Аннотация: Икенна познает жизнь во всех ее проявлениях.
Варнинги: те, кого не устраивает существование в этом мире не только гетеросексуальных отношений, просьба уйти сразу, не читая.
Глава 13.
445 г.
- Я сделаю все, чтобы мы выжили, Найе, - выпалил Рэнс, прижимая его к себе так, что ребра Икенны обожгло болью.
Ничего особенного в этом уменьшительном нет. Им называли многих. И отца в детстве тоже. Тассну нет, чтобы не путать их. Но Рэнс выговаривал имя бережно, словно оно было единственным. Давя желание поддаться звучанию, Икенна вывернулся и заглянул в лицо Рэнса.
- А ты уже знаешь, что можно сделать?
Рэнс тихо рассмеялся. В улыбке появилось что-то, от чего у Икенны замирало сердце. Редко появлялось, но только для него, больше Рэнс так ни на кого не смотрел, даже на Марка. Икенна не обманывал себя, только правда появилось.
- Найе... Нельзя быть настолько практичным.
- Наверное, - подумав, отозвался Икенна, чтобы сделать ему приятное. - В постели не принято говорить о серьезном?
- О всяком принято говорить, - вздохнул Рэнс, укладываясь.
Икенна вытянулся рядом, подумал и решился положить ладонь ему на плечо. Это было приятно. Он не солгал Рэнсу, все было приятно, кроме его члена. Икенна не понял даже, зачем это. Марк говорил, что в целом и с некоторыми хорошо. И говорил так, словно с Рэнсом тоже хорошо. Икенна пока не видел ничего привлекательного в этом занятии, но Марк не станет обманывать, а Икенне очень хотелось... понять.
- Если о всяком, то ответишь?
- Что с тобой поделаешь? Отвечу. Нам нужно убраться с планеты, других вариантов я не вижу. Как это сделать - еще не знаю. Наших кораблей уже нет, у вас их не было. Значит, корабли Датара. И это основное "не знаю" и есть.
- Согласен, - кивнул Икенна. - И еще припасы. Нам не заполучить транспортник или военный крейсер, только что-то маленькое. Там не будет достаточного количества еды.
Рэнс покосился на него с восхищенным удивлением.
- Да. Именно так. И как раз это я собирался с тобой обсудить. Получится запастись твоей дрянью или чем-то похожим?
- Если чем-то похожим. Я составил список возможных замен, покажу тебе утром.
- Почему утром?
Икенна изумленно вскинул глаза, но потом сообразил, Рэнс его подначивает.
- Но за всем этим хотя бы первый раз придется идти мне, - он решил не отвечать на вопрос.
- Разумеется. У тебя неплохо получилось. Нет повода не доверять.
Рэнс обнял его, погладил по спине, по плечу, обводя пальцем завитки татуировки.
- Я рад. Мне уже заниматься этим?
- Да. Я не знаю, когда выпадет шанс и будет ли он вообще, но еда пригодится здесь тоже. Пусть и такая мерзкая.
Икенна слегка улыбнулся. Ему нравилось, когда Рэнс не был командиром, отвечающим за все, даже за планы Датара, а проявлял что-то личное. Хотя бы неприязнь к результату его труда. Нет, не так, не к результату, а к вкусовым характеристикам. Результатом Рэнс доволен, чего не скрывает. Икенна был очень этому рад.
- Хорошо. Тогда реши, когда и с кем мне идти.
- Ты собери команду и дай мне список, а я решу.
Икенна снова кивнул, растерянно. Столько доверия сразу. Это из-за того, что было получасом ранее? Спросить? Он точно хочет услышать ответ?
Пока он думал, Рэнс задремал. Тесно прижавшись, горячий, с влажными от пота волосами. В остальном, привычный и умиротворяющий. Злейший враг. Икенна так быстро разучился удивляться, что с трудом сам себе верил. Может быть, он опрометчиво определил свои чувства как любовь? Хотя все, что мог, он из Марка по этой теме вытянул, но... Икенна потрогал пальцем лучики морщин от аверийского солнца в уголках рэнсовых глаз. Он был готов сделать вообще все, чтобы его злейший враг выжил.
Список Рэнс пробежал глазами, оценить не смог, только удовлетворенно отметил, что большой. Икенна уточнил, что они могут и трети не найти, но это Рэнса не особенно расстроило. Еще Икенна планировал посмотреть, не получится ли насушить ягод, в качестве сладкого. Эту идею ему подкинул Марк, долго плевавшийся от полезной субстанции. Иначе, по его словам, все сами застрелятся, не дожидаясь депрессий и врага.
С ним Икенна наверх и пошел. Марк, пожалуй, вообще лучше всех относился к Икенне. Может быть, не считая Тассны. С ним было приятно работать, и с ним Икенне удавалось забыть, как его воспринимают все остальные. Стоило Марку улыбнуться и ободряюще погладить по волосам, Икенне начинало казаться, что все обязательно получится. Что "все" - он еще не решил, однако не сомневался в исполнимости. Икенна ему не рассказывал и не расскажет, но последние дни тянул с желанием отдаться Рэнсу именно из-за Марка. И тянул бы дальше, если бы Марк не спросил его как-то, долго ли еще Рэнс будет валять дурака. Вряд ли он отдал бы любовника другому, если бы любовник значил для него слишком много, не так ли?
Эта и подобные мысли одолевали Икенну даже в утреннем лесу. Ночью шел дождь, поэтому было сыро, а травы не было видно под маревом тумана. Засечь их не должны, но Икенну все равно смущала собственная рассеянность. Он четко фиксировал все, что происходит вокруг, искал и находил нужные растения, только разумом был далеко. Непривычное состояние. Ненужное, скорее всего, однако равновесия он пока не нашел. И, чтобы не потеряться окончательно в этом новом и незнакомом, он силой заставлял себя проверять каждый куст, зарисовывать на плане, где что растет, запоминать и негромко отдавать распоряжения солдатам, что сорвать, что пометить на следующий раз.
Солдаты повиновались, кто-то нехотя, кто-то почти добровольно. Икенна не замечал, но тот же Марк рассказывал, что некоторые все-таки присмотрелись к "любовнице командарма" и увидели в нем неглупого человека. Икенна долго думал, как ему эта информация, и пришел к выводу, что никак. Благодарность он испытывать к ним точно не собирался.
С полученными образцами Икенна просидел в лаборатории безвылазно почти двое суток. Ему несколько раз приносили еду, пытались о чем-то расспрашивать, но Икенна не слушал и не слышал. У него было важное дело, наконец-то не чтобы занять время, а направленное на достижение конкретной цели. Он... соскучился.
Уже распечатав все результаты проведенных за эти дни опытов и анализа, Икенна подумал, что его поведение после нападения Датара и есть сплошное Дело. То есть, он снова нашел способ мимикрировать под окружающую среду, только более удачный, чем предыдущие. Он заменил себя сломанного и почти мертвого на такого, каким он всегда становился в лаборатории. И таким он понравился Рэнсу, даже вызвал его уважение. А понравится ли настоящим? И какой он настоящий.
- Вот, - Икенна положил листки перед Рэнсом. Он печатал на обеих сторонах самым мелким шрифтом. Картриджи у храмовых принтеров старого образца были очень долгоиграющими, а бумаги становилось все меньше.
Рэнс оторвался от таблиц на мониторе и внимательно все прочитал. Некоторые рецепты выделил сам Икенна, к ним Рэнс отнесся наиболее внимательно и попросил подробнее описать состав.
- Я бы выбрал эти, - он пометил карандашом три подчеркнутых Икенной и один сверх. - Реально?
- Они все реальны в той или иной степени, но ты сделал лучший выбор.
Рэнс хмыкнул, наверняка расслышав радость в голосе Икенны. Ну вот уж за удовольствие от ума избранника Икенна извиняться и оправдываться не станет точно! Никогда не поверит, что существуют цивилизации, где такая гордость порицается.
- А ты провел большую работу, - Рэнс не гордился, он благодарил.
- Расскажешь, что это? - спросил Икенна, указав на монитор.
- Симулятор управления датарскими кораблями. У нас очень разнится письменность, но тут интуитивно понятный интерфейс. Я оставил одну персоналку пилотам, тренируюсь сам и... наверное, заставлю тебя.
- Зачем?!
- Потому что неизвестно, кто погибнет, - Рэнс протянул руку и погладил Икенну по лицу. - Найе?
- Да?
- Пойдешь ко мне? Только сам.
- Как я могу отказать?
- Запросто. Одним словом: нет. Можешь и сделаешь, если хочешь. Когда я отдам приказ, твои возражения не будут интересны, а здесь важно именно желание и только оно.
Пальцы прошлись по линии челюсти к уху. Тут была очень чувствительная кожа. Настолько, что у Икенны защекотало в горле, отдалось вниз. Он запрокинул голову, тяжело дыша, и шагнул вперед, уселся к Рэнсу на колени.
- Найе, - губы у Рэнса были обветренные, шероховатые, но от этого то, как они скользили по скулам, по шее, как почти несмело, на пробу касались рта Икенны, становилось странным до стона.
Ладони разминали спину, поясницу, Икенна откидывался назад, подставляя грудь в глубоком вырезе рубахи. Он помнил, было что-то... что-то непередаваемое. Да! Язык Рэнса через ткань задел сосок.
- Я сниму?
Икенна чуть не сказал: если бы нет, я бы не пришел, но передумал и закивал. Ему, действительно, было стыдно за то, как он выглядит - худой, в шрамах, на коленях синяки от ползанья по лесу. Только сразу вспоминались слова Рэнса о том, что это чьими глазами смотреть, и кружилась голова. Хотелось просить не только смотреть, но и трогать, доказывать эту разницу в точках зрения.
У них обоих стояло. Икенна потихоньку терся о Рэнса. Бездумно, иногда сам за собой это замечал и отключался снова, растворяясь в обрывках мыслей. О том, что хорошо бы попросить Рэнса раздеться. И чтобы тот целовал уже ниже. И самому потрогать, он ведь обнимал до сих пор, не больше. А Рэнс красивый. Не потому, что на него смотрит Икенна. А...
Рэнс распустил завязки на штанах Икенны. Не отрываясь от губ, обхватил член, сам тихо вздохнул. Икенна не выдержал:
- Возьми в рот!
Глаза Рэнса вспыхнули от диковатого восторга. Его руки не утратили бережности, но движения стали резче. Он подхватил Икенну на руки, донес до кровати, усадил, помог не снять, а сдернуть штаны и... замер, поглаживая. На его лице мешались ярость и то, о чем Икенна так мечтал - нежность.
- Рэнс! - Икенна сполз вниз, чтобы удобно было шире раздвинуть ноги. - Я не то что-то прошу?
- Ты мечты осуществляешь.
Икенна кончил очень быстро, закусив губу, чтобы не кричать. Это... Влажные, мягкие губы, язык горячий. Если Рэнс, когда его брал, чувствовал подобное...
- Можно попросить?
Слышать такие слова от Рэнса было необычно. Икенна нахмурился и осторожно кивнул.
- Погладь меня. Хоть просто... погладь.
- Я боялся, не позволишь. А... а ты можешь... снять с себя все?
- Твоя искренность порой граничит с издевательством, - Рэнс болезненно улыбнулся и потянул через голову рубаху. Аверийскую, которую надевал после мытья. Она была ему свободна. Скрывала не только тело, но и очертания. Икенна мог ничего не понимать в мужчинах, а в искусстве он понимал. С таких, как Рэнс, вырезали скульптуры для храмов и дворцов.
- Ты запомни, что я не издеваюсь, - посоветовал Икенна, рассматривая его.
Конечно, вблизи то, что причиняло такую боль, оказалось совсем не огромным. Таким, как у самого Икенны. Ну, чуть больше. Проверять Икенна не стал. Был уверен, что этого Рэнс точно не оценит. И рыжеватые волосы в паху. Икенна знал, что это он исключение, но все равно смотреть было необычно. А трогать - приятно. Рэнс стоял перед ним и дрожал, пока Икенна обводил пальцами каждый контур, который смог найти: мошонки, члена, проступающих, напряженных мышц. Но это все он делал для себя, Рэнс, наверное, просил о другом.
- Ложись? - предложил Икенна, пощупав упругую головку.
- Зачем ты меня спасал? - прошипел Рэнс через стиснутые зубы.
- Я поцелую? - Икенна склонился к губам, потрогал пробивающуюся щетину на подбородке. Колючая.
И он все-таки обхватил член покрепче, поэтому Рэнс не ответил. Икенна невольно обзавелся большим опытом самоудовлетворения. И это сначала он, одурев от непонятных ощущений, всего лишь добивался разрядки. Потом понял, что так только сотрет все. Пришлось изощряться. И не зря. Хоть что-то он мог дать Рэнсу в постели. Сейчас, жадно всматриваясь в искаженное удовольствием лицо, Икенна был убежден, что любит этого мужчину.
Связисты работали посменно, все равно не высыпаясь, потому что их было мало. Икенна не заходил к ним, чтобы не сталкиваться с Исанной, но радовался про себя, что тот оказался полезным и сотрудничал с удовольствием и добровольно. Икенна понимал свою семью, однако понимал и желание Рэнса их всех утопить. Не удалось осмыслить только, почему Рэнс этого не сделал. Он говорил, что ради Икенны, но... Икенна спрашивал у Марка, не делают такого для тех, кого хотят. Правда, помолчав, Марк добавил, что Рэнс просто такой "специальный благородный идиот". С уважением добавил, с восхищением даже. Но Икенне посочувствовал.
Сложно. Очень сложно. Работать было проще. Каждая коробочка с порошком, набухающим в воде, или той самой страшной массой, добавляла Икенне уверенности в своих силах. Если бы еще появилась определенность в их планах... Об этом он молчал, не желая нагружать Рэнса еще больше. Тот и так точно решил разорваться. Икенна подозревал, что его Рэнс не контролирует лишь потому, что не разбирается в его делах.
Иногда заходил старый лекарь. У него тоже было мало времени - постоянно кто-то болел, а лечить солдат аверийскими средствами не всегда было возможно. Конечно, Ханау тщательно готовилась к этой войне, армия была иммунной к чужой органике, только всего не предусмотришь. Икенна читал истории болезни, пытался что-то придумать, но ему не хватало то знаний, то оборудования. И они оба с лекарем обманывали Рэнса, уверяя, что больные обязательно поправятся.
- Сегодня Исанна принял интересное сообщение, - сказал Рэнс недели через полторы после их первой ночи.
Икенна, уже совсем сонный, тут же выпрямился и натянул до груди одеяло.
- Почему ты сразу не сказал?!
- Потому что иначе эти полчаса мы бы провели по-другому.
- Эгоист!
- Нет, мужчина.
Икенна открыл рот и передумал. Его тетка любила присказку, начинавшуюся с "все вы, мужики..." и заканчивавшуюся каждый раз по-своему, но в его исполнении это будет слишком.
- Тогда сейчас рассказывай.
- Для этого и начал, - Рэнс сложил стопочкой подушки и тоже сел. Икенну прижал к себе, хотя он и сопротивлялся. - Понятия не имею, зачем это Датару, но они рассылают по планете исследовательские экспедиции. Корабль-разведчик с возможностью садиться на поверхность, команда человек тридцать и ученые, столько же примерно.
Он сделал паузу, а у Икенны бешено забилось сердце.
- Сколько человек может вместить такой корабль?
- Без удобств и с риском умереть от перегрузок - влезем.
- А... как пережить перегрузки?
- Я полагаю, на корабле должны быть аварийные комплекты. Я изучил симулятор вдоль и поперек, и насквозь тоже, эти корабли рассчитаны на нецелевое использование как спасательные. А в условиях чужого малоисследованного мира лично я бы взял двойной запас.
- Будем надеяться, что у датарцев тоже есть мозги, - пробормотал Икенна.
Его затрясло. От оголтелой надежды, от необъятности задачи и непонимания, с какой стороны к ней подступиться. Рэнс обнял его крепче, тронул губами висок.
- Не пытайся сразу охватить все целиком. Ты же, когда эксперименты проводишь, разбиваешь их на этапы?
- Там я знаю, что делать, поэтому оно разбивается. О кораблях я только слышал.
- Тебе и не придется его захватывать. Извини, но в этой операции ты будешь только мешать.
- Я понимаю. Но участвовать и искать свое решение проблемы не одно и то же. И... научи меня завтра пользоваться этим симулятором.
- Обязательно, - Рэнс ладонью под подбородок запрокинул его голову и поцеловал.
Три дня Икенна учился управлять неведомой техникой, первой в его жизни. Старательно, проходя каждый шаг, пока он не станет инстинктивным. А на четвертый умер один из больных.
Они со старым лекарем действительно делали, что могли, но над смертью не были властны даже боги. Потому что их не существовало, Икенна теперь знал. Лекарь сидел над своими записями, переворачивая страницы дрожащими руками, а Икенна, кусая губы, смотрел на ссохшееся тело. Болезнь, что бы не стало ее причиной, не была заразной. Икенна грешил на какие-то местные микроорганизмы, но какие именно, если сами аверийцы никогда не страдали от подобного?! И, главное, как сказать об этом Рэнсу? Зря они лгали, наверное. Но Икенна был уверен, что так лучше, Рэнсу и без того достаточно проблем.
А он появился, словно позвали, по делу, скорее всего, и замер, увидев скрюченный труп. На лице мелькнуло что-то такое, что не оставило сомнений, именно этот человек уничтожил Шийонг. Икенна... иногда начинал забывать.
- Лоренс, - начал лекарь, поднимаясь со стула, но Рэнс остановил его.
- Сидите, доктор Генри. Так нам обоим будет удобнее. Икенна... Найе, пожалуйста, уйди.
- Рэнс...
- И замолчи. Я потом тебя обязательно выслушаю.
Икенна вывалился в коридор, часто дыша. Сердце билось с перерывами, останавливаясь каждый раз, когда Икенна сжимался от ужаса. Кажется, он натворил что-то, что такие, как Лоренс не прощают. Его "Найе" обнадеживало, но все равно было страшно. Очень страшно.
Он, пошатываясь, пошел вперед и сам не заметил, как забрел в аверийский блок. Ему перегородили дорогу те, кто еще не так давно кланялись и не поднимали глаз.
- А ну разойдись, чернь! - откуда-то вылетел Тассна.
Затормозил, обнял Икенну до хруста.
- Соскучился! Тебя эта сволочь не пускает?
- Его здесь нет, - Икенна покосился на слуг.
- Это я вижу! - удивился Тассна, потом почесал в затылке и разулыбался. - А, ты о том, что сюда тебя не он не пускает! Так мог бы позвать.
- Я занят большую часть времени, братишка. Извини. Я тоже скучаю, - он выдавил улыбку и погладил Тассну по щеке. - Ты приходи ко мне в лабораторию. Когда дверь открыта, я не против поговорить. Никто тебя не тронет ведь.
- Ха! Я им трону! - Тассна нахмурился и демонстративно поиграл бицепсами.
- Они и без этого не будут, - заверил его Икенна. - Извини, мне уже пора.
- А чего приходил-то? - прокричал вслед Тассна.
- Тебя повидать, - Икенна ускорил шаг, пока до брата не дошло противоречие.
Нужно было возвращаться в лабораторию. Или хотя бы в их с Рэнсом комнату. Не убьет же. Даже ударит вряд ли. Или хотя бы не изобьет. Но не получалось. Он шел все дальше, забираясь в пустые коридоры. Тут было аварийное освещение, поэтому заблудиться или сломать шею не получится. Однако за каким-то поворотом он услышал шорох и застыл. Чужих тут быть не могло, но кто Икенне свой?
- Найе? - знакомый голос прозвучал приглушенно и настороженно. - Что случилось?
- Я у тебя то же самое могу спросить, - Икенна пошел на звук и нашел Марка, сидящим на полу в небольшом закутке.
Раньше тут был алтарь, большая чаша и благовонья. Но чашу забрали на кухню. Он тогда истерически хохотал, забившись за шкаф и с головой накрывшись одеялом.
- Перезарядка, - Марк откинул назад голову и усмехнулся.
Красноватые блики аварийных ламп превратили улыбку почти в оскал. Икенна тут же сел рядом, чтобы видеть лицо неискаженным.
- Тебе плохо? - спросил он, на всякий случай взяв Марка за руку.
- Как сказать... Ничего не болит. Просто временно закончились силы, - он благодарно сжал пальцы Икенны. - А что случилось у тебя?
- Ничего, - Икенна замотал головой для весомости.
- Поэтому ты не в лаборатории, а шастаешь по заброшенным коридорам? На-айе.
- Умер ваш солдат, - решился Икенна. - Я не помню его имени. Он лежал у входа.
- Кирратан? Ясно, - Марк зажмурился и затаил дыхание, но лишь на мгновенье.
- Ты не удивлен?
- Я ждал этого. Заходил как-то к доктору Генри... тот, кто собирается жить, так не выглядит.
- И не сказал Рэнсу?
- Был уверен, что он знает, - Марк внимательно посмотрел на Икенну. - Вот в чем проблема, да? Он не знал?
- Да, - Икенна вздрогнул от внезапного озноба. - Я просил лекаря молчать, потому что Рэнс и так слишком много взвалил на себя. Он сильный, но то, что не гнется, ломается. А тут непонятно почему умирают его люди. Их... вас и так осталось мало. И на глазах еще.
- Ларри уверен, что выдержит все, - Марк прислонился затылком к стене и потерся об нее, почесался, наверное. - И выдержит ведь. Какой ценой только. Учись лучше путать следы, Найе.
- В смысле путать следы? Ты не осуждаешь меня?
- Я понимаю тебя. Точнее, понимаю твои мотивы. Но неплохо бы еще лучше просчитывать последствия.
- А ты умеешь? - Икенна посмотрел с надеждой. Он многое узнал от Марка, может быть, и этому научит.
- Я знаю механизм, способен его использовать, но тебя учить точно не стану. Не моя прерогатива. Тут тебе лучше обратиться к самому Ларри. Когда он остынет.
- Почему ты так спокоен, Марк?
Тот вытянул ноги, улыбнулся и замер так.
- А какой смысл нервничать в нашем положении?
Икенна недоуменно покосился, а потом вспомнил. Рэнс пока скрывал новости от всех, кроме тех, кто оказался невольно замешан, и пилотов. Молчал, потому что не было четкого плана. И поэтому Марк Сайбер сидит вот тут и пытается настроить себя на свою вечную искрящуюся улыбку и задорный взгляд. После этого ему не нравится молчание Икенны и лекаря?! Он вождь, да, но... Икенна вспомнил, как он был счастлив наедине с книгами и препаратами в храме.
- Люди - это слишком сложно, - пожаловался он Марку.
Марк засмеялся.
- Найе, ты только правильно пойми, как хорошо, что ты есть.
- От тебя я не видел ничего, кроме добра. Как еще я могу тебя понять? - удивился Икенна.
- На-айе, - снова усмехнулся Марк. - Наверное, тебе лучше вернуться. Ларри будет тебя искать. Не прячься. Ты скорее убедишь его в... не в правоте, но хоть в чем-то убедишь, если выскажешь все в лицо.
- Наверное, - неуверенно протянул Икенна. - И мне еще найдется, что ему сказать, - он вскочил, а потом оглянулся на Марка. - А ты?
- А я посижу еще. Не волнуйся, все в порядке.
Икенна с сомнением ответил на улыбку, но все-таки заставил себя уйти. Марк не из тех, у кого Рэнс стволы из уха вынимал. А устать тут немудрено.
В комнате Рэнса не было, у лекаря - тоже. Икенна немножко посидел, отпаивая старика водой с каплями, послушал рассказ о холодном шипении Рэнса. Все очень предсказуемо, только зачем доводить людей до инфаркта? Икенна даже немного подержал лекаря за руку, надеясь, что с тем ничего не случится. Терять сейчас медиков - преступная расточительность.
Увиделись они только вечером. Икенна, закрывшись в лаборатории, забыл о времени, опомнился уже после ужина. Идти в столовую не хотелось, поэтому он сунул в рот ложку своего концентрата, запил и, поколебавшись, пошел "домой". Солдаты привычно игнорировали его, он шел мимо, опуская глаза. Не считал себя виноватым, чтобы не сорваться. Осознание, кого в нем все еще видят, давалось ему слишком тяжело. Не получалось отработать бесстрастность, эта маска требовала постоянного напряжения.
Рэнс привычно горбился за компьютером, рядом стояла полупустая тарелка. Услышав шаги, он обернулся и раздраженно махнул рукой.
- Хотел бы оторвать голову - сделал бы. Хотя, все еще не помешает. Икенна, как мне объяснить, в каких именно областях тебе вообще не следует принимать решений?
Его рот судорожно кривился. Смерть этого Кирратана точно потрясла Рэнса куда больше, чем очередное неповиновение Икенны. Его Икенне было жаль. А солдата - все-таки нет.
- Расскажи Марку и остальным, кому веришь, что у нас есть шанс. Не жди, пока сам продумаешь план целиком, можешь не дождаться. Дай им надежду. Тебе не справиться без них, а они сойдут с ума, пока ты сидишь на информации.
Рэнс удивленно моргнул.
- Икенна, причем тут...
- Потому что это важнее! И... это проще, чем объяснить мне, по какой причине я должен позволить тебе себя угробить!
Рэнс расхохотался, а потом поморщился и осторожно помял висок. У него теперь реже болела голова, постоянная близость Икенны шла на пользу, но сегодня они были врозь весь день. Икенна осторожно обнял, выглаживая сетку знакомых шрамов на шее и плечах в широком вырезе аверийской рубахи. Для его родни то, что солдаты растащили одежду, было кощунством. Икенна прятался от мира за своей маской, родственники нашли свою. Не менее глупую.
- Найе, - Рэнс наклонился вперед, к столу, чтобы Икенне было удобнее ласкать, разминая мышцы. - Не переводи разговор.
- Тебе легче? - спросил Икенна, нагибаясь к уху.
Рэнс развернулся, перехватил его губы. Несколько секунд жадно целовал, а потом выпустил и шумно выдохнул.
- Теперь - да. И я тебя слушаю.
- А я все сказал. Марк задыхается от безысходности. О других не знаю, не общаюсь с ними, но вряд ли они счастливы. Ты чуть не довел старика до приступа, потому что от тебя скрыли то, на что ты не в силах повлиять. Сам же скрываешь совсем другое. От чего, может быть, зависит наше будущее. Тебе не кажется, что это не просто нечестно? Это подло.
- До приступа?! - запоздало вскинулся Рэнс. - Как он?
- Теперь нормально. Я проследил. Но не ты один переживаешь за всех нас. И не ты один хочешь что-то изменить. Ты имеешь право требовать подчинения, но приказывать - это не значит сначала все сделать самому. Вот мне как объяснить это, чтобы ты понял?
Они долго с вызовом смотрели друг на друга. Лоренс кивнул первым.
- Хорошо. Завтра я соберу старших офицеров. Мы все обсудим. Ты прав, боясь проиграть, я загнал себя в другую крайность. Но, Икенна, это не значит...
- Я понял.
- Но не обещаешь?
- Рэнс, я... - Икенна присел на корточки возле его стула, положил голову ему на колени. - Я буду стараться. И я никогда не поступлю так, если речь будет идти о нашем выживании. Ты... не пожалеешь, что спас меня.
- Найе, любые попытки играть на эмоциях, должны быть четко дозированы, - усмехнулся Рэнс, пересаживаясь к нему на пол. - Последняя фраза была лишней.
- Я запомню, - кивнул Икенна, подставляя горло поцелуям.