Алья-Элья,человеческое дитя
Журнал "Самиздат":
[Регистрация]
[Найти]
[Рейтинги]
[Обсуждения]
[Новинки]
[Обзоры]
[Помощь]
Алья-Элья, человеческое дитя
Над рекой мост, рядом с мостом замок, в замке светлица, в светлице сидит Алья-Элья, подперевшись рукой, смотрит из окна башни.
- Нянюшка, расскажи сказку!
Нянюшка улыбается, проводит резным гребнем по золотым девичьим косам:
- Жил да был на свете король. Был он красивый да могучий, умный да справедливый. Был у него богатый край, с лесами да полями, с горами да озерами. Были у него слуги верные, кони быстрые, стада тучные - да не было у него королевы. Раз скучно ему стало, отправился он в землю дальнюю, страну чужеземную, много чудес повидал, много странного встретил. Раз остановился он у ручья, наклонился воды напиться, да слышит - голос тонкий да звонкий, песню ведет, да так звонко-весело, что сердце радуется. Пошел он на голос, да встретил рыжеволосую деву. Платье на ней простое, да осанка знатная, ноги босые, глаза зеленые, а волосы - что твоя медь!
Окликнул он ее. Отвечала ему дева:
- И тебе добра, чужестранец, коли не шутишь. Что тебе в наших краях, не заплутал ли, не дороги ли ищешь?
- Хожу-брожу я по свету, ищу ответа - что выше дерева, что глубже моря, что мягче шелка? Да как звать тебя, о прекрасная госпожа?
- Небо выше дерева, горе глубже моря, сон мягче шелка... а звать меня Дженет, и я не госпожа никому! - отвечала ему та.
Так, слово за слово, познакомились они, и полюбили друг друга, и увез король рыжеволосую Дженет в свой край, и сделал своей королевой...
Нянюшка замолкает, щурится и морщины на ее смуглом, сморщенном личике складываются в причудливый узор.
- Нянюшка, а дальше? - с замирающим сердцем спрашивает Алья-Элья.
Та молчит.
Небо за окном начинает хмуриться, над рекой, над далеким озером, почти касаясь лапками воды, с тревожным щебетом мечутся ласточки.
Нянюшка вздыхает, складывает потемневшие от времени руки на ослепительно-белом переднике и продолжает:
- Увез король в свой край рыжеволосую Дженет, сделал своей королевой. Родилась у них дочь, упрямая, как отец, своевольная, будто мать... - рассказчица опять вздыхает, голос ее выравнивается, опять становясь напевным. - Все полюбили новую королеву, и жили они счастливо... да долго ли, коротко ли, начала тосковать рыжеволосая Дженет. Не милы ей стали ни сады, ни замки, ни танцы, ни песни, ни охота и ни работа, ни муж ее король, ни родное дитя. Стала она просить - отпусти меня хоть на денек, хоть на часок, в край родной, грусть мою развеять. И так велика была тоска королевы, что умолкли птицы, цветы завяли, и в лесах стали умирать звери, и тучи закрыли небо, и пошел дождь, и стали болотом нивы и пажити, и край этот накрыл сумрак.
И с тяжелым сердцем сказал король - Дженет моя, Дженет, отпущу я тебя в родную землю, хоть, чую, не увидеть мне тебя больше. Засмеялась та - не бойся, я вернусь скоро! Поцеловала свое дитя и поспешила в путь. Вышли они на мост, ударил король трижды мечом о камень - и открылась перед ними дорога. Смеясь, побежала вперед рыжеволосая Дженет - и, как только коснулась нога ее земли людей - упала и рассыпалась в прах, ибо время ее человечье давно истекло.
И заплакал король, и вернулся он назад в замок. И так велико было его горе, что народился из этого горя зверь, косматый, рычащий, голодный, алкающий пожрать все живое. И, когда вода в королевском фонтане становится красной - уходит король биться за свою страну со своим горем. Остер его меч, крепки его доспехи, тверда его рука. И, когда он возвращается, заканчивается гроза, и уходят тучи, и все радуется новой победе...
- И он сам радуется, что вернулся и что снова видит свою маленькую королевну, - раздается от дверей голос.
- Отец! - Алья-Элья вскакивает со скамьи, всплескивает руками и хлопает в ладоши. Отец вернулся! Он совсем такой, как рассказывала нянюшка - красивый, и сильный, и мудрый - только еще в сто раз лучше.
Он подхватывает ее на руки и кружит. Алья-Элья пищит от восторга, но тут же спохватывается:
- Пусти меня! Я уже большая!
Большая так большая... Он осторожно ставит дочь на пол, и та с важным видом оправляет складки платья.
За окном становится ярко и солнечно, и нянюшка, глядя на них, молодеет.
Но Алья-Элья, заглядывая в глаза отцу, спрашивает:
- Это все правда, что рассказала нянюшка? - и в окно влетает холодный ветер.
- Правда, - отвечает он.
- А... а о чем тосковала королева? - тихо и растерянно спрашивает Алья-Элья. Потому что, правда, о чем же можно тосковать в их прекрасной стране, в их чудесном дворце?
- О золотом солнце, - так же тихо отвечает он.
Алья-Элья недоуменно морщит нос - это как? Подставляет руку под солнечный зайчик - и на ладонь ложится изумрудный блик.
- Вот как, - отвечает король. Он закрывает ставень - и луч света, проходя через янтарное стекло, становится медвяным. Алья-Элья растерянно смотрит на него, сжимает и разжимает пальцы - пока он не гаснет, заслоненный набежавшим облаком. Король гладит дочь по голове. - В земле смертных солнце не такое, как под холмом, - и старается улыбнуться. - Может быть, это из-за него у тебя золотые косы. Не грусти, королевне нельзя грустить.
- Почему нельзя? - рассеянно спрашивает Алья-Элья.
Вместо ответа он ставит ее на скамью перед самым окном и крепко обнимает за плечи. Теперь они вместе смотрят из окна башни, и у Альи-Эльи от высоты захватывает дух.
- Посмотри на небо. Что ты видишь?
- Тучи...
- А на что похожа вооон та туча?
Алья-Элья смотрит на тучу. Она огромная, неповоротливая, с сизым брюхом.
- Не знаю. Ну... на кита.
- Ага... хорошо... - он начинает тихо насвистывать какую-то мелодию, и Алья-Элья, ойкнув, сильнее прижимается к отцу. У тучи появляется хвост! И плавники! И глаза! И усы! Это и вправду НАСТОЯЩИЙ кит!
Кит поводит огромными, как тарелки, глазищами, неторопливо поворачивается, подплывает к башне, ухмыляется во всю огромную пасть - и вдруг выпускает из головы фонтан радужных пузырей. И добродушно тыкается лобастой головой в окно.
- Можешь его погладить, - говорит отец и сам тянется к чуду-юду.
Алья-Элья повторяет его движение.
Кит на ощупь теплый и мягкий, как замшевая перчатка. Он довольно урчит и подставляет лоб - и, наласкавшись, неторопливо отчаливает и сворачивается на вершине соседней башни уютным клубком, подложив под голову хвост.
- Какой хороший! - выдыхает Алья-Элья. - А где он живет? А что он ест?
- Это облачный кит,- рассеянно отвечает ее отец. - Он плавает по небу, а питается... питается радугой после дождя. А как его зовут, ты сама как-нибудь спросишь... Тебе весело сейчас?
- Да!
- Посмотри на небо. Что ты видишь?
- Солнце! И радугу!
Король разворачивает свою дочь и серьезно смотрит ей в глаза:
- Вот поэтому королева должна быть счастлива - чтобы над ее королевством светило солнце. Это долг королевы - дарить своей земле мир.
- А короля? - спрашивает Алья-Элья.
- Король холма из себя и своей волей создает свое королевство и тех, кто живет в нем. Его долг - помнить и заботиться о них.
- Ты все это сделал? Ты все это придумал? - восхищается Алья-Элья. - А я, я смогу кого-нибудь придумать?
- Сможешь, - улыбается он. - Когда вырастешь.
Они проходят по саду - по песчаным дорожкам, под арками, увитыми розами, мимо пестрых клумб, мимо фонтана - и Алья-Элья не видит, что вода в нем отливает алым.
Замок укрывает звездное небо. Тихо плещет, блестит вода в реке. Переговариваются дозорные, зажигает огни фонарщик, расходятся из таверны засидевшиеся заполночь моряки. Спят рыцари и звездочеты, лесные жители, мастеровые, слуги. Тихонько посапывает за дверью, поворачиваясь во сне, моя дочь.
Я придумал их всех, я знаю о них все - их мысли, их имена, их желания, их поступки.
Но среди них нет Дженет, моей Дженет. Единственной, равной мне, единственной, кого я так и не сумел понять до конца.
Я должен, должен хранить их всех - но я просыпаюсь среди ночи - и не помню, что ее больше нет, а когда вспоминаю - надо мной содрогаются стены замка.
И я встаю, и иду, потом бегу, потом лечу прочь - пока на самом краю, там, где обрывается мой мир, не увижу ее.
Она улыбнется - как улыбалась всегда.
И протянет мне руку - как протягивала всегда.
И коснется моего лица - как касалась всегда.
АГРРРРГХ! - огромный лев преграждает мне путь.
Я отскакиваю, едва успев обнажить меч.
Уходи, говорю я. Или я убью тебя.
Лев рычит, хлещет себя по бокам хвостом. Ты создал меня, чтобы я защищал эту страну, говорит он. Потом ты создал морок, который выпивает твои силы - и твоя земля слабеет. Если я пропущу тебя - то все равно умру, скалится лев. Вместе со всеми остальными.
Как знаешь, говорю я. И бросаюсь вперед.
Мой меч сломан. Мой плащ изорван. Я неловко переступаю через тело мертвого льва, роняю ненужный обломок, пошатываясь, делаю несколько шагов и сажусь, привалившись спиной к скале, у самого края мира.
И приходит Она и обвивает меня холодными руками.
И наступает тьма.
Алья-Элья просыпается от криков и грохота. Где-то за окном вспыхивают багровые сполохи. Он испуганно садится на постели, трет глаза.
- Тихо, тихо, родная, не бойся, - шепчет нянюшкин голос. Алья-Элья чувствует, как добрые руки поплотнее укутывают ее в одеяло.
- Король умер! Ко... - крик за окном обрывается на полуслове.
- Что... что там? - Алья-Элья сжимается в комок.
- Не бойся, не бойся... - шепчет нянюшка и прижимает ее к себе, но Алья-Элья видит, что губы у нее дрожат, и что она совсем, совсем ветхая.
Огонь за окном гаснет, и становится совсем темно.
- Не бойся, не бойся, не бо... - шепчет голос, становясь все тише, и тише, и тише - и исчезает.
В темноте, в тишине, в пустоте, посреди нигде лежит и плачет Алья-Элья, человеческое дитя - потому что не может человек умереть до назначенного ему срока.
Она плачет, и плачет, и плачет - пока не иссякают все слезы.
Она кричит, и зовет, и требует - пока не заканчивается крик, и она не понимает, что никто, совсем никто не придет.
Она крепко зажмуривает глаза, и хочет, чтобы ее не было. Но она есть.
И тогда она шмыгает носом и начинает вспоминать.
"Король умер!" - крикнул тогда голос. Значит, отца больше нет. Но она - его дитя. Значит, это она теперь - король? То есть королева?
Она вспоминает слова - "из себя и своей волей создает свое королевство и тех, кто живет в нем".
Вокруг ничего не видно, хоть глаз выколи - но Алья-Элья нагибается и проводит рукой по земле. Да, это земля. Она твердая, в каких-то мелких камушках и неудобная, но на ней можно сидеть. Алья-Элья садится, обхватывает колени руками.
"Нянюшка", - думает Алья-Элья.
Какое у нее лицо? Смуглое, сморщенное, все в морщинках, а глаза ясные.
Какие у нее руки? Маленькие, но сильные, теплые.
Как она говорит? Напевно, то быстро, то медленно.
Как она одета? В платье с шуршащими юбками, и в белый чепец, и в накрахмаленный фартук.
Как от нее пахнет? Свежим хлебом, и вареньем, и лавандой, и немного - пылью.
Какая она? - Добрая, и заполошная, и строгая, и справедливая.
Что она сказала бы?
- Да что ж это такое, дитятко, на сырой земле сидеть! А ну захвораешь? Дай-ка я хоть шаль подстелю! - маленькие сильные руки встряхивают Алью-Элью, завертывают ее в теплую ткань.
- Нянюшка!!! - Алья-Элья изо всех сил прижимается к ней, утыкается носом ей в плечо, счастливо вдыхает родной запах.
- Ох, дитятко... Да ты, небось, голодная? На, возьми пряничек. - Из необъятных складок юбки нянюшка вытягивает медовый пряник.
Алья-Элья съедает его и поудобней устраивается на нянюшкиных коленях.
- Я сейчас немного посплю, - торжественно говорит она. - А потом проснусь, и у нас будет солнце. Я ведь теперь королева.
Связаться с программистом сайта.