалась с усмешкой и зашла в комнату, чтобы осмотреться. В глубине спальни на письменном столе я еще из коридора заметила пачку фотографий. Пусть это было просто предчувствием, необоснованным и нерациональным, но я знала точно, что мне стоит на них посмотреть.

Ни Лешка, ни Тимур не двинулись с места. И первые секунды после моего появления прошли в полнейшей тишине. Я успела добраться до стола и теперь с истеричным смешком прикоснулась к верхней фотографии в стопке. Неужели, после всего сказанного Лехой я действительно сомневалась в том, что увижу на ней?

- Это не то, что ты думаешь, - Лешка, наконец, подал голос. И не нашел ничего лучше голливудского шаблона фразы 'Извини, ты ничего не поняла'. Он, наконец, бросился ко мне, видимо, для того, чтобы уменьшить размер учиненной им катастрофы. Тимур так и остался стоять в стороне, с раздражением наблюдая за своим братом.

- Я все тебе объясню! - голос Лешки звучал напряженно. Он нервничал и потому вел себя глупо. Вместо того, чтобы схватить фотографии и убрать их в верхний ящик стола, Леха попытался прикрыть их лежащей поблизости книгой. Глянцевая обложка учебника по экономике вполне предсказуемо заскользила по стопке, и спустя всего несколько мгновений десятки разноцветных картинок (м-да, вместе с книгой) упали к моим ногам.

Поцелуй с Ником, фотки на капоте Ферарри. Одна из моих провокационных фотосессий топлесс.

Наверное, мне должно было стать стыдно, когда я разглядела на фото себя. Но... вместо этого я испытывала только усталость. Чего мне стыдиться? И перед кем?

Лешка растерянно взглянул на фотки. И я подумала вдруг о том, что он немедленно броситься их поднимать. Но нет... Он не двинулся с места. Склонив голову на бок, он пытливо вглядывался в мое лицо. Такой знакомый жест. В точности, как у Димы.

Я снова усмехнулась. И краем глаза взглянула на реакцию Тима. Похоже, Керимов даже не подозревал о богатой коллекции своего брата.

- Откуда это у тебя? - носком туфли я подвинула несколько фотографий, разлетевшихся по ковру.

- Разве их сложно достать? - Лешка невозмутимо пожал плечами и вновь замолчал.

Видимо, я должна была удовлетвориться таким очевидным ответом. В другой ситуации так бы и произошло. Но сейчас... Я слишком хорошо знала о том, что даже Google бесполезен в поисках этих картинок. Соглашаясь на съемки, я скрывала свои личные данные, как могла.

- Сложно, Леш. Очень сложно. Подобная подборка есть только у нескольких человек. Давай-ка я угадаю, кто тебе их скинул. Не Димка, точно. Иначе бы он давно поделился с тобой номером моего телефона. Не Никита, потому что его так же сложно найти, как и меня. Он не пользуется соц сетями. Не Стас, потому что он никогда бы не стал показывать эти фото кому-то еще. Остается только... Марина. А, кстати, где ты ее нашел?

Я понимающе улыбнулась. Увлечение Интернетом определенно испортило Маришку. Сначала Михаил, теперь вот Леша. Каких еще сюрпризов ожидать с ее стороны?

- Хотел пообщаться, - Алексей невинно улыбнулся мне так, будто две минуты назад я лично не слышала его предложения о споре.

- А ты против? - искусное хамство и знакомые искорки в глазах. Тот же стиль поведения, что и у Димки.

- Конечно, нет! - откликнулась бодро. - Я всегда готова к близким знакомствам. Ты же об этом собирался спорить с Тимуром, да?

Лешка фыркнул, спрятал руки в карманы джинсов и молча отошел к окну. Прозрачный намек о том, что разговор окончен?

Я, наконец, встретилась с усталым взглядом Тимура.

- Не злись на этого придурка. Он сам не знает, чего хочет.

Столько времени не видеться с Керимовым, пересечься с ним на вечеринке его младшего брата, за весь вечер не обмолвиться даже парой слов и под занавес услышать только вот это: 'он не знает, чего хочет'.

- Не ожидала ничего другого, - откликнулась с усмешкой. - Но в любом случае, спасибо за вечер. Счастливо оставаться, Ле-еша.

- Уходишь? - младший-Керимов стремительно развернулся. Я не успела сделать даже шага в сторону двери. - Не терпится отсосать у Михайлова? Ну, давай, катись. Твой Димочка уже, наверное, ищет тебя.

Всего пару слов, а от подогнанной по лицу маски почти не осталось следа. Я едва нашла в себе силы, чтобы изобразить на лице кривую улыбку. Изобразила, справилась с собой и даже хмыкнула чуть слышно. Мысленно порадовалась тому, что Лешка далеко не первый, кто так по-детски пробует мне хамить ....

Если бы не знала, что мы увиделись с младшим Керимовым первый раз за пять лет, решила бы, что когда-то и где-то я неосторожным словом задела его за 'живое'. Это многое бы могло объяснить. Ведь, в конце концов, подобные выпады никогда не появляются на пустом месте.

Но мы не встречались с Лешкой ни разу. И мы никогда не общались с ним в соцсетях (в отличие от той же Маришки).

- Ребенок, - мой голос прозвучал немного хрипло, - тебе не говорили, что зависть - плохое чувство?

- А кому мне завидовать? - парень расхохотался. - Михайлов трахнет тебя и бросит так же, как и твой Стас. Калуга уже сообщил тебе, когда у него свадьба?

- Хватит, - Тимур неожиданно схватил Лешку за плечи, закрывая мне обзор и мешая разглядеть выражение на своем лице. Только раскрасневшийся младший-Керимов гневно сверкал глазами из-за его плеча. - Совсем съехал с катушек?! Какое тебе до нее дело?

- Что здесь происходит? - удивленный голос Мити раздался за моей спиной, и спустя секунду его рука обвилась вокруг моей талии. - Хорошая моя, что случилось?

От фальшивой, но настолько нужной сейчас Димкиной заботы мне мгновенно захотелось плакать. Я заморгала чаще, чтобы сдержать слезы.

- Ааа... явился! - Лешка состроил недовольную гримасу. - Ну, ну... забирай свою шлюху отсюда.

- Что? - Митя несколько мгновений изумленно пялился на своего друга.

Я крепче вцепилась в его запястье, даже не думая о том, что ногтями оставляю следы на его коже. Главное, чтобы Дима не бросился на Лешку, сгорая от желания почистить его 'перья'.

- Ты ох**л?! - Тим резко встряхнул своего милого братца за плечи. - Что сегодня с тобой происходит?

- Да, отвали ты от меня, - Лешка дернулся в сторону, отталкивая от себя Тимура и делая шаг в нашу сторону. - Я ничего такого не сказал. Или, может, ты, Димон, не знаешь, что твою подружку называют ...

- Закрой свой рот. - Димка все еще пытался говорить спокойно, но в его голосе уже слышались угрожающие нотки. - И поосторожней на поворотах,

- Ой, да брось, - Леха надрывно расхохотался. - Ветрова не стоит даже ломаного гроша. Не веришь, спроси у Тимыча. Он у нас первым ее поим...

Быстрый удар одной правой, и младший-Керимов, как подкошенный рухнул под ноги своего брата.

На мгновение я прикрыла глаза, не в силах наблюдать за дешевым фарсом. Лешка, вольготно развалившись на полу, схватился за свою челюсть и захихикал. Первые несколько секунд больше ничего не происходило. В тишине спальни слышалось лишь тяжелое дыхание Тима да нервные Лешкины смешки.

- Спасибо, - Михайлов вдруг подал голос. Он обращался к Тимуру и благодарил его за помощь, так, будто речь шла о какой-нибудь чашке воды. Обыденное дело. Ничего больше. Скучающий и немного небрежный тон.

Тимур с раздражением уставился на моего друга. Злой и пугающий, он вдруг показался мне хищником, вышедшим на охоту.

- Не ожидала, что будет настолько забавно, - я неожиданно для самой себя скопировала Лешкин истеричный смешок и, наконец, отпустила Димкину руку. Все это время я сжимала ее так, будто от этого зависела моя судьба. - Спасибо за ох*тельный вечер. Тимур. Алексей. Веселитесь дальше.

- Спасибо, что разрешила, мамочка, - снова рассмеялся Лешка.

- Эмм...Ксюш, подожди меня внизу, - вдруг предложил Михайлов и осторожно погладил меня по руке. - Я спущусь к тебе через пару минут.

У меня не было ни малейшего настроения с ним спорить. Он взрослый парень, сам знает, что делать.

- Хорошо. Тогда я вызову для нас такси, - сообщила будничным тоном и слабо улыбнулась Димке.

Митя еще раз успокаивающе сжал мою ладонь и пропустил меня к выходу из чужой спальни. Я медленно, стараясь не поскользнуться на рассыпанных по полу фотографиях, вышла за дверь. И только взгляд виновника 'переполоха', самодовольный и торжествующий, еще несколько секунд сверлил мою спину.

На заднем сидении автомобиля спустя двадцать минут после моего "триумфального" прощания с Лешкиными друзьями, Митя прикрыл глаза и сладко зевнул.

- Ты как? Переживаешь? - поинтересовался через пару секунд и криво улыбнулся.

- Я? Из-за чего? Мне стоило догадаться, что все кончится именно этим. Лешка, блин, ничем не отличается от Тимура...

- Вряд ли, - Димка снова зевнул, прикрывая ладонью рот. - Леха вообще не похож на брата.

- Только не защищай его, окей? Лично я разницы не вижу. Они оба такие же придурки, как и пять лет назад.

- Ты ошибаешься, Кси. На счет Тима, я ничего говорить не буду, ибо не видел его несколько лет. А вот к Лешке я советую присмотреться. Ребенок затеял какую-то игру, Ксюш. И вам с Керимовым, похоже, достались роли марионеток.

Я нахмурилась и проследила взглядом за Митиной рукой. Он задумчиво выводил линии на запотевшем стекле.

- Ничего, - Митя пожал плечами, по-прежнему смотря куда-то вдаль. - Он не рассказывал мне о своих планах. Но я уверен, что ничего плохого он сделать не может.

- А вообще, согласись, из Лешки вышел отличный актер?! - Михайлов вдруг подмигнул мне. В его голосе послышалась почти отеческая гордость. Еще бы... У кого младший-Керимов набрался таких нелепых идей!

- Из него вышла порядочная сволочь, - пробормотала себе под нос и тоже уставилась на дорогу.

- Ты про "шлюху"... Понял. Но лучше не бери в голову. Леха по дурости бьет по 'больным' точкам. Если бы он действительно так считал, не стал бы искать номер твоего телефона. В его окружении есть телочки и подоступней.

Прекрасно. Это все объясняет. А я-то думала, Лешка говорит всерьез!

- Все, Дим... хватит. Ничего не хочу слышать о Керимове-младшем. Игра или нет, но меня это больше касаться не будет.

Я твердо решила держаться от этой семейки подальше.

- Вряд ли, - Митя решил добавить еще одну ложку дегтя в мое и без того не медовое настроение, - Лешка так просто от тебя не отстанет. Хотя пару дней ты, наверное, можешь поспать спокойно.

- Спокойно? Намекаешь, что Лешке сейчас не до меня?

- Конечно, нет! У Тимура хороший удар, Леха обзавелся прекрасным фингалом. Этот герой сегодня вполне справедливо пострадал ради искусства.

- Из-за своей дурости он пострадал! - возмутилась и отпихнула Митькину ладонь. Еще не хватало радоваться успехам Лешки.

- Это детали, Кси. Хотя, конечно, ты права... Был бы он, таким же умным, как...

Еще через десять минут, когда такси припарковалось у моего подъезда, Митя неожиданно отказался из него выходить.

- Я, пожалуй, еще погуляю. Не хочется пока отправляться баиньки. Не обижайся, Ксюш.

Я несколько мгновений удивленно разглядывала друга. На мой взгляд, сон - единственное, что было нужно Димке. Всю дорогу от Лешкиного дома до моего он откровенно зевал.

- На что мне обижаться... Иди, гуляй. Ты же не приедешь утром?

- Не-ет, - Митя едва сдержался от очередного зевка. - Доберусь до своего дома.

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Почти так, как и предрекал Димка.

Стас до конца недели улетел на конференцию в Париж. Митя загулял с новой девчонкой, о чем радостно сообщил по телефону и пропал, отвечая невпопад на мои смс. У Андрея с Мариной тоже наступило затишье. Никитина с Верой переехала в квартиру Майкла и затаилась в ожидании то ли развода, то ли суда о попечительстве...

Штиль длился до четверга, ровно до обеда, когда в дверях автосалона неожиданно появился Лешка.

- Привет, Ксюш, ради бога прости меня! Я больше так не буду! - своей первой фразой, сказанной, конечно, на весь салон, Леха моментально привлек внимание всего персонала.

Как неуправляемая стихия, он пытался выбить почву у меня из-под ног.

- Хватит! - мне осталось только схватить его за рукав и, как упирающегося щенка на поводке, отконвоировать в сторону входной двери. - Ты нарочно устраиваешь этот спектакль? Мало было вечеринки?

- Ну, Ксюш, ну, золотце! Ну, ты же понимаешь, что...

- Замолчи! - я пихнула парня в грудь, в его умоляющем голосе легко угадав интонации Димки. Младший-Керимов даже не сменил 'подборку'. Вот теперь я склонна была сбить с него спесь презрительным 'дилетант'. - Можешь помолчать минуту и послушать? Я не знаю, что тебе пришло в голову на мой счет. Но уясни для себя прямо сейчас - я не играю в твои игры. Если ты сейчас же не испаришься с территории салона, я вызову охрану, и правила МОЕЙ игры тебе объяснят вон те милые дядечки в черном.

Я кивнула в сторону сотрудников отдела безопасности, Лешка проследил за моим взглядом и спустя мгновение поднял руки над головой.

- Я все понял. Каюсь за дурость и испаряюсь с твоих глаз.

Покорность, с которой младший-Керимов сдал свои позиции, немного меня удивила. Но в суматохе рабочего дня я приказала себе поменьше беспокоиться о парне.

Лешка не моя головная боль. Я успешно игнорировала его звонки и шесть смс с извинениями, которые он прислал мне с начала этой недели. Так же успешно я буду игнорировать его дальше.

Вечер близился к своему логическому завершению. Салон закрывался через десять минут...

Сейчас домой. Бутылку йогурта в руки и можно бежать на фитнесс. Я улыбнулась, представляя, как проведу несколько часов в огромном бассейне.

- Опять ты?! - я резко обернулась в сторону Лешки, застывшего у багажника моей машины. - До тебя плохо дошло сегодня днем?

- Ксюш... я все понял, не злись только, - младший-Керимов мямлил, театрально ломал пальцы и хлопал ресничками, как девчонка. Сходство с Тимуром в этот раз действительно стало совсем отдаленным. И если Тим избавился от подростковой слащавости за последние пять лет, то Лешка ее приобрел. И слишком много.

- Я не злюсь. Просто не понимаю, что тебе от меня нужно.

- Ну, ты же меня не настолько сильно боишься? Подумай сама, пришел бы я снова, если б хотел ругаться?

- Всего один час, Ксюш. Мы просто поболтаем. И...

Под моим тяжелым взглядом Лешка все-таки замолчал. Будь я моложе и глупее, как пять лет назад, я бы обязательно повелась на его невинный взгляд и жалобный голос. Так трогательно, боже мой. Может намекнуть несчастному, что в своих играх ему стоит делать поправку на возраст? Если Лешка надеялся, что только из-за чувства жалости, или сострадания или желания помочь я вдруг чудесным образом поддамся его уговорам (и это не беря в расчет то, что он наговорил мне на вечеринке), что ж... значит, младший-Керимов не по-детски ошибся.

Я отвернулась от парня и равнодушно кликнула по кнопке сигнализации. Рав4 отозвался коротким щелчком.

- Ты что? Хочешь, чтобы я поговорил с Тимуром? - неожиданный вопрос прозвучал почти обещанием. Или угрозой, которая вместо того, чтобы меня напугать, лишь рассмешила. Что страшного в разговоре Лешки с Тимом?

- Ну, поговори, - пожала плечами, даже не поворачиваясь к младшему-Керимову лицом. - Он твой брат, в конце концов. Пообщайтесь, поделитесь секретами.

Я снова фыркнула, насмехаясь над бредовой идеей Лешки, и распахнула водительскую дверь. Несколько мгновений мне казалось, что нахальный мальчишка захочет сдаться. Кстати, хороший способ проверить, насколько сильно моя персона нужна ему в этой игре.

- Попытка не засчитана, да? - обреченный вздох раздался за моим плечом. И все тот же жалобный голос снова поинтересовался, - После того, что я наговорил, у меня вообще никаких шансов?

Меня душил смех напополам с отвращением. Такое мерзкое чувство, когда кто-то по умолчанию гадкий... ну, или просто неприятный лично для вас человек, вдруг начинает вести себя, как идиот. Это выглядит забавным, верно?

- Никаких, - согласилась, забираясь в авто и не планируя хоть как-то облегчать задачу Лешке.

- Не боишься, что я каждый день буду караулить тебя возле работы?

- Нет, - я завела мотор и, наконец, взглянула на парня. - Я скоро собираюсь в отпуск, - призналась с легкой душой. - А когда вернусь, ты уже уедешь в Лондон.

Было что-то приятное в том, как просто мне удавалось разрушить все Лешкины планы на мой счет.

- Возможно, мне придется остаться в Москве, - последняя попытка мне угрожать была еще более жалкой, чем предыдущая.

Младший-Керимов замолчал на несколько секунд. Я приготовилась к новой порции уговоров. Вот сейчас он соберется с мыслями и... Но Лешка напоследок заявил совсем не то, что я ожидала от него услышать.

На этой лиричной ноте дверца машины захлопнулась перед носом парня. А я все-таки рассмеялась.

Не Лешке судить о том, что со мной произошло. Изменилась я или нет - это только моя забота. И никаких Керимовых не нужно, чтобы оценить меня с новых сторон моей многогранной натуры. Идите все к черту!

***

Длинный вечер предпоследнего дня накануне выходных закончился в мою пользу. На некоторое время, вплоть до 11 часов утра субботы я была избавлена от головной боли на счет Лешки.

В четверг вечером после памятного разговора у моей машины я еще проигрывала в голове варианты его поведения. На месте Керимова я бы пригрозила себе чем-нибудь более весомым, чем ежедневные визиты в автосалон. Или подкараулила бы себя у подъезда дома. Ведь даже подружка Стаса смогла меня здесь найти...

Но Лешка не объявился ни в четверг, ни в пятницу, и я посчитала себя окончательно выигравшей этот раунд. Значит, мое общество не так сильно было нужно ему.

Ну, или как минимум, приятным. Я встала сегодня в восемь, и, даже не утруждая себя приготовлением завтрака, убежала в спортзал. Бассейн, беговая дорожка и занятия йогой. После физических упражнений все тело приятно ломило. Я чувствовала себя превосходно.

Перекинув через плечо спортивную сумку и придумывая себе планы на день, которые включали в себя обед с Лидой, я бодрым шагом приближалась дому. Мне уже были видны двери родного подъезда. Моя тойота, припаркованная чуть левее, блестела на солнышке серебристыми боками.

Как там пишут в романах? Ничего не предвещало беды...

Знакомый мужской голос с его лаконичным 'добрым утром' заставил мое сердце, если и не остановиться (ага, а еще бы я упала в обморок от счастья), то стучать быстрее. Дыхание моментально сбилось, по позвоночнику прошелся неприятный холодок. Я скосила глаза в сторону говорившего со всей осторожностью, на которую была способна.

- Не очень. Может быть, полчаса. Сергей Валентинович сказал, что ты вернешься к одиннадцати.

- А... наш консьерж, - я сделала еще несколько шагов навстречу Тимуру. - Как тебе удалось его уболтать? У него нет привычки рассказывать о жильцах посторонним.

- Я был очень убедительным, - Керимов хитро прищурился, на мгновение став похожим на парня из моих воспоминаний. - Сказал, что собираюсь сделать сюрприз для своей знакомой.

Я улыбнулась. Иллюзия рухнула, даже не успев приобрести четкую форму. Конечно, Лешка сдержал свое слово. Иначе и не могло быть. Он, наверное, рассказал какую-нибудь сказочку Тимуру (раз от меня ничего добиться не получилось), и voila, старший брат появился в моем дворе, чтобы...

А собственно, для чего Керимов пришел? Вряд ли, для того, чтобы признаться в большой и пылкой. Его визит на сто процентов связан с очередной ложью Лешки.

- Я не люблю сюрпризы. Лучше пусть все будет открыто, - Керимов удивленно нахмурился, словно не понимая, о чем идет речь. Я поспешила его успокоить и сменила тему. - Может быть, поднимемся ко мне? Или ты хотел поговорить на улице?

Несколько секунд Тимур молча разглядывал меня.

- Наверное, лучше подняться, - ответил через мгновение.

- Тогда добро пожаловать, - я сделала приглашающий жест рукой и вытащила ключи из сумки.

***

Хорошо, что в нашем лифте нет зеркал. Я бы поморщилась, взглянув на свое отражение. Солнечные очки закрывают пол-лица. Кое-как высушенные после фитнеса волосы заколоты в небрежный пучок. Спортивный костюм вместо того, чтобы подчеркивать округлости и изгибы, болтается на бедрах. Спортивная сумка оттягивает плечо, а сиреневые кроссовки отличаются друг от друга желтым и зеленым шнурками.

О, да! Среди тысяч уличных раздолбаек, стиль которых я так успешно воспроизвожу, - безусловно. И это здорово. Я люблю подобные наряды больше, чем офисные 'футляры', и больше, чем полупрозрачные тряпки в облипку, которыми так восторгается Стас. Я люблю. Да.

И, черт, мне почему-то так жаль, что именно он, Тимур, видит меня настоящей.

Пусть об этом догадывается Ник, и, знает, наверняка, Андрей. Пусть об этом никогда не задумывается Михайлов. Пусть! Но истина о том, что я не изменилась... Зачем эта истина Тиму?

Кто-то говорит, что внешность обманчива, 'обложка' не имеет значения. Я первая повторю вам эти слова. Но сегодня, сейчас...что-то заставляет меня усмехаться краешками губ и жалеть о том, что я совсем не 'готова' к нашей встрече с Тимуром.

Когда до сути твоей 'книги' кому-то нет дела, у тебя остается только он. Красивый образ. Иллюзия того, что ты прямо сейчас сохранишь лицо, а позже займешься своими делами.

Я вздохнула, отгоняя грустные мысли о... вечном, расправила плечи и украдкой взглянула на Тима. Даже не удивилась, обнаружив, что он на меня не смотрит. Уставившись на сервисную табличку на одной из стенок лифта, Керимов изучал ее с таким видом, будто читал Ветхий завет. Вдумчиво до омерзения.

Зачем я пригласила Тимура к себе домой? Поговорить о поведении Лешки можно было бы и во дворе. И для пары фраз ... или все-таки обвинений? ни к чему было тащить Керимова наверх.

Я снова вздохнула. И мысли вдруг перескочили на беспорядок, царящей за порогом моей квартиры.

Сегодня утром я бросила халат на диване в гостиной. А в прихожей напротив шкафа-купе на пару дней 'забыла' о груде коробок. Спрятать их сейчас, конечно, уже не удастся. Но баночки с кремами, которые с вечера остались на обеденном столе, наверное, стоит убрать в косметичку...

Chère amie, je vous envoie ces quelques mots

Pour vous dire qu'il ne fait pas beau

Et que j'ai mal,

seul,

depuis que je vous ai perdu

Je vous écris ces quelques fleurs

Avec mon cœur à l'intérieur

Je vous fais toutes mes excuses

Знакомая мелодия мобильника вырвала меня из очередного витка размышлений о Тиме. Я вздрогнула, нахмурилась и вместе с Керимовым уставилась на свою поющую "сумку". Мне звонил Стас. "Chere amie" в исполнении французского певца и его протеже - единственная песня, которая целиком и полностью ассоциировалась у меня с ... не принадлежащим мне мужчиной. Когда-то в прошлом эти слова, сказанные на французском, много значили для меня.

Я осторожно скинула вызов и коротко улыбнулась Тиму. Все нормально, этот разговор может еще подождать.

Лифт спустя несколько секунд остановился на нужном этаже, я загремела ключами, распахивая входную дверь и... в этот момент молчащий мобильник коротко оповестил о новом смс. Стас, никогда не отличавшийся настойчивостью в том, что касалось телефонного общения, сейчас упорно добивался моего внимания. Что-то случилось?

- Разувайся и проходи, я сейчас, - указала Тимуру в сторону гостиной и первой скрылась в глубине коридора.

Электронное сообщение на экране сотового было слишком неинформативно: "Перезвони, когда освободишься". Окей... будем считать, что я свободна.

- Я тебя разбудил? - первый вопрос Стаса был, как всегда, оригинален. Никаких приветствий и нежностей. Он не один?

- Сейчас почти полдень вообще-то, - откликнулась автоматически, убирая с кожаного дивана свой халат. Может, уже пора отправить его в стирку?

- Ну, вдруг ты отсыпаешься после вечеринки с Димоном, - Стас, конечно, прикалывался. Ему ли не знать, что даже после бурно проведенных ночей я не большой любитель grasse matinee (фр. -дословно - "жирное утро", "долго валяться в постели", прим. автора).

- Нет, последнюю неделю он развлекается без меня.

- Да. Кажется. Он просто еще не успел тебе рассказать, - флакончик с духами отправился на полку. - Ты кстати уже вернулся в Москву? Или звонишь из Парижа?

- Вернулся. Мы приземлились час назад. Я уже на Ленинградке, кстати.

- Только ручная кладь, - маленькие гантели переместились в кладовку. Вчера я хорошо позанималась перед экраном ТВ. - Кси, что ты делаешь?! - вопрос, заданный Стасом после паузы, застал меня на полпути в ванную. Халат все-таки было решено отправить в корзину с грязным бельем.

- Эм... Я? Ничего. У меня небольшая уборка и все такое. Ты, кстати, что-то хотел?

- Хотел с тобой поболтать. В Париже удалось встретиться с парой нужных людей. У меня есть для тебя пара интереснейших предложений.

- Стой, стой... Стас. Давай чуть-чуть попозже. Сейчас не очень удобно. Я сама тебе...

- У тебя гости? - в голосе и интонациях Стаса мне послышался легкий холод. Едва заметное напряжение. Не ревность, конечно. Но что-то отдаленно напоминающее ее.

Называть имена не было смысла. Но и скрывать правду - тоже. Нейтральное "гости" звучало лучше, чем бывший парень, заглянувший без предупреждения на огонек.

- Они скоро уходят? - акцент, сделанный на первом слове, только подтвердил мою догадку. А ты оказывается собственник, Стас. И мне понадобилось столько времени, чтобы выяснить это? Воистину стоит сказать спасибо Тимуру. - Я приеду к тебе минут через... тридцать.

- Полчаса?! - я замерла посреди гостиной и оглянулась через плечо.

На стене возле книжного шкафа висело одно из произведений искусства - моя любимая вещь в этой квартире - старинные позолоченные часы с причудливым рисунком на циферблате. Взгляд медленно переместился на Тима, так кстати или так некстати оказавшегося рядом со шкафом. Керимов, заметивший мой интерес, тут же вопросительно вскинул одну бровь. "Что-то не так?"

Я отрицательно качнула головой, улыбнулась невинно и поспешила выйти из комнаты. Нужно что-то решать со Стасом.

- Нет, - выдохнула и подмигнула сама себе в зеркальном отражении прихожей. За чем бы ни пришел ко мне Керимов, наш разговор с ним может затянуться. Пять минут поговорить, пять минут на "проводить". А еще мне нужен как минимум час на депиляцию, макияж и укладку. Если у Стаса и были планы на меня и сегодняшний полдень, то я узнала о них слишком поздно. Sorry!

- Я могу тебя подождать, - совершенно неожиданно предложил Калугин. - Ты сваришь кофе, включишь какой-нибудь сериал, я поболтаю с твоими знакомыми, пока ты будешь собираться. И...

Ревность - плохое чувство, Стас. Ты сам говорил мне об этом.

Я хмыкнула, оценивая по достоинству попытку мужчины. Ему ведь, и правда, ничего не стоит приехать прямо сейчас. И, может быть, наш разговор на "троих" получится не таким напряженным и страшным, как рисует мое воображение. Может быть...

Но проблема в том, что я не хочу соглашаться на компромиссы. Пусть кто-то сочтет это мелочной местью с моей стороны, дешевым способом что-то доказать чужому будущему мужу. Все так. Но я не хочу... и не буду принимать условий этой игры. Я так устала...

- Нет, - повторила во второй раз. И вот теперь мой голос звучал ровнее. - Не получится.

- Другие планы, - Калугин все-таки рассмеялся. - Ну, смотри. Тогда я еду на обед в Пирамиду. Пробуду там примерно до двух. Позвони, когда твои дела... решатся.

И ни грамма сарказма и желчи. Понимающий вздох.

***

Тимур ждал моего возвращения на том же самом месте, где я оставила его пять минут назад. С книгой в руках, прислонившись плечом к стене, он с любопытством изучал содержимое моего книжного шкафа.

- Ты это читаешь? - спросил, бросая быстрый взгляд на меня и поворачивая обложку книги так, чтобы мне было видно название.

Я замерла на несколько секунд, разглядывая точеный профиль Тима. Никакого сарказма в его голосе не было. Но почему меня так насторожил его снисходительный, такой хорошо мне знакомый тон?

"Удивлен, что у меня есть мозги?!" - фраза просилась на язык и почти обжигала губы.

- Это введение в Методы Монте-Карло, от Бернара Лапьера, - Тимур по-прежнему продолжать держать книгу в руках, но я уже сделала шаг ему на встречу и прикоснулась к обложке. Пальцы задумчиво скользнули по кожаному переплету. - Подарочное издание. Видишь, теснение золотом? - я повторила очертания букв на корешке книги. - Она отлично вписывается в интерьер. Кожа и золото. Дорого смотрится, правда? - Я позволила себе невинно улыбнуться и через секунду, вытащив книгу из рук Тимура, вернула ее на полку. - Позволишь предложить тебе чай?

Вопрос прозвучал в точности, как я и хотела. Образ наивной блондинки уже давно был отточен до совершенства. Михайлов говорил, что выдать меня может лишь напряженный взгляд.

Ладно, значит, сейчас скромно потупим глазки.

- Думаешь, я откажусь? - Тимур ответил после паузы, словно несколько мгновений подбирал слова.

- Нет, - покачала головой и призналась, - хочу, чтобы ты согласился.

Улыбка Тимура на мгновение потеряла свою широту. Опять удивлен?

- Кухня вот там, - указала в сторону коридора и отвернулась от задумавшегося о чем-то Тима. - Присоединяйся, когда закончишь. С чтением, я имею в виду.

Керимов передернул плечами, нахмурился... И остался стоять у шкафа, провожая меня недоуменным взглядом. Что ж, хотя бы в этом он не изменился. За деревьями Керимов, по-прежнему, не видел леса.

Я вышла из гостиной, улыбаясь своим мыслям. Неразговорчивый и напряженный Тимур в моей квартире спустя пять лет после нашей последней "нормальной" встречи смотрелся нелепо и глупо. Совсем не так, как в доме своего брата. Может, все дело в том, что там он чувствовал себя уверенней и спокойней?

На кухне я шире распахнула окно, позволяя теплому ветру игриво дернуть краешки желтой шторы. Налила воды в электрический чайник и достала с полки вазу с конфетами и печеньем.

Чашка, которую я держала в руках, с глухим "бам-с" приземлилась на стол. Точнее пристеклилась. Я тут же потерла место удара пальцами, проверила стеклянную поверхность на предмет трещин. Еще не хватало вот так по глупости испортить сделанный на заказ предмет интерьера. И хотя за два года мы со Стасом довольно часто проверяли его прочность, сегодняшний день по закону подлости мог стать последним для образчика Итальянской моды.

Я оглянулась на Тима, с удивлением отмечая, что он рассматривает кухню, замерев в дверном проеме и будто не решаясь переступить воображаемую черту.

А ведь это всего один шаг, Тим. И я не кусаюсь, помнишь?

- Нравится? Дизайнеры постарались на славу, - я тоже окинула комнату быстрым взглядом.

Бледно-розовый цвет стен с оранжевыми разводами и кляксами в самых неожиданных местах отлично сочетался с деревянной отделкой кухонной мебели. Столешница из розового гранита, по стоимости соперничающая с "фаршем" всей кухни в целом, была заставлена техникой. Хромированная микроволновка, аэрогриль, хлебопечка...

- Нравится. Получилось оригинально, - в ответе Керимова не было ни показного энтузиазма, ни восторга от хорошо проделанной работы художников по интерьеру. Ленивая небрежность скользила в каждом его жесте, когда Тимур, наконец, оставил в покое дверной проем и, отодвинув один из кожаных стульев, сел за стол.

- Ты обещала чай, - напомнил с крохотной улыбкой на губах.

- Конечно, сейчас все будет, - отозвалась вежливо и потратила две минуты на сервировку.

Керимов все так же молчал. Он вообще был сегодня немногословен. Его поведение, нервное и отстраненное, вдруг напомнило мне наш разговор пять лет назад. В тот день в больнице Тимур так же долго искал слова, чтобы рассказать мне о своих планах. Он был зол на меня за все случившееся накануне и все же кое-что хотел от меня получить.

Неужели, в этом все дело? Ему опять от меня что-то нужно?

Я поставила перед Тимуром чашку и села напротив него.

- Почему ты не позвонил? - спросила тихо и уставилась на Тима, разглядывая его внимательней и отмечая про себя все изменения в его внешности. Дорогие часы на левом запястье, морщинки в уголках глаз и на лбу. Четкую линию губ...

- У меня нет твоего телефона, - последовал короткий ответ. Керимов сделал первый глоток из чашки.

- Но при этом ты знаешь, где я живу. Может, было бы проще выяснить мой номер вместо того, чтобы караулить во дворе?

Керимов вскинул голову, встретился со мной глазами.

Наверное, в другой жизни я бы уцепилась за эту фразу. Ксения Ветрова пять лет назад точно бы разозлилась. Она бы фыркнула Тимуру в лицо и заявила о том, что в такую нелепую ложь никогда не поверит. Но правда нашей жизни такова, что каждый человек делает лишь то, что хочет. Не звонит, когда ему это не нужно. И ищет встречи только тогда, когда у него возникает желание поговорить.

Повисла дурацкая пауза. Тим посмотрел на меня так, словно пытался понять, что у меня на уме.

- Хорошо? - переспросил через некоторое время. И в его голосе отчетливо слышались удивление и злость. - И все?!

- И все. - Я кивнула и, заметив раздраженный взгляд Тима, со вздохом объяснила. - Нет ничего плохого в том, что ты хочешь меня увидеть. Было бы хуже, если бы ты не хотел...

Керимов дернулся так, будто я со всего размаха ударила его по лицу.

- Ты неподражаема! - Тимур резко отодвинул стул и поднялся из-за стола. - Своими фразочками даже сейчас ты умудряешься выводить меня из себя. Как тебе это удается?

- Даже сейчас? И что, по-твоему, это значит? - я не двинулась с места, глядя на Тима снизу вверх.

- А что это может значить? Скажи мне сама. Ты нарочно все усложняешь!

Какой всплеск эмоций! Даже Михайлов в своем раздраженно-едком сарказме бывает куда менее патетичным, чем Тим. Я и забыла, что Керимов временами превращается в свинью. Стоит признаться, что мы, похоже, никогда друг друга не понимали.

- Тим, - я поднялась со стула и прежде, чем Тимур успел что-то сказать, успокаивающе коснулась кончиками пальцев его руки. - Ты же сам ждал меня перед домом, сам согласился подняться со мной наверх. Я не звала тебя сюда, не просила со мной встречаться. Что же, по-твоему, я делаю сейчас не так? За что ты на меня злишься?

Мои слова возымели странный эффект. Тим вдруг резко отвел взгляд, уставившись в окно за моей спиной.

- Наш разговор похож на беседу слепца с глухим, - в отчаянье я опустила руки и, оставив Тимура в покое, отошла в сторону шкафа. Принялась переcтавлять стоящие на полочке чашки. - Я, как всегда, совершенно тебя не понимаю. Может быть, ты просто скажешь, что привело тебя ко мне? И мы поскорее покончим с этим?

- Это уже становится смешным, - пробормотала себе под нос, окончательно расстроившись. Наверное, Марр была права. Если бы наши отношения с Тимуром продлились тогда...пять лет назад, мы бы все равно закончили неизбежным разрывом. Такие разные люди, как мы, никогда не смогли бы быть вместе.

Я вспомнила вдруг наше общение со Стасом. Мы никогда... никогда не ссорились и никогда не разговаривали друг с другом так, как мы говорим сейчас с Тимом. Калугин понимает меня с полу-слова и терпеливо объясняет мне все, о чем я не могу догадаться без его подсказки. У Керимова, конечно, нет ничего общего с этим мужчиной.

- Что тебе от меня нужно? - я снова развернулась к Тимуру. - Ты можешь просто сказать? Это Лешка попросил тебя об этой встрече?

- Почему ты так решила? - Тим нахмурился, опустил глаза. А еще через секунду снова вернулся за стол. Забытая чашка чая опять оказалась в его руках.

- Тимур, черт бы тебя побрал, я не умею читать мыслей!

- О. Так значит, ты по-прежнему бесишься из-за меня!

И столько торжества в голосе. Поймал меня на 'горячем', верно?

- Нет... - покачала головой, - конечно, нет. Это ты хочешь, чтобы я бесилась... Из-за тебя. Почему?

Моя попытка вывести Тимура на чистую воду не имела успеха. Парень вновь усмехнулся.

- Не копай так глубоко, - посоветовал, крутя в руках дурацкую чашку чая. - Я просто констатировал факт.

- О, боже! Керимов! Мы можем продолжать в том же духе до ночи. Ты слово. Я слово. И так до бесконечности до тех пор, пока кто-то из нас не сорвется первым. Но, знаешь, Тим... Мы больше не в школе. Может, ты скажешь мне, наконец, зачем пришел?!

- Точно. Я патетичная идиотка! Ты уже говорил мне об этом... лет пять назад. Так как для тебя за это время, похоже, ничего не изменилось, ради бога, или говори, что тебе нужно, или убирайся ко всем чертям!

Последние слова я почти кричала, едва справляясь со своей злостью. Хотелось запустить чем-нибудь в ухмыляющуюся мордашку этого придурка. Который, к слову сказать, смотрел за вспышкой моей ярости почти с... любовью. Не иначе, он ловил кайф от того, что довел меня до состояния 'Ветрова - как она есть, пять лет назад'. Идиот. В этом мире действительно ничего не меняется.

Слова сорвались с языка Тимура раньше, чем он сообразил, как глупо они звучат. Я усмехнулась и молча уставилась на парня.

Ну, что общего между мной и Керимовым-младшим?! Как мне оставить его в покое больше, чем сейчас?

- Ты ничего не скажешь? - Тим первым нарушил повисшее между нами молчание. Я же беззастенчиво пользовалась моментом, чтобы лучше его рассмотреть.

- А ты что-то хочешь услышать? - искренне удивилась. - Разве ты еще ничего не решил для себя?

Керимов нахмурился, признавая тот факт, что мое предположение правда на сто процентов. Я лишь грустно ему улыбнулась. Говорить действительно было не о чем. Эта встреча никакого значения не имела.

- Лешка не собирается возвращаться в Лондон - признался вдруг Тим. - Он хочет остаться в Москве. Из-за тебя.

Я фыркнула. Если кто-то и может поверить в эту чушь, то только Керимов. Ну, не осел ли?

А Лешка, конечно, хорош. Маленький манипулятор!

- Ты веришь в это? - спросила с любопытством у Тима. - Лешка так глуп, что бросит учебу за границей? Пойдет против воли своей семьи? Рискнет своим будущим и карьерой? И все это - ради меня?!

Лично мне это казалось смешным. Правда, смеяться совсем не хотелось.

- Ты не знаешь моего брата, - Керимов вздохнул и откинулся на спинку стула, разминая затекшие плечи. - Он сделает это только ради того, чтобы, как следует, потрепать всем нервы.

- Бинго! Супер! Вот твой ответ. Слова Лешки не имеют ко мне ни малейшего отношения. Я лишь повод. На моем месте могла бы оказаться любая подходящая юбка.

- Юбка... - повторил задумчиво, что-то вспоминая. - Да, все верно, - вновь посмотрел на меня. - Но все-таки... Очень тебя прошу. Держись подальше от моего брата. Не делай положение моей семьи хуже, чем оно есть. Леха и без тебя не дает никому расслабляться.

Я вскинула голову и сделала несколько глубоких вздохов, прежде чем ответить.

- Я сказала - убирайся. Наш разговор закончен.

- Нет, Керимов. Ты ошибаешься. Я ни капли не злюсь. Мне просто мерзко находится с тобой в одной квартире.

Тимур всикнул одну бровь, уставился на меня с интересом. И, конечно, не двинулся с места, даже когда я вскочила со стула и указала ему на дверь.

- Извини и все? - я усмехнулась. - А где же падение на колени и взгляд потерявшегося щенка? Нет? Не в силах изобразить раскание века? Отлично! Тогда поднимайся и проваливай из моей жизни. Вместе с твоей семьей!

Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядом.

- Мы же можем общаться иначе. Не ссориться, не кричать друг на друга. Ты помнишь?

В словах Тимура была легкая грусть. Я же чувствовала только горечь. И сколько не притворяйся, мне никогда не избавиться от нее. Точно не тогда, когда Керимов так вдохновенно говорит о нашем прошлом.

- Нет. Я не помню. Это было в другой жизни и, вряд ли, с нами.

Керимов кивнул, отвел взгляд, чтобы почти тут же встать из-за стола и выйти из кухни. Уже в прихожей, напротив входной двери, он вдруг замер и через плечо обернулся ко мне.

- Спасибо за чай. Я не знал, что ты теперь пьешь вишневый.

- Что? - я облизнула губы, чувствуя на них оставшийся аромат вишни. Ненавистный еще с детства запах теперь стал отчетливо "слышен" по всей квартире. Несколько мгновений я ошарашено смотрела на Керимова, пытаясь вспомнить, откуда на моей кухне взялась распакованная коробка этой... дряни! Я же не могла купить ее сама!

- Мне подарили. Не пропадать же хорошему чаю, - ложь легко сорвалась с губ. А я пожалела, что не могу поверить в нее сама. Ехидный внутренний голос уже отпускал один комментарий за другим.

Ага, кто это, интересно, из моих друзей мог подарить бы мне пачку чая? И с какой стати, я вдруг бы стала его пить?

Собственная память любезно показала мне картинку, как в Ашане неделю назад, не чужая - моя - рука тянулась к вполне конкретной полке. Я выбрала сама. Именно вишневый. Именно тот, который любит Керимов...

- Отлично, - улыбнулся. - Теперь я знаю, у кого в запасах всегда найдется упаковка вишневого пуэра. Нам надо увидеться снова, Кси. Ну, чтобы я помог тебе с чаем.

- Только попробуй! - возмутилась шутливому обещанию Керимова так, будто он изощренно пытался мне угрожать. - Я больше не пущу тебя на порог!

Тим фыркнул и, уже стоя на лестичной клетке, признался.

- Я это уже понял. Хороших выходных тебе... Ветрова.

Он думает, я запущу в него попавшейся под ноги туфлей? К чему так улыбаться, когда говоришь гадость?

- Счастливой семейной жизни, Керимов, - пожелала с вежливой улыбкой и посоветовала на прощанье. - Больше не попадайся на моем пути.

Прежде, чем Тимур успел ответить, я захлопнула дверь.

***

Удивительно, с какой легкостью девушки умудряются делать из мухи слона. Вот сейчас мы обсуждаем с ней планы на выходные, а в следующую секунду она, как бульдог, цепляется за какое-то мое слово, и потоки претензий и упреков вдруг срываются с ее губ.

Доходит порой до смешного. Во время скандала всплывают отголоски историй, произосшедших несколько месяцев назад. И ей абсолютно плевать, что я уже не помню деталей! Зато она, хм. Она накручивает себя до тех пор, пока не разразится слезами. Ей бесполезно что-то доказывать и объяснять.

Там, где Яна была мудрей и расчетливей, Анютка ведет себя, как подросток. Прямолиненое, бескомпромисное и требовательное дитя. Временами, это здорово меня раздражает.

Но, как философски заявляет отец, все мы получаем именно то, что хотели. С Аней - как раз этот случай. Никто не стоял с пистолетом у моего виска. Я сам добровольно выбрал эту маленькую нахалку.

Впрочем, это случилось целых три года назад.

Будто наркоман, переживший ломку и оставшийся без дорого "лекарства", я нашел отличную замену Кси. Нет, я, вряд ли, когда-нибудь искал ее специально. Но пять лет назад, не обнаружив Ветрову на занятиях в вузе, я был по-настоящему разочарован.

Пусть наше расставание вышло скомканным и жалким. Пусть я вел себя, как свинья, и Ксения, естественно, имела полное право на меня обижаться. Пусть! Я был не против того, чтобы она и дальше на меня злилась или избегала наших встреч в универе или снова едкими фразами доводила меня до иступления. Но, в конце концов, она была бы где-нибудь... Здесь.

Я не назвал бы это привязанностью или тягой. Лобовью??? Тем более! Тоска и сожаление тоже не те слова, которые подходили бы к описанию моих чувств. Я был просто разачорован поведением Кси. Сбежать с пятого курса в поисках лучшей жизни? Ксения была вполне способна на это. Но почему именно сейчас?

Вопрос, который я так и не решился задать Ветровой в то время, пока она еще появлялась в сети. А потом... прошло несколько недель, отношения с Яной закрутились совсем не по-детски, и мне стало не до Кси.

Тот год жизни с Яной запомнился мне калейдоскопом ярких вечеринок, постоянных ссор с родителями, едва не проваленными госами и... разрывом. Господин Литвинов лично приехал забрать свою блудную жену домой. А я даже не был этому против. Лили, как породистая овчарка, требовала слишком дорогого ухода. Ее запросы оказались не по карману ни мне, ни моему отцу. Месяцы спустя я искренне удивлялся, как у отца вообще хватило терпения снабжать меня и Яну деньгами, выполняя ВСЕ - абсолютно все - прихоти нашей пары. Может быть, отец заранее знал, что мы все равно будем недовольны друг другом? Окей. признаю. Мой отец оказался отличным провидцем. Все сложилось в точности, как он себе и представлял. Яне оказалось мало денег, внимания, наших с ней развлечений. Это перешло все границы и стало в конечном итоге невыносимо. Однажды я просто устал приходить к отцу за новой порцией хрустящих купюр. Еще через несколько дней на Янином горизонте вновь замаячила фигура ее недобывшего мужа, с которым она очень предусмотрительно не подала на развод.

Даже смешно, с какой скоростью Литвинов примчался на помощь Яне и без лишних вопросов и скандалов увез ее за собой в Москву. Но не мне судить этого человека. В истории с Лили мне и самому нечем гордиться.

С Аней мы познакомились несколько месяцев спустя после отбытия Яны в родные дали. И как бы это смешно не звучало, но эта девушка оказалась почти точной копией Кси. Встретившись с ней впервые в офисе отца (она устроилась на работу младшим экономистом), я был удивлен этим сходством. Вздорная, возмутительная, беспокойная. Ане всегда что-то от меня было нужно. Почти так же, как Ветрова, она пыталась учить меня жить. Не думаю, что это было так плохо. Большую часть времени, я получал удовольствие от перепалок с ней.

Но, может быть, дело именно в этом. "Большая часть" не есть "постоянно". Мне понадобилось несколько лет, чтобы это понять. И, к сожалению, это озарение не случилось со мной наподобие божественной вспышки... Может быть, тому виной мои постоянные сны о Кси. Первый из них приснился мне около года назад.

Тем вечером мы сильно повздорили с Аней, и я впервые убрался в гостиную, оставив разозленную фурию в нашей постели. После всех обвинений, что мы только что высказали друг другу, желания немедленно мириться, а тем более искать компромиссы с ней, не было совершенно.

***

Обреченным взглядом я обвела ювелирный салон. В этот вечерний час никого, кроме меня и девушки-консультанта, не было в огромном зале. Кажется, всего минуту назад я была безумно рада этому факту. Никто не собирается мне помешать. Никто не отвлечет пустым разговором.

Девушка-консультант, заметившая меня у одной из витрин, с безупречной улыбкой выплыла из-за центральной стойки и грациозно, как балерина, скользнула ближе ко мне.

- Вы хотели бы что-нибудь примерить? - блондинка лукаво мне улыбнулась и с намеком опустила свой взгляд на сотни алых подушечек, спрятанных под стеклом.

На мгновение девушка отвернулась в сторону соседней витрины, давая мне время без лишних раздумий стащить с руки дурацкое кольцо.

Вот так. И сделаем вид, что от мыслей о свадьбе избавиться так же просто, как и от вульгарного бриллианта.

- Вы ведь в курсе, что это Trinity? - улыбка девушки стала сияющей и теплой, словно мой выбор действительно ее впечатлил. Я равнодушно кивнула. Не узнать сплетение трех колец из белого, желтого и розового золота было довольно сложно. - Картье создал его в 24-м, как символ абсолютной Любви в трех ее ипостасях - Дружбы, Страсти и Верности. Оно прекрасно, взгляните.

- Я знаю, - пробормотала со вздохом, примеряя на руку драгоценную безделушку и думая о том, что мой собственный перстень с безвкусным бриллиантом есть более доказательство помешательства, чем чего-либо еще.

- Вы не хотели бы его отложить? Для вашего избранника? Услуга бронирования стоит всего две с половиной тысячи рублей. Я выпишу вам квитанцию, и вашему жениху в день покупки останется лишь сообщить номер брони, - девушка вежливо забрала из моих пальцев кольцо и поместила его обратно на алый держатель.

В руках так вовремя оказался мой кошелек (когда я успела вытащить его из сумки?), и безо всяких сомнений я протянула улыбающейся продавщице пластиковую карту. В девичьих глазах на мгновение мелькнул страх

- Но... вы уверены? Это плохая примета. Может быть, не стоит так торопиться? Ваш будущий муж мог бы приехать сам и...

- Не думаю, что стану так его беспокоить. Я могу сама позаботиться обо всех мелочах, - возразила уверенно и снова уставилась на кольцо. - Оно отлично будет смотреться с моим нарядом.

- О.. Ну да. Хорошо. Как пожелаете, - девушка резко выхватила кредитку из моих рук и почти бегом направилась к кассе.

Она испугалась, что я передумаю в последний момент? Вот это, вряд ли.

Да, я сама не верила в то, что по-настоящему хочу сделать это. Для чего мне второе кольцо?

Нонсенс. Идиотизм. Это попахивает даже не шизофренией, а разжижением мозга. Но...

Но одно дело понимать всю алогичность своих поступков, и совсем другое - вовремя сказать себе 'хватит'. Я так и не смогла разобраться с этим помутнением рассудка и не остановила девушку-консультанта, выписывающую мне чек. Часть меня озабоченно повторяла свои вопросы 'что я делаю здесь? И зачем ЕГО покупаю?'. Но упрямое подсознание не желало внимать обеспокоенному гласу рассудка. Мне отчего-то было необходимо получить в свои жаждущие лапки легендарный символ Любви.

Додумать я не успела. Вернувшаяся к стойке продавщица протянула мне фирменную коробочку Картье, и я, неожиданно постеснявшись своей спонтанной покупки, поспешила убрать ее в сумку.

- Заходите к нам еще раз, - пожелали мне на прощание, прежде чем за моей спиной беззвучно закрылась стеклянная дверь.

Я даже вздрогнула от подобного предложения. Сейчас бы вернуться домой и придумать, что делать с имеющимися двумя. Что сегодня вообще на меня "накатило"?

Озабоченная этими мыслями, я не сразу обратила внимание на то, как тревожно стук моих каблуков гулким эхом катится под сводами торгового центра. Не может быть! "Смоленский пассаж ", конечно, не так многолюден, как 'Золотой Вавилон', но разве в центре Москвы хоть один магазин пустеет после захода солнца?!

В растерянности я остановилась и оглянулась по сторонам в поисках покупателей и незаметной, но обязательной в подобном месте охраны. Никого. Только полумрак огромного зала давил на мои плечи, да абсолютная тишина заставляла дрожать от всколыхнувшегося в душе детского страха.

Оскальзываясь на мраморных плитах, я инстинктивно бросилась в сторону двери, отделяющей меня от свободы. Там улица, Садовое кольцо и сотни прохожих, торопящихся по своим делам. Главное добраться до...

Высокий каблук неожиданно подломился, и я едва не рухнула под ноги пожилому мужчине в черном пальто. Из глубин памяти пришла то ли подсказка, то ли обманное чувство. Мы с ним, вроде бы, где-то уже пересекались.

- С вами все в порядке? - вежливо поинтересовался мужчина, поддерживая меня под локоть и не подавая вида, что мы с ним виделись раньше. Наверное, мне показалось.

Знакомый незнакомец кивнул и, не прощаясь, уверенным шагом ушел прочь от меня, куда-то вглубь темного зала. Некоторое время я удивленно смотрела ему вслед.

Откуда он взялся и почему не боится мертвой тишины торгового центра. А, может быть, это только я замечаю ее?

Развернувшись, я толкнула тяжелую дверь и выбралась, наконец, из ловушки для сумасшедших, еще никогда не ощущая себя настолько больной.

На улице кипела жизнь, машины разноцветными кляксами неслись по Садовому кольцу, притормаживая на светофорах. Мокрый снег клочьями сыпался с небес, и мои длинные волосы намокли почти моментально. Несколько коротких прядей тут же прилипло к щекам.

- Вы свободны? - спросила у первого попавшегося таксиста. Молодой человек улыбнулся и, отбросив в сугроб сигарету, приветливо распахнул передо мной дверь авто.

Я нырнула в теплый салон, наслаждаясь запахом хорошей кожи и дорогих сигарет. Аромат терпкого табака щекотал мои ноздри. Не задавая лишних вопросов, водитель коснулся руля. Связка ключей звякнула в его ладони.

Молодой человек снова мне улыбнулся и, прежде чем завести мотор, нажал пару кнопок на приборной панели.

Умоляющий голос AtomicTom раздался в колонках, завораживая и выбивая почву у меня из-под ног. Эта песня была последней из всех, что я хотела услышать.

Удивленная и разозленная, я пропустила момент, когда машина тронулась с места.

'Я не хочу оставаться дома, я не хочу оставаться дома, Забери меня!'

Слова повторялись, один раз, второй. Накал страстей достигал своего апогея. В какой-то момент в голосе певца я вдруг уловила до боли знакомые нотки.

Так значит, он хочет, чтобы я сделала первый шаг?

Рука скользнула в карман, извлекая на свет недавнюю покупку. Cartier... Символ Любви. Это ли мой выбор?

Не зная ответа, я обратила свой взгляд на мелькающую за окном рекламу. С одного из ярких щитов мне подмигивал незнакомец из торгового центра. 'Иди и сделай!' требовал мужчина с плаката и улыбался так, что сомнений не оставалось. Все будет только так, как я захочу.

Я улыбнулась, расслабилась и позволила себе удобнее устроиться в кожаном кресле. Пальцы спрятали в кулак тоненькое колечко. Мысли больше не были заняты моей ненастоящей свадьбой. Я думала только о том, что в этот вечер сама судьба привела меня в ювелирный салон.

- Куда вас отвезти? Вы не могли бы назвать ваш адрес? - вопрос таксиста, взглянувшего на меня в зеркало заднего вида, был произнесен в нужное время.

- Могу, - прошептала, все еще пребывая в раздумьях. А через мгновение уже уверенней произнесла, - Сколько вы возьмете за дорогу до ... Энска?

***

Можно сколько угодно пытаться выкинуть из головы все мысли о пугающем меня "сюжете" собственного сна. Но все то же подсознание упрямо отказывается это делать. И чем больше проходит времени, тем чаще я вспоминаю, о том, что мне снилось в ту ночь. Не нужно даже сильно стараться, чтобы сложить осколки яви и сна в одну картинку.

Накануне вечером мы впервые серьезно поссорились с Аней. Полгода совместного проживания без лишних стрессов и выносящих мой мозг женских истерик, и все ради чего? Для того, чтобы в один прекрасный день за ужином при свечах (только не думайте, что это романтичная чушь была моей идей), заявить мне, что я первостатейный козел?

Извини, Ань, но я это знаю и без твоих нотаций. У той же Ветровой подобные обвинения звучали всегда острее и жестче. Быть может, потому что ей ничего от меня не было нужно?...

Кстати, вероятно, это и есть одна из причин, по которой мне приснился сон с Ветровой в главной роли. Во время ссоры с Анютой я думал почему-то о Кси. Впервые сравнивал этих двух, совсем непохожих друг на друга девчонок. Возраст, внешность и стиль одежды, даже манера общаться - все другое. И все же. В повадках, наклоне головы, в кривлении губ и пронзительных взглядах Ани во время скандала, первого настолько крупного за несколько лет, я увидел знакомые еще со школы ужимки и манеры Ксюши. Это могло бы показаться забавным, если бы не Анин список претензий.

Я на мгновение отвлекся от разозленной девушки и попытался представить, как бы вела себя Ветрова на ее месте. И не смог. Кси, с яростным блеском в глазах доказывающая мне, что я должен на ней жениться? Что полгода проживания вместе не имеют значения? Что меня не волнует дальнейшая Ань... то есть, Ксюшина судьба? Ее необходимость стать матерью, как можно раньше? и бла... бла... бла.

Чтобы Ветрова опустилась до такого? Нет, унижение точно не входит в число Ксюшиных приоритев. Но Ане было плевать на то, как дешево и глупо звучат ее нападки. Мне оставалось только терпеть и ждать, когда тайфун с ее именем, наконец, утихнет. Сам по себе. Я же в этой ссоре был абсолютно бессилен. Доказать свою точку зрения девушке, которая села на своего любимого конька? Нет, это почти нереально.

С женщинами вообще временами бесполезно спорить. Иногда невыносимо их слушать. А порой - за лучшее станет развернуться и молча уйти, позволив маленькой фурии на твоей кухне делать все, что она захочет. Ане надо прийти в себя. И мне, пожалуй, тоже...

Я впервые ночевал один и впервые против собственной воли (но с легкой подачи Анюты, ес-нно) думал о перспективах обзавестись женой.

- Ты не делаешь ничего для того, чтобы мы стали настоящей семьей! Сколько еще это будет, по-твоему, продолжаться? - обвиняющий голос Ани все еще звучал в моих мыслях.

- Мы уже семья, - коротко возразил, пытаясь идти по самому легкому пути. Чем меньше сказано, тем меньше возможностей у Анюты прицепиться к моей неосторожной фразе.

- Эту пародию на совместную жизнь ты называешь семьей? - Аня с горечью усмехнулась. - Я хочу детей, между прочим!

Я мог бы сказать ей об этом прямо в лицо, но тогда, вряд ли бы, Анюта успокоилась в ближайшее время. И, вряд ли бы, наш скандал не затянулся еще на несколько часов. Это тоже дурная привычка моей подружки: как в плохой пьесе повторять одну и ту же мысль на разные лады. Но смысл всех ее претензий все равно сведется к единственной фразе: "Ты козел и делаешь мне больно". Мне останется только застрелиться после глубокого осознания собственной вины.

Эти замашки Ани были изучены мной еще в первые несколько недель нашего стремительного романа, и я без труда научился обходить все острые углы. Но в этот раз...

В этот раз все было иначе. Разговор на повышенных тонах о свадьбе, вряд ли, удастся прекратить, заткнув потенциальной супруге рот поцелуем. Не тот случай. Аня все же не Кси. Моя девушка так просто не сдастся.

- Извини меня за вчерашнее. С настроением что-то творится последнее время, - невинно прошептала Аня, ранним утром забираясь ко мне под одеяло. Повозилась немного, оплетая руками-ногами, чтобы удобнее устроиться на узком для нас двоих диване. - Ты же не будешь сердиться?

- Нет, Ань, - откликнулся сонно, сделав логичный вывод, что поднимать 'больную' тему в ближайщее время лучше не стоит. - Но в следующий раз давай обсуждать планы на совместное будущее без слез. Иначе однажды тебе не с кем будет их обсуждать.

Аня покорно вздохнула, играя в хорошую девочку, понимающую меня с полуслова принимающую меня таким, какой я есть.

Я почти пожалел, что моя угроза вышла настолько смешной и слабой. На тройку с натяжкой. Впрочем, объективно говоря, едва проснувшись и все еще пребывая под впечатление от недавнего сна, я был не в состоянии 'кастовать' блестящие мысли. К тому же через пару секунд я все равно не смог бы выдать ничего, кроме бессвязного 'мм-м'. Пальчики Ани в этот момент опускались все ниже по моему животу, и ничего, кроме собственного удовольствия меня не волновало.

Димка несколько секунд гипнотизировал взглядом мобильник, прежде чем решился поднять трубку.

- М-да уж, какие люди. Ты объявился, значит, - пробормотал без энтузиазма и лениво потянулся в кожаном кресле. - Тебе что-то понадобилось от меня?

- Бра-атан, ты полегче. Я просто тебе позвонил.

- А я просто тебе ответил. Какие ко мне вопросы? Или ты ожидал радостных воплей?

- Дружеской поддержки я ожидал, Димон, - Лешка расхохотался приглушенно и добавил спустя мгновение. - Я бы не отказался от твоего совета.

- Ну, разумеется, - Димка зевнул, прикрывая ладонью рот. - Даже не сомневался... Так что ты, говоришь, задумал?

- Тогда не ломайся, как девка. Чего тебе надо?

- А ты ведь наглеешь, Леха. У тебя есть час, чтобы до меня добраться. Опоздаешь - пеняй на себя.

Объемный рисунок на стенках бокала приятно холодил мои пальцы. Несколько минут назад я сделала последний глоток Каберне-Савиньон и сейчас вместо того, чтобы вслушиваться в речь Андрея, задумчиво вертела в ладонях пустой бокал. Взгляд то и дело метался по залу в поисках нерасторопного официанта. Молодой парень, увлекшись разговором с клиентом, не торопился обращать внимание на наш стол.

- Эм... Извини, что? - я вдрогнула, прогоняя из мыслей туман и удивленно разгядывая Флейма. Секунду назад друг рассказывал о своем адвокате. Так к чему же относился его последний вопрос?

- Ты не слушаешь меня, Кси, - Андрей констатировал очевидный факт и раздраженно прищурился, стиснув зубы. С недавних пор это стало его любимым выражением лица.

- Слушаю, - возразила тихо, не собираясь врать, но и не признавая свою оплошность, - просто задумалась о том, что ты будешь делать. Марр ведь увезет Вику, если ты...

- Мы с ней уже обо всем договорились, - перебил меня друг. - Моя дочь пока никуда не едет.

Резкий ответ Флейма заставил меня поежиться от неприятного холодка.

Мы встретились с Андреем, чтобы поговорить о его разрыве с Мариной. Но что же такого я пропустила, если друг так грубо пресек мою попытку спасти 'лицо'? Какую грань я только что переступила?

- То есть? - я несколько растерялась, судорожно пытаясь вспомнить, что же Андрей говорил о своей жене. И говорил ли вообще?

- Я тебе все рассказал десять минут назад, - друг облегчил мою задачу и кисло мне улыбнулся. - А вот что с тобой происходит?

- Ничего, - откликнулась поспешно и спокойно посмотрела Флейму в глаза, пытаясь убедить нас обоих в том, что со мной все отлично.

Не знаю, кому из нас это было нужно. На душе у меня скребли кошки, и временами отчаяние вязким комом давило на сердце, мешая дышать. Но мое состояние и мои мысли... зачем сейчас углубляться в эти проблемы? Так ли нужно это Андрею? И хочу ли этого я сама?

- Знаешь, эта рабочая неделя вышла такой суматошной...

- Только не надо меня дурить, окей? - Андрей сдвинул брови и сложил на груди руки, всем своим видом показывая, что разозлен. - Меня Марина затр*ла своей ложью.

Так вот в чем причина? Флейм сравнивает меня со своей женой?! Что ж, значит, тем более мне не стоит делиться своими размышлениями с другом. Он, вряд ли, способен в таком состоянии услышать меня.

- Извини. Я, кажется, ненадолго уплыла в свои мысли. Но ничего такого. - И предвидя следующий вопрос Андрея, поторопилась ему предложить. - Только давай не будем говорить о моих заморочках?

- Ну, почему? - мужчина залпом допил вино и переспросил с сарказмом. - А что же тогда нам делать? О моих проблемах ты даже не хочешь слушать.

Моя невнимательность, похоже, послужит причиной ссоры.

- Бьешь ниже пояса, Флейм, - я укорила друга и устало потерла ладонями щеки.

Никогда раньше Андрей не злился на меня из-за такой ерунды. И то, что теперь он мог с такой легкостью завестись из-за мелкой проблемы (невежливого жеста с моей стороны, если сейчас разобраться). Этот факт показался мне говорящим о многом.

Я вдруг на мгновение посочувствовала Марр. Их отношения с Флеймом никогда не отличались особым теплом, но, если даже со мной Андрей умудряется вести себя так по-хамски, то, что же тогда говорить о его общении с женой?

- Извини, я малость увлеклся, - Андрей тяжко вздохнул и резко вскинул руку, привлекая внимание официанта. - Но и ты хороша, - добавил через пару секунд. - Не притворяйся, что ситуация с Мариной так сильно тебя волнует. Ты же думаешь о чем-то своем, Кси.

Сарказм и желчь в словах друга были слишком хорошо мне знакомы по моим перепалкам с Тимуром. Но Флейм столько лет был моим другом и до этого дня никогда не позволял срывать свою злость на мне. Семейная жизнь с Мариной так сильно его изменила?

- Давно ли ты стал так жесток? - поинтересовалась печально, даже не собираясь скрывать свою горечь. Ну, вот теперь еще и Андрей. Если так пойдет дальше, среди моих друзей останется только Михайлов. - Да, я задумалась на мгновение, - говорят, что признания от чистого серда смягчают окончательный приговор. - Но, может, обвинять меня в равнодушии еще слишком рано? Ради всего святого, не суди меня так же строго как свою Марр.

Пристыженный, Флейм несколько мгновений разглядывал край своего бокала.

- Не буду. Но давай тогда больше не будем о ней говорить. Она меня задолбала, - Андрей выдохнул сквозь зубы и почти сразу же начал атаковать. Ах, да. Это же лучший способ уйти от неприятного разговора. - Лучше мне расскажи, как давно ты начала витать в облаках.

- Я и в облаках? - усмехнулась кисло. - Когда это было?

Друг только фыркнул, и на некоторое время воцарилась полнейшая тишина. Я судорожно пыталась придумать, как спасти положение и свести наш разговор к безопасной теме. Если Андрей не хотел говорить о Марине, то я не горела желанием углубляться в свои проблемы. Не сейчас.

- А, кстати, что там с твоей работой? У тебя все в порядке? - я сделала первую попытку 'свернуть с дорожки' но, кажется, только усугубила дело.

- У меня все по-старому, Ксюш, - Андрей в первый раз за вечер мягко мне улыбнулся. - А тебя, я слышал, сделали боссом?

Облегченно выдохнув, я потратила несколько минут на рассказ о своем салоне.

- А что у тебя со Стасом? - Андрей прервал меня на середине фразы и обаятельно улыбнулся.

- С ним все, как обычно, - пояснила пространно, не желая углубляться в детали. 'Большая девочка' в состоянии разобраться со своими делами сама. - Мы встречаемся с ним, ты знаешь?

- Но у него через месяц свадьба, - Андрей чуть прищурился, разглядывая мою улыбку. Натянутую, какую же еще? - Или нет?

О, что же всех так волнует эта скользкая тема!

- Да. Он собирается жениться, - подтвердила как можно спокойней, но добилась только того, что Флейм насторожился после моих слов.

- И ты так просто заявляешь об этом? - спросил подозрительно, вызвав у меня желание немедленно пнуть его по колену.

Может быть, 'просто'. Может быть, нет. Но этот вопрос я точно не хочу обсуждать сейчас с другом.

- Мне надо плакать? - поинтересовалась у него удивленно.

При упоминании знакомого имени я едва не разбила бокал. Осторожно поставила его на стол и убрала от хрупкого стекла руки.

В чем логика Флейм? К чему ты сейчас вспоминаешь об одном из моих бывших? Тим не хуже и не лучше всех остальных. Да, он не проходной вариант и не мальчик на одну ночь. Но он и не мужчина всей моей жизни. Тогда почему же ты сравниваешь Стаса с ним?

- Не знаю, Ксюш. Не причем, если ты так говоришь, - Флейм вдруг усмехнулся. - Но в любом случае, ситуацию с Калугой трудно назвать нормальной.

- Это просто отличный секс, - фыркнула возмущенно.

Что же всех так волнует Стас? Даже Лида последнее время сочувственно на меня смотрит. Можно подумать, я не в курсе условий игры и расчитываю на безоблачное будущее рядом с этим мужчиной. Меня по-прежнему считают наивной дурой?

- Не сомневаюсь, - Андрей кивнул. - Но я за тебя волнуюсь.

- Не надо, - посоветовала Флейму. - Стас мой хороший друг. У нас все будет в порядке.

- Хочешь сказать, что вы не разбежитесь с ним после свадьбы? - Флейм вопросительно выгнул одну бровь, удивляясь моему цинизму.

Странно, что он не задает себе тот же самый вопрос. Или успел забыть, как полгода назад развлекался с одной из своих знакомых?

- Не вижу в этом проблем. У Стаса сейчас тоже хватает девчонок.

- Ты меня удивляешь, Кси. Это совсем на тебя не похоже.

Я хмыкнула. Образ пай-девочки, похоже, на всю жизнь прилепился ко мне. В глазах друга я еще долго буду оставаться ребенком.

- Притормози. С каких это пор мы говорим обо мне? - не выдержав, спросила у друга и протянула руку за своим бокалом. Официант, наконец, нашел время принести нам вторую бутылку вина.

- А ты куда-то спешишь? Или кто-нибудь ждет тебя дома?

Настала моя очередь изумленно смотреть на друга. Откуда взялось в Андрее столько сарказма?

- Нет. Я абсолютно свободна, - подтвердила через мгновение. - Теперь ты доволен?

- Скорей, удивлен. Куда же делся твой верный оруженосец?

- Ты о Димке? - переспросила, пытаясь выиграть время, чтобы придумать, как вести себя с другом. Наш разговор все больше меня напрягал.

Пренебрежение, новая порция желчи. Да, какого же хрена!

- Черт, Флейм! - я гневно сощурилась и схватила Андрея за руку, со всей силой, на которую была способна, вцепляясь в его ладонь. - С какой стати, ты делаешь это?

- Об этом! Мы хотели обсудить ситуацию с Мариной. Так при чем здесь Димка и Стас? Зачем ты начинаешь все это?

Андрей оттолкнул мою руку и откинулся на спинку своего кресла. Подальше от меня, да?

- Я уже говорил тебе, что волнуюсь. То, что ты делаешь со своей жизнью, не доведет тебя до добра.

- Не бреди. Мы не виделись с тобой несколько недель. А последние годы общаемся ... ну, скажи... без прежнего ... пыла? Ты больше понятия не имеешь, что происходит со мной. И ты даже представить не можешь себе, почему я встречаюсь со Стасом. Кстати, если говорить о тебе, я тоже понять не могу, для чего ты позволил Марр задержаться? И, если она была так тебе дорога, зачем встречался с другими?

Андрей нахмурился, но после моих слов нападать на меня не спешил.

- Это совсем другое, - возразил сухо, словно не желая развивать эту тему. Но, в отличие от него, я не могла так быстро 'перегореть'. Жажда справделивости требовала продолжить дебаты.

- По-моему, одно и то же. Мы выбираем себе партнеров из тех, кто оказался рядом в нужный момент. Или я не права?

- Выбираем тех, кто удобен и тех, кто не сильно нас напрягает.

- К тому, что Стас устраивает меня во всем! Мне от него ничего не нужно.

- Ты лукавишь, - Флейм не поверил ни одному моему слову и сарказм в своем голосе он даже не стал скрывать. Неужели, мои мысли так для него очевидны? - И ладно, если хочешь мне врать, то ври. Только сделай все, чтобы не повторить моих ошибок. Удобство и любовь в отношениях есть разные вещи.

- Любви вообще нет, - заявила уверенно, смеясь скорей над собой, чем бросая настоящий вызов Андрею.

- Ну, конечно из-за него, - я замотала головой, как китайский болванчик. Натянула на лицо улыбочку до ушей. Пусть Андрей верит в то, что ему проще поверить. - Я же думаю о нем до...

- Не утрируй, - Флейм поморщился, обнаружив в моих словах издевку. Впрочем, я и не пыталась ее от него скрыть, - ты поняла, о чем я говорю.

- Конечно. Хочешь скажу, что главное в списке твоих претензий? Ты уверен, что я связалась со Стасом из-за Тимура!

- А разве не так? - Флейм выглядел искренне убежденным в своей правоте. - Ты сама говорила, что познакомилась с Калугиным у родителей Тима.

- Ты ни черта не помнишь! Родители Тимура здесь вообще не причем. А Стас с Тимуром никак не связан.

- Ну, хорошо, - Андрей вскинул руки в защитном жесте. - Без проблем. Закрыли тему. Но твои отношения с Калугиным, к чему они нужны? Откуда у тебя появились мысли об их 'удобстве'?

Флейм не сразу нашелся, что мне ответить. Помолчал и вдруг без перехода спросил.

Один из моих кавалеров, внимательный и благородный, Сергей ухаживал за мной несколько недель. Познакомившись с ним на одном из банкетов, я искренне пыталась дать и себе и ему шанс. Но есть вещи, которые не поддаются нашему контролю. Можно заставить себя присматриваться к человеку, можно получать удовольствие от общения с ним. И может быть, будь у нас больше времени и не пытайся Сережа так меня подгонять, у нас с ним все могло бы сложиться.

Но притворяться влюбленной и безмерно счастливой, когда вместо яркого пламени в душе только-только начинает тлеть маленький уголек? Этого мало для того, чтобы сделать другого человека счастливым. Сергей не заслуживал такого отношения с моей стороны. И я, как могла, попыталась ему объяснить, что не в силах дать ему того, что он хочет.

- Как дела у Сережи? - поинтересовалась у друга. Андрей ведь не просто так о нем заговорил.

- Ты знаешь, - Флейм оживился, снова мне улыбнулся. - А у него все отлично. Он в марте женился, представь.

Я вздохнула после упоминания об очередной свадьбе. Похоже, вокруг меня начался wedding-бум.

- И супруга его, конечно, уже ждет ребенка? - предположила, уже уверенная в том, какой услышу ответ.

- Ну, супер! Я за него рада. Можешь передать ему мой привет.

Флейм скривился, разочарованный моим ответом. Что еще он ожидал услышать от меня.

- А ты сама? Неужели, ты не жалеешь? - Андрей прищурился и подался ко мне вперед, пытаясь разглядеть в моих глазах хоть каплю грусти. Но в моих воспоминаниях о Сереже не было ничего, кроме тепла. Он вполне нормальный мужчина. Просто... слишком повернутый на идеальном браке.

- О чем же мне стоит сейчас пожалеть? - спросила с сарказом, предвидя ответ своего друга.

- Ты могла бы быть на ее месте, - Флейм с жалостью на меня посмотрел, - могла бы подумать о детях.

Я взглянула на друга, как на ребенка, несущего полный бред.

Андрей против моего общения со Стасом, но считает нормальным мой брак с Сергеем? Думаю, еще пара моих знакомых с радостью бы поддержала его. Но постойте минутку.

Почему же никто не говорит о двойных стандартах? Почему никого не удивляет тот факт, что хороший во всех отношениях парень Сережа с такой легкостью меняет девчонок в поисках потенциальной супруги? Погода назад он был очарован мной, а спустя пару недель уже отыскал мне замену.

Впрочем, какая замена?... Тех, кто тебе по-настоящему дорог, разве можно их вообще заменить? Можно забыть, можно себя обмануть, можно из памяти выкинуть все, что тебя сильно ранит. Но влюбляться спонтанно и так же быстро терять интерес - это ли идеал человеческих отношений? Это не плохо, я никого не сужу. Да и, Миронов вполне серьезный мужчина.

А Сергей... нет уж, простите, но я не верю в любовь с первого взгляда. Очарование и восторг первых встреч, химия прикосновений и игра взглядов. Страсть, вожделение и желание обладать чужой плотью. Но чувства... Сердце молчит, душа не рвется в полет. И пусть все это звучит романтической чушью. Я не хочу заводить семью в надежде, что через какое-то время эти самые чувства возникнут. Стерпится, слюбится, говорят разумные люди. Ну, а по мне так проще не притворяться. Если нечего предложить, то к чему мучить себя и того человека, которому здесь и сейчас нужно больше, чем твое тело?

Флейм нахмурился, действительно не понимая.

- Такую, как у тебя? - сверкнула глазами и усмехнулась.

Мне понадобилось несколько лет, чтобы понять - советовать имеет права лишь тот, кто сам добился чего-то в жизни. Говоришь о счастье, но счастлив ли ты сам? Рассказываешь о карьере, но так ли ты сам успешен? Именно потому, следуя собственной логике, в подобных вопросах я доверяла лишь Стасу. Все, о чем он мне говорил, не было никогда ерундой.

- Это другое, - попытался отбиться мой собеседник, и я согласно кивнула.

- А что говорит твой Цербер? Его устраивают твои отношения с Калугой?

Интересно, к чему это Флейм так тонко пытается уколоть Димку? В другой раз я бы решила, что мой друг ревнует. Но он закрыл глаза на мою интрижку с Никитой и молчал в то время, когда я начинала общение с Димой. А сейчас... разве момент не был упущен пять лет назад?

- Мы не лезем в личную жизнь друг друга, - ответила сухо и намекнула. - Советчиков, знаешь ли, хватает и так.

- Да, ему же плевать на твои проблемы! - авторитетно заявил Флейм, и категоричности в его голосе мог бы позавидовать даже Керимов. А я-то думала раньше, что они совсем не похожи.

Я сощурила глаза, напрягаясь и чувствуя, как волна злости бьет по моим нервам. Такое случалось при общении с Тимом, но Андрей... С какой стати он с упорством садиста ищет больные точки?

- Так же, как и тебе, - ответила, еле сдерживаясь от того, чтобы не послать Флейма к черту. - Раньше ты не заботился о моей личной жизни, - упрекнула бездумно, хотя еще несколько лет назад пообещала себе, что не буду такой эгоисткой.

Но слова сорвались уже с моего языка, и как бы я не жалела о том, что сказала, мой удар все равно достиг цели. Оправдания Флейма звучали тихо.

"И сейчас - не хочу", добавила про себя и рассмеялась.

- Значит, мы стоим друг друга. Вот видишь, как просто все объяснить? Может, мы просто не будем ссориться дальше?

- Не будем, - Андрей усмехнулся через мгновение и протянул мне бокал. - Ты все равно будешь делать, что хочешь.

- Конечно, - я забрала напиток из его рук и отсалютовала кивком. - Как и ты.

В принципе - все логично. В спорах о личной жизни правда всегда находится где-то посередине. И чтобы судить друг друга, нужно как минимум знать все детали. Флейм точно не входит в число таких людей. Лишь Михайлов да, может быть, Лида лучше других понимают, что со мной происходит. Но в отличие от того же Андрея, так неожиданно воспылавшего желанием меня воспитать, Димка тактично не лезет своим любопытным носом мне в душу. А Лида никогда не делает выводов второпях. Она скорей наблюдатель, чем ярый советчик.

И дело не в том, что мои друзья законченные эгоисты. Я никогда не поверю в то, что им обоим искренне на меня наплевать. Иначе и Лида и Димка не были бы так внимательны ко всем деталям. Но Митя не торопится навещивать ярлыки на людей. А Лида переживает издалека, давая советы, только когда ее об этом просят.

С недавних пор эти черта характера я большего всего ценю в людях.

Я вздохнула, устроившись на подоконнике в кухне, и сжала в ладони пятый или шестой за эту ночь бокал вина. Даже после двух бутылок Каберне, раcпитых в ресторане с Андреем, я чувствовала себя трезвой. Мысли не метались хаотичным табуном в моей голове, сердце билось спокойно.

Только на душе который день было гадко. И я хорошо знала причину своего мутного настроения. По этой же причине я набралась наглости первой позвонить Стасу.

Время на часах показывало половину второго ночи. Но Калугин ответил мне после первого же гудка.

- Погода такая и новая работа, - отбилась вяло, прикрываясь самым дешевым предлогом из всех возможных. Мужчина с легкостью меня раскусил.

Отпуск?! Ах, какое шикарное предложение. Я уеду из страны, а когда вернусь, ты будешь уже женат. Цинизма ради, на очередном курорте я заведу короткий роман, и каждый из нас вновь притворится, что такие отношения вписываются в рамки нормальных.

Но почему у меня ощущение, что нам обоим стали мешать наши маски? Почему мне все сильней хочется выбраться из западни?

Несмотря на подобные мысли, я рассказала Стасу о своих планах. Все равно предстоящий отдых было нельзя отменить.

- Нью-Йорк, Лос-Анжелес, Голливуд. И Колорадо.

- Колорадо? Вы молодцы. Но берите тогда Митьку с собой.

- Зачем? - поинтересовалась удивленно, едва не выдав заезженную фразу о своих дровах и посещении леса.

- Вы могли бы арендовать вертолет и полетать над каньоном. Димка рассказывал тебе, что он прекрасный пилот?

Я кисло улыбнулась своему отражению в оконном стекле. Митя делится со мной не всеми секретами, как могло кому-нибудь показаться.

- Димка сейчас занят, - я просветила Стаса, уверенная, что он не в курсе личных дел друга. - Я не видела его всю неделю.

- Что на него вдруг нашло? - Калугин искренне удивился.

- Новая пассия, я ведь уже говорила, - ответила коротко, полагая, что такой ответ достаточно все объясняет.

- Но это не в его духе, - Стас с сомнением хмыкнул. - Наверное, вы поссорились с ним?

- Выше нос, Кси, - Калугин безошибочно разобрался в моих чувствах и пошутил. На мой взгляд - неудачно. - Чего ты грустишь? Из-за того, что Димон больше не тянет тебя на вечеринки?

Ага. Если бы мое состояние было так просто объяснить отсутствием ночной жизни! Впрочем, у этой мысли был странный вкус. Ночного "солнца" мне сейчас действительно не хватало.

- А давай я приеду? - неожиданно предложил Стас и затих, кажется, сам удивившись своему предложению.

Мне очень бы этого хотелось. Но что наша встреча с Калугиным в силах теперь изменить? Я обещала, что больше не буду плакать из-за мужчины. И Стас не тот человек, из-за которого надо так убиваться. В конце концов, я всегда знала, что с ним хеппи энд невозможен.

- Нет, - буркнула хрипло, чувствуя, что веду себя, как капризный ребенок. Второе "я" измуленно пискнуло "дура", и мне пришлось тут же одернуть себя. - Я не хочу тебя видеть.

- Ну и, наглость! - мужчина рассмеялся на том конце трубки. Мой ответ его даже не разозлил.

- Я такая. И вообще - уже пора спать. Спокойной тебе ночи.

Стас чуть-чуть помолчал, но вместо того, чтобы продолжить подколки, вдруг согласился.

- И тебе, - я откликнулась машинально, стараясь не думать о словах мужчины, и первая положила трубку.

Калугин сделал свой выбор несколько недель назад. А я... может быть, и мне пора об этом подумать?

Решение отправиться в клуб созрело в моей голове спонтанно. В десять вечера по Москве я была еще на полпути в спальню. Ни Ник, ни Андрей за весь день не вышли со мной на связь, и я тихо кисла в тишине одинокой квартиры. Лида после обеда честно попыталась меня развеселить и сделала попытку вытащить меня из моей скорлупки. Но все усилия подруги пропали даром. Ее предложение провести ночь в копании малознакомых мужчин я не стала рассматривать даже ради прикола.

Все остальные же мои друзья, уже связавшие себя крепкими узами брака, сейчас наслаждались ужином в кругу своих близких. И только я не знала, чем мне сегодня заняться. В коротеньком списке оставшихся у меня развлечений были гонки по Мкаду, вечер в компании ICQ'ки, сладкий сон и... поход в клуб.

Отчего я выбрала последний из всех вариантов, я бы не ответила даже самой себе. Может быть, слишком вовремя один из моих виртуальных знакомых кинул мне в скайпе едкое стихотворение?

Я попала в холодную клетку сама, добровольно заточив себя в эти "стены". Но кто сказал, что мне ничего не удастся исправить?

Собравшись в рекордно короткие сроки и наплевав на макияж и долгую возню с волосами, я поехала в клуб. Кажется, Михайлов мне говорил, что будет там со своими друзьями.

Да-да, на горизонте ведь появилась новая девушка Мити. Кстати, а где же она?

Я удивленно обвела полупустой зал глазами. Никто в нашу сторону даже не посмотрел. Одинокие девчонки были заняты своими делами, и на болтающего со мной Диму внимания никто не обращал. Как же так? В этот момент первый укол интуиции пришелся в кончики моих пальцев.

- Хочу повеселиться, ты же не возражаешь? - я шутливо пихнула друга в плечо и, не позволяя ему очнуться, тут же поинтересовалась. - А куда ты спрятал свою подружку? Ты нас познакомишь?

Димка ощутимо напрягся. И улыбка его вдруг поблекла.

Ах, какая удобная отговорка. И, можно предположить, что для Димы отношения с незнакомой девчонкой значения совсем не имеют. Но в этом случае, с какой стати Димка избегал меня всю неделю?

- Заездил бедняжку, как же тебе не стыдно, - упрекнула, скрывая за пошлой шуткой серьезное обвинение. Митя уловил мой "посыл".

Опять театрально вскинуты руки, и жалобный взгляд молит о снисхождении.

- Нет, ты должен искупить вину, - я игриво стукнула Михайлова в грудь. - Что ты делал все это время? И почему мне не звонил?

- Но это не оправдание твоему игнору! - заявила уверенно и уже серьезней спросила. - Что произошло?

Несколько секунд мы с Димкой сверлили друг друга взглядами исподлобья.

- Были дела, но я не хотел тебя дергать... А ты? Разобралась со своим Стасом?

Я мысленно еще раз прокрутила странный вопрос, только сейчас уловив акцент на первом слове. Неужели, Михайлов догадался о моих планах?

- Почти, - тихо пробормотала, не слишком уверенная в своих словах, ибо до финального решения мне предстояло еще многое сделать.

Митя понимающе мне улыбнулся и прекратил допрос.

- Да так... Проблемки нарисовались. Ты че звонишь?

- Кси сегодня гуляет в клубе, если тебе интересно.

- Ок-кей... А, может, ты ее ненадолго в клубе задержишь? Мы подъехали бы к вам через часок, - после этих слов послышался короткий смешок.

- В этот раз все будет супер! Тим только что поссорился с Аней.

- Ого, ты меня уже интригуешь. Тащи поскорей его задницу к нам в А2. Я, пожалуй, смогу кое-что для вас обоих сделать.

Музыка орала в динамиках и била по перепонкам, я не слышала слов улыбающегося брюнета и о приглашении потанцевать догадалась лишь по его жестам. Я кисло улыбнулась ему в ответ и... согласилась.

Дан, так звали моего новоявленного кавалера, только что, перекрикивая музыку, мило потрепался со мной ни о чем, рассказал пару баек из своей журналисткой жизни, половину из которых я так и не смогла понять из-за какофонии звуков. А десять минут назад милый брюнет ненавящего поинтересовался тем, кто я такая.

К нашему общему удвилению, мы оба оказались приятелями Димки. Со мной, допустим, с самого начало все было ясно, ибо двадцать минут назад Михайлов сам крутился рядом со мной возле барной стойки, и только глухой и слепой не догадался бы о том, что мы с ним прекрасно знакомы. Зато Даниил... хм, по его увереньям, где-то когда-то, но очень-очень давно (впрочем, я-то догадываюсь, где именно и когда) он с Михайловым типа 'пересекался'. Мальчики пили, гуляли, тусили и... 'ходили по бабам', как обязательно добавил бы бестрашнный и честный Димон. Но Михайлов к времени моего знакомства с Данилой уже растворился с очередной блондинкой в толпе, а Данила в развлечениях с девушками в своем недавнем прошлом почему-то постеснялся признаться. Только напрягся сильней, когда я понимающе усмехнулась.

Девушки и Митя, ночные "шоу" в доме его предков. Бабло и молоденькие студентки, только-только явившиеся в Москву. Развлечения были весьма сомнительного толка, и мне так и не удалось узнать, кто же первым предложил подобную авантюру. Соблазн проверить, на что соглашаются московские "дебютантки" ради хрустящих купюр оказался для золотых мальчишек слишком огромен.

М-да... Оч-чень скользкая тема. И я прекрасно могу понять, почему Дан отводит глаза, говоря о своем общении с Димкой. Впрочем, в историях, связанных с Михайловым, все сюжеты оказываются немного с 'душком'. И Дану крупно, в общем-то, повезло, что его знакомство с Михайловым для меня говорит лишь в его пользу. В любом другом случае и на месте любой другой девчонки из клуба я бы послала любителя специфических развлечений ко всем чертям.

Но Митя, Дан... мне ничего не грозило. Я приняла приглашение молодого мужчины, уверенная в том, что первый наш танец не затянется слишком надолго и, да, больше не повторится. Подружки Михайлова, так же как и 'девочки' Стаса, были неприкосновенны. Для тех, кто в теме, это означало одно: нас лучше оставить в покое.

Данила тоже прекрасно знал, что со мной ему ничего не светит. И все же, помогая мне спуститься с барного стула, мужчина аккуратно притянул меня ближе к себе. Проворные пальцы будто случайно коснулись моей обнаженной кожи.

Секундная вспышка. Я инстинктивно выгнулась навстречу мужчине и прикусила губу, чтобы не застонать от жаркой волны, прокатившейся после ласки Данилы по моему телу.

Я пытливо взглянула на Дана, пытаясь понять, что у него на мне. Но равнодушное, почти скучающее лицо моего партнера сказало мне больше всех его слов. Я позволила себе сделать глубокий выдох. За небрежным прикосновением мужчины ко мне совсем ничего не скрывалось.

Вместо того, чтобы оттолкнуть чужие руки, осторожно и невесомо ласкающие мою кожу, я лишь сильнее прижалась к мужчине, ведущего меня на танцпол.

Какой смысл скрывать, что мне нравятся подобные игры?

Пусть Дан имеет репутацию мелкого столичного казановы. Но не в первый раз мужчины подобного сорта в клубе обращают внимания на меня. Мой 'святой' образ, подпорченный связью со Стасом, часто будит в парнях типа Дана желание со мной пофлиртовать, проверить, что же во мне "такого". Обычно я отклоняю приглашения таких искателей приключений. Но в этот раз... (впрочем, совсем не в первый), в толпе веселящейся молодежи я прикрыла глаза, позволяя Данилу вести меня в танце.

В конце концов, а почему нет? Это всего лишь танцпол, и это всего лишь суббота. Если не думать о том, где я и с кем, можно представить, что в объятиях меня держит... Керимов.

Прошло целых пять лет, Керимов всего на пару мгновений вновь всплыл в моей жизни, а я... Я снова вздрагиваю при разговорах о нем! Так больше не может... так не должно продолжаться! И если уж я больна (а это, похоже, неоспоримый факт), то мне пора , наконец, с этим бороться. Керимов не тот человек, который, пропав из моей жизни, имеет право портить ее. До сих пор!

- Спасибо за вечер, - я кивнула Даниле, мало заботясь о том, слышит ли он меня или нет. Главное, я получила от него именно то, что хотела. - Хорошей ночи тебе.

Мужчина едва заметно кивнул и спустя мгновение скрылся в направлении барной стойки.

Спустя еще полчаса, устроившись на кожаном диване вип-зала, я почти не удивилась, обнаружив застывшего в дверях Лешку. Ну да, как же Михайлов может обойтись без своего друга? Даже ссора с ним неделю назад была, конечно, забыта.

Я улыбнулась через силу парню и постаралась одним взглядом его предупредить, чтобы не вздумал портить мне сегодняшний вечер. Младший-Керимов то ли понял меня без слов, то ли просто угадал направление моих мыслей. Вместо того, чтобы бросаться ко мне в надежде на содержательный разговор, смазливый нахал лишь вежливо мне кивнул и опустил свою "тушку" на дальний конец дивана. Мое благостное настроение, разбавленное двумя ледяными мохито, осталось благодаря этому факту в относительной норме.

- Всем привет, - безрадостный голос еще одного представителя рода Керимовых заставил мое сердце подскочить к горлу, и я едва не поперхнулась, делая очередной глоток. Шок при виде Тимура, так же удивленно уставившегося на меня, был слишком сильным.

- Ты ей уже позвонил? - Леха поторопился задать свой вопрос, отвлекая Тима от взгляда на мои ноги. Я же тем временем поправила ремешки босоножек. Зачем я только их растегнула?

- Нет, и даже не думал, - в словах Тима прозвучала неприкрытая злость.

Мое подсознание ухватилось за этот ответ, прокручивая его в голове раз за разом. Керимов злится и бесится? Но из-за кого? Что случилось и как его сюда заманили? И, если он пришел, то почему...

Н-нет! Стоп! Проблемы Тимура не имеют ко мне отношения.

- Отлично. Тогда держи! - Лешка передал брату бокал с вином и вдруг украдкой послал мне насмешливую улыбку. - Развлекись сегодня по полной!

Пожелание, сдобренное взглядом в вырез моего платья, прозвучало как вызов.

Я плавно поднялась из кресла, стараясь не двигаться слишком резко. Внутри я чувствовала себя натянутой до предела струной.

- Уже уходишь? - младший-Керимов следом за мной тоже вскочил с двиана, и мне подумалось вдруг, что он попробует меня остановить.

Мой автомонстр, всегда включавшийся в таких "острых" случаях на работе, активизировался и в этот раз. Я расправила плечи и скривила в ехидной улыбке губы. На языке уже вертились фразы, среди которых "отвали" была самой невинной из всех.

- Черт, ну и за каким хреном ты меня сюда притащил? - усталый комментарий Тимура, сказанный совершенно не к месту, неожиданно разрядил напряженную обстановку между мной и Алексеем. Мое внимание по старой привычке тут же переключилось на Тима.

- Мне тоже интересно, зачем вы вообще явились, - пробормотала сквозь зубы и отвернулась к входной двери.

- Надеялись, кто-нибудь нас развлечет, - Лешка был так же скор на язык, как и пять лет назад.

- Ну, что. Я вас тогда поздравляю - вы выбрали лучшее место. Бар и танцпол на первом этаже. Девушки там же. Отлично вам повеселиться!

Я остановилась на полпути к выходу и повернулась к Тимуру. Он это всерьез?

Лешка пулей вылетел из зала, словно хамская просьба брата придала ему ускорение в несколько десятков ньютон (если я правильно помню курс физики и единицы измерения силы удара). Да уж... высокие отношения. Мне, пожалуй, тоже не стоит тут оставаться. Наш драгоценный Керимов, похоже, хочет побыть в компании своих старых знакомых. Пусть Денису и Славу сложно назвать хорошими друзьями Тима, но они с таким любопытством косятся на нашу пару. Уверена, они с большим удовольствием смогут развлечь Тимура.

- Ты, правда, уходишь? - удивление в словах Тимура было таким по-детски наивным. Неужели, он, правда, не понимает?

- Ну да. Я жутко устала, - откликнулась, скрывая злость, и почти коснулась двери.

Ч-черт... Только не этот тон! Мне всегда было сложно ему сопротивляться.

- Разве мы еще не все обсудили? - замерла на мгновение, убеждая себя в том, что не поддамся соблазну и уйду, обязательно уйду через пару секунд.

- Почему ты такая злая? - Тим попытался поймать меня на старую как вечность уловку. Злость и раздражение? Намек о них всегда отлично срабатывал в наших с Тимуром ссорах. Но только не в этот раз.

- А ты, что, такой любопытный? - фыркнула, все еще не решаясь сделать последний шаг. Похоже, я еще не готова просто так отвернуться от Тима. А он, выходит, не в силах просто так меня отпустить, иначе как понять неожиданное его предложение.

- Это же клуб, - Тимур непринужденно пожал плечами, словно не понимая сути моих возражени1. - Или ты не танцуешь? - предположил с усмешкой.

На несколько секунд я утонула в собственных мыслях, и это единственное, что дало Тиму возможность застать меня снова врасплох. Его ладонь опустилась вдруг на мою руку, и Керимов потянул меня следом за ним. Даже не думал о том, что я могу быть против...

Это Керимов, Кси! Это не Дан, не Митя, не Стас и даже близко не Ник... Танцевать с ним, притворяясь, что не чувствую никакой боли? Прикасаться к нему и после этого уходить, улыбаясь? И плевать, что чувства внутри скручены в тугой узел?

Кажется, я сказала последние несколько слов вслух. Тимур остановился, удивленно глядя на то, как я вынимаю руку из его захвата и отступаю на один шаг назад.

- Я... не могу. Извини. Не могу танцевать. Голова разболелась и... Извини.

Тимур нахмурил брови и подался было вперед, пытаясь то ли снова вцепиться в мою ладонь, то ли просто стараясь лучше расслышать мой голос. Музыка продолжала греметь вокруг нас.

- Мы прощались, - я старалась даже не смотреть в сторону Тимура. Мне нужно просто поскорее выйти из-под действия его безумного флера. Я не могу сопротивляться. Если я не оставлю его прямо сейчас, страшно представить, чем кончится эта ночь для нас обоих. Я не могу... я не имею права. - Я уезжаю домой.

- Домой? - Митя удивился еще сильней, чем Керимов. - А как же повеселиться?! А поболтать? А выпить еще по бокалу вина? Ты не можешь просто так взять и испариться!

- Конечно, могу. У меня голова раскалывается просто, - если уж врать, то врать до конца. И даже в глаза своего лучшего друга.

- Нет, нет. Я доберусь сама, - откликнулась бодренько и та-ак посмотрела на Митю. Если бы он сказал еще хоть одно слово, сделал бы еще хоть одно предложение из серии 'давай я достану тебе таблетку от головы, или, может, вместе с нами ты просто покуришь травки?' и все... я бы его прибила.

- Я побежала, ага? Давай созвонимся завтра? - предложила Димке, чтобы чуть-чуть его успокоить. Типа 'друг, не отчаивайся. Я буду на связи с тобой'. Михайлов после моих слов одарил меня заинтересованным взглядом.

- Все в порядке? - я так и не поняла, что же в голосе Мити так сильно меня насторожило.

- Да, да, все супер. Давай-ка домой и ложись поскорее спать.

И вроде пожелал от души, и совет дал исключительно дельный, но что-то в поведении Димки было не так.

Оглядела Митю с ног до головы, поиграла 'взглядом' так же, как недавно делала внушение Лешке. И, наконец, оставшись довольна невинным видом Михайлова и тонной его ободряющих улыбок, с легким сердцем покинула клуб.

Да-да... и с чего я все же решила, что эта субботняя ночь для меня подходит к концу?

Навящевая трель дверного звонка подняла меня с постели со скоростью запущенной в небо петарды. Я не просто выскочила из-под одеяла, я вылетела в коридор раньше, чем подумала о том, что на мне из одежды только короткая кофта.

Тревожные переливы разносились по всей квартире, и за несколько секунд, которые понадобились мне, чтобы добраться до двери, я подумала о сотне вещей.

Пожар, потоп, кого-то грабят, как позвонить с сотового ментам? И куда я вообще положила вчера свой чертов мобильник?

Реальность в виде лыбящегося Мити, заслоняющего своей пьяной мордочкой весь обзор дверного глазка, позволила мне успокоиться и, наконец, отдышаться.

Я распахнула дверь, сложив руки под грудью и гневно глядя на грязную свинку, которую сейчас изображал мой друг.

- Ты вообще соображаешь, что делаешь?! Какого черта ты ломишься ко мне домой в... - взглянула на часы в коридоре, - пять утра?

Вид стоящего на пороге и качающегося во все стороны Мите меня уже начинал злить. И ведь эта пьяная скотина, вряд ли, поймет, что я от него хочу. Завтра с утра вообще не вспомнит, в каком состоянии ко мне явился.

- Я ни п-пойду, - вдруг сообщим Михайлов, кивая головой как китайский болванчик и вызывая у меня желание придержать его за плечи. Упадет, спорю на что угодно, он сейчас упадет!

Митя действительно не выдержал своих собственных бурных действий и спустя мгновение покачнулся и завалился на соседскую дверь. Мне повезло, что на лестничной клетке кроме моей все квартиры в этом месяце пустовали. Хозяева отправились за границу по своим отпускам.

- Дим, зайди уже ко мне, ради бога. И не начинай концертов.

- Концсссертоф? Не... не будет концертов. И я-ааа к тибее ни пайду.

- Тогда зачем ты вообще ко мне приехал? - я нахмурилась, глядя на улыбающегося и корчащего мне рожи Димку.

В принципе, такое явление 'Христа' народу было уже не в первый раз. И потому я не сильно удивилась визиту пьяного друга. Но цирк с огнями и конями в исполнении товарища Дмитрия все же был для меня в новинку. Вроде бы, до сих пор перебравший алкоголя Михайлов в моем доме старался вести себя тихо, как мышка.

Калугин здесь? Он-то как оказался в одном клубе с Димкой?!

Мало думая о том, что выбегаю на лестничную клетку босиком, я сделала несколько шагов в сторону лифта. Если Стас пьян... черт, я не знаю, что мне тогда с ним делать. Димка еще куда ни шло. В конце концов, этот 'фрукт' пока еще держится на своих тонких ножках, но Каа...

Если мое сердце не выпрыгнуло из груди во время сптринтерского забега по коридору, то это только потому, что меня по закону подлости должен был бы хватить сердечный удар пару минут спустя.

Привалившись к одной из стен и прикрыв полусонно глаза, мне улыбался сам господин Керимов.

- Пааа-лучите и рааааспишиитесь! - посоветовал Митя из-за моей спины и захохотал так, будто только что сказал отличную шутку.

- Какое распишитесь?! Ты офигел? Забирай Тимура и катитесь ко всем...

- Он твой бывший! - Михайлов возмутился четко и ясно, на мгновение перестав коверкать слова. Определенно, мысли о моих отношениях с Тимом придавали моему другу невиданные силы. Иначе, как объяснить тот факт, что Димка показался мне вдруг кристально трезвым?

- Да хоть нынешний! Мне Керимов в моем доме не нужен! Все, разбирайся с ним сам, а я ухожу домой.

- Нееет! - Михайлов состроил такую страшную рожу и выпучил глаза так, что я моментально заткнулась. Никогда не думала, что Димка способен так жутко ломаться. - Он к тибеее знаа-аешь, как хотел.

- Ты больной? Он хотел к Ане! Где его телефон, блин?!

Я бросилась к Керимову, пытаясь прикинуть, в какой из карманов куртки он положил свой мобильник. Левый или правый? Правый или левый? Или внутрениий вообще?

Я коснулась ладошками холодной ткани и попыталась на ощупь определить, куда же Тим мог спрятать свою мобилу. На заднем фоне Михайлов особенно громко хихикнул, я нахмурилась и почти выдала очередной злобный коммент, но в этот момент...

В этот момент, рука Керимова спокойно и уверенно переместилась на мою спину.

Но вместо зубов Тимура, мои ладони уперлись Керимову в грудь, и я попыталась освободиться от его хватки. Михайлов принялся даже не хохотать, а хрюкать. Я его точно урою!

- Отпусти! - я особенно сильно пихнула Тима, и пьяный мужчина нехотя меня отпустил, не забыв на прощание ущипнуть меня за ягодицу.

- Где его телефон! - я рявкнула на Митю, все еще держащегося за живот так, будто его скрючило от смеха при виде нашей развлекающейся на лестничной клетки пары.

- А он с ней поругался, - переходя вдруг на шепот, доверительно заявил мне Михайлов. - Если позвонишь, она его завтра вообще на порог не пустит. И всеее-о... накроется семейная жизнь Тимоо-охи!

Я встала как вкопанная. Мысль о том, что Аня совсем не тот человек, которому стоит звонить, обнаружив пьяного Тима у своей двери, в голову мне не приходила. Но... что мне тогда с ним делать? Лешка и сам, наверняка, пьян. Если вообще не подстроил этот торжественный 'выезд'. Остаются только родители Тимура и... мифические друзья, чьи имена мне еще предстоит отыскать в списке его контактов.

Пока я пребывала в небольшом ступоре, Митя уже успел подхватить Тима под локоток и аккуратно протащить-проволочь своего товарища к входу в мою квартиру.

Я бросилась к Михайлову наперерез и заставила его отпустить Тимура.

- Да чее.. та-акое? Пусть выспится чиловек, отдохнет.

- Ему сийчас та-а-ак плохо! Ну, пожаа-алей ты его чуть-чуть! - в этот раз Михайлов умильно заглянул мне в глаза и, пытаясь состроить невинную гримаску, вдруг дыхнул на меня перегаром.

- Усе, усе, усе! - Димка покорно отступил от меня на один шаг назад и едва не свалился, запнувшись за собственный ботинок. Кстати, об обуви, мои босые ступни на ледяном бетоне уже начинали мерзнуть. Может, просто...

- Детка, не злись. Пойдем, наконец, в кроватку, - шепот Тимура, неожиданно подошедшего сзади и не притянувшего... припечатавшего меня к своей груди, заставил мое сердце ухнуть куда-то в желудок. Я судорожно распахнула рот и нервно втянула в легкие воздух.

Тело-предатель напряглось в объятиях любимого мужчины, кровь, отравленная адреналином, моментально ударила по вискам, а тонкая ткань футболки тут же показала всем зрителям степень моего возбуждения.

Но Тим уже удовлетворенно выдохнул мне в ухо, так же как и Михайлов уставившись на мою грудь, рывками вздымающуюся под ничего не скрывающей от мужских взглядов футболкой.

- Злюка, - обрадованно заявил Керимов, как только я попыталась дернуться в его руках, и вместо того, чтобы позволить от него отлепиться, лишь поудобнее перехватил руки на моем животе.

- Ну, вы тут и без меня разберетесь, - невозмутимо сообщил ухмыляющийся во весь рот Димка. Его голос долетел до меня, как из другой вселенной, я даже не сразу сообразила, что означает для меня заявление друга, уже мило махающего мне на прощание ручкой. Из лифта! Прежде, чем я успела сделать очередную попытку отпихнуть Тимура, Митя благополучно скрылся с моих глаз.

Мой бывший, черт бы его побрал, парень, казалось, только и ждал того момента, когда мы останемся с ним наедине.

- Пойдем в кроватку, - тоном требовательного ребенка снова попросил Тим и попытался ловко схватить пальцами мой подбородок. Поцелуйчики, значит, да?

Отвлекшись на прикосновения к моим щекам, Керимов не успел сообразить, что я собираюсь делать.

Рывок, пинок по колену. И вот она драгоценная свобода.

- Ну, детка! - разочарованный вопль Тимура был слышен на весь подъезд. Черт... еще не хватало, чтобы консьерж вызвал сюда полицаев.

- В квартиру - живо! - приказала шатающемуся Тиму и для верности вцепилась ему в рукав. Как теленок на привязи (сонный и для полной картины еще и прикрывший глаза), Керимов послушно поплелся за мной по коридору.

Сволочь! Гад! Предатель! Я завтра же убью Димку!

Злость клокотала внутри, пульсируя на кончиках моих пальцев и заставляя все тело дрожать. Сердце прыгало уже где-то под горлом.

Я втащила Керимова в свою прихожую и захлопнула дверь. Кажется, у Агаты Кристи есть отличный роман - "когда боги смеются". В нашем случае с Тимом боги, наверное, хохочут.

- Дееетка, а у тебя есть что-нибудь выпить? - новое требование Керимова, снова тянущего ко мне руки, заставило меня вздрогнуть.

- Обойдешься, - прошипела и пихнула Тимура в живот, чтобы он не слишком увлекался облапыванием моего тела.

- Но я хочу пи-ииить! - Тим вздохнул и надул губы, полностью соответствуя образу капризного малыша.

- Да пошел ты... - пробормотала себе под нос и снова потянула за собой Тимура.

Сейчас я налью Тиму чая, и у меня появится пара минут, чтобы переодеться и кинуть подушку с одеялом на диван в гостиной. После останется только убедить Керимова там улечься. Судя по всему, это будет не так просто.

- Садись здесь, - показала на ближе всего стоящий ко входу стул, и Керимов, как послушный щенок, тут же обрадованно плюхнулся на указанное место. Если бы он еще глаза открыл! На мгновение я испугалась, что Тим промахнется мимо сиденья. Но обошлось. Приземление прошло успешно.

Электрический чайник был быстро "заправлен" водой, подходящая чашка вытащена из посудного шкафа.

- Вот держи, - поставила на стол перед Тимуром пузатый бокал, стараясь сдержать свою ярость.

Парень вздрогнул от звука моего голоса и тут же попытался разлепить веки.

- А я? - буркнуло это чудовище и попробовало вновь схватить меня за запястье.

- Здесь сиди. Я щас вернусь! - пообещала, во время отпрыгнув от загребущих лапок и, наконец, смылась из кухни. Если Керимов ничего не разобьет, буду считать это чудом.

Я лихорадочно шарила рукой по полкам, пытаясь выбрать что-нибудь в меру закрытое, не слишком теплое и точно - не облегающее мою фигуру.

Ага, и капюшон сверху. И маску с прошлого хеллуина - ту, в виде оскаленной пасти волка. Вот тогда точно Керимов ко мне...

Это придурок не оставил мне времени на сборы. Если я не хочу разбудить соседей с других этажей, мне нужно немедленно пристрелить паршивца!

Схватив с кресла свои джинсовые шорты и почти на бегу натягивая их на себя, я вылетела из спальни. И...

Полуобнаженный Керимов с рубашкой, стянутой с плеч и повисшей на пуговице единственного оставшегося застегнутым манжета, стоял в центре комнаты и, довольный до ужаса, игрался с моим пультом. Сабвуфер работал на полную мощность.

Не видя смысла больше лезть к Тиму (да-да... раздетому до пояса, ням...), я рванула шнур питания из розетки. Исполнительница песни тут же заткнулась на очередной животрепещущей фразе:

- Ну, детка...зачем ты выключила телек? Давай потанцуем, - Керимов нахмурил брови и снова попытался пошире распахнуть глаза.

- Попозже, милый, - сладеньким голосочком я пообещала Тиму танец и, как лиса, осторожно подобралась к нему ближе. Все-таки мне повезло, что Тимур не может сфокусировать на мне взгляд. А значит...

Я невинно улыбнулась и, перехватив руку парня, аккуратно подтолкнула его к дивану.

Пледом обеспечим тебя чуть позже. Ты только ложись, ложись...

Я старалась изо всех сил, чтобы мой голос звучал спокойно и ровно. По опыту собственной мамы, я помнила, как тяжело управляться с мужчиной сильно навеселе. Скандалы и истерики, а тем более грубая физическая сила, ни за что не заставят пьяного "мишку" беспрекословно улечься в постель. Особенно, когда у подопытного кролика нет ни малейшего желания ложиться набоковую.

- Да... я хочу... в кроватку, - обрадованно сообщил мне Тим и прежде, чем я успела сбежать с линии "фронта", Керимов вместе со мной рухнул на разложенный (к счастью) диван.

Кажется, мне не было даже больно. Дыхание от удара о жесткие подушки сбилось, я инстинктивно закрыла глаза, то ли испугавшись того, что произойдет дальше, то ли не желая видеть лицо Тимура настолько близко ко мне.

- Б*** Ты мне не снишься... - облегченно и восторженно вдруг заявил Керимов. А я мгновенно напряглась после его слов.

Не снюсь?! И что это значит? Тим понимает, что я не его подружка? Не Аня, не Яна, ни одна из...

В этот момент, вырывая меня из моих мыслей, Тимур впился в мои губы болезненным поцелуем.

Я дернулась было прочь от его рук, прочь от его прикосновений, дыхания и ... его паутины. Но ладонь Керимова тяжело опустилась на мой затылок, и все мои жалкие попытки отбиться были присечены на корню. Сложно бороться одновременно с двумя: с тем, кого любишь... и с той, которая любит. Да и потом... Разве не я сама так давно и так сильно хотела Тима?

Некоторое время мы оба остервенело целовали друг друга. Не знаю, что чувствовал в этот момент Тимур. Не знаю, понимал ли он, кто я на самом деле. На несколько минут я позволила себе (не ему... Тим был сейчас второстепенным героем), я позволила монстру, живущему внутри меня, получить то, в чем он больше всего нуждался.

Бери, наслаждайся... смотри! Ведь только это тебе предлагает Керимов! Без обязательств, без отношений. Секс на несколько длинных ночей и встреч. Ты всего лишь замена очередной его глупой шлюхи... или жены? Как там сейчас с ним рядом?

Бери! И не плачь потом по ночам, когда этот дьявол будет бросать тебя ради своей супруги.

Затянувшийся поцелуй прекратился, Тим позволил нам обоим жадно вдохнуть. Я слабо завозилась под тяжестью его тела. Ах, если бы воздух был единственной вещью, которая была мне нужна. Почему в список жизненно-важных приоритетов я включила когда-то Тимура? За что? Как быстро ему удалось меня победить? Стать моим солнцем... или моим ядом?

Пальцы мужчины нащупали край тонкой футболки, и губы Тимура спутились к моей груди.

- Кси, детка... Черт, я всегда так жалел, что мы с тобой тогда не переспали, - горячий шепот Керимова был едва слышен, но... каждое слово, сказанное этим ублюдком себе под нос, пока он самозабвенно облизывал кожу на моей шее, каждое его слово обжигало меня кислотой.

Мой удар вышел совсем слабым, и лишь по счастливой случайности я смогла спихнуть Керимова со своего тела.

- Ты что?? - возмущенно буркнул этот засранец и попытался вернуть меня на диван. Я к тому времени уже вскочила на ноги.

Тимур завозился среди подушек, пытаясь подняться следом за мной. Пьяная рожа! От злости я снова пихнула Тима в живот, заставляя парня опрокинуться на спину.

Дверь ванной хлопнула за моей спиной, я закрыла замок и обессиленно рухнула на пол. Трясущиеся ноги больше меня не держали. Слезы ручьем катились из глаз, я кусала губы, чтобы позорно не разреветься.

Не из-за Тима, не из-за этого козла, не из-за него!

К тому моменту, как я вышла из ванной, часы в гостиной показывали начало восьмого утра. В гостиной царил сказочный полумрак, верхний свет не горел, и только напольный светильник, стоящий у кресла, отбрасывал на стены россыпь золотых огоньков.

Я обвела удивленным взглядом пустой диван и заглянула ради прикола на кухню, сильно сомневаясь, что Тим мог бы завалиться спать на холодном полу. Предположения оправдались, в столовой было так же тихо и пусто, как и во всей квартире. Только опрокинутая на стол чашка да лужа чая вокруг нее остались последним доказательством того, что в мой дом заглядывал один хамоватый представитель мужского пола.

Ну-ну. Значит, вот что случилось с рубашкой Тимура. Обварился бедняжка, какой же кошмар!

Я бы патетично всплеснула руками ради такого дела, но мой зрительный зал был абсолютно пуст. В отсутствии благодарных фанатов мои мысли с театра снова переключились на Тима. Интересно, перед уходом он хотя бы догадался одеться?

'Еще как догадался!', уверенно заявил внутренний голос. Не так уж Керимов был пьян, как хотел показать. Градусы алкоголя в крови не помешали ему распускать руки.

"Поимей телку", девиз этой ночи. Стоит поздравить себя, раз уж я стала так популярна. Калугин, Керимов. И оба на пороге семейной жизни. Хорошая же коллекция мужчин у меня подобралась. А впрочем, чему я сейчас удивляюсь? Можно подумать, я никогда не понимала, что думает обо мне на самом деле Тимур.

А ведь это, кстати, не самый плохой вариант, малышка... Или как там Тимур меня называет? "Детка"? Прекрасно, надо запомнить свое новое имя: похоже, драгоценный Керимов позабыл, как же меня зовут.

Пф... Только не заводиться! Хватит уже портить себе нервы. Слава богу, у Тима хватило ума самостоятельно свалить из моей квартиры. Пусть побег в ванную не был моим самым лучшим ходом. Но из всех дверей в моем доме, только этот деревянный монстр, отгородивший прихожую от туалетной зоны, обладал поистине мощным замком. На случай войны, вероятно. Помня о великолепной задвижке, украшающей дубовую дверь, я без долгих раздумий бросилась именно в ванную. Если бы Тимур вздумал ломиться ко мне, все бы его попытки оказались бы тщетны...

Впрочем, никто и ни к кому не прорывался с боем. В моей квартире было тихо, как в склепе.

Я вздохнула, удивляясь сонному умиротворению, воцарившемуся в моей гостиной. А все что было нужно - это выкинуть из нее Тима. Как просто, боже мой. Вот бы так же вышвырнуть его из своих мыслей.

К тому времени, как я добралась до своей спальни степень моей злости на Тима опустилась до приемлемой нормы. Не истерика, не агрессия и не полная ...**па. Аппатия - вполне подойдет, чтобы описать мой настрой.

Я распахнула последнюю дверь, абсолютно, на все двести двадцать процентов уверенная в том, что с Керимовым в ближайшее время мне не придется встречаться, иначе...

Улыбающаяся чему-то во сне пьяная сволочь невинно прижала к своему боку подушку и сладко посапывала на моем одеяле.

Я дважды открыла и закрыла рот. На языке уже крутилась новая порция брани, легкие наполнились воздухом. Я почти сорвалась на крик.

Может, все это лишь действие моих сумасшедших гормонов, может быть, самый банальнейший самообман. Я, вряд ли, когда-нибудь смогу разобраться с этим. Но Тимур, спящий в ворохе моих подушек и простыней это...my fucking dream. И я по умолчанию не способна на то, чтобы злиться на этого самовлюбленного эгоиста. Не способна выгнать его, даже понимая, что Керимову в моем доме нет места. Он чужой, он не мой, он здесь оказался случайно. Но... Я не сделаю ничего, чтобы вышвырнуть его за порог.

Развернувшись, я молча вышла из спальни и прикрыла за собой дверь. В гостиной меня ждал пустой диван и два часа бесполезных попыток отправиться в царство Морфея. А ведь я честно пыталась уснуть, лишь бы не забивать себе голову мыслями о дрыхнущем через стенку Тимуре. Но... не было снов, не было даже мимолетного забытья. Адреналин по-прежнему заставлял мое сердце биться под горлом, я чувствовала мучительную тяжесть внизу живота. И соблазн...

Соблазн забыть обо всем и вернуться в объятия Тима, прекрасно понимающего, кто я такая, этот сумасшедший соблазн было почти невыносим. Но неужели, я так просто сдамся? Неужели, позволю Тимуру получить то, что он хочет, и после без возражений его отпущу? Опять? Мне действительно нужно лишь это?

Я знала текст песни почти наизусть, за много лет давно изучив творчество финской группы, но в этот раз потаенный смысл чертовых строк предстал для меня в новых красках.

Полустоны с налетом трагизма. Крик души. Кому как не мне знать, что это значит? Нежелание отдаваться любви и, с другой стороны, стремление прыгнуть в омут.

Мужская ладонь опустилась мне на плечо, я дернулась и распахнула глаза, чтобы встретиться с вопрощающим взглядом Тимура.

- Что ты делаешь? - за барабанной дробью голос Тимура был едва слышен. Я полностью проигнорировала его интерес ко мне. Может, убираться ко всем чертям. А то, что я делаю сейчас, это...

Наушники были резко сорваны с моей головы, голос Вилле Валло зазвучал глуше. И только обнаженный по пояс Керимов со смесью удивления и любопытства на своем помятом после долгого сна лице таращился на мои размеренные движения. Я сосредоточенно качала пресс, используя щель под диваном в качестве упора.

- Что ты делаешь?! - не выдержав игнора, Тимур повторил свой вопрос. Ослеп он, что ли, после вчерашней попойки?

- Р-руки убрал, - спокойно приказала Керимову сквозь зубы и даже не подумала остановиться.

Тимур всегда имел потрясающую способность бесить меня даже на пустом месте. Так что ничего удивительного, что после бесонной ночи скорость, с которой я завелась, глядя на улыбающуюся мордашку почти голого Тима, возрасла в тысячи раз.

Впрочем, когда Керимова пугали мои нападки? Вот позвонить, сказать, что я ему на хрен уже не нужна, это дорогому Тимочке сделать сложно. А скинуть меня на диван, да еще и улечься сверху так, будто я его новая шлюха, на это смелости у Тимура хватает с лихвой.

Керимов некоторое время задумчиво наблюдал за моей тренировкой.

- Может, тебе помочь? - проигнорировав мое моментальное "отвали", Тим устроился на диване напротив меня.

Пальцы Керимова сжали мне щиколотки, и, сделав последний рывок, я тут же остановилась.

- Ты... не понимаешь... русского языка? Руки убрал от меня, живо! - хрипло повторила приказ, с вызовом глядя в глаза Тима.

- Ветрова, ты на всех так орешь, когда тебе предлагают помощь? - сарказм пошел в дело, значит?

- Так я опять Ветрова? - усмехнулась. - А ночью ты упорно называл меня 'деткой'... Ну-ну... Это, кстати, не твое дело, Ке-ри-мов, ору я или нет.

- Ого. Какие мы по утрам злые... - Тимур нахмурился, и выражение его лица стало почти жестоким.

Я воспользовалась этим моментом, чтобы скинуть с себя ладони парня. Рывком поднялась с пола, стараясь сдержать рвущийся с языка стон. Пресс после усиленного комплекса упражнений, отозвался тупой болью. Кажется, я слишком перестаралась, но как еще я могла удержать себя от забега в кровать к Тиму. Собственное тело можно было обмануть только привычным занятием спортом.

Ясно? Так что свои комментарии о моей утренней злости кое-кто может засунуть себе в ж***. Пусть Керимов валит к своей подружке и на ней тренирует свое красноречие. За три года совместной жизни они должны были отлично с ней спеться.

Мысли об Ане снова вызвали во мне новую волну раздражения (вполне предсказуемо, да...), и, потому потянувшись к полотенцу, лежащему на диване, я "прохлопала" тот момент, когда Керимов, как аллигатор, цапнул меня за запястье.

Ну, почему у всех моих знакомых парней дурацкая манера принуждать меня к разговору? Вот, Керимов, он чего добивается, вцепившись в меня, как клещ? Я должна покорно сесть к нему на колени? Закрыть рот и позволить развешивать лапшу на своих ушах?

- Ночью тебе показалось мало? - поинтересовалась сухо, намекая на тумаки, которыми наградила Тима.

- А что было ночью? - парень прищурил глаза, следя за тем, как я аккуратно пошевелила запястьем, пытаясь вырвать руку из его хватки.

- У тебя амнезия? - уточнила с сарказмом и получила невиннейшую улыбку на лице Тима.

В этот момент придурок рывком дернул меня, к себе и я лишь чудом удержалась на ногах, свободной рукой опираясь на край дивана. Поведение Тимура окончательно вывело меня из себя.

- Ты руки уберешь от меня или нет?! Если хочешь тр***ся, тогда хватай манатки и вали к своей Ане, - предложила, глядя в сузившиеся от удивления зрачки Тимура. - Твоя будущая жена с удовольствием тебе отсосет! А сейчас - убери! от меня! руки!

Тимур резко разжал пальцы, и я на всякий случай переместилась от него подальше. Парень тем временем откинулся на спинку дивана и заявил таким ледяным тоном, будто я была что-то ему должна:

Да неужели? Кажется, тебе этот факт пять лет назад не помешал залезть мне под юбку.

- Со всеми своими претензиями, можешь отправляться к Анне, - посоветовала цинично. - Я не твоя подружка, чтобы вести себя, как ангелок.

Керимов тут же ухватился за мою фразу. Усмехнулся, спросил с сарказмом:

- А, что, в роли моей подружки, ты вела бы себя по-другому?

Я замерла на пару секунд, обдумывая свой ответ. Как всегда в момент истерики мое сознание было предельно чистым и четким. Голос почти не дрожал (от злости или от боли?), когда я все-таки взглянула Тиму в глаза.

- Мы проверяли это, Тимур, ты забыл? - я усмехнулась, говоря об очевидном факте и напоминая Керимову о том жалком месяце, что мы прожили вместе. - Я УЖЕ была одной из твоих подружек. И единственное, что в наших отношениях тебя бесило тогда, это... как ты ночью сказал? Отсутствие секса? Спасибо, кстати, что просвятил. Через пять лет было... любопытно... об этом услышать.

Керимов так и не договорил, его лицо помрачнело, он нахмурился и рывком вскочил вдруг с дивана. Но нет, не сделал ни одного шага ко мне, хотя я безумно боялась, что он решил мне устроить трепку. Судя по злым искрам в серых глазах, своим последним заявлением я 'страшно' задела Тима.

- Ты ни черта не понимаешь, - сообщили мне так, будто я обязана была быть всепрощающей и всепонимающей идиоткой.

Я? Тиму? Что-то должна? Ну, нет. С этими предъявами - к Анне.

- А мне никто не объяснял, как я должна 'по-ни-мать', - заявила с сарказмом, сил на который почти не осталось. Плакать сейчас хотелось мучительно сильно. - Извини, - усмехнулась, не обращая внимания на стоящие в глазах слезы, - я забываю все время о твоей великой true love... Кстати, - замолчала, выдерживая паузу, чтобы усилить эффект (нет-нет, не специально, просто тупая боль комком встала в горле), - как она сейчас поживает?

Керимов вопреки ожиданиям ничего мне не ответил. Он постоял напротив меня пару секунд, вперив взгляд мне в лицо и о чем сосредоточенно размышляя. А после...Тим не кинулся меня душить, не попробовал объясниться или что-то сказать в свое безусловное опавданье (впрочем, а было ли, что ему говорить?) Вместо этого Керимов передернул плечами, будто от холода, и, все так же молча, вышел прочь из гостиной.

Я осталась стоять возле кресла, ошалело хлопая ресницами и пытаясь сообразить, что же теперь с нами будет. То, что Керимов разозлен, было уже очевидно. А злой Тимур под одной со мной крышей, наше пребывание рядом, точно, закончится катастрофой. Но он...

Он ведь не убьет меня за то, что я наговорила?

Пока я тупо таращилась перед собой, не зная, что делать дальше, то ли убегать из квартиры, то ли снова баррикадироваться в ванной, Керимов решил возникшую между нами проблему вполне кардинально.

Дверь в спальню распахнулась от резкого удара, и лишь электродоводчик спас ее от неибежной встречи с краем книжного шкафа. Тимур, полностью одетый, в помятой рубашке без нескольких пуговиц (придется, искать их на кухне, значит), вылетел из комнаты и быстрым шагом направился в коридор.

Ах, вот оно что... Что, и чая теперь не попьете?

Сложив руки под грудью и прислонившись к стене в прихожей, я с усмешкой наблюдала за тем, как остервенело Тимур одевает ботинки. Интересно, кого это он так ненавидит? Не уж то, меня? А я-то думала, что в нем заговорила совесть.

Перед тем, как окончательно (вот теперь точно - отныне и присно и вовеки веков. Аминь!) покинуть мою квартиру, Тим вдруг оглянулся в последний раз на меня. Брови сдвинуты, переносицу украшает глубокая морщина.

Он открыл, было, рот, чтобы выдать очередную гениальную фразу мне напоследок. Но вместо этого взгляд Тимура из обжигающего презрением превратился вдруг в ледяной. И еще через мгновение передо мной стоял хорошо мне знакомый - равнодушный и абсолютно спокойный - мужчина.

Так и не произнеся больше ни одного слова, Тимур развернулся ко мне спиной и беззвучно скрылся за входной дверью. Не скрипнула ни одна пружина. Только тихий щелчок возвестил мне о том, что я осталась одна.

- Хм... Спасибо. И с чем же ты меня поздравляешь? - Странное поведение отца было последним, с чем я хотел бы разбираться в пятницу после обеда. Но в голосе Виктора был явстенно слышен сарказм, и это почему-то здорово меня насторожило. Старший-Керимов редко позволял себе быть циничным и жестким.

- Мне Маша сейчас позвонила, - сухо признался отец через пару мгновений. - Рассказала нам о ваших планах. Ты нам-то когда собираешь сообщить о точной дате? Или мы теперь будем общаться только с нашей невесткой?

Дурные предчувствия, мучающие меня весь день, только сейчас обретили четкое направление. Так вот оно что. Но Аня же не идиотка, не могла же она...

- Анютка сказала, вы думали с ней о сентябре. Вы выбрали уже конкретное место?

- Какое место? - в горле в момент пересохло, я потянулся за бутулкой Perrier, стоящей у меня перед носом. Если отец немедленно не расскажет, что он имеет в виду, я придумаю еще два десятка причин, чтобы при встрече пристрелить Аню. И я очень надеюсь, что у этой девчонки хватило ума не обсуждать с моей семьей ЕЕ планы.

- Только не говори, что ты не в курсе. И не пытайся отвертеться от внуков. Мы с матерью хотим, как минимум двух... Я рад, что ты, наконец, надумал остепениться...

Слова отца долетали до меня, как сквозь толщу воды. Страх отступил моментально, оставив место для всепоглощающей злости.

- Когда вы приедете к нам, чтобы все обсудить? - поинтересовался старший-Керимов, по-прежнему усмехаясь. О, да. Мой отец догадался о том, что со мной происходит и не приминул вновь подколоть. Последние годы это стало самым любимым из его развлечений.

- Был трудный день, - откликнулся мрачно, аккуратно отстраняясь и снимая со своих плеч ее руки. Аня даже не обратила внимания на мой резкий тон. Сияла, как начищенная до блеска, монетка, и радостно мне улыбалась.

Ну, ну, разговор с моими предками определенно ее воодушевил. Или тут что-то другое? Подтверждая мою догадку, не замолкающая ни на секунду Аня, наконец, добралась до главной новости этого дня.

- Тим, к нам ненадолго заехала мама. Ты же не против? Давай перекусим, а потом перед клубом подвезем ее на машине до дома?

Я замер в прихожей, не сразу находя приличные слова для своего ответа. Бл**, какого черта?!

- Я тебе еще днем сказал, что мы сегодня никуда не едем.

- Как не едем? Ну, ты что? Я думала, ты пошутил, - кислое выражение лица мгновенно сменилось умоляющим взглядом и улыбкой, которая, видимо, должна была меня ободрить. - Сейчас поужинаем, чуть-чуть отдохнем. И к полуночи ты будешь уже как огурчик. Тебе срочно надо развеяться. Так что взбодрись! Я не узнаю тебя, Тим!

Я открыл, было, рот, чтобы сказать Ане пару "ласковых" о тех женщинам, которым для начала стоило поинтересоваться мнением потенциальных супругов. Но прежде, чем я успел произнести хоть слово, из гостиной крайне не вовремя явилась Анина мама. Наталья Петровна Лиховецкая во всей красе. Мои скулы тут же заныли от натянутой в уголках губ улыбки.

- Тимур, сынок, - мадам Лихо была, как всегда, в своем репертуаре.

Вот дерьмо! Они сговорились, чтобы меня достать? Я уже дважды прямым текстом просил, чтобы меня не называли Тимочками, Тимошечками и сынками! Но Наталья Петровна, страдая, по всей видимости, избирательным склерозом, упрямо продолжала сюсюкать со мной, как с душевнобольным. Порой меня так и подмывало сказать ей в ответ такое же разлюбезное 'Наташуля' или 'Натусик', но, по правде сказать, мадам Лихо тянула только на неблагородную ни в коем смысле Натаху.

Первый раз увидев Анюткину мать, я был искренне... впечатлен и ее размерами и стилем ее общения с окружающим миром. Жизнерадостный колобок на ножках растягивал улыбку до ушей, при каждом удобном случае лез с объятиями и поцелуями и, кроме всего прочего, постоянно пытался накормить всех подряд. Под горячую кулинарную руку попадали все случайно оказавшиеся в поле зрения мадам Лиховецкой гости дома. И не приведи Бог, прийти к Ане на полный желудок... Я до сих пор вспоминаю пару ужасных историй из нашего прошлого с ней. Впрочем, речь не об этом. Как при такой страсти к приготовлению пищи, мадам Лихо умудрилась вырастить свою дочь идеально худой, для меня и по сей день остается неразрешимой загадкой.

- Ты, наверное, устал после работы? - Наталья Петровна обняла и по-родственному похлопала меня по спине так, будто я на самом деле стал ей родным сыном. - А мы с Анечкой приготовили для тебя отличные отбивные. Сочная телятина, чесночный соус. Ох, просто пальчики облизать! Пойдемте скорее за стол! Мы так давно не виделись, не сидели вот так по-простому... Ну, Тимурочка, ну, расскажи, как у тебя дела на новой работе? Аня мне шепнула на ушко, что тебе поручили руководство отделом...

Да, неужели? На ушко, значит, шепнула? С моими родителями она тоже шепотом говорила?

Я покосился на Аню, улыбающуюся мне точно так же, как улыбалась мне ее мать. Анютка стояла по правую от меня руку и смотрела на меня почти с щенячьим восторгом. Кажется, кто-то верит, что я не увижу этих женских уловок?

В коротком розовом платье, с волосами, струящимися по обнаженным плечам, Аня была похожа на божество, сощедшее с небес во плоти. Раньше это ангелоподобное сходство здорово меня заводило в постели. Но сейчас... я тихо бесился, глядя на то, как невинно мой ангелок хлопал ресничками и пытался задурить мне мозги песнями о превосходной жрачке.

Что ж, вы говорите, ужин готов? Ну, давайте, по-семейному поболтаем!

Я ответил улыбающейся Ане своим самым мрачным взглядом. И прежде, чем она что-то успела мне возразить, поторопился на кухню.

- Я открою вина, - сообищил из-за двери и, пока Аня о чем-то договорилась с матерью в столовой, успел отпрокинуть в желудок сто грамм отменного французского коньяка. 12 лет выдержки - просто шикарно. Приятное тепло растеклось по желудку и собственная жизнь перестала казаться такой дерьмовой.

Из-за сумасшедего графика на работе я не нашел даже пяти минут, чтобы оторваться от дел и утолить голод. Сейчас живот ощутимо кололо, и ароматы, плывущие по квартите, будили во мне почти аллигаторовский аппетит.

В любом случае, пока мадам Лихо дома, разговор с Аней лучше не начинать.

Ужин прошел для меня почти незаметно. Я нысящал свой ворчащий желудок, пропуская мимо ушей все не относящиеся к моей работе вопросы. Говорить о своих предках я себе категорически запретил. Любознательная Анина мама в конечном итоге устала клещами вытягивать ответы из моего рта.

Напряженная атмосфера, повисшая в столовой, ощущалась с каждой минутой острей.

- Тим, может, ты не будешь увлекаться вином? - Аня робко попробовала меня придержать, когда я достал из домашнего бара вторую бутылку.

- Мы так редко встречаемся с твоей мамой, Анют, - я постарался, чтобы мой голос звучал спокойней, хотя внутри я чувствовал себя, как бурлящий от гнева и злости котел. Удивительно, как это Аня с ее нюхом до сих пор не заметила моего состояния. Или присутствие Натали усложняет эту задачу? - Это же отличный повод, чтобы открыть Монроз (Chateau Montrose - прим. автора), не так ли?

Польщенная вниманием Наталья Петровна тут же расцвела, как майская роза. А Анечка вздохнула и попросила налить несколько капель ей. В отличие от своей матери, Аня пила очень редко и мало.

К 11 часам вечера, когда стол окончательно опустел, а о выпитом вине напоминала только пустая бутылка, Наталья Петровна вдруг снова попробовала меня "разболтать".

- Тимочка, я слышала, тебе нравится осень? Если бы вы с Анютой свадьбу устроили в сентябре, такие красивые фотки бы получились...

Мечтательный тон никак не вязался в одну картинку со взглядом. Напряженным и ждущим.

- Да, года через два надо будет об этом подумать, - откликнулся невозмутимо и залпом опрокинул в себя последний глоток вина. Аня вздрогнула на своем стуле и напряглась так же сильно, как и ее мать.

Я равнодушно пожал плечами. Алкоголь уже притупил мою ярость. И слова 'будет так, как я решил' произносить еще было рано.

Анютка сосредоточенно собирала со стола посуду и делала вид, что смотрит мимо меня. Ее волнение выдавал только голос, напряженный и будто звенящий.

- Работа на работе случилась, Ань, - раздраженно ответил, расстегивая пуговицы на манжетах. Хотелось раздеться и, наконец, завалиться в постель. Если бы не мадам Натали, я бы видел уже десятый сон.

- Что-то не так с Воронским? - предпложила Аня, не замечая моего тона, и с бокалами в руках на несколько минут скрылась на кухне.

Я закатал рукава рубашки к локтям и тоже отправился к столу, чтобы ей помочь.

- О, ты уже все сложил! Спасибо, - Анюта мимолетом поцеловала меня в щеку и снова оставила одного. - Так что с твоим Вороном? - сквозь шум работающего на кухне крана до меня донесся очередной вопрос.

- Сделка почти сорвалась, - сообщил в пустоту, усаживаясь на диван и хватаясь за пульт, чтобы включить телевизор. Сейчас бы поспа-а-ать.

- Ты совсем расклеился, - Анютка появилась из кухни как раз в тот момент, когда я начал зевать. - Это все из-за вина, не надо было пить так много.

А еще двух стаканов коньяка, о которых ты даже не знаешь.

- Завтра суббота. Утром можно поспать подольше, - ответил, снова зевая.

- А как же сегодня? - разочарованно поинтересовалась Аня и присела рядом со мной на диван. - Я такое классное платье купила, юбка-плиссе, вот здесь классный вырез... Хочешь сейчас посмотреть?

- Лучше давай потом, - откликнулся без энтузиазма. Показ нарядов можно отложить до завтра.

- Как потом? - удивилась Анютка. - А дискотека?

Аня несколько секунд молча смотрела на меня.

- Но я уже сказала девчонкам, - неуверенно сообщила и хлопнула ресницами пару раз.

- Но ты обещал, - Анюта гневно сощурила глаза, верный признак того, что своим поведением я снова разбудил в ней стерву.

- Я передумал, - откликнулся просто. Знал, что нарываюсь на очередной скандал, но из принципа не желал уступать Ане. Кажется, она успела забыть, кто из нас двоих здесь главный.

- Так же, как и о свадьбе? - Анютка вскочила с дивана. - Ты и здесь передумал?

- Там было о чем думать? - изобразил удивление.

- Хамить не надо, - в раздражении Аня оттолкнула попавшийся на ее пути стул, деревянные ножки оставят теперь царапины на паркете. - Я просто спросила тебя о свадьбе. А ты молчишь, будто это тебя не волнует!

- Нежелание разговаривать теперь считается хамством? - умехнулся и снова принялся бороться с рубашкой. Надо переодеться и валить спать.

- А с какой стати ты не хочешь со мной говорить?! - Аня почти кричала.

- А ты еще не наговорилась сегодня? - зло уточнил.

В конце концов, это она, а не я устроила нам веселый вечер.

- О чем ты? - Анютка сбавила обороты, нахмурилась, пытаясь сообразить, что я имею в виду.

- О том, что ты натрепала моей матери, - напомнил сухо. Или об этом разговоре она тоже успела забыть?

- Я запрещаю обсуждать с ней вещи, которые не имеют к ней отношения!

- А наша дальнейшая жизнь не должна ее больше касаться? - голос Анюты дрогнул. Она заморгала часто-часто, пытаясь сдерживать слезы. Я опять почувствовал себя полнейшей свиньей.

- Должна, - ответил уже спокойней. - Только не надо ей выдавать твои планы за свершившийся факт.

Аня выглядела возмущенной. Пальцы сжатые на локтях нервно дрожали

- А что еще мне остается делать?! Мы с тобою увязли в болоте, и ничего, абсолютно ничего не изменится в ближайшее время!

- Мы же договаривались еще чуть-чуть подождать, - напомнил мягко.

- Чуть-чуть?! - Аня всплеснула руками. - Это ты про два года, о которых за ужином заявил? Мы с тобой говорили о нескольких месяцах, а не о паре лет!

- Мы обсуждали все это в начале марта. Сейчас неподходящее время, чтобы думать о свадьбе. И ты, между прочим, тогда со мной согласилась.

- Согласилась... А что еще мне остается делать, - ответила глухо и через мгновение снова обернулась ко мне. - А если для тебя это подходящее время никогда не наступит? Если каждый раз будут находиться удобные отговорки? Твое поступление в Вышку, аспирантура, переезд в Москву, в этом году - работа и новая должность. Что будет дальше?

- Это ты обсуждал! Моим мнением ты даже не поинтересовался!

- Окей, ты хочешь его озвучить? - Я сцепил руки под грудью, уставился на молчащую Аню. - Чего тебе не хватает?

- Семьи, - отозвалась просто, вскинула голову, чтобы казаться смелей, - Чтобы не эта фикция, не подобие жизни, а настоящая жизнь.

- Чем тебя не устраивает то, что у нас есть сейчас? Почему мы просто не можем отложить свадьбу?

Я качнул головой. Суть Аниных претензий была по-прежнему мне не ясна. И, может быть, единственное, чтобы было мне видно - это мерное движение маятника за спиной Ани. Туда-сюда. Туда-сюда. Тяжелая цепочка с гирей летала от одного края к другому.

- Нет, - откликнулся после секундной заминки. Стрелки часов замерли на отметке 12:03.

- Надо мной все смеются... - призналась горько.

Если бы я в этот момент не сидел на диване, точно бы захотел присесть.

- Друзья! - Аня схватила со стола оставшийся после ужина графин с соком. Хочет его разбить? - Ты понимаешь вообще, как наши отношения выглядит в их глазах?

Мы, что, теперь играем в загадки? Откуда я знаю, что на уме у ее подруг!

Анютка тем временем оставила графин в покое, но ее руки, вряд ли осознанно, потянулись к стоящим в центре стола цветам. Два дня назад я принес ей без повода шикарный букет, теперь ни в чем не повинные розы, исполняли роль деревенских ромашек. Гадает она, что ли, там?

- Ты тянешь время, ищешь все время предлоги, бежишь от ответственности, как от огня, - Анюта отрывала от пухлых бутонов один лепесток за другим. Красные листики, как капли крови, падали на белую скатерть. - И постоянно прикрываешься благой целью. 'Я добьюсь всего сам, не буду у отца просить денег'.

Голос Ани ломался, она старательно копировала мои интонации и мой тон. Неужели, в прошлый раз я был таким патетичным?

- Что плохого в поддержке родителей? - спрашивала Анюта, и в ее глазах в этот момент горел фанатичный огонь.

Я плотнее сжал зубы, не видя ничего странного в том, что принял решение жить без поддержки семьи. История с Яной многому меня научила. И одно из правил, которое я усвоил на всю свою жизнь, никогда не садиться на шею близких.

- Они ведь сами готовы тебе помочь, а ты начинаешь все делать с нуля. Ты даже от покупки квартиры из-за этого отказался! - Аня нахмурилась и уставилась на меня ... В чертах ее лица мне на мгновение почудилась Яна. Лили в последние дни перед нашим разрывом смотрела на меня с не меньшей злостью.

Да, бл*... ей я тоже не мог обеспечить райскую жизнь!

- Для тебя только это важно?! - вскинулся на диване. - Деньги отца? Жилье в Москве?

- Конечно, нет, - Анюта на несколько секунд замерла, нервно передернула плечами. Ответила уже тише, - Причем здесь жилплощадь... - а потом, меняя тему, снова обиженно упрекнула, - Просто я не понимаю, почему нельзя жить, как все.

Почему обязательно на кого-то равняться? Нельзя быть счастливым самому по себе?

- А как 'все' живут?! Что у нас является эталоном?

Аня взглянула на меня недоуменно. Я тихо бесился, а она смотрела на меня, как на больного. Но разве из нас двоих я так сильно хотел бежать к алтарю?

- Женятся, рожают детей, - просвятила Аня и сочувственно произнесла, - Семья, Тимур, знаешь, что это такое?...

Знаю! Я прекрасно знаю, что моя мать никогда не требовала от отца того, что он не может сделать. Не просила купить ей шубу, когда в девяностых нам нечего было жрать. Не упрекала его в отсутствии по вечерам, когда он только начал открывать свой бизнес. Она была с ним рядом и не полоскала ему мозги своими вечными: 'дай'. Вот это семья. А все остальное - только попытка нажиться за чужой счет.

- У нас все это будет, сколько можно тебе повторять?! Я обещал, что мы поженимся, ты меня вообще слышишь?

В ответ на мои вопросы, Аня вдруг подняла голос. Стоя от меня всего в двух шагах, она кричала так, будто я был в ванной и за шумом воды не мог разобрать ее слов.

- Поженимся когда?! Когда ты достигнешь уровня своего папы?! Сколько лет тебе понадобится, что повторить его путь?... Знаешь, твоя Литвинова здорово тебе мозги промыла. - Аня презрительно на меня взглянула. Презрительно??? Вот значит как... - Тебе проще валяться в грязи, чем согласиться на помощь близких.

Упоминание Яны подействовало на меня, как взрыв гранаты. И этой гранатой в тот момент стал я сам. Мы договаривались с Аней никогда не упоминать своих 'бывших', и, уж точно, не делать этого во время ссор!

- А кто мозги промыл тебе? - усмехнулся едко. - Неужели, твой Павел? Это из-за него ты так рвешься со мной под венец? Не он ли бросил тебя за неделю до свадьбы?

Аня резко вскинула подбородок, сжала плотнее губы, и несколько секунд смотрела на меня ничего не видящим взглядом.

- Ты... ты.... Не смей. Никогда. Говорить. О Паше!

- Так он до сих пор Паша? - ей богу, в другой раз я бы умилился тому, с какой нежностью Аня произнесла его имя.

- Да ради бога, - я почти развернулся, чтобы уйти в спальню. Но полный гнева голос Ани как кинжал полетел в мою спину.

- Ты ничем не лучше меня. До сих пор по ночам грезишь Яной. Думаешь, я не слышала, как с Кареном вы трепались о ее формах?

- Когда это было? - возмутился почти искренне. Года полтора назад? Да, у этого разговора срок давности на исходе!

- Какая разница? Или ты хочешь сказать, что я вру?

Я промолчал, а еще через мгновение Аня решила добавить в наш котел щепотку соли.

- И еще на вечеринке у Леши... Знаешь, это было гадко.

Я ощутимо напрягся. А ведь еще пару дней назад был уверен, что Аня ничего не поняла.

- Когда весь вечер сидишь так, будто проглотил железный прут, не думай, что близкие люди этого не видят.

- Я думал о своей работе, - откликнулся уверенно, хотя внутри вместо злости теперь было пусто.

- Ты о Ветровой думал! - уверенно припечатала Аня. - Ты только на нее и смотрел.

- Да, окей. Еще на пару-тройку других девиц! Как же я от этого устала!

- Смотри куда хочешь, но не делай этого так явно!

Предложение Анюты показалось мне сущим бредом, и я, не сдержавшись, хмыкнул. Зрачки Ани в этот момент расширились еще сильней. Но вместо того, чтобы вылить на меня новую порцию яда, девушка спокойно развернулась в сторону коридора.

- Я сегодня поеду к маме, Тимур, - сообщила тихо. - Мне надо подумать.

Я был уже в спальне, когда хлопнула входная дверь, и в квартире воцарилась полнейшая тишина.

Прошли почти сутки с тех, пор как мы поругались с Аней. За двадцать четыре часа мой мир ненадолго встал на дыбы.

Я плохо помню, что в ту ночь дернуло меня позвонить брату. Кажется, следуя примеру Анюты, я захотел провести время с семьей. Пустая квартира после скандала с Аней казалась мне слишком мрачной. Истерзанные розы с оборванными лепестками молчаливым укором мне и моему поведению стояли в центре стола. Перед уходом погибший букет был безжалостно отправлен в мусорный ящик.

- Давай съездим в клуб, - предложил Лешка через десять минут после телефонного разговора. С Михайловым, если я правильно угадал.

- Отправляйся один. Ты, вроде, уже не ребенок, присмотр родителей тебе ни к чему, - покачал головой и кинул в рот последний кусок бутерброда с рыбой. Малой никогда не заморачивался с готовкой.

- Мне одному будет скучно, - маленький манипулятор состроил умильную рожу. Ну-ну... Он думает, я поддамся на его жалобный взгляд? - Да, и тебе хорошо бы развлечься.

- Мне сейчас развлекаться, - хмыкнул и сделал несколько жадных глотков из бутылки с водой.

- Ну, неудачно сказал, признаю, - Лешка пошел напопятную, а потом предложил. - Тогда отвлешься. Выпьешь пару коктелей, стриптиз посмотришь и...

- И мне не пятнадцать лет, - сухо напомнил брату.

- Ого, так ты с пятнадцати начал...? - Лешка завистливо вздохнул, скрывая под маской восхищения не детский сарказм. Откуда он только набрался?

- Я же не спрашиваю, во сколько ты начал, - огрызнулся, размышляя почему-то о Михайлове. Дернул же черт моего брата связаться с ним.

- А я и не скрываю, - Леха выглядел, как сама простота. - С таким-то братом, как у меня, я бы 'в девках' не засиделся. Или, как там, правильно - в 'пацанах'?

- Так, пацан. Иди в свой клуб, только скажи, где...

- Ну, нет! - Лешка замахал руками, - одного тебя я не брошу. Я же себе этого потом не прощу. Давай лучше недолго проветримся, а после я в лучшем виде доставлю тебя на любимый диван.

- Я к себе не поеду. Сказал же, что буду ночевать у тебя!

- Ладно, ладно. Полегче. Я думал, ты к возвращению Ани хочешь прибраться дома, - Малой невинно моргнул. И лишь в его словах можно было найти очередную шпильку. В прошлый раз брат забавлялся тому, что я занимаюсь уборкой.

- Ты на что намекаешь? - зло уточнил, напряженно гляда на Лешку.

- Ни на что. Лучше давай собирайся. Выпьем пару коктелей, посмотрим на телок и все. Жизнь будет в кайф!

И все-таки, да, я поехал в клуб вместе с братом. Наверное, мне самому не хотелось проводить эту ночь в тишине. Иначе, в чем смысл уезжать из своей квартиры? Только ли ради того, чтобы сменить ее на такую же пустую, но в соседнем районе?

Лешка был прав, мне надо развлечься. И пусть я не рассказал ему всех деталей, лишь в общих чертах сообщив о ссоре с Анютой, Малой понимающе кивнул и, вцепившись, как клещ, потащил за собой на танцпол.

- Повеселись, как следует. Тебе сейчас это нужно! - посоветовал на прощание и, бросив меня одного, умчался к входу в vip-зал. Он предлагает найти себе развлечение на вечер?

Следуя невысказанному совету брата, несколько минут я потратил на то, чтобы оглядеться по сторонам. Танцующие парочки, толпа одиноких девчонок у бара - мало что изменилось за эти три года. Кажется, именно тогда я в последний раз был здесь один. Блондинка в коротком топе и с замысловатой тату на животе поприветствовала меня поднятым в воздух бокалом, медленно облизала пухлые губы и улыбнулась. Мне. "Иди сюда", - призывно кричал ее взгляд.

Верх примитива! И после этого я должен кинуться к ней через весь зал?

В этом мире, похоже, ничего не изменилось. А ведь пару лет назад подобное приглашение здорово бы мне польстило. Внимание было приятно и до сих пор, но... Часа два назад я еще был в своем доме, думал о сексе с Анютой и точно не планировал искать ей замену на эту ночь. Если всякий раз бежать от проблем в чужие объятия, к чему натягивать маску и пытаться строить семью?

Задумавшись вновь о скандале с Аней, я окончательно потерял хороший настрой. Веселиться?! Блондинка? Брюнетка? Какая разница?! К черту! Что это изменит, если завтра с утра все те же проблемы останутся вместе со мной? Ничего...

А если напиться? До беспамятства? До дури? До состояния зеленых чертей в голове? Напиться так, чтобы воспаленный мозг перестал задавать мне вопросы, ответов на которые у меня по-прежнему нет?

Опрокидывать в себя стакан за стаканом, пихать купюры девкам на сцене, хамить бармену, драться с охранником и в итоге подобрать свой пиджак на выходе изцарства 'зеленого змия'... Да. Я хочу коньяка, а дальше - пусть будет, что будет. Мне надоело загонять себя в рамки, решая проблемы, которые нельзя решить.

Не обращая внимания на подмигивающих мне девчонок, я покинул танцпол и спустя пять минут нашел своего непутевого брата. Первая же открытая мною дверь вела в нужный зал. Друзья Михайлова, устроившись в креслах, курили кальян, а Лешка, цедящий коктейль, скромно пристроился с краю дивана. С какой это стати Малой ведет себя будто побитый щенок? Он, что...?

Ве-тро-ва! Ветрова? Какого ***?Она тоже была в этом клубе.

Черт, а ведь две недели назад я думал, что мы все решили.

Мне вспомнилось вдруг, как на Лешкиной вечеринке после того, как гости уже разошлись, а Малой смыл с лица свою кровь, в комнате Лехи появилась удивленная Аня. В тот момент я озвучивал список своих претензий придурку, и потому присутствие девушки за спиной заметил лишь через пару минут.

Сколько она стояла в дверях, слушая наши крики?

- Ты вообще понимаешь, что говоришь?! Тебя в Лондоне не научили держать язык за зубами? - я отчитывал младшего, не догоняя, что на него сегодня нашло. С какой стати он докопался до Ветровой и ее отношений с парнями? К чему упрекать ее в том, чью она греет постель? Пусть спит с кем угодно, верно?

- А что ты так бесишься? - Лешка уставился на меня с подозрением, выискивая второе дно там, где его не могло быть. В этом с Ветровой они были похожи. - Все, что я сказал, сущая правда!

- Тебя не касается чужая личная жизнь, - повторил жестче.

- А почему нет, если я хочу с ней встречаться? - брат передернул плечами.

- Конечно, - Малой потер задумчиво подбородок, ничуть не смутившись сарказма в моих словах. - В конце концов, у нее пять лет назад сносило от тебя крышу. Мне кажется, я на тебя сейчас очень сильно похож.

Если бы не постель, на которой развалился с комфортом братец, я бы вновь треснул его по голове. Он больной?

- О чем это вы говорите? - Аня выбрала отличный момент, чтобы заявить о своем присутствии в спальне. Я чуть заметно вздрогнул, а Лешка остался по-прежнему невозмутим. Значит, Аню он уже давно видел. - Тим, что на тебя нашло? - укоризненно переспросила Анюта. - Из-за чего ты ударил Лешку?

Я метнул в брата предупреждающий взгляд, но Малому, состроившему невинную рожу, на меня было пох***. Если я не попробую его остановить, он точно подложит нам всем свинью. Ну, или мне. И я по его милости окажусь крайним.

- Ань, это наши дела. Не лезь, пожалуйста, в это, - постарался ответить спокойно и предложил, все еще надеясь, что брату хватит мозгов замолчать. Вряд ли, Аня обрадуется, если узнает о Ксюше. - Давай поговорим позже?

- Тимур против, чтобы я встречался с его бывшей! - гаденьким голосом сообщил Лешка, в этот момент выглядящий так, будто выиграл миллион.

- Да, я же рассказывал тебе о Ксеньке, - потоки информации лились из Лешки, как из засорившегося унитаза. Это дерьмо теперь точно не остановить. Если вмешаюсь, выйдет значительно хуже. - Та шикарная блондинка, с которой ты болтала на кухне. Ты помнишь?

Аня услышала все, что ей было нужно. Закономерный вывод напрашивался сам собой. Бышая. Ветрова и 'шикарна 'в исполнении Лешки. Контрольный выстрел в висок, мой дорогой брат.

- Так вы встречались? - Аня уставилась на меня с таким видом, будто я скрыл от нее, как минимум, сына.

Но это же Ветрова. Черт, Ань, я с ней даже не спал!

- Ничего такого, о чем стоило бы переживать, - ответил уверенно, уже зная, что Анюта все равно не услышит. В присутствии брата - да, никогда...

- Вот и я говорю, что фигня! - Лешка вдруг обрадовался моему ответу. - Чего ты заводишься, Тим? Ну, месяц вы вместе пожили, так это же было до Яны.

Упоминание Лили все-таки сорвало меня с тормозов. Он псих?

- Тебе было мало? - поинтересовался прохладно. - Или, может быть, врезать снова?

- А за что ты хочешь его избить? - Аня напряглась и встала в позу.

- Я собираюсь с нею встречаться! Так что это дело очень даже мое. А ты тихо будь. Или, в крайнем случае, сразу признайся. Скажи прямым текстом: 'Леш, не приближайся к ней'.

- Я? Да мне наср**ть! Приближайся, встречайся. Делай, что хочешь! - я сжимал кулаки и понимал, что моей трепки Лешке не избежать. Если из-за этого разговора Аня устроит мне вынос мозга, мой брат будет трупом, Ipromiseyou!

- И сделаю, конечно! - с вызовом заявил Младший

Какого черта? Быть может, характер Лехи и изменился после отъезда в Лондон, но никогда раньше он не вел себя, как дерьмо.

- Я вообще не понимаю, что ты в ней нашел, - Аня обиженно вставила свои пять копеек, и мой брат моментально расплылся в белозубой улыбке. - Она для тебя не стара?

- Кси-и? - Лешка будто невзначай спустил руку с кровати и подхватил один из снимков, рассыпанных на полу. Даже после ухода гостей он не подумал их спрятать. - Мне и такая сойдет.

А-то надеялся, что Аня ничего не заметит. Теперь после жеста брата Анютка не поленилась даже присесть, чтобы взять в руки фото.

К чертям женское любопытство! Вечером мне снова поимеют мозги.

- Клево, правда? - Лешка по-прежнему улыбался, как обожравшийся сливок кот. Ну, брат, держись. Мы еще с тобой... 'поболтаем'.

Ради интереса я краем глаза тоже взглянул на фотографию Кси. Под струями душа, с потеками мыльной пены на обнаженном теле, закрыв глаза и прикусив опухшие от поцелуев губы, Ветрова ласкала свои соски. Камеры она, ясное дело, не замечала. И потому...

Я не видел Ветрову слишком давно, для того чтобы не заметить, насколько она изменилась. Стала стройнее? Раскованнее? Или, может быть, загорела? Пять лет назад, черт... Бл***!

Какого черта мой брат хранит у себя эти фото?!

- Мерзость, - Анюта откинула фотки прочь и поднялась с колен. Куда делась вся ее прежняя злость? - Тим, давай уедем отсюда.

Постоял, молча разглядывая Аню и гадая, что у нее сейчас на уме. Но девушка вела себя почти, как обычно. Спокойно и равнодушно смотрела мне прямо в глаза. Что же с нею не так?

Это было почти две недели назад. Чертовы 14 дней... А ведь позже мой брат к Ветровой обещал не приближаться. Но... Вот она здесь, замерла на диване. И вместо того, чтобы войти, я остановился в дверях.

Сколько раз за свою жизнь Ветрова портила мне вечеринки, сколько раз со своими претензиями лезла в неподходящий момент?! Всегда оказывалась там, где я ее меньше всего хотел видеть. Всегда находила слова, чтобы меня уязвить. Нет, она не требовала от меня измениться и стать неожиданно лучше, не упрекала в том, что последние годы я вел себя с ней, как свинья.

И жизнь со мной... хм... Ветрова ни за что не назвала бы скучным болотом. Из всех моих 'бывших' она одна ничего от меня не ждала. Быть может, я просто не соответствовал ее идеалам?

В моей памяти вдруг всплыли воспоминания о школе, о тех дебильных ссорах и спорах, что мы постоянно вели. А ведь Ксения смотрела сейчас на меня со знакомой мне смесью удивления и страха. Я почти ждал, что она откроет свой рот и скажет мне "отвали!" Я, правда, хотел, чтобы она сделала это. Опять попыталась бы меня упрекнуть или хоть чем-то задеть. Это стало бы поводом, тем самым взрывом... Предохранитель в моей голове был бы сорван к чертям, и, как в школьные времена, я назвал бы Ветрову идиоткой.

Но Кси упрямо молчала, и этим молчанием выводила меня из себя. Я не понимал, что со мной происходит, и почему я так остро реагирую на нее. В тот момент, когда я увидел Ксению в зале.. Нет. Я не знаю, чего на самом деле от нее захотел. Удивление мешалось со злостью. Радость от встречи - с ожиданием ссоры. В моей голове царил первозданный хаос. Я мог только молча смотреть на нее.

А она... делала вид, что меня не видит. Пустое "привет" сложно принять за нормальное обращение. Мы будто вернулись к тому, с чего все началось. Ветрова, как и раньше, злилась и меня презирала. В темных глазах я без труда читал: "не подходи!"

Остановленный этой выразительной просьбой, я не двинулся с места.

Это было странно.... просто за ней наблюдать. Не говорить, не спорить, не пытаться унизить. С любопытством следить за тем, как дрожат ее пальцы, как полупустой бокал снова оказывается на столе. Клубничный мохито? Невероятно... Это было похоже на сюжет дурацкого сна. Кси никогда в жизни не переносила мяту. Она морщила нос всякий раз, когда я предлагал ей свой любимый коктейль. Но теперь... Ее вкусы изменились так сильно?

Я еще раз внимательней окинул Ветрову взглядом, словно пытаясь отыскать то, что разглядеть не успел. Вырез белого платья подчеркивал нужные "формы". Короткая юбка вызывающе задралась. Ксения, как всегда, выглядела, как...

Усилием воли я заставил себя отвернуться от Ксюши. Лешка улыбался мне так, будто хотел добить. И упоминание Ани...Зачем он делает это? Какое ему дело до Аньки и моих ей звонков?

Пусть Аня катится к черту. И с этой свадьбой, и со своей мамой, и со своими требованиями обеспечить ей красивую жизнь. Я сыт по горло. И это чувство... чувство усталости становится с каждым часом сильней.

Словно в ответ на мои мысли Ксения вдруг потянулась к ремешкам своих босоножек, поправила пряжки и, ни слова не произнося, отправилась прямиком к двери.

Мне стало вдруг тошно. Ветрова не собиралась со мной говорить. И оставаться в одном зале со мной - тоже. 'Больше не попадайся на моем пути'... Кажется, так ты сказала во время последней встречи?!

Отлично. Давай. Топай отсюда. А я найду, чем заняться, и без тебя.

- Черт, ну и, за каким хреном, ты меня притащил? - устало поинтересовался у брата, потер лицо ладонями и вдруг пожалел, что до сих пор не заказал себе коньяка.

Лешка вздрогнул, а Ветрова... хм. Ее гневный взгляд почти пригвоздил меня к полу.

- Мне тоже интересно, зачем вы сюда явились, - выдала желчно.

- Надеялись, кто-нибудь нас развлечет! - Младший первый справился с удивлением и тут же нагло заявил о своих планах. Я улыбнулся, глядя на раздраженную Кси.

- Тогда я вас поздравляю, - как в старые времена, в голосе Ксении вновь зазвенели знакомые нотки. Сарказм и издевка. Она как всегда била по нужным местам. - Бар и танцпол - на первом. Девушки там же. Отлично повеселиться!

Я усмехнулся, вдруг вспомнив, как пять лет назад Ксения извивалась в объятиях Ника.

Ветрова вздрогнула, удивленно уставившись на меня. А Малой неуверенно переспросил:

Я вдруг почувствовал себя, стоящим на краю небоскреба. Если мой брат не заткнется, если сейчас влезет в это дерьмо, так же как влез в мой разговор с Аней...

Через пару секунд одной головной болью у меня стало меньше. Лешка покорно слился из зала, оставив нас с Ветровой наедине. Ну, почти... Слава и Ден играли роли безмолвных статистов.

- Ты, правда, уходишь? - спросил, стараясь не выдать своего интереса. И улыбнулся про себя, заметив, как напряглась Кси.

Мне все же не верилось в то, что Ветрова хочет сбежать отсюда.

- Ну, да,- Ксения откликнулась тихо и снова потянулась к двери. - Я устала.

А я? Ты видишь, вообще, что со мной происходит?

- Может, задержишься еще ненадолго? - попробовал зайти с другой стороны, наблюдая за тем, как Ксения замирает на месте.

- Разве мы еще не все обсудили? - Ветрова удивленно вскинула брови и попробовала осторожно меня обойти.

- Почему ты такая... злая? - поинтересовался с усмешкой, замечая, что Кси молча бесится и готова вот-вот на меня закричать.

- А ты, что, такой любопытный?! - Ксения огрызнулась и полыхнула глазами так, будто собиралась меня испепилить.

Эта разница между Аней и Кси стала мне вдруг очевидна. Анютка, как бутерброд с сыром и ветчиной, была каждый день моим обязательным блюдом. А Ветрова... я смотрел на нее так, будто в тарелке передо мной оказался бурито с огненным чили.

- Может быть, потанцуем? - предложил наудачу, даже не думая о том, что Ксения попробует отказаться.

Ветрова замерла. Это ее чертово умение зависать в самый неподходящий момент. Бли-инэ, соображай быстрее!

Не дождавшись ответа, я схватил Ветрову за запястье и подтоклнул к двери. Первое время она даже не сопротивлялась, покорно цокола каблуками и шла следом за мной к лестнице на первый этаж. Я вздохнул почти облегченно.

Мысли путались, ладонь горела от соприкосновения с ее кожей. Я чувствовал себя так же, как пять лет назад. Дебильное чувство. Снова, как в детстве, в моих руках оказалась заветная игрушка.

Ветрова вдруг споткнулась, остановилась, а еще через мгновение ловко вытащила запястье из моих пальцев.

Это ее "не могу" стало для меня последней каплей. О планах на эту ночь можно было смело забыть.

- Извини. Не могу танцевать. Голова разболелась и....

Ветрова бормотала под нос оправдания, хлопала ресницами и пятилась от меня, будто я превратился в монстра.

Я тебе, кто, мальчишка, чтобы просить остаться? Да, катись уже к черту! Проваливай! Беги, к кому ты там собралась! И не хрена смотреть на меня так, словно я тебе что-то должен!

Я бы зол настолько, что, казалось, вот-вот пошлю Ветрову на х***, скажу, чтобы не строила 'целку' и не парила мне мозги. Потанцевать, идиотка, это значит, просто по-тан-цев-ать!

У Ветровой из-за спины неожиданно показался Михайлов, невозмутимо поинтересовался, что между нами стряслось. И как только Ксения, испуганно ставя глаза, заявила, что хочет на house, этот ган*** попытался ее остановить.

Голова у тебя болит, да? Да у тебя с мозгами проблема!

- Ты не оставишь здесь меня одного! Мы хотели развлечься, Кси, оставайся! - Михайлов, как кот, кругами ходил вокруг Ветровой, просительно заглядывал ей в глаза и уговаривал не торопиться.

Да, ей на тебя насрать! Сейчас возьмет свою тачку и без зазрения совести свалит. Хватит уже унижаться! Она тебя...

В тот момент мне одинаково сильно хотелось убить их обоих. За пять прошедших лет отношения между ними стали еще теплей. У меня опять возникло ощущение дежавю, то же, что на и вечеринке у Лехи.

Они смотрелись, как сладкая пара из дешевого фильма. Михайлов хватал Ветрову за ладони, она наигранно ему улыбалась и ломалась... Опять ломалась так же, как и со мной.

- Может, тебя проводить? - поинтересовался, вдоволь налюбовавшись спектаклем.

Если так не хочется здесь оставаться, и даже твой типа-друг не может тебя удержать. А-атлично. Давай уедем из клуба вместе! Ну же?

Ветрова вздрогнула, уставилась на меня удивленно, и на мгновение я представил, как крутятся в ее голове шестеренки.

Но чем дольше тянулось молчание, чем чаще она кусала губы и отводила взгляд, тем сильнее я злился.

Ты, идиотка, может, включишь на время мозги? Я не собираюсь тебя уговаривать, как Михайлов. Ты...

Но уже через секунду Ветрова от меня отвернулась, и ее короткое, но емкое 'Нет' прозвучало, как 'иди на ***'.

Отличный план, и мне повезло, что по одному только взгляду Младший сразу понял направление моих мыслей.

Кто не доволен, может идти ***! Сегодня ночью будет коньяк и первоклассный вискарь. Сегодня алкоголь будет обжигать мое горло. Сегодня больше никто не заставит меня замолчать.

- Я притащил Рэми, мы пьем? - Леха, успевший за какие-то пятнадцать минут организовать 'поляну', вытащил из-под стола и всем показал бутылку Rémi Landier. Михайлов присвистнул. После того, как Ветрова гордо смылась из клуба, этот придурок примкнул к нашей 'стае' и, так же, как мы, собрался ни-падецки поддать.

- Где раздобыл 'валюту' (алкоголь - жидкая валюта, прим. автора)?

Фальшивой нотой в хор одобрительных голосов вдруг вклинился Дэн.

- Вы охренели?! Нас торкнут из клуба, если найдут коньяк. Тут штрафы за это, бл*..

На Дена шикнули, отодвинули от стола. Я, проигнорировав его недовольный взгляд, первым протянул бокал Лешке.

- Полный. Налей, - попросил брата, и уже через мгновение янтарная жидкость плеснулась на дно.

В какой момент разговоры за 'жизнь' скатились на 'вечную' - женскую тему (все бабы дуры!) ? Сколько мы выпили коньяка, и кто оплатил банкет?

Я помню только отрывки нашего полуночного трепа. Вроде, минуту назад речь шла о бабле. Дэн трепался о проблемах в своей конторе, а сейчас уже Младший с придурошной улыбкой на роже рассказывает всем, как Ветрова хороша. И какой же я лох, что просрал свое счастье.

Последнее заявление брата встряхнуло меня разрядом тока в четыре тысячи вольт.

- Какое-такое счастье? - переспросил хрипло и с удивлением обнаружил, что язык заплетается, а в голове, как и в мыслях, царит жесточайший туман.

- Ты с ней жил целый месяц, - таким же пьяным голосом, как и мой, заявил вдруг наш друг Михайлов.

- Почти два! - рявкнул и попытался дотянуться до придурка, чтобы отбить у него всю охоту лезть в мою жизнь с Кси.

- Сядь на место. Ты че завелся? - кто-то дернул меня со спины, и я, не устояв на ногах, свалился обратно в кресло. Пустая бутылка из-под коньяка, которую я неосторожно задел, рухнула со стола, но, вместо того, чтобы разбиться, гулко покатилась по полу.

Несколько секунд я следил за ней взглядом. На жидкость, щедро заливающую бетонные плиты, никто, кроме меня, внимания не обращал.

- Кто это тут проснулся?! Спи, давай, дальше, - Лешка залился дебильным смехом. Михайлов же, перехватив мой взгляд, пихнул Малого локтем.

- Мне зае***, - откликнулся мрачно. - Че вы вообще к Ветровой прицепились? У нас других баб больше нет?

- Ну, давай о твоей... - Леха открыл рот, собираясь закончить 'Аней'. Я слышал, как по слогам он почти произнес ее имя. Но сидящий по правую руку от меня имбецил вовремя вклинился в нашу беседу.

- А че это мы не будем о Кси говорить? - Михайлов даже приподнялся в кресле. - Ты с ней развлекся, так дай другим ... помечтать!

- Развлечешься с ней... как же, - пробормотал сквозь зубы и сделал еще один глоток коньяка.

Голоса Михайлова и Лешки слились в один. Я потряс головой, чтобы гул, стоящий в ушах последние десять минут, стал, наконец, тише.

- Ей было нельзя! - сказал, как отрезал, и зачем-то показал кулак брату. Еще хоть одно слово об этой ... Кси!

- О-о, тогда тебе в очередь, Тимыч, - Михайлов вздохнул и, оперевшись на ладони, сложенные под подбородком, с жалостью на меня посмотрел.

- Что? - я вдруг потерял нить нашего разговора. Почему мы заговорили о магазинах?

- Лучше выпей, - предложил вдруг мой Младший, и в моей ладони уже через секунду оказался полный почти до краев стакан.

Я без раздумий выпил. От разговоров о Ветровой меня вновь ощутимо 'штормило'. А что, ведь я бы сейчас ее тр***, если бы так не тупил. И она не бегала бы от меня, как от какого-то монстра.

- Да-а... Зря ты слился. Еще бы нажал, и она бы была твоя, - Михайлов неожиданно согласился с моей последней мыслью. И я ошашлело уставился на него, силясь понять, говорил ли о Ветровой вслух или нет.

- Да, и ты бы ей уже в***, - с усмешкой вдруг поддержал мой братец. И собственное воображение тут же подсунуло мне картинку засыпающей в моих объятиях Кси.

Когда-то давно... после истории с Лили, я в деталях представлял, что и как буду делать с Ветровой, так не вовремя и не кстати решившей уехать из Энска. За исполнение хотя бы десятой доли моих ярких фантазий я не пожалел бы отдать даже пару месяцев жизни с Анетт. Последних - точно...

После нашего очередного разговора о свадьбе, как раз на 8-ое марта, Аня стала вести себя как озабоченная истеричка.

- Ша-а...Он тебе с утра морду начистит! У меня до сих пор скула болит после его кулака.

- Бл**, иди сюда, дай посмотрю! Там где у тебя бо-бо?

Из разговоров было ничего не понять. Я открывал и закрывал глаза, но видел перед собой только мельтешение ярких точек. Музыка орала в колонках, мне казалось, что мы все еще находимся в клубе. И только мерная вибрация моего кресла была похожа на покачивание на волнах. Бороться со сном становилось все трудней и трудней.

Сколько я мог сопротивляться? Сколько мог цепляться за уплывающую в белесую дымку реальность?

Женский голос, поющий о чей-то судьбе, звучал для меня колыбельной.

Я улыбнулся, и руки почти рефлекторно легли на ее бедра. Малому завтра с утра скажу однозначное 'thanks'. И пусть блондинка в помятой футболке лишь отдаленно напоминает мне Ксюшу: она ниже ростом, ее волосы в беспорядке, губы искусаны, а буфера не катят на размер Кси...

Но, черт. Я умею ценить подарки. И эта девушка лучшее, что мог бы найти мой брат. Я же говорил тебе, Ветрова, что ты еще пожалеешь.

Вместо того, чтобы ответить мне такое же сладкое, как и она сама, 'хеллоу', взбаломошная блондинка резко меня оттолкнула.

Сходство девушки с Ветровой после этого жеста стало почти абсолютным. Откуда у Младшего появилась такая... girl?

Я бы бросился следом за ней, лишь бы вернуть нахалку на законное место. Но с раздражением и злостью белая фурия принялась втирать Михайлову-душке что-то про мой телефон.

Бл***, да я ж перед ним теперь в неоплатном долгу! Прекрасная новость.

Следующее просветление застигло меня почти у входа в квартиру. Железная дверь была распахнута настежь и, поддерживая меня за плечо, Михайлов пытался впихнуть меня внутрь.

Гневный голос блондинки (бл**, даже голос!) был точной копией голоса Кси. Во-во, на меня она так же орала! В этот раз, правда, ее истерика обходила меня стороной, выливаясь потоками на моего конвоира.

Ну, нет, пацан. Так дальше продолжаться не может. Вроде, Малой говорил мне о каком-то котенке, а я перед собою вижу такую же, как Аня, тигрицу в период своих брачных игр.

- Детка, не злись. Пойдем, наконец, бай-бай? - я постарался бесшумно подкрасться (в порыве крика девушка на меня внимания не обращала), и обнял кричащую на Михайлова Идиотку.

Горячая штучка замолчала на полу-фразе. Ее пухлый рот рывком втянул воздух и не открылся вновь, чтобы продолжить кричать. Нужный эффект был моментально достигнут.

Проверяя догадку, я уткнулся ей носом в затылок и пальцами пробежал по ее напряженному животу. Футболка, натянувшаяся на груди с двумя вершинами сосков под тонкой тканью, смотрелась, как оберточная бумага на дорогом подарке. Бесполезная хрень. И она мне точно мешает!

Упрямая копия Кси со мною не согласилась. Дернувшись несколько раз, она попыталась сбежать из моих объятий.

Может, тебе просто не нравится компания нашего мариёра (marieur (фр.) - сват)?

Я тут же просверлил взглядом наблюдающего за нашей парочкой парня. А не свалить ли ему на...?

- Ну, вы тут и без меня разберетесь, - проницательный гад тут же исполнил невысказанное мной желание, и почти-Ветрова расслабилась сразу после того, как за Михайловым закрылась дверь лифта.

Ну вот, значит, я был абсолютно прав. Меня, кстати, тоже свидетели очень бесят. Нам же и вдвоем будет с тобой хорошо? Ведь так?

- Пойдем в кроватку, - потребовал от молчашей блондинки и потянулся пальцами к ее покрасневшим щекам.

Сладкая-сладкая-сладкая...Обещаю, что буду 'есть' тебя долго.

Резкая боль в ноге заставила меня дернуться и пошире открыть глаза. Лже-Ксения, уже успевшая отбежать от меня на целых два шага, смотрела в мою сторону так, будто хотела убить.

Мой внутренний монстр остался доволен осмотром. Сходство било рекорды. А после всех взбрыков не-Ветровой, ценность моего 'приза' возросла в сотни раз.

Я подвинул к себе огромный бокал, по пути расплескав на стол несколько капель. Темные лужицы выглядели на стекле, словно янтарные блестки. Красиво... Но жаль, что она будет ругаться. Опять.

Я оглянулся по сторонам, проверяя, не торопится ли мой Цербер с новой порцией претензий и криков. Но нет... было тихо. Только пугающая тишина, вязкая и дурная, обволакивала меня со всех сторон.

Несколько секунд прошли в ожидании. Я все еще думал, что милая детка вернется проверить, как у меня дела, обнаружит испорченный стол (кстати, Ветрова бы за него меня прибила) и что-нибудь эдакое выдаст.

А, может быть, Ксения с приставкой 'лже' собирается сейчас отсюда смыться? Такой финт ушами был бы вполне в стиле Кси, но мне же сегодня попалась более адекватная Идиотка? От второй - такой же, как Ветрова, мой мозг по-любому 'перегорит'.

Входная дверь не хлопнула ни через две минуты, ни через пять, и я, наконец, перестал коситься в сторону полутемного коридора. Похоже, мой нежданный Подарок просто решил принять душ... или переодеться?

Я потянулся к чашке горячего чая, вдохнул аромат - вишневый, любимый! Кто бы еще сомневался, что мне предложат его? Но вместо того, чтобы сделать глоток... Рука моя дрогнула, и в последний момент кипяток неожиданно залил всю рубашку.

Я пару раз выругался от души и попытался стянуть неприятно липнущую ткань со своего тела. Мелкие пуговицы не желали сдаваться напору, и уже через пару секунд, неосторожно дернув за отворот, я вырвал застежки с 'мясом'.

И вновь ничего не произошло. На мою ругань из спальни не приблежала не-Ксюша. Все та же напряженная тишина давила на нервы, все тот же пугающий полумрак полз ко мне изо всех щелей.

Какая-то чертовщина. В этой квартире, что, кто-то недавно умер?! Вот, бл***

Забыв о недопитом чае и желая найти хозяйку недружелюбной хаты, я медленно поплелся по коридору. Пол под моими ногами ходил ходуном, я хватался за стены, чтобы случайно не рухнуть. Остатки сознания посылали в мой мозг красочные картинки: 'Сейчас упадешь! Не встанешь! Споткнешься! Держись за дверь!'. Я делал все, чтобы предсказания моего второго 'я' не сбывались. В конце концов, мысли о почти-Ветровой добавляли мне сил.

Так размышляя, еще через пару минут я добрался до ванной, а затем до гостиной. В ней царила такая же мертвая тишина, как и везде. Ну и, что это значит?

Взгляд выхватил плазменный телевизор на стене напротив дивана, и рука сама потянулась за пультом, оставленным на журнальном столе.

Не-Ветрова появилась из спальни буквально через пару мгновений. Раздраженная и встрепанная, как после бега, эта Идиотка даже не догадалась сменить футболку на более сексуальный наряд.

Ксения в клубе вообще-то не стеснялась своего тела. Ни выреза платья, ни юбки, задранной по самое... М-да. Я вспомнил в деталях ее прикид и вновь пожалел, что позволил моей Ветровой смыться. Теперь мне придется брать именно то, что дают. Впрочем, пять лет назад Кси выглядела примерно так же. И да, она вполне могла сделать такую же мелкую пакость, как сделала девушка напротив меня. Хорошая песня прервалась прямо во время припева.

- Ну, детка... зачем выключаешь? Лучше давай потанцуем!

- Попозже, милый, - пообещала блондинка и вдруг улыбнулась. Я почувствовал себя почти на небесах. Копия Ксении двигалась ко мне, эротично кусая губы. - Ты устал, мой хороший? Может, давай ляжем спать?

Ее предложение было именно тем, что я сам хотел бы озвучить. Но и ее инициатива пришлась мне сейчас по душе. Я зря сомневался, что она меня кинет.

Но это не Ветрова, она же не станет ломаться.

Мои пальцы, живя собственной жизнью, коснулись прямой спины. Тело тот час напряглось, отзываясь на желанную ласку. А еще через секунду я заставил девушку рухнуть вместе со мной на диван.

Дыхание перехватило, из легких вышибло воздух. И новый разряд в шесть тысяч вольт ударил меня в грудь. Почему мое сердце все еще продолжает биться? В нескольких миллиметрах от меня и моих губ замерла и зажмурила глазки - она. Та самая настоящая идиотка.

Я был слеп, если не узнал ее раньше. Черт побери, это сейчас не сон?!

Рывками выныривал из сна, обводил мутным взглядом пустую спальню и, не обнаружив искомый объект (впрочем, а что я искал?), снова, как в детстве, утыкался носом в подушку. Она пахла клубникой и чем-то еще. Сладкие ароматы тревожили память, запах был мне знаком, но дальше мыслей о доме и, кажется, маме? я был не в силах продраться. Через пару минут я проваливался в сон еще на какое-то время. Потом...

Потом опять просыпался, снова что-то искал, куда-то рвался бежать и звал кого-то на помощь. Но никто не торопился меня спасать, никто не обращал внимания на мои крики. И я засыпал снова.

Окончательное пробуждение пришло через пару часов. Я резко вскинулся на чужом одеяле, отбросил подушку, лежащую на животе, и попытался сползти с кровати. Именно сползти. Первое время ноги отказывались слушаться приказов мозга. Мышцы дрожали, я то и дело падал обратно на гору подушек. Собственное тело казалось неповоротливым и тяжелым.

Память охотно выдала ответ на мой последний вопрос, я вспомнил и Лешку, и его друга, и клуб, и коньяк, и чью-ту знакомую до мелоей квартиру. Я в растерянности огляделся по сторонам, убеждаясь в том, что гостеприимная спальня не то же самое место, которое сохранилось в отрывках моих воспоминаний. Вроде, в последний раз я засыпал не здесь...

С диваном было связанно какое-то смутное ощущение. Вот уж не думал, что я так сильно буду им впечатлен. Кажется, в одном из моих снов я с кем-то на нем развлекся. Или мне это не снилось?

Ну, даже если и снилось, я был в этом сне точно самим собой. Никаких Ветровых, ювелирных салонов и проей мути. Кстати, о Ксюше... Откуда это стойкое чувство, что она где-то... тут?

Повинуясь настойчивым позывам своего тела, я плюнул на попытки найти объяснение своим чувствам. Жутко хотелось отлить, саднящее горло все сильнее требовало воды. Еле передвигая ногами, я поплелся к единственной двери. Чем раньше, я найду хозяина этой хаты, тем раньше вспомню обо всем, что было сделано ночью...

Второй вариант был куда вероятнее первого. Стоило мне только выглянуть из спальни, я тот час убедился, что покинуть знакомый (вот теперь точно - знакомый!) мне дом не выйдет при всем моем огромном желании это сделать. А уж при его полном отсустствии... Хм. Я действительно передумал куда-то сейчас бежать.

Ветрова была в гостиной. Устроившись на полу и используя диван, как упор, она ожесточенно качала пресс. Глаза ее были плотно закрыты, из огромных наушников на голове доносились давно забытые мотивы HIM'a. Я на мгновение замер в проходе, не решаясь войти.

'Привет, я не помню, как здесь оказался'. 'Это мой брат виноват в том, что я здесь'?

С мыслей о Лешке клубок странностей начал увеличиваться в размерах. Новые вопросы, что я задавал сам себе, становились все жестче, я путался в 'показаниях', как пятилетний пацан.

'Мы были в клубе, ты от меня ушла, и я решил... Но я не хотел... то есть...'.

Не зная, какую из версий оправдательной речи озвучить Кси, я несколько секунд потратил на банальное наблюдение. Смотрел, как она двигается, как напрягаются мышцы ее живота, и резинка короткого топа впивается в кожу точно под грудью. Смотрел и не мог понять, что же мне делать дальше. Ветрова была слишком сосредоточена на упражнениях.

Она нервно кусала губы и не открыла глаза даже после двух моих осторожных 'эй'. А, может, это не плохо?

Приняв молчание Ксении как шанс чуть-чуть потянуть с неизбежным 'привет', я прошел мимо девушки в коридор и спрятался в ванной. Тактическое отступление дало мне пару минут, чтобы прийти в себя. Пока я плескал холодной водой на лицо, пока разглядывал свою помятую рожу (сегодня с утра зеркало было ко мне беспощадно), в голове одна за одной всплывали подробности моего ночного демарша. Диван в этой истории выделялся особенно ярко.

Я осмотрел саднящую кожу на своем животе. У Ветровой, как оказалось, были длинные когти. Какой смысл вообще наращивать пластик, коверкая природную красоту? Или это для Ксении средство самообороны? Несколько тонких царапин шли по ребрам вниз через весь правый бок.

Вспоминая о том, что было и о том, чего я лишился из-за длинного языка (черт меня дернул напомнить Кси об отсутствии секса), я несколько раз выругался сквозь зубы. Зачем Малому понадобилось меня сюда притащить? Почему Ветрова оставила меня в своем доме? Почему я полез к ней целоваться? И почему не ушел, когда она меня оттолкнула?

Допустим, с моим братом все было предельно просто. В его вспыхнувшую к моей бывшей подружке любовь поверил бы только полный придурок. Лично я допускал только одну приину странного поведения Лехи.

Моему Младшему - осточертела Аня. Последний год он постоянно ссорился с ней. И пусть общение Анютки и Алексея сводилось к коротким встречам, некоторые поступки моей... невесты?... некоторые поступки Ани слишком сильно мешали моему Младшему жить. Я привык наблюдать за их противостоянием со стороны, не вмешиваясь и не осаживая Анюту. Лешка бравировал тем, что он вырос и может позаботиться о себе сам? Окей. Я предоставил ему возможность самому разобраться в этих проблемах. Ну вот... Похоже, мое нежелание помогать брату обернулось против меня самого. Все, что делает теперь Лешка можно запросто принять за изощренную месть.

Интересно, он уже догадался позвонить Ане? Она едет сюда? Или ждет меня дома с изрядной порцией фото, доказывающих ей, как я себя мерзко вел?

Изящной игрой Малого восхитился бы сам Станиславский. И я еще поперся к нему после скандал с Аннет? Ох, блин. Я лоханулся, братец. Мои аплодисменты. Если тебе удастся разрушить то, к чему я так долго шел. П***.

Странное дело, я не боялся Аниного гнева. К неизбежным разборкам с ней я был абсолютно готов. Но... Ветрова. Она за стеной, от меня - в четырех метрах. И то, что может устроить Кси, цветочки по сравнению с Аней. Самый страшный кошмар моей жизни. И все же...

Я почему-то был этому рад. Все-таки идиотка Ветрова не такая ледышка, какой хочет казаться. В моих объятиях она была такой же горячей и яркой, как и пять лет назад. Такой же нетерпеливой. Она меня хочет. Вот и банальный ответ. По этой простой причине меня в первые десять секунд не выставили за дверь. По этой же причине я не торопился что-либо делать.

В гостиной так же тихо пел о несчастной любви HIM, Ксения продолжала истязать свое тело. Все выглядело так, будто я не уходил из комнаты десять минут назад. Интересно, качание пресса в случае с Кси нужно для чего-то еще, кроме поддержания мышц в форме?

Глядя на ее резкие рывки и падения, на капельки пота, стекающие по вискам, я все больше склонялся к мысли, что не только меня бесит утреннее отсутствие секса. Или все же ночное?

Улыбаясь собственным выводам, я осторожно коснулся ладонью ее плеча. Лучшего способа привлечь внимание Кси я пока не придумал.

- Эй! Что ты делаешь? - спросил с усмешкой и был почему-то уверен, что она тут же обратит внимание на меня. Но, нет, я ошибся. Ветрова напряглась, распахнула глаза, но, стиснув зубы, ни на минуту не остановила своих движений. Она нарочно?

Еще через минуту не выдержав игнора (Кси опять прикрыла веки!), я не поленился стащить наушники с ее головы и повторить свой вопрос.

- Р-руки убрал, - она посоветовала мне равнодушно и сделала очередной рывок. По бешенным чертям, танцующим самбу в ее глазах, не сложно было понять, насколько сильно Ветрова в данный момент злилась.

Моя улыбка поблекла. Если еще мгновение назад я рассчитывал на то, что с Кси удастся поговорить спокойно, то после ее ответа, точнее после откровенного посыла на ***, мне моментально расхотелось ворошить осиное гнездо. Ветрова с ее заскоками с утра пораньше - гарант моей головной боли на весь день. Оно мне надо?

Что-то внутри... Вероятно, собственное упрямство не позволило мне оставить поведение Ксении просто так. Кто она такая, чтобы указывать мне, что делать? И, какого черта, заводится с полпинка? Я не сделал вчера ничего, чтобы она могла так сильно на меня злиться. Чтобы она вообще имела права вести себя со мной, как не пойми с кем!

Извини, конечно, Кси-детка, но меня ты целовала так же страстно, как и я тебя. И если бы не мой дебильный язык, неизвестно вообще, о чем мы бы с тобой говорили сегодня утром. Может, о том, сколько раз ты кончила подо мной? Как тебе такой вариант?

- Может тебе помочь? - предложил и, пока она шипела свое 'отвали', устроился на диване и аккуратно сжал ее ноги. Ну, что, так тебе лучше?

Ксения, психуя, почти сразу же остановилась, открыв мне отличный вид на свою грудь. Под этим углом она выглядела весьма аппетитно. Интересно, Ветрова одела такое белье специльно? Хочет, чтоб я подавился слюной и умер прямо у нее на диване? Уже вижу заголовки газет: 'Бедный Тимур Керимов не выдержал такого соблазна'.

Я вернулся к изучению книжного шкафа за спиной своего единственного барана. Сейчас будет лучше не развивать даже в мыслях тему несостоявшегося секса с ней. В джинсах и без этого уже стало тесно.

- Ты... не понимаешь... русского языка?! Руки убрал от меня, живо! - Кси открыла свой очаровательный рот лишь для того, чтобы хрипло повторить свой приказ. Ни малейшего намека на фантазию и изменение репертуара: все же тот же прямой посыл на северо-запад. Смешно. И при этом - ни одной попытки освободиться. Я смело мог сделать вывод, что Ветровой нравится ее положение. Она все так же сидела, не двигаясь на полу, и сверлила меня злобным взглядом.

Я был этим фактом доволен. Доводить Кси оказалось забавным занятием, забытым со времен универа, но до сих пор не потерявшим своей остроты. Мне даже вдруг показалось, что я стал лучше понимать своего батю. Он тоже любит пройтись по больным мозолям своих сыновей.

- Ветрова, ты на всех так орешь, когда тебе предлагают помощь? - продолжая играть с огнем, уточнил. И едва сдержался, чтобы не расплыться в улыбке. Злюка Ветрова была мила даже с выражением 'убью' на симпатичной мордашке. Мне мерещится, или ее глаза уже налились кровью?

- Так я опять Ветрова? - Ксения вскинула бровь, усмехнулась. А я первый раз за все утро напрягся. Мог ли я не понять, что своим поведением провоцирую ее срыв? - А ночью ты упорно называл меня 'деткой'. Ну-ну. Это, кстати, не твое дело, Ке-ри-мов, ору я или нет.

Вот так. Один ответ Кси, и все мое нормальное настроение катится к черту. И продолжать разговор ни малейшего желания нет.

Как я успел забыть, что значит общаться с Ксюшей? За пять прошедших лет в памяти сохранились лишь самые невинные моменты нашего с ней общения. Места сарказму и желчи в моих воспоминаниях не нашлось. А зря. Ветрова осталась такой же ядовитой, как раньше.

- Ого. Какие мы по утрам злые, - сказал почти с грустью и отвлекся на свои мысли. Ветрова в этот момент сикнула мои руки и поднялась с пола.

В отличие от Кси, Аня никогда не была такой. Такой... язвительной и такой резкой. Аннет было проще обидеться, промолчать, отвернуться к стене и несколько часов, в худщем случае дней, изводить меня тяжелыми вздохами, слезами и прочей сопливой дурью. Нападать и подкалывать Анютка, как Кси, не могла. Зато Ветрова ...

Додумать о том, что может Ксения, а что не может, я не успел. Как ни в чем не бывало, Кси наклонилась ко мне и протянула руку куда-то за мою спину.

Прежде, чем я сам сообразил, чего хочу этим жестом добиться, мои пальцы сомкнулись на тонком запястье. Показалось вдруг, что это мой единственный шанс. Еще с тех пор... с тех почти двух месяцев, что мы провели вместе с Ксюшей, в моем сознании крепко засело одно - заставить Ксению слушать меня можно только хитростью или силой. В моих руках вздорная и беспокойная Кси почти мгновенно становилась покорной и смирной.

- Ночью тебе показалось мало? - Ветрова вздохнула, гневно прищурила глазки. Исправь она интонации, и ее вопрос мог бы звучать, как вызов. Почти эротично.

- А что было ночью? - я скопировал выражение ее лица, добавил усмешку, наблюдая за тем, как Кси шевелит запястьем.

В этот момент я дернул ее к себе, собираясь сбить с ног и заставить на меня рухнуть. Я был уверен, что после падения на диван Ветрова перестанет быть такой колкой. Я заставлю ее выслушать меня без бесконечных насмешек!

- Ты руки уберешь от меня или нет?! - Ветрова каким-то чудом осталась стоять.

Облом. А теперь имейте честь наблюдать за ураганом по имени Ксюша.

- Если хочешь тр***ся, тогда хватай манатки и вали к своей Ане! Твоя будущая жена с удовольствием тебе отсосет! А сейчас - убери! от меня! руки!

По мере того, как Ветрова говорила, мое настроение становилось все хуже. Я успел пожалеть, что затеял все это. На что я рассчитывал? На то, что она способна меня понять? Наивно, Тимур...Наивно.

Я послушно разжал свои пальцы, и Ветрова горной козой отпрыгнула от меня.

- Ты истеричка, - сообщил, не слишком беспокоясь о ее чувствах. Из-за своих заскоков Ветрова видит не дальше своего носа.

- Со всеми своими претензиями, можешь отправляться к Анне! - она вновь меня послала. И ее голос снова звучал цинично. - Я не твоя подружка, чтобы вести себя, как ангелок.

Я зацепился за это слово. В памяти вдруг всплыл мой последний разговор с Анетт. В своем крошечном розовом платье она выглядела, как настоящая леди. Моя без пяти минут состоявшаяся жена никогда не устраивала истерик на ровном месте.

Так что, да, Ксюш, ты абсолютно права. С манерами Ани тебе никогда не сравниться. От твоих резких выпадов у меня все сильней начинает болеть голова.

- А, что, в роли моей подружки, ты вела бы себя по-другому? - спросил с усмешкой, все еще продолжая думать о своей почти настоящей невесте. Представить Ветрову в этой роли даже мое богатое воображение не позволяло. Да она уже устроит скандал у дверей загса!

Ветрова, словно угадав направление моих мыслей, замерла на пару секунд. Не вздрогнула, не отвела глаз. Черты ее лица стали неуловимо мягче. Она рестеряла остатки злости и, отвечая на мой вопрос, вдруг стала похожа на Аню. Анетт точно так же кусала губы и гордо всидывала подбородок. 'Мне от тебя ничего не нужно!' - говорил ее взгляд.

Мне почти моментально захотелось перед Ксенией извиниться. Забрать обратно слова, не начинать разговор. Зачем я вообще полез в эти дебри? Зачем захотел сравнить... Не даром мой дед говорит, что 'язык твой - враг'.

- Мы проверяли это, Тимур, ты забыл? Я уже была одной из твоих подружек.

Ветрова усмехалась, но без прежнего яда. Я уже знал, что она хочет сказать, и мой внутренний голос был с ней во многом согласен.

Нашу совместную жизнь можно было назвать лучшим временем в наших с Ксенией отношениях. И... блин, а ведь все было не так уж плохо. И если бы не моя слепая любовь, не мой выбор, не... черт, как много этих дурацких 'если'...

В очередной раз мне вспомнилась строчка из старой песни: "...гитарой бренча, прошагал мимо тихих симфоний, полагая, что эти концерты еще впереди"...

- И единственное, что в наших отношениях тебя бесило тогда, это... - Кси продолжала меня добивать словами. - Как ты ночью сказал? Отсутствие секса? Спасибо, кстати, что просвятил! Через пять лет было... любопытно... об этом услышать.

Мой голос срывался, эмоции зашкаливали. Мне хотелось послать Ветрову лесом. Только она могла все так перевернуть!

Как вообще она умудрилась об этом заговорить? Какой на хрен секс?! Если было бы нужно - мне было бы нужно - тогда, пять лет назад, мне было бы плевать и на ее состояние, и на предупреждения врачей! Да, бл*, я был соврешенно не против, я горел желанием ***ить ее на двуспальной кровати, воплотить в жизнь все фантазии, которые я хотел. Хотел воплотить с ней. Но я не тронул Ветрову! Да, обещал нам обоим жаркую ночь после того, как ее гинеколог даст нам обоим отмашку. Обещал. Но ничего не стал делать!

Ты, Ветрова? Помнишь об этом вообще? Или вновь скажешь, что я это все придумал? Ах, нет, бл*, ты же хочешь, чтоб я извинился за то, что случилось сегодня ночью! Как же, я ведь потащил тебя в койку, как какой-то тинейджер. Но откуда ты можешь знать, что творится в моей голове? Ты же судишь опять, толком не разобравшись!

- А мне никто не объяснял, как я должна 'по-ни-мать', - Ветрова откликнулась сухо. - Но ты извини, - усмехнулась, не обращая внимания на мое удивление, - я забываю все время о твоей великой True Love. Кстати... как она сейчас поживает?

Причем здесь эта история? Причем здесь вообще Лили?! Зачем ты делаешь это? Что хочешь, чтоб я сказал?

Нет, Ветрова, я не общаюсь с Яной?! Да, я жалею, что сделал неправильный выбор?! Мои чувства к Лили оказались обычной трухой, и я сотни раз вспоминал о том, что между нами было?!

Это уже смешно! Я ржу как сумасшедший. Ты видишь, до чего довела своим словами о Яне? Или это и есть твой настоящий план? К чему тебе эти вопросы?

Ни одно из моих слов ты все равно не в состоянии услышать. Ты делаешь выводы, наклеиваешь ярлыки и судишь по тому прошлому, что когда-то связывало нас цепями.

Но, Кси, оглянись! За кого ты меня принимаешь?! Или ты вновь решила, что я...

Опять в 6 утра первые лучи солнца пронзают стекляшки городских высоток, бликами отражаясь на мокром асфальте. Черт побери, это весна! Воздух... прозрачный, такой... приятный наощупь. Заботы в сторону, их нет, неееет! Хотя вчера еще были, и завтра будут, но сегодня я поставлю их на паузу, нет, нет, нет... Я их удалю, на один день уйду с раздачи торрента под названием "повседневная серость". Сегодня, народ, обойдемся без этого тягомотного сериала спешек и неуклюжих дядей представительного вида, остыньте. В сторону!

Вокруг меня, по граням моего поля зрения лишь оконная рама, пепельница, и город контраста с переполненными жилами и забитыми тоннелями судеб. Зеленый цвет деревьев. 50 метров над уровнем Москвы.

Медленно впитывая дым, я в который раз играл в любимую игру: лишь только взгляд улавливал что-то конкретное среди каменных джунглей, мозг автоматически выдавал название этого места, будь то район или какая-либо "первопрестольная" достопримечательность. Вот Шаболовку прикручивает в небо Шуховская башня, а вон там высотка "Красных Холмов" под оркестр Гленна Миллера всеми 34-мя этажами благословляет соединение Водоотводного канала с Москвой-рекой. Далее несравненные скалы Москва-Сити - нелепое зеркало на лике столицы, которое лишь дразнит своими "зайчиками" простых людей.

И родное теперь окно. Маленькое окно в большой город. Окно, именно окно, а не эти уже надоевшие стеклопакеты, с приторными ручками и антимоскитными сетками. Совдеповское окно, с потрескавшейся краской, с металлической ручкой на двух шурупах, сикось-накось закрученных в дерево, стекла с пятнами все той же краски и шикарным скрипом, когда его открываешь. Свобода. Да, именно так. Свобода от времени, свобода от людей. Из зависимостей наверно только потребность в воздухе. Это весна, ну точнее, это поздняя весна, начало мая. Это весна, весна это свобода. Отличный лозунг для сегодняшнего дня.

Наконец докурив, я слез с подоконника и попытался найти телефон - с первой попытки не получилось. Пришлось пробираться через разбросанные по старому паркету журналы, фотографии и газеты, и заветная цель была найдена. Причем найдена не где-то, а под кроватью. Опять же телефон был самым настоящим: советским проводным аппаратом с трубкой и номерным диском.

Устроившись поудобней на разложенном диване и разместив аппарат у себя на грудной клетке, я не торопясь крутил барабан. В трубке что-то долго трещало и хрипело до того, как раздался первый не менее долгий гудок. Как раз в этот момент среди обилия фотографий, мне попалась только одна, способная заставить меня потерять счет времени.

Девушка в белоснежном летнем платье с горячей, нет, со страстной улыбкой. Она бежала по мостовой в районе Чистых прудов... Грация, тонкость, плавность, элегантность, сексуальность - все эти определения сливались в единое целое, и клубком букв шарахались в моей голове, в итоге получилось что-то среднее между "восхитительно" и "шедевр". Многие бы назвали этот кадр "живым". Из трубки доносились односторонние "Алло, кто это?", а я тем временем продолжал смотреть на удивительно красивую девушку.

- Откуда эта фотография? Хотя, плевать, мы разве знакомы или это просто кадр в обычном парке? Знакомы? Нет? Случайность? Я точно ее раньше не видел... или видел? - стаей крикливых ворон одна за другой вопросы искали ответа в моей голове. - Фотоаппарат, друг мой, ау!

Разметая ворох бестолковой макулатуры в стороны, уподобливаясь дворнику по осени, я расчищал себе путь до рюкзака. Спустя какое-то время, ладони удобно устроились на пластиковой "тушке", изделие страны восходящего солнца приветливо откликнулось на нажатие кнопки ON, и начались поиски. Кадр за кадром, щелчок за щелчком я пытался найти этот образ.

Надежда была уже практически потеряна, но в какую-то секунду было решено вернуться в начало списка. Там были кадры с какого-то флешмоба. Масса народа, сотни, тысячи. Люди плясали и смеялись, держались за руки и пели. Декорации напоминали Покровку. Да, да, точно Покровка, вот и "35 мм" и "Чебуречная", а вот на перекресте между Покровкой и Чистопрудным бульваром уютная "Cuba Libre". И толпа.

Меня бы ничего не заставило вернуться к этому списку фотографий, кроме одежды. Все люди на фото были в этот раз в белом - настоящий "Sensation" на улицах города. Через маленький экран фотоаппарата я впивался взглядом в лица и тщетно искал Ее.

- Так, стоп! Ну-ка назад. Вот-вот-вот, - глаза загорелись, полная автономность от обстановки и времени взяла верх. - Что у нас тут?... Ничего не понимаю!

Для сравнения я взял в руку распечатанную фотографию.

- Это один и тот же кадр. Ракурс. Декорации. Люди. Их движения. Но... - стало не по себе от увиденного. - Но где же девушка? Где она?!

Сломя голову, я помчался к ноутбуку, по пути вдребезги разбив торшер. Судорожно пролистывал резервные копии фотографий. Все верно, девушки в кадре не было...

В открытое настежь окно ворвался сильный ветер. Он единым вихрем поднял все распечатки и вырезки к потолку. Не теряя силы, эта целлюлозная воронка крутилась по комнате. А я так и сидел, не меняя позы. Страницы вылетали в окно, с улицы доносились возгласы, а мне было все равно. Сейчас меня волновал только один вопрос и целая куча догадок на этот счет.

Когда ветер утих, на стол передо мной упал листок бумаги с легкоузнаваемым размером 10х15 белой стороной вверх. Ради любопытства он был перевернут..

- Johnny, la gente esta muy loca. What the fuck!? - крутились в моей голове слова надоевшей песни.

На фотографии... Опять... она... Уже другой антураж. Это Энск?!?! Да быть того не может!!! Руки сами потянулись за сигаретами и зажигалкой, еще секунда, и дым тонкой "струйкой" устремился в окно.

Как в тот момент хотелось, чтобы процесс курения имел обратный характер: ты поджигаешь бычок и выдыхаешь из себя эти противные смолы, и с каждым таким выдохом сигарета не уменьшается, а растет...

Я хотел было выкинуть окурок в окно, но промахнулся, и он, сыпя искрами, упал на пол. Когда я поднимал его, то заметил еще одну фотографию. Обернулся. Вот еще одна... и еще... три, десять, двадцать, больше пятидесяти фотографий с ее участием в главной роли были разбросаны по комнате... Если я и догадывался до этого времени о том, что такое страх, и от чего он бывает, то теперь я точно знал, что это такое. Выходной был беспощадно испорчен.

Фотоаппарат, запасные аккумуляторы и объектив сложены в рюкзак. В бутылке вода. В кармане сотовый и документы. Наушники в уши и на выход. Царапая подошвы кроссовок об асфальт, изредка оборачиваясь и осматриваясь по сторонам, я двигался к входу в жерло столичного метрополитена.

Люди на улицах вяло скитались по тротуарам, кто-то ждал автобус, чтобы уехать на дачу, кто-то начал свой бестолковый шопинг, кто-то шел пополнять баланс, кто-то - гасить кредит, забот хватало. Около торгового центра представители бывшего СНГ рисовали маркером на картонке "Все по 10 рублей!" и ставили мобильную витрину из раскладушки и потертого стола.

"Уехать в центр города - идеальный план, чтобы отвлечься и постараться выкинуть из головы все заморочки на счет недавней сцены. Выйти на Охотном ряду, пустив слюну, "проплыть" мимо отеля "Ritz Carlton", затем свернуть в Газетный переулок и в конечном итоге устроиться на полукруглой лавочке в Брюсовом парке. Отстраниться, если получиться, и лишь изредка направлять око фотоаппарата на случайных прохожих," - именно такой маршрут родился в моей голове, пока эскалатор покорно спускался до мраморных сводов "густонаселенной" платформы.

"Привычная давка... Хотя для выходного дня слишком много людей. Муравейник какой-то. Муравейник? Секундочку... Представляю такую же картину в настоящем муравейнике, внутри между елочных иголок, земли и хитина погибших членистоногих, там в глубине... Тоже ходят составы, вверх-вниз курсируют эскалаторы, и также противно орут турникеты, пытаясь поймать нарушителей порядка своими ручонками из оргстекла. Первосортный, но, согласитесь, забавный бред," - улыбаясь этой мысли, я проник в вагон, двери закрылись, и машинист дал ход многотонной "сороконожке".

Под монотонный стук колес и отрывки фраз, доносившихся до моих ушей, я опять размышлял, уставившись в одну точку. Сейчас мысли были направлены только в сторону прекрасной незнакомки. Противоречивые думы о нашем незнакомстве и наших недовстречах стремительным циклоном проливались ливнем в сознании, оставляя после себя лишь размытое восприятие произошедшего и... происходящего. Все это сопровождалось периодическим отключением света в вагоне и электрическим фейерверком из-под стальных дисков состава, отражающегося от стен туннеля.

В какой-то момент я посмотрел в соседний вагон через стекла вечно закрытых переходных дверей. На крайнем "диванчике" сидел мужчина преклонного возраста. Шляпа с узкими полями годов 80-х. Трость. Потертый пиджак. Вязаная продуктовая сетка с упаковкой молока и хлеба... и журнал "Glamour" в руках... Посчитав это интересным кадром, я быстро достал фотоаппарат, сфокусировался на обложке периодики и нажал на спуск. Затвор мгновенно щелкнул - на экране предстала фотография. На всякий случай бегло пробежался по снимку, дабы удостовериться, что необходимость в повторном "выстреле" отсутствует и...

- Что за..?! - судя по неоднозначным взглядам половины вагона, это, видимо, было сказано вслух.

Увеличил область журнала: на обложке опять она. Улыбка. Пленительный взгляд. Чуть ли не крылья за спиной. И белое летнее платье. От недоумения первое, что пришло в голову - выключить фотоаппарат, сказать себе, что все это лишь иллюзия и что все это только кажется, что все это навеяно домашним спектаклем, которого тоже вполне могло и не быть.

Качеля клавиши тут же была переведена в позицию OFF, глаза закрылись, стая неугомонных ворон в голове, вроде бы, пролетела мимо... Но Вы же знаете, как велико у каждого из нас любопытство и желание узнать правду...

Опять качеля, опять кнопочка PLAY, опять ZOOM+ и... ни-че-го. На обложке, как и прежде, отсвечивала глянцем какая-то анорексичка со странным "вавилоном" на голове, с ужасным наштукатуренным "duckface"ом". Картинку довершали ее туфли на каблуках, что были гораздо толще ее самой.

- Фууух... Вот так бы сразу, - вытирая со лба проступивший пот, я сравнивал изображение на экране с журналом в руках пенсионера.

"...станция "Охотный ряд"". Неожидав так быстро услышать эту фразу, я с общим потоком вывалился из "голубой иглы" и ступил на эскалатор. Создавалось впечатление, что на уши намотаны два крепких каната, которые тянут на себя механические атланты и поднимают вверх меня и эскалатор со всей населенностью. Но в какой-то момент плетение каната лопнуло, молнией пронзив сознание.

В голове под звуки рекламных объявлений родилась мысль, и скажу честно, мысль не самая ординарная. "А что если это все правда, ну то, что эта девушка все же есть, что она мне не просто кажется на каждом шагу, что, если образ ее виден лишь на материальном, то есть на том, что можно подержать и "пощупать"?" - одновременно с этим я пытался вспомнить, где рядом находится хотя бы одна фотолаборатория. - "Любая догадка требует подтверждения".

Расталкивая людей, локтями расчищая себе путь на поверхность и ускоряясь с каждой секундой, я все-таки преодолел турникеты и устремился в переход.

"Сигарет надо бы прикупить. Они мне уж точно понадобятся", - в ларек.

"здрасти-здрасти", "Кент 4", деньги-сдача. Стоп.

- А вы не подскажите случаем, где тут поблизости фотографии распечатать можно?

- Ой, молодой человек, Вы такие вопросы задаете... Хотя, подождите, подождите... Здесь вот на пересечении Тверской с Никитским переулком, вроде, была фотостудия, не знаю осталась ли.

- В любом случае спасибо. И еще вопрос. Вам иногда не кажется то, чего на самом деле нет?

- Постоянно, - безо всякого удивления ответила продавщица.

- Выходные. Вот просыпаюсь каждое утро, и кажется, что сегодня выходной, а на самом деле дуля с маслом, - на этой фразе мы вместе посмеялись и, распрощавшись, я продолжил путь.

Дорога до указанного места заняла от силы минуты три. Свернув в переулок и пройдя во двор, дверь в офис была открыта. Узкий коридор, увешанный фотографиями с просторов интернета. Душный свет потолочных светильников. Затертый линолеум и стойка ресепшена.

- Добрый день. Могу ли я чем-нибудь Вам помочь? - хорошо отрепетированной и, видимо, самой популярной фразой в этом закутке, на мой приход среагировала девушка в черной блузке.

- Добрый. Да, надеюсь. Снимки распечатать можно?

- Конечно. Сейчас пройдете до конца прямо, затем свернете направо и спросите Андрея. Он решит Ваши проблемы.

- Боюсь их не решит никто, - почти шепотом "подумал" я.

С каждым шагом по коридору, создавалось ощущение, что стены неумолимо превращались в тески. Каждая фотография на стене как бы говорила "тебе конец, парень", а свет ламп морзянкой отбивал "выхода нет". В какой-то момент шаг перешел в бег, и я практически плечом выбил дверь в указанную комнату.

- Аккуратнее, б**! - крикнул человек с чашкой чая в руке.

- Простите. Вы Андрей? - уступил проход "встречной".

- Нет, Андрей это я, - в углу комнаты сидел парень за ноутбуком.

- Добрый день. Девушка на входе сказала, что можно к Вам обратиться с просьбой распечатать пару снимков.

- Вот, - я протянул карту памяти молодому человеку.

- Вот эту, - пальцем ткнул в снимок, сделанный в метро. - И, пожалуй, эту на всякий случай, - показал фото "нашего первого знакомства".

- Интересный кадр у Вас с журнальчиком, - уважением это назвать было нельзя, но интерес к снимку в глазах парня точно присутствовал. - Хорошо, присядьте на диван пока что. Через минуту все будет готово.

Да, что Вы говорите, по ощущениям, я тут сижу уже неделю, а то и месяц. Спектакль за спектаклем перед глазами проносились сегодняшние сцены. Белое платье. Взгляд, Что это все такое? На нервах ладони трением разогревают друг друга до температуры кипения. Что я увижу? Или не увижу сейчас? Минута? Две? Час? Достал сигарету - "у нас не курят" - покрутил в руках - убрал.

Сколько можно? Андрей, скоро там? Сердце набирало обороты с такой же легкостью, как и легендарный Bugatti Veyron при вдавливании гашетки в пол.

- Да ничего особенного в принципе. Вроде некритично, но обложка не пропечатывается должным образом, - он протянул мне отпечаток.

- Вы шутите, да? Вы не видите ее? - на фотографии опять же была та самая девушка, теория постепенно находила свое подтверждение, нервы, как расстроенная гитара, звучали скверно внутри.

- Да... не важно, - расплатившись, я быстро покинул здание, подняв ветром бумажки на стойке приемной.

'Ну и, чего я добился? Что теперь делать? Куда идти? Кого искать? И стоит ли вообще искать? Может просто придерживаться плана? Тогда в Брюсов, тут квартал пройти до него. Только не дворами, вернусь на Тверскую и вперед,' - голова кружилась, ноги не подчинялись, сердце выпрыгивало из груди.

Потерявшись на мгновение в неожиданной толпе широкой Тверской, взглядом пронзая тонировки дорогих иномарок и пытаясь идти более-менее ровно, я уже был не рад идеи взять с собой рюкзак с аппаратурой. Бетонная глыба, обернутая в плотный брезентовый полиэстер с лямками, так и тянула к земле. Скоро парк, лавка и разгруженная спина. Уже немного.

Газетный переулок. Люди с чиабатта бифом за столиками макдоналдса, звон колокольни и запах свежего хлеба из монастырского ларька. Дом композитора. 'Полумесяц' лавки. Вот и финиш забега по маршруту с названием 'что за бред?'.

Даже здесь, в маленьком ничем непримечательном столичном парке кипела жизнь. Бурлила, я бы даже сказал: спринт-забеги мамаш с детскими колясками, которые заканчивались жаркими спорами по поводу правильного кормления их чад; бабульки, стоило только наклонить голову на бок, как горняки с альпенштоками, тростью преодолевали восхождение на вершину, название которой 'Почта - СберБанк'; подростки, машины, 'синие ведёрки', да даже птицы ни секунды не проводили на одном месте.

В тени дерева я сидел, как наблюдатель. Просто сидел и смотрел, но практически не замечал ничего происходящего вокруг. Естественно в голове было множество вопросов, которые размножались делением от основного, ну о нем Вы уже знаете.

Время уходило, день стремительным снарядом улетал за горизонт. Так в раздумьях я и сидел до фонарей. Но все впустую. Надо выдвигаться в сторону дома. С мыслями заснуть, отбросить и удалить лишнее, все, что за один день стало неважно. Подумать о том, как в один миг вся жизнь может быть перечеркнута одной лишь фотографией и... её улыбкой...

Ночь была неспокойной. До полчетвертого под окнами выла сигнализация соседского внедорожника. На смену сигнализации прибежали дворняги и, судя по лаю, до пяти утра не могли что-то поделить. Потом я ворочался с бока на бок, подминая простынь и одеяло, которые к утру оказались на полу. Подушка мокрая. Не выспался ни разу. Голова гудит, подобно траулеру перед заходом в порт. Пробежка на кухню, чашка чая на завтрак. Телефонный звонок. В комнате бардак.

Где телефон? Опять под кроватью? Одеяло с простыней в стороны. Трубка к уху.

- Алло, алло. Людмилу Петровну позовите, пожалуйста.

- Ошиблись номером, - пытаясь вспомнить хоть одну знакомую Людмилу Петровну, я ответил и положил трубку обратно в гнездо аппарата.

И все бы ничего, вот только за телефоном виднелся край чего-то непонятного. Отодвинув аппарат и пошарив под кроватью, я достал невзрачный блокнот, даже скорее книжку, были ассоциации с 'молискином', но не он.

'Довольно странно. Его я раньше не видел,' - в голове опять что-то стукнуло - 'А может это последствия вчерашней воронки? 'Надуло' блин?' - я открыл блокнот, но это действие лишь привело к разочарованию. - 'Пусто'.

Немного поработал. Сходил в душ. Оделся, положил в карман джинс блокнот, мало ли пригодится. И вышел на улицу. Все не так, как вчера. Ни одной живой души. По дороге до метро лишь 2-3 машины. Несколько таких же, как я в метро. Снова дорога в центр, но уже к месту нашей с ней 'первой встречи'. По Покровке размеренный шаг в сторону Садового кольца. Еще несколько людей на встречу, полностью отрешенные и безликие прохожие.

Может ударить по печени, все-таки последний выходной на неделе? Да, можно. Вот как раз та самая 'Cuba Libre'.

Здесь, как всегда, кипела жизнь. Студенты 'морально' настраиваются на грядущую сессию, официантки шныряют между малочисленными столиками, бармен готовит 'стимул' студентам. По телевизору матч 'MU-Chelsea'. Долго не думая, я занял столик у окна в дальнем углу.

- Добрый вечер. Уже определились? Позвольте предложить Вам коктейль 'Joy', - девочка с глазами кота из Шрека сильно рассчитывала на чаевые.

- Добрый. Jameson, колу и высокий стакан. Спасибо, - я невольно улыбнулся ей в ответ, создавалось ощущение, что мы говорили на разных языках, но безукоризненно поняли друг друга.

Не успел я достать сигареты и зажигалку, как на столе оказался стакан, стеклянная бутылка колы, шот виски, лёд и салфетка.

Опять окно. На улице прибавилось народа. Солнце потихоньку заваливалось на боковую. Содержимое стакана порционно стремилось ко дну. Сигареты отстреливали 'гильзы' в пепельницу.

Картины из прошлого постепенно активизировали ячейки памяти. Вспоминал переезд. Институтских друзей. Где они сейчас? Семья и дети, наверно. Тоже работа, тоже нехватка времени. И та же Рутина. А кому-то наверняка повезло.

Вспоминал и Энск, школу, выпускной. Контакты тоже давно потеряны. На 10 лет выпуска не ходил, да и в городе давно не был. Потерялся. Тут я вспомнил, что в кармане помимо мелочи, запасной зажигалки и ключей есть еще кое-что. То, что не может не вызывать вопросов. То, что является еще одной деталькой большого пазла. Блокнот...

Дорогая кожа, добротный переплет, закладка. Ни подписей, ни адресных и именных граф, ни-че-го. Перелистывая веером страницы, я жадно впивался в них взглядом, желая найти что-то ценное для себя.

'Что же это такое?' - стоило лишь подумать об этом, задать этот вопрос, как на странице с закладкой проступила надпись.

'Ты знаешь, есть такой тип людей 'сенулины'? Они, как инсулин для больных диабетом, понимаешь? То есть они важны только для тех людей, кто без них не может, а они при этом могут обойтись без людей. И поэтому им все равно, они не понимают своей надобности. Так вот, у тебя часом не диабет?'

Глазам поверить было сложно. Я откинулся на спинку стула, поднес блокнот ближе. Да, надпись действительно есть. Страха не было, что Вы? После произошедшего за последние 48 часов остался только большой интерес и неимоверное любопытство.

- Разве надо быть больным, чтобы нуждаться в... ком-то? - неуверенно задал свой следующий вопрос.

'Нет, надо просто нуждаться. Когда нуждаешься, значит, испытываешь недостаток чего-либо'.

- И в чем же я, по-твоему, испытываю недостаток? - тонкая усмешка на лице.

'Во мне... Иначе бы ты не бегал по Москве, сбивая ноги в кровь, ради очередной мимолетной встречи'.

- Так это ты?! - вот тут-то сердце и замерло, в один ряд с любопытством стала то ли обида, то ли злость, то ли надежда.

- Но... это... в смысле ты... то есть, что происходит?

- Но я ведь не думал о тебе, и если бы не наткнулся на фотографию, вряд ли, думал бы и сейчас.

- Ладно, споры в сторону. Я тебя когда-нибудь увижу?

В грудную клетку будто выстрелили резиновой пулей из помпового ружья. Я упал со стула. Дабы не вызывать особой реакции у посетителей, сразу предупредил, что все хорошо и встал. По ту сторону окна на тротуаре стояла она, все также улыбалась. Все то же белое платье.

Я подошел к окну. Руки 'прилипли' к стеклу. Ворох мыслей, эмоций, чувств. Состояние, которого никогда еще не было. Вот она стоит напротив меня и улыбается. Что еще нужно? Я хотел было что-то крикнуть или сказать, уже открыл рот, но неожиданно услышал ее.

'Ничего не говори. Просто думай. Я услышу тебя, а ты меня. Все просто'.

'Но это же все... Этого не может быть' - я не мог быстро собрать это 'думай' в четкую фразу.

'Ошибаешься, может. Я сейчас зайду. Садись за стол. Не привлекай внимание своим поведением. Все хорошо', - на этих словах она ушла.

Я не мог не подчиниться ей. Занял место, одним глотком загнал остатки виски внутрь. Я слышал, как открылась дверь, как затихли голоса вокруг, как эти 10 метров она шла целую вечность. Я не мог контролировать свои чувства, мысли и нервы. Я был не в себе. Не знаю, можно ли вообще описать то, что со мной творилось в тот момент, момент бесконечности. Ощущал каждую складку на ее платье, каждое дуновение ветра, каждую клетку ее безупречной кожи.

Некоторое время после своего пробуждения я вела себя, как упрямый ребенок. Хваталась за остатки недавнего сна, плотнее сжимая веки. Воображая себя Тимуром, упивалась фальшивым ожиданием чуда и предвкушала... Что-то феерическое. Как там пишут в романах? Любовь?

Ну, нет... Это было бы чересчур просто. В моей сегодняшней жизни подобному полету чувств места не может быть. Еще слишком рано... Или?

Ответ лежал на поверхности и был очевиден (наверняка, всем, кроме меня), но я по-прежнему боялась себе в нем признаться. Как неизлечимо больной пациент, я отказывалась верить в неутешительные прогнозы. В диагноз вполне очевидно закралась ошибка. А врач, выносивший вердикт, не разбирался в предмете. И в целом кому это важно, что 'врач', о котором мы говорим, - я сама?

Мысли об этом бреде почти сразу меня отрезвили. Я резко открыла глаза.

Сколько времени я провела, неподвижно замерев под одеялом и глядя на пустой потолок? Солнечные лучи, пробираясь сквозь ажурную ткань занавесок, танцевали неведомый танец на зеркалах. Золотистые 'зайчики' разлетались по всей спальне. И только полотно потолка сверкало своей чистотой. Никаких бликов, разводов и солнечных клякс! Даже лампы подсветки были встроены в стену.

Помню, несколько лет назад въезжая в эту квартиру, я была впечатлена. Подобный дизайн показался мне диковатым. Прихоть хозяина, странная блажь? Я отказывалась понимать, отчего же в спальне нет места для люстры. Но сейчас эта комната не вызывала во мне раздражения. А моя жизнь, чем дальше, тем больше напоминала натяжной потолок. Без единой складки и намека на трещины. Ровный, блестящий, притягивающий взгляд и... пустой.

Эта пустота сегодня казалась мне абсолютной. Не в силах справиться с ней, я резко сжала подушку.

Пора выбираться из спальни, из этой квартиры, из города, из страны! Из этой долбаной жизни! Жизни, превратившийся в саркофаг... Я лишь убиваю время! Я не могу...

Запал куда-то бежать пропал, стоило мне остановиться. А ведь кто-то из умных друзей говорил, что это отличное средство от боли. Лжецы! Последние пару секунд я ожесточенно лупила кулаком по подушке, но облегчения - долгожданного, нужного, желанного мне облегчения - не наступало.

Вместо подушки мне виделся почему-то Тимур. Керимов, черти его бы побрали! Ударить золотого мальчишку не поднималась рука, как бы сильно мое сознание не хотело этого сделать. Я поменяла белье, отправив в стирку то, на котором провел ночь Керимов. Я сказала себе, что он не ночевал. У меня. В этой спальне. И на этой, в точности этой подушке.

Но если бы хоть что-нибудь этот обман изменил! Мне вновь... в десятый тысячный раз стало хуже.

Обессиленная и присмиревшая, я оставила истерзанную подушку в покое. Драка с ней соврешенно не помогла. Но есть ли что-то, что мне поможет? Этот вопрос заставил мое сознание один за другим перебирать варианты. Какой из проверенных способов есть в моем арсенале? Музыка, танцы, алкоголь и друзья? Но не это ли делает мой саркофаг крепче?

Решение было спотнанным. Что-то толкнуло меня подойти к одному из комодов в углу спальни. Там в нижнем ящике был спрятан старый фотоальбом. Уезжая из Энска пять лет назад, я взяла его просто на всякий случай. За все это время мои пальцы коснулись потертой обложки не больше трех раз. И каждый раз к просмотру глянцевых фото меня толкало собственное 'самоубийственное', как шутит Лидочка, настроение.

Я переворачивала одну страничку за другой, вглядываясь в изображения. Флейм, Ник, девчонки из универа. На многих фото моя улыбающаяся и довольная до жути мордашка. Вот здесь мы отмечаем день рождения Андрея, а здесь празднуем первое мая на чьей-то недостроенной даче. И везде - улыбки на два миллиона, восторг в горящих глазах и что-то еще, для чего я не знаю подходящего слова. Внутренний свет?

Неужели, я была настолько счастливой? Хвостики на макушке и потертые джинсы делали меня сильней?

Я скользнула пальцами по одному из последних фото. Костюмированная вечеринка в канун Хеллуина, арендованный на двое суток деревянный коттедж. И друзей, приехавших повеселиться, человек сорок. Моя аватара на этой фотке улыбалась мне так, будто хотела сказать: все будет окей! Мне так хотелось ей верить...

Альбом был вскоре закрыт, фотки убраны обратно в глубокий ящик. И лишь саркофаг по-прежнему мешал мне дышать.

- Спасибо, - миниатюрная 'Прага' тут же переместилась мне в руки. - Ты из-за него добиралась так долго?

С момента моего звонка Лиде прошло уже два часа. А ведь девушка обещала приехать ко мне не позже полудня. Для точной и пунктуальной, как настоящая королева, Лидуси подобное опоздание было чем-то из ряда вон.

- Да нет, - девушка нахмурилась и, оставив сумку у двери, первой прошла на мою кухню. - Были другие дела. Сейчас обсудим. М-ммм... А запах какой у тебя клевый. - Лида зажмурилась и расплылась в улыбке. - Я голодна, как волк.

О да, в этом можно было не сомневаться. Лидочка Селезнева, точно так же как и Михайлов, обожала, как я готовлю. При ее абсолютной нелюбви к кухонным заморочкам, мои приглашения посидеть один на один Лида принимала, как приглашения на званый ужин.

- Праздник еще не начинался, - я подмигнула Лиде и открыла духовку, выпуская на волю ароматы печеного с травами мяса. - А курочка не успела остыть.

- Ты сделала карри? - Лида распахнула глаза и облизнулась так плотоядно, словно, и правда, вообразила себя озверевшим от голода волком.

Я рассмеялась, угадав в жестах Лиды, знакомые до мелочей черты. Способность ломать комедию и кривляться роднила девушку с Михайловым так, будто они оба учились этому у одного лицедея. Впрочем, в отношении шуток Митя был куда изобретательней Лиды. Моя подруга часто дурачилась даже в ущерб себе.

- Мне не нравится твое настроение, что с тобой происходит? - Лида легко коснулась моей руки, привлекая внимание и я, наконец, оторвала взгляд от окна.

Там за идеально чистым стеклом был виден кусочек ясного неба. Если не знать о том, что на улице пасмурный день, и погода, совершенно не подходящая для прогулок, можно было бы с легкостью себя обмануть. Представить на пару мгновений, что этим июньским днем теплый ветер гуляет по крышам московских высоток и вокруг, насколько хватает обзора, все тонет в лучах послеполуденного солнца. Но нет... около часа назад, скандинавский циклон пригнал из Норвегии многие тонны дождевых тучек.

- У меня есть предложение, - вместо того, чтобы говорить о своем настроении, я оставила полупустую тарелку в покое и посмотрела на Лиду. - Ты сможешь уехать в отпуск на этой неделе?

Некоторое время Лидочка с удивлением изучала мое лицо.

Я облизнула губы, качнула на вытянутых пальцах бокал вина. Последние две недели я пью непозволительно много.

- Нет, - снова взглянула на Лиду. - Так что ты скажешь?

- Ты сводишь меня с ума, - подруга вздохнула. - Ты сама говорила, что не бросишь работу. Неподходящий момент, новая должность. И вдруг...

- Говорила, - я улыбнулась спокойней. Решение принято, обратного пути нет. И я очень надеюсь, что Лида поддержит мою идею. - Но я смогу все устроить.

Лидочка откинулась на спинку стула и снова изучающе уставилась на меня.

- Ты не передумаешь завтра? Ты, правда, хочешь поехать?

Лида выглядела растерянной и удивленной. Еще несколько дней назад я сама отказалась от ее предложения посетить Штаты. И пусть в разговорых со Стасом и братом Тимура я говорила совсем о другом, еще в прошлый вторник я никуда не собиралась.

- Ты невозможна, - Лида потянулась к отложенным ненадолго приборам. Мое предложение отвлекло ее от еды всего на 2 минуты и 56 секунд. Я засекала по своему телефону. - Конечно, я еду. В конце концов, Штаты были моей идей.

- Значит, договорились. Собираем вещи и ищем билеты на ближайщие дни.

- Из-за чего эта спешка? - Лида кинула на меня очередной задумчивый взгляд. - Я же помню, как ты не хотела ехать. Или ты поссорилась со своим Стасом?

Терпеть не могу отвечать на прямые вопросы. Особенно, когда речь идет о моей личной жизни. И особенно - когда спрашивает о чем-то подобном мой лучший друг.

- Нет. С ним все отлично, - я невозмутимо пожала плечами, делая вид, что Калугин и я по-прежнему отличная пара. - Сложно поссориться с тем, кого я почти не вижу.

- Но у твоего бизнесмена скоро шикарная свадьба. Ты уверена, что хочешь сбежать накануне нее?

- Двадцать четвертого. И он уезжает потом куда-то на острова.

- Мальдивы? - в Лиде проснулся любитель поездить по всему миру, она заинтересовано падалась навстречу ко мне, ожидая подробностей и деталей о планах Стаса. Еще бы - Калугин, если хотел, вечно устраивал что-то невероятное. Но в этот раз я понятия не имела, что он собирался делать для своей Ани. Я прикусывала язык всякий раз, когда ревнивая стерва оживала в моей голове и требовала засыпать мужчину сотней неподходящих для нашего разговора вопросов. Да и, что я могла бы спросить у него? 'Милый, а что за подарок ты приготовил ... не для меня?' Ах, как забавно.

- Не знаю. Бермуды. Тайланд. Мне в общем-то все равно, куда они едут.

Лида кивнула, аккуратно продолжая жевать последний кусочек мяса. Потянулась за салфеткой, медленно промакнула губы. Все это время она смотрела на меня с видом Эркюля Пуаро из романа Агаты Кристи. Подруга тянула время и выжидала момент, чтобы сделать какой-нибудь неожиданный вывод и вывести меня на чистую воду. Я была готова смеяться.

- Никто, - я, угадав направление ее мыслей, даже не удивилась.

Лида на мгновение после моего ответа прикрыла глаза. И вдруг, вместо того, чтобы дальше развивать эту тему, как Андрей, пытаясь выяснить, что со мною не так, девушка просто кивнула.

- Да. Верно. Какая к черту разница, как их зовут! Паша-Саша-Митя-Витя, - Лида, как куколка на шарнирах, дурашливо сделала несколько движений головой туда-сюда. - Помнить всех по именам, не слишком ли много чести? Какая разница, как зовут очередного придурка, который умудрился насрать тебе в душу?

- Ты слишком категорична, - я хмыкнула и, чтобы отвлечь Лиду от горьких мыслей, с легкостью читающихся в ее глазах, наполнила бокалы новой порцией красного полусладкого. - Может, просто выпьем за нас?

- Давай, - Лидочка охотно пригубила вино. - Мы самые клевые телки во всем мире!

Мы обе привычно рассмеялись после этого тоста. Какими бы глупыми ни казались слова, после них, как по волшебству, нас тянуло улыбнуться друг другу.

Иногда рядом нужен такой человек, который напомнит себе и тебе, что вы лучшие во вселенной. И пусть это будет сто тысяч раз не совсем так, главное знать, что еще как минимум один твой знакомый думает так же. Идиотский самообман поднимает настроение, даже не смотря на все свое очевидное идиотство.

- Что у тебя стряслось? - настала моя очередь смотреть на Лиду и задавать вопросы. Ей не хотелось рассказывать о своих делах и проблемах, так же, как и мне, минуту назад не хотелось углубляться в особенности моих отношений со Стасом. Но разговор есть разговор. Есть ли смысл бежать от общения, больше, чем мы делаем это? За три года нашего знакомства с Лидусей мы обе привыкли к такому. Полунамеки, полувопросы, ответы, которые никто из нас не рисковал обсуждать. Все это уже стало нормой. Как опытные игроки в большой теннис мы аккуратно отбивали подачи и ждали возможности сделать новый удар.

Увлекательная игра, которая могда длиться вечно, затягивала в свой водоворот, до тех пор, пока кто-то из игроков не сходил с дистанции первым.

В этот раз подача сорвалась не у меня. Лида со своими отговорками и вопросами о Стасе перешла грань в самом начале нашего разговора, и обычный наш никчемушный с ней треп, сводящийся к обсуждению выставок и прочитанных накакнуне романов, просмотренных фильмов и новых знакомых он-лайн, в этот раз превратился в более личный.

- Так что с тобой происходит? - я повторила вопрос, наблюдая за тем, как Лида нахмурила брови и аккуратно отложила в сторону вилку. Ее жесты сейчас были почти зеркальным отражением моих. Но если Лидочка хоть примерно могла догадаться, из-за кого я сейчас в таком некондиционном настрое, то в случае с ней я просто терялась в догадках.

У Лиды на данный момент не было постоянного 'друга'. Последний бойфренд, с которым она жила, растворился в дебрях столичных клубов пару недель назад. И насколько я помню, причиной для ссоры стало Лидино любопытство. Девушка 'случайно' взломала страничку вконтакте, принадлежащую ее кавалеру. А дальше, как в фильмах, - скандал и разводы на пол-страны. По крайней мере, Лида уверяла меня, что к своему Теме больше приближаться не будет.

Эта история была подана мне дней десять назад со вкусностями и приправой в виде пикантных деталей - с кем, как часто и как давно развлекался Лидин не-благоверный. Лидочка при этом улыбалась и сыпала шутками почти после каждого слова. И потому заподозрить ее в глубоких чувствах к помешанному на сексе козлу можно было только после пары бутылок. Водки. То есть - спьяну, на голодный желудок и не имея больше других версий в запасе. Любовь от моей подруги была далека точно так же, как и от меня.

Я почти решилась задать свой вопрос в третий раз, но в этот момент ровным будничным тоном, будто речь шла о банальном прогнозе погоды, Лида сообшила мне свою новость дня и снова спокойно вернулась к полупустому бокалу с французским сладким.

- У меня шестая неделя, - сказала она, и первые пару секунд я не находила слов, чтобы что-то ответить ей. От мыслей о ребенке и о том, что неизбежно захочет сделать Лидуся, меня вдруг прощиб ледяной пот.

- Это же... хорошо? - осторожно спросила, чувствуя, как заныла старая рана, так и не зажившая до конца.

- Хорошо, что я залетела? - Лида откинула с плеч длинные пряди. В отличие от меня она не стала обрезать свое метровое украшение. Гордость и достояние всей ее жизни.

- Считаешь, что плохо? - я лезла в слишком глубокие дебри, по нашей молчаливой договоренности с Лидусей мне не стоило этого делать прямо сейчас. Но ребенок... это было важнее, чем все, что мы когда-нибудь обсуждали с подругой. Пусть я была пристрастной и субъективной, но я не могла не задать свой вопрос.

- А что хорошего в залете от похотливого павиана? Я на хрен Артему со своим пузиком не сдалась. И он мне тоже ни к черту не нужен.

- Этот козел обещал, что мы только ***. И през не одел. А потом пока я кончала, он пристроился ниже. С***

Я промолчала, не желая вдаваться в рассуждении о гигиеничности и комфортности анального секса. Чем думал Артем в тот момент, я тоже не стала гадать. И так ясно, что о проблемах с залетом должна заботиться дама. Но почему же Лида не приняла таблетки после того уже как? Марвелон, постинор, эскапел - и это только то, что есть в моей домашней аптечке. Но Лида...

- Мы были на даче, в лесу и с бодуна, - подруга хмыкнула, откликнувшись на мой невысказанный вопрос. - В аптеку ехать жутко ломало. Ну, я как могла почистила ...перья и решила, что обойдется. А потом эта история с интернетом.

Последняя часть фраза была почти не слышна. 'Стало не до задержки', - пробормотала Лида, и я вздохнула в унисон с ней.

- И что ты собираешься делать? - я уже догадывалась о том, каким будет Лидин ответ. Но не хотела верить в то, что подруга так просто решилась убить своего ребенка.

- А какие у меня варианты?! - в глазах Лиды на мгновение мелькнула злость. Мой дурацкий вопрос, по ее мнению, был неуместен.

О, да. Кто я такая, чтобы учить других жить? Но откуда Лидочка может знать, что мысли о неродившемся сыне до сих пор не дают мне спать по ночам? А мой подросший малыш снится мне чаще, чем тот же Керимов!

- Ты могла бы поговорить... с мамой, - я сделала еще одну... последнюю... попытку повлиять на подругу. Быть может, общение с родителями, их совет и поддержка могли бы что-то изменить в решении Лиды.

- Это не ее дело, - Лидочка отодвинула пустую тарелку и поднялась из-за стола, чтобы налить себе чай. - Зачем впутывать в эту историю кого-то еще? Или ты думаешь, моей семье будут нужны проблемы?

На этот счет мое мнение не было так однозначно. Да, в моих отношениях с мамой тоже не все было гладко. Последние года два мы ругались почти каждый раз, когда находили время для телефонного разговора. Я не могла заставить себя выдавить что-то, кроме дежурного и набившего оскомину 'У меня все хорошо'. Я твердо верила в то, что о своих заморочках и сложностях с мамой общаться не стоит. И да, я бы первой сказала, что моя жизнь больше не ее дело. Но...

Мой случай - это только мой случай. И отношения с родителями у Лиды не в пример лучше моих. Ее семья - в Электростали, мама, папа, бабушки, дедушки и старшая сестра, шесть назад переехавшая в Питер к мужу. Лида созванивалась с сестренкой почти каждый день, а на выходных два раза в месяц навещала близких.

- Если они любят тебя, значит, будут нужны. Твои проблемы это и...

- А, ерунда, - Лида резко меня перебила. - Это просто слова.

- А на деле... - Лидочка вернулась за стол. - Мама опять раскричится о том, какая я дура. Пусть она с радостью бросится мне помогать, но после ее нотаций. Ксюш, пойми, я себя уважать перестану. Я не могу. Мне нельзя возвращаться обратно. Ты себе представляешь, что там начнется, когда я явлюсь со своим животом?

Я представляла. Из прошлых рассказов Лиды все было примерно ясно.

- А если остаться здесь? Ты не прикидывала, удастся ли продержаться на заказах фри-ланса?

Лидочка опустила глаза, скрывая в них грусть.

- Не выйдет. Я уже сейчас вижу, что этого слишком мало.

Я вновь понимала ее. Лида уже много лет мечтала открыть свое агенство по организации свадеб. Она временами помогала подружкам-друзья, в обход основной работы занимаясь подготовкой торжественных мероприятий. Но доходов, полученных таким путем, все равно катастрофически не хватало. Даже сейчас.

А уж что будет потом, когда у Лидочки на руках будет маленький Темка...

- Решила... - долю секунды в голосе Лиды слышалась горечь. Но уже через мгновение она вдруг мне подмигнула. - Блин... а ребеночек мог бы выйти таким няшным. Видела, какие у Темы были глаза? Красавец-мужчина! Такие гены пролетают мимо. Ну-ка, кончай хандрить, лучше давай выпьем.

Иллюзия, напускное, очередной обман? Не знай я Лидочку столько лет, я бы точно сделала неправильный вывод. Но где-то в глубине ее глаз плескалась тоска. Девушка то и дело замирала посреди фразы, думала о чем-то своем. И вновь шутила.

- Вот черт! - от неожиданности я подскочила на стуле и прежде, чем отправиться в коридор, взглянула на Лиду. - Похоже, у меня будут гости.

- Тот розовощекий типчик? - Лидуся презрительно хмыкнула.

- Переживу! Но лучше выстави этого недоноска отсюда. Или ты его приглашала?

К Михайлову после истории с Тимом у меня набралась целая куча претензий, и наш недалекий мальчик мог бы с легкостью догадаться, насколько сильно я зла. Его визит через сорок восемь часов после очередного 'залета' - он, что, вообще не боится разговора со мной?

Я распахнула дверь, ожидая увидеть, как минимум, коленопреклоненного Митю с розой в зубах. А что? Прошлый раз, вымаливая мое прощение, он догадался устроить подобное шоу.

Но вместо того, чтобы опуститься на четвереньки, безбашенный Димка придумал сценку получше. На голове у парня был виден пластмассовый нимб. За спиной - белоснежные (почти настоящие) крылья. Невиное выражение глаз (я была уверена в этом на сто процентов) было, к сожалению, скрыто солнечными очками на поллица. Но блики зеркальных, абсолютно непроницаемых стекол ничуть не портили образ святого, которого усиленно изображал мой друг.

Ангел, явившийся ко мне неизвестно откуда, держал в руках такую же, какая была у Лиды, коробку. Правда, в отличие от Лидиного миниатюрного торта взятка Михайлова была в два раза больше. Ну да, ведь подлец рассчитывал перекусить. Видимо, вместе со мной.

Я не стала, как в прошлый раз захлопывать дверь и дожидаться пока Михайлов, как побитый щенок, завоет на весь подъезд. Кстати, этот действенный способ был Димкой уже проверен. Полгода назад я выдержала всего три минуты.

- Не пригласишь войти? - ласково и максимально нежно уточнил Митя и для надежности подкрепил свой вопрос протянутой мне в руки коробкой с тортом. Да-да, Прага. Шоколадный, мой самый любимый. Но не могу же я заглотить наживку, как рыбка? Хихикающий бесенок внутри меня требовал проверить фантазию Димки. Ну, вот что он сделает, если я его оттолкну? Предела ребячеству, конечно, не сушествует. Но мой друг хоть когда-нибудь прикратит изображать из себя шута?

- Прошу, - я посторонилась, пропуская ангелочка в квартиру. В конце концов, никто не виноват в том, что Димка добровольно лезет в эту петлю. Откуда Михайлову знать, что у меня в гостях Звезда Вселенной? Вечная и Незабвенная мадмуазель Бешеный Таракан. На этой злорадной мысли я прикрыла дверь 'мышеловки'.

- Это тебе, - Митя, ободренный моей капитуляцией, повторил свой жест с коробкой. Прага уже во второй раз была сунута мне под нос. Сложив под грудью руки, я не двинулась с места.

Михайлов жизнерадостно улыбнулся и молча потопал в указанном направлении. Вполне предсказуемо, в полумраке узкого коридора он не заметил стоящей у стенки коробки и с матом и чертыханиями едва не полетел на пол.

- Очки бы снял, - посоветовала ему со спины и подмигнула наблюдающей за торжественным шествием Лиде.

- А он боится, что ты ему врежешь, - Подруга, как всегда, не захотела молчать. - Эй, Глиста, ты уже сдрейфил?

- И ты здесь, - Митя оскалился, раздраженно плюхнул коробку с тортом на стол, скривился, заметив вторую Прагу. Но комментировать идентичный Лидин подарок даже не стал. - Что, Таракан, тебе не сидится в уютной норке?

- А ты, какого черта, приперся? - Лидочка не осталась в долгу и, гневно прищурив глаза, ответила конкретным посылом. - Проваливай, откуда пришел.

- О, и это все, на что ты способна? - Митя по-ковбойски оседлал один из свободных стульев и с вызовом уставился на Лидусю. - 'Иди туда, откуда пришел', - Димка передразнил тонкий голосок Лиды. - Тебя никто не спрашивал, между прочим.

- Да, мне до лампочки, - подруга, копируя взгляд Михайлова, подалась вперед и если бы не стол, она, будто баран с удовольствием боднула бы парня. - Ты вообще, что здесь делаешь?

- Еще раз для глухих повторяю, - Митя повысил голос. - Это не твое дело! Я не к тебя, слава богу, пришел.

- Тебя здесь не ждали! Не видишь, что у нас тут девишник?!

- С какой это радости? Нашелся придурок, который берет тебя в жены? - Димка глупо хихикнул, а Лида, услышав такое предположение, разозлилась.

- С каких это пор моя личная жизнь тебя начала волновать. В своей разберись для начала, ясно?

- Да, я о тебе, дурная, переживаю. Спихнем тебя с Ксенией на мужа, хоть глаза будешь реже мозолить.

Я без интереса прислушивалась к разговору, не торопясь прерывать увлекательную беседу не-сладкой пары. Когда-то давно, еще три года назад, когда Судьба моей рукой свела Лидусю и Михайлова вместе, я поразилась тому, насколько эти два человека похожи. Но при всей их общности взглядов, отношении к жизни, манерам общаться и носить вечные маски, Лида и Димка друг друга терпеть не могли.

Я молча достала еще одну чашку из шкафа и заварила вишневый чай для своего друга. Так же молча опустила бокал на стол перед ним.

- Держи, - единственный комментарий, который я позволила, обращаясь к Димке.

Парень повел плечом, небрежно кивнул и, не отрывая взгляда от Лиды, продолжил свою по-хамски патетичную речь. Лидуся, не стесняясь в выражениях, попробовала послать его лесом.

Я наблюдала за происходящим со стороны, хотя, глядя на покрасневшую от гнева Лиду, ожесточенно жестикулирующую и пытающуюся доказать Димке какую-то ерунду (на мой взгляд, не стоящую таких усилий), я больше всего хотела прекратить бессмысленный бой. Да, поведение этой парочки чем-то напоминало мне мои отношения с Тимом. Точно так же, как Лида, я вечно 'нарывалась' с Керимовым на полноценный скандал. Но со мной все в общем-то уже ясно. Я в тайне всегда мечтала привлечь внимание своей неприступной звезды.

Но что нужно от моего друга Лидусе? А Михайлову от нее? К чему этот детский треп и искры из глаз, всякий раз, когда они видят друг друга??

Я слабо верила в объяснения Лиды. По старой договоренности с ней в их военный конфликт с Михайловым я не должна была лезть. 'Большая девочка' хотела разобраться с засранцем сама. И только сама. По заверениям Лидуси издевательства над Михайловым не позволяли ей окончательно сгнить от скуки в сереньком городишке. Среди всех моих приятелей и знакомых Москву с ее многомиллионным населением только она называла деревней, и потому ее версия смахивала бы на правду, если бы не одно 'но'. Развлечение в виде ссоры не предполагало слез... через десять минут после того, как виновник переполоха, товарищ Михайлов скрывался из вида.

- ...Таракан как есть! У тебя бешенство, слушай?!

- Это у тебя полное отсутствие мозгов! Глиста с крыльями, долго думал над образом?

В этот момент произошло сразу несколько вещей. Во-первых, Михайлов фыркнул и, привычно отреагировав на Лидиного 'придурка' (что означало почти полную капитуляцию моей подруги, ибо запас красноречия даже у Бешеных Тараканов рано или поздно подходит к концу, а с такими занозами в заднице, как Михайлов, подобного в принципе случиться не может), вскочил со стула и, наклонившись к сидящей перед ним Лиде, потянулся к ремню.

Этот жест давно превратился в излюбленный Димкин прием. Разозлить Селезневу можно было только одним движением пальцев по застегнутой (пока еще) ширинке.

Все дело в том, что два года назад в разгар такой же вот ссоры, Димка заявил, что Лида годна лишь для непродолжительных развлечений. Лидочка в ту пору именовалась то Жучком, то Тараканом и приставку 'Бешеная' получить еще не успела. Разговор на повышенных тонах с Митей набирал обороты, Михайлов удачно скаламбурил, к месту привел популярный в то время анекдот про США. Ничего не подозревающая Лида, глядя в смеющиеся Димкины глаза, переспросила у парня 'причем здесь бараки?'

- Б**, диагноз ясен, - Михайлов презрительно фыркнул. - С такой, как ты, о Рембранде не поговоришь, о политике тоже. Так что с тобой делать? В койку, детка, в койку!

Намек вышел более чем прозрачным. С тех пор на протяжении вот уже трех лет Димка то и дело припоминал подробности этой ссоры. За Лидочкой закрепилось прозвище Бешеный Таракан и ярлык тупой блонди.

Сегодня ситуация повторилась почти до мелочей. Снова Митя ненавящево намекал на оральные ласки. Снова смеялся, глядя на разъяренную Лиду. А она с каждой секундой выглядела все хуже.

- Дим, хватит! - жалобный окрик подруги слился в один с моим. Михайлов замер на месте, но отодвигаться от побледневшей, как мел, Лиды не стал.

- От тебя воняет. Уйди! - Лида вскочила со стула и попыталась спихнуть стоящего, как скала, Димку со своего пути. Парень продолжал тупить, мешая Лидочке вырваться из ловушки. Черт!

- Михайлов! - я успела только схватить своего друга за руку, Митя лениво перевел свой взгляд на меня, продолжая изображать неприступную стенку. И вот тогда... Лиду стошнило.

Димка брезгливо отшатнулся от девушки, удивленно уставившись на испорченную Лидусей рубашку.

- Дим, ради всего святого, уйди отсюда! - мое терпение было исчерпано до конца. Как он меня бесит!

Похватив Лиду под локоть, я обняла ее тонкие плечи. - Сейчас станет лучше. Пойдем.

Димка брезгливо отшатнулся от девушки, удивленно уставившись на испорченную Лидусей рубашку.

- Дим, ради всего святого, уйди отсюда! - мое терпение было исчерпано до конца. Как он меня бесит!

Похватив Лиду под локоть, я обняла ее тонкие плечи и, приговаривая успокаивающие глупости, как маленького ребенка, увела подругу из кухни. Михайлов, продолжающий цедить сквозь зубы все новые и новые порции ругательств, остался один. Его состояние волновало меня куда меньше, чем головокружение Лиды.

- Успокойся, - прошептала подруге и распахнула перед ней дверь ванной, - сейчас станет легче. Давай ты умоешься, а я пока найду тебе какие-нибудь лекарства. У меня есть что-то из...

- Не хочу таблеток, - устало возразила Лидуся, и мне осталось лишь согласиться. Если я правильно помню по своему состоянию пять лет назад тошнота скоро должна пройти. Бедный Михайлов, ему досталось все содержимое чужого желудка. Бесенок внутри меня гневно хихикал.

Я придержала длинные локоны Лидочки, пока она склонялась к раковине и полоскала рот. Сейчас в свете крохотных лампочек над зеркалом в ванной Лида казалась почти прозрачной. Бледная кожа, темные круги под глазами и исчезнувшая с лица улыбка. А ведь Лидуся улыбалась, даже ругаясь с Димоном.

- Пойдем в спальню, тебе лучше прилечь, хорошо? - предложила, вновь обнимая дрожащую от озноба Лиду.

- Ага, - девушка слабо кивнула и позволила мне проводить ее до постели. - Ты побудешь со мной чуть-чуть? - попросила, когда я, вытащив из шкафа тонкий плед, протянула его подруге.

- Побуду... - я ответила тихо, выкидывая из головы мысли о Димке, все еще находящемся в моей квартире. Его ворчание и великий-могучий руссмат был слышен даже сквозь закрытую дверь спальни.

Я кивнула, устраиваясь на свободной половине кровати и заметив, как Лида хмурит брови, думая о чем-то своем, вдруг решилась спросить.

- Зачем ты вечно с ним споришь? Не проще ли его игнорить?

- Этого козла? - Лида фыркнула, закутываясь в одеяло и обнимая себя руками, чтобы согреться. Мне хотелось погладить ее по щеке, сказать, что все будет в порядке, что все еще можно исправить, но... какой смысл в фальшивых словах, в обещаниях, в которые ты сам ни капли не веришь?

- Ты разве не видишь, что у него на лице написано: я король всего мира! Мне хочется стереть ухмылку с его лица, понимаешь?!

О, да. Я точно понимала состояние Лиды. Но мое желание точно так же поспорить с Тимуром имело не вполне нормальные "корни". Или влюбленность в объект неприязни - обязательно условие для таких вот истерик?

- Лид, Михайлова не изменишь. Он такой, какой есть. Зачем ты тратишь на него свои нервы?

- Но он начинает первым! - я с сомнением взглянула на Лиду, и она осеклась. Добавила, через мгновение. - Ну, или почти всегда!...

- Но ему никто не давал права так ко мне относиться! - Лидочку, вряд ли, можно было убедить в чем-то.

- А почему он так себя ведет? - этот вопрос нужно было при случае задать и Димке. Но до сих пор, следуя обещанию, данному Лиде, я старалась не лезть в чужие не-отношения. Взрослые люди, могут же они разобраться сами?

- Откуда я знаю! - Лида снова вспылила, и только легкий румянец на щечках можно было списать на то, что девушке вдруг стало жарко. - Вы с ним общаетесь, вот и спроси у него.

Пришлось пожимать плечами. Я думала примерно о том же.

- И что у меня нужно спросить? - Михайлов, как чертик из табакерки, подал голос в самый неподходящий момент. Мы вздрогнули вместе с Лидой и синхронно обернулись к распахнутой настежь двери. Прелестно! Еще один представить мужского пола щеголял в моем доме полуодетым. Испорченная рубашка Михайлова благополучно канула в лету. На Димке были одеты только облегающие джинсы и белые до крахмальной белизны носки. Лида рядом со мной нервно сглотнула.

На Димке были одеты только облегающие джинсы и белые до крахмальной белизны носки. Лида рядом со мной нервно сглотнула.

На мой изощренный вкус Михайлов не выглядел настоящим мачо и на образчик мужской красоты никак не тянул. Милый мальчишка с тонкими чертами лица, с плоским животиком, не обезображенным ни модными "кубиками", ни просто присутствием ярко-заметных мышц, Димка был скорее изящным и гибким. Брутальности и мужественности в его движениях было не отыскать. Он напоминал мне временами гимнаста, особенно в те минуты, когда, как уж, извивался в толпе молодежи, отжигающей под очередной электронный микс.

И все-таки Лидочка по левую руку от меня дышала прерывисто и слишком часто. Это о чем-то ведь говорит, ага?

- Убирайся отсюда, - прошипела подруга. И я впервые подумала, чтоЛида слишком категорична. Зная характер Димки, я без проблем понимала, что конкретный посыл лишь подогревал злость моего друга.

- Дим, ты долго будешь валять дурака?! - я приподнялась на кровати, впервые за многие месяцы пытаясь одернуть зарвавшегося пацана. Сколько можно играть в свои игры?!

- Уже молчу, - Митя улыбнулся как ни в чем не бывало, но вместо того, чтобы убраться из спальни, он, игнорируя мой гневный взгляд, подошел ближе к кровати. Не поленился даже нагнуться и опереться на заднюю спинку и все это время Димка оценивающе смотрел лишь на мою подругу.

- Что уставился?! - Лида опять пошла в наступление, не выдержав пристального внимания парня.

- Дим! - я почти поднялась с постели, чтобы выпроводить нахала из комнаты. Но Лидочка и тут меня опередила.

- Ты можешь просто уйти? - изменившимся тоном, устало и жалобно попросила она. Я обернулась к ней, готовая в любой момент... не знаю, к чему. Помочь? Тревога сжала тисками сердце. Ситуация выходила из-под контроля, и Димка, как катализатор, только усугублял положение.

- Могу. Только вежливо попроси, - Митя подмигнул Лиде.

- Михайлов, ты зарываешься! - теперь даже я рычала. Бесцеремонная наглость меня не бесила! Выводила из себя!

- Меня от тебя тошнит, ублюдок. Уйди отсюда! - Лида тоже почти шипела.

Господи, это когда-нибудь прекратиться? Я, наконец, встала напротив парня.

- Лучше промолчи, - потребовала от друга, глядя в сузившиеся от гнева глаза.

- С какой это стати? - Михайлов театрально дернул бровью. - Я к ее залету, - кивок в сторону Лиды, - ни малейшего отношению не имею.

- Да я бы с тобой вообще спать не стала! - Лидочка никак не делала ситуацию проще. И как мне утихомирить Димку?

- А тебе никто не предлагал, - Митя невозмутимо хмыкнул.

- Заткнулись оба! - я все-таки схватила Михайлова за плечо, обернулась к Лиде. - Сколько можно ругаться! Тебе отдыхать надо, а ты, - взгляд в сторону Димки, - можешь замечательно отправиться по своим делам.

- Не могу, - последовал упрямый ответ. - Она испортила мне рубашку, я кинул ее в твою стиралку.

Я едва не уточнила, догадался ли Димка запустить хоть одну из программ. Но язык Лидочки работал определенно быстрее моих мыслей.

- О, неужели, ты умеешь пользоваться бытовой техникой?! - притворно изумилась подруга. А я вдруг почувствовала себя ребенком. Точно так же много лет назад ссорились и кричали друг на друга родители. И я ничего, абсолютно ничего не могла сделать, чтобы прекратить это. Только кричать самой...

- А что, Лида?! - подруга проигнорировала мой вопль. - Этот г*** только что назвал меня шлюхой! Ты, имбецил, - Лидочка в запале чувств даже поднялась на постели, - в отличие от тебя мне для того, чтобы найти с кем развлечься бабло отстегивать не надо. - Михайлов вздрогнул, взглянул с удивлением на меня. Он думает, что я рассказала о его прошлом Лиде?! - С тобой ни одна нормальная девушка встречаться не станет! Им еще приплачивать надо, чтобы тебя терпеть!

Я выдохнула почти облегченно. Полет Лидиной мысли был непредсказуем. Но, слава Богу, к Димкиным развлечениям в далеком прошлом никакого отношения не имел.

Впрочем, Михайлов думал чуть-чуть иначе. Он, заведенный последним заявлением моей подруги, точно не собирался слушать меня. Да и моя подруга больше не выглядела такой беспомощной и слабой, как десять минут назад. Ссора с Митей - способ держать себя в форме? Или на Лиду так действует адреналин?

Лида гордо вскинула подбородок, а я только сжала крепче пальцы на плече Димки.

Михайлов мотнул головой, отмахиваясь от моего окрика, как от назойливой мухи. Моя хватка его совсем не пугала.

- Ах, конечно, Мисс нормальность! Ты же у нас теперь будущая мамаша. Свадьба, муж под боком и тра-ля-ля.

- Дим, заткнись уже, наконец! Лида сама разберется в своей личной жизни. Ты можешь просто свалить из спальни!

- Не будет никакой свадьбы, - подруга за моей спиной вдруг вздохнула. Михайлов перевел свой взгляд на нее. Моя скромная персона опять осталась на обочине жизни. По неведомой мне самой причине, я не могла ударить Димку. Даже отпихнуть - не могла. Быть может, все дело в том, что Митя не выглядел разозленным, опасным? Сильным?

- А что так? - заботливой мягкостью в голосе Димы можно было бы обмануться. - Решила стать матерью-одиночкой? Неужели?

Некоторое время в комнате висела тишина. Лида замерла на постели. Отличный шанс прекратить этот доставший меня разговор.

- Это не твое дело! - я все же встряхнула Михайлова за плечо. - Можешь выйти из спальни?! - для верности я даже подтолкнула парня к двери. Но проще было подвинуть шкаф, чем упершегося, как баран, Димку. Он лишь пошатнулся и... остался стоять.

- Я не собираюсь рожать, - обреченно и тихо призналась Лида, обращаясь не ко мне. К Димке. К Михайлову, блин, который все время испытывал ее на прочность! Что это за бред? Чего эта парочка добивается? Что хочет Лида? Что нужно Димке?!

Снова тишину вокруг нас можно было резать ножом. Мое сердце стучало под горлом. Я не знала, что делать. Лида будто нарочно каждой своей фразой провоцировала Михайлова на новый виток скандала. Я знала, что и сейчас ее признание ничего... совсем ничего не изменит. И Димка не замолчит первым. Последнее слово всегда и во всем должно остаться за ним.

- Так вот в чем дело? - лицо Михайлова превратилось в железную маску. - Проблема вся в этом? В бабле?

Лида поджала губы, но не издала ни звука. А Димка уже презрительно щурился. Мне было страшно смотреть ему в глаза.

- Ну?! Деньги?! - голос Димки ломался? - Сколько тебе нужно? Сколько!

- На что? - Лида еще не понимала, куда клонит Митя. А я боялась поверить в то, что он сделает.

- На что? - Михайлов переспросил спокойней и вновь скривился. Даже у меня не осталось сомнений в том, насколько сильно он ненавидит Лиду... точнее ту, кого он видел в ней. И, вероятно, я могла понять, почему. - Я хочу заплатить за этого ребенка, - Димка выплевывал предложение так, будто стрелял из винтовки. Каждое слово, предназначенное для Лидочки, рикошетом попадало в меня. Я первой отступила от парня, боясь, что сейчас упаду. Я не хотела этого слышать. - Сколько тебе нужно денег, чтобы ты его родила? Ну, же?!

- Уходи, - я облизала пересохшие губы. - Убирайся, Дим. Убирайся!!!

Лидочка на кровати, спрятав лицо в ладонях, молчала.

Если бы не Лидочка, рухнувшая, словно раненный зверек, на подушки и тонко-тонко закричавшая на одной ноте, я бы еще долго сжимала ладонями пульсирующие болью виски и повторяла про себя, как мантру, жалкие оправдания. Мне не хотелось думать о том, что было пять лет назад. Но мысли, как тараканы, лезли из всех щелей. Слова Димки, обращенные к Лиде, сорвали с меня последнюю маску...

Я никогда не умела утешать. Не могла найти правильных слов, чтобы кого-нибудь успокоить . Ни маму, плачущую в моей комнате, после очередной ссоры с отцом. Ни Марр... А ведь последний раз, когда у меня в объятиях рыдала Марина, был пять лет назад. Чертовски давно. И все же, видя, как в беззвучном крике заходится Лида, я сделала единственное, что могла - потянулась к ней, обнимая.

Как муха, попавшая в сладкий сироп, я увязла в собственных чувствах. И потому, вместо того, чтобы говорить Лидочке бессмысленную чепуху о том, как прекрасно все будет дальше (о, да. Теперь после предложения Димки!), я, поддавшись моменту, вдруг рассказала ей о маленькой части своей жизни, о которой она никогда не знала. Мне казалось, ей нужно было это услышать.

- Ты, правда, захотела оставить ребенка? Собиралась рожать? - тихо спросила Лида спустя какое-то время. Слезы все еще блестели на ее щеках, она хлюпала носом, несмотря на десяток бумажных платочков, что я ей протянула. Но она больше не захлебывалась криком и не дрожала в моих руках.

- А работа? Универ? Деньги? Мама?! - даже сейчас Лида считала мой выбор глупым. Быть может, он, правда, был глуп.

- Не знаю, я не думала тогда ни о чем. Представляла, что буду работать репетитором, переводчиком, займусь фри-лансом.

Странный вопрос. Я никогда себе его не задавала.

- Они бы ничего не сказали, - ответила неуверенно, задумавшись о том, как бы все сложилось тогда, если бы не... выкидыш. - Бабушка бы поддержала, - я улыбнулась мыслям о своей второй маме. - А остальные... Отцу до меня нет дела. А у матери - у нее своя личная жизнь. Причем тут я?

- Но... Тебя бы не ругали? - Лида с удивлением смотрела на меня, словно не понимая, что такие отношения в моей семье норма. Это сейчас мы с мамой ругаемся на ровном месте, а тогда...

Странный вопрос. Я никогда себе его не задавала.

- Они бы ничего не сказали, - ответила неуверенно, задумавшись о том, как бы все сложилось, если бы не жара и не мое падение на ступеньках родного Вуза, - Бабушка бы поддержала, - я улыбнулась мыслям о своей второй маме. - А остальные... Отцу до меня нет и не было дела. А у матери - у нее как раз началась личная жизнь. Причем тут я?

- Но... Тебя бы не стали ругать? - Лида с удивлением смотрела на меня, словно не понимая, что такие отношения в моей семье норма. Это сейчас мы с мамой ссоримся на ровном месте, а вот тогда...

- А знаешь, - Лида повернулась в моих руках, чтобы удобнее лечь на подушку. - Мои меня не поймут. Они... Самое страшное, это не оправдать чьих-нибудь ожиданий. Верно? В тебя вкладывают силы и деньги, тебе дают лучшее образование, отправляют в Москву и рисуют радужные планы на твою дальнейшую жизнь. Что я получу в итоге, если вернусь? Все мечты - к черту...

- Чужие мечты? - я позволила возразить, но Лида, кажется, уже не слышала меня. - Не твои.

- И мои тоже, - подруга упрямо поджала потрескавшиеся губы. - В том то и дело.

- Не надо! - Лида вдруг растеряла желание говорить, снова захлопнув створки своего "гроба". Дальше, чем нужно, она никого не пускала. Так же, как я, она ненавидела чужие советы и нравоучения. Похоже, ей их хватало дома.

- Хорошо. Давай закроем тему. Тебе, наверное, лучше поспать. Я пока займусь... уборкой, - хмыкнула, представив, что сделаю сейчас с Митей. Моя месть обещала быть изощренной.

- Что ты будешь с ним делать? - Лида перехватила мой кровожадный взгляд. Ах, сорри. Я размечталась.

- А что ты хочешь, чтобы я сделала? - я внимательно разглядывала подругу. За невинным ее вопросом крылся непонятный мне интерес. Он же ее обидел!

Несколько секунд Лида что-то прикидывала в уме. Надеюсь, она не восприняла предложение Димки всерьез. С него станется, рассмеяться в лицо, если Лидочка надумает согласиться. Но ведь она не станет, правда?

- Выгони его, ладно? - в голосе Лиды не было уверенных ноток. Но по крайней мере она не бросилась догонять Митю, вымаливая у него деньги (последнее Димка мог бы с легкостью обеспечить). - Я никогда-никогда... больше... не хочу... его видеть.

- Договорились, - я, соглашаясь, кивнула. А потом, поднявшись с кровати, не удержалась от очередного вопроса. Ситуация между Лидой и Димкой мне не давала покоя. - Что... что ты сделала такого, чтобы Митя так на тебя разозлился?

- Я?! - Лидочка почти так же театрально, как Дима десять минут назад выгнула тонкую бровь. Впечатляюще. Но в невинность любого из этой парочки мог поверить только полный придурок.

- Ты. Я не думаю, что это дерьмо началось на пустом месте. Лид, Димка может быть засранцем, нахалом и эгоистом. Но он не лезет первым!

Что-то подобное я слышала когда-то от Марр. Правда, она говорила о моих отношениях с Флеймом. И что... Странное дело, мужчины ведут себя со мной яки ягнята. Вы верите в эту чушь? На все есть свои причины, всему есть свои объяснения. И с Димкой мы общаемся только потому, что мне от него ничего и никогда не было нужно. Впрочем, поправлюсь. Ничего, кроме него самого и его бесконечных шуток. Дурь и язвительность шли с Митей в комплекте, но я справлялась и с ними. Справлялась до сегодняшнего дня.

- Что ты натворила? - я настойчивее повторила вопрос. И Лида, нахмурив брови, пару секунд неподвижно смотрела мимо меня. Вспоминала?

- Помнишь, вечеринку по случаю окончания Вуза? - высокий лоб прочертили морщины. Лиде не нравилось вспоминать о том, что было. - Мы обмывали диплом.

Я плохо помнила, о чем идет речь. В тот вечер все мои мысли и все мое время было занято Ником. Он, как солнце на горизонте, затмевал собой абсолютно всех. Да, на той памятной вечеринке были и Димка, и Лида. Но разве они общались?

- А дальше? - я уставилась на подругу, ожидая деталей. Лидочка, размышляя о чем-то, упрямо молчала. И что, мне клещами вытягивать из нее объяснения? Что-то случилось между ними тогда, в нашей с Ником квартире. - Вы переспали? - предположила, устав теряться в догадках.

- Спятила?! - Лида одарила меня обиженным взглядом. - Пусть он катится лесом! С ним можно встречаться только...

- Если он хорошо заплатит. Я уже поняла. Ты это ему и заявила? - я пыталась попасть пальцем в небо. Единственной больной точкой Димы были именно деньги. Не многие готовы были воспринимать Михайлова в отрыве от миллионов и миллиардов его золотоносного во всех смыслах папаши.

- Ничего! Что ты пытаешь опять раскопать? Твой дружок подошел, мы пару минут поболтали. И он начал хамить! Откуда я знаю, что у него в голове творится?!

Я могла лишь примерно ответить на этот вопрос. И почему-то мне все сильнее казалось, что Лида в тот вечер своими руками вырыла себе могилу. Останется только уточнить пару моментов у Димки, и картина будет ясна. Только чем мое удовлетворенное любопытство в силах помочь этой... вечно ругающейся паре? Я могу только выкинуть Митю из дома. И то... это еще нужно напрячься.

Я могла лишь примерно ответить на этот вопрос. И почему-то мне все сильнее казалось, что Лида в тот вечер своими руками вырыла себе могилу. Останется только уточнить пару моментов у Димки, и картина будет ясна. Только чем мое удовлетворенное любопытство в силах помочь этой вечно ругающейся паре? Я могу лишь выкинуть Митю из дома. Да и то... для этого мне нужно серьезно напрячься.

- Извини, - пробормотала, разглядывая опять погрустневшую Лиду. - Я поговорю с Димкой. И когда ты проснешься, его уже здесь не будет. Я тебе обещаю.

- Спасибо... Ты меня тоже прости. Я не хотела, чтобы так все вышло.

Я тихо прикрыла за собой дверь и почему-то совсем не удивилась, обнаружив в гостиной Димку. Разлегшийся на моем диване, Михайлов крутил в руках пульт от плазмы. Плазмы, предусмотрительно включенной, но работающей абсолютно беззвучно. Как, интересно... Популярный музыкальный канал показывал десятку лучших. Неизвестная мне группа кривлялась с экрана, солист двигал челюстью так, будто хотел показать наблюдающей за ним камере свою глотку.

- Ты все еще здесь? - спросила обреченно, никак не желая смириться с тем, что Димка по доброй воле от меня отлипать не станет. И из дома не уйдет, даже если я устрою ему час чтения нудных лекций. Честно говоря, мне хотелось бы это сделать. На языке уже вертелись заготовки проникновенной речи. Но только собственное благоразумие, да прекрасное знание характера этой "редиски" останавливало меня от игры в училку. Димка, не малолетний подросток, он не оценит моих усилий.

Михайлов криво мне улыбнулся, будто прочитав мои мысли.

- Я запустил твою машинку. Там цикл еще на полчаса. Потом еще сушка...

- Ты намекаешь, что мне так просто от тебя не отвязаться?

- Точно! Ты угадал! Я могу одолжить тебе свою футболку, кстати.

Действительно, чем это не вариант? Но Димка был бы слишком не Димка, если бы сдался так просто. Тем более если бы согласился на кофточку меньшего, чем у него размера.

- Я бабских вещей не ношу! - как я и предполагала, Митя категорично отказался от моего предложения.

О, да. Гардероб для него - дело принципа. Интересно, он свои белые носочки только один раз одевает?

- Стиль унисекс, ты о таком слышал? - я вяло отбила "подачу", слабо веря в успех предприятия. Переубеди барана, часть два.

Я вздохнула. Наш разговор уходил куда-то в другое русло. Михайлов, вроде, не издевался. Но своим показным равнодушием все равно продолжал меня злить. А еще он лежал. А я стояла.

- Так, все с тобой ясно. Раз не уходишь, тогда поднимайся и марш на кухню.

- Слушаюсь, командирша. Но, может, лучше поговорим здесь?

Я молча направилась в коридор. Да, мне хотелось кричать. Димка вывел меня из себя сильнее, чем в прошлый раз с незнакомыми девицами в моей квартире. А если вспомнить еще и пьяного Тима в качестве ночного подарка... хм...список грехов этого невинного ангелочка явно превысил допустимую норму. И я пока не собираюсь причислять себя к лику святых, подставлять для удара левую щеку и бла... бла... бла... делать прочую мерзость. У бесенка в моей душе есть миленький план. Мне осталось лишь проучить нахала.

- Держи, - на кухне я протянула Михайлову бумажные полотенца, наслаждаясь выражением его лица. Удивленным, возмущенным и обиженным одновременно. Родители капризного чада могли бы им умилиться.

- Что это?! - мой друг даже отодвинулся от меня на пару шагов. Странно, что не отпрыгнул и не состроил гримасу брезгливости, так отлично отрепетированную Димкой за двадцать шесть лет его сознательной жизни.

- Полотенца, - я поставила рулон бумаги на стол. - Ты мне поможешь убраться.

- Я?! - Димкин вопль разнесся по всей квартире. Он вздрогнул так, будто я предложила ему расчленить труп, а не протереть стол и напольную плитку от остатков не переваренной в чужом желудке еды.

- Дим, - я была предельно серьезна. Или старалась казаться такой. Злость бурлила у самого горла, сердце колотилось в груди беспокойно и криво - удар, удар... остановка, удар, остановка и снова по кругу. - Ты виноват в том, что случилось с Лидой. И, пожалуйста, не отрицай.

- Я не говорю о детях! Ты довел Лиду. Имей смелость признать, что ей стало плохо из-за тебя.

- У тебя нет доказательств, - Митя фыркнул и нахально отступил от меня еще на один шаг. Думает, я буду перед ним унижаться?

- Хорошо, - я отвернулась от Димки и потянулась к бутылке чистящего средства, спрятанной в угловом шкафу. - Тогда подожди в гостиной.

- Ты же хотела со мной поговорить, - не слишком уверенно сообщил Митя, замерев у выхода в коридор. Но я по-прежнему не собиралась ничего делать. Если хочет уйти - уйдет. Я не цербер, чтобы с пистолетом в руках выбивать из него. Да и что? Помощь? Увольте.

- Не думаю, что это хорошая идея, - откликнулась, нажимая на кнопочку распылителя и заливая стеклянный стол ароматной жидкостью алого цвета. Если верить рекламе, то эта дрянь убивает микробов и чистит поверхность без лишних усилий. Сейчас проверим.

- О, бл***, - Димку передернуло, я заметила краем глаза, как он провел ладонью по волосам, превращая аккуратную укладку в хаос. - Только не строй обиженную, - посоветовал раздраженно. - Тебе не идет!

Я никак не отреагировала на "заботливый" комментарий. Мое состояние имело мало отношения к обиде. И Димка просто слеп, раз не видит очевидных вещей. Я зла. А это совсем другое дело. Мое желание не связано с намерениями оттолкнуть или выгнать его, но мое терпение на исходе. Если ничего не изменится прямо сейчас, то дальше нам нет смысла общаться.

- Игноришь?! - не привыкший к безразличию, Димон психанул, хватая меня за локоть и дергая на себя. Я вынужденно обернулась. Салфетки спланировали на белую плитку.

- Ну, не будь букой, солнце, - Михайлов попробовал улыбнуться своей коронной улыбкой. На некоторых дурочек она действовала безотказно.

Мне хватило выдержки, чтобы задать свой вопрос без лишнего драматизма. Спокойствие и только спокойствие. На работе этот прием работает безотказно. "Противник" должен сразу понять, что шуткам не место, поблажек не будет. Все, finita!

Нет, я не бульдог и не охотник. И до срыва меня довести мог бы только Керимов. Но я не люблю чувствовать себя дурой. И в первую очередь я не люблю чувствовать себя дурой по вине близких.

- Мне не нравится твой настрой, - Димка нахмурился, так и не поняв моих настоящих мотивов. - Ты собираешься со мной ругаться?!

И снова искренний взгляд, такой чистый и детский. Нет, на это я больше не покупаюсь.

- Нет. Не собираюсь, - мой хмык вышел нервным. Хотелось быть насмешливой и циничной. Но с Димкой такие фокусы не проходили. Мы слишком хорошо друг друга знали. - Не хочешь помогать - не мешайся у меня под ногами. Хочешь отдохнуть? Отдыхай, смотри телек. Но когда высохнет рубашка, пожалуйста, собирайся и уходи. И не устраивай сцен, договорились?

- О, боже... - Михайлов покачал головой. - Что за чушь ты несешь? Ты ведешь себя так, будто меня выгоняешь.

- Выгоняют подружки, Дим. А я - никто. Для тебя - так точно.

- Я заканчиваю, Дим. Началом здесь больше не пахнет. Мне не нужны рядом люди, которые ни в грош не ставят меня и мои просьбы!

- И о чем же ты меня попросила? - Димка поставил глаза. Круглые, как блюдца.

- Не трогать Лиду, не начинать скандала... Ах, да... Помочь с уборкой, - Митя поморщился. Действительно, помощь на кухне не вписывалась в эту картину. - Но ты, как избалованный пацан, делаешь только то, что считаешь нужным. Ну, окей. Делай дальше... Без меня.

Я вытащила руку из ледяных пальцев и снова вернулась к бумажным салфеткам.

- Нет, блин. Не шучу! - я вскинула голову, встречаясь взглядом с Димкой. - Мне надоело играть с тобой в игры. Сыта тобою по горло. Если тебе не хватает статистов в твоем спектакле, поищи их в другом месте. Тебе с радостью подыграют. А я устала!

Михайлов несколько секунд смотрел на меня не мигая. На по-девичьи тонких скулах играли желваки.

Кто из нас был сильнее? Я, которая рвала отношения с другом из-за какой-то незначительной ерунды (в глазах друга, конечно)? Был ли прав в своем возмущении Димка, привыкший получать все, что хочет, забывший о том, что шутки не всегда бывают уместны. А улыбки и невинные глазки ничем ему не помогут?

Я знала только одно. Если Димка сейчас развернется и выйдет, мы больше не увидимся с ним. Я не сделаю ни единого шага навстречу. А Митя не станет так передо мной унижаться. Он не признает вину, не скажет, что поступил глупо... Конец отношениям. Уже вторым на сегодня. Но значит, так надо. Я не стану жалеть. Мне все это осточертело!

Читая меня, как раскрытую книгу, Димка вдруг понял...

- Подвинься, - голос Михайлова прозвучал надменно и резко. Меня грубовато отодвинули от стола. - Подвинься!

Я послушно уступила дорогу Мите и не веряще проследила за тем, как он схватил из красной лужи намокшую тряпку.

- И если ты кому-нибудь об этом расскажешь! - Митя рыкнул из-за плеча и с остервенением, достойным маньяка, принялся размазывать по стеклу мутную жидкость. Я молча за ним наблюдала.

- Тебе помочь? - без улыбки спросила, глядя, как бугрятся мышцы на тонких мужских руках.

Михайлов лишь отрицательно мотнул головой. Ну, как хочешь, моя золотая рыбка. Я подхватила со стола бумажный рулон, оторвала несколько салфеток и так же безмолвно занялась полом.

- Тебе помочь? - без улыбки спросила, глядя, как бугрятся мышцы на мужских предплечьях. Михайлов лишь отрицательно мотнул головой. Ну, как хочешь, моя золотая рыбка. Я подхватила со стола бумажный рулон, и, оторвав несколько салфеток, так же безмолвно занялась полом.

Если кто-то и думает, что выиграв одно сражение, можно определить успех всей войны, то этот кто-то точно не я. С Димкой быть уверенной в чем-то - себе дороже. Отношения с Михайловым зыбки и нестабильны, а общение похоже на пробежку по минному полю. Любой неверный шаг грозит взрывом и неминуемой смертью. Но эти ассоциации, что бултыхаются в моих мыслях, как в аквариуме мертвые гуппи, всплывшие брюшком вверх, - Эти образы и сравнения не имею значения. Поступок Мити, его возня тряпкой по моему столу - нервная и брезгливая, его напряженный взгляд и злое сопение - все это только верхушка айсберга.

Да, я не ожидала, что он сделает это. Хотя в тайне рассчитывала, что в Димке проснутся остатки здравого смысла, он будет благоразумен и благороден. Хотя бы после моей настойчивой просьбы! Но Митя сдался, не сопротивляясь, и его "подвиг" сейчас выглядит, как уступка. Безумно обидная уступка для не привыкшего к такому положению дел парня.

- Не начинай! - Михайлов зло рыкнул и метнулся от стола к раковине. Там в глубине было спрятано мусорное ведро. - Я это делаю не потому, что ты попросила! И не потому что чувствую себя виноватым перед твоей подружкой. Ясно? Я захотел тебе помочь. Точка!

Я сдержала тяжелый вздох. Дела обстояли не совсем так. Но копать еще глубже и доказывать что-то свое сейчас не стоит. Димкино самолюбие было задето. И он не собирался мне признаваться в том, что я его только что ... подстроила под себя. На недолгие десять минут, но я заставила его делать то, что было мне нужно. Хм, гребаный психолог. Или это называется педагогическим подходом?

Я закончила с полом и тоже потянулась к ведру. В этот момент Михайлов ожесточенно мыл руки. Вода шумела в трубах, мощная струя била по побелевшей коже на мужских пальцах. Димка на полную мощность включил ледяную воду! Ох, как мы умеем беситься. Стянув с крючка чистое полотенце, я решительно дернула вентиль и протянула махровое безобразие ярко-желтого цвета другу. Наплевав на его сопротивление, через ткань сжала его ладони.

- Не дергайся, - посоветовала хмуро и на секунду встретилась взглядом с Димкой. Конечно, он был напряжен. Конечно, смотрел на меня, как волчонок, загнанный в угол. Но он никуда не вырывался. И не пытался сбежать. Мы оба знали, что я не сделала ничего, чтобы злиться на меня так сильно.

- Мне хочется тебя придушить, - приглушенно признался парень. Я коротко хохотнула.

- Мне тебя тоже. Но мы в одной весовой категории. И оба собираемся побороться за свою паршивую жизнь, - я подмигнула Димке. - Но ты можешь попробовать. Жаль, что нет камер.

Михайлов так же, как я, вздохнул. И через секунду вдруг рассмеялся. Я вопросительно дернула бровью.

- Представил, как мы катаемся по полу, - пояснил Димка. И мне пришлось, следом за ним, вообразить эту сцену. Ну, нет... Мне не было так уж смешно. Шутки шутками, но изображать из себя подушечку для битья не входило в мои ближайшие планы. Даже мысленно мне не нравилась эта картинка.

- Ты бы вцепился мне в волосы, - чуть-чуть возмущенно заявила я. - Я выглядела бы жутко!

Димка на несколько секунд неподвижно замер, хлопал ресничками и смотрел на меня.

- Ну ты и идиотка, - доверительно сообщил друг, сквозь влажную ткань аккуратно сжимая мне пальцы.

- Это я так намекаю, что ты, как обычно, видишь лишь то, что тебе удобно.

Первый круг ада. Или на каком там, согласно Данте, влачили свое существование гордецы?

Я проигнорировала последнее заявление Мити. Чтобы лезть в философию, нужно быть в подходящем состоянии духа. Просветленность и трансцендентальность, чтобы не значили эти умненькие словечки. Сейчас меня волновали куда более насущные проблемы.

Улыбка сползла с гладковыбритого лица Димки, как краска с потрескавшегося полотна. Это было почти некрасиво. Мне не нравилась новая волна злости, поднимающаяся из глубин голубых глаз. Что же эта парочка не поделила?

- Ничего, - Димка фыркнул, как чихнувший котенок, и, вытащив полотенце из моих пальцев, повесил его обратно на настенный крючок. Плохой способ, чтобы сбежать от моих вопросов. И его отношение к Лиде лишь первый из моей "сладкой сотни". Все, что связано с Тимом, я оставлю себе на десерт. Но, это так... лирическое отступление.

- Не уходи сейчас от ответа. Я спрошу только один раз, и мы больше никогда не вернемся к этой дурнопахнущей теме. Просто скажи, что тебя в Лиде так бесит. Потому что все мои догадки выходят далеко за пределы адекватных и взрослых.

Михайлов поджал губы, почти как девчонка. Миленькая и до чертиков капризная девица. Ему не хватало только накрасить глаза и нарядиться в платье. Ужимки и женские жесты Димка уже в совершенстве освоил. И эта женская сущность лезла из него, как бутылки кефира из веревочной сумки. Коряво, неуместно и в неподходящее время.

- Я вообще не встречала умных в нашем с тобой окружении. Что-то еще? И не кривляйся, ради всего святого!

Димка, гордо дернув плечами, отодвинулся от меня. И перебрался к столу. Лишние полметра между нами добавляли ему уверенности в собственных силах? Или на таком расстоянии от меня Мите проще напяливать на себя маски?

- Я повторяюсь из-за тебя, Кси, - Михайлов опять меня удивил, ответив не совсем то, что я хотела услышать. Но по крайней мере он не пытался снова забраться в спасительную тьму выстроенной вокруг его "я" ловушки. - Ты видишь лишь то, что тебе удобно.

- Вот только не надо говорить со мной, как с младенцем! Ты тоже не можешь похвастаться четким видением вещей!

- Разве? - Патетичный всплеск руками, ладони на секунду прикрыли лицо. М-да, уж. Димка все же не обошелся без коронного жеста. Некоторые вещи изменить невозможно. - Твоя Лидочка одна из продажных сук. Она продается и покупается за шестизначную сумму.

- Не прикручивай свои проблемы с девушками именно к ней! - я вполне справедливо предположила, что Димка опять равняет всех по одной черте. Да, многие среди наших знакомых помешаны на деньгах. Девочки-материалистки. Но Лида ведь точно не имеет к ним отношения!

- А с какой это стати мы говорим обо мне? - Митя прекратил вдруг паясничать и, присев на край только что вымытого стола, сложил руки под грудью. Закрылся, значит?

- Нет, о тебе мы не говорим, - я кивнула, уходя от опасной темы. Мои догадки такими темпами рискуют остаться при мне. - Просто Лида...

- Она, как все! - Митя был предсказуем. Я знала, что услышу следом за этим "все". Михайлов, как я, любил развешивать ярлыки. И лейбл, наклеенный им однажды, сложно было сорвать даже с течением лет. Вражда с Лидой имела слишком глубокие корни, раз даже за три года ничего в их общении не изменилось. - Твоя Лида одна из дешевых "подстилок".

- Шесть нулей и дешевка? Ты какими категориями мыслишь? - пробормотала в пустоту. Димка гаденько так усмехнулся. Как в ганстерских фильмах. Ему бы только костюмчик почище. И щегольскую шляпу. Голая грудь пацана по-дурацки смотрелась в сочетании с этой улыбкой. Я бы сказала - нелепо, но я была бы слишком несправедлива к другу.

- Не понимаю, как ты сама не видишь. Твою Лидочку, - Димка исказил имя моей подруги, добавив в голос не присущей ему мягкости, - всю жизнь воспитывали, как красивую куклу.

- Тебя заносит! К куклам она никакого отношения не имеет. Лида мечтает о собственном свадебном салоне, ты в курсе об этом?

- О богатом козле она мечтает! - Михайлов вновь рассмеялся. - Ты помнишь, с кем она встречается? Каждый новый ее кавалер состоятельней предыдущего. Она, как клещ, цепляется за богатство и славу! Не получилось с одним, попробуем с другим. Какая разница, кто греет постель? Главное были бы бабки. И призрачная надежда на свадьбу! И обязательное условие - сделать глаза понаивней. Смотрите, какая я хорошая детка. Просто мне в очередной раз не повезло!

Я нахмурилась. Несколько месяцев назад мы говорили о чем-то подобном с Лидой. Она удивлялась тогда, что я слишком постоянна в своих отношениях с неперспективным Стасом. Столько времени вместе и никаких подвижек. Наше общение с мужчиной заходило в тупик, и Лидочка не понимала, почему я ничего не хочу делать. Почему отказываюсь от других предложений, не смотрю по сторонам, не ищу кандидата в ... партнеры... получше. О любимых тогда речи не заходило. Мы с Лидой были в этом вопросе слишком циничны. Ни я, ни она не верили в эту эфемерную блажь. Химия и гормоны. Расстройство психики и вирусное заражение. Других объяснений мы с ней не признавали.

В словах Лиды в тот раз был свой резон. Пробовать, не стоять на месте, искать себе новых и новых мужчин. Кто-нибудь ведь обязательно окажется подходящим! В тот же день Лида процитировала мне популярную в женских кругах фразу из чьего-то романа. Что-то вроде того, что женщина заявляет об отсутствии достойных мужчин лишь из-за того, что боится начать новые отношения. Проблема не в отсутствии "достойных" и нужных. Проблема в твоих мозгах. Простыми словами: ты набитая дура, если все еще не начала получать от жизни то, что нужно тебе.

То, что говорил сейчас Димка, звучало почти точной копией Лидиных слов. Но поданные в разных ситуациях, с разными интонациями и разным подтекстом, сегодня обвинения в "переборе" любовников звучали, как обвинения в колдовстве в шестнадцатом веке. Ты посмела быть разборчивой и капризной, выбирая мужчин, о, да. Ты - сука и стерва. Ты заклеймена теперь этим на всю свою жизнь.

Самое обидное в том, что временами я думала точно так же. Может, поэтому я так долго пряталась за отношения со Стасом. Так было безопасней и проще.

- Не кричи, ты разбудишь Лиду, - я откликнулась через пару мгновений, ведь затянувшаяся пауза вынуждала к продолжению разговора. Я должна была что-то ответить.

Широкий подоконник манил своей пустотой. Захотелось забраться на него с ногами и, уставившись бессмысленным взглядом в небо, просто смотреть на облака. Лишь бы не копаться в чужом грязном белье, не раздавать "награды" и не выбирать между реальностью и цинизмом. Все равно этого выбора нет.

- Я все сказал, - сухо сообщил Димка, намекая, что неприятная тема закрыта им навсегда. Никаких других объяснений вытащить из него у меня не выйдет.

- Я знаю, - пробормотала задумчиво, глядя на верхушки тянущихся к небу деревьев. - Но Лида не одна такая. И она мне подруга..., - "такой же душевный инвалид, как я и сотни других девчонок в этом гребаном мире". Но эта мысль осталась за кадром. Озвучить ее, значит, нарваться на жалость. Но мне сейчас хотелось услышать правду. А жалость, давайте отставим как-нибудь на потом?

Я обернулась к следящему за моими метаниями Димке. Он пока не понимал, что я собираюсь идти ва-банк. А я уже знала, что не смогу остановиться. Мне надоели полутона. - А вот почему ты так из-за нее переживаешь?

Митя выдал себя с потрохами, застыв вытесанной из мрамора античной скульптурой. Солнечные лучи играли на его обнаженной коже. Парень был задумчив и неподвижен. Старая-добрая маска а-ля "не понимаю, о чем ты" снова закрывала другу лицо . Но к чему теперь ему эти игры? "Дешевая" Лида не должна была стоить таких колоссальных усилий. И все же... она того стоит.

Браво, Ксения, браво! Я бы поаплодировала самой себе. Я снова сделала это. Как-то давно Керимов меня упрекнул в том, что я умею задавать неудобные для людей вопросы. Как хирург-психопат я ювелирно вскрываю человеческую сущность. Лезу в чужие "кишки" без спроса и тонкими пальцами ловлю "паразитов".

Кажется, в Тимуре когда-то умер отличный философ. Было бы забавно почитать что-нибудь, вышедшее из-под его пера. Мне действительно жаль, что он ничего не пишет. А ведь он Керимов верно заметил, что я умею ставить близких в неудобное положение. Быть может, я, правда, вижу глубже, чем многим бы хотелось? Димка точно согласился бы с этим.

Всего один вопрос, заданный мной, а Михайлов напрягся. И ведь сделай он мордочку кирпичом, рассмейся, отпусти колкую шутку и все. Я бы, как раньше, попалась на удочку своего друга. Я бы упустила момент. Но сейчас... Мне даже не нужен был Димкин ответ. Я увидела все, что мне было нужно. Вопрос только в том, видит ли это же Митя?

Всего один вопрос, заданный мной, а Михайлов напрягся. И ведь сделай он мордочку кирпичом, рассмейся, отпусти колкую шутку, и я бы, как раньше, попалась на удочку друга. Я бы упустила момент. Но сейчас... Мне не нужны были Димкины объяснения. Я увидела все, что мне было нужно. Вопрос только в том, видел ли он это?

Я присмотрелась к точеным чертам, силясь отыскать в тонких линиях что-то, похожее на подсказку. Намек, который бы все объяснил. Димке нравится Лида? Или это болото поглубже? Может, Лида лишь повод, катализатор? Девушка, на которую удобнее злиться? И не то же ли самое было со мной и Тимуром? Да и...

Впрочем, нет. У каждой истории есть свои оговорки. А Лида и Митя - совсем другой случай. Не стоит сравнивать то, что было тогда между мной и Тимуром, с тем, что сейчас происходит между моими друзьями. Нормальными отношениями это не назовешь, но кто из нас вообще идеален?

- Меня просто бесят... такие, как она, - после долгих раздумий признался, наконец, Димка. А мне захотелось фыркнуть. Хорошее слово "бесит". Прикрытие для настоящего чувства. Впрочем, Димка все равно не скажет больше, чем он уже мне сказал.

- А хочешь вина? - я предложила без перехода. И Дима, удивленный сменой моего настроения, вздрогнул. Я, улыбаясь, уже открывала свой мини-бар.

- Давай, - Митя обрадовался так, будто я позволила ему выбраться из западни. Парень вздохнул облегченно и, пока я тянулась за бокалами, отыскал в выдвижном ящичке штопор. - Ты иногда пристаешь, как банный лист, - заметил устало.

- Ага, - я кивнула. И, вдруг вспомнив о своем намерении заняться десертом, решила заговорить о Тимуре. Подходящий момент, чтобы сменить тему. - Керимов говорил, что я веду себя, как репей.

- Да-да, тот самый, которого ты мне вчера притащил под дверь, - я с кровожадной улыбкой взглянула на притихшего друга. В этот раз он, правда, не дрожал и не пытался гримасничать. Я вкрадчиво поинтересовалась. - Не хочешь рассказать, с какой это радости был твой подарок?

- Михайлов! - я даже не поленилась опять загнать Димку в угол. Раз он так удобно сидел на стуле у стены, я решила поиграть в плохого полицая из американских фильмов. Подобралась ближе к столу и нависла над парнем. - Не включай дурачка! Ты пьешь постоянно, но своих друзей в мою квартиру до сих пор не тащил!

Я уже говорила, что наглость второе счастье? Для Димки оно единственное! Но, если я еще могу спустить на тормозах разговор о Лиде, ибо это не мое дело, кто и что чувствует друг к другу и какой дурью мается по ночам, то бесцеремонное вмешательство в свою жизнь я не прощаю по щелчку пальцев. Ты ошибся, Димка. Я прищурилась, облизывая пересохшие губы.

- Мить, ты опять чего-то не понимаешь. Никаких компромиссом больше не будет. Если мы разобрались с Лидой и твоим упрямством, то это не значит, что ты отделался малой кровью. Твой подарочек на ночь мне пришелся не по душе. И я жду от тебя внятных объяснений, за каким хреном ты это сделал?!

- Почему ты так завелась? - Димка брал свой пример с меня. Даже интонации не поленился подстроить. Разговор доморощенного психолога со своей "жертвой": "а что это мы так кричим, мой милый?".

- Потому что это моя территория, Дим, - я отвечала спокойно. У меня было время подумать над этим ответом. Всю сегодняшнюю ночь я провела, размышляя о Тиме. Конечно, о нем. - Потому что это моя жизнь, Дим. Потому что для Керимова нет в ней места! Достаточно причин для того, чтобы на тебя злиться?

Михайлов серьезно кивнул. И никаких больше кривляний.

- Я решил тебя немного встряхнуть. Ты превратилась в ледышку, Ксюшик.

Да, что ты говоришь... какая забота! А я просила помощи, твою мать?!

- Неужели? - мой голос сочился ядом. Я чувствовала себя стервой. Вряд ли, когда-то я была ей на все сто процентов. Но в данную секунду мне хотелось чьей-нибудь крови. - Решил пустить мне двести двадцать по сердцу?

Если бы не явление Тима, не наша очередная ссора я бы... не приняла то решение, которое приняла. Ничего бы не изменилось. Быть может, Михайлов действительно прав, и мне нужна была встряска. Но откуда ему знать, что для меня лучше?

- Ты не имел никакого права лезть в мою жизнь!

- Никому! - я отодвинулась от парня и присела на соседний от него стул. - Мне никто...

- Не нужен? - Митя закончил предложение за меня и усмехнулся. - Не говори ерунды. Я ничего такого не сделал. Привез твоего ненаглядного Тима. А все остальное вы делали сами. И если ты так разозлилась, значит, я угадал.

- О, я все еще твой друг? Премного тебе благодарен. Но за Керимова в твоей постели я извиняться не буду. Моя миссия закончилась на пороге твоей квартиры. Все, что случилось после, - ваших рук дело. Я не причем.

Я поморщилась. В этом был весь Михайлов: игра словами, хитрые подножки. Где-то в глубине души я уже знала, что сделанного не исправишь. Эта встреча с Тимуром все же пошла мне на пользу.

Мне стоит радоваться еще и тому, что Димка не устроил для меня что-нибудь поэкзотичней. И если я говорю, поэкзотичней, это значит именно это. Несколько недель назад "жертвами" Димки оказалась парочка наших знакомых. Это я воспринимаю Михайлова абсолютно спокойно и, как правило, после таких задушевных бесед, как сегодня, теряю запал. По крайней мере, желания мстить парню у меня никогда не возникает. Но я это я. В окружении Димки не все такие. Кто-то пытается достойно "ответить", и вот тогда каскад шуточек друг на другом сменяется настоящей войной.

Мне искренне жаль всех тех, кто забывает о том, что Димка - король маскарада. До сих пор никому не удалось поставить его на место. Обычно после двух-трех показательных выступлений все желающие повоевать сдаются на Димкину волю. И причина - банальна. В некоторых случаях Михайлов не знает меры. Разозленный богатый мальчишка с дьявольским складом ума - о, он может позволить себе.. такое... На сегодняшний день, в число лучших приколов Димона входит угон (шикарный поршик исчез с платной парковки под домом, и владелец испытал несколько поистине мучительных минут, пока метался по двору в поисках своей красотки), вооруженное нападение (Ден проснулся под дулом пистолета с десятком вооруженных амбалов в своей спальне) и полноценное похищение (Ромку повязали на выходе из ресторана и увезли в заброшенный детский лагерь в глухом Подмосковье).

И пусть ни одна из этих шуток не закончилась плохо. Даже побелевший от страха, привязанный к дереву Ромчик спустя полчаса вовсю заправлялся водкой в компании Димы. Но... связываться с Михайловым и дальше, продолжая испытывать на себе изобретательность и масштабность мышления Димки - на это отваживаются единицы. Я к их числу не отношусь. И упаси меня Бог влезать во все это.

- Я злюсь по другой причине, - после раздумий сообщила другу. Но уточнять - на что именно злюсь, все же не стала. Глупо обвинять Димку в том, что он мне помог.

- Да уже пофиг, - Митя догадался о моих мыслях. И вместо того. чтобы развивать тему, сделал шумный глоток из бокала и потянулся к распакованной Лидой Праге. Я мгновенно хлопнула его по ладони.

Этот свиненок мог запросто хватать кусочки прямо из пластиковой коробки.

- Спасибо, - Митя улыбнулся и, дождавшись, пока я поухаживаю за ним и озабочусь салфетками, чаем, блюдцем и ложкой, с восторгом вгрызся в шоколадное чудо. Такой же любитель сладкого, как и я. Я почти умилилась.

- Не за что, монстр. Я надеюсь, твой "подарок" был первым и последним в моей жизни.

Но Лида развеяла мои опасения. После нескольких часов сна поздним вечером в моем доме она выглядела жизнерадостной и веселой. Отдохнувшей, если сказать точней. Недавняя ссора с Михайловым была абсолютно забыта. Так же, как и его надменное предложение заплатить за чужую еще не рожденную жизнь. Кстати, к теме этого разговора мы с Лидой больше не возвращались. А вот предстоящий отдых в Штатах... Девушка горела желанием улететь из России так же сильно, как я.

Тогда я еще не догадывалась о ее планах. В сумерках уходящего дня я не заметила происходящего с Лидой. Ее маска была идеальна, как и всегда. И лишь через пять дней, поднявшись на борт самолета, пристегнувшись ремнями и устроившись с максимальным комфортом, Лидочка вдруг тронула меня за рукав.

Радость напополам с удивлением, и десятки вопросов. Самый главный из них 'почему?'. Лида улыбалась чуть-чуть виновато, но отвечала.

- Я справлюсь. Я вдруг поняла, что хочу... хочу, чтобы он родился.

Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы переварить новость. Губы сами собой сложились в улыбку.

- Ты молодец! Ты все делаешь верно! - Я потянулась к девушке, чтобы ее обнять. Но Лида осторожно от меня отстранилась. Заглянула в мое лицо, смахнув длинные локоны, падающие мне на глаза, и вдруг прошептала так, чтобы не услышал никто из наших соседей по самолету.

- Если бы я сделала аборт, ты тоже бы так говорила?

- Ты ведь знаешь ответ, Лид, - я старалась говорить так, чтобы в голосе не было слышно упрека. Подозрительность была у Лиды в крови, и я понимала ее прекрасно. Мне нужно было ее успокоить. - Какое бы решение ты не приняла, я не буду тебя судить. Никогда. Лидочка расплылась в благодарной улыбке, и я поспешила добавить.

- Но на твоем месте, я бы тоже оставила малыша.

Девушка молча кивнула, принимая мои объяснения, и снова погрузилась в свои мысли. До конца полета, как бы я не пыталась ее разговорить, Лидочка отвечала порой невпопад, неудачно шутила и в конце концов просто прикрыла глаза, притворяясь уснувшей. И только нервно вцепившиеся в ручки кресла тонкие пальцы выдавали ее.

- С тобой все в порядке? - перед посадкой я осторожно погладила девушку по сжатому кулачку.

- Д-да, - Лида откликнулась слабо, распахнула глаза и даже вяло мне улыбнулась.

В этот момент я впервые почувствовала легкий укол беспокойства. Но Лида до самого приземления держалась молодцом, и я решила списать ее бледность на страх полетов. В конце концов, беременные переживает не только за свою жизнь.

Но реальность оказалась намного хуже, через несколько дней мои опасения оправдались. К тому времени мы уже посетили с Лидой Нью-Йорк и только-только прилетели с подругой в жаркий Лас-Вегас, планируя через три дня отправиться в Лейксмид. Национальный парк и Гран-каньон манил нас своей красотой. Мы хотели это увидеть. Лида особенно. В последней до родов поездке Лидочка клятвенно пообещала мне набраться впечатлений побольше и оторваться по полной программе.

Шопинг, клубы, музеи, каньоны, нас ждали еще Майями и Голливуд. Но кто же мог знать, что нашей затее не суждено будет сбыться?

Мы застряли в Лас-Вегасе почти на неделю. Перемена климата сыграла над Лидочкой злую шутку. В одной из наших прогулок ей вдруг стало плохо, и мы срочно вернулись в отель. Состояние Лиды не улучшилось ни на следующее утро, ни еще через день. Мы сходили к врачу и, как результат, отменили бронь отелей везде, кроме Нью-Йорка. Лас-Вегас до конца поездки обещал стать нашим временным домом. Дни напролет мы прятались в спасительной прохладе номера, выбираясь на улицу лишь по ночам. Время отпуска стремительно подходило к концу. Лидочка чувствовала себя виноватой.

- Когда же закончится этот ужас? - подруга закатила глаза к потолку и прикусила губы. Обложенная подушками со всех сторон, она проснулась минут пятнадцать назад. Карауля ее беспокойный сон, я уже два часа трепалась с народом в скайпе. - Может, куда-нибудь сходим?

- Тебе прописали покой, мы пройдемся по нашему району в полночь. Сейчас, - я сверилась с прогнозом погоды на Яндекс, - почти 40. Не думаю, что тебе стоит так рисковать.

- Мне надоело! - капризные нотки в голосе Лиды меня рассмешили, и я решила, что стоит поднять ей настроение последними новостями.

- Думаю, мы сможем что-нибудь с этим сделать. Димка пообещал прилететь завтра.

- Что?! Какого черта он здесь забыл?! Я не хочу его видеть! Ты... ты...

- Лид, - я присела на край постели, стараясь успокоить разбушевавшуюся подругу. Врач строго-настрого запретил ей волноваться. Да, у них с Михайловым есть куча неразрешенных проблем, но доводить себя до обморока из-за глупости парня? - Послушай, он будет вести себя зайкой, - я дословно процитировала одно из бредовых Димкиных обещаний. - Будет слушаться моих указаний. И без лишней необходимости трогать тебя не станет.

- Он обещал! - я повторила жестче. - Хочешь посмотреть, что он мне пишет?

- Не нужно мне этого бреда. С какой стати вообще он собирается портить наш отдых?!

Я не стала ничего отвечать, просто сунула Лиде в руки планшет с горящим окошком Скайпа.

В этот момент Димка как раз расписывал краткий план наших совместных действий. После его прилета, конечно. Он уже знал, что Лидочке плохо, и ничего сверхъестественного не предлагал. Но от энергии его слов, бьющей через край и исходящей от Мити даже через тысячи километров, волей-неволей хотелось смеяться. Димка умел поднимать настроение, почти не напрягаясь. И даже его предложение прилететь в этот раз я не стала воспринимать в штыки.

Нам с Лидой нужно было чуть-чуть сменить обстановку. Как бы ни был прекрасен город, но через окно трехзвездочного отеля нам был виден лишь его не самый шикарный край. Решив сэкономить и потратиться в дальнейшем на чисто девичьи покупки, мы выбрали себе место для проживания вдали от центра. Подумаешь, проехать до нужного места пару станций метро. Хм...

Но в нашем случае, оставалось только пользоваться услугами такси. Такси, в которых Лиду укачивало со страшной силой. Не помогали даже прописанные врачом лекарства. С опаской вставая на электронные весы, Лида сегодня утром констатировала, что за неделю сбросила шесть килограмм.

- Ты уверена, что он нам нужен? Михайлов - спаситель? - Лида скептически подняла одну бровь, вчитываясь в предложенную Димкой программу (и бассейн, и спа, и аренда кабриолета. И бла-бла-бла). Я бы посоветовала Лидочке делить все сказанное моим другом на три, ибо уже несколько раз Димка удачно "забывал" об обещанном накануне, но впервые за три дня на щеках девушке играл румянец. И как бы она не старалась кривить губы и выглядеть хмурой, ее синие глаза блестели и улыбались.

- Нужен, - я подмигнула подруге. - Он хочет устроить нам праздник. Зачем же отказываться от халявы?

Халявы, как и развлечений, не вышло. Наверное, одна из планет, влияющая на наши с Лидочкой жизни встала в какую-то нелицеприятную позу. Стас, с которым я созванивалась уже дважды, с коротким смешком называл ситуацию "попкой". Нам катастрофически не везло.

Вся жизнь состоит из случайностей, приятных, неожиданных, не самых лучших. И, в какой-то момент радуясь чужой удачи, ты почему-то жалеешь себя. В день прилета Михайлова мне стало жаль Лиду. Нет, мы не договаривались встречать его в аэропорту. Прислали адрес отеля и терпеливо ждали его появления на веранде местного ресторана. Часы показывали четыре часа после полудня. Самолет Димки без приключений приземлился в аэропорту часа два назад, а от моего друга не было никаких известий.

- Он нас кинул, - Лида фыркнула уже в пятый раз, как и я, нервно взглянув на часы. Кто из нас двоих больше ждал появления Мити неизвестно. Лидочка изо всех сил притворялась ко всему равнодушной. Тянула ледяной апельсиновый сок и листалажурнал.

- Он позвонит, - вот в этом я не сомневалась. Димка мог притвориться порядочной свиньей, но безответственным я его никогда не считала. Пропасть без объяснения причин он бы себе не позволил.

Но прошло еще пару часов, а ситуация не изменилась. Я начинала медленно закипать. Злость мешалась с волнением, сердце металось под горлом. А вдруг с этим негодником что-то случилось? - раз за разом спрашивала у меня Лида. Но, нет. Я не верила в такие предположения

. Только не с этим засранцем. Чтобы успокоить подругу, сидящую последние полчаса, как на иголках, мне пришлось вспомнить кучу историй, произошедших с Димкой. Всякий раз удача оказывалась на его стороне. Ничто не могло помешать Мите делать и получать то, что он хочет.

Лидочка хихикала вместе со мной, но продолжала коситься в сторону двери. Ей проще было поверить в то, что приезду Михайлова помешала авария на дороге, километровая пробка или бабуля, которой Димка благородно решил помочь. Для меня же ни один из вариантов не был похож на правду. Но звучал точно лучше, чем слова моего вредного "я", насмешливо напоминающие мне о характере Димки. Он мог обо всем забыть, мог только если...

Звонок Димки раздался, как по закону подлости в самый последний момент. Еще немного и я бы, послушавшись Лиду, начала методично обзванивать все больницы. Но он позвонил. Сам. Такой же жизнерадостный, как и обычно.

- Ты?! Сбрендил? - я не справилась со своей злостью. Даже подскочила со стула и между столиками заметалась по полупустой террасе. Хотелось кого-то прибить. Сколько можно?! - Куда ты делся?!

- Кси, не злись! - Димка был само обаяние. Он улыбался, я чувствовала это, даже не видя друга перед собой. Он был чем-то безумно доволен. Но судя по тому, что Михайлов так и не появился в нашем отеле, к нам с Лидой его нежданная радость никакого отношения не имела. - Мы скоро будем, - пообещал паршивец. - И я все тебе расскажу!

Мое сердце пропустило удар. И, если честно, в первые две секунды я подумала о Лешке и его брате. Димка же не притащил Керимовых в Штаты?!

- Увидишь! - сообщил Михайлов и благоразумно положил трубку, прирвав поток моих негодующих вопросов.

- Что происходит? - Лидины голубые глаза были похожи на два огромных блюдца. Ей не нравилось выражение моего лица.

- Едет, - я зло опустилась обратно в плетеное кресло. - И не один.

- Не один? - Лида облизала потрескавшиеся губы и неуверенно улыбнулась. Думала, что я шучу. - А с кем?

- Не знаю. С кем-то, кто его задержал, - я уставилась на кусты какого-то экзотического растения, загораживающие вид на подъездную дорогу к отелю. Я ждала появления такси, но сквозь плотную зеленую массу было почти ничего не видно.

- Значит, девка, - вдруг спокойно предположила Лида и кивнула каким-то своим мыслям. Я пожала плечами. Даже если и так, делать что-то уже было поздно. Как и поздно было послать Михайлова на фиг. Если он хотел развлекаться, пусть отправлялся бы в Штаты один.

- Вот сволочь... - я, похоже, озвучила общую мысль. Лидочка горько усмехнулась моему всплеску. Еще через мгновение маска безразличия вернулась на ее осунувшееся за последние дни лицо, и даже появление Михайлова под ручку с незнакомой девицей ничего не изменило. Я злилась, как чертик. А Лида, напротив, была абсолютно спокойна.

Знакомство прошло вполне мирно, мне удалось на время приглушить свою злость. Ехидный внутренний голос сладенько поинтересовался, а кто мне собственно Димка? Жених, сват или брат? Он обещал мне приехать и, вроде, приехал. Все в рамках нашей пламенной искренней дружбы. Но судя по тому, какими глазами Михайлов смотрел на длинноногую Катерину, проводить с нами время и развлекать двух умирающих от скуки девчонок он больше не собирался.

- Я прыгаю с парашютом уже пять лет. Решили полетать вместе с Димой.

- Да. Я завтра возьму вертолет, и мы рванем вместе. Вы с нами?

Димка и Кетти говорили наперебой, переглядывались и без конца смеялись. Лида сдержанно улыбалась, забавляясь их манере общаться. Я же лишь хмурилась и не узнавала Митю. Как невеста, спрятавшая лицо под полупрозрачной вуалью, он был одновременно похож и не похож на себя. Где его мерзкие шутки, где злобные взгляды? Еще ни одной девчонке Димка не позволял быть такой восхитительно-милой в компании с ним.

Я наблюдала за странной парочкой еще какое-то время. Складывалось впечатление, что им никто вокруг не был нужен.

Неужели, любовь с первого взгляда все-таки существует? Или это что-то другое? Общность взглядов и интересов? Игра гормонов и буря химических реакций в теле? Я не знала ответов. Но признавала вполне очевидные факты. Димка и Катерина удивительно подходили друг другу (если забыть на мгновении о белом и пушистом Димоне, которым, к слову сказать, он бывал очень редко). Они оба были из обеспеченных семей. Отец Екатерины занимался черной металлургией. Папаша Михайлова наживал свои миллиарды на золоте и бриллиантах. Катенька училась в МГИМО, Димка закончил Вышку. У обоих - факультет экономики и предпринимательства, банковское дело. Они оба любили спорт, Митя увлекался самолетами, Катя обожала дельтапланы и прыгала с парашютом...

- Нет, мы, наверное, не поедем, - я коротко качнула головой и улыбнулась невинно. - Лида еще чувствует себя плохо.

- Да ладно, - Димка фыркнул, стараясь скрыть изрядную долю сарказма в своих словах. Я непонимающе уставилась на скалящегося в неприятной ухмылке друга. Не может быть, что он забыл о своих обещаниях! Ведь только вчера он клялся, что больше не будет цепляться к ней! - Регенерация после аборта занимает не более трех недель, - спокойно просветил непросвещенных нас Дима и, как добрый самаритянин, вдруг улыбнулся. Фальшивка! - Скоро все будет в порядке, - с твердостью, достойной профессионального врача, заверил он Лиду.

Девушка напряглась на своем стуле, опустила глаза и под столом до боли сжала мне руку. Я, открывшая было рот, чтобы вспылить, только нервно сглотнула.

- Ты, правда, пошла на аборт? - Катя не выглядела удивленной. Скорей такой же презрительной и возмущенной, как и Михайлов. Даже в этом они повторяли друг друга.

- Правда, - подруга спокойно угукнула, глядя в свою тарелку. - Не хотела, чтобы ребенок мешал моим планам.

Девушка ответила настолько расчетливо и цинично, что даже я, зная правду о предстоящих родах, на секунду решила, что Лида обманывает меня. Вот черт!

- Кто бы еще сомневался, что ты это скажешь, - Михайлов опять усмехнулся. А Катя неожиданно захотела его поддержать.

- А не лучше ли думать о предохранении до, чем решать такие вопросы после? - в ее словах звучало неприкрытое удивление. Она действительно не понимала, или просто старалась сделать больней? Димка ободряюще улыбнулся своей подружке.

Я немедленно обернулась к Лиде, ожидая ее ответа. Должна же она хоть как-то себя защитить? Но, невозмутимо пожав плечами, девушка отщипнула ягоду от лежащей на блюде в центре стола грозди сочного винограда и ... промолчала. Какого черта?!

Больше не в силах терпеть эти игры, разозленная сразу на Лиду и Димку одновременно, я резко отодвинула стул. Куда мне тягаться с актерами такого масштаба?! Моя улыбка, вряд ли, походит на оскал Голливуда, но даже я способна кое-чем удивить! Смотри.

- Если ты разобьешься в каньоне, Дима, пожалуй, я тоже решу, что ты не подумал о своей безопасности РАНЬШЕ.

Я отпрянула от тянущейся ко мне руки. Катя рядом с Михайловым хмурясь следила за тем, как я стремительно собираю вещи.

Лидочка послушно встала следом за мной. И Димка, видя, что ситуация выходит из-под контроля, сделал очередную попытку достучаться до моего мозга. Он так всегда говорил.

- Ксюш, что с тобой происходит? Я ничего особенного не сделал!

Не уж то, правда? Димка все еще верит в сказки? А ведь я предупреждала его неделю назад.

- Конечно, - я улыбнулась ему в тридцать два зуба. - Это у меня ПМС, Дим. А в такие дни я становлюсь злобной с***. Вот такая мерзкая правда жизни. Поэтому нам в ближайшее время, вряд ли, стоит общаться. Хорошего вам отдыха, Дима, Катя! И прошу нас простить!

- До свидания, - Лида вежливо кивнула белокурой головкой и махнула Димке рукой. Невинный и дружелюбный жест, такой, будто они тысячу лет были знакомы. Краем глаза я уловила, как невинно моя подруга выглядела в этот момент. И ведь никто со стороны не мог бы даже подумать, что это единственный раз, когда Лидочка вела себя с Михайловым так равнодушно.

Все мои чаяния остались тщетны. Планы летели к чертям. Финальным аккордом неудачного дня стал мой разговор с Лидой. В лифте, пока мы поднимались с ней на пятый этаж, я мерила четыре квадратных метра шагами. Три в одну сторону, и три в другую. Кнопочки на позолоченной планке с мигающими циферками этажей блестели. На пару секунд они привлекли мой взгляд. Я подумала вдруг о том, что пора брать себя в руки. Ссора с друзьями на другом конце света, за тысячи километров от дома, что может быть лучшим дополнением к отдыху в чужой стране?

Я сцепила руки под грудью, пальцами впиваясь в обнаженные плечи. В лифте работал кондиционер. Меня знобило то ли от собственной злости, то ли от резкой смены температуры. В фойе, как и на веранде, было под сорок.

В отличие от меня Лида была по-прежнему невозмутима. Она спокойно рассматривала свои ногти и о чем-то чуть слышно вздыхала. Мои метания ее раздражали, я видела, как она хмурит брови, следя за моим нервным шагом. Но Лидуся пока что держала язык за зубами. И я была благодарна ей хотя бы за это. За все остальное - мне хотелось ее ... Нет, беременных не убивают. А слабых беременных женщин берегут как зеницу ока. Но как это сделать, если будущая мамаша изо все сил сама старается испортить себе жизнь? К чему притворство и эта игра перед Димкой? В чем смысл?

- Тебе не стоило с ним ругаться, - подруга сдалась первой. Не выдержала тягостной тишины, повисшей между нами с момента возвращения в номер. Последний час я хмуро листала любовный роман, случайно купленный мной в Нью-Йорке. Лидочка же все это время деловито перебирала вещи, прикидывая, что из них отдать горничной в стирку.

- Тебе не стоило врать, - я откликнулась почти в тон подруги и даже не потрудилась оторвать взгляд от бульварного чтива в мягкой обложке.

- А к чему этому козлу знать о моих проблемах?!

Лида была возмущена. Неподдельно, искренне возмущена моим ответом. Я будто читала все ее мысли: 'А зачем ему знать? Он снова сделает свой неправильный вывод и будет доволен!'

Да, все так. Но если всю жизнь носить маски, от человека останется только тень самого себя. Осколки - крошки. И потому... кто-то должен сделать этот шаг первым.

Пусть я согласна играть роль на работе. Согласна кокетничать и улыбаться ради достижения целей. Но есть ситуации, когда просто необходимо вновь становиться собой! На месте Лиды я не смогла бы замороженной рыбкой смотреть Диме в глаза и слушать его бредни. Судить имеет права лишь тот, кто знает правду. А Михайлов себя ведет, как настоящий слепец. Или полный придурок...

Я не стала в тот вечер спорить с Лидусей. Было не то время и не то состояние у нас обеих, чтобы что-то доказывать друг другу. Сказанного не отменишь, а разговор с Димкой уже состоялся. И он, мой типа единственный друг, наплевав на мои просьбы и свои обещания, сделал свой выбор. Мне не хотелось думать сейчас 'почему?'. Быть может, все дело было в Катюше. Быть может, в поведении Лиды. Какой теперь прок изображать из себя Мисс Марпл? Мотивация Димки больше меня не волновала.

О, да. Признаюсь. Это мои самые отвратительные черты. Категоричность, упрямство и... принципиальность. Я не собиралась прощать Михайлову его 'залет'. Не в этой жизни.

К моменту возвращения в Москву злость на него приобрела поистине огромные масштабы и потому...

Уже в столице Димка звонил мне несколько раз, настойчиво, долго и нудно. Даже ночами. Но я, пресекая все попытки устроить очередное забавное шоу (а Митя вполне мог это сделать), подняла трубку только один единственный один раз. Вся моя речь тогда свелась к банальной фразе.

Не желаю слышать тебя и не желаю о тебе слышать - две близких по смыслу фразы. Звучат похоже, но Димка умеет все усложнять. Или упрощать, смотря на чей вкус. В этот раз Михайлов превзошел все мои самые смелые ожидания.

В тот день, когда Лида, хмурясь и кусая губы, появилась на пороге моей квартиры, я как раз решала вопрос, что делать со злополучным жильем. Вот уже битых полчаса мы вяло переругивались со Стасом по телефону.

Калугин после нашего разрыва стал вести себя не в пример внимательней и терпеливей. Когда это в последний раз мы болтали по сотовому больше десяти минут? Но сегодня я ставила вопрос ребром. Сообщала о принятом решении и на компромиссы не соглашалась. Стас упрямился почти так же сильно, как я. В итоге выходил почти интеллигентный скандал без истеричных ноток и злых рыков, разносящихся по всей гостиной и эхом отражающихся в трубке.

Вот что значат партнерские отношения. Мы 'встречались' с Калугиным почти три года. А сейчас даже ссоримся так, будто проводим переговоры. Все в рамках делового общения и рабочего этикета. М-да.

И тут вдруг Лида. Без предупреждения и лишних церемоний. Открывая дверь, я была готова к тому, чтобы увидеть Димку. Только он мог припереться ко мне домой, минуя ворота, домофон и консьержа без всяких проблем. То есть - без получения зеленого света с моей стороны.

- Эмм... привет! - Я удивленно выдохнула, приветствуя Лиду, и знаком пригласила ее зайти. - Я сейчас... Да, Стас. Давай уже прекратим спорить? У меня гости, в конце концов ... И нечего нам обсуждать.... Да! Я так решила... Все. Мне пора. Я сама позвоню завтра... Хорошо, кину тебе смс... Пока.

- Как ты лихо, - Лидочка, скинув у входной двери свои босоножки, прошла в гостиную следом за мной. - Что это вы не поделили?

- Не сошлись в вопросах богословия, - я кисло улыбнулась подруге. - Все как всегда, с Калугиным сложно договориться. Но я с ним справлюсь. А вот ты... какими судьбами в моих краях?

Я была рада видеть подругу, но ее появление насторожило. Я чувствовала себя не по себе. Так словно нежданный Лидин визит был связано с чем-то для меня неприятным. В общем-то, я не ошиблась.

Коротенькое объяснение Лиды с упоминанием известных мне лиц заставило мое сердце от удивления прыгнуть под гордо. Я отдышалась, прежде чем хоть что-то ответить ей. Переспросила, будучи на сто процентов уверенной в том, что из-за шума летящих по Садовому кольцу машин, я всего лишь плохо разобрала знакомое имя,

Лидочка улыбнулась чуть-чуть виновато и повторила:

Несколько секунд мы с Лидой молча смотрели друг другу в глаза.

Димка, который ищет встречи со мной, при этом общаясь с девушкой, которую ненавидит?!

- Нормально, - Лидуся поджала пухлые губы и отвела задумчивый взгляд от меня. Уставилась на работающий чуть слышно приемник. Ага, сейчас сделает вид, что новая попсовая песенка ужасно ее заинтересовала. Но что за черт? Что значит это пресное Лидочкино "нормально?!

Я переспросила один раз, второй, изо всех сил стараясь разговорить подругу. В конце концов, должна же я получить законные объяснения! Но кроме все того же расплывчатого "хорошо" я мало что смогла от Лиды услышать. На все вопросы типа "вы снова ругались?", "ты сказала ему, что не стала делать аборт?" Лидочка отвечала мне односложно и без видимого энтузиазма. Довольно быстро наш разговор свелся к ее не блещущим разнообразием ответам. Череда невыразительных "да" и "нет" утомила меня, и я бессильно оставила Лиду в покое. Либо она сговорилась с Димоном и своим поведением сейчас пытается разбудить мое любопытство, либо...

- Отлично, значит, разбирайтесь со всем этим сами!

Удивленная мордашка Лиды лишь подтвердила мои догадки. Ну что ж. Если все это отлично продуманный план моего друга, тогда ему тем более здесь ничего не светит. Не хочу даже слышать о нем!

Мое упрямство достигло абсурда. Я сменила номер своего телефона. А Димке через все ту же Лиду попросила сказать, что его появление на моей работе ничего не изменит. Даже если он снова устроит выход с цыганками и собакой. Даже если спрыгнет с парашютом на парковку возле автосалона . Даже если...

Мне стало вдруг резко на всех плевать. Притворство и маски надоели до жути. А общение подруги с Михайловым только укрепляло меня в решении быть жесткой. Никаких поблажек, компромиссов, никаких разговоров!

Кстати, все та же Лида спустя еще месяц стала временами рассказывать мне о последних новостях в жизни Димки. Я никогда не интересовалась этим сама и никогда не задавала вопросов по ходу беседы. Если Лида хотела чем-то меня удивить, пускай. Все же для беременной девушки я могла сделать "скидку". Но во всем остальном...

Нет! Я не собиралась вести себя мудро. И даже уговоры подруги не помогли. Лидочка пару раз намекнула на то, что я могла бы уже сменить гнев на милость. Ведь даже она, Лидуся, больше на Диму не злилась. Его поведение ее забавляло! И едкие шуточки Мити о пополневшей Лидочкиной фигуре доводили мою подругу до смеха. Никогда раньше я не видела Лиду такой по-детски счастливой. Предполагаю, что самым приятным днем в ее жизни станет тот день, когда Димка узнает о ее предстоящих родах. Я бы тоже хотела взглянуть на мордашку Михайлова в этот момент. Ну а пока в ожидании "развязки", Лида заливает Димону о своем разыгравшемся из-за депрессии аппетите. Димка-лопух охотно ей верит и чисто из вредности тащит на встречи с Лидусей фрукты и шоколадные торты.

В моей жизни с момента расставания со Стасом и ссоры с Димкой мало что изменилось. Я взяла паузу, чтобы заняться своими делами. Искала подходящую для переезда квартиру, ездила на выходные в Энск, встречалась с девчонками и с Андреем...

Флейм уехал обратно домой две недели назад. Перспективы работы в столице больше его не интересовали. Адвокат занимался продажей квартиры в Москве. Андрей же временно пересился к Дине. Старшая сестренка, спасая парня от гнева предков, предложила некоторое время пожить вместе с ней.

Мое общение с Андреем было единственной отрадой на фоне прочей рутины, привычно разбавляленной посещением спортивного центра да редкими гонками по Москве. Все остальное время я убивала чтением бульварной литературы. Глотала чужие рассказы о счастье, как витамины для глаз, и продолжала убеждать себя в том, что это спасает меня от пустоты в сердце. На деле же с каждым днем мне становилось лишь хуже.

Стас благополучно уехал в свадебный тур. Димка спелся с Лидусей. Тимур, как я и предполагала, счастливо помирился с дражайшей своей половиной.

Мне же выбираться из своей скорлупы совсем не хотелось. Я заставляла себя вставать по утрам, натягивала маску строгой начальницы и с блестящей улыбкой вновь бежала в автосалон. Лишь там в прохладе своего кабинета можно было забыться на время и не думать совсем ни о чем, кроме решения насущных вопросов. Поставки, таможня, заказы для спецклиентов.

Я скрашивала свое одиночество, как могла, но все усилия не приносили пользы. Чем дальше, тем сильнее я ощущала разрастающуюся вокруг меня тишину. Я знала, что сделала правильный выбор, отказавшись от отношений со Стасом. Я стала свободней! Я стала самой собой. Нельзя вечно жить, прячась за фальшивые чувства. Но Стас... Я не думала, что без него моя жизнь вновь потеряет сочные краски в точности так же, как это случилось после моего переезда в столицу.

Сейчас я чувствовала себя пустой, как сдувшийся от времени воздушный шарик.

Вроде бы, между мною и этим мужчиной все осталось, как было. Подумаешь, мы перестали делить одну на двоих постель. Но разве главное в этом? Наше общение не стало другим. Мы по-прежнему доверяли друг другу. Калугин все так же приезжал проведать меня, и мы как и раньше болтали о делах на моей кухне. В отличие от того же Ника, Стас не превратился для меня в своеобразный наркотик. Я его не боялась. Мужчина не напрягал своим присутствием и своим флером. Он принял мое решение, как свое, и больше никогда не предлагал разрушить возникшую между нами стену. Мне было спокойно с ним в точности так, как может быть спокойно в бабушкином одеяле. Легкая шерстяная ткань грела замерзшую кожу. А на душе временами становилось чуть-чуть теплей.

Но без него. В те моменты, когда его не было рядом. Без Стаса, пусть никогда не принадлежащего только мне, но успевшего за столь длинный срок превратиться в самого близкого для меня человека, без него все становилось в разы сложней. Вдруг оказалось, что мне не хватает его прикосновений, его поцелуев. И его тела.

Мне не хватает его недолговечной и недоступной любви. А, может быть, дело даже не в Стасе... Мне просто хочется чувствовать себя по-настоящему нужной. Любимой без отговорок и многочисленных "но".

В раздумьях, метаниях и в тишине прошло еще какое-то время. Год плавно перевалил за середину, и фирменный календарь в моем кабинете похудел на несколько ярких листов. В моем дворе все явственней ощущалась полноценная осень с золотыми шатрами деревьев, со слякотью по утрам и промозглым северным ветром, налетающим на прохожих из подворотен. Я больше не рисковала оставлять нараспашку окно, когда засыпала в и без того холодной постели.

В остальном все было так же шикарно, как и всегда.

Лида в последний месяц заметно прибавила в весе, ее животик отчетливо выделялся из-под любого наряда. Притвориться девчонкой, забившей на свой внешний вид, у нее больше не получалось. И потому как результат моя подруга изо всех сил избегала встреч с Димкой. Но не только в ее ставшей теперь очевидной беременности было дело. Лида была едва ощутимо, но все-таки зла на парня.

Его фантастичный роман с Катериной Заречной постепенно набирал свои обороты. Почти три месяца вместе - для Мити рекордный срок. И все же у парня еще оставалось время - изредка, но доставать Лидусю своим телефонным бредом. Он звонил нерегулярно, болтал без умолку о ерунде. Рассказывал моей подруге о Лешке, чуть-чуть о Тимуре. Говорил о своих планах начать работать с отцом, благо новоприобретенная им Катюша всячески подталкивала его к такому шагу.

Жизнь вокруг Димки шла полным ходом. У Лидуся же, наоборот, никакой активности не наблюдалось. Как и я, она готовилась к переезду в другую квартиру. Договорившись с какой-то знакомой бабулей, ради того, чтобы остаться в Москве, Лидочка собиралась урезать свои расходы.

- Мне достались приглашения на закрытый показ "Финансиста". Можешь сходить за меня? - как-то октябрьским утром вечером мне предложила подруга.

- Куда я со своим животом?! Я стала совсем похожа на бочку. Ни в одно платье не помещаюсь, а ведь на вечеринке будет весь московский бомонд. Лучше сходи сама. Тебе есть кого пригласить на вечер?

В моем окружении сейчас не было ни одной подходящей для приглашения кандидатуры. Ни с одним из вертящихся в поле видимости кавалеров мне не хотелось идти не то, что на вечеринку, даже просто сидеть на соседних креслах в кинотеатре и есть, как тупая корова, один на двоих попкорн. Меня раздражала необходимость притворяться с каждым из них любезной и милой. Кокетничать, флиртовать и говорить ни о чем. А в это время думать самой о том, как бы быстрее закончить столь неприятный вечер? Нет, нет, нет... Устраивать подобную пытку над своим вторым 'я' - ни за что. Может лучше остаться дома?

Свои размышления я аккуратно озвучила Лиде, предложив ей делиться билетами с кем-нибудь из друзей. Ведь не только же я могла оценить щедрый Лидин подарок.

- Ты спятила, Кси?! Я говорю тебе про возможность повеселиться, буквально вытаскиваю тебя из твоей спячки, а ты прикрываешься самой дешевой из всех отговорок - 'не с кем'. Ну, так отправляйся на эту тусовку одна. Может быть, ты найдешь там себе нового принца.

- Не хочу ничего слышать про гонки. Машины и скорость не единственное развлечение в жизни! Вот когда последний раз ты была в клубе?

С той памятной ночи в компании Тима я ни разу потом не выбиралась на танцы. Мы встречались с друзьями в пабах и ресторанчиках, пили вино и обсуждали футбол. Но в клуб вопреки старым привычкам, никто из нас идти не торопился. Но если все-таки вдруг (пусть даже случайно) разговор заходил о 'продолжении банкета', я плавно сбегала от темы и находила предлоги, чтобы вернуться домой.

- Ты пойдешь! - упрямо заявила мне Лида и для верности даже аккуратно поднялась со своего кресла, чтобы продемонстировать мне свой округлившийся до размеров небольшого мяча животик. Весомый аргумент в неравной борьбе. С беременными лучше вообще не спорить.

Я примолкла на пару минут, соображая, что делать и перед мысленным взором прокручивая образы всех находящихся в моем распоряжении парней. Всех тех, кто был бы готов составить мне компанию на этой 'пьянке'. Таких было вопреки Лидочкиным предположениям совсем не много. Всего-то трое.

Один из моих коллег по работе. Один - знакомый Стаса, тот самый адвокат, который занимается делом Андрея. И один - лучший друг Райзера - Михаил Жаров. Вот на последнем я и решила остановить свой выбор.

Молодой человек звонил мне в последнее время с упрямством барана и не торопился снимать осадное положение не смотря на все мои бесконечные "нет", "не сегодня" и "я занята". И не то, чтобы парень был настолько мне неприятен, но я не чувствовала себя готовой к началу новых ни к чему не обязывающих отношений.

Или отношений вообще, если говорить всерьез?

В любом случае, закрытый показ и афте-пати - это отличный повод, чтобы узнать друг друга. Так почему бы не попробовать сделать шаг навстречу тому, кто уже столько недель крутится рядом? И пусть у Михаила нет азарта охотника, присущего Стасу, пусть он не так баснословно богат, как Димон... но мне важно сейчас просто отвлечься от грустных мыслей. А если так - то решено. Я пойду с ним.

- Знаешь что... - Лида выхватила у меня из пальцев мобильник, прежде чем я успела открыть список контактов. - Лучше иди одна. Тебе стоит сменить сейчас обстановку. Как-то ты последние дни бледновата.

- Тем что он ошивается в компании Димы, - Лида даже о таких мелочах была осведомлена? Ну и что, ей еще рассказывает Михайлов? - И тем, что до сих пор он тебя не успел приручить. Если не впечатлил за два года, то не фиг тратить на него свободное время. Я правду тебе говорю - лучше иди одна.

- Если не будешь весь вечер букой стоять у стенки, с тобой обязательно захотят пообщаться.

- Да, пристарелый журналист-нимфоман, которому тоже нечем будет заняться.

Можно подумать я не была на таких тусовках. Ха-ха. Сейчас всех стоящих мужчин расхватывают не глядя. Девушки виснут на мужиках любых возрастов, еще до того, как объект их пламенной страсти успеет понять, нужно ему такое внимание или нет. Себя же в качестве охотницы за мужскими 'сердцами' я представляла слабо.

- Знаешь, что такое мышление в позитивном ключе?

- Ой, только давай без лекций, - я взмолилась, закатывая глаза. Но Лида хмыкнула без снисхождения. Замолкать она, ясное дело, не собиралась.

- Вот я и говорю, что не знаешь... А между прочим...

Так незаметно поддавшись уговорам подруги, я собралась на закрытый показ.

Высокий брюнет с загадочным взглядом нашел меня возле барной стойки. Я одиноко крутила в руках тонкий бокал и делала вид, что изучаю программку показа. Читала интервью с режиссером и исподволь разглядывала бармена. Молоденький парень-блондин выглядел как настоящий ангел. Моему помешанному на красоте второму "я" жутко хотелось запечатлеть голубоглазого ангелочка. Фотки бы получились... .

От мыслей о фотосесии меня отвлек неизвестный мужчина. А ведь я говорила Лиде, что буду весь вечер одна.

- Скучаю, - я согласно кивнула, легко скользнув взглядом по плотной фигуре нежданного кавалера. Мужчине на вид было около тридцати, его темные волосы зачесаны были назад, на висках серебрилась едва заметные седые прядки.

Мы представились без излишнего интереса. Я некоторое время просто разглядывала собеседника, пытаясь догадаться о том, кто он такой. Наверняка, он...

- Уверен, что ты близка к цели, - Рома взял у бармена свой бокал. - Я журналист. Работаю на интернет-издание.

- Так и думала. Ты выглядишь, как опытный журналюга.

- С тобой все сложнее. Даже не могу догадаться о том, чем занимаешься ты, - Ромка задумчиво покачал головой. - Ты фотограф?

- Ты видишь у меня подходящую для съемок аппаратуру?

- Снова мимо. Но могу подсказать - я вообще не связана с медийной сферой.

- Мне скоро придется сдаться. Боюсь, что ты агент на службе Моссада. Шпионка? - Ромка игриво звякнул своим бокалом о край моего.

- О, как романтично. Ты уверен, что журналист? Не писатель-фантаст случайно?

- Как раз хочу попробовать себя в этом жанре, - Мужчина мне подмигнул, я вновь засмеялась. Наверное, на меня так действовало вино. Хорошее красное вино, которое согревало мне душу. - Так кто же ты, прекрасная незнакомка?

- Мы уже познакомились, - мягко напомнила расплывшемуся в улыбке парню.

Разговор с Романом прыгал, как по волнам. И виной тому было мое постоянно меняющееся настроение. Я то смеялась, поддерживая глупые шутки и флиртуя. То вдруг закрывалась, не желая говорить о себе.

До начала показа оставалось еще минут двадцать. Не знаю, что в тот момент толкнуло меня оглядеться по сторонам. Быть может, ощущение тяжелого взгляда в спину. Я дернула незаметно плечами, пытаясь унять поселившийся между лопатками зуд. Стараясь не выдавать своего волнения перед Романом, медленно обернулась.

Но, наверное, мне показалось. В толпе, прибывающей в просторный зал, было слишком много народа. И на первый взгляд никого из знакомых я найти не смогла. Почти облегченно вздохнула. Похоже, кому-то просто понравились мои нижние девяносто...

- Кого-то ищешь? - Ромка все же заметил мой интерес. Не поленился поинтересоваться даже.

- Конечно! Ты же не думаешь, что я могу быть одна?

Я коварно в стиле искательниц приключений ему улыбнулась. А мужчина, вдруг наклонившись к моим волосам, прошептал.

- Я не видел, чтобы кто-то был рядом. Ты стояла у стойки одна.

- А это уже ничего не значит, - заявила уверенно и снова уставилась на толпу.

Моя природная вредность молчать не желала. Мне страшно хотелось сказать самоуверенному журналисту какую-то гадость. И не жалко ему тратить вечер на разговоры? Работы так мало или желание пообщаться со мной так велико? А, может, ни то и ни другое. Может, это просто Судьба?

Мысли о Роке, преследующем меня, были совсем не случайны. Внимательный взгляд только что выхватил в мельтешении ярких нарядов молодого мужчину в белом костюме. Черная рубашка резко контрастировала с белоснежной тканью его пиджака. Знойный брюнет бросался в глаза. И даже с такого расстояния я могла полюбоваться его идеально прямой спиной и плечами, на одном из которых повисла фигуристая блондинка. То ли спутница, то ли искательница большого женского счастья. Бог ей в помощь.

Я последний раз скользнула взглядом по привлекшему мое внимание мужчине. Его филейная часть, как и полагалось племенному быку, выглядела фантастично. То есть именно так, как нравилось мне, Лиде и еще сотням тысяч женщин от 12 до 97...

Я порадовалась про себя за девчонку, прилипшую к мужчине, как банный лист. На ее лице не хватало только таблички "территория занята". Я почти отвернулась.

Почти, потому что что-то удержало меня от поспешных действий. Я продолжала смотреть на мужчину, наблюдая за тем, как он неожиданно сделал в сторону шаг, направляясь к замершему недалеко от него официанту. Ах, да, ведь пора позаботиться о своей горячей подружке.

Но вопреки ожиданиям, мужчина, забрав бокалы с шампанским, не торопился возвращаться к ждущей его девчонке. Он поднял свой взгляд на меня, и на мгновение я застыла. Даже недовольное ворчание Ромки не испугало меня.

Я молча пялилась на Тимура. Он удивленно смотрел на меня. Вот он пример Божественной подлянки в красках.

- Твой знакомый? - насмешливый голос Ромки вырвал меня из "сна". И я, отмерев, слабо улыбнулась то ли своему собеседнику, то ли застывшему у противоположной стены Тиму.

- Что-то вроде, - я отсалютовала своему бывшему однокурснику легким кивком головы и обернулась к Роме. - Ты что-то говорил о своей работе в журнале? Так тебе интересно?

Мой глупый во всех смыслах вопрос заставил мужчину хмыкнуть. Кажется, мой кавалер был искренне удивлен. Ах да. Я же веду себя так бестактно.

И ладно. Не хочет рассказывать, значит не хочет. И не надо строить из себя обиженного малыша. Да, я плохо помню последнее из того, о чем мы говорили, но разве я что-то ему обещала? Под моим безразличным взглядом Ромка вновь фыркнул. И вдруг вместо того, чтобы продолжить наш "занимательный" разговор, скомкано попрощался.

- Ага. Счастливо, - я пресно пробормотала дежурную фразу и вновь обратила свой взор на задумчивого бармена. Смотреть на него было не в пример приятнее, чем болтать ни о чем с журналистом. И пусть я вела себя последние пару минут гадко, мой расчет оказался верен. Ромка благоразумно исчез с моего горизонта. Видимо, в поисках девушки, адекватней, чем я. Девушки без тараканов.

Ну и катитесь к черту. А может быть, тоже? Плюнуть на все и уйти? В конце концов, никто не будет считать мое исчезновение странным. Я одна. И даже Керимов, заметивший меня в зале, наверняка, во всю веселится со своей куклой. Он-то, точно, не будет пытаться меня удержать.

Мне вспомнился вдруг мой старый разговор с Мариной, состоявшийся еще в пору моей учебы в Энске. "Тебе нужно разбить стереотипы. Притворись скучающей и подойди к нему. Сама начни разговор. Вот увидишь...".

Я усмехнулась своим мыслям. Ах, да. Конечно. Прекрасный шанс. Предложить Тиму выпить. Можно даже о чем-нибудь с ним поболтать. Ведь кто-то уверен, что мужчины любят смелых девчонок. Но вот незадача, подобные советы не для меня. Как-то странно чувствовать себя костью, прыгающей в пасть собаки. Ты либо интересна настолько, чтобы мужчина напрягся и подошел к тебе сам. Либо ты совсем ему не интересна. Полу-чувства и полу-решения я не признаю.

Вздохнув, я поправила сумочку на плече и, поставив на стойку пустой бокал, едва заметным движением ладони попрощалась с улыбающимся барменом.

- Красивое платье, - спокойно сообщил из-за спины знакомый голос. И в первое мгновение мне показалось, что он обращается не ко мне. Ну, мало ли с кем может перешептываться Керимов. Стараясь не выдать своего любопытства, я скосила глаза на него.

Тим был один. Шикарная блондинка осталась у него далеко за спиной. Ее полный раздражения и злости взгляд метал в меня копья. Страстная девочка, кстати. Я слабо ей улыбнулась. Сейчас Тимур наговорится со мной и преспокойно вернется в чужие объятия. Обязательно к ней вернется.

- Спасибо, - я все же заставила себя открыть рот и так же спокойно поблагодарила за комплимент парня. Сомнительный комплимент, если честно.

Мое платье ничем не выделялось на фоне шикарных нарядов других гостей. В отличие от пестрых полупрозрачных тряпок, с открытой спиной, плечами, животом, с короткой юбкой... мое платье было слишком строгим. Черное, до колена, с небольшим декольте. Единственным его плюсом была эластичная ткань, она облепляла фигуру тоненькой пленкой, подчеркивающей все, что только можно было бы подчеркнуть. Простора для фантазии не оставалось. Со стороны, как однажды сказал мне Стас, казалось, будто под платьем нет ничего, кроме обнаженного тела. Наивный. В наш современный век даже белье научились делать бесшовным.

Но все равно. Тимур хвалил мой наряд просто на автомате. Жалкая попытка завязать разговор.

Мы замолчали. Я снова смотрела на Тима, он смотрел на меня. Как в пятом классе - смешная игра в гляделки. Вроде, взрослые люди, а ведем себя глупо. Никто из нас двоих не торопился продолжить тягостный разговор. На самом деле, мне нечего было сказать Тимура. А у него...

Любопытство, моя вторая натура, съедало меня изнутри. Краем уха я слышала от Лидуси, что в октябре Керимов с вещами съехал от Ани. Михайлов говорил что-то о временной передышке. Не знаю, что там у Тима с Аней произошло, но Тимур уже три недели жил в бывшей квартире брата. Лешка, кстати, благополучно вернулся в Лондон.

Впрочем, Тимур стоял сейчас напротив меня и уходить никуда не торопился. Да уж. Слава богу, я догадалась надеть высокие каблуки. По крайней мере, лишние пятнадцать сантиметров поднимали меня на один уровень с Тимом. При желании я могла бы смотреть прямо ему в глаза. Но вместо этого я почему-то то и дело косилась на его губы.

- Составишь мне компанию в зале? - вдруг без перехода предложил мне Керимов. Я нахмурилась. Сторожащая Тимура блондинка, вряд ли, будет довольна.

- Уверен, что в твоей постели осталось место именно для меня?

Керимов от удивления распахнул пошире глаза, а после, как всегда, придумав колкий ответ, усмехнулся:

Я поддержала шутку. Мне нечего было скрывать. В прошлый раз Тим признался, что жалеет об отсутствии секса пять лет назад. Что ж, в этот раз я тоже жалею о том, что мы не переспали. Быть может, тогда отпустить Керимова мне было бы легче.

Мы многозначительно переглянулись. Вот и пойди разбери, что у нас двоих на уме. Вряд ли, заумные разговоры.

- Был уже третий звонок, всех приглашают в зал. Пойдем? - Керимов кивнул в сторону входа, куда медленно утекла большая половина гостей.

Комментарии: 913, последний от 26/05/2012. © Copyright Ростовцева Алиса (alice-diablo@yandex.ru) Размещен: 10/02/2012, изменен: 17/04/2012. 554k. Статистика. Глава: Любовный роман Даже не думай! (I и II части)		Оценка: *9.17160** Ваша оценка:
Аннотация: Любовный роман (DARK REALITY). Продолжение "Даже не думай". Внимание: "многаабукфф"! Черновик Последнее обновление 25 мая 2012 г. Все герои вымышлены. Все совпадения случайны. С благодарностью за помощь Пророку , 3wanderer , Ф.И.Лосову , Бессмертному пони, Лане, Julia , Loren , Чтушковой Александре . Дорогие читатели, я буду рада любым комментам, тапкам, швабрам и критике. Если вы хотите сделать произведение лучше, отпишитесь в комментах, что, по вашему мнению, стоит исправить.

Ростовцева Алиса: другие произведения.

Предлагаю ничью