# Панночка померла...

Дмитрий Владимирович Аникин

Опубликовано в журнале "Камертон" ╧ 114 Апрель 2019


1

И лунное, и сонное

тут озеро легло -

гаданьем утомленное,

ущербное стекло...


Омоют воды легкие

тела белым-белы,

и ветлы ветви робкие

склоняют в глуби мглы.


***

И, летом изнуренное,

сияние влекло -

лучами напоенное

гладь-жгучее-стекло -


вглядеться в неизменные,

в заветные черты

лица - в обыкновенные,

когда б это не ты!


2

Я - душенька, я мертвая,

я по небу лечу,

слезами незаметными

поднЕбесье мочу.


И жалко мне оставлену-

ю в лЕсе, на лугу

плоть, больше не желанную,

поднять я не могу...


3

Белым-бела, ты умерла,

красивая лежишь,

не отражают зеркала

твой выдох, стынут лишь.


Как ты прекрасна, холодна!

Утопленниц таких

несет днепровская волна -

белЫх сестер твоих.


Идешь ко мне - пока черту

не в силах пересечь;

ты улыбаешься - по рту

кровь долго будет течь.


***

На третью ночь через межу

пройдет сначала взгляд,

потом пропустит госпожу

черта - нельзя назад,


не отступлю я, стану твой,

за ту ночь заплачу,

как надо, телом и душой.

И снова захочу!


4

А я чего?

Я не делал ничего!

Отпустите меня

ради света дня!


Не дайте пропасть

в раззявлену пасть

ада!

Не надо!


Я, что ль, девку убил?

Не хватило ей сил

мила друга возить

во всю бойкую прыть.


А теперь вон летает,

угомону не знает -

хуже ей, что ли,

в посмертной-то доле?


А я многое знаю,

дай угадаю

имена ваши

и кто чем страшен.


Я о вас напишу.

Призраки шу-шу-шу:

"Уж для славы, забавы

его вживе оставим".


5

Вий

Поднимите мне веки,

дайте посмотреть криво-косо!

Ох ты и подлец, брат философ,

ухайдокал девку!


Так бери ее насовсем -

панночка да бурсак,

мертвая и не так -

среди этих священных стен.


6

Хор (на разные голоса)

Наш теперь, наш!

Дерьмом ему лоб помажь!


И ты теперь наша,

от смерти лишь краше!


Будешь везде

на нем ездить!


Будет и он

на тебе верхом!


Будете летать,

звезды сбивать!


Вий

А повалит страсть-хмель -

так в земле сырой вам на двоих одна постель!