Изящней статуэтки танцовщица,
               Забывшая о мире и себе,
               Танцует в полумраке, будто снится,
               Застывшим с бутербродами месье.

               Она витает далеко отсюда.
               Она танцует вовсе не для них.
               А в кабаре уж не звенит посуда
               И гомон голосов давно утих.

               В лучах софитов таинство творится,
               У красоты всегда такой удел.
               Восторг горит на изумленных лицах.
               В затихшем зале ангел пролетел.