Андреев Павел Вениаминович: другие произведения.

Album of Experiences

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Тексты - стишки ипесни последнего десятилетия ХХ века, написенные в детском, подростковом и юнешеском возрасте.

Андреев Павел Вениаминович

ALBUM OF EXPERIENCES
Стишки и песни (1990-2000 гг.)




Блок, блоха и водка
На Блока прыгнула блоха,
Блоха плоха, блоха плоха
И Блок плохую блоху убил,
Потом он водочки попил
И огурцом соленым закусил.
А в водке плавала блоха,
Которую наш блок убил.
И начал Блок тогда кричать:
Не буду блох я убивать,
Не буду водки выпивать,
Я буду огурцом стоять - 
Стихи я буду сочинять!
 1990.

Разлука
7090-20 часов я не видел реально тебя,
Но тебя видел я, видел я, видел я.
Ты не думай, я был все время с тобой - 
Мысли приходили ко мне только о тебе,
Всегда: в армии, на войне и даже во сне,
Вновь и вновь, видел я свою любовь
7090-20 часов видел я, видел я, видел я тебя!

И вновь, как тогда, закрываю глаза
И слышу как ты шепчешь мне: "Да!"
Ты счастьем была, а теперь ты - беда.
И вновь и вновь я хочу туда,
Где я не зная правды буду счастлив вновь
7090-20 часов.
1990.

 Три нанайца
Три нанайских мальчика вышли погулять,
Они направились гулять в квартиру Љ 5,
В комнате обширной кричали до утра
И распугали жителей соседнего села.
   А жители села 
   Сбежали со двора,
   Милицию позвали 
   И нас арестовали,
   А мы им прокричали:
Мы оленей не пасем,
Мы и лемингов не бьем,
Говорим прохожим: "Стоп!"
И пугаем их: "Гоп-гоп!"
   Тюремщики наши друзья,
   Никак их обидеть нельзя,
   Но мы не унываем - 
   Чинарики стреляем,
   Теперь сидим мы и поем...
1990.

Кунг-фу 
В куртках цвета хаки со стойкой
Идут китайцы со стройки.
Идут по Пекину компанией качки,
У всех от солнца яркого защитные очки.
Ввалились в шумный бар юноши гурьбою
И начали всех бить под песни певца Цоя,
Побили всех и вот уже пристали к старичку...
Ох, показать ему пришлось своё умение кунг-фу.
И вот строители лежат как кирпичи на складе,
А старикашка наш идёт под песни Цоя в садик...
И удивится их прораб, ведь странно что-то, 
Никто из двадцати ребят не вышел на работу.
1990.

Море

Я помню, когда я был на море
Я с маской под воду нырял,
Смотрел как плавают медузы 
И рыжих крабов на дне морском искал.
Я шёл по берегу и на людей смотрел,
Одни играли в домино, другие в шахматы и шашки,
А кто-то в карты, нарды, го ...
Из них не знал я никого.
А познакомиться боялся, 
Я всё ходил, всё загорал
Ах, вот ещё я искупался, 
Ну вот конец теперь уже настал.
1990

БОМЖ с подругой
(Посвящается Геккельбери Финну)

Я простой БОМЖ, я сирота,
Ну и что ж, зато ты моя любовь сыта,
Моя гибкая, моя мягкая, моя нежная,
Моя пушистая кошка.
Выпей молочка хоть немножко,
А я живу тем, что курю бычки,
Которые мне оставляют мои приятели - дурачки.
От людей я ухожу, с кошкой сплю, ем и живу,
Ну и что, что я бездомный, ну и что, что я голодный,
Зато ты моя любовь сыта,
Моя гордая, моя гибкая, моя мягкая,
Моя... а я просто БОМЖ.
1991.
Чай
Ритуал трех ложек к чаю
Сахара. Я соблюдаю
Каждый раз, когда
Сажусь за стол,
Каждый раз, когда
Мне очень плохо,
Каждый раз, когда
Головная боль.

Кристаллы сахара лежат на маленьком столе,
Коробка чая за кружкой не видна,
А в ней разбавленная чаем вода!
А в ней разбавленная чаем вода!
   Мы пьём чай как китайцы
   Сахар смахивая прочь,
   Я облизываю пальцы,
   Когда я должен кому-нибудь помочь
   За чай!
   Мы с друзьями скоро поедем в Китай
   Мы с друзьями скоро поедем в Китай
   Покупать чай. Чай!
Коробки чая на прилавках лежат,
Я поспешно выбиваю чек,
С этой коробкой китайского чая я не расстанусь во век!
С этой коробкой китайского чая я не расстанусь во век!
1991.

Виктор Цой
Витя. Виктор Цой. Он жив!
15,08,90 написано вкривь
на арбатской в Москве стене.
Я не верю, что ты погиб, я как в страшном сне.
Кореец, ты не любил высоких фраз, 
На этот раз не слышишь мой рассказ:
130 км в час машина идет,
Магнитофон шумит, "Кино" играет, Цой поёт.
На трассу Слока-Талси все дороги ведут,
Поэт Виктор Цой погиб именно тут,
"Москвич" и "Икарус" столкнулись в 17 часов 28 минут,
мы твои Витя песни поём и другие поют.
Начальник Камчатки, я хотел быть с тобой,
Я хотел видеть, слышать тебя,
Тебя не заменит кассета "Кино" и фотография твоя,
Ты выбрал черные одежды, черный цвет,
И вот уже тебя среди нас нет. Нет!
1991.


Сон
Я встрепенулся - меня разбудили,
Это начало нового дня.
Я проснулся - сны прошли,
Стерлись из памяти у меня.

Горят огни ещё не потухших окон,
Уже поздняя ночь и я ложусь спать,
Я завернусь в одеяло как в кокон,
Сегодня во сне ночью буду летать.
   Я полечу к тому синему морю,
   Которое не видел я никогда,
   Соленой водой лицо, руки умою
   И буду помнить вкус этот всегда.
А утром проснусь и сон свой забуду,
Опять уборка, работа, еда,
Но буду помнить, что я оттуда,
Где бьётся в скалы вода.
1991.

Портрет
Прелестный запах увядает
И музыка свое отыграет
Да и стихи все позабудут,
Но живопись всегда будет!

Ты поэт погоды,
Природы деревьев - листвы.
Ты певец женщины
И воспеватель мечты!
Рисуй, пока жива листва,
Пиши портреты навсегда.
Палитры нет - белила есть,
Мешай художник масло здесь.
На холсте напиши портрет. Мне!
Словно деревьев силуэт,
Где все залил солнечный свет.
Опиши мне контуры небес,
Когда найдешь, ты потеряешь все.
И не спеши, найди начало
Которого не знаешь ты еще.
1991.

Дальний Восток
Хочешь быть красивым - так качайся,
Хочешь быть всесильным - каратэ занимайся,
Хочешь долго жить - йогу изучай,
Но таблетки и лекарства никогда не принимай!

Уйду я скоро в отставку
И буду жить совсем один,
О, север мой, моя Камчатка,
Родной мой остров Сахалин.
С моржами буду я купаться
И всё живьё в округе знать,
Каратэ буду заниматься,
Японский буду изучать.
Здесь воздух чистый и вода,
А раньше каторга была.
 1991.

Грёзы
Кафель, душ - льет вода,
Темно, тепло - она одна.
Красива, прекрасна, обнажена,
Блистая телом столь чиста,
Лицо, грудь, стройная нога,
Мокрая, нежная, стоит нагая
В журчащем потоке дева-мечта.

Все поют про любовь, все поют про цветы,
Я не встретил тебя, я не вижу любви!
Я мечтаю про ночь, зазвенит вдруг звонок,
На пороге Ты держишь алый цветок.
Зайди в эту дверь, посмотри в окно,
Ты увидишь, что за ним так темно,
Ты должна понять, что сейчас уже ночь,
Это время для нас, для тех, кто не прочь.
В квартире темно, мы с тобою одни,
Тебе хорошо и мне тоже, пойми,
Я хочу, чтоб всегда мы были вдвоем,
Так давай еще раз нашу песню споем.
Я включу тихо музыку, занавешу окно,
Мы откроем все двери, нам в ванной легко.
Вода нам на плечи, я рядом с тобою,
И от счастья глаза мы вместе закроем...
   Я иду по алее, кругом в грязи дома,
   Я вижу идет впереди меня Она.
   Ой, боюсь подойти, я ее обойду.
   Обогнал, обернулся - нет, не узнаю.
   Немой этой любви немы мои речи.
   Не во сне, наяву, когда тебя встречу?
   Все поют про любовь, все поют про цветы,
   Я не встретил тебя, я не вижу любви!
1991.

Ночь
                Мозг - бог, сердце - господин,
                Остальные слуги.
                Кто я - супермикромир
                Не умирающий со скуки!

Я не родился поэтом,
Я рожден держать в руках своих кастеты!
Я люблю это. 
И вы не давайте мне глупых советов.
Скоро кончиться дня канитель
И я пойду опять
Лягу на свою скрипучую постель 
И буду мечтать...

Я человек тьмы, я человек ночи,
Я смотрю в неба звездные очи.
Мое сердце и небо в узел единый сплелись.
Я центр всех миров, я смотрю в ввысь.
   Огни города и неба сошлись в единый поток,
   Месяц в глубине пространства как лотоса лепесток.
   Я человек простора, я человек темноты.
   Я понимаю, что я, это ночь - ты.
И я не понимаю, как можно спокойно спать,
Когда загадочно вокруг и хочется мечтать.
Я человек космоса, я человек тишины,
Я буду бороться со сном, реальность - вот мои сны!
1991.


Контроль
Иди - дома в кресло садись,
Выпей слегка - иди!
Не кричи - скомандуй: "Успокоились!",
И всегда - не кричи!
Стой - к сердцу прикоснись,
Оно бьется, тогда - стой!
Дерись - упал, подымись,
Бей врага - дерись!
Не горячись - ты выиграл, садись,
На врага не горячись - иди!
1991.

Японочка
Ты и я - как инь и ян,
Мы противоположны,
Но любовь приходит к нам
Дао - путем несложным.

Я и ты - как ян и инь,
Хоть мы неразделимы,
Смерть приходит к нам обоим,
Но дао - непобедимо.

Сквозь зонта прозрачную пленку,
В голубом кимоно видно японку, 
Медленно в гетах уклюжо ступая,
Идет вдоль океана, песню напевая.
Скачут на конях к ней два самурая,
Приближаются все быстрей и быстрей,
И вот уж в спешке слезают с коней,
И спокойной походкой подходят к ней.

Они перед ней застенчиво стоят,
"Рита сан!" хором говорят.
Она перестала песню напевать,
Им кивнула головой и они пошли гулять.
Самураи по берегу коней ведут,
И молча с девушкой в замок идут.
По крутой лестнице в храм подымаются,
Молятся там, от грехов очищаются.

Вдруг! Разбойники нападают,
Воины мечи свои обнажают.
Крики кругом, звон, скрежет металла,
Вот одного самурая не стало,
Серпом ему висок пробили
И воина меча убили.
Всех самурай, один, врагов убил,
Не умер кто, того добил.

А оглянулся, лежит она, в живых ее уж нет,
И крикнул он на восходящий солнца свет:
"Зачем вы ее убили?"
И сделал себе харакири...
Все так же в Японии храмы стоят,
Все так же аисты в небе летят,
Все так же летит на берег волна,
Но нет самураев, погибла она.
1991.

Цветок
Черные розы - эмблема печали
Цвета очень старой, спекшейся крови,
Черные розы помнят наши раны,
Помнят наши беды черные цветы.

У меня был друг. У него был цветок, и вдруг цветок вянет.
Также как и человек. Болеет, стареет и умирает.
И я постарею и умру как этот цветок.
Еще никто от этого избавиться не смог.
Вкладываются в почву семена. Потом - росток.
Ты выросла любовь моя и стала как цветок.
И лепестки твои блестят и пестик твой хорош.
Сейчас цветешь ты, а потом, завянешь и умрешь.
Приятель мой давно зачах и он уже старик.
И он все ждет, когда придет той смерти страшный миг.
И тот приятель бесполезно не может жить.
Он хочет душу, моя роза, с тобой соединить.
Ты так красива, но шипы убьют друга совсем.
Ты со своею красотой не хочешь властвовать ни чем.
И вот обрезавшись о шип падает мой друг.
И раздаются тут плачь, стон, крик и барабанный стук.
От черной розы колючих шипов, как друг мой, я покорен.
Прошу и я твоей любви. До смерти я влюблен!
1991.

Мои друзья
Я иду - они идут.
Я пою - они поют.
Мы как братья, они и я -
Мы друзья:
   Моя тень, я и эхо!
Вместе дружим мы давно -
Где-то есть горы и я слышу эхо.
Вместе дружим мы давно -
Где-то есть свет и я вижу тень.
И это мои друзья:
   Моя тень, я и эхо! 
1991.

Марш радиации
                Мы шли по улице весенней,
                Плевались в грязь, смотрели в даль.
                И не было в душе сомнений,
                Что закалены мы как сталь!

     Интернационалист - шляется,
     В кучу навоза плюет.
     Дрожь пробивает костлявые пальцы,
     Держащие из рельсов гроб.
     Тащит пробитый ветром,
     Дохнет последний клоп.
     Здесь знак радиации 
     И надпись кровавая "С.Т.О.П.".
Стройбатовец падает,
Роняет непомерный свой груз.
Он не чувствует зелено-соленый 
Мочи гниющий вкус.
И мочи нет подняться, 
Позвать, кричать, орать.
Он вынужден сдаваться,
Он должен умирать...
Вот плюс еще одна жертва
К тысяче гадких трупов.
И невозможно выйти 
(не выход - пуля в лоб) 
Из мира инфекции звуков,
Кличка которому "Стоп".
Радиация - земли рана.
Работай! Бей! Хватай! Беги!
Марионетками мы стали слишком рано.
От ран на колючей проволоке умри!
Те рабы умрут от тяжести гробов.
Их гробы понесут другие.
Плохие вы в плохом мире,
Вы обитаете, а не живете.
Враг - врагу в рожи плюете.
Твой гроб с пустотой закопают
Под столбом с буквами С. Т. О. П.
1991.

Уличная любовь
Слова "дом" и "улица" 
Не рифмуются,
Слова эти очень разные,
Зато они тесно связаны.

Ты живешь в доме 45,
Я живу в доме 46,
Но это нам не помешает опять
Встретиться здесь:
На улице, которая неофициально
Носит название Виктора Цоя,
На улице, которая каждый вечер
Видит нас с тобою!
   По улице короткой мы с тобой идем,
   Наших ног не видно в джинсе голубом.
   На плечах у нас куртки цвета хаки,
   По улице короткой мы с тобой идем,
   Злые как собаки.
   Мы такие бесстрашные,
   Мы такие разные:
   Я - мальчик, который отныне
   Скоро станет мужчиной.
   Ты - девочка, которая со мной
   Скоро станет женщиной.
Но если вы хотите нашей встречи,
Знайте, здесь нещадно бьют чужих.
Здесь каждый вечер - сеча!
В живых оставляют только своих.
И в этом музыкально-кровавом мире
Мы с тобой красиво, весело живем,
Зимой ты носишь макси, летом - мини,
И вот по этой улице мы с тобой идем.
   И вот в подвале ты и я,
   Теперь не просто мы друзья.
   Ведь мы друг - друга любим.
   Пусть наши предки нас осудят,
   Мы этот вечер не забудем:
   Как улица, в короткой жизни
   Вместе будем.
   Я - мальчик, который отныне
   Стал настоящим мужчиной.
   Ты - девочка, которая со мной
   Стала женщиной.
1991.

Всё хорошо
Деревья небеса пронзают
В ожидании розовых туч,
И листья в панике удирают,
Их пятки на солнце сверкают чуть-чуть.
   Ты видишь белый снег,
   А под ним грязь.
   С виду вроде человек,
   На самом деле мразь.
Но ты лишь слышишь:
Всё хорошо! Всё хорошо! Всё хорошо!
И ты это на стенах напишешь.
Хоть время твое ушло.

Летят черные драконы
Поэзии желтых домов,
Пусть каркают вороны
Над трупами бессмысленных слов.
   Ты как ночной туман,
   Впотьмах тебя не узнать,
   В душе твоей обман,
   Как дракону тебе не летать.
Но ты лишь знаешь:
Всё хорошо! Всё хорошо! Всё хорошо!
И ты только так этот мир понимаешь.
Что ждать от тебя еще?

И стены пусть прорежут
Бессмысленные фразы,
Они не исчезнут,
По крайней мере сразу.
   В голове твоей хмель:
   "Семь футов вам под килем!"
   Но ты напорешься на мель,
   Не поделом же ты им.
Но ты лишь напеваешь:
Всё хорошо! Всё хорошо! Всё хорошо!
И так по жизни умираешь.
За что? Но это уже все равно.
1991.

Ноябрь
Пришла пора осенних листьев,
Пришла осенняя пора.
То время листьев золотистых,
Где погибает суета.
   Тут все пробито желтым цветом
   В дождей печальных мокроте.
   Но память есть о теплом лете
   В этом унылом ноябре.
1991.


Самоубийца
Полюбить - не ново,
Но и жить не новей.
Умереть не трудно, 
Сделать жизнь - трудней. 

Она тяжело больна,
Она не замечает никого,
Устремляет свой взгляд 
                  к звезде,
Которая ей не помогла.

В эту белую ночь,
Умышленно в феврале,
Она ко всему холодна, 
                  стоит открыто 
Перед открытым окном.

Жизнь для нее уже прошла,
Она хочет умереть,
Ей любовь на душу выпала
                  свинцом.
Ее ждет смерть.
1991.


Слабый герой
           Героев - нет.
           Но я чувствую в себе героя.
           Героев - нет.
           Но со мной умрет герой...

Холодно - это к болезни,
Голодно - это к труду.
Я не могу петь свои песни,
Нет, не могу. Нет, не могу.
А он мне командует: "Пой!"
   Он - это я, душа моя
   На том берегу, понять не могу
   Понять не могу кому это надо,
   Нет, не пойму. Нет, не пойду
   В этот последний бой!
Стон кругом - это война,
Кровь кругом - кому ты нужна?
Я не хочу видеть все это,
Нет, не хочу. Нет, не хочу.
Пусть слышат мой вой!
1991.

Слова
Музыка надежды
Просится во все дома,
Я, как прежде,
Повторяю свои слова:
Надежду потеряли,
Вера ушла, любовь давно прошла.
Мы пропали,
Виновата в этом эта война!
   Война идей,
   Война таких как мы,
   Война страстей
   Захлестнувшая мечты.
   Любви капканы
   Подстерегают нас,
   Вера прошла, а надежды
   Огонь давно угас.
Желтых небес
Зеркальные дожди,
Неоконченных пьес
Конца ты подожди.
Мы солдаты
Этих магических слов:
Вера, надежда
И волшебная любовь!
1991.

Забор
          Гей вич, бей бич,
          Пара - пара ша!
          Бу-бу будем ем,
          Папа паба-бам.
          По попе Наде - 
          Нате ту-ту мани...
          Ля при - прима ма,
          Фига-га себе е-е.
          Туту каку ю-ю ту
          Ха-ха харе харю хрю
          Нету нето сто,
          Стой ой-ой э - ю - я.

В древесине ржавого забора я вижу злого бога.
В ветвях деревьев колючей проволоки дорогу.
Но посторонним вход здесь воспрещен.
Я кину кости сквозь ограду,
Но не найду я в том отрады.
Ведь правит век, конечно, он - 
Тот бог, что посреди ветвей стены.
Надеюсь, смысл понял ты? 
1991.

Тишина Љ9
Пустой звук, пустые слова,
Пустые песни и музыка пуста.

Девятая тишина
Сводит меня с ума,
Ничего понять не могу - 
Засну я, засну...
   Болит моя голова,
   А она у меня одна,
   Ничего поделать не могу - 
   Выключаю тишину...
Вот закрыл глаз один,
Вот закрыл глаз другой - 
Ничего не могу
Я поделать с собой...
   Слышу я, а храп свой,
   Наслаждаясь, а тишиной.
   Я давно уже сплю
   И пою я, пою...
1991.

Лучи
В 6 часов утра, после войны,
Встают солдаты бесплодной земли.
Они идут прямо, они смотрят вперед,
Их мысли блуждают
Там, где пугают
Их речи народ - народ.
   Воины солнца подымаются в бой,
   Воины дня на высоте.
   Наша свобода - свет!
   Всегда и везде.
Алмазного фронта упорный гнев,
Направленный на то, чтобы убить блеф,
Слащавость презирая, фанаты идей,
Они жгут в крови
Заводы любви
Пошлых людей - людей.
   Мы среди них!
На колесницах парни из темноты
Убьют время покорной тишины,
В танце жизни, властителе всего,
Они сегодня вновь умрут,
Завтра воскреснут и спасут
Человечество!
1991.

Грусть
Нет  в ночи моей звезды - 
Я ее не нашел.
Теплый луч твоей любви
Ко мне еще не пришел.
Как будто по старому
Все та же грусть.
Жизнь стала отравою -  
Ну и пусть.

Со мной подруга грусть,
Уперлась головой в грудь,
А в окне за стеклом,
Спорит солнце с дождем.
Слезы плоскость прожгут
И с дождем упадут
В жидкость лужиц - зеркал,
Вот и солнца день пропал.
   Побыстрей бы заснуть,
   Чтобы в сны окунуть
   Свою память - печаль
   В сказочную ту даль
   Где границ нет ни в чем,
   Где с тобой мы поем
   О той вечной любви,
   Что вместе потеряли мы.
Меланхолия слов,
Запах желтых цветов,
Губы ищут приют 
И никак не найдут.
В одиночестве я,
Никто не видит меня - 
Моих слез, моих слов
Ты не слышишь, любовь.
   Баю-баюшки-бай,
   Ну скорей засыпай,
   Не поможет и счет,
   Если дождь не пройдет.
   Лишь во сне я с тобой,
   Лишь с тобою покой,
   Тогда тоже был дождь - 
   Время то не вернешь.
1991.

Сталкер
Я - Ничей,  
Никто по имени Ничто,
Люди, позабудьте про меня,
Я не имею свечей,
Я не имею огня.

Выхода нет! Ногу свело, темно.
А я все иду туда, где свет. Иду давно.
Ходьба след в след с ориентиром на свет,
Где понимаешь, что выхода нет!
Меня окружает пустота.
Я падаю ниц - пришла она.
Свет - отражение, но чего?
Ответ на вопрос ищу я давно, но...
Выхода нет! Пробита туманом моя спина,
Той пустотой, что не видна.
Я с ней в лабиринте, но я один,
Слышу жужжание страшных машин:
Выхода нет! Меня толкают в грязь лицом.
И я в страхе слышу: "Будь молодцом!"
Я хочу, чтобы знал весь этот свет - 
Из ничего выхода нет! Выхода нет. 
1991. 

Путь дзен
В глазах моих покоя свет,
Страха препятствий мыслям нет.
Рычит зверье под шум дождя,
В пещере укрывшись думаю я:
"Как избавиться от желаний,
Чтобы избежать страданий,
Чтоб обрести вечный покой
Наслаждаясь тишиной?"
В небе гремят барабаны грома,
Я верен своей идее до гроба.
Мои дороги стали от дождей рекой,
По ним птицы следуют со мной.
1991.

Сны
Скорей бы заснуть до следующего дня,
Закрываю глаза, чтоб увидеть тебя,
Сейчас во сне, а завтра наяву,
Когда. К тебе. Приду.

Спи, уже темно, давно.
Мы смотрим в окно как кино.
Так ли похожи звезды домов
Вдали северных ветров,
На нас, на наши глаза,
На сердца полные льда,
На наши с тобой сердца,
Но их разделяет стена.
   Слышишь дыханье луны - это сны.
   Спишь, во сне мы - не мы.
   Там, где дыры звезд,
   К ним путь так прост:
   Нам закрыть надо глаза,
   Навсегда забыть "никогда",
   Пусть тянет друг к другу нас,
   И на этот раз
Мы на границах судьбы,
Где-то на самом краю стены,
Там - не подвластен нам страх.
Но лишь в наших снах.
1991.  

Овладевание
Когда музыка слышна
Все беды позабуду я,
Виновата в том она - 
Музыка, музыка моя.

Хотят скрыться!
Лица, смотрят лица, лица.
Ему в след.
Мне сниться
Длиться эта ночь, длиться,
Скоро рассвет.
   Движение, движение спаси меня
   Схвати меня в объятия любви,
   Пока не кончилась музыка
   Музыка на краю весны.
А он боится
Биться с любовью, биться
Бьет в окна свет.
Стремясь смыться
Мчится на ней он, мчится
Слышно лишь: "Нет!"
   Любимая, любимая люби меня,
   Возьми меня в объятия свои,
   Пока не кончилась музыка...
1992.

Небесный воин 
Дождь перестал плакать,
Дождь остался весь здесь:
В зеркале луж отражения
Добродетели желтых небес.

В желтом небе, на золотых облаках
Воин обитает из осколков зеркал.
Он мой призрак в кровавых штанах,
Он как змей летает,
            у него змеиный оскал.
Он прозрачен, отражение нас,
Воин - я, его оружие - он сам.
Он страх мой, у него шесть глаз.
Я боюсь оружия, 
            от него под грудью шрам.
Он в правом сердце, меж четвертым и пятым,
Воин облаков по строению прост - 
Он воюет, один из тех солдат
Моих бескостных органов 
            пришедших со звезд. 
1992.

Революция
Сегодня нашу смерть зовут Восток,
Завтра ее будут звать Запад,
Уйти - не обернуться невозможно,
Остается только плакать.

Мое сказали: "Ты не прав!" 
   грустные люди в ярких костюмах,
Я не знаю кто же виноват, 
   богатые начальники иль слабые слуги,
Они плюют нам всем в лицо,
   для них важны только деньги,
День набил меня свинцом,
   а в народе все ищут Стеньку 
Разина!

Долог путь и есть конец, 
   куда торопимся не знаем,
Пусть все идет своим чередом: 
   птица за птицей, стая за стаей.
Мой телефон - много звонков,
   просят войны, а кто - не знаю.
Сдали Россию дети козлов.
   Такого народа я не понимаю,
Родина!

"Жизнь - дерьмо", здесь все это знают,
   революция давно заменила жизнь.
Ксенофобия в лицах и буйство от страха.
   И настало время точить ножи.
Все что-то ищут, но не все находят,
   счастье найти так не легко,
Здесь небо в тучах, здесь рыщут звери,
   их ярые крики я слышу давно:
"Дайте нам!"

1992.


Таяние
Кристаллы снега
На воде
Ручей смывает
По весне,
Кристаллы снега.
   Весны вода
   Из снега,
   Которая смывает
        Смело
   Весны вода.
Смывает все,
Все трогая
И в воду превращая,
Которая
Смывает все.
1992.

Музыка НТ
Неважно, что на "ля" не попадаешь,
Главное - играешь.
Неважно, что не так поешь,
Главное - не врешь.

Двигая стрелки струн
Время тяну, ну и пусть.
Мелодия моя наводит на меня
Просто жуть - грусть:
Что за красота,
Что за вездесущность,
Что ты мне дала,
Слышал ли я сущность,
Сущность бытия,
Сущность настроения,
Существует чистота
И свое мировоззрение.
1992.


Смерть за клетчатым столом
Просто так,
Пьяный ангел
За столом
На кухне
Заснул.
С пауком
На книге
У кружки пива,
Просто так.

Знаю я - скоро смерть,
Такова моя судьба.
То наверно бога месть
За мои грешные дела.
   Соотношение добра и зла,
   Смерти, жизни и любви
   Живущей вечно и всегда.
   Пожалуйста, меня пойми,
   Все обыденно, легко,
   Даже смерть и даже месть.
   Ночью иногда светло,
   И по дням затменья есть.
Но знаю я, не будет ЧП,
Потому что бред пошел,
Зачем стоит, скажите мне,
Здесь этот клетчатый стол?
   И я хотел бы уйти.
   Время - ночь.
   Записки на краю стола.
 1992.
Прожитый день
Домашней жизни
Изнанка зеркала дня
Пятьдесят второго понедельника,
Разрушитель стен - 
Пример для подражания - 
Жизнь бездельника.
   Разрушитель стен,
   Убийца дня
   В тисках необходимости,
   В дезертире любви
   Ищите меня
   В соке граната сырости.
Дезертир любви
В лучах славы сна
Смотри весной оба,
Пыль на ботинках 
Из синего льда
Превратилась в дым снова.
   Пыль на ботинках - 
   Осталось за спиной
   Все мое величество,
   Родом ниоткуда,
   С мозгом и душой
   Небесного электричества.
Родом ниоткуда,
ЧП в час пик - 
Разбилась жизнь моя,
Что-то случилось,
Я понял в этот миг - 
Все это из-за меня.
   Что-то случилось - 
   Бьющий колокол сгинул.
   Сон - зал ожидания.
   Источник заразы - 
   Боевой стимул
   И смерть сознания.
1992.

Автостоп
Дерево, посаженное мной - сломали,
Та, которую любил - ушла.
Я свой дом родной оставил
И мне кажется уже навсегда.
   Автостопом жить мечтая,
   Иду по ночному шоссе,
   И с ужасом вдруг вспоминаю,
   Счастья не вернуть уже.
Денег нет, но есть сигареты,
На природе буду опять
Спать урывшись в старые газеты
И чего-то от этой жизни ждать.
   Я знаю, жизнь проходит бесследно,
   Одиночество не пройдет,
   Но хочется немного света
   И тепла в душевный лед.
1992.

Ушедший
Город издает железные вопли,
Город этот из страшного сна,
Этот город - город Реальность,
Этот город страна моя - Ад.

А шагаю я, да по чужой, да стороне.
А кислотный дождь, да на моей, да голове.
Я иду по улицам города - зла
И не видно ни зги, лишь темнота.
   Я иду, а мой путь лежит на восток,
   Там, где солнце встает и дает нам всем урок,
   Что счастье не в деньгах и не в свинце,
   А найти его можно, да лишь той, да красоте.
А учим мы уроки на "два" - 
И в этом лишь правда, а в ней вся красота.
Я пойду к ручью в дремучем лесу,
Там построю шалаш и как надо заживу.
   А прогресс идет, а счастья все нет,
   Так зачем же мы живем, дайте, эй, да мне ответ.
   Вы ничего не должны и учить вас не мне,
   Каждый ищет свой путь, ох, к своей, да красоте.
А вообще-то здесь выхода нет,
Ведь счастье всегда искал весь, да белый свет,
Его никто не нашел - люди лишь делают вид,
Такие, как я, да потерявшие свой стыд. 
   А шагаю я, да по чужой, да стороне.
   А кислотный дождь, да на моей, да голове.
   Я иду по миру фатума - зла
   И не видно ни зги...
1992.


Это именно я
Кто меня осудит 
Из предков и отцов,
Прощения им не будет 
От моих сынов.

Это именно я
Пропавший среди живых 
   как вольный ветер,
Это именно я
Познавая белый свет 
   в пропавший вечер
Ушел в ничто,
В ту пустоту,
Которая ломает все.
Там, где я живу!
Я - истерзанный нерв,
   бьющий пульс,
Духовного голода 
   душа моя плюс
К тем тысячам жертвам 
   в страницу книги города.

Это именно я
Пропавший среди живых 
   как вольный ветер,
Это именно я
Познавая белый свет 
   в пропавший вечер
Ушел в ничто,
В ту пустоту,
Которая ломает все.
В этом миру!
Моя песня - сейф, 
   открытый для всех,
Но он пуст, 
   я не ищу успех
Своей пустой песни,
   рожденной в джунглях капуст.

Это именно я
Пропал среди других 
   как вольный ветер,
Это именно я
Познал белый свет, 
   познал и встретил.
Это именно я!
1992.

Давай помолчим
Вечер. Пусто, с тишиной
Ветер нам несет роман,
О той прелести любви,
Бывшей между нами.

Хорошо, 
Что мы сейчас с тобой одни,
Ну и что,
Что я вернулся с той войны
Не тем, кем был 
Много-много дней назад,
Я не забыл, 
Хотя забыть и был бы рад.
На этой войне 
Я опять смертник-дезертир,
А на окне 
Миллионы тысяч картин
Нашей жизни с тобой -
Памяти-любви,
Тебе одной 
Посвящаю я стихи.
А завтра война. 
И я быть может не вернусь,
Но это судьба. 
В твоих глазах читаю грусть.
Мы как в звезде, 
Горит лишь наше окно в ночи,
Ты скажешь мне: 
"Не говори, давай помолчим".
Давай помолчим...
1992.

Свет радиации
Мы идем по трамвайным путям,
А кругом белый снег.
Мы поем о том - о сём.
Свет. Свет. Свет.

Мне не хватает красивых слов
   петь свои песни.
Мыслей много, но вряд ли кому
   они интересны.
Наше солнце - это любовь,
   любовь-радиация,
В жилах не голубая кровь,
   цвета войны - красная.
Я буду смотреть на свою ладонь
   упорно, долго:
Я вижу судьбу, я вижу огонь,
   я вижу огня столько,
Сколько не видел никто, никогда -
   мне становится жарко.
Мир, построенный на любви,
   Рушится - мне его жалко.
В горы уйдите, в голубые леса,
   уйдите куда подальше,
Пусть вашей подругой будет звезда,
   а дождь вашим братом старшим.
Уйдите, люди, из тесных квартир - 
   свободные монахи.
Свет - бог и кумир,
   радиация - сваха.
Нет, я не тот, я лгу, я не верю,
   не надо мне знать спасения мира,
Если я сам спастись не сумею,
   что ж говорить...  
Мне не хватает красивых слов
   петь свои песни.
Мыслей много, но вряд ли кому
   они интересны.
1992.

Нега
Представляешь, сижу на балконе -
Гляжу в темноту.
Я ночные раздумья 
Предпочитаю сну,
Предпочитаю сну 
Ночные раздумья:
   Уйти бы в горы, леса,
   Забыть про любовь,
   Про пролитую кровь
   Не вспоминать никогда.
Но не выкинешь ошибок из жизни,
А может быть это одна,
Одна из тысяч ошибок, 
На балконе я,
На балконе я.

Представляешь, кругом темнота,
Только дождь моросит,
Банка с пивом испита до дна, 
Но жду чего-то я,
Но жду чего-то я,
Банка с пивом разбита.
   Солнце село давно,
   И не скоро взойдет,
   Скоро лето пройдет,
   И я засну до весны.
А может быть, не проснусь
Я никогда.
И поэтому сейчас
Мне не до сна,
Мне не до сна.

Представляешь, пустые кварталы,
Пустые глаза.
Словно с высоты неба
Слетает с деревьев листва,
Слетает с деревьев листва,
Как мною судьба вертела.
   И кружится передо мной
   С высот в никуда,
   От жизни оторвана,
   Отшептала своё.
И нет больше тепла,
Стук сердца и дождя,
Ветер несет слова:
Нега - нега.
Нега, нега, нега.
1992.

Имя - Любовь
Я вижу ты такая грустная,
Я вижу одинока ты,
На этой свадьбе музыка не русская,
На этой свадьбе ты не по любви.

Дни, дни, дни проходят незаметно,
Мы уйдем с тобой к весне,
Сколько еще нам ждать того рассвета,
Что возвысит нас к той звезде,
Имя которой - Любовь, которая светит
Всем, всегда, и ночью, и днем,
К той звезде, которая нас встретит.
И мы тогда так многое поймем.
Мы будем одни, мы будем с весною,
Путь держать до самого тепла,
К той звезде, которая согреет
Всё, всех, вся, тебя и меня.
Не думай, что слова мои напрасны,
Я верю, я жду, надеюсь - люблю,
И тебе хочу сказать, тебе, самой прекрасной,
Что лишь об одном я бога молю:
Хочу, чтобы дал мне тебя с весною-звездою,
Хочу, чтобы были мы только одни,
Хочу наслаждаться твоей красотою,
Хочу, чтобы ты не забыла об этой любви.
1992.

Смерть
Листая ресницами мир,
Читайте губы мои.
И вспомните...

И вспомните. 
Того, кто перестал ненавидеть и пробовал любить,
Не помышляя выжить шел с надеждой победить.
Он смеялся последним, он смерти смотрел в лицо,
И вспомните, и вспомните услышав песни его.
Он шут без короля, он сам себе король - 
Слезами смыл маску страха и смехом сжег свою боль.
Не заменил он веру неверием, не сбился с праведной стези,
Был чист и правде верен даже в бою и грязи.

Однажды явился кто-то к нему и сказал: "Пора!",
А он улыбнулся спокойно и, вышедши со двора,
Срезал сосновых досок и гроб из них сколотил,
Лег в него со свечою  и тут же дух испустил.
А прохожий, шедший мимо вслух подумал: "а умер чудак",
И дальше свой путь продолжил. И все делали так.
И так продолжалось долго, покуда он не исчез.
И каждой ранней весною, та, что ходила в лес,
Цветы ему приносила, туда, где был наш герой,
Лишь она его не забыла, лишь она осталась собой.
Когда к ней явился кто-то указать путь прекрасных снов
То исчезла она, оставив поляну прекрасных цветов. 

Не главное жить долго, я хочу прожить достойно.
Всего десять лет живет сокол и триста живет ворона.
Что выбрать, жизнь в борьбе, где ты сгораешь дотла
Или сидеть себе тихо, забившись где-нибудь у тепла?
Мне скажут: "Ты романтик, ведь практика то в другом".
И задам им вопрос я короткий: "Мы зачем в этом мире живем?"
Они ответить не смогут, представляю, каков будет их смех,
Ведь они по жизни вороны, моя песня - раненный стерх.

И ко мне придет этот кто-то, и мне казни не миновать,
Лишь бы встретить ее спокойно и принять смерть за сласть.
Есть одно у меня желание, и одна у меня мечта:
После ранней моей кончины не забыла бы ты меня,
Та одинокая девочка и твои полевые цветы,
Что грея холодный мрамор и в камне бы проросли.
Того, кто изрезал пальцы о струны, того, кто медиатор сжег.
Кто скоморошничал ночами, а днем уходил в путь-далёк.
Того, кто себя не жалел, 
Того, кто был всем и никем.
Того, кто правду знал,
Того, кто пропал...
Но не имевший прав,
Лишь он был всегда прав.
Вы вспомните.

Минута молчания, к чему вся эта грусть,
Если я умру, все смеются пусть.
1992.


Прощай
Я ухожу, я уезжаю, я не вернусь, не жди меня.
Слова напрасные кидаю в воздух, что за суета.
Чуть подожди, дай насладиться, дай запомнить
                   твои прекрасные глаза.
Я не вернусь, да - не вернусь, и фотография сожжена.
Приобрести не потеряв, как это глупо, как нечестно.
Слова тут больше не нужны, так пусть умолкнет моя песня.
1992.

Подросток
Ничто меня не может успокоить,
Ничто-ничто.
Ах, разве только совесть,
Чувству - бой!

Сегодня жив, а завтра жил.
Вчера был любим - сегодня один.
Сегодня жалеешь о жизни напрасной,
О потерянных днях, не вернуть их обратно.
Прожитые годы бездельем испорчены,
Любовью окрашены, бессонными ночами,
Игрою гитары, жестокими драками,
Подвальной жизни пивом и картами.
Куда же ниже пропащего детства,
Что может быть хуже жизни без сердца.
Кому я верю - ни себе, ни другим.
Я тот окурок, что истратился в дым.
1992.

Под мостом
Смысл знаков, значение знаний
Я растратил по дороге - жизни моей,
Я ушел далеко и забыл путь назад,
Мне уже не вернуть этих прожитых дней.
И как знать, может быть, я еще услышу
Как стучит твое сердце, но меня там не ждут
Те, с кем я был и которых покинул,
Те, что знают - они скоро умрут.

Мы были здесь, мы оба знали,
Что может случиться ночною порой - 
Изменение жизни измерением тайн,
Мы друг - другу открыли их с тобой.
И что делать мне - не вернешь былого,
Что за наказание, кто придумал любовь?
И не зная за что, я тебя ненавижу,
Но в памяти всплывает то вновь и вновь.

Я буду там, я вспомню то время,
Когда ты спросила: "Зачем мы тут одни?" - 
Теперь я сознаю, теперь я понимаю - 
Не найти мне больше этой первой любви.
И надежды нет, любовь как наркотик - 
Не заменишь ничем, а иначе нельзя - 
Жить нет смысла, умереть будет глупо,
Остается одно - ждать только тебя.

Под мостом пересохшей реки,
Где лишь битое стекло, окурки и плевки.
Под мостом, где я вспоминаю о любви,
Под мостом. Пересохшей реки.
1992.

Как во снах
Попадали листья, пожелтела трава,
Это осень настала.
Уступила холодному ветру пора,
Мы укрылись с тобой в теплые одеяла.

Свободны будем от всех обязательств,
Если мы здесь не у дел - 
Не дадим обязательств
И уйдем от всех дел.

Пусть холод хранят льды,
Мы будем у огня
Горящей ржавой стены
Что нас разделяла всегда.

Все спешат по делам,
А мы останемся одни
Любви доверять как снам...
И пусть так проходят дни.
1992.

Вирус
Радиоактивная война, кому ты нужна,
Зачем ты здесь,
Зачем калечишь молодые сердца,
В пепел превращая и совесть и честь?
   Зло - радиация души,
   Егерь всех ключей,
   Зараза внутри каждого из нас
   На службе страстей!
Она надеялась на солнце всегда.
Сегодня и вчера холодный дождь,
Сжегший все ее книги дотла,
Оставивший в душе лишь ложь.
   А вера в вранье и ее не спасла,
   А я не судья тому, кем правит кровь,
   Тому, у кого душа не чиста,
   Кто забыл про бога, веру, правду, любовь.
1992.

Трусость
Я сам себя с костей собрал,
Я с того света не раз выходил,
До пены во рту себя я таскал
И не раз вы меня хоронили.

Трусость - враг и в бою и в быту,
Это грех и я об этом пою.
Истинный мужчина не отводит глаза,
Ты должен быть сильным везде и всегда.
Не надо бояться чего-то потерять,
Не надо трусить и чего-то выжидать.
Для этого обдумывать надо каждый шаг
И помнить, что трусость - твой первый враг!
1992.

Тени
Все люди братья и я твой друг,
Поговори со мной - я одинок.
И если случится тяжелый дождь,
Не пройди мимо, не сбей меня с ног.
   Одна из тех, кто ходит во тьме,
   Я такой же как ты: ты во мне - я в тебе.
   Мы оба с тобой в этом миру,
   Ты завтра умрешь - и я умру.
На крыльях ветра тяжелый дождь,
Он к краю скорби унесет и нас.
Мы будем друзьями, ведь дружба не ложь.
Мы вместе в этот единственный раз.
   Мы как братья высшей любви,
   Ты ли я, я ли ты.
   Услышь меня и я тебе скажу:
   Пока ты живешь - и я живу.
Очистят душу сострадание, страх,
Отчаяние к себе зовет.
Наша любовь осталась лишь в снах
И каждый пусть своей дорогой пойдет.
   Уйти далеко, там, где не ждут,
   Там, где не то, там, где не тут.
   Мы встретимся снова, встретимся вновь,
   В мире фантазий, в мире снов - 
   В мире, где живет любовь!
1992.

Встреча
Над желтой листвою плывут облака.
Я шел по дороге, не зная куда,
Я встретил нищих, калек и убогих.
И мне стало грустно: как же их много.
Я провожал их взглядом, мне было их жаль.
И небо темнело как черная шаль.
 1992.


Суд
Никто не умирает счастливым,
Никто не хочет быть казненным.
Осуждены все и всегда:
Судьей, врагом, просто знакомым.
А даем ли мы право богу?
Слава богу, что я не судья.
   Я не Иисус, вы не Пилаты,
   Я верю в то, что не палачи.
   Все в этой жизни мы солдаты
   Ненависти и любви!
Нет злобы на зло суда,
Нет сил отвечать на ложь.
И это даже не страх,
Я знаю, меня ты поймешь.
Я не хочу слышать жалкую лесть,
Я желаю лишь правду знать,
Не хочется быть в грязи,
Не стоит и осуждать.
1992.


Пророк
Кто тот, что преподнес нам крест,
Где плотник, что пришел спасти нас
От страха молнии в ненастье,
Жестокости, что ощущаем часто,
Быть может, искоренит он мразь.

Вися над городом на дыбе
Я в рупор горла крикну кровью:
Поднялся я из тьмы молчавшей,
Апокалипсиса не знавшей,
Свободу не отнявшей болью.
   Смеясь узрею птицу счастья,
   Трепеща веером крыла,
   Круги вокруг меня опишет,
   И лишь она меня услышит,
   И выклюет мои глаза.
А у кого-то будет праздник,
Там не учуют смерти страх,
Ветер прокаркавши громим,
Пожара огненным морем,
Мир превращающим в прах.
1992.

Страна Любовь
Счастье не спи, я тебя догоню.
Ты мое украшение, я тебя сберегу.
Не тои тоску, не упрекай за мою.
Счастье это любовь - о тебе я пою.
   Страна Любовь больше мира и вселенной.
   Слова любви сильней смерти жизни бренной.
   Мы вновь, мы вновь стали беспечны.
   Мы будем одни, но теперь уж навечно!
Лишась воли, сомнений, я хочу лишь любви.
Помнишь как в тени ив мы были одни.
Мы просто смотрели друг - другу в глаза.
Мы не обещали, но любовь не прошла.
   В стране Любовь,
   В словах любви
   Мы вновь, мы вновь
   С тобою одни. 
1992.

Война
Извините, здесь что-то не так,
Я забыл, кто мой друг, кто мой враг.
Я ушел от раскрашенных лет,
А теперь черно-белый сюжет.
Извините, здесь что-то не так...

Не думай, что плохо, а что хорошо,
   кто прав, а кто виноват.
Не размышляй и будешь победам рад - Не размышляй!
Здесь главное сила, здесь главное жестокость,
   одному не прожить, по другому здесь нельзя.
Ты получишь все, что ты захочешь,
   если твой козырь - Война!

В его часах нет стрелок, 
   в его глазах найдешь лишь пустоту.
Что ищет он в пустых кварталах - Войну!
Он идет по улице без пива,
   он все потерял: ждал - она не пришла
Не везет, он снова повторил - Война!
Унесли вашу постель,
   и она уже не нужна тебе,
Ты думаешь, готовишься к, об - Войне!
Он знал, что ты не вернешь
   ему его душевный покой.
И он пойдет мстить за тебя - Войной!
1992.

Кровавый праздник
Наточен топор, наряжен палач,
Текут теплой крови ручьи,
Летят головы с плеч,
Да не ведома чьи!
Летит ворон на мертвеца,
Кричит на весь мир,
Спешит на черный пир
Клевать очи, убийца с лица!

Я не верю новостям сегодняшнего дня,
Я не могу отвести прочь, закрыть свои глаза:
Стекло битых бутылок в детских ногах,
Распростертые тела в улиц тупиках,
Дети, братья, сестры, жены плачут об отцах.
Траншеи прорыты в наших сердцах.
Но защитой истина нам существует,
Когда факты вымысел, кто того не чует?
Послания ваши - слезы в глазах,
Послания ваши рвется прочь.
Как долго, вы будите петь эти песни с нами,
Как долго вечерами мы будем также одни?
Как долго восклицанья плача слышать ночами,
Как долго? Но я не желаю войны!
1992.

Горные вершины
   В лунном свете.
   Я сижу
   И плачу...

Тихо, вершины молчат,
Ночью в листве покой.
Проснувшись долины дрожат,
Но где сейчас ветер лихой?
Греет меня лунный свет,
Плачу, пытаюсь уснуть,
Но мысли в моей голове
Не ветер, им не отдохнуть.
1992.

Прощание
Машина осветила мне дорогу - в ночь
И кинула из под колес в меня - грязь,
Но все равно все смоет - дождь,
Но не смоет горя моего - плачь.
Ни нет, ни да, равнодушие, а я - люблю.
Одинокий прохожий сигаретки мне - не даст,
Да к черту, все равно я не - курю,
Это только в первый и последний - раз.
Тебя все покупают, я так не - могу,
Смеешься надо мной ты громче - всех,
Я объявил себе - войну,
И никому она не принесет - успех.
Я в высоте лесов найду окна - свет.
Ты не одна, за это не могу - винить,
Напрасно думать и гадать, любви - нет,
А без ответной стоит ли любви - жить.
Вожу рукой я по стене - мелки,
Оставляя чуть заметный - след,
Прощай, не смейся за - стихи,
Я разобьюсь, я не услышу "Да!" - в ответ.
А надпись смоет тот же - дождь.
И лужи будут те же, но - крови.
И может быть ты так и не - поймешь,
Что это смерть моей - любви!
1992.


Макбет
И как прекрасен не был день
Тебя ждет ночь, ней дождь и дрожь.
Твое добро вернется злом,
В себе ты зверя не убьешь.
Давай - давай, орудуй-ка своим мечом,
Он скажет все, что не почем.
Словам!
И я, все мы трезвы, взбешены - горячи,
Разумны, как все палачи,
Давай!
   А смерть не к худу, не к добру,
   Твой нож на всех сердит и прав,
   Играй людьми, лей кровь, вперед!
   Гневом казнить всех не устав.
   Сейчас возник перед тобой
   Твой знак в крови - кинжал, он твой,
   Возьми!
   Не размышляй о сделанном тобой,
   Никогда не уйти злу с грешной
   Земли!
Без счастья ты счастливей всех,
Быть главным - участь короля,
А значит жить и не любить,
А значит оболгать себя.
Ты черта не предашь чертям - 
Быть чести образцом всем нам
Сумей!
Страха и жалости лишись,
Что в силах человека  - решись
И бей!
   Похвально зло, глупо добро,
   Возьми удачу тайной зла.
   В мечтаньях смел, как дело - слаб!
   Пусть тебе шепчет сатана.
   В адском дыму глухая ночь,
   Пол мира спит, уходит прочь
   Дня свет!
   Когда средь молний в дождь и гром
   Вновь встретимся мы и споем,
   Макбет!!!
1993.

Летние дни/Летние ночи
Свирепая тоска перед рассветом,
Мне фиолетовое небо не в цвет.
Куда же ты ушло веселое лето,
Без тебя мне счастья нет!
Как было тепло, как весело было,
Много прекрасного было всего.
Кончился праздник и не будет такого,
Виновато в этом лето мое.
   Куда ушли те дни,
   Куда ушли они - 
   Дни, дни, дни.
   Я не в силах превозмочь
   Ушедшую прочь
   Ночь, ночь, ночь.
Из тьмы родится день, в тень возвратиться,
Но уже не тот, что был вчера.
Последняя ночь лета уже уходит,
Ах, какие ночи были тогда!
Скучаю, вспоминаю, я лето провожаю,
И снова меня ждет девять месяцев сна.
Летние дни, летние ночи - 
Они от меня не уйдут никогда.
1993.


Дезертир
Он сжег мусор в своей душе,
Он закопал свое оружие,
Он сквозь огонь прошел 
Без жажды медных труб.
Война его лишила всего,
Война ему, как и всем принесла только зло,
Он вышел из строя
И сказал громко, вслух:
   Мой командир,
   Кому нужна эта война,
   Кровь слаще меда была всегда,
   Мой командир,
   Я, как и ты, убийства раб,
   Смерти своей заклятый враг,
   Мой командир!
Он вспомнил то, чего не знал,
Как он чертям свой страх продал,
Считая каждый бой
Последним в жизни своей.
Как рвался в атаку, в страшный бой,
В объятьях мертвых был живой,
Во имя грязных политиков
И их лживых идей.
   Мой командир,
   Да ты я вижу голова,
   Я знал всегда, что власть права,
   Мой командир,
   Я уже умирал с благородным лицом,
   Я уже был набит тяжелым свинцом,
   Мой командир!
Пришедшие на землю оставить смерть
И самим бесславно умереть,
Что для одних знамя,
Для других - тяжкий крест.
У ярости и злобы глаз нет,
Рожденные для мира едим кровавый хлеб.
Там, где есть армия
Будет война и смерть.
   Мой командир,
   Медали на твоей груди,
   За смерти тех, кто не победил,
   Мой командир,
   Здесь нами правит и царит
   Фашизм, террор и геноцид,
   Мой командир!
Кто-то умер, как же вы?
Взоры мертвых в небо как живые,
Жестокое время - 
Жестокая война.
Нет большей силы, чем власть,
А взять ее силой, ох, как всласть.
Она будет всегда, война будет всегда, всегда!
   Мой командир,
   В твоих руках моя судьба,
   И какова ж будет она,
   Решать тебе - 
   Ты мой судья!
Я дезертир.
1993.

Суицид
Он в углу. За занавеской. У окна.
За ним нет света. Квартира темна.
Все заняты. Кто любит, кто спит, кто поет.
Лишь он одинок. Один вино пьет.
Он открыл окно. Встал на карниз.
Никто не заметил. Он бросился вниз.
Кто-то пнул в угол бутылку вина.
В квартире его продолжалась игра.
1993.

Незнакомка
Я вас спросил: "Который час?"
А вы сказали: "Пол шестого".
Я вспоминаю это снова,
И помнить буду как сейчас.
Мы с вами пьем горячий чай
И грусть сжимает тоска снова - 
Боюсь услышать это слово,
Это печальное "Прощай!"
   О, незнакомка, любовь ваша
   Так мимолетна и прекрасна,
   Что не хватает слов сказать мне,
   Не хватает слов.
   О, незнакомка, любовь ваша
   Так велика и невесома,
   Что хочется снова и снова
   Петь про любовь.
Вы крылья дали мне. Тоскуя
О вас мне думалось в ненастье,
Вы дали мне такое счастье
В мгновенье хрупком поцелуя.
И я ушел бродить по крышам,
Смотреть в мерцания окошка,
Петь песни, но лишь только кошки
Ночной порою меня слышат.
1993.


В западне
А ты не хочешь успеть
Свои песни допеть,
А я не буду тебя догонять,
Мне солнце светит в глаза
Режет слух мой молва,
Что не в силах его мне понять.
Я искал свой капкан,
Тот ужасный обман,
Не понять, что он на тебе,
А я в землю смотрю,
И не вижу траву,
Только листья лежат на земле.
Чего от жизни хотят,
Не живут, а лежат,
Ждут прохлады вечерней с дождем.
Мы можем так не успеть 
Свои песни допеть
Под тяжелой листвою помрем.
Свет давит, сушит меня
Я зверь вчерашнего дня,
А сегодня мне надо успеть
Выпить боли до дна,
Счастья дать всем сполна
И в капкане листвы умереть.
В дни. Гни. Гниль.
1993.

Nevermind
Ничего, ничего не происходит,
Жизнь такая, что чего-то ты в ней ждешь,
В ожидании жизнь твоя проходит,
Веришь в то, что в самом деле ложь.
И пусть надеюсь я на что-то вроде счастья,
А как понять его и сам не знаю я,
И карта выпадет в гадании черной масти,
А это значит мне не выпала игра.
И карта выпадет в гадании  не той масти,
А это значит, это значит не судьба.
   Пустяки, пустяки все, я не верю,
   Не надеюсь на какую-то любовь.
   Счастье там, где запертые двери,
   А кругом позор, злоба и кровь.
   Нет ни друзей и ни подруг, я одинокий,
   Один как перст, в народе говорят,
   Веселье там и слышан шум далекий,
   А ты скучаешь, дни твои горят.
   Веселье там и виден гул далекий,
   У них и головы с похмелья не гудят.
Наплевать, наплевать, что опустился.
Не знаю толком ничего, я не у дел.
В этой жизни я видно не прижился
И не возьму всего того, что я хотел.
И нету слез, глаза - они пустые,
А на душе тяжелым грузом грусть.
Помру я скоро от занудного уныния,
И от нытья помру я скоро, ну и пусть.
Помру я скоро, знаю, и отныне
Не разомкнуть своих мне лживых уст.
1993. 

Дух
	Там, где цветы в крови,
	Где секс вместо Любви,
	И там живем мы...
	
Под рясой не лысый, под черным она,
Тюльпан под плащом и нету ножа.
Там гибкое тело, прекрасная плоть - 
В образе женском явился господь.
Одежды монаха над асфальтом плывут,
Ночною порой проходит он тут.
Из под рыжих волос бросает свой взгляд,
И лишь этой встрече бываю я рад.
И мы долго смотрим напротив в глаза,
В них то огонь, то земля, то вода,
Нет города шума в реальности снов,
Лишь пение птиц, легкий запах ветров.
Ночною порой, где разбой на любовь
Бешенных псов, да черных котов.
Исчезнет мой бог в синих молниях весь,
Он снова принес мне счастливую весть.
Я несказанных слов никому не скажу,
Зачем на свидание с духом хожу.
1993.


Чур меня
Смотри, в низкой комнате залежалый воздух.
Темно, мы опять играем во взрослых.
Я пришел убить и не взять награды,
Я пришел к тебе, но ты не рада.
А часы стучат ни скорее, ни тише,
Ты снова меня не услышишь,
Так изволь хоть водою меня напои,
Поцелуй на прощание и отпусти.
   Бьется сердце в мои ребра худые,
   Так на окнах цветы расцветают сухие,
   Мы забыли найти потерявши себя,
   За душой нет богатства и нету огня.
   Нет знаков судьбы на ладони сырой,
   Поломаны крылья за моею спиной,
   Я опять за порогом чудесного сна,
   Чур меня, чур меня, чур меня!
Смотри, на кухне за ширмой дырявой
Темно как чернила, вино как отрава.
В дни непогоды такое бездорожье,
Мне от тебя уйти невозможно.
Я устал, плохо спал чтоб вернуться к тебе,
Я запомню расцветший цветок на окне,
Как я рад, что ты меня прогнала,
Я б уже не вернулся к тебе никогда.
   Чур меня...
1993.

Один
Голые деревья, черная трава,
В глубоких оврагах не течет река,
А пыль на дороге и неба давно нет,
Ты сегодня снова промолчала в ответ.
И вот иду по полю в полной темноте,
А ты уже не помнишь то, что я сказал тебе:
Я сегодня один проведу свой день,
Я сегодня один проведу свою ночь.

То ли от нервов, то ли от вина,
Налились кровью мои глаза,
Я хотел тебя взять силой, я хотел тебя убить,
Но счастливей так не станешь, все равно уж мне не жить.
А ты не будешь плакать, ты не вспомнишь обо мне,
Тебе, что я рядом, а что меня нет.
Я сегодня один проведу свой день,
Я сегодня один проведу свою ночь.

И я не жалею и нисколько не грущу,
Я не мечтаю, я просто хочу,
Чтобы стало справедливо, чтобы было хорошо,
Чтоб я все получил, что не додали мне еще.
А на душе моей свинец, узла не развязать,
С тобою мне не жить и нечего тут ждать.
Я сегодня один поведу свой день,
Я сегодня один проведу свою ночь.

Я сегодня умру или в ночь или а день,
Я сегодня уйду насовсем!
Я сегодня уйду или в день или в ночь,
Я сегодня умру. Прочь!
1993.

Безысходность
Я живу один, мне очень скучно.
Я хожу один, казалось, что может быть лучше?
Никто не придет, да и не нужен никто,
Я никого не хочу видеть, никого-никого.
Все что имел - растерял, 
Я сам у себя свою любовь украл,
Лежу - гляжу в низкий потолок,
Среди чужих людей эй-эй...
   Я одинок.
Я несчастен, на душе пусто,
Все погасло и уже не будет лучше?
Я не жалею, я не святой,
Я не плачу о грехах, не каюсь перед собой.
Жизнь проходит - ничего я не жду,
Пройдет день за днем и я снова умру,
Если бы что-либо изменить я мог,
Но везде, везде, везде...
   Я одинок.
Холодно мне, убиты все чувства,
Рукопись в огне - кому стало лучше?
Я недостойный ничего не хочу,
Все безразлично, я ни сплю, ни живу.
Не хочется есть, не хочется пить,
Не хочется в этом противном мире жить,
Меня преследует злой рок,
Среди чужих вещей эй-эй...
   Я одинок.
1993.

Вороны
Вон они, вороны, над моей головой,
Кинь в небо взглядом, там черный чужой.
Ветры дуют злые в направлении рек.
Я - пропащий человек.
Куда занесло - туда привело,
Ворон сел на темя и ударил в чело.
У меня нету времени, я весь в крови.
Вороны, вороны, это они.
Вон они, вороны, а мне надо успеть.
Хочу выйти в поле, в просторе умереть.
Падают черные, падают ниц,
Летят оперения мертвых уж птиц.
В гневе я страшен, взглядом убью,
Вороны, вороны, я вас не люблю.
1993.

Град
Град бил в стекло, теперь он жжет мне в плечи
И хлещет по рукам и лупит мне в лицо,
Он бьет меня по пальцам и как ребенку шепчет:
Не тронь, уйди, не надо, ты в огненном кольце.

Перед напором града не устоит никто,
Не устоят все стены, не защитят ограды,
Но мне того не надо, хоть это не легко
Играть с огнем молний и пулями града.

Нацелены в меня все молнии мира,
Темное небо полно огня,
Завет меня громом страшной силы
И вдаль уходят свет и мокрая земля.

То ли рай, то ли ад,
То ли бьет в озноб, то ли град,
Здесь только я и он, здесь только я пою,
Я этому рад, я с градом уйду.
1993.

Девочка смеется 
Твой день году равен,
Ночь равна нулю,
Для тебя ничего не значит
То, что я тебя люблю.

Ты не можешь понять, кто тобой правит,
То ли чувства, то ли темперамент,
То ли ты любишь, то ли ненавидишь,
Ты не веришь тому, что слышишь и видишь.
   Девочка, которая смеется громче всех.
Быть с тобою рядом, что может быть трудней,
А без тебя невыносимо, без улыбки твоей,
Над кем ты смеешься день изо дня,
Ты не жалеешь никого, еще больше себя.
   Девочка, которая смеется громче всех.
Ты умеешь казаться равнодушной и простой,
Но никто не знает, что там за душой,
Судьба или бог, счастье или беда,
То ли ты со всеми, то ли ты одна.
   Девочка, которая смеется громче всех.
Ты - девочка, которая смеется громче всех.

1993.


Когда умирают...
	Посвящается Веримиру Хлебникову.

Холодно - это к болезни,
Голодно - это к труду,
Я не могу петь свои песни,
Нет, не могу. Нет, не могу.
Кому-то как мне
Покоя нет - слышишь:
   "Когда умирают кони - дышат!"
Поздно - но можно успеть,
Я верю - но стоит ли смерть,
Понять не могу, кому это надо,
Нет, не пойму. Нет, не пойму.
Мы были одни,
Но светлые сны - не придут:
   "Когда умирают травы - сохнут!"
Стон кругом - это война,
Кровь кругом - кому ты нужна,
Я не хочу видеть все это,
Нет, не хочу. Нет, не хочу.
Такая игра
Не для меня - страшно:
   "Когда умирают солнца - гаснут!"
Каждый - ищет свой яд,
Каждый рвет свой плод,
И мне все равно и не к чему
Решительно все. Решительно все.
Я слышу давно, 
Тех, кто еще - живут:
   "Когда умирают люди - поют песни!"
1993.

Рабочие дни
Стрелку звонка ставлю на 6 часов
Вечером,
А утром слышу будильника зов,
Уж эти мне
Рабочие дни. Рабочие дни. Рабочие дни.
Сводят с ума меня они.
   Все работают, спешат, бегут
   Словно в тюрьме,
   Когда же выходные дни придут,
   Уж эти мне
   Рабочие дни. Рабочие дни. Рабочие дни.
   Знай свое дело - работай, хоть умри.
Иду на работу, кругом народ
Везде, везде.
Я сплю на ходу, валюсь с ног как идиот,
Уж эти мне
Рабочие дни. Рабочие дни. Рабочие дни. 
Покуда в ночи не погаснут огни.
   Сейчас среда, я жду воскресенья,
   Скажу тебе,
   Я так не ждал и своего дня рождения,
   Уж эти мне
   Рабочие дни. Рабочие дни. Рабочие дни.
   Пока не станем все как пни.
Так нудно все, я нужен всем
А счастья нет.
И на работе тысяча бед.
Уж эти мне
Рабочие дни. Рабочие дни. Рабочие дни.
Мы этих дней тупые рабы.
   А в выходной я был бы с тобой
   Ее-ее, ее-ее!
   И не надо было б мне принимать этот бой,
   Уж эти мне
   Рабочие дни. Рабочие дни. Рабочие дни.   
   Как надоели мне они!
1993.

Белые птицы
Белыми птицами брошены в воздух
Песни мои и стихи,
Когда-то и я мечтал о свободе - 
Эти надежды пусты.
Судьбы гнилые - листья опавшие
Ветром, безумным судьей,
Снова растеряны участью страшною,
Дьявольской стали игрой!
   Бред отпускаю страхов, сомнений,
   Болью отпущен мой грех,
   Вот и сгубили мы старые головы,
   Жертвами стали не все.
   Святых отступников ножи иступлены,
   Тех, кто услышал наш плач,
   Тех, кто изломаны, каются мертвыми - 
   Были достойнее нас!
Их новых обителей старые слуги,
Мне бы увидеть их стыд,
Кто-то все шутит, кто-то страдает,
Кто-то давно позабыт.
Память их страшная ядом наполнена,
Словно душа моя.
Белые птицы летят в никуда,
Нету пути им назад!

Песня уносится ветром, летит за горизонт,
Кто мне сказал об этом - ты или он?
Песня, которую где-то, не вспомнит никто никогда,
Кто мне сказал об этом - он или она?

Где-то там выше, правили жертвой,
Спастись не сумели в вине,
Богом забыты или потеряны - 
Шанс упустили не все.
Души уходят, тех, что убили себя - 
Песню услышь в небесах,
Белые птицы мечтаний бесплодных,
С тайнами дружит их страх!
   Звери грызутся силою движимы - 
   Мясом обделены,
   Бег без оглядки и не обижены
   Кровью покрылись хребты.
   Ждите, ублюдки, копайте могилы - 
   Жить не осталось и дня.
   Рублены, колоты, резаны, жеваны,
   Мертвые воют в цепях!
1994.

Глухари
Глухари в болоте, глухари
Мною вспуганы.
Их в тумане красном от зари
Кровью наполнены
В траве гнилой найдут,
Те, что ищут смерть  в лесах,
Те, что лишь дождем живут
И молятся о дождях.
Глухари в болоте, глухари
Плачут и целуются,
К тем глухи, кто взял грехи - 
Их мечты не сбудутся.
Омут мутный их судьба,
Гиблые места.
Глухари в болоте, глухари - 
Это мы с тобой одни.
Глухари, глухари, глухари...
1994.


Анатомия вен
Огарок свечи догорает в подвале сыром.
Я собрал всей жизни соль - я пою о своем.
Здесь нет чужих ножей и крови.
Здесь нет разбитых сердец и любви.
Здесь соль жизни моей,
Холода и жуткого страха.
Я прячусь от людей,
Был волком - стал собакой
Бездумной, бездомной, злой, голодной, чужой.
Я ненавижу своей жизни соль...

Огарок свечи догорает, 
Словно сердце мое.
Боль жизни своей вспоминаю
Замерзая в подвале сыром.
Здесь черные трубы как вены,
Вспороты будут мои - 
Кровью покроются стены,
Лопнут с отравой шприцы.
   Насквозь пронизанный струнами,
   Связанный крепким узлом,
   Брошенный, всеми покинутый,
   Вот на меня снизошло.
   Мало ли было обмана,
   Много ли было обид.
   Псами зализаны раны,
   Вырваны их животы.
Капают мелочью звонкой
Капли как по мозгам,
Именно здесь гаснут звезды - 
Дань нашим розовым снам.
Может быть это расплата
Бешенства под луной,
Летопись стукачей ада 
Грязи покрыл толстый слой.
   Дрожью лицо перекосит,
   Пальцы осыплются с рук - 
   Ты снова задался вопросом
   Сколько дадут за твой труп
   Лужей заразы умытый,
   Гноем наполнен хребет,
   Горем собачим убитый,
   Вечно с тюрьмой в голове.

А кто-то пьет свою боль,
Вены несут свою кровь,
Соль жизни моей,
Соль жизни моей - 
Кровь, кровь, кровь.
1994.
    
Вернись в себя
Опустошенный,
Но небезнадежно.
И вроде бы просто,
Но кажется сложным
В детство не впасть
И в юность вернуться,
Взрослым не стать
И не замкнуться.

Пел песни - сорвал голос,
Я играл - порвал все струны,
Бьется сердце в ребра
Ведут говор опасные думы.
Они душат меня, они мучат,
Мутят омут, шумят шурша,
В горле с пеной бежит время,
Петлю тужит не спеша.
   Кличут тропы дальней тайной,
   В руках пеплом, пылью взгляда.
   Нас сожрут, страшней обманут,
   Тает ночь в оконной раме.
   Я смеюсь, плююсь и плачу,
   Я прошу: "День, силу дай!"
   Ко мне рвется без покоя
   Черный ворон, срок - прощай!
Звон луны как скрип дверей,
Слезы в снег, смех во взрыд,
Долгий пост и чувство долга,
Теплых ран боль не спит.
Ищут бремя, чтут не веря,
Ценность чар пьяней вина,
Но кровь не пишет рваных писем,
Песен ранних печаль стара.
   Рекой черной под сугробом,
   Вдаль дорогой вдоль цепей,
   Цель трудна, мечты убиты,
   Пусть и стыдно - будь как зверь.
   Шум шута тяжельше трупа,
   Трудна жизнь - не оглянись,
   То не вина - беда и мука,
   Сталью стань. Кольцом замкнись.
1994.

Стержень
Как счастлив тот, кто пал в борьбе.
Несчастен тот, кто был спокоен.
Он был рожден для сильных мук
И в счастье не было покоя.
Внутри себя разрушил храм,
Свободным от желаний стал,
Он свое сердце переплавил - 
Душа не дух, а мыслей сталь!
1994.


Жизнь   
Дороги уводят, дороги бегут. А ты... постой!
Не за горами наш общий день, останься со мной.
Я понял пение падших птиц и дрожь земли,
Здесь тихо, здесь смерть, я рад бы уйти, но нету пути.
   Стою - не дышу, сгораю - не спешу. Я все упустил.
   Поздно успеть - рано опоздать. И не унять мой пыл.
   Львиная доля скупого излома - вселившийся бес.
   Долгие годы - долгие песни. Разученных пьес.
Потерявшие рай возвращаются в ад с тюрьмой в голове.
Последний бред - последний шаг на этой земле.
Умытый лужами, дождями простуженный. И не до сна.
Все лбы - все мы, один только я брошенный навсегда.
   Серые будни - серая жизнь. Закадычный мой враг.
   Она вычеркнет все и отменит мой пост, не дожить до утра.
   Дороги уводят, дороги бегут. А ты... постой!
   Не за горами наш общий день, останься...
 1994.   

Заговор заветный
Огонь ведет ветер
По реке змей
В массе грязи дождя
Где роза станет железом
След кнута оставит меч
А это и корона твоя.   

Это сказано всем, но не каждый поймет,
То, что было давно, то не скоро пройдет,
То, что было вчера, значит есть и сейчас,
То, что скоро нас ждет, и в назначенный час.
   Ты бог и нет другого.
   Спасти и уничтожить
   Меня, как и любого
   Единожды ты сможешь.
Верь - она придет, знай - она пришла,
За спиной стоит у каждого она.
Вот настало число и желания есть,
Проглоти же земля и укрой тебя смерть.
Царством огня, вечным от мира,
Где зло с добром перед бездной едины.
   Так съешь меня, запей,
   Бери же все от мира,
   Возьми крови моей,
   Где зло с добром едины.
   Где плачь и скрежет зубов
   В уготованном царстве огня,
   В глубинах бездн проклятье снов
   Приди и владей же меня!
Приди и владей - нет бога другого,
Он уничтожит и спасет меня, как и любого,
Он съест всех нас и кровью запьет,
От все имеет и все возьмет.
   Вечно, от основания мира,
   Настало число и желания есть.
   Проглоти же земля
   И укрой тебя смерть!
Это сказано всем... 
    1994.




Алкогольное опьянение
Воет старый добрый пес на цепи - блохи,
Неизлечимо дела мои плохи,
Лежу-тужу, еле живу - страдаю.
За что судьба мне так дала - не понимаю.
Таблетка луны сверху смотрит на меня. С болью
А я отравленной наполнен кровью.

А я не думал никогда - я смотрел на свет
Из раскрытого окна у заплаканных стен,
Отшумел и отплясал, только ждал ночь,
Четвертованным упал в пасть ко сну прочь.
Видел беса за спиной, чуял горя россыпи,
Я на ногу стал хромой и разбил лоб себе,
Кровь не смытая дождем без прощения,
Не спасет проклятья стон от смирения.
   Нет сомнения, это в состоянии А.О.
   Депрессивно-маниакальный  психоз,
   Алкогольного опьянения сном,
   Да по вскрытым лезвием венам!
А я блевал молясь грехам без отдушины,
Комната моя как храм свежевыкрашенная,
Кровью с запахом больничным, да в глазах радугой,
И в окраинах столичных стану я другой.
Занесет, порвет все связи сном безрадостным,
Заметет, сотрет следы, да солнцем яросным,
Гордым - в души плюнет от веселия,
Вольным - боль поручит без спасения.
1995.

Талая вода
Снова день пройдет уныло,
В горле встал тяжелый ком,
Растерял я все, что было - 
Нам не быть вдвоем.
Не догадаться и не оценить
Мне до тебя никогда,
Мертвого солнца не погасить,
Счастье с собой унесла.
   Раньше смотрел тебе я в глаза,
   А теперь лишь в след,
   Не позабыть мне никогда
   Твой гибкий силуэт.
   Юг ранней ночи, свет фонаря - 
   Ты навсегда ушла,
   Моим были море и как луна
   Чистые глаза.

Милая моя, милая моя,
Ты - с ладони талая вода.
Талая вода, талая вода,
Московское метро не для тебя!

Грязные волны серой воды,
Черного моря жара,
В вечные скалы солнце палит
Теплом своего огня.
Камни цветные в руке кручу,
Пот течет по лицу,
Жажды прохладной снова хочу,
Снова  к тебе хочу.
   А здесь декорации - пьяный прибой,
   Чайки под небом кричат,
   Здесь только гости, здесь я чужой,
   Здесь мне не встретить тебя.
   Опустели дороги в заброшенный дом
   И сил не хватит позвать
   Ту, с кем были мы вдвоем,
   И я не буду опять.
1995.	

Последний умелец
Магистр Игры знает все наперед,
Для него ты - никто, он уже не игрок,
В нем нет перемены, не достиг его зов,
Не прочувствовал сердцем он музыку слов,
Ритма священного чистоты мысли,
Не понял он суть сокровенного смысла,
Не просеял крупицы знаний твоих,
Ты  - учитель того, кто Magister Ludi.
1995.	

Государь
О, если б в силах мог бы ты понять,
О, если б знал, сооружая троны,
Какие мысли, вздохи и поклоны
Ты принимаешь обретая власть.
Какие будущие дни твои,
Чем прошлые для поколений станут,
Бесчестием не утаить обмана
И славы собственной не приобрести,
Не дать законам силы властной
Не будь любви к тебе толпы,
Она ведет, лишь только ты
Над ней возвысился напрасно.
1995.	

	 

Настроение
Купи мне дом блестящий, купи звезду на лбу,
Купи мне сто трамваев и маленький фонарик: 
Бродить по улицам ночным.
Я буду кушать пряник, я буду что-то пить,
Я буду улыбаться и будет так приятно
Бродить по улицам ночным.
1995.	 

Смута
Слепая вера - тупая воля
Святое слово говорит:
Счастья глухого нет никакого - 
Своего бога намоли!

Ворон дул в трубу - труба лопнула,
Дождь бил по мозгам - кровь истекнула,
Медовы реки кровью сталися,
Псы подстольные сорвалися:
   Закружило, ветром замело,
   Псы, вой, пыль да воронье.
   Закружило, ветром зашумело - 
   Негодяи снова в деле!
Нельзя бить - не успокоятся,
Нельзя жить - не переводятся,
На рогах висят - крошку кушают,
На врагов глядят - врагов слушают:
   Завертело в сторону не ту,
   За кого отдать свою судьбу?
   Завертело, хоть в последний раз,
   Сердце вздрогнет только - пас!
Только песни петь - темным лесом жить,
А братков иметь - диким зверем выть,
Судьба мачеха - доля тяжкая,
Разорви меня мать татарская.
   Замутило душу черным сном - 
   Не разбудишь нипочем,
   Замутило - завела,
   Не очнуться ото сна. 
1995.	



Набат
По горам, по высоким горам,
По раздолью широких степей
Не потухнут огни никогда,
Будут вечно гореть города.
Не делить негодяям добра,
Дочерей наших, братьев и жен,
Тех, кто будет в бою не сражен - 
Мы весь мир подожжем. И дотла!
1995.	 

Ересь
Души б не запятнать, да совсем не пропасть бесследно.
Да сгореть бы свечой, чтобы было тепло, горячо.
Только вот никогда мне не встретить тебя последнего,
Одного из многих, но все же из всех одного.
Они шепчут тебе: "Сохрани и спаси", 
   они будто бы псы подстольные.
Они будут тебя будить ото сна в ночи.
Они за спиной, всегда те, кто чужой, незнакомые
И священные песни поют, словно жгут о тебе фонари,
Смоляною слезой, да на чистый камзол они падают.
Только ты не смотри, да смотри не смотри в никуда,
Только перед тобой кто-то снова чужой, с отравою,
С плачем, песнями разрушающими тебе сознание. Навсегда.
1995.	

Мыс Тобой
Вот и все, все ушли,
Мы остались одни,
Не буди сладкий сон,
Не шепчи мне: "Проснись",
А постой, вернись,
Давай будем вдвоем.
   Посмотри на меня,
   Дай увидеть тебя -
   Как прекрасны твои глаза,
   Опьяняющий танец в ночи,
   Дай свечу затушить,
   Все узнать не спеша.
Мы в марте родились
И в марте умрем -
Мы открыли себя,
В горящий дом впустим свет,
А выше счастья уж нет,
Разольются пусть в соль зеркала.
   А там ты богиня,
   Там я - бог,
   Дьявол не ведает зла.
   Нам уже не понять
   Где есть ты, где я и где наша связь - 
   Мы сгораем дотла.
Все ушли уж давно
И раскрыто окно,
Сигарета упала звездой.
Поцелуем тебя разбужу
И на ушко скажу:
"Давай будем вдвоем".
   Будем лишь ты да я,
   Сейчас и навсегда
   Опьяненных виной,
   Словно из пролистанных книг
   Улови этот миг - 
   Мыс Тобой.
1995.

Стойло Пегаса
Считая дни, минуты и года
Проходят годы,
Но не забыть нам будет никогда,
Пусть даже снова
Порвется времени тугая нить - 
Нам не забыть
Всего, что было
Не забыть:
   Кто не стоял на краю крыши,
   Кто с бритвой в ванне не лежал,
   Кто не вязал петлю тугую - 
   Тот смысла в жизни не искал.
   Кто не искал и не  нашел,
   Кто не стоял перед ножом,
   Кто не смотрел в глаза врагу - 
   Тому и цели ни к чему.
1995.

Срок
Ветер унес пыльный узор
С век провожающих взглядом,
Оживших, растаявших стариц - 
Обернувшихся в даль не отправить.
Внутренней связи стенаний ночных,
Сном отзеркаленных будней
Будут вести нас между собой
Коридорами с тишиной темной.
В северных дней забытья череде
Временем прах, сроки пройдут,
Сердца тугие узлы сплетены,
Ты возвратишься... но будешь ли - ты?
1995.

Парк
Так тихо...
Жгут осень. 
Опавшие листья.
Собака.
Грызет свои кости.
Скоро зима... 
Скамейка гнилая.
Жду я. 
Старые раны. 
Сквозь боль ковыряю.
Так тихо... 
Хочется песни.
Вспомнить.
1995.

Ее цель его
Колба льда сердце ее
Опусти - разбей о пол,
Словно ты каменный,
Опозорь ее, растопчи.
   Твой огонь - жар души,
   В список свой запиши,
   Еще одна поломана
   Невинная ее судьба.
Победы боль - пол беды,
Ты не ушел и отпустил,
А потерял, как опоздал,
Это другой ее узнал.
1995.

Серенада
Твой дом в лесах горит огнем,
Окон глаза полны тоски,
А за уютом и теплом
Жуют газетные шрифты.
Кем-то ненужным под окном
Стоял я с песней о любви - 
Смехом в мишени за спиной 
Мне сверху падали плевки.
1995.

Родина
Хоть лет пройдет не так уж много
С тех пор как я покинул родной дом.
И будет все так мне знакомо,
Лишь буду я всем незнаком.

Падают, падают, падают
Колокола.
Никто не знает, что будет завтра,
Лишь помнят что было вчера.
А вчера было страшно, вчера было больно,
Вчера был тяжелый дождь.
И где же тот мир, где же то счастье,
Которого уж не вернешь.
   Милый край, я не расстанусь с тобой,
   Я не покину тебя. Никогда.
Вон они вороны, кружатся черные
Над моей головой,
Словно во сне слышу их смех я:
"Здесь ты вечно чужой!"
И снова, и снова дорогой в холод
Шумит родная страна,
То зов живых, плачь об ушедших,
То песня моя:
   Милый край, я не расстанусь с тобой,
   Я не покину тебя. Никогда.
Тревогой, тревогой, тревогой, тревогой
Как кровью полна душа,
Через края черной тоскою
Рвет и терзает меня.
А что нам осталось, лишь самую малость - 
Ждать, да кресты целовать,
И с ветром в поле могильной тропою
Плачет старая мать.
1995.

На реке
С полчаса как видели луну на дне,
Но сил набирая бьет дождь по реке,
Вспуганной птицей слетает листва
Ветра. Деревьями в мраке шуршат.
   В лодке у берега с теплым вином,
   Мы с тобой спрятались только вдвоем,
   Нам друг от друга уже не уйти
   Никогда. И нету пути назад.
Дай поцелуй влажных губ твоих,
Пьяной тебе я признаюсь в любви,
Дай полуулыбку согреть и спасти
Волосы. Мокрые распустить.
   Опустил ветви в течение вод,
   Куст этот тайну мою сбережет,
   Тебя я оставлю в лодке одну
   Отпущу. За луною к глубокому сну.
Плыть, где деревья в мраке шуршат,
Никогда не будет пути назад
От беды. Волосы мокрые распустить.
Пущу за луною глубокою плыть.
1995.


Утро с бодуна
Короткая в городе ночь летнюю порой,
Как везде и всегда.
Колет в сердце тоска тупою иглой,
Снова мне не до сна.
Утро станет красивым, умывшись дождем,
А потом будет зной.
Но сейчас я отравлен протухшим вином,
Я убит духотой.
На кровати сижу, вспоминая, что будет со мной
Страшный сон.
Поливая цветы, я увидел хромую собаку в окне,
Побежал я за ней, но ее не нашел.
Я остался в пустом театре среди декораций
И странных людей.
Позабыли мокрые птицы кровь горизонтов
Холодных теней.
1995.

Суета
Сказано тысячи слов, сделано тысячи дел,
Время течет вперед, а я везде не у дел - 
Жду солнца каждую ночь, а днем желаю дождя,
Мысли уходят прочь. Без меня.
   А мне некуда спешить,
   Мне некуда торопиться, 
   Я не знаю как мне быть,
   Что мне делать и к чему мне стремиться?
   А мне некуда спешить.
А маятник стучит, ему меня не жаль,
Ему и дела нет, что рвет меня печаль.
Упал разбитый духом, без воли и ума,
Я половину счастья потерял!
   Пусть событий жизнь полна,
   Глупость глупостью сменяет,
   Смыслом и наделена,
   Чтобы сути не узнали.
   Пусть событий жизнь полна.
Эгоист дешевый обществу отомстил - 
Молча говоря, гордо страдаю один,
Мастер мертвого солнца, искусственного дождя,
Зверем кричу в припадке мечтателя. 
   Суета все, суета.
   Мне теперь уже не так уж важно
   Как закончатся года,
   Как умрем все и подавно.
   Суета все, суета.
Так и зачем на свете жить?
1995.


Весна
Новые песни поют соловьи,
То наступила весна.
Я пытался уйти от любви,
Но она меня догнала.
И мы спустились в подвал,
Рубаха стесняла грудь,
Я ее тело ласкал
Целуя в самую суть.
Не мог я тогда понять
Чего мы с ней делаем тут,
Теперь девять месяцев ждать,
Когда птички опять запоют.
1996.

Жизненная позиция
Меси грязь или не меси - 
Все равно это грязь,
Грешим мы или нет,
Что пользы в небесах?

Я бы верил, если было б во что.
   Я бы верил и любил!
Я бы надеялся, если б было на что.
   Я надеялся и жил!
Я бы полюбил, если б было за что.
   Я б всего себя отдал!
Но нету ничего, что.
   Если б только понимал...
1996.

Питер
Открыта дверь, в нее войдем,
Фильм о дороге под названьем "Ноль",
Опыт и смерть, любовь с вином,
Дионис бог и вера в боль.

Мой город Питер, я приеду, жди,
Меня ждет лед, но я готов идти
Душой покачиваясь на ветру,
Я лгал тебе, но я приду.
Проснись и посмотри какие облака,
Избавься от дурного сна,
Но ты ушла забыв реальность,
На все готова верой в крайность,
Способна на любой предел.
Чешуйка змей - узор их тел,
Он соткан мною из свободы и любви,
Мой город Питер, я приеду, жди.

Мой город Питер, я приеду, жди,
Откроем дверь, пойдем, где нет пути,
Фильм о дороге под названием "Ноль",
Твой опыт - смерть, а вера - боль.
Тебе земля как мягкий пух,
Наш друг свобод - мятежный дух,
Бессильем крыл в парении могуч,
Отягощенный грузом мертвых туч.
Их зерен мака счетчик и глава,
Их знак важнее чем права,
Мой гений чисел в соке конопли,
Мой город Питер, я приеду, жди.
1996.


Монах
Пел монах поминальную песню
На горе догоравшего дня
И с деревьев листья как жизни
Улетали с высот в никуда.
Обрывалась старая песня
Горьким плачем скупого дождя,
Не умоет он сердца раны,
Не залечат их даже века.
На войне потерявшая мужа
Накормила любимого мать
С той поры она долго смотрела - 
Уходил ее сын умирать.
Вновь приходит письмо скупое,
Их разнес по земле ветер вдаль.
Под холмом, где деревья большие
Одинокий стоит теперь храм.
Кто монах тот, подумайте сами,
Что так поздно вернулся домой,
Кто поет свои песни с дождями,
Кто теперь всему миру чужой.
1996.

Потерянный рай
Спи спокойно, Андрей,
Болью ляжет тень
На твои глаза.
В астральных снах 
Живет твой страх,
Диктуется судьба.
Я сам когда-то был большим,
Но маленьким не стал,
Я не боялся боли и терпел,
А теперь устал.
Я теперь устал. 

Крутится-вертится, вьется-извивается
Воздушное дыхание - эфирная труба,
По законам ветра, алгебры абстрактной
Астральное восстание замка из огня.
Всемирной трагедии потерянного рая
Их озера слез я слышу голоса,
Я поднимаюсь вверх, я собираюсь в путь
Туда, где меня ждет богиня Тиамат.
Я открываю дверь и слышу звонкий смех,
Я слышу горький плачь - накрыла туча парк,
Перечеркнуло слово счастье. И солнце погасил дурак.
Теперь он весело бежит, а мы тонем во тьме,
Я разгадаю весь секрет и помогу тебе.
Я собираюсь в путь, я поднимаюсь вверх,
Я открываю дверь и слышу звонкий смех.
1996.

Соблазнитель
Женщина с цветами, я танцую с вами,
Я вас люблю и я вам пою:
Жизнь - это любовь, любовь моя - вы,
Вы - моя жизнь, вам эти цветы.
Жизнь - вечный танец, танец - это игра,
Но одна у нас жизнь и любовь лишь одна,
Жизнь - это мечта, а мечты впереди,
Впереди нас ждет ночь, где мы будем одни...

Ночь прошла, смолкли сверчки, догорает свечка,
Ты на стол золотое положила колечко
И сидишь ко мне спиной, сигаретный дым пускаешь,
Я пришел и я уйду. И ты об этом знаешь.
Захвачу с собой кольцо - тебе оставлю душу,
Я уйду и не вернусь - так нам будет лучше,
Ночь прошла, смолкли сверчки, свечка догорела,
Потеряла ты кольцо, но осталось тело.
1996.

Оптимизм
Утром осенним кружится листва,
Бабушки у церкви забивают места,
Падают копейки и рушатся мечты,
Дождями умыты дороги любви.
Не верь этим крестам звенящим о беде,
Лучше уж не будет ни мне, ни тебе,
Завтра будет то же, надеяться не надо,
В этом оптимизм и высшая отрада.
Вчера кто-то помер и завтра помрут,
Лишь ветер да старухи ноют и поют,
Лишь кружится листва да рушатся мечты -
Сегодня кто-то умер ... Наверное ты!
1996.

Чужое лицо
Маска костяная на моем лице
С выражением скорби по моей душе -
Знал вещей я много, только не себя,
Мать моя природа с именем отца.
Неделимым свойством сделаться хочу - 
Своим отражением масок в тысячу,
Лишь бы незамеченным по жизни мне пройти,
Только бы остаться выше дел своих.
Убежать от мыслей, там, где край земли,
От себя укрыться, ты только не зови,
Приносящее мне горе
Чужое лицо, чужое лицо, чужое.
1996.

Россия
Россия стала мала,
Все пушки да колокола
На монеты перельются - 
Все продадут и продадутся.
   Ничего не хочу от Руси, 
   Лишь славлю - 
   Возрождалась она на крови 
   Сто раз,
   Приходили со звезд дожди 
   Отрадой
   Упивались водой без цены
   За нас.
Снег пошел в храме святом
И на душе нету страшней,
Они придут - мы не уйдем,
Не отдадим наших детей.
1996.

Поражение
И в колючую траву,
Не успев и оглянуться
Я глазами упаду - 
Веки на века сомкнуться.

Разбудил тревогу гул,
Угарный стелется набат,
С серым снегом, словно в ад,
Ветер пеплом с неба дул.
   Героев души отгорят,
   Кровь испытанных бойцов
   Переполнив шапки льет - 
   Лежит в поросли отряд.
Все снопами полегли
В молотьбе на поле брани,
С засопожными ножами
Не на гибель люди шли.
   Только помнила зола
   Невеселою годину,
   Дыма горького полыни
   Поседевшая трава.
Не осядет пыль в следы,
Мертвым без коней - промашка,
Голове без тела тяжко,
Как и телу без башки.
1996.

Прощальная
В этом солнечном городе лучшие в мире женщины,
Я сюда возвращусь, но нужна будешь мне только ты,
Лишь тебе подарю дорогие цветы и вина,
Нужна, мне нужна только ты одна!

Скоро, скоро дождь листвой ударит
В твоих окон стекла золотые,
Я со стоном упаду к порогу
Зарыдав в серебренной пыли.
Я к тебе бежал судьбы не зная,
Что друг другу стали мы чужие,
Отвори мне двери в непогоду,
Разреши взглянуть в глаза твои.
   Это время пришло посмотреть в глаза,
   Найти в себе силы сказать слова,
   Последние слова - последние мечты,
   Прощальный поцелуй, жестокое "Прости".
   Это было давно, не здесь и сейчас,
   К этому все и шло в назначенный час,
   Ты только не плачь, забудь про печаль,
   Пожалуйста забудь, пожалуйста прощай!
Отчего се стало вдруг иначе -
Вечерами дома не застать,
Ты сменила цвет волос и платье,
Где любимую мне ту тебя искать?
Тень чертой упала между нами
И не хочешь ты переступить,
Та, которая чужой не стала,
Та, которую мне не забыть.

Я нарисую тебя на стене своей комнаты,
Я буду наслаждаться нежным твоим голосом,
Я знаю, что ты не будешь моей никогда,
Как жаль, мне жаль. Но жаль мне было вчера!
1996.


Колыбельная
Расстели постель большую
Белую как паруса,
Кинь свой взгляд во тьму ночную - 
Ты увидишь там меня.
Перышко с твоей подушки
Алой ниткой запрягу,
Понесет меня под небом,
Только я не закричу.
Буду мило улыбаться 
И шептать тебе про страх,
Ты не бойся дорогая,
Это только в твоих снах.
1997.

Сердце 
Нельзя разжечь в сердце огонь,
Когда там стужа.
Нельзя называть эгоистом того,
Кому плюнули в душу.

Мне хотелось кричать,
Но крик замер в груди -
Сердце сжала ледяная рука.
Отчего же оно так дрожит
И никуда не деться.
Мне хотелось бежать,
Но не знал я куда,
А рядом стояли вы.
Так послушайте, как стучит
Оскорбленное сердце.
   Сердце, оскорбленное сердце.
Рвется на части,
Грудь хочет пробить,
Послушайте его вновь,
Как сердце мое стучит
И будет биться вечно.
Аж ноги не держат
И голова кружится,
И кажется я давно мертв.
Но лишь сердце не спит
Оскорбленное сердце.
   Сердце, оскорбленное сердце.
Свободных и достойных
Мечтателей слепых,
Вы зритель невольный понять
И услышать как стучит
Жалоба разбитого сердца.
Кому не дано,
Кого не кольнет,
Кем бы ему не стать,
Кто за свое не отомстит
Оскорбленное сердце.
   Сердце, оскорбленное сердце.
1997.


Утро
Нет ни веры, ни надежды и с любовью по-прежнему:
Для него - хотение, для нее - терпение,
Один голимый секс - все, что у нас есть.
Чтобы так жить, надо заплатить.

А комары опять не спят
И подозрительно гудят.
Лежу - курю, а рядом ты.
Стянула одеяло на себя
И просто спишь, красивая,
Осуществившая мои мечты.
   "Ты спишь - проснись,
   Сколько мы выпили вина вчера?
   А где еще одна туфля твоя?
   Да одевайся же скорей,
   Как там тебя зовут, скажи,
   Какие любишь ты цветы?
   Вот деньги - выберешь сама".
Страх сильнее совести,
Боль сильнее скромности,
В чем же тут вина?
Если вместо воли - жалкая душа,
Если вместо сердца - горе без ума.
1997.

Умереть молодым
Письма жгутся в пламени огня,
Письма, что не дойдут никогда,
Развеет пепел в сизый дым,
Никогда ты не был любим.
Вот и все, что осталось в душе,
Никогда не было и нет,
Все хорошее станет плохим,
Ты никто, ты умрешь молодым.
   Ты пустой словно ветер и несет тебя
   Дорогая трава и любовь без узла,
   Дорогая трава и любовь без петли - 
   Расскажи эти сказки другим.
   Табак, колоду карт и нож,
   И это все, что ты с собой возьмешь
   И пойдешь по дорогам пустым,
   Пропадешь, ты умрешь молодым.
Ты покинешь родные края
И никто не вспомнит тебя,
И не знай по чем зря пропадешь,
У гитары все струны порвешь.
Звон в ушах, тепло льет по рукам,
Это то ли дыра, то ли шрам,
Что случилось с валетом козырным,
Это кровь, ты умрешь молодым.
1997.

А вы видели?
Я нарисую ночь, нарисую день,
Я нарисую все, что присниться мне,
Я нарисую линию, цвет, пятно,
Я нарисую что будет и было давно,
Я нарисую дом и в окнах глаза,
А вы видели как течет река?
   Я нарисую жажду, нарисую зной,
   Я нарисую все, что связано с тобой,
   Я нарисую лето, нарисую весну,
   Я нарисую все, что так хочу,
   Я нарисую в красках темно-синих тебя
   А вы видели как течет река?
Я нарисую радость, нарисую боль,
Я нарисую замок и тюремный конвой,
Я нарисую горы, нарисую мосты,
Я нарисую небо, все закрасив холсты,
Я нарисую сажей черной тебя,
А вы видели как течет река?
   Я нарисую бедность, нарисую власть,
   Я нарисую все, чего вам не понять,
   Я нарисую тень, я нарисую свет,
   Я нарисую свой автопортрет,
   Я в красках цвета крови нарисую себя,
   А вы видели как течет река?
1998.

Верность
Она дождалась, дождалась меня, она ждала, я это знаю.
И за руку ее никто не водил и губ чужих она не целовала.
Пусть много времени прошло, но не забыла, хоть страдала,
А я то думал нет таких, а оказалось есть, но мало.
   Есть такая девушка, такая красивая, словно из снов,
   Есть такая девушка, есть! И есть любовь.
Она дождалась, дождалась меня, она ждала - не изменяла.
И даже не смотрела на других, и то, что все вокруг гуляют.
На обещанья не купилась, а ей пол мира обещали
И на подарки не скупились, но их она не принимала.
   Легче не поверить, чем обмануться и любить,
   Но лучше уж страдать, чем серо жить.
Она дождалась, дождалась меня, она ждала и не давала.
Себя она хранила только для меня и верить мне не перестала,
Она с другими не спала, себя хранила, хоть не знала
Насколько сильно я люблю, люблю ее и уважаю.
   Только я не верю, не могу уважать и не могу любить,
   Потому что этого не может быть.
1998.

Раньше
В далеком небе мелькнула птица,
За мной закрылась дверь,
А может стоит остановиться,
Сказать "Поверь".
Закрылась дверь спугнув мечту,
Оставив дни меня считать,
Пройдя сквозь тысячи тревог
Вернусь к тебе опять.
   Ты оградилась в скудный мир,
   Затихло все вокруг,
   Я не увижу вновь лица
   И не коснусь твоих губ.
   Все переменится, пойми,
   И станет все другим,
   И будешь ты уже не та,
   И я не тем, кем был.
Но стынет слово душой хранимо,
Мне надоело уже
Бояться снова пройти мимо
На крутом вираже.
Бояться фальши ждать неустанно,
Как время кончит свой бег,
А мы с тобой расстались так странно,
Так неужели вовек?
   А помнишь, как было тогда,
   И нам светила луна,
   А помнишь, как тогда было,
   Казалось, все будет мило.
   А нам тогда казалось
   Лишь мы одни остались,
   Лишь нам луна светила,
   Казалось все повторимо.
1998.

Предательница
Мы в октябре о марте не мечтали,
Но вышло так, что мы с тобой расстались.
И этого тебе я в жизни не прощу,
Лишь отвернусь, обижу, но не отпущу.
Осталась в сердце ты булавкой острой,
Кольнула - и душа течет рекой.
Обидеть оказалось слишком просто,
Теперь ничей, теперь я никакой.
А ты  найдешь себе другие приключения,
Там будут смех и глупости с весельем,
Кому неведома потеря - 
Булавка острая - измена.
Но где-то боль живет упрямо,
Забыть не может и не отпускает,
Пусть лучшие стихи тебе я напишу,
Но не прощу тебя я, не прощу.
1998.

Сказка Горем
Когда мрак мне назвался отцом,
А матерью стала звезда,
Я не только покинул свой дом,
Я забыл, как любили меня.
Я толкнул колесо 
И меня понесло,
В счастье не было покоя.
Не держите мня, 
Это я выбрал сам,
Я спокоен, я спокоен.

Когда реки мне были сестры,
А ветер назвался братом,
Я без жалости вырвал сердце,
На съедение бросив собакам.
Я устроил пожар 
И в него вошел сам,
Я тот, кто назвал себя Горем.
Посмотри мне в глаза - 
Ты не встретишь там зла,
Я спокоен, я спокоен.

Когда степь мне стала женой,
Я отдал ей отца и мать,
Я отдал ей брата с сестрой,
Только друга не стал отдавать.
Его в рваной груди
Вместо сердца носил,
А звали его Огнем.
С этим другом-героем
Я - Горем спокоен,
Я - Горем спокоен.
1999.


Совет
Если встал на путь сомнений
И общий смысл не дается,
То бери то, в чем ты уверен,
Молчи и ничего не бойся.
Так ты силу приумножишь
Себе и твоим поколениям,
И больше быть уже не сможешь
Среди предавшихся сомненьям.
1999.


Солнце и луна
Если будет в жизни моей
Один только день,
Я приду только к тебе,
Только к тебе,
Я скажу несколько слов,
Слов любви,
Ты меня за наивность прости,
Ты меня не гони.
   Ты только пойми, я любил, но молчал,
   Я так сильно хотел, но взгляд опускал.
   Ты только прими, я отдам тебе все,
   Я так долго боялся придти, но теперь я пришел.

Если будет одна только ночь
В жизни у меня,
От нее откажусь я прочь
За один только взгляд,
За один только миг, где душа
Рвется к тебе,
И она вся твоя, вся твоя
И всех сильней.
   Ты только пойми, я любила, но молчала,
   Я так сильно хотела, но взгляд опускала.
   Ты только прими, я отдам всю себя,
   Я так долго боялась придти, но теперь я пришла.
1999.

Политики
Стыдливо и размазисто по-пустопорожнему
Они поют о том, что все будет по хорошему,
И излагают мнение новейшей философии,
Подобное я слышал, и кажется в "Утопии"
Я в точности подробности не знаю - не обманывал,
Где черное, где белое - не знаю, не загадывал,
Но только говорить, признаться, мне не хочется
О том, что это все хорошим кончится.
1999.

Крыс
Послушай, самец с блеском хищника в глазах,
Сила без духа обречена на крах.
Прими без размышлений все, что есть на свете - 
Суть силы всегда в настоящем моменте.
Как крыса внезапно кусает в лицо подло,
Без правил и закона, без моральной нормы
Жестокой атакой без "малой крови"
И без возни - значение имеет только воля.
Я стану сумасшедшим с яростью холодной,
Где сытый всегда жертва... сегодня я голодный!
1999.

Уходит любовь
Куда уходит любовь? За другим со слезой,
За другим пути нет - остается с тобой,
Остается лишь ждать, как этого и не жаль,
Потому что жизнь - то тоска, то печаль.
   Как уходит любовь? Так же, как и бред,
   За расплату всех бед наступает ответ,
   Наступает на нас, давит, душит и рвет,
   Потому что любовь никуда не уйдет.
Когда уходит любовь - остается печаль,
А за нею тоска, а потом просто рай,
А потом только ад, потому что смерть - 
То чему не быть, то есть то, что есть.
1999.

Авария
Я помню все, я не забыл,
Как липкий снег под шинами скользил,
Меня несло - блестели диски на морозе,
Я сильно гнал не распознав угрозы.
Меня тряхнуло как куклу, головой я 
Разбил стекло на брызги лобовое,
Авария случилась как беда,
Я помню все - авария!
1999.

Письмо
Дорогая госпожа моя милая,
Весточку получи от любимого.
Пишу, звездочка, я соскучился,
Хочу видеть тебя и не мучиться.
   Ты была моя госпожа, а я твой господин,
   Почему же ты ушла и я остался один,
   Не хватало мне кнута, пряником не стал играть
   И перчаток не хватало, чтоб тебя не выпускать.
Я благодарю тебя, береги себя,
Твой покорный слуга хочет свидеться с тобой,
Напиши мне привет и пришли поцелуй,
С наилучшим пожеланием, навеки - твой.
Говорю тебе спасибо с уважением,
И жду искренне хорошего расположения.
   Любимой - ненаглядной,
   Красивой и нарядной,
   Прекрасной дорогой,
   Тебе, навеки твой! 
2000.

Авось
Я иду на авось и авось дойду,
Будет выигрыш велик, его если найду,
Его если найду, проиграть здесь нельзя,
Только б не потерять - и зажжется звезда.
Если цель не исчезнет как дым на ветру
Я найду огонек и пламя зажгу,
И будет тепло в этом сердце всегда,
И чувством полна - зажжется звезда.
Дело великое - наше авось!
2000.


Быт
Быт обывателя банален - 
Бананы маме на базаре
Купить, ей подарить
И денежки занять.
Занятно думать об обмане,
Мы не привыкли к пониманью,
Что нам за все платить придется,
Придется это нам понять - 
Едва ли.
2000.

аль Фатум
Твои прекрасны имена,
Как не назвали бы тебя,
Твой вечен лик, ты знаешь все,
Сочтем за честь тебя бояться.
Нас не постигнет никогда
Кроме того, что есть - Судьба,
Кто верит ей, к тому мила,
Дурное - это от себя,
Хвала судьбе, хвала!
   Веди дорогой нас прямой,
   Как тех, что в день суда
   Остались за тобой
   Достигшие успеха!
   А тем, кто глух, нем, слеп,
   Не возвратить блужданья лет,
   Не вырваться из западни
   Путей кривых, что шли они,
   И не услышат: "Будь!"
Но мир и вам за то,
Что вы терпели.
2000.



Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Я.Ясная "Муж мой - враг мой"(Любовное фэнтези) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) А.Кочеровский "Баланс Темного 2"(ЛитРПГ) С.Панченко "Ветер: Начало Времен"(Постапокалипсис) М.Эльденберт "Парящая для дракона"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Последняя петля 6. Старая империя"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) Hisuiiro "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"