Аннотация: xxxHolic, Доумеки, Ватануки. Доумеки вновь пожертвовал собой. Он и представить не мог, к чему это приведет.
Название: Выбор
Фандом: xxxHolic
Автор: Liolit
Рейтинг: PG
Персонажи: Доумеки, Ватануки
Жанр: чуть-чуть мистики, ангста и флаффа
Предупреждения: ООС
Содержание: Доумеки снова пожертвовал собой. Но Ватануки так этого не оставит
От автора: маленькая зарисовка под настроение для Juiko Liash) надеюсь, тебе понравится)
Отказ от прав: персонажи принадлежат тем, кто их создал.
Только лишь когда ладонь Ватануки безвольно выскальзывает из его отчаянной, мертвой хватки, Доумеки с ужасом начинает осознавать, что наделал. Лук, из которого он стрелял в призрачное подобие Кимихиро, сгорел сразу после выстрела, а настоящий Ватануки - тот, с которым он пришел сюда, неожиданно стал оседать на землю, зажимая непослушными руками рану где-то в районе груди.
Демон, стоящий позади, довольно потирает ладони и посмеивается, с интересом наблюдая за развитием событий. Сквозь дымные клубы не то пара, не то дыма видны лишь нечеткие очертания тех, остальных, но их настолько много, что Шизука не уверен, сможет ли он уйти сам, вытащив из этого пропахшего плесенью и гнилью места заодно и еще дышашего Ватануки. Тот уже почти задыхается от нестерпимого запаха, но упрямо вдыхает и выдыхает, а из его раны тем временем судорожными толчками выплескивается кровь. Темная, густая, она уже пропитала школьную форму самого Кимихиро и запачкала руки Доумеки, который сначала пытался задать кровотечение руками.
Демон неторопливо раскуривает трубку и смотрит на него с хитрым прищуром, так, что Доумеки не выдерживает:
- Что мне сделать, чтобы он жил?
Те, другие, спрятанные за ширмой из клубов пара, начинают мерзко хихикать и возбужденно переговариваться, словно вопрос Доумеки, прозвучавший неожиданно спокойно и даже с вызовом, был чем-то забавным.
Демон усмехается и выпускает изо рта клуб дыма - вместе с несколькими словами:
- Отдашь душу - примешь его раны.
У Доумеки нет времени на рассуждения. Он поднимается и делает шаг вперед, к демону, и тот лениво, даже как-то неохотно манит его к себе. Будто в насмешку, он очень привлекателен внешне - у него лицо красивого молодого мужчины, его движения неторопливы и изящны, а сам он улыбается так, что душу можно отдать лишь за одну его такую улыбку. Но Доумеки замечает все это мельком, вскользь - в голове нет места другим мыслям, кроме суматошного "спасти".
Демон улыбается ему еще раз, выдыхает сладкий дым и притягивает к себе, после чего касается его губ своими. Доумеки ничего не чувствует во время этого поцелуя - он старается думать о том, что жертва того стоила. С каждой секундной тело становится слабее, а в груди нарастает тянущая, ноющая пустота. На его рубашке проступает большое кровавое пятно - как раз на том месте, куда его стрела ранила Ватануки. Боль мешает дышать.
Перед тем, как закрыть глаза и провалиться в уютную тьму без сновидений, ему чудится росчерк яркого рыжего пламени, который несет тепло и ощущение безопасности.
...Когда он приходит в себя, первое, что он слышит - шорохи, чьи-то торопливые шаги и причитания.
- Нет, Юко-сан, больше ни за что не пойду с ним по вашему поручению! Хватит! Вечно этот чертов Доумеки проявляет ненужную инициативу и делает глупости! Да я...
- Потише, Ватануки. Разбудишь.
- И хорошо бы! Он заслужил! Да я ему...
- Где... я?
Когда у Доумеки получается открыть глаза, потолок начинает с угрожающей скоростью приближаться к полу, а стены меняться местами. Спустя мгновение над ним нависает Юко. Ведьма выглядит так же бодро, как и всегда, только обеспокоенные огоньки в самой глубине глаз выдают ее действительное состояние.
- Очнулся, - спокойно констатирует она.
Рядом возникает Ватануки. Он бледнее обычного и выглядит так, будто готов совершить убийство.
- Я тебя задушу, - с пугающей серьезностью обещает он, но Юко только усмехается:
- Потом задушишь. Все потом. Принеси лучше водички из колодца за домом.
Ватануки рассерженно фыркает, но послушно выходит - слышно, как сердито он топает по коридору и еле слышно огрызается на какую- то насмешливую реплику Моконы.
Юко курит свою трубку и рассматривает Доумеки с любопытством. Молчание длится до тех пор, пока ведьма не решает заговорить:
- Ленточный лис не успел вовремя. Ты уже успел отдать душу.
Доумеки почему-то горько и пусто. Он устало прикрывает глаза и кладет руку себе на грудь, там, где чувствует болезненную пульсацию.
Юко смотрит на него слегка загадочно.
- Вы с Ватануки теперь связаны даже крепче, чем раньше, - она с наслаждением вдыхает дым и поясняет: - Он разделил свою душу пополам и отдал половину тебе. Сейчас вы почти как один человек.
Доумеки смотрит на нее с недоверием и досадой. Глупый идиот Ватануки, ну кто тебя просил?..
Тут слышатся приближающиеся шаги, и Доумеки в который раз убеждается - стоит вспомнить дурака, и он тут же появляется. Его мысли даже в голове звучат снисходительно-ласково. Он не ожидал, что Ватануки станет рисковать ради него. Но это оказалось неожиданно приятно. Хоть и неправильно.
Ватануки держит в руках большой таз с водой. Взгляд у него уже не такой рассерженный. И улыбка все- таки пробивается сквозь сердитое выражение лица.
Потом он смотрит на Доумеки и вздыхает:
- Сначала глаз, теперь душа...
Доумеки улыбается.
- Надеюсь, теперь я смогу видеть духов.
- Придурок, - бормочет Ватануки.
Но голос у него довольный.
Название: Сны
Фендом: xxxHolic
Автор: Liolit
Рейтинг: PG
Пейринг: Доумеки/Ватануки
Жанр: виньетка, ангст
Направленность: yaoi
Предупреждения: АУ внутри канона, ООС
Содержание: поделенная надвое душа гораздо серьезнее разделенного на двоих глаза. Плата велика, а последствия - серьезнее, чем можно было предполагать изначально.
От автора: продолжение драббла без названия. И тоже для your mr. Garlic - потому что ОТП))
Отказ от прав: персонажи принадлежат тем, кто их создал
Статус: закончен
Размещение: только с разрешения автора
На самом деле, это оказывается сложнее, чем Ватануки и Доумеки предполагали изначально.
Разделенный на двоих глаз - это одно. Когда надвое делится и заключается в разных телах душа - это совершенно другое. Больше масштабы, глобальнее последствия. Равновесие всегда должно быть соблюдено, иначе плохо станет не только Ведьме измерений, но и тому, кто пожелает уплатить цену больше или меньше необходимой.
Среди других кошмаров Ватануки часто видит тот самый - мешанина запахов и звуков, удушье и боль в груди. Все настолько реально, что накатывает страх: неужели счастливый финал - всего лишь бред умирающего сознания. Ватануки видит свою призрачную копию, настолько похожую, что он и сам ни за что не отличил бы и задумался над тем, а точно ли он настоящий. Он видит, как Доумеки без колебаний пронзает его - его, Кимихиро, такого настоящего! - стрелой, чувствует, как расползается по груди боль, как рубашка пропитывается кровью. Ватануки видит, как демон со снисходительной улыбкой пьет с губ Доумеки его душу, а тот слабеет и слабеет, цепляется за воздух, медленно оседает вниз, уже не пытаясь ни сопротивляться, ни вообще что-то делать.
Кровавое пятно на его рубашке снится Ватануки каждую ночь.
Ватануки страшно за то, что он сотворил с собой и Доумеки, но он ничуточки не жалеет: Доумеки, хоть и безрассудный, хоть и глупый, хоть и наглый и беспардонный, все же очень дорог ему. Поэтому тот факт, что в его груди тоскливо съежилась лишь половина души, воспринимается Ватануки, как неизбежность: в его жизни теперь нет места случайностям.
Иногда Ватануки не может вытерпеть ночных кошмаров. Тогда он идет проветриться на улицу: садится на веранду, свесив босые ноги вниз и почти касаясь ими нагревшихся за день гладких камней и травы, и пережидает так ночь, чтобы ранним утром, встретив рассвет, уйти обратно в дом и уснуть уже без сновидений.
На этот раз компанию ему составляет Доумеки: приобретя глупую привычку иногда ночевать в магазине Юко, он совсем прижился и теперь чувствовал себя здесь если не хозяином, то желанным гостем - точно. У Доумеки внимательный, совсем не сонный взгляд, и Ватануки гадает: то ли следит за изменениями, то ли просто хочет поговорить. Или помолчать на пару - в последнее время такое времяпрепровождение начало нравиться им обоим.
Ватануки молча пододвигается, давая Доумеки больше места, но тот и не думает держать дистанцию: садится близко, почти плечом к плечу, и прикрывает глаза, подставляя лицо легкому разыгравшемуся ночью ветерку.
Лунный свет серебрит беспокойную поверхность воды в колодце, отражается в небольшом декоративном пруду и высветляет ведущую к воротам аккуратную дорожку. Ватануки почти задремывает, рискуя провалиться в очередной мутный кошмар, когда Доумеки неосторожно шевелится и задевает его плечом.
- Прости, - говорит он глухо, глядя по-прежнему куда-то в пустоту впереди себя, и Ватануки точно знает, что прощения он просит не за случайный тычок, а за кое-что другое, более серьезное и важное.
- Не прощу, - раздраженно бурчит он, но не отодвигается, а наоборот, подсаживается совсем близко, так, чтобы между плечами не оставалось свободного пространства. Доумеки горячий - это ощущается даже сквозь несколько слоев одежды. К тому же, Ватануки почему-то кажется, что так он может почувствовать часть своей души, которая теперь заточена где-то внутри Доумеки.
Тот невесело хмыкает и хмурится - уже который раз за полчаса.
Ватануки следит полуприкрытыми глазами за тем, как неторопливо движутся по ночному небу тяжелые облака, слушает шелестящее дыхание ветра, запутавшегося в листве каштанов за воротами, чувствует свою душу, которая теперь так далеко и в то же время - совсем рядом, только руку протяни.
Он ни за что не потребовал бы ее назад, будь у него такая возможность.
- Какую цену ты заплатил ведьме?
Вопрос кажется Ватануки резким, неожиданным, хотя он давно ждал чего-то подобного. Он вздрагивает и опускает взгляд вниз, на посеребренную лунным светом тропинку.
- Тебя это не касается, - нервно отвечает он, прижимая пальцы к вискам и прикрывая на мгновение глаза. Под закрытыми веками на миг вспыхивает картинка-воспоминание: расплывающееся на белой рубашке кровавое пятно, снисходительное лицо демона и мертвенно-бледное - лицо Доумеки.
- Касается, - настороженно и невозмутимо возражает тот, скашивая на Ватануки глаза и ожидая честного и развернутого ответа.
Ватануки резко вскакивает на ноги, чтобы начать громогласно возмущаться и призывать всех духов в свидетели невероятной твердолобости Доумеки, но вовремя спохватывается: Юко давно спит, Мару и Мору тоже отдыхают, а будить Мокону - себе дороже. Поэтому он всего лишь возмущенно смотрит на Доумеки, а потом разворачивается, намереваясь уйти обратно в дом.
Тот хватает его за щиколотку - неожиданно и быстро, так, что Кимихиро едва успевает сообразить, что происходит. Доумеки смотрит на него выжидательно, крепко сжимая пальцы, не позволяя сделать ни шагу. Будь у Ватануки побольше сил, он начал бы выдираться и орать.
Доумеки, такой глупый, безрассудный дурак, непонятно когда объявившийся друг, ну зачем, зачем...
У него теплые пальцы. Теперь он держит Ватануки совсем не крепко, только для вида.
Ватануки застывает - ему кажется, что время останавливается, когда Доумеки резко становится задумчивым и настороженным. Тот сосредоточенно хмурится, словно взвешивая для себя какое-то решение, а потом неожиданно ведет ладонью вверх по ноге Ватануки, до самого колена. Медленно, с полностью осознанной и рассчитанной лаской, такой непривычной, дикой для Ватануки. Доумеки не остановился бы, провел выше, но опомнившийся и относительно пришедший в себя Кимихиро неловко взмахивает руками от неожиданности, отступает, оступается и едва не падает, лишь чудом удерживая равновесие.
- Я... - медленно выговаривает он, рассматривая отвернувшегося от него Доумеки так, словно видит его впервые в своей жизни. - Ты... идиот! И... извра!.. Зачем...
Доумеки горбится еще сильнее и Ватануки почему-то становится неудобно за свою бурную реакцию, поэтому он замолкает тут же, на полуслове. А потом выравнивает сбившееся дыхание, разворачивается и, почти зайдя в дом, отстраненно говорит:
- Моя плата - счастливые сны, которые только могут мне присниться. Теперь я всю жизнь буду видеть только кошмары.
Ватануки уходит, а Доумеки еще долго сидит на том же месте, до боли сжав пальцы и зажмурившись.