Князь А. Щербатов: "Большевистских настроений в Крыму, на Кавказе и на большей части юга России не было".
Генерал Голубинцев: "Население юга России в подавляющем большинстве, особенно крестьяне, было против советской власти".
Генерал Пермикин: "Население в огромном большинстве боялось и ненавидело большевистскую администрацию".
Генерал Акулинин: "Большевиков среди крестьян почти не было. Большевинствующим элементом в сёлах и хуторах являлись, главным образом, возвращавшиеся с фронта солдаты и матросы".
Н. Кривошеин (сын министра, доброволец): "Крестьянское население не желало возвращения красных, боялось репрессий".
Коммерсант С. Воронов: "В ожидании карательного отряда крестьяне прятали остатки своих припасов и не скрывали своего озлобления против правительства (советского)".
Начальник милиции (псковской обл.) Квятковский: "В деревнях, расположенных около Пскова, крестьяне настроены против Советов".
Полковник Капнин: "Настроение крестьян в Курском районе было явно противобольшевистское".
Епископ Севастопольский Вениамин: "Когда большевизм коснулся самых чувствительных мест народа, - его веры и житейских удобств, тогда население стало прозревать, и к приходу нашей армии уже повсюду или ненавидели, или во всяком случае тяготились большевиками".
Прокурор Краснов о настроениях крестьян Ставропольской губернии: "Разгульное, бесхозяйственное поведение сельских владык-комиссар не могло не вызвать возмущения у хозяйственных мужиков (а таким в губернии было около 90 %)... Бессильное перед вооружённой пришлой солдатчиной, коренное крестьянство жило слухами о приближении легендарной крестоносной армии [Белой]".
Чиновник по особым поручениям Еремин (о настроении крестьян Петроградской губернии): "Настроение населения повышенное, радостное, ввиду успеха Белой Армии на всех фронтах".
Полковник Елисеев (в качестве пленного побывал в Москве): "Все ненавидели советскую власть и желали ей падения. Даже рабочие, с которыми мы часто встречались и работали вместе, зло, презрительно ругали красную власть". Те же настроения он встречал у крестьян Сибири, куда был позже сослан.
Эсер Оберучев: "Каждый номер большевистских газет приносит известия о крестьянских восстаниях, поднятых с единственной целью свержения советской власти".
Член КОМУЧа Лебедев: "Из 400000 рабочих, составляющих рабочее население во время войны, осталось приблизительно 132000. На эти 132000 около 100000 не доверяли политике советов. Большая часть русского населения поняла, что большевизм губителен для неё, и начала активно выступать против большевиков".
Большевистский агитатор Черехович (о Петрограде): "Рабочая масса к большевизму относится несочувственно".
Чекист Белобородов: "ЧК - это основа большевистской власти и победа над белыми армиями обязана исключительно Чека, которая сумела сделать невозможными восстания внутри".
Большевик Шевцов: "Коммунисты (большевики) не на высоте положения. Базируются почти единственно на оружии и ЧК".
Генри Форд, оценивая революционные события, заметил: "Россия показала нам: не большинство, а меньшинство определяет и поддерживает разрушительную политику".
Статс-секретарь министерства внутр. дел Германии К. Гельферих: "Большевистское господство меньшинства стало возможным из-за инертности и раздробленности небольшевицкой России. Оно держится только благодаря беспощадному террору".
Барон Ботмер (член миссии Мирбаха): "Значительная часть людей Советское правительство не поддерживает. Лучшим оплотом большевиков являются безволие и трусость масс".
Сенатор США Уолкотт: "Этот режим поддерживается крохотным меньшинством, они навязывают свою волю нации силой и террором".
Американец, пастор Симмонс: "По меньшей мере 90 процентов крестьян - антибольшевики и по меньшей мере две трети рабочих - тоже антибольшевики".
Американец Уильям Уэлш (сотрудник National City Bank): "В деревне, среди крестьян, очень мало большевизма".
Американец Роберт Леонард (сотрудник YMCA): "Большевизм - это власть меньшинства".
В самый разгар Гражданской войны, к середине 19-го года Красная Армия имела 450 тысяч на фронте и около 200 тысяч в тылу для борьбы с восстаниями. В самый напряжённый момент (во время широкомасштабного похода белых на Москву) треть армии занималась исключительно подавлением сопротивления власти. И это были надёжные, боевые части.