На самом деле на армию Хун Вэя напали не пять отрядов, а четыре. Благодаря тому, что сопровождавшему Су Жуна в его поездке молодому стратегу Го Шэню удалось удержать от исполнения необдуманного приказа командира целый один отряд. Надо сказать, по возвращении Жун был ему очень благодарен. Потому что в принципе не представлял, как объяснит отцу значительные потери.
--
Я же предупреждал вас, мастер Жун, - воскликнул Шэнь, смуглый юноша семнадцати лет.
--
Да, я знаю, - Жун насупился. - Ты как всегда был прав.
--
Я просто хотел сказать: будьте осторожны. Количество воинов у нас конечное. Чем больше потеряем сейчас, тем хуже нам будет потом, когда они станут действительно необходимы.
Как известно, плохие вести путешествуют гораздо быстрее хороших, даже когда их не особо-то и спешат сообщить. Потому уже через день после битвы Су Юню стало известно о неудаче сына.
Степному Волку Су Юню уже год как пошёл шестой десяток, и внешностью своей он больше напоминал гориллу. У него были широкие плечи и большие сильные руки в противовес коротким кривым ногам. Такую диспропорцию в своём теле Юнь невозмутимо объяснял тем фактом, что большую часть жизни ему пришлось провести в седле и параллельно размахивать мечом. Но многие подозревали, что он таким родился.
Несмотря на смуглую обветренную кожу, мозолистые руки, отсутствие хороших манер как понятия и вопиющую небритость (именно небритость, а не бородатость с усатостью!), Су Юнь привлекал многих. Возможно, причинами тому были озорная искорка в глубине узких карих глаз и суровый, но в то же время весёлый нрав.
К известию о провале своего сына как полководца Су Юнь отнёсся философски - ну да, дурак, что поделаешь, в конце концов, кроме него есть ещё пятеро, хоть один умный да найдётся. Не так ли, а, Юйшэн?
--
А где Юйшэн? - неожиданно сообразил Юнь, оглядывая собравшихся. - Фа, он ведь всё время с тобой теперь ошивается?
--
У меня есть предположение, отец, - с кислой миной ответил Су Фа, старший сын Су Юня, мужчина тридцати четырёх лет.
--
Ты же не хочешь сказать...? - резко погрустнел Юнь.
--
Боюсь, что именно так.
--
Ясно, - Юнь оглядел зал. - Ну что, ещё какие-нибудь дела или известия имеются?
Зал ответил молчанием.
--
Что ж, отлично, - Юнь встал и заковылял к выходу. - Фа, пошли спасать нашего стратега.
В одном из внутренних дворов царского дворца Ки росло особенно высокое дерево. Видевшие это дерево затруднялись даже приблизительно определить его породу, но все сходились на том, что оно, скорее всего, лиственное, причём ну очень высокое. Под деревом, уперев руки в бока, стояла очаровательная молодая женщина лет двадцати пяти и ещё более очаровательно дулась. Завидев отца с сыном, женщина обиженно зыркнула на дерево и протянула:
--
Вот так всегда! С ними ты разговариваешь, а от меня бежишь как от чумной!
Из кроны раздалось неопределённое мычание.
--
Лянь Цзи, позволь нам перекинуться парой словечек с твоим мужем, - усмехнулся Су Юнь.
--
Конечно, господин, - Цзи поклонилась и, бросив на дерево последний тоскливый взгляд, ушла.
--
Юйшэн, можешь слезать! - окликнул дерево Фа.
--
Сейчас, господин, Фа, - по стволу на землю соскользнул мужчина.
Тэн Юйшэн, главный стратег Ки, был всего на год младше Фа, но злые языки поговаривали, что он и в семьдесят будет выглядеть на двадцать с хвостиком. Причём благодаря именно этому свойству Юйшэн был единственным во всём Рариншоки обладателем одновременно прозвища ``Милашка'` и самой влюблённо-ревнивой жены на свете. И это его пугало.
--
Господин, я обязан вам жизнью, - низко поклонился Юйшэн.
--
Ты слишком драматизируешь! - Су Юнь дружески хлопнул Юйшэна по плечу, отчего тот чуть не упал. - Эх, молодёжь!
--
Господин...
--
Да, так о чём я! Юйшэн, представляешь, что Жун отчудил!
Оставим восторженного папашу расписывать окружающим, какой же лопух его сын, и перенесёмся в царский дворец Шо.
По которому шла красивая женщина тридцати двух лет, Су Ай, старшая дочь Су Юня и жена Пустынного Драконая Яо Лю, царя Шо. Она прошла через несколько коридоров, миновала внутренний дворик, в котором три генерала Шо - Ю Лян, Ша Фэн и Хан Кан - умудрялись играть в сёги втроём, и вошла в кабинет главного стратега Шо, Мудреца Жэня Жэньшу, который, судя по блуждаювшей по его лицу довольной улыбке, читал какой-то доклад об очередной победе.
--
Как идут дела, мастер Жэньшу? - спросила Ай.
--
Чудесно, госпожа Ай, хотел бы сказать я, - Жэньшу положил на стол доклад.
--
Что-то не так?
--
Ну, как видите, Ленивец и Макака вернулись вполне себе целые и довольные, и оставленный в крепости Рао Тэй гарнизон под командованием Линь прекрасно сможет её удержать если что. Впрочем, нападения нам ждать ещё не скоро.
--
Почему из всех генералов вы оставили там свою жену?
--
Потому что я доверяю Линь как никому другому.
--
Итак, мы всё-таки получили Рао Тэй?
--
Именно. А если у нас есть Рао Тэй, то мы в двух шагах от Гошо. Фэнь Сыю будет рвать и метать, когда об этом узнает. Усилиями его и Шэ Гуя Ра было на расстоянии вытянутой руки от Гошо. Чуть промедлили - и вот они мы.
--
Это чудесное известие!
--
А Фэнь Сыю тем временем отвоевал Сян, - на лице Жэньшу крупными буквами были написаны два слова: ``Вот лопух'`.
--
И чего они испугались?
--
Всё просто: в горах тают снега. Знаменитый параноик испугался, что может похоронить всю армию под внезапно сошедшей лавиной. Но, думаю, уже на следующей неделе проход станет безопасным.
--
Вы гений, мастер Жэньшу!
--
Именно, - самодовольно улыбнулся Жэньшу.
Ай скептически посмотрела на стратега. Да, никакими комплексами Жэнь Жэньшу не страдал.
--
Жаль, я не могу порадовать господина Лю известием о победе, - вздохнула Су Ай.
--
Да, - стратег тоже несколько скис. - Господину это не интересно.
--
И как он при таком настрое умудрился стать царём?
Тут надо внести некоторую ясность. Между горами в центре относительно свободного пространства между четыремя царствами находился древний императорский город Гошо - историческая столица этой земли. Естественно, финальным аккордом в завоевании земель должен быть парадный въезд в Гошо в качестве полноправного императора.
Проблема была в том, что за годы запустения Гошо оказался фактически отрезанным от внешнего мира - остался единственный проход, путь на который преграждала крепость Рао Тэй.
Гордо заявив, что для захвата прилежащих к реке городов Фэнь Сыю ему не понадобится, Шэ Хэн отослал стратега в крепость Хэй Инь, самую крупную из приграничных крепостей Ра, в которой в данный момент расположился Ледяной Король Шэ Гуй.
И Сыю неприятно удивил тот факт, что первый, кого он увидел, был вышагивающий по двору и лелеющий перевязанную руку Лун Юньсюй, который в данный момент должен был находится в крепости Рао Тэй.
Юньсюй носил прозвище Прекрасный - и в чём-то это было правдой, лицо Юньсюя имело вполне себе смазливый вид. Портил Юньсюя рост. Он был всего на пол цуня ниже Отшельника Хун Вэя, притом если Отшельник был сложен пропорционально, то Юньсюй имел длинные тонкие руки и ноги и вытянутое худющее тело, из-за чего был похож на какое-то насекомое. Ко всему прочему он носил каблуки в три цуня высотой и одеждой своей и манерой держать себя напоминал существо под таинственным названием ``трансвестит'`.
И он вечно лип к Сыю как пиявка.
--
О, мастер Сыю! - просиял Юньсюй и семимильными шагами направился к стратегу.
--
Лун Юньсюй, - на лице Сыю отразилось плохо скрываемое отвращение. - Что ты здесь делаешь? Почему не Рао Тэй?
--
А..., - Юньсюй быстро померк. - Шо напало неожиданно...
--
Шо? Жэнь Жэньшу?
Большинство людей от гнева багровеют, начинают орать и топать ногами. Фэнь Сыю никогда не относил себя к большинству. При температуре кипения он бледнел, говорить начинал вкрадчивым шёпотом, то и дело расплывался в улыбке, а воздух вокруг него промерзал с поразительной скоростью.
--
Этот подлец...
--
Ты хочешь сказать, что Жэнь Жэньшу почти задарма получил Рао Тэй, на который мы угробили почти всю зиму, выдворяя оттуда горцев?
--
Мастер Сыю...
--
Ты должен был там сдохнуть и своим трупом заклинить ворота, чтобы они не смогли попасть внутрь. Вместо этого ты слегка повредил руку - видимо, сломал ноготь - и позорно сбежал. И как господин тебя за это не казнил?
Сыю одарил Юньсюя той своей улыбкой, состоящей из концентрированного яда, которая заставляла врагов Фэня Сыю не просто просыпаться ночью в холодном поту, а не засыпать вообще, и прошёл внутрь.
На самом деле, у него самого внутри всё сжалось - он понятия не имел, что скажет Шэ Гуй. А он может сказать что угодно.
Ледяной Король стоял у окна и задумчиво полировал свой меч. Сыю насторожился. Это, знаете, очень легко, вот так, с разворота, голову одним махом.
--
А, это ты, Фэнь, - Шэ Гуй обернулся к вошедшему.
Он был ровесник Су Юня, невысок, но крепок, и лицом напоминал хищную птицу. Чёрные густые брови, аккуратные усы и бородка и аура силы и власти - таков был царь Ра.
--
Мой господин, я пришёл к вам с хорошими вестями, но, как оказалось, обретя в одном месте, мы потеряли в другом. Гораздо в большем.
--
Что такое, Юньсюй уже похвалился?
--
Вы как всегда правы.
--
Сразу хочу предупредить, что Лунвэй из-за такого позора чуть не вспорол себе живот, так что будь с ним помягче.
--
Я так понимаю, наших сил в том регионе почти не осталось?
--
С теми, что там есть, не в наших силах завладеть Рао Тэем. Нам надо время.
--
Тогда мы можем его выиграть.
--
У тебя есть идея?
--
О да, - Сыю подошёл к столу и развернул одну из лежавших на нём карт. - В горах снег будет лежать ещё долго. Конечно, где-то через неделю проход станет безопасным, чтобы по нему прошла армия, но пока, - Сыю усмехнулся, - мы можем организовать сход лавины. Одного отряда будет достаточно. Просто заминировать здесь, здесь и здесь. Проход засыпет ещё надолго.
--
Интересная мысль. Что ж, Хэн пока укрепится на Сяне, а я собирался к Львиной Скале. Примерно до половины пути нам будет по дороге. Возьмёшь отряд и завалишь проход снегом.
--
Как прикажет мой господин, - Сыю поклонился и покинул кабинет.
Он с трудом скрывал торжествующую улыбку. Он ещё подкинет Жэню Жэньшу пару свиней.
Отборных.
На въезде в один из пограничных городов Рин Отшельника Хун Вэя и Гиганта Чжоу Цяна встречал крайне озабоченный скорее самочувствием своих названных братьев, чем общим положением дел, сам царь Рин, Справедливый Юэ Вэйчжи. Он был невысокого роста и весьма невыразительной внешности, но излучаемое им обаяние при желании можно было просто пощупать.
--
Братья, я так рад, что вы в добром здравии! - воскликнул Вэйчжи, почти выбегая навстречу друзьям.
--
Брат, мы подвели тебя, нам нет прощения, - низко поклонился Вэй.
--
Этот чёртов Фэнь Сыю нас подставил! - Цян с досадой топнул. Земля вздрогнула, подкинув Вэйчжи на цунь в воздух.
--
Да, я уже знаю, - кивнул Вэйчжи. - Это был крайне подлый поступок с их стороны. Но я не знал, что Ра заключило союз с Ки.
--
Они не заключали союза, - покачал головой Вэй. - Было больше похоже, что их использовали.
--
Да, ты прав. Су Юнь мог и согласиться, не вникнув в суть дела, но Тэн Юйшэн бы такого не допустил. Вы, ведь, почти уничтожили всадников Ки?
--
Этот наглец спёр мою лошадь! - прорычал Цян.
--
Какой? - Вэйчжи непонимающе уставился на друга.
--
Су Жун, какой ещё?!
--
О, - где-то в глубине души Юэ Вэйчжи уже давно задавался вопросом, как лошадь вообще носит Чжоу Цяна, учитывая, что конь и наездник сопоставимы по размерам.
--
Цян, это настолько незначительная потеря по сравнению со всем остальным! - возмутился Хун Вэй.
--
Для меня это значительная потеря! Вэйчжи, ты что уставился?! Говорить разучился?!
--
А! - Вэйчжи встрепенулся. - То есть, мы обязательно найдём тебе новую лошадь!
--
Что, правда что ли?
--
Для своего брата мне ничего не жалко!
--
Как мы можем что-то просить у нашего брата, если не оправдали его надежд! - воскликнул Вэй.
--
Да замолчи ты, а то я тебе бороду по волоску выдеру, - шутливо буркнул Цян.
Тем не менее Отшельник машинально погладил бороду и посмотрел на Цяна с плохо скрываемым ужасом - борода ему была дороже всего на свете.
--
Как бы то ни было, я рад, что с вами всё в порядке, - улыбнулся Вэйчжи.
Пустынный Дракон Яо Лю, высокий худощавый мужчина тридцати восьми лет с заплетёнными в косу длинными чёрными волосами, вышел в один из двориков своего дворца и близоруко прищурился, после чего поправил пенсне. Во дворе сидели Ю Лян, Ша Фэн и Хан Кан - и играли в сёги. Почему-то втроём.
Хлопнув в ладоши, дабы привлечь к себе внимание, Лю сказал:
--
Лян, Фэн, идёмте со мной, мне нужна ваша помощь.
Как и следовало ожидать, приказ царя остался без внимания. Нахмурившись, Лю рявкнул:
--
Ленивец, Макака, к ноге!
Лян и Фэн подскочили как ошпаренные и, своротив по дороге игральную доску, бросились к Лю. Более высокий и тощий Ю Лян долгое время носил прозвище ``Лентяй'` - за вполне очевидную черту характера. Но вскоре после того, как Лян подружился с Ша Фэном, грубым и подвижным бывшим разбойником, за свою непоседливость окрещённым ``Макакой'`, ``Лентяй'` трансформировалось в более обезьянье ``Ленивец'`.
--
Никакого уважения к своему господину, - проворчал Лю, ещё раз поправил пенсне и пошёл прочь. - За мной, для вас есть работа.