Аникина Елена: другие произведения.

Один плюс один

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Егор Рэйнберри живёт на Земле, его любит мама, у него есть старший брат, а отец, Рихард Рэйнберри - капитан звездолёта. И почти всё время в космосе. Обычная жизнь, обычного мальчишки... Ллидд Маа-варихт живёт с родителями на Тарионе. Он колартэнянин, но воспитан в традициях Тариона. Они пока не знают друг о друге. Но однажды их дороги пересекутся, совершенно случайно. А может быть это неслучайность?


Один плюс один

Часть 1 Песок

1

   - Егор, Его-ор, мне тебя долго ждать? - в голосе Александры уже чувствовалось недовольство.
   - Ну, ма-ам, ну еще чуть-чуть.
   - Георгий, если ты немедленно не явишься, я обо всем расскажу отцу!
   А вот это уже серьезно. Егор на собственном опыте знал, что не стоит переходить границу, за которой мама по-настоящему рассердится. Он нехотя выбрался из-за компьютера и поплелся в комнату. О, эти званые обеды. Он терпеть их не мог. Приходят нудные соседи, мамины подруги и начинают обсуждать последние сплетни, или новинки в магазинах, или еще какие-нибудь взрослые скучные проблемы. Хорошо Сэму - он уже самостоятельный, и заявил раз и навсегда, что он в этих обедах участия принимать не будет. У него свои дела и терять время в обществе разных кумушек он не собирается. Егор вздохнул. Может быть, удастся сегодня придумать предлог и улизнуть? А то придет, наверняка, Евлампия Белфорд со своей крошечной беленькой собачкой, а с ней непременно явится Саманта Мэндес. Как будто ему в школе мало общения с этой задавакой.
   - Мама, - начал, было, он, но Александра не слушала.
   - Гошенька, у нас сегодня гости. Иди, переоденься, и через пятнадцать минут я жду тебя внизу.
   - Мама, а кто сегодня будет к обеду? - тусклым голосом спросил Егор.
   - Так ты еще не в курсе? - Александра хитро подмигнула, - Ну, а я думала, что наш всезнайка уже всё разузнал. Сегодня у нас обедают папин сослуживец, навигатор со звездолета "Эгина", Герман Баер и еще один гость...
   Александра, невольно улыбнулась - от унылой апатии сына не осталось и следа. Егор вытянулся в немом ожидании. Он весь, казалось, засветился от предчувствия чего-то удивительного, а в глазах зажглись золотистые точки.
   - И кто это, мама?
   - Это колартэнянин, учёный. Его зовут Салеш, и ты должен быть очень внимательным и корректным с ним. И следи, пожалуйста, за собой за столом. Я уверена, что этот обед тебе понравится, - она взлохматила непокорные вихры сына, - иди, переоденься.
   - Я мигом!
   А Егора уже и след простыл.
  
   Он ворвался в свою комнату и распахнул шкаф с одеждой. Так, колартэняне сдержанный народ (конечно, не такие "замороженные" как, например, тарионцы, их ближайшие родственники по квадранту), но тоже не терпят никакого беспорядка. Во всяком случае, дядя Ллидд, папин самый-самый лучший друг, именно такой. Хотя, мама рассказывала, что и среди жителей Колартэны встречаются балагуры, но очень редко. Это скорей исключение из правил. А Салеш, как сказала мама, учёный. Значит, очень серьёзный. Он постарается не сморозить какую-нибудь глупость. А еще в придачу будет офицер с отцовского звездолета. Перед ними нужно выглядеть соответствующе и не ударить в грязь лицом. Интересно, они привезут какие-нибудь вести от папы? Что-то давненько от него не было писем. Целый месяц Рихард Рэйнберри не давал о себе знать. Конечно, "Эгина" сейчас находилась в свободном поиске, и расстояния до ближайших космических станций измерялись, наверное, миллиардами километров. Поэтому папа и не посылает писем. Зато теперь-то уж Егор не упустит случая. Он как следует, расспросит Баера. И сколько всего занимательного он может рассказать! Сердце колотилось часто-часто в радостном предвкушении.
   Ха, а Сэм-то, смотался к своим дружкам. Как много интересного он пропустит. Ну, ничего, он расскажет ему всё в подробностях.
   Размышляя, таким образом, Егор забрался в самые недра платяного шкафа и устроил там настоящее землетрясение, верней "одеждотрясение", но выудил, наконец, свои самые приличные брюки и новую рубашку - синюю с капитанскими нашивками и эмблемой одного из звездолетов. Эту рубашку привез ему отец в свой последний приезд. Семь месяцев назад. Тогда она была Егору чуть-чуть великовата, и он ни разу еще ее не надевал. Но сейчас был самый подходящий случай.
   Он покрутился перед зеркалом, одернул тунику, пригладил вихры и остался вполне собой доволен.
  
   - Егор, - донеслось снизу.
   - Уже иду, мама.
   Он скатился по лестнице, и через минуту был в гостиной.
   Гости уже были здесь. Германа Баера Егор смутно помнил. Он приезжал к ним как-то с отцом пару лет назад. И честно говоря, еще тогда Егорка тихонько подошел к папе и спросил, действительно ли Баер служит на звездолете. Потому что в привычные параметры храброго покорителя звездных пространств гость совсем не вписывался. Маленького росточка, худощавый и белобрысый. Со смешным хохолком на затылке, который, кстати, и сейчас торчал совершенно по-мальчишески. А Рихард Рэйнберри тогда посмотрел в глаза сыну и серьёзно ответил, что внешность человека совершенно не важна.
   - Главное, сынок, что это за человек. И я тебя уверяю, что лейтенант Баер самый лучший навигатор, которого я встречал. Он с закрытыми глазами может вычислить курс куда угодно и доставить нас туда, куда требуется кратчайшим путем.
   Егор тогда пообещал себе никогда не судить о людях с первого взгляда, пока как следует к ним не присмотрится.
   А вот колартэнянина он видел впервые. Салеш, высокий, с гладкой темной прической и абсолютно непроницаемым лицом сидел за столом очень прямо, словно аршин проглотил. Странно, но это выглядело совершенно естественно.
   - Здрасьте, - с порога поздоровался Егор.
   В ответ на приветствие колартэнянин только повернул к нему голову, а Баер широко улыбнулся и сказал:
   - О, Егорка, здравствуй, здравствуй. Как ты вырос с последней нашей встречи. Сколько тебе?
   - Одиннадцать с половиной.
   - Совсем большой. Ну-ка, дай на тебя посмотреть...
   - Егор, присаживайся к столу, - Александра слегка подтолкнула его и улыбнулась.
  
   Егор уткнулся носом в чашку, а сам во все уши слушал разговор взрослых. Наверняка они расскажут что-нибудь интересное, и о папе, в том числе.
  
   - ... А потом я очнулся уже на Земле, в госпитале, - продолжал Баер, - вот, собственно говоря, и вся история. Это было четыре месяца назад. А сейчас я готов вернуться на службу. Поэтому я здесь, Ася. Я рассчитываю нагнать "Эгину" недели через три. Если у вас есть что-то, я мог бы отвезти это Рихарду.
   - Спасибо, Герман. Я попрошу тебя передать ему письмо и небольшую посылочку.
   - Ну, если она не весит пару тонн, то с удовольствием, - Баер снова улыбнулся.
   Александра рассмеялась в ответ.
   А Егор никак не мог отделаться от ощущения, что навигатор чего-то недоговаривает.
   - А вы, господин Салеш? - она повернулась к колартэнянину.
   Тот удивленно посмотрел на молодую женщину.
   - Я не понял вашего вопроса, госпожа Рэйнберри.
   - О, я хотела спросить, чем вы занимаетесь? Вы ведь не служите на звездолёте?
   - Я служу в колартэнском Дипломатическом корпусе. И в настоящий момент собираюсь присоединиться к господину Баеру, который направляется на свой корабль. Я должен выполнить некую научную задачу.
   - Вы очень таинственная личность, господин Салеш.
   Колартэнянин не удостоил её ответом и отвернулся. Александра только плечами пожала.
   - Гошка, а ты не хочешь передать отцу что-нибудь? - вдруг спросил Баер.
   Егор встрепенулся.
   - Да, конечно! - выпрыгнул из-за стола, и запоздало попросил, - с вашего разрешения.
   Не дожидаясь ответа, он убежал в свою комнату.
   Всё-таки как здорово, что Баер сегодня заглянул к ним. По подпространственной связи много не наговоришься, а ему столько всего, что нужно рассказать папе. И о новых школьных курсах, и о том, что он уже самостоятельно пилотировал маленький флаер (сосед, Август Мари разрешил ему), и том, как они с Сэмом ездили на озеро ловить раков и как Сэм запутался в водорослях, и ему, Егору, пришлось его вытаскивать, и о том, что у Сэма новая подружка, и он совсем мало проводит времени с младшим братом, и о том, что он, Егор, очень-очень соскучился по папе и хочет его скорей увидеть.
   Егор уселся к компьютеру и принялся надиктовывать письмо.
   - ...Папа, я бы очень хотел, чтоб ты смог приехать к нам, хотя бы на Рождество, - закончил он.
   Егор взглянул на часы и ахнул. Оказывается, прошло больше часа. Он вытащил карту памяти и помчался вниз. Он надеялся, что гости еще не ушли.
   - Вот, - он вручил карточку Баеру.
   - Отлично, Егор. Будь уверен, твоё письмо будет доставлено в целости и сохранности.
   - Я не сомневаюсь, - серьезно кивнул Егор, и, обернувшись к матери, попросил, - Мама, можно я пойду гулять?
   Александра кивнула.
   - До свидания, - он слегка поклонился гостям и выскочил за дверь.
   Уже уходя, он услышал:
   - Егор славный мальчишка. Я уверен, он вырастет стоящим человеком...
  
   Александра целый день занималась домашними делами, потом позвонила Евлампия Белфорд и зазвала ее в гости. Она возвратилась только поздно вечером.
   - Мам, я уже дома. Есть что-нибудь перекусить? - услышала она с порога голос старшего сына.
   - Сэм, еда в холодильнике. Разогрей и ешь.
   На кухне послышалась какая-то возня, зазвенела посуда.
   - Чёрт!
   - Сэм, всё в порядке?
   - Да, я просто уронил концентраты. Мама, а где Егор?
   Александра тут же возникла в дверях и удивленно глянула на заросший затылок сына.
   - То есть как, где? Он должен быть у себя.
   - Да нет его, - Сэм повернулся к матери, - когда я пришёл, дома вообще никого не было.
   - Он ещё днем ушел гулять, и с тех пор я его не видела, - Александра встревожено покачала головой, - Сэм, набери его, пожалуйста.
   Тот вытащил личный коммуникатор и ткнул пальцем в экранчик.
   - Егор, - произнес он.
   Но из динамика донеслось только шуршание статики.
   - Странно, такое ощущение, что его коммуникатор отключён.
   - Господи, Сэм, где он?! - у матери началась тихая паника.
   Старший сын тут же подскочил к ней и обхватил за плечи.
   - Успокойся. Я сейчас же свяжусь со Службой Правопорядка. Его отыщут в мгновение ока, - он чмокнул мать в щёку и раскрыл коммуникатор.
  

2

   Аманда выглянула в окно и покачала головой. Бутоны на розовом кусте начали сворачиваться. Нужно полить и подкормить. Ах, если б чуть-чуть попрохладней. Хотя в её оранжерее росли самые теплолюбивые (даже жароустойчивые) растения, всё равно летом им было слишком жарко. Она вздохнула. Земные растения с трудом адаптировались к чуждой среде, так же как и она сама когда-то. Но теперь Тарион стал её домом. Тарион - горячая засушливая планета, вращающаяся под древним солнцем. Пятнадцать лет назад её, молодую девушку привёз сюда муж - Варихта Маа-тарелл - посол Колартэны, сначала на Земле (где они и познакомились), а потом здесь, на Тарионе. Тарионцы в чём-то очень похожи на колартэнян, во всяком случае, внешне: то же строение тела, те же заострённые уши, та же аквамариновая кровь. Но из-за высокой гравитации (выше, чем на Земле или на Колартэне), тарионцы более низкорослые и сильные, чем грацильные колартэняне. А ещё более сдержанны. Проявлять эмоции на людях считается у них дурным тоном. И превыше всего они ценят логику. И Варихта такой же. Серьёзный и сдержанный, и очень логичный.
   Но, несмотря на жару, несмотря на иные обычаи, Тарион стал её домом. Её настоящим домом - здесь живут два самых любимых её человека - муж и сын. Она подавила укол тревоги. Ллидду очень трудно приходится в этом мире. Он не обычный мальчик - дитя двух миров - и человек, и колартэнянин, даже трёх, потому что он родился и вырос здесь, на Тарионе. Она грустно усмехнулась, нет. Скорее тарионец. Варихта всеми силами старается воспитать из сына настоящего тарионца, и Ллидд с таким же точно неистовым рвением старается стать настоящим тарионским колартэнянином, изо всех сил подавляя в себе любые проявления своей человеческой природы. Конечно, ему трудно.
   Аманда снова вздохнула. Назвать сына именем величайшего человека Колартэны было её идей. Она и не предполагала, что вместе с именем к сыну перейдёт дар (или проклятье) Первого Старейшины планеты.
   Полтора тысячелетия назад, когда страшная война, а затем эпидемия практически погубила цивилизацию родной планеты её мужа, крупицы культуры собрал и спас один человек - Предстоящий, а затем и Первый Старейшина Ллидд. Говорили, что он был старшин сыном одного из царей, поэтому не имел права наследования. Но после того, как была уничтожена вся его семья, Ллидд остался единственным, кому были ведомы древние знания. А кроме того его способности... Ллидд - Предстоящий, а это значит, что ему предназначено было найти и воспитать Избранного - спасителя планеты. Аманда усмехнулась. Спасителя. Он сам и оказался Спасителем. Невероятный ум, сила предвидения, способности управлять людьми. А ещё, говорили, что он был очень сильным эмпатом. Мог не только почувствовать другого человека, но даже повлиять на него, обратной эманацией заставить изменить своё отношение, поверить ему, Ллидду. Плюс его способность проникнуть в личность человека и полностью слиться с другим, когда оба становились, по сути, единым целым. Ходили слухи, что он жил полторы тысячи лет и всё это время сохранял планету. Потом он внезапно исчез, словно растворился в воздухе. Это произошло чуть меньше двадцати лет назад. Первый Старейшина пропал совершенно внезапно, не оставив после себя никаких распоряжений, наставлений, или приказов. И конечно, тут же родилась легенда, что Предстоящий Ллидд, Первый Старейшина Колартэны покинул планету потому, что ей перестала грозить опасность. Цивилизация восстановлена, угроза возникновения новых эпидемий ликвидирована после того как планета вошла в состав Федерации - Союза Планет. Но если что-то произойдёт, он обязательно вернётся. Вернётся и спасёт Колартэну.
   И её Ллидд, он такой же. Она гордилась его интеллектом, его логическими выкладками и успехами в школе. А ещё её мальчик эмпат. И ему трудно постоянно чувствовать всех окружающих его людей. Но самое главное, что Ллидд отрицал свои способности. Он почти ненавидел свой дар и постоянно желал только одного - стать "нормальным", таким, как другие дети. Аманде порой казалось, что им с отцом так и не удалось объяснить сыну, что его способности - дар, а не проклятие. Что, развивая их, Ллидд в дальнейшем сможет достичь заметных успехов. Но мальчик всячески противился своей природе. Он твердил, что ни окружавшие его тарионцы, ни его родственники колартеняне, ни тем более, люди, не обречены были постоянно ощущать мысли и чувства других людей. Ллидд устал быть другим. Может быть, поэтому Варихта так поверил в философию Тариона? Чтоб помочь сыну? Он нашёл наставников, которые обучили Ллидда выстраивать ментальные барьеры, закрываться от чужих чувств и эмоций, от чужой боли и враждебности. А враждебности хватало. Дети. Они бывают очень жестокими. Аманда закусила губу, вспомнив, как несколько лет назад одноклассники дразнили её мальчика, говорили, что он не такой, как все. Он не человек, не колартэнянин. Он не тарионец, а ведёт себя как тарионец. Он не умеет делать простейших защитных движений, которым маленькие тарионцы обучаются с рождения. Даже самое простое нейровоздействие, после которого противник мог потерять сознание на несколько минут или часов Ллидду было недоступно. В пустынях Тариона водились страшные хищники, а пацифистская философия запрещала использовать против них оружием, только оборона, причём с помощью собственных умений.
   Конечно, он научился нейрозахвату. Хотя маленькому колартэнянину потребовалось на освоение методики много времени, но как же мальчишка был счастлив, когда этот захват у него получился. И Ллидд показал одноклассникам, на что способен. Аманда улыбнулась. Её мальчик самый лучший, без сомнения.
   Слава богу, что теперь отношения со сверстниками у него нормализовались. Хотя он ни с кем по-настоящему не сблизился. Признаться, на первых порах, пока она не узнала тарионцев, Аманда думала, что у них не существует такого понятия как "дружба". Но это было не так. Прожив на Тарионе почти пятнадцать лет, она поняла, или думала, что поняла эту загадочную расу. И то, что у Ллидда не было друзей, её очень сильно расстраивало. Если б он смог сблизится с кем-нибудь, быть может, он бы изменился, чуть-чуть отмяк, что ли. Перестал так сильно замыкаться в себе. Иногда она ловила себя на мысли, что совершенно не понимает своего сына, хотя Варихту читала как открытую книгу.
   И будто в ответ на свои мысли, Аманда уловила в холле легкие шаги.
   - Ллидд, это ты, милый?
   - Да, мама, - откликнулся бесстрастный голос.
   Он не остановился, не взглянул на мать, не улыбнулся ей, и уж тем более не потёрся щекой о ее рукав. Это нелогично. Аманда вздохнула еще раз, а потом неожиданно улыбнулась. Ллидд никогда не показывал своей любви к ней, но она не сомневалась, что является для сына самым дорогим человеком.
  
   Ллидд положил школьную сумку на стул, передернул плечами и решил, что не станет сейчас заниматься. Он переменил одежду и отправился к единственному существу, которое понимало и принимало его таким, каким он был на самом деле - к своему питомцу - сакт`арту - огромному животному, покрытому длинной бурой шерстью, грозному с виду, но очень доброму и преданному созданию.
   Этот сакт`арт - Тч'счейа - появился у него четыре года назад. Прежний питомец А'Тча погиб, защищая маленького Ллидда, когда тот заблудился в пустыне шесть лет назад. Он отлично помнил, как разозлился и перепугался, после очередной стычки с мальчишками около дома. Он воспринял их неприязнь, удвоив собственную ненависть, бросился на обидчиков, но потерпел поражение, когда один из противников оглушил его нейрозахватом. Маленький тарионец был ещё не очень искусен, поэтому Ллидд тогда даже не потерял сознания. Но это не избавило его от унижения. Давясь слезами, малыш бросился прочь, ощущая беззвучное улюлюканье. Хотя обидчики провожали его абсолютно каменным выражением лица, Ллидд чувствовал их злорадство и презрение. Он бежал, и бежал, пока дыхание не прервалось, и силы не оставили малыша. Ллидд растянулся на песке, а когда через несколько минут поднял голову, понял, что начало темнеть. А ночью в пустыне было очень опасно. Выходили на охоту хищники - гарибы. От их острых клыков и длинных когтей не было спасения. Один молниеносный прыжок, и жертве оставалось только трепыхаться в зубах голодного гариба. А голодны они были всегда. Тарионцы не охотились на гарибов, считая их достоянием планеты, потому что этих страшных хищников оставалось очень мало. А посещать ночью пустыню было строжайше запрещено.
   ... Ллидд тогда чудом остался жив. Его питомец каким-то образом почувствовал, что мальчику грозит беда. Он перемахнул стену, окружавшую город и примчался на помощь...
   Потом отец говорил ему, что А'Тча жил не зря, отдав свою жизнь за жизнь маленького Ллидда, но Ллидду от этого не становилось легче. Он чувствовал свою ответственность и вину за гибель питомца, потому что поддался чувствам и поступил неразумно. Именно тогда он и дал себе слово, что отныне будет держать свои эмоции в узде, не позволяя им управлять собою и совершать подобные роковые ошибки.
   И всё-таки он позволил себе завести нового питомца только через полтора года, когда почувствовал себя готовым взять ответственность за чужую жизнь. Он воспитывал Тч'счейю с самого младенчества, и сакт`арт платил ему за заботу преданностью и любовью.
  
   - Ллидд, ты куда-то собрался, дорогой? - спросила Аманда.
   Тот кивнул и ответил:
   - Я решил прогуляться в пустыне месте с Тч'счейей и научить его новым умениям.
   - Ллидд, скоро придет отец, пора обедать.
   Мальчик удивленно приподнял бровь:
   - Мама, нелогично терять время. Я успею потренировать Тч'счейю и буду дома до возвращения отца.
   Аманда усмехнулась:
   - Иди, да смотри, не удаляйся в пустыню. Сегодня очень жарко.
   - Хорошо. Не волнуйся, мама, я буду осторожен и возвращусь через двадцать пять минут.
   Аманда невольно улыбнулась. Сын развернулся, и, кликнув сакт`арта, выбежал за ворота.
  
   Через пару минут Ллидд был уже за стеной, которая защищала город от песчаных бурь. Они то и дело возникали в пустыне.
   - Тч'счейа, за мной, быстрей! - крикнул мальчик и что есть мочи кинулся вперед.
   Он бежал всё быстрей и быстрей, пока дыхание не начало прерываться. Сакт`арт дышал ему в затылок. Он двигался удивительно легко и бесшумно для такого неуклюжего на вид животного.
   Внезапно Тч'счейа, сделав огромный прыжок, перелетел через голову Ллидда и замер в паре метров от мальчика. Сакт`арт оскалил свои пятнадцатисантиметровые клыки и утробно зарычал, бурая шерсть на загривке поднялась. Ллидд остановился, словно налетев на стену, и настороженно оглянулся. Никого. Пустыня девственно чиста. Только то там, то тут мелькали колючие кустики, да на горизонте маячили далёкие горы.
   - Что случилось, Тч'счейа? Ты почуял гариба?
   Сакт`арт снова зарычал и крутнул головой в сторону города.
   - Ты считаешь, что нам следует вернуться? Хорошо. Тогда вперед, обратно.
   Хотя никакой видимой опасности не было, но Ллидд привык доверять инстинктам своего питомца.
   Он развернулся на сто восемьдесят градусов и помчался назад со всей скоростью, которую позволяли развивать его ноги. Плотный песок не мешал бежать, но он уже порядком устал и начал задыхаться. Ллидд вдруг споткнулся о камень, непонятно откуда возникший на пути, и во весь рост растянулся на земле. И в ту же секунду услышал звук фазового оружия. Тч'счейа тоненько заскулил, покачнулся и рухнул рядом с ним. Ллидд мгновенно вскочил на ноги, но единственное, что успел заметить, какую-то непонятную фигуру с ног до головы закутанную в темную материю и дуло фазового оружия, направленное ему в лицо. Потом вспышка, в голове помутилось, и он больше ничего не помнил.
  

3

   Егор открыл глаза и постарался сообразить, что произошло и где он находится. Голова болела и плохо соображала, во рту пересохло. Скверно. Он попробовал шевельнуться и понял, что это ему не удастся. Он лежал на какой-то твердой поверхности лицом вниз, а руки были скованны за спиной индуктивными браслетами. Мальчик приподнял голову и огляделся. Судя по всему, он находился внутри какого-то корабля. Он присмотрелся и различил людей в рубке. Трое. Двое сидели за пультом управления, а один стоял, повернувшись к Егору спиной. Высокий и худой, в длиннополой одежде со стоячим воротником. Они о чем-то неразборчиво говорили.
   Мальчик прислушался и различил слова:
   - Зачем вы притащили сюда мальчишку?
   - Он - свидетель.
   Егор вздрогнул - знакомый голос.
   - Вы могли бы оглушить его и проделать с его головой ваши традиционные штуки.
   - Мог бы, - спокойно возразил высокий, - но мои способности вмешиваться в разум гуманоидов, к сожалению, довольно слабы. И я подозреваю, что при малейшей зацепке, мальчишка тут же бы всё вспомнил. Теперь же, когда мы забрали его с собой, его никто никогда не обнаружит, и он никакой опасности нам не принесёт.
   - Тогда его нужно было просто убить, - рявкнул один из пилотов.
   Егор вжался в пол.
   - Это было бы неразумно, - прежним ровным голосом возразил оппонент, - живой он может принести нам гораздо больше пользы, - он усмехнулся и оглянулся на мальчика.
   Тот сейчас же уронил голову на пол и притворился бесчувственным. А сердце бешено заколотилось. Он узнал похитителя - их гость - колартэнянин Салеш. Ничего себе! Колартэнянин занялся киднепингом? И с какой целью? Зачем кому-то понадобилось красть его? Егор из-под ресниц настороженно следил за похитителями. А еще его просто распирало острое желание разобраться, что собственно говоря, здесь происходит и кто эти двое с Салешем.
   - По-моему, пацан очнулся, - словно услыхав его мысли, проговорил один из них. Он обернулся, и Егор похолодел - лориец. Лет тринадцать назад, ещё до его рождения, силы Лорийского Альянса пытались вторгнуться в пределы Федерации, и тогда звездолёт его отца единственный оказался на пути угрозы. Ему удалось продержаться до подхода основных сил Союза, и сумел выжить. После поражения Федерация и Альянс заключили Пакт о ненападении и взаимном соблюдении границ. И за всё время ни одна из сторон не нарушила соглашение. А что ж теперь? Выходит лорийцы снова решили начать войну? Егор закусил губу...
   ...Салеш подошел к нему, наклонился и сжал плечо у основания шеи. Егор охнул и снова потерял сознание.
  
   - Сэм, ну что ты узнал? - Александра кинулась к сыну, как только тот появился на пороге дома.
   Была середина ночи и в раскрытые окна сочился душный жар нагретых за день камней. Но она не чувствовала жары и отключила кондиционер. Её била дрожь. С того самого момента, как она узнала, что младший сын пропал. Сэм созвонился со Службой охраны правопорядка, а потом уехал в участок. Александра каждую минуту порывалась ему позвонить, но одергивала себя. И сейчас, едва взглянув в лицо сына, поняла, что всё еще хуже, чем она предполагала.
   - Мама... - неуверенно начал Сэм, старательно пряча глаза.
   - Говори! Говори мне всё.
   - В общем, они задействовали спутниковый контроль, но пока никаких результатов. Никаких следов. Он как будто растворился в воздухе...
   Александра ахнула и схватилась за сердце. Сэм обнял её за плечи и усадил в кресло.
   - Мама, успокойся! Егора обязательно найдут. С ним всё будет хорошо, - как заклинание повторял он.
   Она всхлипнула и постаралась взять себя в руки:
   - Знаешь, Сэм, я думаю, мы должны обо всём сообщить папе. Он имеет право знать об этом.
   - Да, конечно. Утром поедем в Центр и попросим сеанс связи с "Эгиной".
   - Господи, только бы Егор был жив!
  
   - Жена, где наш сын?
   Аманда в растерянности посмотрела на мужа:
   - Я не знаю. Он сказал, что идет гулять с сакт`артом и возвратиться через двадцать пять минут. Но его нет уже больше часа. Варихта, я волнуюсь. Ллидд никогда не опаздывает.
   Тот нахмурился и встал из-за стола. В раздумье прошелся по комнате, а потом решительно направился к двери.
   - Я иду его искать.
   Варихта решил, что гораздо удобней и быстрее он сможет вести поиски, используя аэрокар.
   Варихта подавил еще не успевшую зародиться искру гнева. Он скоро отыщет Ллидда и спокойно с ним поговорит. Он еще раз убедительно докажет ему, что мать - земная женщина, и напрасно волновать ее нельзя. Если уж Ллидд обещал вернуться через двадцать пять минут, совершенно нелогично отсутствовать дольше. Даже под предлогом занятий с сакт`артом. Иначе он должен был сообщить матери, что задержится. И всё-таки, где сын? Варихта и сам не заметил, как в размеренные мысли закрался червячок беспокойства. Он вел машину по спирали, с каждым витком всё увеличивая радиус. Ллидд не мог далеко уйти, и скоро он его обнаружит.
   Внезапно Варихта прищурился, различив на поверхности какое-то бурое пятно. Он бросил аэрокар вниз, и через несколько секунд приземлился рядом с распростертым на песке сакт`артом. Это был Тч'счейа. Колартэнянин выпрыгнул из машины и подбежал к животному, склонился над ним. Жив. Оглушён.
   Варихта внимательно осмотрел землю. И увидел то, что не заметил сразу. Следы. Вот маленькие, несомненно, принадлежат Ллидду. Рядом еще одни - следы взрослого. Потом взрытый песок, словно кто-то упал. Опять следы, уже только одного взрослого. Варихта вперил мрачный взгляд в пространство. Что ж здесь не нужно было быть гениальным детективом, чтоб понять, что к чему. И следующим самым логичным его шагом было связаться с властями Тариона - похищение ребёнка, само по себе из ряда вон выходящее происшествие, а похищение его сына, сына посла Колартэны тем более. И с какой целью это сделали?
  
   Егор застонал и открыл глаза. Голова немилосердно болела. Но сейчас, во всяком случае, он больше не валялся лицом вниз, а сидел в кресле. И руки, хотя и были по-прежнему скованны, но теперь не за спиной. Мальчик повернул голову и встретился взглядом с внимательными глазами другого человека. Нет не человека. Заостренные уши, матово-белая кожа, голубая царапина на щеке... Колартэнянин или тарионец? Нет, колартэнянин. Подросток, чуть старше его самого.
   - Привет, - почему-то голос звучал очень хрипло. Егор откашлялся и повторил, - Привет. Ты кто? Тоже пленник, как и я?
   Он криво усмехнулся.
   Колартэнянин спокойно кивнул:
   - Это очевидно. Меня похитили также как тебя. Но с какой целью, я пока не выяснил.
   - Понятно, - протянул Егор. Всё-таки тарионец, они - ужасные зануды.
   - Меня зовут Егор Рэйнберри. А тебя?
   - Ллидд, - последовал лаконичный ответ.
   У Егора глаза на лоб полезли:
   - ЛЛидд?! Ничего себе! У меня так дядю зовут.
   Колартэнянин впился в человеческого мальчика взглядом и выгнул бровь:
   - Дядя? Твой родственник? Человек?
   - Нет, он колартэнянин. Он... названный брат моего отца. Как это у вас называется? А, вспомнил, Эн'Л...
   Бровь подпрыгнула к самой чёлке.
   - Эн'Л, и человек?
   - А что в этом такого? - мальчишка весь подался вперёд.
   Но Ллидд не успел ответить. К мальчикам внезапно подскочил один из лорийцев и рявкнул:
   - Заткнитесь!
   Егор подавился очередным вопросом и вжался в кресло, Ллидд невозмутимо посмотрел на похитителя, но ничего не сказал.
   - То-то же, - лориец мерзко ухмыльнулся и вернулся к напарнику.
   Мальчики только переглянулись.
  
   Воцарилось молчание. Егор огляделся, оценивая обстановку. Крошечный корабль, по размеру чуть больше космокатера, скорей всего, как подумал мальчишка, принадлежал контрабандистам, и для перевозки пассажиров совсем был не приспособлен. Те кресла, в которых сидели они с Ллиддом, похоже, были наскоро прикручены, и предназначались именно для них. Он повертел головой. Зато сзади было довольно большое пространство. Наверное, для груза. А сейчас их груз - это мы. Егор скривил губы. Каково это, быть похищенным? Раньше он только слышал или видел в новостях о том, что кто-то кого-то украл, за кого-то требуют выкуп, что похитители обращаются со своими жертвами "удовлетворительно". Вот интересно, а про нас потом тоже скажут, что с нами обращаются удовлетворительно. Он впился взглядом в похитителей.
   Пилоты - лорийцы по-прежнему были заняты управлением и периодически переругивались друг с другом. Салеша не было видно. А вот это уже интересно.
   - Ты не знаешь, где наш похититель? - тихонько спросил он Ллидда.
   Колартэнянин удивленно приподнял бровь.
   - Кого ты имеешь в виду?
   - Ну... я, во всяком случае подозреваю кое-кого. Одного... колартэнянина.
   - Колартэнянина? - вопрос прозвучал неожиданно резко.
   Егор кивнул, повозился, устраиваясь поудобней. Руки уже затекли.
   - Именно. Перед тем, как сцапать меня, он приходил к нам домой вместе с одним из сослуживцев отца. Может быть, ты слышал его имя - Салеш?
   Ллидд задумчиво покачал головой.
   - Салеш... а дальше?
   - Дальше? То есть?..
   - Моё полное имя, например, Ллидд Маа-варихтт, ты - Егор Рэйнберри. А Салеш?
   - Не знаю, - протянул Егор, - мама сказала, просто Салеш.
   - Я не припомню такого имени, - по-прежнему невозмутимо ответил маленький колартэнянин, - И не разглядел того, кто похитил меня. Меня оглушили из фазового оружия. Очнулся я уже здесь, на корабле. И видел только тебя и лорийцев.
   - Эй, щенки, вы не поняли с первого раза? Заткнитесь, а то я вас быстренько успокою! - крикнул внезапно один из пилотов. Он выругался и погрозил им оружием.
   Оба мальчика тотчас прикусили язык. Хотя Егора так и подмывало спросить, не заметил ли Ллидд курс. Может быть можно узнать, куда они летят и если лорийцы отвлекутся, как-нибудь попытаться связаться Землёй, или с любой другой планетой, или, что было бы гораздо лучше, с каким-нибудь звездолётом. Вдруг это был бы папин корабль... Но не смел. Все знали, что с лорийцами шутки плохи. Стоит только вспомнить о тех зверствах, что они творили тринадцать лет назад, когда пытались захватить пространство Федерации.
   Егор изо всех сил вытягивал шею, стараясь увидеть показания приборов. Зрение у него было отличное. Он не раз хвастался перед Сэмом, что как спартанский воин без труда может рассмотреть восьмую звезду в созвездии Большой Медведицы. Но в этот раз удача отвернулась. За широкими спинами пилотов приборов было не видно. А вот Ллидд мог бы увидеть, если постарается. Кресло, в котором он сидел, стояло чуть в стороне. Егор кивнул колартэнянину и показал глазами на приборную панель. Его товарищ по несчастью молча кивнул и извернулся каким-то немыслимым образом. Темные глаза, казалось, сканировали пространство. Через несколько секунд он также молча взглянул на Егора и снова кивнул. Егор улыбнулся. Даже голова, кажется, стала болеть меньше. Всё-таки тарионцы - замечательная нация! И очень понятливая. Во всяком случае, Ллидд понял его без слов. Хотя, может быть, он всё-таки колартэнянин, как дядя Ллидд?.
   - Мы выберемся! - одними губами прошептал мальчик.
   Ни к чему злить лорийцев.
   Ллидд опять кивнул, а потом покачал головой.
   Егор кивнул в ответ - это будет трудно. Но они постараются.
   Один из пилотов внезапно подскочил к ним и ткнул дуло лазерного пистолета Егору в лоб:
   - Ещё одно шевеление и тебе конец, человечишко. Уяснил?
   У мальчишки глаза распахнулись в пол лица от ужаса, и он часто-часто закивал головой. Лориец, чрезвычайно довольный тем впечатлением, которое произвел на пленника, ещё раз погрозил оружием и снова удалился.
   Егор медленно выдохнул и всхлипнул, стараясь унять дрожь. Ллидд бросил на него сочувственный взгляд и передернул плечами. Егор слабо улыбнулся в ответ и прикрыл глаза. Им приказали даже не шевелиться. Он подчинится. На это раз. Что ж, можно было попытаться заснуть. Ллидд заметил курс, как надеялся Егор, а когда они будут подлетать к пункту их назначения, можно будет попытаться определить координаты.
  

4

   Егор проснулся от жажды. Не просто жажды. Ему показалось, что в горле застряла наждачка, а язык распух и прилип к нёбу. Он повернул голову и посмотрел на Ллидда. Тот сидел с закрытыми глазами и совершенно спокойным, умиротворённым лицом. Как будто его совершенно ничего не волновало. Спит? Но услышав шевеление, колартэнянин тот час открыл глаза. Бросил на Егора только один взгляд и нахмурился.
   - Пить? - прочитал Егор по губам. Он кивнул и сморщился. Если ему сейчас не дадут воды, он просто умрёт. Вот здесь, на этом самом месте. Егор так ясно это представил, что едва не заплакал. И стало очень-очень жаль маму. И Сэма тоже. И... Он не успел додумать, потому что Ллидд отчетливо произнес:
   - Я прошу вас дать нам воды.
   - Заткнись! - тут же последовал ответ.
   Но колартэнянин и не думал отступать.
   - Мне показалось, что меня и моего спутника похитили не для того, чтоб заморить жаждой и голодом. Логично предположить, что если вы доставите в место назначения два трупа, заказчик будет вами недоволен.
   Один из пилотов подскочил к Ллидду и замахнулся на строптивого мальчишку. Маленький колартэнянин не дрогнул. Он поднял на лорийца спокойные глаза и проговорил:
   - Мне показалось, что членовредительство также вызовет недовольство заказчика.
   - Остроухий выскочка! - выплюнул тюремщик, но повернулся к напарнику и приказал, - Корх, принеси щенкам пищу. Тот протеиновый концентрат, который оставили специально для них.
   Второй пилот оторвался от приборов и, сделав пару шагов, кинул им на колени по цилиндрическому сосуду, похожему на тупоносый патрон от старинного пистолета. Только в несколько раз больше по размеру. В сосудах что-то булькнуло.
   Егору показалось, что он услышал самый чудесный звук на свете. Он схватил капсулу с жидкостью и быстро отвернул крышку. Что там находилось, мальчик не понял. Оно выглядело как жидкий кисель неопределенного цвета. Впрочем, и на вкус эта субстанция была не ахти. Но Егор проглотил почти половину одним махом и облизнулся. Интересно, сколько он уже не ел? Он совершенно потерял счет времени.
   Мальчик попытался восстановить в памяти события, которые привели его сюда.
  
   После званого обеда с Баером и Салешем (Егор скривился, вспомнив вероломного колартэнянина) он отправился гулять. Честно говоря, день не задался с самого начала... ммм... верней с того самого момента, как он вышел из дому. Во-первых, он не застал дома своего приятеля Дика Карневского, с которым договорился встретиться, чтоб вместе разыграть симуляцию миссии Флота, которую недавно притащил откуда-то брат Дика Виль. Во-вторых, его ни с того, ни с сего облаял соседский пёс, которого он всегда подкармливал, а иногда даже трепал его за уши. Терри - огромный командор, всегда любил Егора, а тут, словно с цепи сорвался. Хорошо ещё, что он не перепрыгнул забор и не помчался за мальчишкой. Егор, наверное, никогда с такой скоростью не бегал, и остановился перевести дух только через три квартала...
   ... И на этом четкие воспоминания кончались. Он помнил только смутные образы, больше похожие на кошмарный сон, чем на реальность. И самое отвратительное, что Егор отлично знал, что он видел и слышал что-то очень важное, но что именно, он никак не мог вспомнить. А потом мысли и вовсе окутывала какая-то серая полумгла. И следующим отчетливым воспоминанием было то, как он очнулся на борту этого проклятого корабля. Что там Салеш говорил по поводу того, что его попытки вмешательства в разум гуманоидов не вполне эффективны? По мнению Егора, так очень даже вполне. Проклятый предатель! Он сморщился. Загадки подобного рода никогда ему не нравились. А ещё больше он не любил быть беспомощным.
  
   Окрик лорийца вывел его из задумчивости:
   - Что ты морщишься, человек? Не нравится еда? Можешь не рассчитывать на что-то другое. Это ваш завтрак, обед и ужин, так что не особо привередничай.
   Егор едва не подавился, и тут же поспешно сказал:
   - Что вы, мне нравится.
  
   Их полет продолжался больше пяти дней. Во всяком случае, Ллидд так сказал. Сам Егор давно сбился со счета.
   - У тебя что, хронометр внутри тикает? - не удержался он от усмешки.
   На что колартэнянин заявил, что он чувствует временные единицы, и по его расчетам с того момента, как он пришёл в себя, прошло 124,5 стандартных часа.
   - Понятно... - протянул Егор.
   От долгого неподвижного сидения затекло всё тело. Руки немилосердно ломило, и Егору казалось, что индукционные браслеты стали пудовыми, а на запястьях образовались здоровенные синяки. Лорийцы позволяли вставать им с места только по нужде. Да и то их иногда приходилось упрашивать. Маленькая прогулка в корму кораблика и обратно, и всё. Правда, Ллидд очень скоро обнаружил, что их кресла откидывались в практически горизонтальное положение, поэтому они могли хотя бы спать почти нормально. Но уже к середине второго дня путешествия Егор откровенно ненавидел своих тюремщиков и эту жалкую посудину и страстно желал, чтоб их полёт поскорей кончился, не важно где, и не важно как.
  
   Ллидду несколько раз удалось вновь заметить курс. Он с удовлетворением отметил, что тот оставался неизменным. Ллидд даже смог бросить мимолётный взгляд на звездные карты на дисплее и определить примерное место их назначения, хотя он был не совсем в этом уверен. Поэтому и не делился своей догадкой с товарищем по несчастью, потому что знал, что люди склонны питать совершенно нелогичное чувство надежды. Особенно в таких вот безвыходных ситуациях. Лорийцы по-прежнему запрещали им разговаривать, но порой им всё же, удавалось перекинуться парой слов. И судя по всему этот землянин, Егор Рэйнберри, как раз, несмотря ни на что, и испытывал это нелогичное чувство - он несколько раз повторил, что их обязательно спасут, а если нет, то они в любом случае найдут способ сбежать. Ллидд сам хотел бы в это верить, но логика подсказывала обратное. Судя по всему, корабль летел в малонаселенный район галактики...
   - Слушай, Ллидд, а может быть, нам удастся вырубить этих лорийцев, как-нибудь и перехватить управление? - внезапно услышал он сдавленный шёпот.
   Маленький колартэнянин с нескрываемым изумлением воззрился на товарища. У Егора возбуждённо блестели глаза, он даже подался вперёд, как будто "гениальная идея", которая пришла ему в голову, вот-вот должна была осуществиться. Ллидд невольно вздохнул и постарался образумить человеческого мальчика, видимо, начисто лишенного логики:
   - Это невозможно по нескольким причинам, - стараясь говорить как можно тише, сказал колартэнянин, - Во-первых, лорийцы изначально сильнее нас. Даже один взрослый лориец легко справится с нами обоими. Во-вторых, ни я, ни, как я полагаю, ты, не обладаем необходимыми знаниями для управления кораблём в открытом космосе. Я полагаю, мы сейчас находимся в субпространстве. И наконец, в-третьих...
   - Ладно, я понял, - Егор даже как-то весь потускнел, - ты всё мне по полочкам разложил, господин логичная зануда.
   Он вздохнул и отвернулся от колартэнянина. Ллидд тоже замолчал и постарался погрузиться в медитацию, так как учили его наставники. Он выровнял дыхание и представил себе красные пески Тариона, как они струятся сквозь пальцы, унося с собой хаос и сумбур неконтролируемых эмоций, даря спокойствие...
   ... Егор Рэйнберри обиженно сопел рядом. И это мешало сосредоточиться. Почему-то Ллидда очень беспокоило, что Егор обиделся.
   Красный песок растаял в сознании. Ллидд открыл глаза и взглянул на человека. Глаза закрыты, как будто спит, но дыхание неровное.
   - Егор...
   Молчание.
   - Егор, - снова тихонько позвал Ллидд.
   Тот нехотя обернулся. В карих глазах немой упрёк.
   - После того, как корабль приземлится, я уверен, у нас появится шанс...
   Всё-таки люди - очень странные существа. Вот только что Егор и смотреть в его сторону не хотел, а в следующее мгновение ослепительно улыбнулся и кивнул:
   - Конечно. И будь уверен, мы выберемся! - скорей угадал, чем услышал Ллидд.
  

5

   Егор проснулся от жуткой тряски. Он испуганно распахнул глаза и заозирался кругом. Ллидд тоже не спал и напряженно всматривался в центральный экран, стараясь хоть что-то разглядеть за широкими спинами лорийцев
   - Что происходит? - понижать голос не было никакой необходимости. Кораблик дрожал и содрогался и, каждую минуту готов был развалиться на части.
   - По-видимому, мы попали в зону турбулентности, - ровным (насколько это было возможно) голосом, ответил Ллидд.
   - Где мы?
   - Я полагаю, что похитители достигли цели. Мы снижаемся на планету.
   Егор вытянул шею и постарался увидеть экран. Пилоты, кажется, изо всех сил пытались удержать корабль. Один из них отклонился в сторону, и Егор увидел, что на мониторе больше не было звезд - только серая муть и какие-то неясные тени. Лорийцы говорили уже на повышенных тонах, потом начали переругиваться. Но это им ни сколько не мешало слаженно управлять кораблем.
   Их снова, на этот раз довольно сильно, тряхнуло, и кораблик резко провалился вниз. У Егора перехватило дыхание. Оба мальчика подскочили в своих креслах. А Ллидд подумал, о том, что хорошо, что они привязаны, а то катались бы сейчас по полу. Он оглянулся к маленькому землянину, желая подбодрить его. И помимо воли бровь сама собой взлетела к самой челке. На лице Егора Рэйнберриа не было ни тени страха. Скорей восторг и радостное возбуждение. Глаза сияли от радости, и он улыбался.
   - Ллидд! Это же здорово! Вот это полет. Жаль только, что нельзя порулить самому.
   Колартэнянин даже не нашелся, что ответить на эту в высшей степени нелогичную тираду.
   Корабль, наконец, прекратило трясти, и дальнейшее снижение вышло довольно спокойным.
   Спустя еще несколько минут они приземлились. Лорийцы не очень грубо, но настойчиво вытолкали мальчишек наружу. От долгого неподвижного сидения тело затекло, и теперь в руки и ноги, и спину, словно тысячи игл вонзались. Егор невольно скривился, но повинуясь принуждению, выбрался из люка. И тут же зажмурился. Глаза резанул очень яркий свет, а в лицо ударил горячий ветер. Он вдохнул раскалённый воздух, и невольно закашлялся. Удар в спину заставил его ускорить шаги.
   - Пошевеливайтесь, щенки.
   Мальчик почти ничего не видел, глаза немилосердно слезились, ресницы просто-напросто склеились. Он вслепую сделал несколько шагов, споткнулся, а потом почувствовал, как кто-то взял его за руки.
   - Не бойся, я помогу, - голос Ллидда прозвучал как всегда спокойно и уверенно.
   - Спасибо, - прохрипел он в ответ и с сожалением покачал головой. Он ничего не видел и не мог сориентироваться в обстановке.
   К счастью, они шли совсем не далеко. Через несколько минут слепящий свет сменился приятным полумраком. Егор проморгался, утер выступившие слезы. А их уже подталкивали дальше. Тяжелая дверь. Лориец, тот, которого, как помнил Егор, звали Корх, ввел код. Тяжёлая дверь скользнула в сторону.
   - Руки, - рявкнул второй.
   Мальчики послушно протянул скованные запястья. Лориец скользнул магнитным ключом, и браслеты с металлическим звуком упали на пол. Егор с облегчением растер синяки. Глянул на Ллидда - тот, последовал его примеру и даже незаметно поморщился. Землянин усмехнулся про себя: вот вам и хвалёное отсутствие эмоций у тарионцев... то есть колартэнян.. то есть... тьфу. Да ну его, и первым переступил порог их новой камеры.
   Дверь тут же с лязганьем захлопнулась за спиной.
   Мальчики остались одни.
  
   - Ну, и что ты обо всём этом думаешь? - спросил Егор.
   Он оглядел их новое жилице. Обстановка была явно скромной. Небольшая камера, три на два метра. У стены что-то похожее на нары с брошенным на них тощим матрасом. Рукомойник, рядом, в углу, узкая дверь. Егор заглянул внутрь и сообщил, что там "удобства". У противоположной стены небольшая панель. Под самым потолком маленькое забранное решеткой оконце, в которое задувал горячий ветер, и залетали колючие песчинки.
   - Я не понял, что тут написано, - обратился он к колартэнянину, - ты можешь разобрать?
   Ллидд наклонился над панелью. Несколько секунд вглядывался в записи, а потом сообщил:
   - Это по-тарионски. Здесь сказано, что это пищевой репликатор.
   - Отлично! Значит, с голоду мы не умрём. Интересно, здесь есть мороженое? - он склонился над панелью и решительно пробежал пальцами по клавиатуре.
   Ллидд едва успел перехватить его руку.
   - Осторожно. Если ты случайно нарушишь настройку, то мы не сможем получить ту пищу, которую захотим.
   Егор скорчил недовольную мину.
   - Тогда прочитай, что тут написано.
   Колартэнянин несколько секунд изучал репликатор, потом поднял спокойные глаза и заявил:
   - Должен тебя огорчить, мороженого здесь не запрограммировано. В меню только три блюда: крупяная похлёбка, вода, и бортэс.
   - Бортэс? Это ещё что такое?
   - Аналог земного хлеба.
   - Понятно, - протянул Егор.
   Мальчишка плюхнулся на нары и с интересом уставился на товарища.
   - Слушай, - внезапно спросил он, - а что, тарионцы вообще никогда не улыбаются, не радуются, не боятся, не злятся? Мы с тобой вместе уже почти неделю и за всё время я ни разу не видел, чтоб ты, хоть как-то отреагировал на наших тюремщиков. Только бровь иногда поднимаешь... Ага, вот как сейчас, - Егор засмеялся, а Ллидд уставился на него в совершеннейшей растерянности. - Нет, правда, Ллидд, неужели все тарионцы такие бесчувственные как ты? Или ты всё-таки колартэнянин?
   - Колартэнянин, - ответил тот, - Но я родился и вырос на Тарионне и с детства воспитывался в традициях Тариона.
   - А-а, тогда понятно, - протянул Егор, - А то мой дядя Ллидд, хоть и похож на тебя, но совсем не замороженный, как ты. А вот тарионцы... у нас в классе учится один. Он вот такой и есть.
   - Ты ошибаешься. Тарионцы вовсе не бесчувственны, - в голосе колартэнянина скользнул холодок, - Логика дает им, и мне, спокойствие и трезвость ума. Первобытные чувства и инстинкты не затуманивают наш разум. Мы контролируем свои эмоции и не позволяем эмоциям контролировать нас, - повторил он заученную формулу, - Насилие, война, агрессия - благодаря логике тарионцы избавились от этого очень давно. Колартэняне в эмоциональном плане более открыты.
   - И что, у тебя вообще нет никаких эмоций? - Егор подозрительно прищурился.
   - У меня есть эмоции, - терпеливо повторил Ллидд, - Я, как и другие тарионцы, управляю ими, - он запнулся на секунду, - То есть, я ещё не до конца освоил науку, но наставники каждый день помогают мне её постигать. И единственная эмоция, которая может иногда одержать верх - любопытство, - неожиданно добавил он.
   - Да? - Егор весь подался вперёд, - А я всегда считал - что любопытство - это не эмоция. Это... ну даже не знаю... Всегда стремиться вперёд, узнавать что-то новое, интересное, незнакомое. Открывать новые миры, - он требовательно взглянул на Ллидда, - Правда? Ты согласен со мной?
   Колартэнянин не медля ни секунды, кивнул:
   - Действительно, это так.
   - Ну, вот видишь, мы всё-таки похожи! - Егор хлопнул его плечу.
   Ллидд отшатнулся и в замешательстве уставился на человека. Улыбка тут исчезла с лица мальчика:
   - Что случилось, Ллидд? Я...
   - Зачем ты ударил меня?
   - Ой, - Егор выдохнул и виновато улыбнулся, - Извини. Я не ударил. Это такой жест. Понимаешь, я... хотел сказать, что, в общем... одобряю твои слова.
   Ллидд внимательно посмотрел на умильную мордашку и серьёзно кивнул:
   - Я понял.
   - Если тебе неприятно, я не буду больше к тебе прикасаться, - тут же добавил Егор.
   - Был бы тебе крайне признателен в этом. И да, мне это неприятно.
   - Извини.
   Они помолчали. Егор с ногами забрался на нары и ткнулся лбом в коленки. Почему-то ни с того, ни с сего защипало в глазах. Где они, что с ними будет, найдут ли их вообще? Ллидд внезапно повернулся к человеческому мальчику и внимательно посмотрел на него. Маленький колартэнянин едва не задохнулся от волн отчаяния, которые исходили от его товарища по несчастью.
   - Расскажи мне о побратиме твоего отца. Кто он? - задал он давно мучивший его вопрос, отчасти и для того, чтоб отвлечь человеческого мальчика от нахлынувшей тоски.
   - Что? - Егор вскинул голову и тут же отвернулся, украдкой мазнув по глазам. Не хватало ещё, чтоб Ллидд заметил слёзы.
   Колартэнянин терпеливо повторил вопрос.
   - Дядя Ллидд... А что ты хочешь знать?
   - Видишь ли, - медленно, словно нехотя проговорил мальчик, - дело в самом понятии - Эн'Л
   - А что, Эн'Л? Я думал, у вас так называют друга. Они с папой друзья, очень близкие.
   Ллидд внимательно посмотрел на мальчика, покусал губы и отвернулся. Он воспитывался как тарионец с самого детства, но, может быть, единственное понятие, по-настоящему близкое ему в культуре родной планеты отца - Колартэны, было понятие Н?ииЛ?лы. Тарионцы не знали что это такое.
   - Эн'Л - не просто друг, - наконец, глухо проговорил колартэнянин, - Это понятие в нашей культуре много шире. И... оно сокровенное, - Ллидд резко повернулся и глянул Егору прямо в глаза, - Даже на своей планете среди своего народа мало кому удаётся найти своего Н?ииЛ?лу. Это друг, брат, побратим... нет, даже ближе. Эн'Л - тот, кто идеально тебе подходит, с кем связан на всю жизнь, с кем разделяешь не только все радости или горе, кто чувствует тебя как самого себя, кто понимает тебя лучше, чем ты сам можешь себя понять. Это твоё второе "я". Если погибает один, то и второй тоже. Даже, если один ранен, второй тоже чувствует боль. Каждый колартэнянин стремится к тому, чтоб обрести Н?ииЛ?лу, но далеко не каждый на это способен. Эн'Л - это Дар, очень редкий Дар. И я ни разу не слышал, о том, чтоб кто-то нашёл его не среди своего народа. Видимо, твой отец уникальный человек. Прости, если мой вопрос покажется тебе нескромным, он телепат?
   - Ммм, нет, кажется, - растерянно протянул Егор.
   - Эмпат?
   - Да, говорю тебе, нет. То есть... А кто это?
   - Тот, кто может почувствовать другого, как самого себя, по сути, стать тем другим. Принять и понять его чувства и эмоции. Если эмпат очень силён, он может послать обратную эманацию, погасит нежелательные эмоции и взамен наградить другими.
   - Я понял, - нетерпеливо воскликнул Егор, - Не знаю, я не замечал такого за отцом. Хотя, кто знает, может быть. Он капитан звездолёта и очень редко бывает дома.
   - А его Эн'Л?
   - Дядя Ллидд? Они служат вместе. Папа - капитан, дядя Ллидд - командор и его Первый помощник.
   - А как они познакомились?
   - Ой, давным-давно. Папе было столько же, сколько сейчас моему брату, Сэму. Да, точно, пятнадцать лет или около того. А Дядя Ллидд его моложе. Тогда Колартэна ещё не была открытой планетой. Ты, наверное, знаешь? У вас там какие-то странные объекты обнаружены, на которых пропадали люди... - Ллидд молча кивнул, - Ну вот. А мой дедушка вёл там раскопки. Там они и познакомились, мой папа, моя мама, дядя Ллидд, а ещё дядя Макс - это мамин старший брат. Ой, верней, дядя. Я не очень хорошо знаю, что там произошло, но что-то такое, не очень хорошее. Знаю только, что они там все едва не погибли...
  
   А потом Егор долго рассказывал Ллидду о проклятии Колартэны - храмовых комплексах состоящих из колонн, разного размера и диаметра (стоило туда случайно попасть человеку или любому другому живому существу, он бесследно исчезал), о том, как его родители попали в прошлое планеты, о том, что им пришлось столкнуться с тираном Коршей Маа-тареллом, и о том, кто такой на самом деле командор Ллидд.
   - Так значит, это и есть Предстоящий Колартэны, первый Старейшина Ллидд Маа-шарелл? - выдохнул Ллидд.
   - Ну, да, это он и есть. Только... он совсем не любит, когда ему об этом напоминают. Во всяком случае, мне так кажется. Когда он гостит у нас, то всегда просит называть его просто дядя Ллидд, ну, или, в крайнем случае, командор.
   - Я понял, - медленно выговорил маленький колартэнянин.
  
   Их продержали в этой камере больше суток, потом послышались тяжелые шаги, зашипели магнитные замки, и в дверях появился Корх.
   - За мной.
   Мальчики без слов последовали за лорийцем. Они долго шли какими-то коридорами, несколько раз сворачивали в разных направлениях. Признаться, Егор уже совершенно сбился с пути. Наконец, рамка сканера и дверь из мутного пластика за ней. Лориец приложил руку к сенсорной панели. Двери бесшумно разъехались. Ребята переступили порог и огляделись. Больше всего помещение, в котором они оказались, было похоже на какую-то аппаратную, или центр связи с огромным монитором на одной из стен и многочисленными приборными панелями. Второй их тюремщик (Гонрог, вспомнил Егор) был тут же. Он что-то настраивал на одной их консолей.
   - Встаньте сюда, - он указал на круг посредине помещения.
   Потом экран засветился, и на нём возникло расплывчатое изображение какого-то человека (или не человека?) в капюшоне.
   У Егора часто-часто заколотилось сердце. Они с Ллиддом обменялись мгновенными взглядами, и Егор понял, что колартэнянин тоже считает, что это похититель.
   - Сейчас вы его увидите, - глухо проговорил заказчик.
   Голос был явно изменен. Экран на миг потемнел, а потом изображение раздробилось. На одной половине по-прежнему колыхалась расплывчатая фигура в балахоне, а на второй возникло изображение какого-то колартэнянина в официальном дипломатическом плаще. Егор покосился на Ллидда, и понял, кто такой этот важный колартэнянин.
   - Папа, - у Ллидда перехватило горло, но он всё же постарался говорить спокойно.
   - Здравствуй, сын, - ни один мускул не дрогнул на лице Варихты, - Я вижу, ты жив.
   - Да.
   - Кто с тобой?
   - Это землянин - Егор Рэйнберри. Он похищен вместе со мной. Но с какой целью, я не знаю.
   - Как с вами обращаются?
   Но Ллидд не успел ответить, его перебил тот, на экране:
   - С ними до сих пор обращались удовлетворительно. Однако, если наши требования не будут выполнены, они оба почувствуют неудобство.
   Егор побледнел. Ллидд остался невозмутим.
   - Скажи папаше, чтоб поторопился, - процедил сквозь зубы Гонрог.
   Ллидд даже не удостоил его взглядом. Так же спокойно глядя на экран, он что-то быстро проговорил по-колартэнски. Варихта кивнул.
   А заказчик вдруг выкрикнул что-то на лорийском.
   Оба тюремщика тут же подскочили к мальчишкам. Один из них отшвырнул Егора, а второй с размаху ударил Ллидда. Тот молча рухнул к ногам лорийцев. Его ударили еще, и ещё раз. Егор медлил всего секунду.
   - Не смейте его трогать!!
   Он кинулся на мучителей как разъярённый зверёк. Ударил одного из них в живот и вцепился зубами в руку. Тот схватил его за шиворот, стараясь стряхнуть неожиданную помеху...
   Что было потом, Егор помнил смутно. Он чувствовал только ярость и дикую боль. На них обрушился град ударов. И кажется, не только руками...
  
   ...Он застонал и попытался открыть глаза. И тут же вновь зажмурился. Мир вращался вокруг с бешеной скоростью. Голова снова болела, а к горлу подкатывала тошнота. А потом он почувствовал мокрую ткань на лбу. Кто-то заботливо утирал его лицо. Ему, наконец, удалось разлепить ресницы.
   Над ним склонилось чьё-то лицо. Верней, какое-то белое пятно вместо лица. Егор сфокусировал взгляд.
   - Ллидд... - едва слышно прошептал он.
   Маленький колартэнянин с тревогой смотрел на него. В темных глазах, кажется, отражалась его собственная боль. И выглядел он тоже не лучшим образом. На скуле расплылся здоровенный бледно-лиловый синяк, на руках запеклась кровь.
   - Спасибо... Пить... - он облизал пересохшие губы.
   Ллидд тотчас приподнял его голову и поднес чашку. Егор сделал несколько жадных глотков. Ну вот, уже лучше. Он невесело усмехнулся.
   - Отличная вышла беседа.
   - Ты напрасно вмешался, - Ллидд осторожно опустил его голову на матрас и покачал головой, - Это было совершенно нелогично.
   - Вот как? - у него даже сил возмущаться не было, - И что я, по-твоему, должен был делать?
   Колартэнянин вздохнул и ответил:
   - Броситься на двух вооруженных лорийцев было неразумно.
   - Они могли забить тебя до смерти.
   - Во-первых, нет. Я им нужен живым. Ты видел, что они чего-то добиваются от моего отца. А во-вторых, я в любом случае сильней тебя. И тебе досталось гораздо больше.
   Егор с интересом посмотрел на товарища и усмехнулся:
   - А что бы ты сделал на моём месте? Стоял бы в сторонке и смотрел?
   Ллидд опустил глаза и ничего не сказал. Егор повозился. Кажется, ему стало лучше. Конечно, тело еще ломило и головокружение не прошло, но, хотя бы тошнота больше не мучила. Он попытался приподняться на локтях. Получилось. Но Ллидд тут же заставил его снова лечь:
   - Тебе лучше пока не шевелиться. Я не очень хорошо знаю человеческую физиологию, но возможно, у тебя сотрясение мозга.
   - Этого еще не хватало, - пробурчал Егор, и тут же переменил тему разговора, - А всё-таки, что ты сказал своему отцу? Из-за чего они так взбеленились?
   - Взбеле... что?
   - Ну... накинулись на тебя.
   - Я передал ему координаты планеты, на которой мы сейчас находимся, - ровным голосом проговорил Ллидд.
   Егор уставился на него в немом изумлении.
   - Ты не врёшь?!
   - Тарионцы не лгут. И колартэняне тоже, - с достоинством сказал колартэнянин.
   - Так это же здорово!
   - Да, если только корабль с Тариона (где сейчас находится мой отец) успеет прилететь, пока нас не перевели в другое место, - Ллидд постарался охладить совершенно нелогичную вспышку радости.
   - Ллидд, не будь пессимистом. Нас найдут. Мне вовсе не так плохо, как ты думаешь. Мы обязательно придумаем что-нибудь.
   - Егор, тебе нужно поспать, - Ллидд погладил его по голове, как заботливая матушка.
   Егор хотел еще что-то сказать, но мысли спутались, и в следующую секунду он уже спал.
   Ллидд еще раз с тревогой взглянул на своего... почти друга... снова вздохнул. "Всё-таки люди - такие странные импульсивные существа". Он растянулся рядом с Егором и закрыл глаза.
  

6

   Егор открыл глаза и прислушался к себе. Хотя синяки ещё болели, но он чувствовал себя гораздо лучше, чем вчера. И очень сильно хотелось есть. Он осторожно покрутил головой. Не кружится. Очень хорошо. Мальчик попробовал приподняться, сел на матрасе и прислонился спиной к стене.
   - Привет, а что ты делаешь? - спросил он.
   Ллидд сидел прямо на полу, скрестив ноги и сложив ладони в странном жесте. Глаза были закрыты, а лицо - каким-то отрешенным.
   - Эй, Ллидд, - снова позвал Егор.
   Колартэнянин нехотя открыл глаза и бросил на него недовольный взгляд. Он почувствовал неожиданный приступ гнева от того, что его вырвали из медитации, и еще больше разозлился на себя за этот гнев. Но тут же взял себя в руки:
   - Как ты себя чувствуешь? - спросил он, поднимаясь на ноги.
   - Уже лучше. И голова не кружится, только всё тело как будто измочалили...
   - Я не удивлен, - Ллидд подошел к нему и начал водить перед лицом пальцем.
   Егор недовольно отмахнулся:
   - Я же сказал, что со мной всё в порядке, господин самозваный доктор. И сотрясения у меня никакого нет.
   - Может быть, нет, может быть, есть. Я не очень хорошо знаком с симптомами. Есть хочешь?
   - Ага, - Егор кивнул и тут же скривился. Вот трясти головой вовсе не следовало. Он спустил ноги и встал, покачиваясь, - чем нас угощают?
   Он подошел к репликатору и уставился на кнопки с незнакомыми надписями. Ллидд настороженно следил за маленьким землянином, как будто боялся, что тот в любую минуту может снова упасть.
   - Здесь реплицированный белок. И ничего нет из земных блюд. Помнишь, я тебе говорил, что я обнаружил что-то похожее на крупяную похлёбку, а также минерализованную воду.
   - Да, помню. Давай, сойдет и это, - Егор уже глотал слюнки.
   Колартэнянин нажал несколько кнопок, и скоро они получили две довольно большие миски с какой-то коричневой массой и по стакану воды. Егор поковырял похлёбку, понюхал, поморщился, но другого ничего не было, и пришлось есть, то, что было. Впрочем, что бы это ни было, на вкус неаппетитная с виду масса оказалась очень даже ничего.
   Когда голод был утолен, Егором овладела неудержимая жажда деятельности. Он помассировал плечи, поморщился снова и спросил:
   - И что мы собираемся делать дальше?
   - Насколько я понимаю, ты хочешь попробовать каким-либо образом сбежать, - очень серьёзно проговорил Ллидд.
   - Молодец, схватываешь всё на лету.
   Он обвел взглядом камеру и остановился на окне.
   - Ллидд, как ты думаешь, мы могли бы пролезть в него?
   Тот поднял глаза, подумал немного и сказал:
   - Я думаю, что смогли бы. Только если ты не заметил, окно находится под потолком, к тому же зарешечено.
   - Мы могли бы попытаться выломать решетку, - мальчик подошел к стене и закинул голову. До окошка было метра два, - В принципе, если забраться на нары, а ты немного меня поддержишь, то я дотянутсь до решетки.
   - Ты не сможешь выломать прутья.
   - Ну, попробовать всё-таки стоит.
   Ллидд с сомнением посмотрел на Егора Рэйнберри и подумал, уж не сошел ли он с ума. Может быть, его слишком сильно ударили по голове? Да нет, вроде, смотрит так же осознанно и даже напряженно. И во взгляде ни капли насмешки.
   - Хорошо, давай попробуем.
   Мальчики забрались на помост, служивший им постелью. Егор вытянулся во всю длину и ухватился за прут. Ллид обхватил его вокруг талии и приподнял повыше. А он совсем нетяжёлый:
   - Ты достал?
   - Ага.
   Сверху послышалось сопение, скрип железа...
   - А, чёрт!
   - Что случилось?
   - Ничего, всё в порядке.
   Он еще минут пятнадцать безуспешно боролся с решёткой, потом бессильно уронил руки.
   - Ты был прав, Ллидд, ничего не получается, - в голосе явственно зазвенели слёзы.
   Ллидд внутренне сжался. Его накрыла такая беспросветная волна отчаяния, что он едва не задохнулся и поспешно выставил самые мощные ментальные блоки, на которые только был способен. Он осторожно опустил мальчика на пол, взял его за плечи и развернул к себе. Егор не стесняясь, всхлипнул.
   - Они нас убьют, - обречённо выговорил мальчик.
   - Мы попробуем ещё раз. Я сильнее тебя, теперь ломать прутья буду я. Слышишь, Егор?- Ллидд постарался говорить как можно спокойней и уверенней и передать это спокойствие и уверенность Егору.
   Тот вскинул заблестевшие глаза, и Ллидд различил проблеск робкой надежды.
   - Ты отдохнешь и... - начал он.
   - Я не устал, - быстро сказал Егор, быстро вскарабкался на нары и уперся руками в стену.
   - Зачем? - Не понял Ллидд.
   - Забирайся мне на спину. Так удобней.
   - Ты уверен, что удержишь меня?
   Егор только фыркнул в ответ. У него подогнулись колени, когда колартэнянин встал ему на плечи. Он выдохнул и закусил губу. В конце концов, что такое какая-то надоедливая боль, если им всё-таки удастся воплотить в жизнь свой план.
   Ллидд попробовал все три прута и убедился, что один из них, Егору всё-таки удалось расшатать. Он вцепился в металлический стержень обеими руками и принялся раскачивать его из стороны в сторону.
   Сколько прошло времени? Егор уже потеря счет. Плечи болели всё немилосердней, в глазах потемнело. Но он готов был стоять здесь до последнего, пока не упадет... Он вздрогнул и подскочил на месте, услышав звук упавшего рядом стержня.
   - Наконец-то, - выдохнул мальчик, - Эй, Ллидд, ты чего?
   Колартэнянин спрыгнул на пол и подхватил его по руки. От неожиданности Егор едва удержался на ногах.
   - Ты устал, - сказал колартэнянин, - отдохни.
   - А если лорийцы явятся сюда?
   - Они не придут. Ты спал четырнадцать часов, и никто за это время даже не приближался к двери. Через десять минут ты заберешься мне на плечи и попытаешься раскачать следующий стержень.
   - Но... у меня не получится. Не хватит сил, - мальчик растерянно глянул на Ллидда, уж не шутит ли он. Но колартэнянин смотрел совершенно серьёзно.
   - Тебе и не нужно пытаться извлечь его. Только расшатать немного. Остальное сделаю я. Если будем меняться, то быстрей справимся с решеткой.
   - Понятно.
  
   Ллидд больше не испытывал судьбу и не становился Егору на плечи. В конце концов, он почти на голову выше землянина и гораздо сильней его. Когда наступала его очередь ломать решётку, Ллидд поднимался на носочки, максимально концентрировался и видел перед собой только металлический прут, которые нужно было извлечь из пазов. Егор помогал ему изо всех сил. Но всё-таки, они выламывали решётку почти семь с половиной часов. Когда с окном было покончено, Егор рухнул на жесткую постель совершенно обессиленный. В голове немилосердно стучали острые молоточки, от песка слезились глаза, и горело лицо. Он даже пальцем не мог пошевелить. Ллидд снова заказал в репликаторе еду и подал ему миску с похлёбкой. Но мальчик так устал, что даже есть не хотелось. В окно бил яркий свет, и песчинки исполняли пыльном луче причудливый танец.
   - Ты должен поесть, Егор, и спать. Скоро нам понадобятся силы.
   - Ллидд, я не хочу, - он вяло оттолкнул миску.
   Но колартэнянин был настойчив. И не отстал, пока Егор не сел на кровати и не взял ложку.
   ... Егор не слышал, как Ллидд осторожно поднял его на руки и переложил на пол. Конечно, спать на голом полу было неудобно. Маленький колартэнянин расстелил свою куртку и осторожно опустил своего приятеля. Егор даже не пошевелился. Ллидд поднапрягся и разорвал ткань матраса. Скоро у него в руках оказалось несколько полос материи, которые колартэнянин крепко связал. Он подергал импровизированную веревку, проверяя крепость узлов, и остался вполне доволен своей работой.
   В окно сочился тусклый призрачный свет. Насколько понял Ллидд, на небе светил спутник, а может быть и не один. С наступлением ночи заметно похолодало, и колючий ветер заставлял ёжиться.
   Он взглянул на Егора. Тот скорчился и обнял себя за плечи. Во сне мальчишка выглядел таким беззащитным и маленьким... Ллидд решительно поднялся и потряс друга за плечо. Егор что-то неразборчиво пробормотал и отвернулся:
   - Егор, нам нужно торопиться. Лорийцы могут прийти за нами в любой момент.
   Тот среагировал мгновенно. Он тут же вскинулся и уставился на Ллидда расширенными глазами.
   - Сколько я проспал?
   - Это не важно. Нам пора.
   - А, да.
   Он поднялся на ноги, протёр глаза, плеснул в лицо несколько пригоршней воды, чтоб прийти в себя.
   - Ой, у нас же нет верёвки!..
   - Я сделал верёвку, пока ты спал, - успокоил его Ллидд.
   Егор слабо улыбнулся, а колартэнянин продолжал:
   - Логичней будет, если первым выберусь я.
   Егор кивнул, на ходу ловя его мысль:
   - Точно, мне в любом случае тебя не вытащить. А длины верёвки хватит?
   - Получилось 9,65 метра.
   Егор забрался на нары, вздохнул и уперся в стену, приготовившись к боли.
   - Ллидд!.. - он охнул и сморщился.
   - Извини.
   Колартэнянин подтянулся на руках и перебросил тело в узкий проем. Прошло несколько секунд, потом минута...
   - Ллидд? Ллидд... - позвал Егор. Его внезапно затопила волна неконтролируемого ужаса. Колартэнянин бросил его?!.. Что если вся его забота была показной, что если он только и ждал удобного момента, что сбежать и бросить его одного. Сколько раз он повторил, что сильней Егора? Что если он просто-напросто посчитал его обузой?..
   - Егор, я внизу. Отойди от окна, я брошу веревку, - услышал он тихий голос, и тут же облегченно выдохнул. И обругал себя дураком. Как можно сомневаться в товарище по несчастью, да ещё почти тарионце (во всяком случае, по воспитанию)? Тарионцы по определению не могут предать. Егор улыбнулся и сделал несколько шагов назад.
   Тотчас об пол звякнул камень, к которому был привязан конец импровизированной верёвки. Егор обвязал её вокруг пояса и дернул, дескать, всё, можно поднимать. Он заскользил ногами по гладкой стене, и, обдирая ладони, дотянулся, наконец, до оконного поема. Подтянулся и высунулся наружу.
   Дыхание перехватило. До земли метров пять. Перевернуться в тесном пространстве не было никакой возможности, а падать вниз головой, рискуя сломать шею, совсем не улыбалось. Егор замер в нерешительности. А Ллидд... Ллидд стоял внизу и протягивал руки:
   - Не бойся, я страхую.
   Мальчик зажмурился и ухнул вниз. И тут же его поймали сильные руки. Колартэнянин осторожно опустил его на землю:
   - Как ты, Егор?
   - Ка-ажется, живой, - голос всё-таки дрогнул.
   - Тогда поднимайся. Нужно уйти как можно дальше.
   Он был уже на ногах. Обвязал веревку вокруг пояса. Ни к чему бросать необходимую вещь. Эх, жаль только, что воды у них нет. В камере, конечно, не было никакой ёмкости, которую можно было бы унести с собой.
   Они, пригибаясь, побежали от здания.
  
   Егор по пути огляделся. Была ночь, но ясная и холодная. В небе сияли две луны - одна большая и красная, вторая, у самого горизонта, маленькая, но очень яркая. В неверном свете пески казались совсем чёрными. Песчаные барханы расстилались везде, куда ни кинь взгляд. Помещение, в котором они находились эти дни, стояло в чашеобразной долине. Вокруг были песчаные горы. Совсем нерадостная картина.
   - Ллидд, - позвал Егор. Колартэнянин остановился и оглянулся, - Слушай, а может быть нам забраться в их катер и постараться улететь отсюда.
   Но Ллидд покачал головой,
   - Это невозможно. На корабле установлена сигнализация. Мы даже не сможем проникнуть внутрь. Мы только потеряем время, пытаясь открыть люк.
   - А если нам не удастся найти воду? - Егор с сомнением посмотрел на барханы.
   Ллидд посмотрел на мальчика, на песок и решительно повернул обратно.
   - Эй, ты что?!
   - Нам необходимо запастись водой. Люди - не тарионцы и не могут долго обходиться без воды. Ты прав.
   - Но... ты тоже не тарионец.
   - Я вырос на Тарионе. Я привык к жаре и почти полному отсутствию влажности.
   - А ещё там лорийцы...
   - Их всего двое.
   - Точно, мы сумеем их обмануть, - и Егор первым бросился к зданию.
  
   Егор нерешительно остановился перед закрытыми дверями. "И как мы попадем внутрь?" - успел подумать мальчик, но стоило ему только прикоснуться к створкам, как те услужливо распахнулись. Внутри тусклым светом горели красноватые лампочки. Аварийное освещение. Незачем тратить энергию в помещениях, в которых никого нет. Мальчики как тени пробирались по запутанным коридорам. Они рассчитывали, что смогут довольно легко раздобыть воды. Но каждый раз их ожидала неудача. Все двери оказались заперты. Некоторые были оснащены сенсорными датчиками. Наконец, когда Егор уже потерял счет коридорам и поворотам, Ллидд, шедший впереди, замер и сделал шаг назад. Он приложил палец к губам. Егор, молча кивнул и постарался вжаться в стену. Он услышал тихие голоса, но не смог разобрать слов. Вот жалость! Бросил взгляд на Ллидда. Тот стоял, напряженно вслушиваясь. Потом удовлетворённо кивнул головой. Голоса стихли, и они продолжили путь.
   - Здесь кухонный блок.
   - Ллидд, ты слышал, о чём они говорили? - едва шевеля губами, спросил Егор.
   Колартэнянин молча кивнул, но бросил только:
   - Позже.
   Они прошли еще немного, толкнули полупрозрачные створки, оказались в крошечной столовой. Здесь же стоял репликатор. Они распахнули все шкафчики, которые были здесь. Наконец, Егор возвестил радостным шёпотом:
   - Есть! Жаль только, что фляжка маленькая, - с сожалением добавил он, - Но уж лучше это, чем ничего.
   Они набрали воды и двинулись в обратный путь. К счастью Ллидд прекрасно помнил дорогу. Спустя несколько минут мальчишки уже что есть силы, мчались прочь от своей тюрьмы и тюремщиков.
   Они бежали и бежали, карабкаясь на песчаные горы и почти кубарем скатываясь вниз. Несколько раз Ллидду приходилось ловить Егора, чтоб он не упал. Эта местность напоминала маленькому колартэнянину дом, а земной мальчик был гораздо хуже приспособлен к путешествию по пескам.
   - Вот интересно, когда они обнаружат, что мы сбежали? - задыхаясь, спросил Егор.
   - Я думаю, это произойдет утром. Я слышал их разговор.
   - Да, точно! Ты сказал, что всё мне расскажешь. Уф, давай отдохнём немного, - он снова споткнулся и едва не ткнулся носом в песок. Потом растянулся на земле, раскинув руки в стороны. Ллидд опустился рядом.
   - Гонрог говорил о том, что получил от заказчика подтверждение, что сюда направляется звездолёт. Заказчик приказал им немедленно сниматься с места и лететь на другую базу.
   - Звездолёт? Вот здорово! Хорошо, что мы вовремя выбрались.
   - Мы ещё не в безопасности. Лорийци будут искать нас. Пока позволяет время. Для того, чтоб добраться сюда, им потребовалось 5,45 дня. Корабль похитителей летел с коэффициентом искривления пространства 5,6. Звездолёты Земли или Тариона, или другой развитой планеты Федерации могут лететь быстрей. Но всё равно, нам необходимо продержаться как минимум четверо стандартных суток. А нас будут искать.
   - Да, и, наверное, с сенсорами, - обречённо добавил Егор, - Как ты думаешь, мы сможем спрятаться в этой пустыне?
   - Если найдем укрытие. К сожалению, у нас не было возможности взглянуть на карту, и мы совершенно ничего не знаем о местности... - Ллидд нахмурился.
   - Если твоя логика нам не подскажет, куда идти, придётся... положиться на интуицию. Так всегда говорит мой папа дяде Ллидду, - неожиданно усмехнулся Егор. Он, кряхтя, поднялся на ноги, - Ладно, пошли.
  
   Он плёлся вперёд, едва волоча ноги. Тело болело, и голова вообще отказывалась соображать. Единственное, что он видел перед собой - чёрный затылок и прямую спину Ллидда. Они всё шли и шли. Скоро рассвет. Сутки здесь были длинней земных, и у беглецов оказалось несколько лишних часов.
  

7

   Они шли и шли до самого рассвета. Когда Егор споткнулся очередной раз, а Ллидд очередной раз его подхватил, они решили, что пора отдохнуть. Маленькое жаркое солнце показалось из-за горизонта и стремительно выкатилось на небо. И почти сразу стало сначала очень тепло, а потом по-настоящему жарко. Егор, обливаясь потом, стащил с себя куртку и потянул ворот рубашки, но колартэнянин сказал, что он это сделал напрасно.
   - Ты рискуешь получить ожоги, если снимешь одежду.
   - Мне жарко.
   - Придётся потерпеть. Я советую тебе одеться обратно.
   Егор искоса глянул на колартэнянина, но подчинился.
   - Я смотрю, что тебе хоть бы что, - с завистью выдохнул мальчик.
   Ллидд бросил на него удивленный взгляд:
   - Мне не хоть бы что. Но климат этой планеты напоминает климат Тариона. Я привык к жаре. Но я считаю, что нам всё-таки лучше сейчас никуда не идти.
   Егор только кивнул. Песок с каждой минутой сверкал всё ярче, а жара становилась всё нестерпимей. У Егора опять начали слезиться глаза, и опять закружилась голова. Он прищурился и натянул на голову курточку. Им пришлось пройти еще несколько минут и обогнуть песчаную гору.
   - Здесь, - сказал Егор и первым повалился на землю.
   Он совсем выбился из сил и завидовал Ллидду, жалея, что он сам не колартэнянин, верней, не тарионец.
   Ребята устроились в тени бархана. Егор укрыл голову курткой, чтоб хоть как-то защититься от солнца, и провалился в сон. Колартэнянин улегся рядом и тоже закрыл глаза.
   Ллидд просыпался несколько раз и настороженно оглядывал окрестности. На небе было чисто, и он снова засыпал.
   Егор проснулся от жажды. Песок, казалось, был везде - волосы стали больше похожи на проволоку, в горле першило, песок забивал глаза. Мальчик проморгался и растолкал приятеля - фляга с водой была у Ллидда.
   - Дай попить.
   - Только пей немного. Неизвестно, сколько нам придётся провести в пустыне, и мы не знаем, удастся ли ещё найти воду.
   - Это и ежу понятно, - пробурчал мальчишка.
   Честно говоря, его коробило, что колартэнянин взялся командовать, даже, несмотря на то, что тот был старше и сильней. Егор даже старшему брату не позволял помыкать собой, а тут какой-то мрачный тип... Он поспешно оборвал себя. Этого ещё не хватало. Он просто раздражён и устал, вот и злится непонятно на что. Егор сделал несколько глотков и передал флягу Ллидду:
   - Держи.
   Но тот только головой покачал:
   - Колартэняне могут обходиться без воды и пищи гораздо дольше, чем люди.
   - Ещё бы перекусить чего-нибудь, - мечтательно протянул Егор.
   Ллидд вытащил из-под рубашки плоскую плитку концентратов.
   - Ух, ты! Ты и еду захватил?
   - Очевидно, что без еды мы гораздо быстрей исчерпали бы силы, - без улыбки сказал колартэнянин.
   Они разделили брикетик пополам и сжевали в один присест. Конечно, Ллидд сначала было попытался отказаться и от еды, но Егор заявил, что тоже не притронется, если колартэнянин не станет есть.
   Вечером они двинулись дальше. И снова шли и шли. Солнце упало за горизонт и скоро небо проткнули крупные звёзды, а потом взошли оба спутника - большая красная луна и маленькая белая. Света было достаточно. К тому же снова стремительно похолодало, а это Егору нравилось куда больше, чем жара.
   - Вот интересно, далеко мы успели уйти?
   - Недалеко.
   И как будто в подтверждение слов колартэнянина, они услышали над головой шум. Лорийцы. Их ищут!
   Катер летел у края горизонта, бросая на землю широкие лучи света. Оба мальчика тут же упали ничком, вжавшись в песок, стараясь слиться с поверхностью. Корабль сделал круг и скрылся за горизонтом. Егор с облегчением перевёл дух.
   - Не заметили...
   - Они вернутся.
   - Я знаю. Пошли, Ллидд, - и первым зашагал дальше.
  
   И снова они шли и шли. Несколько раз на горизонте опять мелькал катер, но лорийцы, кажется, искали не в том направлении. Говорить не хотелось. Оба слишком устали, чтоб поддерживать беседу. К тому же кроме усталости давали о себе знать последствия милой беседы с лорийцами.
   Ночью, конечно, было хорошо, но к утру, честно говоря, у Егора уже зуб на зуб от холода не попадал. Ллидду было ещё хуже. Колартэнянина колотила дрожь. Чтоб согреться, они не останавливались ни на минуту.
   - Что за дурацкая планета, - не выдержал, наконец, Егор, - Ночью зверский холод, днём жара невозможная.
   - Это типично для пустынь.
   - У вас, на Тарионе, что, тоже самое?
   - Температура по ночам на Тарионе не опускается так низко, как здесь. Я вижу на горизонте какие-то развалины, - без всякого перехода вдруг сказал Ллидд.
   - Где? - тут же подскочил Егор.
   Он мгновенно забыл и об усталости, и о голоде, и о боли.
   - По моим расчетам... Километров шесть с половиной.
   - Да где же, где? Я не вижу, - Егор уставился в темноту, всеми силами пытаясь разглядеть загадочные развалины, которые увидел Ллидд.
   - Я их вижу.
   - Ну, так чего мы стоим! Идем скорей, - он схватил колартэнянина за руку и потащил за собой.
   Ллидд мягко высвободился и цепких пальцев и сказал:
   - Ты идёшь не в том направлении. Разрушенное здание левей.
   - Так веди.
  
   Только к утру они добрались до развалин. Это была прямоугольная коробка с торчащей кверху башенкой. Полукруглые окна зияли пустыми глазницами, вместо двери был обрушившийся проём. Но это укрытие всё-таки было лучше, чем просто песок, солнце и жара. Они забрались внутрь и огляделись. В доме не было ничего. Абсолютно ничего - только голые стены и песок на полу. Правда, посреди комнаты над полом выступала небольшая квадратная плита со скобой. А больше ничего не было. Егор упал на пол и с наслаждением вытянул ноги.
   - Ллидд, пить.
   Колартэнянин молча протянул ему флягу. Мальчик сделал несколько глотков и вернул обратно. На этот раз Ллидд тоже попил.
   - И что теперь?
   - Мы переждем в этом укрытии жару.
   - Хм, да, переждём. А дальше? Как ты думаешь, Ллидд, стоит ли нам куда-нибудь еще идти? И скоро ли прилетит помощь?
   Ллидд внимательно посмотрел на него и медленно проговорил:
   - Я не знаю, сколько времени нам ждать помощи, Егор. Если корабль стартовал в тот же день, когда я передал отцу координаты планеты, они в пути уже 2,7 дня. Примерно через 1,5 дня они буду на орбите. Но сколько времени им потребуется, чтоб найти нас, ответ на этот вопрос я дать не могу.
   - Ясно, - протянул разочарованно Егор.
   Он почему-то уже уверился, что Ллидд знает всё и вся и всегда может найти ответ на любой вопрос. Он вздохнул, поддёрнул брюки и сказал:
   - Есть хочется. А тебе?
   Колартэнянин извлёк еще один брикетик концентратов и разломил пополам.
   - И сколько ты захватил? - спросил мальчик с набитым ртом.
   - Ещё осталось три. Но, к сожалению, у нас очень мало воды. Поэтому расходуй её экономней.
   - А ты?
   - Я уже говорил тебе, что, так как я вырос на Тарионе, то лучше приспособлен к сухому жаркому климату.
   Егор не спорил. Пить действительно хотелось немилосердно. А вода - это жизнь
   Они помолчали, а потом неожиданно Ллидд задумчиво сказал:
   - И ещё на один вопрос у меня нет ответа...
   - Почему лорийцы до сих пор нас не нашли? - тут же перехватил мысль Егор.
   Колартэнянин воззрился на него с нескрываемым удивлением. Он уже в который раз убедился, что маленький землянин не так-то прост. Он младше и слабее его, Ллидда, но нисколько не глупей.
   - Именно, - Ллидд кивнул головой.
   - У них должны быть сенсоры, - продолжал рассуждать Егор, - почему же они их не используют? Либо они не исправны, либо...
   - Возможно здесь некая аномалия, которая блокирует работу сенсоров.
   Егор грустно кивнул:
   - А это значит, что твои родичи, или любой звездолёт Федерации, даже если доберутся сюда очень быстро, найти нас быстро не смогут, - он прислонился спиной к стене и обнял колени, - Мда, хорошенькая перспектива вырисовывается. Хотя, с другой стороны, сенсоры звездолёта наверняка лучше и мощней, чем у этих лорийских контрабандистов.
   Глаза снова радостно заблестели. Кто же по-настоящему верит в близкую смерть в неполные двенадцать лет? Егор повозился, устаиваясь на полу, но вдруг неожиданно вскинулся и, не мигая, уставился на Ллидда.
   - Что-то случилось?
   - Да. Да! Слушай, Ллидд. Я всё время думаю, зачем им было воровать меня? Ведь мы с тобой даже не были знакомы, и твоей семьи я тоже не знал. Я всё в толк не мог взять. А сейчас вдруг вспомнил. Этот колартэнянин, Салеш, сказал нашим тюремщикам, что я - свидетель. Но свидетель - чего? Я ничего не помню, Ллидд, - Егор жалобно уставился на колартэнянина, - Совсем ничего. Я же знаю, вы, все вы колартэняне, обладаете способностями. Помоги мне, пожалуйста. Я хочу вспомнить.
   Ллидд нахмурился, слушая эту тираду и напряженно размышлял.
   - Во-первых, не все, колартэняне обладают способностями, о которых ты упомянул. Это очень редкая способность...
   - Как не все! Я знаю, вы постоянно делаете эту штуку - слияние... Дядя Ллидд, во всяком случае. Я знаю...
   - Во-вторых, проникновение в разум очень интимная вещь, - не слушая продолжал Ллидд, - И наконец, в третьих, я никогда не сливался разумами с неколартэнянином.
   Он тактично умолчал о том, что проводил слияние вообще очень редко - по пальцам можно было перечесть. Только однажды с отцом, и ещё несколько раз с наставником - тарионцем. Тот, как многие среди тарионцев был слабым телепатом, поэтому смог показать мальчику приёмы слияния. Но когда Ллидд попробовал сам, оказалось, что методика тарионцев ему практически недоступна. Тогда его отец поднял все архивы и каким-то образом отыскал описание слияния, оставленное самим Ллиддом Маа-шареллом. Но это была только теория. Изучив записи, мальчику почти удалось соединиться с отцом, но он подозревал, что это произошло только благодаря тому, что его способности к эмпатии были очень сильны. По-настоящему понять, что такое слияние, испытать его у Ллидда так и не получилось.
   Он вздрогнул, почувствовав, как Егор прикоснулся к его руке.
   - Ллидд, - очень серьёзно выговорил мальчик, - Ты не думай, что я прошу из любопытства. Просто это может оказать очень важным. А я не могу вспомнить. Он сказал, что выкрал меня еще и потому, у него слабенькие способности. Что я вспомню. Ллидд, пожалуйста...
   Колартэнянин вздохнул и кивнул головой. Что ж, это, в самом деле, может оказаться важным. Он попробует, сконцентрируется, соберёт в кулак волю. У него получится, не может не получиться.
   Ллидд уселся напротив Егора и поднял руку к его лицу. Маленький землянин рефлекторно отстранился, но тут же взял себя в руки, подавив мгновенный укол страха.
   - Ты должен полностью довериться мне, открыться. Если будет малейшее сопротивление с твоей стороны, я прерву слияние. Нельзя вмешиваться в сознание против воли, - с расстановкой выговорил Ллидд.
   Егор быстро кивнул, сжал протянутую ладонь и зажмурился.
  
   Он почувствовал на висках тонкие пальцы, словно раскалённый лёд коснулся кожи. Уставился на Ллидда и застыл. Две тёмные бездонные пропасти смотрели прямо в душу, в саму глубину. Нет больше никаких тайн, никаких секретов. Его словно вывернули наизнанку...
  
   Ллидд близко-близко видел побелевшее лицо, распахнувшиеся карие глаза... в глубине дрожали золотистые капельки. В них был страх, нет, опасение, что он увидит что-то глубоко личное, что знает только он, Егор, и в то же время надежда. Ллидд несколько раз ловил себя на мысли, что, несмотря на практически безвыходную ситуацию, ощущает в своём товарище это совершенно нелогичное чувство - надежду.
   - Ты и я. Мы неразделимы... Я следую за тобою... - повторял он ритуальную фразу.
  
   Кажется, его эмпатические способности обострились до предела. Целый мир открылся ему: пронзительный, ясный, острый. Потом всё исчезло, и этот разрушенный дом, и песок, и опасность. Были только они - Егор и Ллидд...
  
   Ллидд ощутил неожиданное тепло. Землянин не пытался сопротивляться. Он доверчиво раскрылся перед ним. Весь как на ладони - со всеми своими страхами, сомнениями и помыслами. Потом он увидел свой образ - сила и ум, а ещё, и самое главное - верность. Егор верил ему как самому себе, и полагался на него как на самого себя. И даже больше. Ллидд купался в этом доверии, как в солнечных лучах. Никто никогда не дарил ему столько. Даже мама. Это было другое...
   Но Егор просил его узнать. Ллидд, хоть и очень осторожно, двигался всё глубже, увязая в голубоватом тумане. Стало трудно дышать, ещё чуть-чуть и придётся прервать слияние. Неужели у него не получится? Бесплотные пальцы внезапно упёрлись во что-то гладкое и холодное. Вот оно! Но... нет. Слишком плотная стена. Ментальные блоки ставил взрослый сильный разум. Подростку не пробиться сквозь барьер. Ллидд снова и снова пробовал сломать защиту... Почти бесполезно. Только какие-то неясные следы.
   - Альянс... Карсэт... - шепотом говорил один, и как эхо повторял второй, - восстановить величие... эксперимент... нужно блюсти чистоту...
  
   Внезапно в сознание ворвался какой-то гул. Низкий звук на грани слышимости. Земля под ногами качнулась, а стены как в плохом кино начали наступать на них и заваливаться набок.
   Мальчики тотчас вскочили на ноги.
   - Что это? - голос сорвался на тоненький дискант, - Ллидд, что это?
   - Они стреляют.
   Следующий удар был гораздо ближе. Клубы песка поднялись в воздух, мешая вздохнуть, шум закладывал уши. Казалось, еще секунда и они окажутся погребены под этими стенами.
   - Ллидд, может быть эта плита?.. Смотри, здесь есть петля. Пробуем! - Егор первым вцепился в металлическую скобу. Ллидд ухватился рядом. Они тянули, что есть сил. Скорей - скорей! Еще одна ударная волна бросила их на пол. Без сомнения, следующий удар угодит прямиком в дом.
   Каменная плита заскрипела и нехотя подалась.
   Не медля ни секунды, оба прыгнули внутрь, не задумываясь, что ждёт их там внизу - спасение или смерь.
  

8

   Они падали и падали всё вниз и вниз. Сверху сыпался песок, камни, какие-то обломки, щебень. Егор совершенно ослеп и оглох от грохота. Когда безумное падение, наконец, кончилось, он с размаху шлёпнулся на землю, больно приложившись боком. Он был совершенно оглушён и даже не сразу почувствовал, как кто-то подхватил его под руки и куда-то потащил. Вокруг царила почти абсолютная темнота, несмолкаемый грохот, песок висел в воздухе, мешая вздохнуть...
   - Ллидд... Ллидд! Остановись, - прохрипел Егор, отплевываясь. Кажется, этот проклятый песок был везде - забил рот, нос, глаза, - Да стой же ты!
   - Мы не в безопасности. Порода может обрушиться. Мы должны уйти как можно дальше от эпицентра взрыва, - невозмутимо возразил колартэнянин. Он и не подумал снизить скорость и так же крепко держал его за руку.
   - Я же не вижу ни черта! Куда мы бежим?
   - Я вижу. Мы должны быть как можно дальше от эпицентра, - повторил Ллидд.
   Егор больше не сопротивлялся. Он только постарался протереть глаза. Но это слабо помогло. Вокруг по-прежнему была непроницаемая тьма. Егор таращил глаза, безуспешно пытаясь поймать хоть искру света. Мальчишку внезапно накрыла волна ужаса. Что если он ослеп? Ударился головой и ослеп?!
   - Ллидд! Почему я... я не вижу ничего?
   - Вероятно потому, что зрение людей менее острое и чувствительное, чем у колартэнян. Я тоже с трудом различаю дорогу.
   Егор с облегчением выдохнул.
  
   Сколько прошло времени? Минуты? Часы? Сколько времени уже продолжается эта безумная гонка? Они оказались в каком-то темном тоннеле. Каким образом Ллидд мог здесь хоть что-то различить, Егор не мог даже представить. Он не видел практически ничего. Только неясные контуры колартэнянина. Тоннель был сложен из огромных каменных плит - мальчик понял это, дотронувшись до стен. С потолка иногда сыпался песок, и ноги порой по колено увязали в рыхлой массе. Коридор иногда поворачивал то в одну сторону, то в другую. Один раз Егор едва не налетел на откуда-то появившийся посреди дороги камень - ступеньку. Он нелепо замахал руками, стараясь удержать равновесие. Ллидд только молча дёрнул его вверх.
   За всё время пути они не проронили ни слова.
   - Ллидд, мы уже достаточно далеко. Может быть, передохнём?
   - Ты устал? - колартэнянин тут же остановился и обернулся к нему.
   Егор не увидел, скорее угадал, это. Он скривил губы и выдохнул:
   - Я не устал! - не хватало еще, чтоб Ллидд ещё больше опекал его и считал совершенно беспомощным малышом! - Просто... может быть, решим, что нам делать дальше? И... у нас есть ещё вода?
   Ллидд зашарил на поясе, потом поднял на Егора растерянные глаза:
   - Кажется, я потерял флягу...
   - Ллидд!.. - в голосе зазвенели злые слезы.
   Егор мгновенно почувствовал, что умирает от жажды. Да еще эта проклятая пыль, песок... Горло саднило. Он откашлялся и постарался взять себя в руки.
   - И что теперь делать? - голос невольно дрогнул.
   - В любом случае мы должны идти. Оставаясь на месте, мы не достигнем ничего. Только...
   - Вот именно! Пошли, скорей, - Егор первым кинулся вперед, но тот час споткнулся в темноте и выругался сквозь зубы.
   Ллидд снова взял его за руку и, как маленького, повёл за собой.
  
   - Ты хочешь есть? - спустя какое-то время спросил колартэнянин.
   Егор только отрицательно помотал головой:
   - Мне всухомятку кусок в горло не полезет, - он снова закашлялся и вдруг ухватил колартэнянина за руку, - Ллидд, смотри! Что там такое?
   В глубине мелькал какой-то слабый красноватый огонёк. У Егора часто-часто забилось сердце. Неужели выход?
   - Я вижу свет. И думаю, что там находится выход из тоннеля.
  
   Ллидд остановился так резко, что Егор от неожиданности налетел на колартэнянина, ткнувшись носом, ему в спину. Он поднял голову и тут же зажмурился. В лицо бил нестерпимо яркий свет. Он осторожно разлепил ресницы... Вокруг них толпились люди! Человек пять или шесть с факелами в руках. Егор выдохнул. Или не люди? Во всяком случае, гуманоиды - только уж больно страшные у них были лица. Мальчик пригляделся и понял, что лица у них чем-то перемазаны, как будто намерено: какая-то грязно-белая масса покрывала щёки и лоб, а глаза обведены темными кругами. И волосы торчали в разные стороны, словно маленькие рожки.
   Они молча пялились на странных пришельцев, мальчики также безмолвно взирали на чужаков. Один из туземцев вдруг выкрикнул гортанным голосом какую-то фразу. Егор вздрогнул - уж очень грозно прозвучал приказ. Не говоря ни слова, их окружили и, подталкивая в спину, заставили двигаться.
   - Подождите, дайте объяснить!.. - начал, было, Егор, но его оборвал резкий окрик.
   - Егор, они не понимают, - очень тихо проговорил Ллидд, - И, похоже, даже не хотят понимать. Самым логичным выходом пока будет молчать, идти с ними и подождать дальнейшего развития событий.
   Егор бросил на колартэнянина косой взгляд и ничего не сказал.
   Они прошли еще немного и вдруг остановились. Один из инопланетян вытащил две полоски ткани или кожи и подошёл к мальчикам. Егор вскинулся, но его быстро успокоили. Мальчик поднялся на ноги, осторожно потрогал распухшую губу. Ллидд только покачал головой. Он не сопротивлялся. Туземец завязал ему глаза и снова приблизился к Егору. На это раз тот покорился своей судьбе.
  
   Они ещё очень долго шли куда-то, куда-то поворачивали. Иногда приходилось нагибаться, чтоб не задеть головой потолок. Егора чрезвычайно злило всё это. Он не контролировал ситуацию и был совершенно беспомощен. А что могло быть отвратительней? Наконец, процессия остановилась, и с мальчиков сдернули повязки. Когда глаза привыкли к свету, Егор огляделся. Они находились в довольно просторном помещении: стены терялись в полумраке, а вот низкий потолок неприятно давил сверху. А вокруг собралось еще больше страшных инопланетян. Командир отряда, который их поймал, вышел вперёд и начал что-то рассказывать высокой старухе с длинными седыми космами и в каком-то немыслимом сером балахоне. Лицо у нее в отличие от большинства здешних обитателей покрывал слой пронзительно-жёлтой краски. Туземец всё говорил и говорил. И конца-краю его речи не было. Егор чувствовал как внутри начинает закипать гнев - безумно хотелось пить, а в голове стучали надоедливые молоточки. Он несколько раз ловил на себе сочувственные взгляды Ллидда, но от этого становилось еще хуже. В голове помутилось. Ему так и хотелось крикнуть: "Дайте же, наконец, воды!"
   Ллидд молча взял его за руку. Колартэнянин опустил ментальные барьеры и едва не задохнулся в круговороте чужих чувств и эмоций. Он собрал все силы, чтоб погасить эту вспышку и поймал себя на мысли, что ему жаль маленького землянина... как было бы жаль брата, если б у него был брат. Ллидд протянул Егору тоненькую ниточку спокойствия. Хотя был совсем не уверен, сможет ли тот перехватить эту незримую помощь.
  
   Туземец, наконец, замолчал. Старуха обожгла мальчиков пронзительным взглядом. Ллидд невольно отшатнулся, закрываясь, возводя один барьер за другим. Такой силы ментальный удар ему никогда не доводилось испытывать. Егор побелел как полотно и покачнулся. Колартэнянин только крепче ухватил его за руку.
   Старуха опустила глаза и отдала какую-то отрывистую команду.
   Давление прекратилось. Ллидд с облегчением выдохнул. А Егор... Ллидд не понимал как тот ещё держится на ногах, он ясно чувствовал, что силы давно покинули мальчика. Его поддерживало только невероятное упрямство и нежелание показать слабость перед врагами.
   Толпа внезапно расступилась, и к мальчикам подошел какой-то человек с двумя кожаными ёмкостями. И в ёмкостях что-то булькало. У Егора загорелись глаза. Совершенно не осознавая, что делает, он протянул руки, выхватил мех и принялся жадно глотать тёплую, сладковатую на вкус жидкость. И ему казалось, что вкусней он ничего на свете не пивал. Он всё пил и пил, пока Ллидд не выдернул кожаную флягу у него прямо изо рта.
   - Ты что?! - Егор полыхнул ненавидящим взглядом.
   - Нельзя пить очень много после того как ты долго испытывал жажду. Ты можешь заболеть.
   - Хватит читать мне нотации! - крикнул Егор в ответ, но подчинился.
   Старуха снова что-то сказала, и им велели идти. На этот раз глаза не завязывали. Потому что идти было совсем не далеко. У одной из стен пещеры-зала было оборудовано какое-то подобие загона с частоколом из острых кольев. Мальчиков втолкнули внутрь.
  
   Они огляделись. Крошечное пространство. В углу свалено несколько шкур, и всё. Хорошо хоть мехи с водой не отобрали.
   Егор невесело усмехнулся:
   - Из огня да в полымя...
   Ллидд удивленно приподнял бровь:
   - Я не понимаю тебя, Егор. Несмотря на то, что здесь я вижу факелы, нас никто не пытался сжечь...
   Егор секунду молча взирал на колартэнянина и вдруг прыснул. Он смеялся до тех пор, пока слёзы градом не покатились из глаз, и живот не свело от смеха. Ллидд даже попятился от него. Он с тревогой смотрел на маленького землянина, сомневаясь в его рассудке. Егор, наконец, успокоился, и всё еще всхлипывая, выговорил:
   - Извини, Ллидд. Это... это просто выражение такое. И означает, что наши дела всё хуже...
   - Спасибо. Теперь понял. Но должен возразить. Наши дела не хуже, мы не знаем, что относительно нас решат туземцы.
   - Угу, - он снова потянулся к фляге, но Ллидд предостерегающе поднял руку и покачал головой. Егор закусил губу и отвернулся.
   Он плюхнулся на шкуры, повозился, устраиваясь поудобней, и сказал:
   - Давай спать, Ллидд. Наверное, уже ночь.
   - Может быть, теперь ты будешь есть? Ты уже напился, - вместо ответа сказал колартэнянин.
   Мальчик подскочи:
   - Точно, а я и забыл совсем!
   Они опять разделили один брикетик. И после скудного ужина улеглись спать.
  
   Их разбудил невообразимый шум. Мир словно сошёл с ума. Егор вскинулся и испуганно уставился в пространство. За частоколом туземцы били в барабаны, какие-то колотушки, отдававшие металлическим звуком, стучали палками и при этом прыгали и, кривлялись, исполняя какой-то немыслимый танец.
   - Что это, Ллидд? - он постарался перекричать шум.
   Колартэнянин поднял голову и ответил:
   - Я подозреваю, что они исполняют какой-то ритуал. Примерно 2,3 стандартных часа назад племя собралось в этом зале и, как мне показалось, принялось медитировать. Затем матриарх...
   - Старуха? - перебил его Егор.
   - Да. Матриарх впала в транс и начала произносить какие-то слова. В примитивных культурах они называются заклинания. Постепенно все аборигены начали выкрикивать какие-то призывы, сначала тихо, потом всё громче и громче, пока эйфория не охватила всех.
   - И что это значит? - Егор прижался лицом к решетке и впился глазами в туземцев.
   Их танец завораживал. Они двигались, словно во сне, повинуясь монотонному ритму, отчетливо раздававшемуся среди всеобщей какофонии звуков. Он сам не заметил, как начал раскачиваться в такт, барабаня пальцами по дереву.
   А потом всё прекратилось. Сразу и внезапно, словно кто-то опустил тяжелый полог, и навалилась давящая тишина. Егор вздрогнул и пришел в себя. Старуха что-то выкрикнула отрывистым голосом. Туземцы бросились врассыпную, вжавшись в стены.
   Двое из них с длинными копьями подошли к загону и распахнули ворота. Мальчики несмело выбрались в пещеру. Им приказали выйти в центр зала. Егор беспокойно оглядывался по сторонам и помимо воли ухватил Ллидда за руку, словно ища защиты. Колартэнянин почувствовал страх, который затоплял землянина. Он кинул встревоженный взгляд на мальчика. Тот изо всех сил старался держаться независимо, но страх плескался в самой глубине глаз.
   Старуха подняла руку и приказала им остановиться. Она смерила обоих мальчиков оценивающим взглядом, потом произнесла несколько резких слов и вдруг оглушительно свистнула. Заложило уши. Егор выпустил его руку и зажмурился. Потом стало очень тихо. Туземцы, казалось, старались даже не дышать. Мальчик осторожно открыл глаза и... застыл. Прямо на них надвигался гигантский чёрный змей!
   Егор попятился назад и вцепился в Ллидда мокрыми ладошками, глаза распахнулись в пол лица. Он хотел закричать, но звука не было - ужас парализовал горло.
   Чудовище как в дурном кошмаре надвигалось на них, распахнув огромную пасть, в которой без сомнения оба мальчика затеряются как мальки. Тусклое тело извивалось по полу, всё быстрее с каждой секундой.
  
   ... А потом их поглотила тьма...
  

9

   Егор медленно приходил в себя. Сознание просто отказывалось поверить в случившееся. Неужели он... Неужели его больше нет? Не может быть! Мальчик распахнул глаза и рывком поднялся. Огляделся... Что это? Гигантский змей был всего лишь кошмаром? Вокруг был только песок. Барханы и песок. А рядом распластался Ллидд. Он лежал навзничь, запрокинул голову. Лицо заострилось. Колартэнянин как будто спал... или не спал? Егор стремительно наклонился над другом. Затряс его за плечи:
   - Ллидд! Ллидд, ты слышишь меня? Очнись, Ллидд!
   Он наклонился к груди, послушать сердце. Не бьётся! Егор похолодел... а потом сообразил, что у колартэнян сердце находится с другой стороны. Он снова приник ухом к груди мальчика. Тук... тук... тук... Редкие глухие удары. Егор с облегчением выдохнул и вновь затормошил друга. Наконец, Ллидд медленно открыл глаза.
   - Ллидд, как ты?..
   Колартэнянин сел, осторожно покрутил головой и огляделся.
   - Я чувствую себя удовлетворительно, - проговорил Ллидд.
   Он снова огляделся и задумчиво проговорил:
   - Поразительно...
   - Что поразительно? - не понял Егор.
   - Это существо, которое, вероятно мы оба, приняли за гигантского змея, переместило нас сюда... где бы это ни было.
   - Значит, это всё мне не привиделось? - внезапно осипшим голосом выдавил Егор. Он метнул испуганный взгляд, обозревая окрестности. Не спряталось ли это чудовище поблизости.
   - Вероятно, нет. А вот и еще одно подтверждение того, что мы не подверглись массовой галлюцинации, - Ллидд поднял кожаный мешок. Встряхнул его и удовлетворённо кивнул, - По всей видимости, туземцы не приносили нас в жертву...
   - Ага, они просто-напросто вышвырнул нас из своих владений. И даже не дали нам шанса что-нибудь им объяснить, - тут же подхватил Егор, - Спасибо, хоть воды оставили. Интересно, где мы всё-таки оказались?
   Местность очень напоминала ту, где они были совсем недавно. Ничего удивительного - пустыня - везде пустыня. Солнце только-только показалось из-за края горизонта. Скоро будет очень жарко. Не мешало бы найти какое-нибудь укрытие.
   Они поднялись на ноги. Ллидд перекинул ремень кожаной фляги через плечо, и они пошагали. В каком направлении идти было совершенно все равно. Лишь бы солнце в глаза не било. Они, не сговариваясь, повернули к северу.
  
   И снова был бесконечный изматывающий переход. Теперь негде было укрыться от испепеляющего солнца. Несмотря на предостережения Ллидда, Егор всё-таки стащил куртку. Он бы и рубашку с удовольствием снял, но поостерегся ожогов. Чем дальше они шли, тем чаще Егор просил попить. Но Ллидд как цербер охранял флягу. Он заявил, что неизвестно, сколько времени им придется скитаться в пустыне и ждать помощи, а воды осталось очень мало. Сам он попил только раз или два, прекрасно понимая, что человек, да еще успевший уже столько пережить, нуждается в ней гораздо больше.
   Егор споткнулся очередной раз, упал и больше не захотел подниматься. Силы кончились. Зачем куда-то снова идти, если кругом только песок? Даже на горизонте не видно никаких признаков чего-то другого. Хоть бы мираж, что ли померещился. Он закрыл глаза и не двигался. Ллидд шёл в впереди, и не сразу сообразил, что друг больше не идёт следом. Он развернулся и в два прыжка оказался рядом с мальчиком. Опустился на колени и с тревогой заглянул в пепельно-серое, со спёкшимися губами, лицо.
   - Егор... - он легонько тронул его за плечо.
   Мальчик разлепил ресницы и прошептал:
   - Пить...
   ...А потом глотал живительную влагу...
   - Тебе лучше? Нам нужно идти.
   - Куда идти, Ллидд? Зачем? Ты видишь - вокруг то же самое. Ничего нет... Никакого укрытия, только проклятый песок, - Егор и сам не заметил как по щекам покатились слёзы.
   - Егор, нужно идти, - повторил Ллидд.
   Егор сверкнул на него глазами, утёрся, размазывая по лицу грязь, и мрачно сказал:
   - Да, конечно. Если идти и идти, то куда-нибудь мы всё равно придём. Оставаться на месте, значит умереть. Так, ведь?
   Колартэнянин протянул руку, помогая ему подняться. Несмотря на то, что он постарался закрыться, Ллидд прочитал эмоции землянина. Егор был опустошен. У него не было сил ни отчаиваться, ни злиться и только очень-очень глубоко ещё светился крошечный огонёк надежды. Ллидд вздохнул - надеяться нелогично, но ничего другого им не оставалось. По его подсчетам, звездолёт должен был уже появиться на орбите. И их, наверное, уже ищут. Вот только когда найдут? И найдут ли? Планета большая, а где они оказались после того, как пустынный змей выплюнул их, неизвестно.
  
   ...Они совершенно потеряли счёт времени. Песок, палящее солнце - вот и всё, что было в сознании. Да ещё необходимость куда-то идти. Ллидду пришлось тащить Егора на себе. Тот только механически переставлял ноги. Колартэнянин, каким бы несокрушимым ни был, тоже терял силы и спотыкался всё чаще.
   Ллидд поднял голову и позволил себе слабое подобие улыбки. Впереди маячили горы.
   - Егор, смотри, я вижу скалы. Там может быть вода и укрытие, - он встряхнул друга. Но тот даже не отреагировал. Только голова слабо мотнулась из стороны в сторону.
   Ллидд с беспокойством прислушался. Сознание почти погасло. И это плохо. Неужели он перестал бороться? Нет! Егор вскинул голову, прищурился и попытался улыбнуться.
   - Это здорово, Ллидд... Идём же... - прохрипел мальчик и качнулся вперёд.
   Надежда разгорелась ярким огоньком.
  
   Эти несколько километров дались особенно тяжело, но они справились. А потом добрались до первых отрогов гор. И здесь им повезло еще раз. Почти сразу они наткнулись на спуск в каньон. Правда, сначала идти оказалось еще трудней. Острые камни качались под ногами, валуны преграждали путь, сверху иногда сыпалась галька... и никаких следов воды. Но мальчишки упорно пробирались вперед. Там, на дне они найдут спасение! Стены каньона становились всё выше и смыкались над головой. Сначала сгустились сумерки, а потом наступила почти полная, непроглядная темнота. Но хотя бы жара спала.
   - Ллидд, ну где же вода? - жалобно прошептал Егор.
   Он запнулся и растянулся на камнях, больно ободрав локоть. Колартэнянин не успел его подхватить. Ллидд сам смертельно устал, и реакция его подвела.
   - Мне кажется, я слышу ручей. Но у нас ещё немного осталось во фляге, - он поднес горлышко к губам Егора, - Держи.
   Мальчик опрокинул в рот кожаный мех и выжал последние капли.
   - Вот и всё...
   Он хотел было отбросить бесполезную флягу, но тут же передумал.
  
   Еще около часа они пытались пробираться в темноте. Но вскоре Ллидд признал, что это безнадёжно. Обрывы стали круче, и на дне попадались провалы породы. Они отыскали место поровней и улеглись прямо на камнях. Егор уснул мгновенно. Это был даже не сон, а тяжёлое забытьё. Ллидд попытался было медитировать, но оставил это занятие. Он устал, слишком устал.
  
   Утром... верней в середине дня Ллидд открыл глаза. Егор всё ещё спал и выглядел совершенно измученным. Отдых не принёс облегчения. Да и не отдых это был. Колартэнянин тронул мальчика за плечо, и понял, что не разбудит его. Сознание покинуло его друга. Ллидд молча взвали его на плечи и зашагал вдоль по каньону.
   Он шёл и шёл, а воды всё не было. Неужели они ошиблись? Здесь, внизу их найти будет гораздо трудней, чем наверху. Почти никаких шансов. Горная порода может гасить сканеры... Ллидд даже думать не хотел, о том, что их ждёт в этом случае.
  
   А потом повеяло влажной прохладой, и послышался едва уловимый шум. Ручей. Наконец-то. Колартэнянин прошёл совсем немного и опустил свою драгоценную ношу на берегу крошечного водоёма. Он с наслаждением окунул руки и лицо в воду, умылся, потом подтащил Егора и окунул его в ледяное озерцо. Тот открыл, было, глаза, слабо улыбнулся, а потом снова потерял сознание.
   Ллидд прислонился к скале, устроил голову друга на коленях и закрыл глаза. Всё. Он с места больше не сдвинется.

10

   Ллидд сидел с закрытыми глазами и слушал тишину. Он ощущал едва уловимое дыхание друга. Под пальцами слабо билась жилка - Егор жив. Но вот, сколько времени он будет жив? Они оба. Ллидда очень занимал этот вопрос. По его расчетам у них был 1 шанс к 359, что их найдут до того, как оба превратятся в неподвижные холодные тела. Что ж, не так уж и мало. Ещё выше шансы, что когда их найдут, будет жив он один. Но Ллидд даже думать об этом не хотел. Сколько времени они знакомы? Не больше десяти дней? Он напряг память. По его подсчетам, с того момента, как он впервые увидел маленького землянина на борту лорийского корабля прошло примерно... 11,7 стандартных суток. А кажется, что целая вечность. За это время они друг для друга стали гораздо большим, чем просто товарищами по несчастью. Друг - вот кем стал для него Егор Рэйнберри. Настоящим близким другом. Нелогичным, импульсивным, совершенно не похожим на тарионцев, в окружении которых Ллидд прожил всю жизнь. Но... именно об этом Ллидд всегда втайне мечтал - обрести друга, который никогда не предаст, никогда не бросит, и даже если смеётся над тобой, то всегда по-доброму. И, который понимает тебя, и верит тебе как самому себе.
   Он открыл глаза и вгляделся в лицо друга. Каким маленьким и похудевшим он выглядел: глаза запали, губы растрескались, чумазый, с расцарапанным лицом, а волосы слиплись и торчат сосульками в разные стороны. Ллидд про себя подумал, что выглядит не лучше. Во всяком случае, Егору сейчас лучше, чем ему: нет больше ни боли, ни страха. Колартэнянин снова закрыл глаза. Если он попытается сосредоточить и медитировать...
   Егор зашевелился, дрогнули ресницы... Ллидд наклонился к другу:
   - Как ты?
   - Где мы, Ллидд? - голос чуть слышный.
   - Мы добрались до каньона. Здесь можно дождаться помощи. Нет солнца, и есть вода. Нет. Не двигайся, лежи спокойно, - предупредил он его попытку подняться.
   - Тебе неудобно.
   - Ты не тяжелый, - возразил Ллидд.
  
   ...Он вздрогнул, услышав знакомый звук. Где-то далеко послышался шум двигателей космокатера. Лорийский корабль летал с другим звуком. Неужели помощь пришла? Ллидд распахнул глаза и подался вперёд. Он затаил дыхание, боясь поверить в удачу. Он хотел крикнуть, позвать на помощь, но горло сдавил неожиданный спазм. Нет, так не годится! Он контролирует свои эмоции, он не подведёт наставника. Ллидд сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, унимая бешеный стук сердца. Он не двигался, боясь потревожить Егора.
  
   Ллидд расширенными глазами вглядывался в глубину каньона. Кто-то приближался. Показалась высокая фигура. Смутно знакомая - колартэнянин. Ллидд поднял руку и призывно качнул ладонью. Егор приподнялся и прищурился, пытаясь рассмотреть спасителя. И вдруг резко уронил голову, по лицу разлилась смертельная бледность. Надежда умерла.
   - Это Салеш... - выдохнул мальчик.
   Неужели всё напрасно? Они столько перенесли, они сделали всё, чтоб выжить!..
  
   Колартэнянин подошел к съёжившимся мальчишкам и смерил их ледяным взглядом.
   - Кто вы? - Ллидд поднял на него спокойные глаза.
   - Я не желал вам смерти, - вместо ответа сказал Салеш, - Но мне придется вас уничтожить. Слишком многое вам известно, слишком многое поставлено на карту. Высшие цели вынуждают меня поступиться принципами и лишить вас жизни. Это суть нашего учения...
   - Вы извращаете основы тарионской философии, - возразил Ллидд, - Ничто не может оправдать убийство.
   - Я не тарионец.
  
   Салеш поднял лазерный пистолет и прицелился. Ллидд был совершенно спокоен, и, казалось, принял неизбежное. Он поддерживал Егора, который порывался вскочить на ноги, но не хватило сил. Мальчик сверлил колартэнянина ненавидящим взглядом, но молчал. К чему слова, если враг всё давно решил, всё рассчитал? Но в голове стремительно прокручивались один за другим варианты спасения. Колартэнянин медлит. Если кинуться ему под ноги, он может промахнуться и...
  
   - Брось оружие и отойди от детей, - холодный голос с металлическими нотками раздался как гром среди ясного неба.
   Егор подскочил на месте - отец! Невероятно! Откуда?
   Рихард Рэйнберри стоял в нескольких метрах от них и целился колартэнянину в голову. Егор глянул на отца и даже испугался. Вместо лица - неподвижная маска, глаза как смотровые щели у лазерного прицела, губы сжаты в тонкую нитку.
  
   Колартэнянин посмотрел на ребятишек, на человека, вскинул оружие и нажал спусковой крючок... Ослепительная вспышка. Егор зажмурился, а когда открыл глаза, Салеша не было. Его вообще не было. Только остро запахло озоном.
   Рихард не медлил. Он сунул лазер за пояс, бросился к мальчикам и подхватил сына на руки. Егор вцепился в отца, обнял его за шею, боясь поверить, что это на самом деле не сон. Что это он, родной папа. Он пришёл и спас его. Спас их обоих. Мальчика сотрясли рыдания. Он плакал и плакал взахлёб и никак не мог остановиться. Рихард прижимал сына к груди, гладил слипшиеся волосы:
   - Ну же, сынок, успокойся. Всё хорошо. Всё закончилось.
   Он бросил растерянный взгляд на Ллидда. Тот тактично постарался не замечать истерики.
   Потом слёзы кончились, но Егор еще долго вздрагивал у отца на руках. Он бросил на Ллидда виноватый взгляд и вновь уткнулся носом в папино плечо.
  
   Рихард Рэйнберри щелчком раскрыл коммуникатор и выговорил:
   - "Эгина", я нашел ребятишек.
   "Эгина" - корабль, на котором служил отец! Егор радостно улыбнулся - вот как, это оказалось еще более невероятно. Отец держал его на руках как маленького, а ему ни капельки не стыдно. Сейчас он хотел быть маленьким и чувствовать, что его любят и защищают.
  
   Уже позже, лёжа на удобной кровати, наслаждаюсь чистотой и прохладой лазарета, Егор узнал, что Тарион направил запрос всем, находившимся в этом квадранте звездолётам. И "Эгина" была ближе всех к тем координатам, которые передал Ллидд. Звездолёт вышел на орбиту планеты около двух суток назад, и сразу же начались поиски. Но сканеры блокировала нестабильность магнитного поля планеты. Потом они засекли всплески энергии и перехватили корабль лорийцев. Когда капитан узнал, что ребятам удалось сбежать, он тот час выслал на поверхность несколько поисковых отрядов.
   А потом их нашли.
   - А Салеш? - голос Егора невольно дрогнул.
   Рихард нахмурился:
   - Колартэнянин присоединился к нам совсем недавно. На Космостанции "Бактрия". Он должен был провести на борту корабля какие-то научные эксперименты.
   - Это ведь именно он приказал нас украсть.
   - Да, я знаю, - кивнул отец, - Твой дружок, Ллидд нам всё рассказал. Только я так и не понял, зачем колартэнянину понадобилось красть сына посла Варихты, да и тебя в придачу.
   Егор опустил глаза:
   - Мы тоже не знаем. Он говорил, что я свидетель. Только свидетель непонятно чего. Я совсем ничего не помню... - он вскинулся, - А Баер? Ведь в тот день они приходили к нам вместе.
   - Герман Баер? Нет, сынок, Баер во всей этой истории ни при чём.
   - Но вы, как следует, его расспросили? - Егор сузил глаза.
   - Уж будь уверен, - невесело усмехнулся Рихард.
   Он помнил, с каким пристрастием допрашивали навигатора. В ход пошли даже детектор лжи и сыворотка правды. Рихард сам готов был голыми руками растерзать Баера, если тот был бы хоть в чём-нибудь замешан. Но Герман оказался невиновен. Он даже не знал, что Салеш состоял в какой-то организации.
   - А кто такой Карсэт, а Альянс? Вы узнали, папа?
   Рэйнберри потрепал сына по голове:
   - Это давняя история, малыш. И Карсэт уже не опасен. Надеюсь, - добавил он едва слышно, и тут же переменил тему разговора, - Смотри-ка, к тебе гость.
   Егор приподнялся на локтях. На пороге, заложив руки за спину, стоял Ллидд.
   - Привет, - мальчик радостно улыбнулся.
   - Как ты себя чувствуешь, Егор?
   - Нормально уже. Иди сюда.
   Рихард поднялся со стула и неслышно вышел вон. Пусть мальчишки поговорят.
   За то время, пока они провели вместе, они, видимо, по-настоящему прикипели друг к другу. Жаль будет расставаться...
  
   Ллидд подошёл к кровати, серьёзно посмотрел на друга и встретился с сияющими глазами Егора. Он улыбался самой лучезарной своей улыбкой. И Ллидд... он тоже улыбнулся в ответ. Чуть-чуть.
  

Часть 2 Следы на траве

1

   Ллидд стоял на обзорной палубе "Эгины" и, не мигая, смотрел в чёрную глубину космоса. Звёзды размазанными полосками проносились мимо скользящего с субпространстве звездолёта. Но он не видел звёзд. Перед глазами были красные пески родной планеты, дом, мама. А еще питомец - сакт`арт Тч'счейя...
   Он услышал лёгкие шаги, но не повернул голову. Только выпрямился еще больше и неслышно вздохнул. Он сейчас никого не хотел видеть. Никого. Даже...
   - Привет, Ллидд. Я не помешал? Можно, я тоже здесь побуду? - Егор встал рядом и бросил на колартэнянина настороженный взгляд.
   Тот только бровью дернул, но ответил ровным голосом:
   - Твоё присутствие не может мне помешать. И я не могу тебе запретить находиться здесь. Обзорную палубу в любое время может посещать любой член экипажа звездолёта, а также пассажиры. Это указано в распорядке корабля. Ты тоже знакомился с ним и должен был это помнить.
   Егор скривился как от зубной боли:
   - Ллиидд, ну не начинай опять. Ты снова стал похож на зануду...
   Колартэнян не ответил, только пристально посмотрел на Егора и снова отвернулся, вперив взгляд в звёзды. Он не понимал, что с ним происходит. Присутствие этого человеческого мальчика странно раздражало его. Нет. Егор Рэйнберри не был ему неприятен. Даже наоборот. То, что они пережили недавно вместе, очень сильно сблизило их. И то, что Ллидд прочитал в разуме Егора во время слияния, заставило маленького колартэнянина принять этого человека всей душой. Поверить ему. Как другу. Как брату. Чувства эти были сильней Ллидда. Он постоянно ловил себя на мысли, что ему хочется увидеться с маленьким землянином, говорить с ним. Даже участвовать в проделках, которые то и дело приходили Егору в голову.
   Это пугало. Тарионцы контролируют свои эмоции, напоминал себе мальчик снова и снова. Но не мог справиться со своими чувствами. И досадовал на себя за слабый контроль. И боялся. Снова и снова он боялся, что не сможет стать настоящим тарионцем. Что сверстники, которые дразнили его когда-то, были правы. Он всегда будет чужим на родной планете. И Колартэна его не примет, потому что он впитал в себя философию, сам дух Тариона.
   Но он хотел, чтоб Егор Рэйнберри по-прежнему считал его другом и по-прежнему доверял ему также как себе, или даже больше. На самом деле он всегда хотел обрести Н?ииЛ?лу. Но Егор не Эн'Л, конечно. Ллидд боялся этого желания и злился на себя, что не может его подавить.
   Поэтому Ллидд постарался оградить себя от общения с Егором, поэтому старался быть с ним так же вежливо холоден, как с другими членами экипажа "Эгины". Но даже, несмотря на все ментальные барьеры, которые он так старательно выстраивал, чувствовал, как Егор обижается на него и не понимает этой отстранённости. Как пытается найти способ понять, что происходит. Почему Ллидд так внезапно переменился, почему больше не то что не играет с ним, а даже разговаривать не хочет.
   Вот и сейчас он стоит рядом, и Ллидду приходится прилагать неимоверные усилия, чтоб закрыться от волн непонимания, обиды и... сочувствия?
   - О чём ты думаешь?
   Колартэнян даже вздрогнул от неожиданности.
   - Я думаю о своём сакт`арте, - автоматически ответил он.
   - А кто это? - Егор резко повернулся к нему и возбуждённо сверкнул глазами.
   - Сакт`арт Тч'счейя - мой питомец. Питомцев, как правило, держат в тарионских семьях с той целью, чтоб дети с раннего возраста приучались нести ответственность не только за себя, но также за другого, того, кто полностью им доверяется.
   - А у тебя давно живёт сакт... сарт..., тьфу, этот сакт`арт? - Егор даже не пытался выговорить его имя. Он просто обрадовался, что Ллидд снова разговаривает с ним. Может быть, удастся его расшевелить?
   Ллидд внимательно посмотрел на мальчика и снова отвернулся к экрану:
   - Теперешний питомец Тч'счейя живёт в нашей семье четыре года, - ответил он тусклым голосом. Ллидд воспитывал Тч'счейю с младенчества и любил его, но до сих пор не мог забыть своего первого питомца - А'Тчу и не мог простить себе его гибели. И жив ли Тч'счейя он тоже был не уверен. Сакт`арт пытался защитить его во время нападения Салеша...
   Ллидд подавил острый приступ тоски по дому и нахмурился.
   Ему ещё многому нужно учиться, чтоб стать тем, кем хочет видеть его отец, кем он сам хочет видеть себя - настоящим тарионцем, не колартэнянином, именно тарионцем.
   - Ллидд, я... - начал, было, Егор, но тут автоматические двери разъехались в стороны, и на обзорной палубе появилась молоденькая старшина Полянская:
   - Егор, вот ты где! - радостно воскликнула девушка, - Твой отец везде тебя ищет. Пойдем скорей.
   Она ухватила мальчика за руку и почти бегом выскочила за дверь. Егор бросил на Ллидда непонятный взгляд и побежал следом.
   Маленький колартэнянин невольно выдохнул.
  
   Он выровнял дыхание и углубился в медитацию. Разум заполнили сухой ветер и красные пески Тариона.
  

2

   Егор сидел на койке в отцовской каюте и болтал ногами. Несколько минут назад старшина Люка Полянская привела его сюда и велела ждать отца.
   - Капитан Рэйнберри скоро освободиться с дежурства и придёт.
   - Ты же сказала, что он меня везде ищет! - возмущению мальчишки не было предела.
   Он только собирался поговорить с Ллиддом, выяснить что происходит, почему друг внезапно отвернулся от него. Может быть он, Егор, его чем-то обидел? Ненароком. Кто их знает, этих колартэнян. Несмотря на то, что земляне общались с колартэнянами уже пол сотни лет, лично для Егора они оставались непостижимой расой. И самым непостижимым среди всех колартэнян был Ллидд. Тем более, какой-то он не настоящий колартэнянин. Сам бы сначала в себе попробовал разобраться, а потом бы на него, Егора, дулся не понятно за что.
   Егор никак не мог понять, почему после всего, что им пришлось вместе пережить, после того, как они, кажется, научились понимать друг друга с полуслова, после того, как Ллидд в прямом смысле спас ему жизнь и стал для Егора настоящим другом (во всяком случае, он, Егор, до недавнего времени именно так и думал) колартэнянин внезапно отгородился от него. Как будто между ними выросла непробиваемая глухая стена. После того, как опасность миновала, их спасли и подняли на корабль, Ллидд только первые пару дней старался быть везде вместе с ним. Часто заходил к нему в лазарет, пока Егор совершенно не оправился. А потом... Словно выключатель повернули. За завтраком Егор, как всегда о чем-то заговорил со Ллиддом, даже, забывшись, хлопнул того по плечу... Колартэнянин поднял тогда на него непроницаемые глаза и очень вежливо попросил больше так не делать.
   Егора вновь обожгла обида. Он вскочил с койки и подбежал к двери. Немедленно нужно объясниться! Нет. Папа хотел о чём-то поговорить и велел ждать его. И Ллидд сегодня опять разговаривал с ним сквозь зубы. Егор прерывисто выдохнул и снова плюхнулся на кровать. Посидел ровно две секунды и вскочил.
   Нет. Ну что это такое? Что он сделал? Почему Ллидд отталкивает его?
   - Я не понимаю!
   Он мазнул рукой по глазам, смахивая злые слёзы. Не хватало еще, чтоб папа увидел, что он плакал. Но он разберётся. Он обязательно поймёт, что происходит с этим чёртовым колартэнянином. В конце концов, он ничем не заслужил, чтоб с ним так вот обращались.
  
   Егор даже на месте подскочил, услышав шипение расходящихся дверей. Он поспешно стёр рукавом остатки влаги с лица и обернулся.
   Отец сделал два огромных шага, улыбнулся и взъерошил непокорные вихры. Увидел мокрые полоски на щеках сына и тут же посерьёзнел.
   - Что-то случилось, сынок?
   Егор насупился и буркнул:
   - Всё в порядке.
   - Ты, наверное, по маме соскучился, - Рихард уселся на кровать и притянул мальчика к себе, - Не грусти. Если хочешь, можно будет устроить ещё один сеанс связи.
   - А мы скоро прилетим на Землю? - глядя в пол, прошептал Егор. От неожиданной ласки отца у него защекотало в горле.
   Рихард Рэйнберри отчего-то замялся.
   - Папа?.. - Егор сузил глаза
   - Видишь, ли... - капитан помолчал, подыскивая слова, а потом твёрдо выговорил, - Егор, "Эгина" - не пассажирский лайнер и не прогулочный корабль. Звездолёт каждую минуту должен быть готов выполнить любой приказ, поступивший из Штаба Космического Флота. Получив послание с Тариона, мы приняли участие в спасательной операции. Но... теперь мы получили новое задание. "Эгина" не может сейчас идти к Земле или к Тариону, поэтому...
   - Это значит, что мы остаёмся на корабле? - боясь поверить в неожиданно свалившееся счастье, выдохнул Егор.
   - Да, - коротко ответил отец.
   - Ура!.. - Егор готов был броситься отцу на шею, или пройтись колесом, или, на худой конец закричать во всё горло от радости, - Папа! Как же это здорово!
   Он прыгнул на месте и уставился на отца светящимися глазами.
   Рихард невольно сам рассмеялся.
   - Ну-ну. Угомонись, - он притворно нахмурился,- А теперь послушай меня. Егор! Перестань скакать как козёл и послушай спокойно. Итак. Так как вы с твоим товарищем, Ллиддом, остаётесь на корабле на какое-то, достаточно длительное время, то ты, в первую очередь ты, должен запомнить несколько правил. Прежде всего, мы находимся в глубоком космосе, "Эгина" наполовину военный корабль, любая небрежность со стороны любого челна экипажа может привести к роковым последствиям, поэтому самое главное, что ты должен усвоить - это дисциплина. Слышишь, Егор, дисциплина. Никаких диких выходок и капризов. Вы оба должны строго выполнять все приказы офицеров корабля. Не соваться туда, куда не следует. Запомнил?
   Мальчик молча кивнул. Он постарался выглядеть серьёзным, но внутри у него всё так и подпрыгивало от восторга. Неужели это правда? Неужели на самом деле, не во сне, он зачислен в экипаж настоящего звездолёта? Папа сказал: "Любого члена экипажа". Значит, с этой минуты он, Егор Рэйнберри, член экипажа настоящего звездолёта!
   - Егор, ты слышишь меня? - строгий голос отца вернул его на землю.
   - Да, папа, я обещаю. Я обещаю, что буду вести себя, как полагается. Только...
   - Что?
   - А Ллидду ты об этом сказал? Ну, что мы должны задержаться на борту "Эгины"?
   - Да, сказал. И, кроме того, в нём я вполне уверен.
   - А во мне?! - тут же вскинулся мальчик.
   - А ты часто бываешь шалопаем. Ну, не дуйся. Ты пообещал, что не наделаешь глупостей, и я тебе верю, - Рихард требовательно посмотрел сыну в глаза, - Егор, эта миссия продлится, по меньшей мере, пару месяцев. Всё это время ты будешь числиться членом экипажа звездолёта "Эгина". И я очень надеюсь, что мне не придётся краснеть за тебя.
   - Не придётся, - очень серьёзно ответил мальчик.
  
   Егор по-настоящему обрадовался. Он так давно мечтал оказаться на настоящем звездолёте. Не просто пассажиром, а членом экипажа. Это большая удача и большая ответственность. Чего скрывать. Он был даже чуть-чуть благодарен Салешу. Если б не он, ему, Егора, еще не скоро выпала бы подобная возможность. Только одно несказанно огорчало мальчика. Оказалось, что Первого помощника капитана Ллидда Маа-шарелла нет на корабле.
   - Папа, а где дядя Ллидд? - разочарованно протянул мальчик, когда узнал эту новость.
   - Он сейчас откомандирован на другой корабль, - серьёзно ответил отец.
   - Жа-алко, - протянул мальчик, - Но почему? Ведь он же твой Страший помощник. Как же ты без него, а?
   - Егор, ты же не маленький и должен понимать, что и я, и Ллидд -офицеры Флота и подчиняемся приказам своих командиров. Сейчас он выполняет важное задание. Но, может быть вы ещё успеете увидеться.
   - Правда?
   - Я не обещаю. Но кто знает, - Рихард чуть-чуть улыбнулся.
   - Папа, я соскучился по дяде Ллидду. И... жаль, что Ллидд с ним не познакомился.
   - Твой друг?
   - Да, друг? - буркнул мальчик и отвернулся.
   - Что случилось, вы поссорились?
   - Ничего мы не ссорились. Просто... Я не знаю, папа. Я не понимаю...
  
   Вечером того же дня после ужина, Егор медленно бродил по коридорам. В полном одиночестве.
   Настроение у мальчика было паршивое. Хуже некуда. Отец был занят на службе, поэтому ужинал Егор один. Верней вдвоём со Ллиддом. Но всё равно, что один. За всё время, что они провели за столом, Ллидд не вымолвил почти ни одного слова. Лишь на вопрос Егора, знает ли, что они вынуждены остаться на корабле до окончания миссии, колартэнян коротко кивнул и ровным голосом выговорил:
   - Да, знаю. Капитан Рэйнберри сообщил мне, что я не смогу попасть на Тарион около двух стандартных месяцев.
   - А твои родители?..
   - Капитан сообщил моим родителям о задержке.
   Ллидд уткнулся в тарелку и больше не поднял на Егора глаз. Мальчик обиженно фыркнул и так же старательно принялся изучать содержимое своей тарелки. Ужин прошёл в тягостном молчании. Егор, наскоро опрокинул в рот стакан сока и выскочил из-за стола.
   - Не хочешь со мной разговаривать, и не надо, - пробурчал он, и с размаху кинул поднос с остатками еды в утилизатор.
  
   Ллидд проводил приятеля молчаливым взглядом. Он не понимал этой внезапной вспышки. Почему Егор злится на него? И не нужно было быть эмпатом, чтоб понять, что он злится. Ллидд уныло поковырял свой салат и отложил вилку. Он ведет себя с Егором абсолютно естественно. Ровно и вежливо, как со всеми. Он изо всех сил старается сдерживаться, не позволить своей человеческой половине возобладать над ним. С самого детства ему внушали, что он обязан быть идеальным тарионцем, не позволять себе ни единой слабости. Ему навсегда врезались в память слова отца: "Ллидд, для других неудача не так страшна. Но ты - другое дело. Если ты хоть раз позволишь чувствам возобладать над разумом, найдутся те, кто будет относиться к тебе с презрением, будут до конца твоих дней называть тебя полукровкой. Поэтому для тебя так важно найти своё место в жизни. Тарион - твой дом, значит, ты должен стать среди тарионцев своим. Запомни, Ллидд, я жду от тебя успеха".
   Ллидд вздохнул, так же как Егор, бросил остатки ужина в утилизатор, и вышел из столовой.
   Он медленно шел по коридору и всеми силами старался убедить себя в том, что поступает правильно.
  
   Привязанность нелогична. Явная демонстрация дружеских чувств к Егору Рэйнберри, человеку, недопустима. Я совершенно спокоен. Я контролирую свои эмоции. Никто никогда не увидит, что я открыто проявляю чувства. Меня не должна трогать его внезапная враждебность по отношению ко мне. Я - колартэнянин... Нет, я тарионец. Тарионец. Мой разум полностью мне подчиняется. Только логика. Никаких чувств. Егор нелогичен. Он импульсивен, он человек. Я не могу постичь его мотивов...
  
   Ллидд сам не заметил, как оказался в оранжерее. Он опустился на скамеечку под одним из земных растений, таких же буйных и ярких, как сами земляне и уронил голову на руки. Почему, несмотря на все его мантры, на все его призывы к логике, ему так тяжело. Так невыносимо одиноко.
   - Всё неправильно, - едва слышно прошептал мальчик, - Я в чём-то ошибаюсь. И нет рядом наставника, чтоб подсказал мне, как следует поступить.
   Ему вдруг очень сильно захотелось увидеть маму. Прижаться к ней, ощутить едва уловимый, горьковатый аромат духов, увидеть ласковую улыбку и внимательные, теплые глаза. Мама всегда понимает его. Понимает и принимает таким, какой он есть на самом деле. Мама, да еще питомец. Ллидда обжог острый страх - жив ли Тч'счейя? Во время самого первого сеанса связи, мальчик поинтересовался у отца, что с сакт`артом. Варихта ответил, что выстрел из фазового оружия оказался гораздо серьёзней, и Тч'счейя находился на излечении. Питомец получил тяжёлое поражение нервной системы, но доктор сообщил, что сакт`арт достаточно молод и сможет оправиться.
   Ллидд беспокойно заёрзал на скамейке. Он понял, что должен немедленно просить капитана о сеансе связи. Он поговорит с мамой, расспросит её о сакт`арте. Сообщит ей о том, что с ним всё в порядке. Жаль только, что мама так далеко. Подпространственная связь - не личный разговор. В аппаратной наверняка будут находиться люди. Техники, которые обязаны следить за оборудованием. Хотя, можно передать письмо. Оно долетит до Тариона с такой же скоростью, как если б Ллидд находился не на другом конце галактики, а в соседнем городе. Да. Он так и сделает. Он попросит о небольшом разговоре, чтоб увидеть маму и лично поинтересоваться здоровьем питомца, а в письме сообщит о своих сомнениях, о том, что с одной стороны, он ведёт себя как подобает настоящему тарионцу, но одновременно понимает, что поступает неправильно. Он не станет советоваться с отцом. Отец - эксперт во многих отношениях, и даже в отношениях с людьми. Ведь женился же он на маме. Но, мальчику почему-то казалось, что в данной ситуации, Варихта ничего не сможет ему подсказать. Мама - другое дело. Мама - человек. Она лучше знает, как вести себя с людьми.
   Ллидд едва не улыбнулся, но вовремя сдержался. Он поднялся со скамейки и отправился в свою каюту не быстро и не медленно, как настоящий тарионец.
  
   Выходя из оранжереи, он едва не столкнулся с Егором Рэйнберриом. Ллидд инстинктивно отстранился. Егор отшатнулся, как будто увидел привидение, но быстро справился с собой. Он вымученно улыбнулся и сказал:
   - Привет, Ллидд.
   - Здравствуй, Егор. Хотя мы виделись тридцать восемь и пять десятых минуты назад.
   - Тридцать восемь и пять десятых... Ты, как я погляжу, очень любишь точность, Ллидд.
   - Да, - и, не оглядываясь, зашагал по коридору.
   Но, почти тут же, остановился и резко обернулся. Он не услышал, а скорей почувствовал:
   - Ллидд!..
   Егор стоял в дверях и беспомощно теребил подол рубашки. В распахнутых глазах застыло какое-то странное выражение, от которого у Ллидда почему-то сжалось сердце.
   - Что-то случилось, Егор?
   - Да... Да! Слушай, Ллидд, - Егор покусал губы, - Ты, может быть, обиделся на меня? Я не очень знаю, как надо вести себя с тарионскими колартэнянами. Но, вроде всё было нормально. Мы так... так здорово проводили вместе время. Болтали обо всём. Было весело и интересно... А потом.., - Егор вскинул глаза и прямо посмотрел на колартэнянина, - Ллидд, если что-то не так, ты скажи. А то ты вдруг стал какой-то замороженный...
   Ллидд поймал себя на том, что бровь помимо воли взлетела к самой чёлке. Он стиснул за спиной ладони и напряженно сказал:
   - Обида - человеческая эмоция. Ты не мог сделать ничего, чтобы вызвать во мне подобные чувства.
   - Тогда в чём дело?!
   - Я не понимаю тебя, Егор.
   - Да ты даже разговаривать со мной не хочешь!
   - Твоё высказывание нелогично. Я разговариваю с тобой сейчас.
   - Ты... Да ты... Я думал, ты нормальный, а ты такой же сноб, как все тарионцы! Видеть тебя не хочу! - Егор развернулся и кинулся прочь по коридору.
   Ллидд качнулся, было, следом, но даже шага не сделал.
  
   Он развернулся и пошёл в противоположную сторону. Если б его сейчас видели отец и наставник, то, наверное, остались бы неразочарованы: прямая, как палка спина и каменное лицо. Только в самой глубине глаз затаилась тоска.
   Что произошло? Почему Егор так странно отреагировал на его слова? Ему просто необходимо с кем-то посоветоваться.
  

3

   Прошло больше двух недель. Егор больше не пытался приставать к Ллидду. При встречах они неизменно вежливо здоровались друг с другом. Даже порой обменивались парой ничего не значащих фраз. И только. Колартэнянин словно перестал для Егора существовать. И, кроме того, довольно скоро он нашел себе нового приятеля. Верней, приятельницу. Люка Полянская - стажер - кадет Космической Академии проходила на "Эгине" практику. Она оказалась веселой девчонкой и нисколько не кичилась, тем, что старше Егора на целых семь лет. А какие замечательные истории она рассказывала об Академии. Как, оказывается, весело там было учиться. Нет, конечно, и трудно, но больше весело. Какие только проделки не совершали кадеты, каких только забавных случаев с ними не происходило.
   Люка рассказала Егору, как однажды во время самых первых практических занятий в пределах Солнечной системы на их корабле отключилась искусственная гравитация. И все, кто находился на звездолёте, взмыли к потолку, и все незакрепленные предметы тоже.
   - Ты представляешь, Егор, - смеясь, говорила девушка, - А в это время Первый помощник мылся в душе. И ни в каком-то там акустическом, а в настоящем душе с настоящее водой. И тут отключается гравитация. Командор Карен взмывает к потолку и вместе с ним огромная капля воды. Он уж там барахтался, барахтался, чтоб перекрыть воду. А когда ему это удалось, он кое-как выбрался из душа и в одном полотенце поплыл на мостик. И водяной шар этот следом за ним. Все, кто по пути им встречался, пытались увильнуть в сторону. Только это мало кому удавалось. И скоро половина кадет и офицеров корабля была мокрыми, как мышонки, а Карен всё пробивался к мостику. А потом, когда почти достиг цели, инженеры восстановили гравитацию, и Карен вместе со своим водяным шаром шлёпнулись на пол. Брызги были до потолка. Вот это был номер, я тебе скажу.
   Егор весело рассмеялся, представив себе картину, но тут же посерьёзнел и покачал головой:
   - Люка, он же мог разбиться.
   - Да нет! При его габаритах и жировой прослойке, он, наверное, мог без последствий упасть со второго этажа.
   Вот тут уж Егор расхохотался по-настоящему. Он смеялся и смеялся и не мог остановиться.
   ...А потом увидел Ллидда, и смех застрял в горле.
   - Слушай, что у вас произошло? Когда мы вас подняли с планеты, вы были не разлей вода. А теперь?.. Поссорились, что ли? - Люка участливо взглянула на мальчика.
   Тот отвернулся и пробормотал что-то невразумительное, махнул рукой и беспечно выговорил:
   - Да ну его. Пойдём лучше на станцию сенсоров дальнего действия. Ты мне сама обещала показать, как они работают.
   - Егор... - Люка с сомнением посмотрела на него.
   - Я ничего не буду трогать. Только посмотрю, и всё. Интересно, же.
   - Ладно, - вздохнула девушка, - Только Ллидда тоже позовём. Хорошо?
   - Как хочешь, - Егор равнодушно дёрнул плечом. Ему нет никакого дела до колартэнянина. Ну, вот ни капельки.
  
   Пока они ехали в турболифте, Люка осторожно рассматривала мальчиков. Что всё-таки между ними произошло? Даже в маленькой кабине лифта постарались встать как можно дальше друг от друга, ни один не смотрит на другого. Егор ковырял носком ботинка пол и кусал губы. На лице Ллидда застыла неподвижная маска. Девушка с сожалением вздохнула. Вот ведь упрямцы. И не расскажут, из-за чего поссорились.
   Её совсем не тяготили обязанности, которые на нее возложил капитан Рэйнберри - присматривать за мальчишками. Они оба были славные. Егор, правда, излишне шумный и непоседливый. Впрочем, как все мальчишки. Зато с ним так интересно говорить. Он всегда с любопытством слушает её байки о житье бытье в Академии, и сам рассказывает о своих похождениях в школе и дома. Ллидд тоже очень занятный мальчик. Но совсем другой. От него никогда не услышишь заливистого смеха, или весёлого рассказа. Он никогда не выкинет чего-нибудь такого, от чего не знаешь смеяться или плакать, хвалить его или ругать, в отличие от Егора. Зато своими парадоксальными выкладками маленький колартэнянин порой ставил в тупик не только ее, молодую девушку, но даже капитана, или офицера по науке Масаду. Капитан-лейтенант Рюта Масада, поражённый интеллектом и знаниями Ллидда, очень часто приглашал его к себе, и они могли часами беседовать на разные темы.
   Честно говоря, Люка была даже рада, что Масада занимает Ллидда. Тот, по крайней мере, не ходил по кораблю один и не скучал.
   А ей вполне хватало общения с Егором.
   Пару дней назад она отвлеклась на несколько минут, и Егор успел куда-то улизнуть. Люка битый час бегала по всему кораблю. Ей не хотелось пользоваться интеркомом, чтоб ненароком не навлечь грозу ни на мальчика, ни на себя. Но когда она разыскала его в машинном отделении около реактора, то готова была разорвать несносного мальчишку. Егор поднял на неё невинные глаза, хлопнул ресницами, и сказал, что больше такого не повториться. Просто ему стало очень интересно посмотреть на устройство двигателей поближе.
   - Ты понимаешь, что это закрытая зона?! - кипятилась Люка.
   - Я спросил разрешения, - он опустил голову, но бросал на нее из-под волос настороженные взгляды, - Правда, Люка... Извини. Я обещал папе, что буду вести себя хорошо. И тебе обещаю, что больше не сунусь в инженерный.
   - Идём, горе моё, - девушка легонько подтолкнула его в спину. Нет, на него положительно невозможно сердиться.
   И, конечно, она ни о чём не сказала капитану. Не хватало ещё, чтоб мальчишку наказали. Он такой славный.
   Девушка улыбнулась и снова взглянула на ребят.
   Вот ведь. Как два супостата. И что с ними делать?
   Лифт мягко качнулся и замер. Седьмая палуба.
   - Идём, - она кивнула и первой шагнула за порог.
  
   - Здравствуйте, - Егор как самый воспитанный на свете ребёнок, громко поздоровался, как только они переступили порог лаборатории.
   Ллидд молча склонил голову.
   - Привет, Андрис, - кивнула Люка, потом обернулась к мальчикам и сказала - лейтенант Лицитис. А это Егор Рэйнберри и Ллидд Маа-варихтт. Ты проведёшь мальчикам небольшую экскурсию?
   Техник Андрис Лицитис кивнул и широко улыбнулся:
   - Здравствуете - здравствуйте. Что, решили посмотреть окрестности?
   - Ага, - выдохнул Егор. Он как завороженный уставился на большой обзорный экран. Не такой большой, как на мостике, куда папа один раз разрешил им подняться, но не менее впечатляющий от этого. И звезды на нем не были похожи на размазанные в пространстве разноцветные полоски, в отличие от обзорной палубы. Здесь было всё по-настоящему. И мониторы, и черная гладкая консоль с разноцветными индикаторами, и голубоватый отсвет сенсоров.
   - Можно посмотреть?
   Андрис поднялся с кресла и уступил его мальчику. Егор приник к сканерам и несколько минут как зачарованный вглядывался в бесконечную даль Вселенной. Если внимательно присмотреться, можно было различить не только туманности, далёкие галактики и звезды, но даже планетные системы.
   - Класс! Это невероятно. Ллидд! Смотри. Это просто невероятно! - он обернулся и радостно улыбнулся, а в глазах светилось настоящее счастье.
   Ллидд молча приблизился и склонился над окуляром сенсорам. Они почти касались друг друга головами, голубой отсвет играл на возбуждённых лицах. Егор раскраснелся. У Ллидда щёки чуть посинели, и глаза заискрились радостью.
   - Поразительно, - выдохнул маленький колартэнянин.
   - Я же говорил!
   Они встретились глазами, и впервые за долгое время не отвели взгляд. Егор несмело улыбнулся. У Ллидда бровь сама собой поползла вверх.
  
   Люка тихонько передохнула. Неужели лёд между мальчишками начал подтаивать?
  
   - Мы идём к системе Альба Сигма. На четвертой планете находится земная колония, - неожиданно сказал Ллидд.
   Они шагали по коридору и разговаривали. Люка сказала, что задержится в лаборатории, и мальчики заверили её, что сами отыщут дорогу на жилую палубу.
   - А ты откуда знаешь? - Егор даже на месте подскочил. Как это так, Ллидд знал что-то, чего ему, Егору знать не следовало. Нет, конечно, он выпытал давным-давно и у папы и у Люки, куда направляется звездолёт и с какой целью. На Альба Сигме Четыре произошли какие-то неприятности. То ли восстание, то ли волнения. Подпространственная связь была прервана, и "Эгине" предстояло выяснить, что там произошло, и разрешить ситуацию.
   - Я спросил у капитана-лейтенанта Масады, а сейчас получил подтверждение его слов, проанализировав показания сенсоров, - ответил Ллидд.
   - Ты можешь читать показания сканеров звездолёта? - Егор недоверчиво покачал головой.
   - Да. В этом нет ничего сложного. Я изучал основы астронавигации в школе и, так как эта наука меня заинтересовала, читал дополнительную литературу.
   - И далеко мы еще?
   - По приблизительным подсчётам, "Эгина" выйдет на орбиту Альба Сигмы Четыре через шесть и семь десятых стандартных суток.
   - По приблизительным подсчётом, - фыркнул Егор, - Да ты шутник, Ллидд.
   Колартэнянин удивлённо взглянул на товарища:
   - Я не думал шутить. Более точные данные я не могу тебе предоставить, так как сенсоры "Эгины" настроены на широкий радиус действия.
   Егор с любопытством посмотрел на колартэнянина, как будто видел его впервые.
   - А, ладно, Ллидд. Забудь, - он махнул рукой и улыбнулся.
   Егор чувствовал себя так легко и свободно, как будто непомерная тяжесть свалилась с плеч. Как будто он разорвал путы кошмара и проснулся. Он вновь бросил взгляд на Ллидда. Тот молча шагал рядом, но теперь, Егор не чувствовал этой невидимой ледяной стенки, которая разделяла их последние две недели. И радовался этому. Радовался и... одновременно досадовал на Ллидда.
  
   Вот так вот значит. Без всякого объяснения причин. Как будто ничего и не было. Как будто он не мучил непонятным молчанием и отстраненностью. Словно этих двух недель просто не было. Идёт рядом, как ни в чём не бывало, разглагольствует о сенсорах дальнего действия, об астрофизике. А хотя бы объяснить, что с ним было? Нет. Зачем? Ну, так я сейчас вот развернусь и уйду. Пусть теперь он помучается. Пусть.
  
   - Егор, - Ллидд внезапно остановился и внимательно посмотрел на него.
   - Что? - почему-то голос сорвался, и перехватило горло.
   - Ты обижаешься на меня и ждёшь объяснений.
   - И как это ты догадался? - мальчик впился взглядом в колартэнянина, но тот не опустил взгляд.
   - Я почувствовал это.
   - Да? У тарионцев же нет чувств, - Егор на миг замер, что сделать, развернуться и убежать, или всё таки... Но додумать не успел, потому что Ллидд внезапно сказал:
   - Я хочу объяснить. Тарионцы - сдержанная раса. Я уже говорил тебе. Мы контролируем свои эмоции. Управляем ими. А я... я думал, что мой контроль ослабел. Что человеческая половина возобладала во мне. Это недопустимо.
   - Почему же? - Егор хотел спросить, почему недопустимо, чтоб человеческая половина Ллидда взяла над ним верх, но колартэнянин ответил по-другому.
   - Потому что я - колартэнянин, почти тарионец. Я стыдился своих дружеских чувств к тебе. И считал их неприемлемыми для тарионца. Но теперь я так не думаю. Я справлюсь со своими эмоциями.
   Егор сузил глаза.
   - Но также я хочу, чтоб ты знал. То, что ты увидел в моём разуме во время слияния - истина. Подобное объединение стирает любые тайны. Только правда. То, что ты видел есть. И нет ничего иного.
   - Я понял, - прошептал Егор.
   Ему отчего-то стало неловко. Он не привык говорить о таких серьёзных вещах, о каких-либо чувствах. Но, с другой стороны, ему и не с кем было о них говорить. У него было много приятелей и ни одного настоящего друга. Даже Сэм, который и раньше и теперь считал его малышом.
   А Ллидд - другое дело. Там, на планете они были равны и друг без друга ничего бы не добились. Просто не выжили бы.
   Егор тряхнул головой, прогоняя мрачные мысли и неловкость.
   - Слушай, Ллидд. Пошли к нам в каюту. У папы на терминале есть новая симуляция для Академии. Это Люка мне дала. Можно сыграть. Догоняй, - и первым бросился по коридору.
   Ллидд только плечами слегка пожал и кинулся следом. Уж кого-кого, а человеческого-то мальчика он догонит.
   А Егор бежал всё быстрей и быстрей, как будто выигрыш в этом маленьком соревновании значил для него гораздо больше, чем просто первому добраться до каюты.
   Ллидд нагнал у самых дверей, и внутрь они ввалились вдвоём.
  

4

   - Папа?.. - Егор, сонно моргая, поднял голову.
   - Спи - спи, - Рихард Рэйнберри поправил у сына одеяло и принялся расстегивать куртку.
   - А почему ты так долго? И почему мы внезапно остановились? Что-то случилось?
   - Нештатная ситуация в инженерном, - коротко ответил отец, - Спи, уже поздно.
   Но у Егора сон как рукой сняло. Он приподнялся с кровати и с тревогой посмотрел на отца:
   - Я сегодня рухнул с кресла, когда "Эгина" остановилась, а потом свет везде вырубился. На нас напали? Звучала тревога, но я не слышал выстрелов. Или мы стреляли? Папа?!
   Рихард бросил на сына косой взгляд. Егор вытянулся в струнку, лицо затвердело, брови сведены на переносице, взгляд острый, и кажется, совсем не детский. Капитан наклонился и потрепал сына по голове
   - Успокойся, малыш. Никто на нас не нападал, никто не стрелял. Ни мы, ни по нам. Просто небольшая авария. Но мы справились. Видишь, всё уже в порядке. Свет горит, корабль движется, и никаких проблем больше нет.
   Мальчик облегченно выдохнул и улыбнулся:
   - Знаешь, папа, а я сегодня выиграл у Ллидда. Представляешь!
   - Вот как? - Рихард обернулся к сыну и невольно сам заулыбался. Давненько он не видел его таким счастливым. Егор просто светился, - Я смотрю, вы помирились.
   - Ну, мы и не ссорились, вообще-то.
   Отец хмыкнул.
   - Да, не ссорились, - с вызовом повторил мальчик и тут же переменил тему, - Папа, а когда мы прилетим на Альба Сигму Четыре, можно будет спуститься на планету?
   - Егор, я не знаю. Сориентируемся по обстановке.
   Мальчишка скорчил недовольную мину и бухнулся головой в подушку.
   - Па, а если там всё нормально, ты разрешишь нам спуститься? - спросил он, когда отец появился из душа, на ходу натягивая чистую рубашку.
   Капитан пожал плечами и вместо ответа строго сказал:
   - Спи, уже третий час.
   - Пап?..
   - Я кому сказал, спать немедленно.
   Мальчик нырнул под одеяло и обиженно засопел.
  
   Рихард повозился на своей койке и вздохнул. Он сегодня страшно устал. В машинном отделении произошла авария, обесточившая половину звездолёта, и вся инженерная служба до середины ночи пыталась восстановить энергоснабжение. Самое паршивое состояло в том, что не сработали аварийные генераторы, и если бы не талант и удивительная интуиция главного инженера Ташрэна, один бог знает, что бы могло произойти. Всё-таки ему невероятно повезло, что он сумел переманить на "Эгину" этого тарионца.
   Рихард всё прокручивал в голове события прошедшего дня и никак не мог заснуть. Он внутренне содрогнулся, вспомнив, как заскрежетал корабль, мгновенно выпав из искривленного пространства в обычный космос. Инженеры в течение шестнадцати с половиной часов ликвидировали аварию и безуспешно пытались обнаружить причину неисправности. Того, что случилось, просто не могло произойти. "Эгина" внезапно задрожав, выпала из субпространства и только поднятые на максимум щиты удержали структурную целостность. Ташрэн, словно знал, что что-то случится, когда накануне потребовал провести полную диагностику дефлекторов, а сегодня убедил его проверить их мощность. Перед самой аварией. Сейчас звездолёт двигался к цели на досветовых ионных двигателях. Ремонтная бригада находилась в полной готовности. А главный инженер Ташрэн и так дневал и ночевал около своих любимцев - двигателей искривления пространства. А сейчас, Рихард в этом нисколько не сомневался, он как хорошая гончая бегает вокруг реактора и суёт свои острые уши во все щёлки.
   Рихард покачал головой и беспокойно заворочался. Что-то тут было такое, чего капитан никак не мог уловить. Словно он вот-вот ухватит кончик и потянет за ним весь клубок. Но нить эта всё время рвалась в руках.
   "Герман Баер" - ни с того, ни с сего пришло ему на ум. И хотя программа верификации подтвердила, что навигатор был не причастен к похищению мальчишек, и сегодняшняя авария, никоим образом не связана с Салешем, которого и на свете то уже не было, но подозрение, раз зародившись, уже не оставляло Рихарда.
   Он поднялся с кровати и, стараясь не разбудить сына, вышел в коридор. Он решил пойти в столовую и сделать себе очень крепкий кофе. Хотя... Сколько он не служил на звездолётах, по-настоящему вкусный кофе нигде не пивал. И "Эгина" не была исключением. Но кофеин всё же лучше, чем ничего. По крайней мере, может быть, мозги прояснятся.
  
   - Доброй ночи, капитан, - услышал он, едва переступив порог.
   - Капитан - лейтенант Ташрэн. Я вижу, вам тоже не спится.
   Тарионец коротко кивнул и сделал приглашающий жест. Рихард шагнул к столику, сжимая в руках горячую чашку.
   - И что вы об этом думаете, капитан? - без предисловия начал Ташрэн.
   - Вы имеете в виду аварию?
   - Конечно, аварию, - тарионец дёрнул плечами и стал чуть синее, чем обычно.
   Рэйнберри стиснул подбородок и медленно выговорил:
   - Я думаю, Ташрэн, что авария эта была тщательно спланирована, а корабль избежал гибели только благодаря быстрой реакции и профессионализму инженерного состава, и вашему, не в последнюю очередь.
   Инженер кивнул:
   - Я пришёл к тому же выводу. И считаю, что мы обязаны сообщить о своих подозрениях в Штаб. Кто-то пытался совершить на корабле диверсию. И этот кто-то до сих пор находится на звездолёте. Но мне не ясны причины и мотивы подобного поступка, - он бросил на Рэйнберри пронзительный взгляд.
   Капитан перехватил этот взгляд и кивнул:
   - Я согласен с вами. Остаётся только выяснить, кто стоит за всем этим, и чем помешала ему "Эгина". Вызвано ли нападение содержанием нашей миссии, либо здесь другие причины.
   Офицеры одновременно поднялись из-за стола.
   Выходя из столовой, ни тот, ни другой не заметили маленькой тени, метнувшейся к противоположной стене. Сейчас коридоры корабля были погружены в полумрак. Чтоб люди хоть каким-то образом чувствовали смену дня и ночи, в ночные часы по корабельному времени освещение помещений звездолёта уменьшалось.
  
   Егор притаился за каким-то выступом и постарался вжаться в переборку. Сердце бешено колотилось где-то у горла. Он и сам не знал, зачем крался за отцом. Захотелось приключений? Нет. Скорей всего ему тоже не давала покоя эта странная авария. А папа ничего не рассказал. И в машинное отделение мальчишку никто больше не пускал. Тем более, сейчас, когда на звездолёте сохранялась полная боеготовность и повышенные меры безопасности. Егор рассудил, что раз ему никто ничего не говорит, он сам всё разузнает. Вот и разузнал на свою голову!
  
   Мальчик тем же самым движением, что и отец затеребил подбородок.
   - Вот так дела, - едва слышно прошептал он, - Значит диверсия...
   А в следующую секунду, приняв решение, он уже мчался по коридору в противоположную сторону от той, куда отправились отец и инженер Ташрэн.
  
   Он на мгновение замер перед дверями каюты, но тут же взял себя в руки. Сделал шаг, и створки сами собой разъехались в стороны. Егор хмыкнул. Ллидд, как все тарионцы, никогда не запирал дверей.
   - Интересно, у них вот так в любой дом можно зайти? - пробормотал мальчик.
   Он шагнул внутрь и огляделся.
   Каюта, в которой поселился маленький колартэнянин, была в два раза меньше той, где жили они с отцом. Единственная комната, кровать, компьютерный терминал на столе, встроенный шкаф и дверь акустического душа в углу. Вот и всё. Да ещё здесь было на несколько градусов теплей, чем на всём корабле. Ллидд сразу сказал, что он не привык к таким низким температурам, и настроил микроклимат каюты так, как ему было комфортней.
   Когда глаза привыкли к темноте, Егор разглядел своего товарища. Ллидд свернулся калачиком на койке, как будто, несмотря на жару, замёрз. Но спал он, к удивлению Егора поверх одеяла.
   Мальчик довольно сильно тряхнул его за плечо и позвал:
   - Ллидд. Ллидд, проснись!
   Маленький колартэнянин распахнул глаза и рывком сел на кровати. Он уставился на Егора немигающими глазами, и, наверное, целую минуту молча на него пялился.
   - Эй, Ллидд. Ты чего?..
   - Зачем ты меня разбудил? Сейчас 0315 часов, - довольно резко спросил колартэнянин.
   Но Егор не обратил внимания на мрачный тон и каменное лицо.
   - Слушай, я тут узнал кое-что... - он в двух словах пересказал разговор своего отца и Ташрэна. Ллидд слушал не перебивая
   - Ну... и что ты думаешь? - не дождавшись никакой реакции, нетерпеливо выговорил Егор.
   Он присел, было, на краешек кровати, но через несколько секунд вскочил и теперь мерил шагами каюту.
   - Я думаю, предположение твоего отца логично. Но мне трудно судить о логике данного поступка. На Тарионе нет преступлений. Совершать преступления - нелогично.
   - А я думал, ты мне поможешь, - разочарованно протянул Егор.
   - Помогу в чём?
   - Как в чём? Разобраться в этом деле, конечно!
   Ллидд помолчал несколько секунд, потом подошел к мальчику и очень серьёзно посмотрел на него.
   - Егор, мне кажется, правильным будет оставить это решение капитану Рэйнберри и лейтенанту Карту - начальнику службы безопасности.
   - Папа и так этим занимается! Ллидд, я говорю о другом. Мы с тобой можем сами что-нибудь разузнать. Подумай, нас ведь никто не будет подозревать. На нас вообще почти не обращают здесь внимания. А мы, зато, можем следить за всеми. И если кто-то снова попробует что-нибудь сделать, мы с тобой это заметим. И поймаем преступника. Ну же Ллидд! - Егор схватил колартэнянина за руки, но, опомнившись, тут же разжал пальцы. Он умоляюще посмотрел на Ллидда.
   Мальчики секунду смотрели друг другу в глаза.
   - Я согласен, - наконец выговорил Ллидд.
   - Класс! Мы их точно вычислим!
   - И всё-таки, я думаю, мы должны посвятить в свои планы капитана, - с сомнением в голосе произнес Ллидд.
   - Ещё чего! Да он тогда просто-напросто запрёт нас в каюте и будет даже на обед под конвоем водить. Ты этого хочешь?
   - Нет.
   - Ну, вот и договорились, - Егор взглянул на часы и переменился в лице, - Ой, я побежал, а то папа вернётся, и увидит, что меня нет. Спокойной ночи.
   - Спокойной ночи, - ответил Ллидд уже закрывшимся дверям.
   Колартэнянин вздохнул и растянулся на постели. Всё-таки Егор Рэйнберри - непостижимое создание. Но это интересная загадка, и в процессе её решения можно столкнуться с совершенно новой, незнакомой стороной жизни. Ллидд удовлетворённо качнул головой и закрыл глаза, погружаясь в медитацию. Нужно привести в порядок мысли. С утра ему понадобится ясная голова.
  
   Егор на цыпочках проник в каюту и настороженно огляделся. Кровать отца была пуста. Он с облегчением выдохнул, скинул рубашку и бухнулся в постель. Повозился, закутался с головой и в следующую секунду уже спал.
  

5

   - У тебя есть какой-нибудь план? - Егор отодвинул тарелку и перегнулся через стол.
   Они завтракали вдвоём со Ллиддом. Рихард вернулся в каюту только под утро, а когда сын проснулся, он уже вновь был на мостике. Люка тоже была занята, и мальчики оказались предоставлены сами себе. В столовой они были практически в одиночестве, что, признаться, порадовало Егора, потому что никто не мог подслушать их разговор. Но всё равно он старался говорить как можно тише.
   - План? - Ллидд покачал головой, - Пока нет. Но судя по тому, что я успел прочитать об особенностях совершения преступлений, если первоначальная попытка оказалась неудачна, преступник обычно затаивается и ждёт удобного момента для совершения повторной попытки. В некоторых случаях он может вести себя неестественно...
   - Как это?
   - Не так как обычно. Он может проявлять тревогу, стараться отвести от себя подозрение, либо наоборот, быть совершенно спокойным. Знание особенностей личности преступника позволит так спланировать и организовать расследование, что все действия, проводимые в его рамках, будут максимально эффективными, а расследование в целом будет успешным...
   - Лли-идд, - Егор страдальчески закатил глаза, - Пожалуйста, не надо мне читать лекций. И когда это ты успел таких наукообразных слов нахвататься?
   - Нахвататься? Каким образом слово можно схватить? Это нематериальный объект.
   Егор фыркнул:
   - Это выражение такое. Нахвататься, значит, набраться, выучить, где-то разузнать.
   - Я понял. На корабле хорошая библиотека, - невозмутимо сообщил колартэнянин, - Я посмотрел несколько книг сегодня утром.
   - Утром? - у Егора округлись глаза, - А сейчас, по-твоему, что? Посмотри, только что сравняло 0900 часов.
   Ллидд пожал плечами:
   - Я проснулся три часа назад.
   - Э... ладно. Но что мы всё-таки будем делать? Мы не сможем следить за каждым членом экипажа. Но скорей всего тот, кто совершил диверсию, до сих пор на корабле.
   - Это очевидно.
   - Значит, если он попытается снова, наверное, опять устроит её в машинном отделении. Мы могли бы пробраться в инженерный и следить за всеми, кто будет приближаться к реактору.
   - Это закрытая зона, нам запрещено там появляться, - опустил его на землю Ллидд, - И кроме того, капитан, вероятно, уже распорядился выставить в инженерном отделении дополнительные посты охраны.
   - А, ну да, - Егор запустил пальцы в шевелюру, - Но, во всяком случае, мы можем наблюдать за входом в инженерный из коридора, и если кто-то попытается проникнуть внутрь, мы увидим.
   - Преступник может служить в машинном отделении, и нам не удастся заметить его новой попытки, - возразил Ллидд, - Возможно также, что преступник попытается совершить диверсию в другом месте.
   - Точно, - протянул мальчик, - Тогда что ты предлагаешь?
   - Я должен подумать. Недостаточно данных для анализа.
   - Но мы должны что-то делать! - Егор даже подскочил на месте. Его невероятно раздражали все эти разумные выкладки Ллидда, и мальчику начало казаться, что товарищ просто-напросто хочет запороть его идею на корню, - Мы хотя бы можем следить за членами экипажа. Может быть, увидим, кого-то подозрительного. Можем следить не только за машинным отделением, но и за другими станциями, которые тоже могут подвергнуться нападению. Если он попытается, например, проникнуть в систему жизнеобеспечения, или куда-нибудь ещё... А, Ллидд?
   Колартэнянин нахмурился, помолчал секунду, и сказал:
   - Я согласен. Хотя нас только двое, и быть одновременно в нескольких местах мы не сможем. Но это не мешает нам внимательно наблюдать. И не забудь, что на звездолёте усилены меры безопасности. Все жизненно важные объекты корабля находятся под усиленной охраной. Поэтому мы сами должны действовать максимально внимательно и осторожно.
   - А как же, конечно! - улыбнулся Егор.
  
   В следующие несколько дней мальчишки как угорелые носились по всему кораблю, иногда на несколько минут замирая на одном месте. Или выбирали себе какого-нибудь члена экипажа и повсюду следовали за ним. Пару раз они разделялись, и следили каждый за своим объектом. Егор как-то три час сорок минут просидел у дверей машинного отделения, надеясь заметить какое-нибудь подозрительное шевеление. Ллидд в это время наблюдал за входом в запасную рубку. Но всё было напрасно. Звездолёт был настолько большим, что они просто физически не могли поспеть всюду. Егор несколько раз отмахивался от Ллидда, который говорил, что нелогично пытаться успеть везде, что служба безопасности знает свою работу. Никто из членов экипажа, которые по каким-либо причинам привлекал внимание мальчиков не вызывал подозрений. Все были заняты своими служебными обязанностями, никто из посторонних не пытался проникнуть ни в машинный зал, ни к системам жизнеобеспечения, ни в отсек вооружения, никаких перебоев с энергией, никаких скачков не происходило.
   Всё и вся работало в штатном режиме.
   Через четыре дня, когда до выхода на орбиту Альба Сигмы Четыре оставалось несколько часов, Егор устало опустился на скамейку в оранжерее и растерянно уставился на Ллидда.
   - Я не понимаю. Либо он так хорошо затаился, что мы его не можем обнаружить, либо папа и Ташрэн ошиблись.
   - Вполне возможно, что преступник не решился повторить попытку, опасаясь быть обнаруженным, - возразил Ллидд.
   - Не может быть, чтоб эта авария была случайностью! - Егор стукнул себя по коленке, - И я... Мы должны этого диверсанта поймать!
   - Егор, ты не можешь быть везде одновременно. Его поймают, вероятно, но не обязательно это будешь ты.
   Кровь бросилась мальчишке в голову. Он сузил глаза. Два взгляда скрестились - спокойный и яростный. Безмолвная дуэль длилась только пару секунд, потом Егор опустил ресницы и улыбнулся.
   - Но его поймают всё равно, - убеждённо выговорил он, - Ладно. Мы можем уже не бегать за привидением. Всё равно он попадётся, я знаю. Я вот думаю, как бы нам убедить папу попасть на планету. Я слышал, что там была какая-то заварушка.
   - Если там опасно, нас не пустят.
   - Во-от. Эх, а мне очень хочется спуститься вниз. Надо придумать, как это устроить.
  
   Ллидд с нескрываемым удивлением уставился на друга. Нет, положительно, он иногда совершенно не понимал Егора Рэйнберри. Ллидд пришёл к выводу, что Егора просто как магнитом тянет туда, где с ним может что-нибудь случится. И, главное, он всеми силами старается угодить в какую-нибудь переделку. Словно опасность доставляет ему удовольствие. Он с наслаждением кидается в круговорот событий, и чем сложней ситуация, тем ему интересней. Хотя в самой глубине души, Ллидд сам был не прочь пощекотать нервы. Он признался сам себе, что эти несколько дней пока они ловили преступника доставили ему... нет, не удовольствие, но он получил глубокое удовлетворение от самого процесса, от того напряжения, которое они испытывали, от ожидания опасности. И даже... он с удивлением признал, что события на планете, когда они могли каждую минуту погибнуть, теперь вспоминать было... приятно. Он признался, что гордится и собой, и Егором. Как ловко им удалось перехитрить лорийцев и избежать гибели в пустыне. И хотя они боялись, (Ллидд знал, что Егор очень сильно боялся тогда, да и он сам порой с трудом прятал страх), но несмотря ни на что, они справились. Они выжили. Оба. Как Егор говорил ему: "всё-таки мы похожи"? Ллидд должен был признать, что да, всё-таки они похожи.
  
   - Эй, Ллидд? Ты вообще-то здесь? - вопрос Егора заставил его внутренне подскочить на месте, но на лице не дрогнул ни один мускул, отметил он про себя с удовлетворением. Колартэнянин перевёл спокойный взгляд на человеческого мальчика и сообщил:
   - Я уверен, что ты придумаешь, каким образом мы можем оказаться на планете.
  

6

   - Папа, почему нам нельзя вниз? - который раз спрашивал Егор, - Всё уже выяснилось. На планете никакой войны, никаких беспорядков. Ты сам мне говорил, что у них просто подпространственный передатчик сломался. Папа! Ты всем разрешил увольнения. Я знаю, мне Люка говорила. Мы со Ллиддом заслужили. Я обещал тебе вести себя хорошо. Ты ни разу меня не ругал. Разве нет? Почему нельзя? В колонии тоже ребята живут. А ты сам говорил, что "Эгина" еще несколько дней будет на орбите, пока не починят передатчик.
   Рихард невозмутимо слушал эту пламенную тираду, но в душе уже давно сомневался в своём решении.
   Колония на Альба Сигме Четыре существовала лет пятьдесят. Но за это время люди успели освоить значительную часть планеты, выстроить пять городов и несколько десятков небольших посёлков. Планета относилась к классу планет Земного типа, но находилась к своему светилу - Альбе чуть ближе, чем Земля, а три четверти поверхности покрывал океан. Поэтому климат в умеренных широтах здесь был мягким и прекрасно приспособлен для земледелия. Правда, в центре каждого из двух больших материков находились довольно обширные пустынные зоны. Люди там не селились, но было несколько горно-обогатительных комбинатов и шахт. Каменистые пустыни были богаты залежами ценных минералов. Некоторые из них, такие как тополин, встречались очень редко. Поэтому половина населения колонии занималась добычей минералов, половина, сельским хозяйством, полностью обеспечивая себя продовольствием. Правительство колонии регулярно посылало в метрополию отчёты и сообщения. Рудовозы раз в полгода прилетали за новой партией тополина. Неудивительно, что Штаб Флота среагировал мгновенно, как только связь с колонией прервалась, и тут же направил к планете звездолёт.
   Конечно, пока существовала опасность, что на Альба Сигме Четыре какие-то беспорядки, капитан категорически запретил высаживаться на планету. Но десант подтвердил, что в колонии всё в порядке. Вернее, почти всё. На электростанции, питавшей несколько городов, произошёл взрыв, повредивший и передатчик. К сожалению, не обошлось без жертв. Но правительство колонии заверило, что авария произошла в результате несчастного случая, и они будут очень рады принять любую помощь. Капитан Рэйнберри принял решение оставаться на орбите планеты до тех пор, пока последствия аварии не будут ликвидированы.
  
   "Эгина" вот уже двенадцать дней вращалась вокруг Альба Сигмы Четыре, половина экипажа побывала в увольнительной, а им, не разрешали даже думать о том, чтоб спуститься вниз. Егор считал это несправедливым. Он так и заявил и отцу, и Ллидду. Рихард неизменно оставался глух ко всем его доводам, а Ллидд совершенно серьёзно заявил:
   - Все вопросы относительно увольнения на берег решает капитан. Я считаю, что следует поговорить с ним.
   - Я каждый день его прошу... - мальчик в недоумении уставился на друга.
   - Ты просишь отца, а я предлагаю обратиться с официальным заявлением к капитану, - с расстановкой проговорил Ллидд.
   - Точно! - Егор сделал движение, чтоб хлопнуть колартэнянина по плечу, но вовремя удержал руку, - В конце концов, нам заявили, что мы члены экипажа "Эгины". Значит, если всему экипажу, свободному от исполнения своих обязанностей, положена увольнительная, она положена и нам. Верно? Вот.
   Не медля ни секунды, Егор развернулся и побежал к их каюте, каюте капитана. Он хотел было сразу отправиться на мостик, но рассудил, что приходить туда, не следует. Командный отсек - есть командный отсек. Туда являются только по требованию старших офицеров, а его никто не приглашал. А в своей каюте капитан, наверное, примет и выслушает его, вернее их. Он нисколько не сомневался, что Ллидд следует за ним.
   - Пятая палуба, - твёрдо выговорил Егор и повернул коническую ручку.
   Турболифт мягко качнулся и унёс их в недра корабля. Мальчик бросил настороженный взгляд на друга. Ллидд как всегда выглядел безупречно: идеальная выправка, рубашка без единой морщинки, на лице выражение спокойного достоинства. Только щёки чуть синее обычного, но это мелочи. Егор невольно распрямил плечи, одёрнул тунику и глубоко вздохнул. Он должен быть так же спокоен и безупречен, как Ллидд.
   Перед каютой он на миг замер, но тут же поднял руку к кнопке звонка.
  
   - Войдите, - двери гостеприимно распахнулись.
   - Разрешите обратиться, - в один голос выговорили оба.
   Рихард не понимая уставился на мальчишек. Оба вытянулись в струнку, подбородки задраны вверх, оба не мигая уставились на своего командира. Рэйнберри подавил улыбку и очень серьёзно спросил:
   - Чем обязан, молодые люди?
   Капитан поднялся им навстречу. Егор переглотнул и начал:
   - Господин капитан, могу я обратиться к вам с официальным заявлением?
   - Я слушаю вас, Георгий, - пряча улыбку, проговорил отец.
   Егор кинул быстрый взгляд на Ллидда и продолжал:
   - Капитан, двадцать семь дней назад вы сказали, что мы зачислены в экипаж звездолёта "Эгина" на время выполнения миссии на Альба Сигме Четыре. Круг наших обязанностей вы не очертили, но приказали не пытаться проникнуть в запретные зоны...
   - Это так, - Рихард давно понял, к чему клонит мальчик и прилагал неимоверные усилия, чтоб сдержать улыбку. Никакой опасности на планете не было, поэтому капитан собирался сегодня же распорядиться насчет высадки ребят. Но оказывается, мальчишки не захотели ждать приказа, и пришли требовать справедливости.
   - И я, и Ллидд честно выполняли свои обязанности, - продолжал мальчик, - Сейчас мы находимся на орбите земной колонии. Вы отдали приказ об увольнении всех свободных членов экипажа звездолёта. Ни я, ни Ллидд, не заняты на каком-либо дежурстве. Поэтому... - Егор сделал паузу, а потом выпалил на одном дыхании, - Поэтому мы осмелились прийти и спросить, когда наступит наша очередь увольнения? Я понимаю, что это нарушение Устава, но... - он замялся, не зная, как продолжить.
   Капитан выручил его:
   - Я понял вашу мысль. Что ж. Вот мой приказ. Вы, господин Георгий Рэйнберри, и вы, господин Ллидд Маа-варихтт, включены в списки высадки. Ваша увольнительная начинается завтра в 0800 часов по корабельному времени. По истечении пяти дней в 2200 часов вы должны быть на борту "Эгины". Во время увольнения вы обязаны будете подчиняться бригадиру вашей группы - старшине Полянской, выполнять все её приказы и распоряжения. На планете вести себя достойно, как подобает служащим Космического Флота. Надеюсь, ни вы, господин Рэйнберри, ни вы, господин Ллидд Маа-варихтт не совершите ничего, что бы запятнало честь офицера Флота. Хотя вы еще не офицеры, но надеюсь, когда-нибудь ими станете.
   Егор вытянулся по стойке смирно, Ллидд выпрямился, стискивая за спиной ладони.
   - Да, капитан, - в один голос произнесли мальчики
   - Спасибо. Вы можете быть в нас уверены, - добавил Егор.
   Они развернулись и чеканным шагом покинули каюту.
   Когда за мальчишками захлопнулась дверь, Рихард не выдержал и рассмеялся:
   - Вот сорванцы!
  
   - Ллидд, здорово! Это просто здорово. Ты оказался прав, капитан разрешил нам, - Егор, сверкая глазами, теребил колартэнянина. Он на секунду совершенно забыл, что тот не любит прикосновений. Да Ллидд и не спорил. Он тоже был рад, хотя внешне остался абсолютно невозмутим.
   - Капитан сказал, что мы во время увольнения должны будем подчиняться старшине Люке Полянской, - попытался он остудить друга.
   - Да, - Егор немного сник, но тут же вновь встрепенулся, - Но это ерунда. Люка отличная девчонка, и я уверен, что мы весело проведём время.
  

7

   Следующим утром Егор вскочил ни свет, ни заря. Уже в 0700 часов он был полностью готов к высадке. Успел собрать небольшой рюкзачок, одеться по-походному и даже позавтракать.
   - Я надеюсь, что внизу ты будешь вести себя достойно, и мне не придётся краснеть за тебя перед старшиной, - напутствовал его отец, оглядел мальчика со всех сторон и остался вполне им доволен.
   Он дал Егору все возможные наставления, но совсем не был уверен, что как только сын спуститься вниз, все обещания и разумные слова не вылетят у мальчишки из головы. Рихард Рэйнберри не очень надеялся на авторитет Люки Полянской. В конце концов, та сама ещё была девчонкой, его утешало только то, что рядом будет Ллидд. Рэйнберри был очень доволен, что сын подружился с рассудительным колартэнянином. И беспокоился, когда заметил трения между мальчишками и недопонимание. Оба ходили и дулись друг на друга не понятно, за что. Но, по-видимому, ссора как это обычно бывает в детстве, быстро забылась, и теперь мальчики вновь были неразлучны. Сам Рихард не мог спуститься на планету. Он был занят на звездолёте, но ребята заслужили отдых. Побегать по твёрдой земле, под синим небом, искупаться в настоящем озере. Около города Кира, куда высаживались члены экипажа, находилось большое глубокое озеро. Рихард тихонько вздохнул. Он сам с удовольствием бы повалялся на травке около воды. Нельзя - служба есть служба.
   Егор нетерпеливо подпрыгивал на месте. Он дал отцу твёрдое обещание вести себя хорошо, и ему уже не терпелось поскорей оказаться в транспортном отсеке.
   Альба Сигма Четыре, как любая развитая планета имела космолифт - очень быстрый способ передвижения. На орбите существовала специальная станция, к которой пристыковывался звездолёт. Внутри станции располагалась сложная система, которую именовали просто космолифит. Космолифт работал по принципу антигравитационного подъемника. Людей, путешествующих таким образом, подбрасывала вверх или опускала вниз упругая сила. Они гигантскими скачками "прыгали" с одной промежуточной станции на другую, практически растворяясь в этот момент в пространстве. Космолифты были очень удобны, но требовали больших энергетических затрат, поэтому были довольно редки.
   Егор ни разу не путешествовал таким образом. Когда он с мамой и братом летал на Луну и на Марс, то семья пользовалась аэрокарами. А на экскурсии с классом они сразу погрузились в челнок и стартовали с Земли, а не с орбиты.
   Время стремительно приближалось к часу Х, а ему ещё нужно было забежать за Ллиддом. Хотя они договорились встретиться на месте, но Егор считал, что если он зайдёт за другом по пути, то увольнительная начнётся на несколько минут раньше. Он нетерпеливо поглядывал на часы и уже автоматически повторял:
   - Да, папа, я всё запомнил. Да, я буду слушаться Люку. Да, я уже говорил тебе.
   - Иди, - отец развернул его к двери и легонько подтолкнул в спину.
   Наконец, с формальностями было покончено, и Егор, почувствовал себя совершенно счастливым. Он бросил взгляд на часы (зелёные циферки мигнули и показали 0743) и припустил по коридору. Придётся сразу бежать в транспортный отсек, осталось семнадцать минут. Турболифт высадил его на семнадцатой, самой нижней палубе. Мальчишка стремительно пронёсся мимо дежурного офицера, только подошвы гулко прогромыхали по металлу пуповины - тоннеля соединявшего звездолёт с орбитальной станцией.
  
   Он влетел в услужливо распахнувшиеся перед ним двери и довольно резко затормозил. Ни Люки, ни Ллидда ещё не было. Только за консолью дежурил техник космолифта.
   - Здравствуйте, - запыхавшимся голосом выдохнул Егор.
   - Здравствуй, - улыбнулся офицер. Он что-то колдовал над пультом, настраивая координаты.
   Егор скинул с плеч рюкзачок и крутил головой во все стороны. Транспортный отсек представлял собой небольшую комнату, половину которой занимала сама платформа космолифта - шесть линз сверху, шесть внизу - точно напротив. Пульт управления с разноцветными индикаторами, сенсорным экраном и множеством кнопок. Ещё здесь был интерком, как в любом помещении звездолёта и компьютерный терминал.
   - Интересно? - услышал Егор и повернул голову. Он кивнул:
   - Да.
   - Первый раз здесь?
   - Первый.
   - Ну, ничего. Сегодня по-настоящему почувствуешь, что это такое. Не боишься?
   Егор отрицательно качнул головой.
   - Конечно, нет. Это проверенная система. Я ещё ни разу не слышал, чтоб космолифты дали сбой.
   - Ну-ну, - усмехнулся лейтенант.
   В этот момент двери разъехались в стороны, и появились Люка со Ллиддом.
   - Ну что, готовы? - девушка обвела взглядом свою команду, - Тогда вперёд.
   Егор первым прыгнул на платформу, пристроил у ног рюкзак и замер. Сердце билось часто-часто в радостном предвкушении. Он светящимися глазами посмотрел на Люку, на, как всегда, невозмутимого Ллидда.
   - Командуй, - кивнула ему старшина, угадав тайное желание мальчишки.
   - Лейтенант, активируйте, - очень серьёзно выговорил Егор.
  
   Послышался мелодичный звон антигравитационного луча. В следующую секунду мир вокруг дрогнул, очертания предметов потеряли чёткость. Они с немыслимой скоростью полетели, кажется вверх и вниз одновременно. А через бесконечно-долгую секунду он уже стоял на планете.
   - О-ой, - Егор пошатнулся и едва не упал.
   Хорошо, что Люка успела его подхватить. Перед глазами всё плыло, кровь стучала в висках, а к горлу подкатила тошнота.
   - Не бойся, сейчас пройдёт. Это с непривычки, - сквозь шум в ушах едва расслышал тревожный голос Люки, - Присядь и подыши. Ну как?
   Когда взгляд, наконец, сфокусировался, он увидел обеспокоенное лицо девушки. Та хлопотала над ним как наседка. Егор почувствовал, как загорелись щёки. Этого ещё не хватало - он едва не грохнулся в обморок. Надо же было так опозориться. Он с вызовом глянул на Люку и твёрдо выговорил:
   - Не беспокойтесь, старшина, со мной всё в порядке, - Егор одёрнул тунику, поднял валявшийся на земле рюкзак, спрыгнул с приёмной платформы и, не оглядываясь, зашагал к городу.
   Девушка пожала плечами и кивнула Ллидду:
   - Тогда пошли.
   На лице маленького колартэнянинина не отразилось ни единой эмоции, но он прекрасно понял друга и посочувствовал ему.
   Они миновали арку приёмного комплекса космолифта и оказались в городе.
  
   - Что мы будем делать? - как ни в чём ни бывало, поинтересовался Егор, когда товарищи его догнали.
   - Ну, прежде всего, отправимся зарегистрироваться в Центре, потом бросим вещи в номерах, а там и решим, - ответила Люка.
  
   Арка космолифта располагалась на самой окраине города. Кир был неофициальной столицей колонии. Все административные органы, губернатор, правительство и властный аппарат были сконцентрированы здесь. Первые колонисты пятьдесят лет назад высадились на месте будущего города, основав небольшое поселение. Когда люди начали прибывать и расселяться по планете, был заложён новый город, который назвали Столицей, и где предполагалось сосредоточить всё управление колонии. Но губернатор Малис Аххо не собирался переезжать на новое место. Поэтому Столица только носила гордое имя, а на самом деле оставалась довольно заштатным городком. Настоящей столицей был Кир. Недалеко от Кира находилась и База Космического Флота. Но в результате взрыва на электростанции База довольно серьёзно пострадала, поэтому временно службы Флота переместились в Кир. Губернатор выделил одно из административных зданий, а также в распоряжение Флота передали самую лучшую в Кире гостиницу.
  
   Как только они ступили в пределы города, прямо перед ребятами взвизгнув шинами, затормозил серебристый кар. У Егора округлились глаза. Транспортные средства на колёсах он видел только в музее. Дверца машины распахнулась, и оттуда высунулось усатое лицо:
   - Куда прикажете, уважаемые гости?
   Люка секунду поколебалась, потом сделала мальчикам знак, и сама уселась на переднее сидение.
   - Нам нужно в Центр Регистрации.
   - Доставим в лучшем виде, не беспокойтесь.
   Машина вздрогнула, зажужжала и довольно быстро покатила по дороге.
   - Ух, ты, вот это раритет, - не удержался Егор.
   - Вы что, молодой человек, никогда в такси не ездили? - не оборачиваясь, спросил водитель.
   - Нет, - мальчик отрицательно покатал головой, - на Земле уже давно нет такой техники.
   - Что ж, значит, будешь потом в школе рассказывать, как ездил на Альба Сигме.
   - Это точно.
  
   Егор во все глаза смотрел по сторонам. Он никогда ещё не бывал на такой далёкой колонии. Правда, честно говоря, город не был таким уж замечательным. Очень новый, с прямыми, как стрела улицами, многоэтажными однотипными домами, наверное, для разнообразия покрашенными во все цвета радуги. Через каждые два квартала были разбиты маленькие скверики и парки. Один раз попался фонтан.
   Не прошло и пятнадцати минут, как они прибыли на место.
   - Спасибо большое, - Люка уже закрывала дверцу, когда водитель перехватил её руку.
   - Эй, постойте-ка, а плата?
   - Какая плата?
   - За проезд, - водитель смерил взглядом недоумевающую девушку и усмехнулся, - Я, конечно, понимаю, что вы в космосе привыкли обходиться без денег, но у нас тут другие порядки.
   - И сколько мы вам должны? - Люка ещё больше растерялась
   - Полтора кредита. У вас, надеюсь, есть деньги?
   - Да... Да, конечно, - девушка зашарила в сумке, долго-долго что-то там искала, наконец, вытащила кредитку и протянула её водителю.
   Тот удовлетворённо кивнул, вставил карточку в прорезь машины, нажал пару кнопок, и вернул кредитку обратно.
   - Благодарю, сударыня, - он подмигнул мальчишкам и добавил, - Желаю хорошо провести время. Только не забывайте, что у нас нет бесплатного сыра.
   Захлопнул дверцу, взвизгнули шины, и кар укатил искать новых клиентов.
  
   Регистрация в Центре заняла совсем немного времени. Они отметились у неулыбчивого офицера службы безопасности, Люка сообщила код своего коммуникатора, и ребята оказались свободны.
   - Удачного отдыха, - сказал им на прощанье регистратор, - вы можете оставить свои вещи в нашей гостинице. Видите, - указал он, - Белое здание через дорогу? Там вы можете остановиться, снять комнаты, и расспросить подробнее о достопримечательностях Альба Сигмы. Кстати, советую съездить на плато Моруке. Там очень красивая река и озеро. А воздух! Вы такого нигде больше не встретите. На Моруке также растут единственные в своём роде поющие растения - вельдэ. На закате и на восходе они издают звуки. Многим гостям нравится их пение, они специально ради вельдэ приезжают не только с другого конца планеты, но даже прилетают из других миров. Кстати, вам невероятно повезло. Через два дня на Моруке состоится праздник, посвящённый поющим цветам. Будет карнавал и очень красивый фейерверк. А ещё конкурс поэзии - на плато съедутся самые знаменитые поэты Альба Сигмы, будет также несколько десятков инопланетян. Все они будут соревноваться в том, кто лучше передаст словом красоту музыки вельдэ, - офицер так воодушевился, рассказывая о празднике, что Люка справедливо подумала, что вероятно он тоже поэт, и тоже собирается на плато.
   - Спасибо за информацию, - улыбнулась девушка, - Мы обязательно туда съездим, правда, мальчики?
   - Возможно, если мы заранее спланируем маршрут, - сказал Ллидд.
   Егор только улыбнулся и кивнул головой. Он едва сдержал смех, наблюдая, как строгий офицер внезапно превратился в восторженного юношу.
  
   А через несколько минут они уже стояли в холле гостиницы. И тут возникла неожиданная задержка. Перед стойкой администратора стоял какой-то человек и сердито выговаривал:
   - Я ещё раз повторяю, я резервировал номер. Что ж вы понять-то никак не можете? Мне плевать на то, что у вас бронь для офицеров Космического Флота. Я вот не офицер, и никогда не собираюсь им становиться, но я заказывал в вашей чёртовой гостинице номер, я, чёрт возьми, прилетел с другого конца галактики, чтоб попасть на этот чёртов фестиваль, и вы поселите меня!
   - Молодой человек, я вам ещё раз повторяю, номеров нет. У нас на орбите находится звездолёт "Эгина", все свободные места зарезервированы за офицерами данного звездолёта, остальные заняты прибывшими на фестиваль гостями. Я прошу вас покинуть помещение и попытать счастья в другой гостинице.
   - Вот уж не дождётесь! - человек обернулся к ребятам и, увидев форму Люки, недовольно скривился, - Я уверен, что этим молодым людям номер вы предоставите. Так знайте, я с места отсюда не сдвинусь - с вызовом бросил парень.
   Он уселся на свой баул прямо перед стойкой и демонстративно закинул ногу на ногу.
   - Прошу вас освободить помещение, - снова очень вежливо попросил администратор.
   В ответ гость только нахально ухмыльнулся.
   Молодой парень, не старше Люки Полянской, отметил про себя Егор, а ведёт себя так, как будто ему никто на свете не указ.
   А администратор гостиницы между тем приветливо улыбнулся вновь прибывшим гостям и затараторил:
   - Проходите, проходите, пожалуйста. Мы всегда рады принять офицеров Космического Флота. Я надеюсь, этот молодой человек не очень помешает вам подойти ко мне и принять ключи. Вам нужно два номера или три? Мальчики будут жить вместе?
   Люка сделала было шаг вперёд, но её опередили мальчишки. Они одновременно сказали:
   - А почему?..
   - Позвольте спросить?..
   Переглянулись, и Егор коротко кивнул. Ллидд поднял на администратора спокойные глаза и спросил:
   - Позвольте спросить? Вы только что предложили нам три номера. Логично предположить, что ваша гостиница располагает свободными номерами. Почему вы отказываетесь предоставить номер этому человеку?
   Администратор поморгал белёсыми ресницами и растерянно ответил:
   - Но, ведь этот уважаемый господин не служащий Флота. Он публично заявил, что не служит и никогда не собирается служить на Флоте.
   - Тем не менее, это не является веской причиной отказывать ему в номере, если есть свободные. А, кроме того, как я только что слышал, он говорил о том, что заранее резервировал для себя номер.
   - В то время мы еще не знали, что прилетит "Эгина". Правила есть правила, молодой человек.
   - Колартэнянин, - автоматически поправил его Ллидд. Он на секунду задумался, а потом сказал, - В таком случае, прошу вас предоставить нам три номера.
   - Отлично, вот ключи, - тут же засуетился администратор.
   Люка слушала этот диалог и кусала губы, чтоб не рассмеяться. Егор даже не пытался оставаться серьёзным. Он лучезарно улыбнулся и кивнул другу.
   Девушка взяла ключи, сделала знак мальчикам и обратилась к недовольному парню:
   - Пожалуйста, возьмите. Ваш номер девятнадцать.
   Тот пару секунд с недоумением пялился на протянутую ладонь с электронным ключом, потом поднял на неё удивительно синие глаза и широко улыбнулся:
   - И как мне отблагодарить вас, эээ?..
   - Старшина звездолёта "Эгина" Полянская, - церемонно представилась девушка, потом прыснула и добавила, - Люка. Меня зовут Люка.
   - Леонард Бланко, - парень протянул руку и чуть-чуть сжал тонкие пальчики.
   - Это Егор Рэйнберри, а это Ллидд Маа-варихтт, - спохватилась девушка.
   Леонард подмигнул мальчишкам и подхватил свои вещи.
   - И где же здесь лифт?..
   - Сюда, пожалуйста, - администратор услужливо махнул в сторону прозрачных дверей. Он недовольно покачал головой, но не посмел ничего возразить.
  
   - Вы первый раз на Альба Симе? - спросил по пути Леонард.
   Люка кивнула:
   - Да. У нас пять дней отпуска, и мы хотели бы посмотреть как можно больше здешних достопримечательностей.
   - Тогда рекомендую вам съездить на фестиваль вельдэ на Моруке.
   - Да, нам уже рассказали о нём. А вы именно туда направляетесь? Вы тоже поэт?
   - Нет, что вы, - рассмеялся Бланко, - Я ямб от хорея не отличу. Но поэзию я люблю. Кроме того, говорят, что на фестивале подают удивительные коктейли, каких в самых лучших заведениях не попробуешь.
   - Если не секрет, чем вы вообще занимаетесь?
   - Я собираюсь стать доктором, и сейчас учусь в Высшей Медицинской Школе...
   - На Земле? - перебил его Егор.
   - Да, - Бланко развернулся к мальчику и смерил его взглядом. Он собирался было сделать замечание, что перебивать взрослых невежливо, но не успел
   - Все доктора - циники, - авторитетно заявил мальчишка.
   Леонард растерянно хлопнул губами, и не нашёлся, что ответить. Люка прыснула и расхохоталась.
   - И с чего ты это взял? - обиженно выговорил будущий доктор.
   - Ну... Во всяком случае наш семейный доктор всегда рассказывает какие-то совершенно жуткие истории и при этом мерзко хихикает.
   - А ты знаешь, что по одному человеку судить обо всех представителях этой профессии, по меньшей мере... неразумно, - Леонард старался найти слова помягче. В конце концов, перед ним стоял всего лишь мальчик.
   Егор пожал плечами и заявил:
   - Может быть и не все, но, во всяком случае, большинство. Разве нет? Врачи всё время видят страдания, болезнь, может быть даже смерть. Разве это не ожесточает сердце? Разве человек не перестаёт обращать внимания на боль? Господин Ваховский говорит, что если страдания каждого пациента принимать близко к сердцу, можно просто-напросто сгореть. Или вы не согласны с этим?
   Леонард с интересом посмотрел на мальчика.
   - Сколько вам лет, молодой человек?
   - Через несколько месяцев будет двенадцать.
   - И ты на самом деле думаешь, что все доктора рано или поздно перестают сочувствовать своим пациентам, перестают воспринимать чужую боль как свою и только механически, словно роботы сшивают повреждённые органы и ткани, или пытаются найти вакцину от какого-нибудь смертельного вируса? Так вот, я должен сказать, что ты ошибаешься. Если б врачи относились к больным так, как ты только что сказал, то люди были бы не нужны. Их с успехом заменили бы механизмы, роботы. Но, человек - не робот. Ты совсем забыл, что кроме тела есть ещё и душа. Очень часто бывает, что излечить тело - только маленькая часть работы. Для того, чтоб человек по-настоящему выздоровел, ему нужно человеческое участие, сочувствие, понимание, - запальчиво воскликнул Леонард, - А твой Ваховский - просто шарлатан, если этого не понимает. И как только твои родители, зная такие его убеждения, позволили ему лечить вас?
   - Доктор Ваховский давний друг нашей семьи. Я знаю, что ещё бабушка и дедушка лечились у него, а потом и мама, и мы с братом.
   Егор замолчал.
   - У тебя нет отца? - сочувственно спросил Леонард.
   Егор вспыхнул:
   - Да вы что! Папа капитан звездолёта "Эгина", и сейчас находится на орбите.
   - Извини. Ты сказал, мама, и я подумал... - Бланко растерялся.
   - Просто папа очень редко приезжает домой, - объяснил мальчик.
   - Понятно...
   -А вот и наши комнаты, - Люка постаралась переменить тему разговора.
   Все три номера находились на одном этаже. Два рядом, и один - напротив.
   - Если вы не против, мы хотели бы предложить вам свою компанию, - чтобы сбить неловкость, проговорила Люка, - Мальчики, надеюсь, вы не против? А вы, господин Бланко?
   - Я с удовольствием присоединюсь к вам, госпожа Полянская, - улыбнулся Леонард.
   Девушка чуть-чуть покраснела и сказала:
   - Прошу вас называть меня Люка.
   - Тогда, вы, пожалуйста, зовите меня Леонард, - улыбнулся Бланко, - А лучше Лео. Так меня зовут друзья
   Мальчишки переглянулись. Егор покусал губы, а Ллидд серьёзно сказал:
   - Мы не против вашего общества, Лео.
   - Вот и отлично. Вы уже решили, куда отправитесь?
   - Нет.
   - Тогда встретимся через час и составим план действий.
   Люка кивнула и отдала мальчишкам ключ от их номера.
  
   Как только за ними закрылась дверь, Егор не выдержал и рассмеялся.
   - Ты видел, а Ллидд? Как этот парень флиртовал с Люкой! Он из кожи вон лез, чтоб понравиться нашей старшине. Да и она тоже. Классно. Теперь Люка будет строить глазки этому Бланко, а мы можем делать, что захотим.
   - Мне кажется, ты делаешь поспешные выводы, - возразил колартэнянин, - Мы познакомились с Лео только несколько минут назад. Неужели ты думаешь, что за такое короткое время, возможно понравиться другому.
   - Ха, конечно. Уж будь уверен. Мой брат Сэм может за несколько минут закадрить девчонку, если она ему нравится. И, кстати, почему ты зовёшь его Лео?
   - Это его имя, - Ллидд с удивлением взглянул на друга.
   - Ну да. Только ведь мы-то с ним почти не знакомы. Называть человека по имени - это фамильярность. Мама мне всегда об этом говорит.
   - Он сам просил его так называть.
   - А-а, - протянул Егор, и лукаво улыбнулся - Только мне показалось, он именно Люку просил называть его Лео, а не нас.
   Ллидд несколько секунд внимательно смотрел на друга, приподнял бровь, и выговорил:
   - Я понял.
  
   Номер, в котором они поселились, состоял из двух комнат - маленького холла с голографической панелью и спальни. Как и всё в этом городе, в гостиничном номере было какое-то дикое смешение цветов и красок. На стенах висели радужные гобелены, покрывало на кровати отливало лимонным и кислотно-зелёным, поверхность стола сверкала тёмным золотом, золотым был даже терминал компьютера, а двери в душ и шкафы - зеркальные.
   - Ты будешь спать на кровати, или на диване? - спросил Егор.
   - Это не имеет абсолютно никакого значения.
   - Ну, тогда, я буду здесь, - Егор бросил свой рюкзачок на неширокую тахту, огляделся и протянул, - Да. У здешних жителей буйная фантазия.
   Ллидд обвел глазами их комнату и констатировал:
   - Я не понимаю, как можно сотворить настолько несовершенное с эстетической точки зрения помещение. Такое цветовое смешение - нелогично, в нём нет гармонии.
   - Наверное, они не предполагали, что здесь будет жить колартэнянин.
  
   Час пролетел незаметно. Ллидд напомнил, что уже время, и первым шагнул за дверь.
   Люка и Лео их уже ждали и оживлённо беседовали. Девушка весело смеялась, а Бланко что-то вещал с умным видом.
   Егор подмигнул Ллидду:
   - Я же говорил.
   - Ну, что ребята, готовы? Сегодня мы можем совершить небольшую экскурсию по городу и окрестностям. Возьмём на прокат аэр и съездим к водопаду. Я уже и карту раздобыл, - сказал Лео.
   - Тогда будьте нашим гидом, - улыбнулась Люка.
  

8

   Лео сделал вираж, чертыхнулся и постарался выровнять машину. Честно говоря, пилотирование не было его коньком. Он бы никогда не позволил себе вот так лихачить. Он обозвал себя самовлюблённым дураком, и покрепче перехватил штурвал. Аэр всё сильнее нырял носом, началась ощутимая тряска. Бланко силился удержать машину, только понимал, что это у него не выходит.
   Он подавил приступ паники. Не хватало ещё, чтоб его пассажиры увидели, что он не уверен в себе и не может справиться с аэром. А ведь он отвечал за двух мальчишек и девушку. Лео зажмурился и ещё сильней потянул на себя ручку.
   -Ну же, ну... Давай! - едва слышно процедил он.
   Конечно, эти машины обладали достаточным запасом прочности, но кто знает, если они грохнутся на землю, на такой скорости... Можно ведь, и костей не собрать.
   - Какие-то проблемы, Лео? - Люка перегнулась через спинку кресла и бросила обеспокоенный взгляд на приборы.
   - Всё под контролем, - бросил он сквозь зубы.
   - У меня сложилось впечатление, что господину Бланко требуется помощь, - невозмутимо констатировал Ллидд, - Старшина Полянская, я нахожу, что вам следует принять управление у господина Бланко. Ваши навыки пилотирования, несомненно, выше, чем у него.
   - Правда, Лео, позвольте, - девушка уже не скрывал страха.
   Аэр всё больше заваливался на крыло, дорога была каждая секунда. Лео неловко выбрался из кресла, куда тотчас скользнула девушка. Долю секунды она растерянно смотрела на приборы, не зная, за что схватиться. А потом словно лопнула струна. Память стремительно подбросила картинки из учебника, задачи с практических пособий, экспериментальное моделирование критических ситуации. Высоты хватало.
   - Ллидд, подстрахуй меня, - Люка выбрала единственно, кто мог ей помочь в этой ситуации.
   Колартэнянин ни слова не говоря, перевалился через подлокотник и занял место второго пилота. Вдвоём они принялись колдовать над приборами.
  
   Егор весь подался вперёд, глаза лихорадочно блестели, а губы кривились в усмешке. Он ужасно сейчас завидовал Ллидду. Почему Люка предпочла ему колартэнянина? Это несправедливо! Он тоже умеет пилотировать аэры. Ну и что, что делал только один раз, дома в Покровске. Зато это у него отлично получилось. И господин Бишу хвалил его тогда. В машине повисло напряжённое молчание. Казалось, сама атмосфера была наэлектризована. Слышался только скрежет металла, земля в ветровом стекле с невероятной скоростью неслась навстречу...
   - Страшно? - услышал мальчик, и непонимающе уставился на говорившего.
   Лео участливо смотрел на Егора, и, кажется, пытался подбодрить. Егор вспыхнул:
   - Совсем не страшно. А что ж вы так круто заложили вираж, если летать не умеете? - с вызовом бросил он.
   Лео покраснел:
   - А ты мастер стрелки переводить... Осторожно!
   Машину снова тряхнуло, аэр вильнул в сторону, задрожал, а потом, чиркнув днищем по верхушкам деревьев, начал набирать высоту.
   Люка с облегчением выдохнула и улыбнулась:
   - Ну вот, выровнялись. Полёт нормальный. Лео?..
   - Нет-нет. Вообще-то я доктор, а не пилот. Уж лучше вы оставайтесь за штурвалом.
   Слава богу, у вас это получается гораздо лучше, чем у меня, - он виновато улыбнулся.
   Ллидд обернулся, в недоумении посмотрел на будущего доктора и произнёс:
   - Господин Бланко, боги здесь совершенно не причём. Старшина Полянская и я спасли нас, сумев выйти из пике.
   Лео снова опешил. Эти мальчишки стоили друг друга!
   - Ну тогда... тогда, слава вам, господин колартэнянин.
   Ллидд только наклонил голову, принимая похвалу, а Люка вдруг рассмеялась.
   - Не обижайтесь, Лео. Просто у тарионцев начисто отсутствует чувство юмора. А Ллидд практически тарионец.
   - Это не так, Люка! - возмутился, было, Егор.
   А Ллидд невозмутимо ответил:
   - Юмор - сложная человеческая сентенция. Часто я не могу постичь его.
   - Ну-ну, - усмехнулся его друг.
   - Мы прибудем на место через ноль целых сорок пять сотых часа, - как ни в чём
   ни бывало, проговорил колартэнянин.
  
   Люка осторожно посадила машину на площадку. Там уже было припарковано больше десятка аэров. Радужный водопад пользовался большой популярностью у туристов.
   Они выбрались из машины и сделали всего несколько шагов.
   - Ух ты! - выдохнул Егор.
   Пейзаж, в самом деле, стоил того. На огромном плато раскинулось длинное озеро, окружённое со всех сторон острыми пиками скал. В водной глади отражались серые зубцы, кое-где покрытые красно-бурым мхом. Никакое иное растение не могло удержаться корнями на диких камнях. Только на самых вершинах кое-где виднелись высокие древовидные стебли с огромными зонтиками соцветий. Они смотрелись на этих скалах абсолютно чужеродными элементами, и было совершенно не понятно, каким образом там удерживались. Здесь на плато дули постоянные сильные ветры. Но странные цветы упрямо тянулись вверх, словно наперекор стихии. Вода в озере, похожая на жидкие чернила, по словам Лео, была жутко холодной - минус пять градусов по Цельсию, и по каким-то необъяснимым причинам не замерзала, хотя оставалась пресной.
   В само озеро можно было проникнуть только одним способом - по узенькой горной речке. По-видимому, когда-то давным-давно одна из скал обвалилась, и валун перегородил течение. Поэтому и возникло озеро. Плавать по нему, было запрещено: через три километра после впадения реки, озеро обрывалось в пропасть полукилометровым водопадом.
   - Это просто невероятно, - ахнула Люка, - он гораздо больше Ниагары.
   - Даже не сравнить, - кивнул Егор.
   Мальчик заворожено смотрел на сметающую всё на своём пути стихию. Тонны воды в одну секунду обрушивались в пропасть, разбиваясь мириадами брызг. Шум стоял такой, что с трудом можно было расслышать собеседника. В воздухе висела водяная пыль и тысячи маленьких радуг.
   - Ллидд, тебе нравится? - Егор с сияющими глазами обернулся к другу.
   - Очень, - только и выговорил колартэнянин.
   Он никогда не видел столько воды сразу. Да ещё такой... могучей. На Тарионе, горячей засушливой планете, вода считалась величайшей ценностью. Каждая капля сохранялась и береглась, и расходовалась крайне рационально. Он знал, конечно, что существуют моря и океаны. И читал о них, и видел голо-фильмы. Но вот так, вживую, по-настоящему. Никогда. Это завораживало и странно притягивало. Ллидд сделал несколько шагов ближе к краю пропасти. Он пытался постичь это великолепие, уложить в голове невероятную картину. Маленький колартэнянин расширенными глазами впился в водопад и как зачарованный всё шёл и шёл навстречу стихии.
   - Ллидд, эй, Ллидд. Ты куда? - он очнулся только когда почувствовал, как кто-то тянет его за рукав. Егор с тревогой заглядывал в лицо друга, - Ллидд, ты что?
   - Я... - колартэнянин смешался.
   Как объяснить земному мальчику это странное чувство. Он читал, что существует понятие "чуда", но никак не мог постичь, что оно означает. Как может быть, то, что нельзя объяснить? И вот сейчас Радужный водопад для него стал этим самым чудом. Непостижимым и загадочным.
   - Давай отойдем подальше, а то и ты, и я уже совсем промокли, - Егор зябко передёрнул плечами и оглянулся на Люку.
   А девушка, кажется, совершенно о них забыла. Она о чём-то увлечённо беседовала с Лео Бланко, и, наверное, ничего вокруг не видела. Но, перехватив взгляд Егора, она махнула им рукой и крикнула что-то. Голос потонул в грохоте водопада.
   - Старшина Полянская зовёт нас обратно, - сказал Ллидд.
  
   - Мальчики, ну как, вам понравилось? - она старалась говорить как можно громче
   - Ещё бы.
   - Лео предлагает подняться выше по течению реки.
   - Да, там, на плато Моруке есть ещё одно озеро, - кивнул Бланко, - Оно, кстати, тоже называется Моруке, и именно на его берегах будет проходить праздник вельдэ. Мы можем сегодня туда слетать и присмотреть удобное местечко, чтоб было лучше наблюдать за фестивалем.
  
   Ещё через полчаса они приземлились в центре плато на берегу озера. Здесь шум водопада был совершенно не слышен. Как будто они попали в другой мир. В гладкой, как зеркало, воде плавали опрокинутые в синеву облака, а ещё широкие кожистые листья. И кое-где между этих листьев мелькали белые и красные цветы. Не водяные лилии, или лотосы. Цветы, похожие на остроконечные колокольчики то и дело скрывались в воде, а через минуту снова появлялись на поверхности.
   - Это и есть вельдэ, - сказал Лео, когда они выбрались из аэра и подошли к самой воде. Он нагнулся и зачерпнул полную пригоршню, плеснул в лицо и улыбнулся, - Тёплая. Здесь и купаться не страшно.
   - А почему они молчат? Нам рассказывали, что они должны петь... - растерянно спросила Люка.
   Она разглядывала загадочные цветы и недоумевала. И регистратор в Центре, и Лео так восхищались этими растениями. А тут... какие-то неказистые цветочки, совершенно обычные с виду. И совершенно молчаливые.
   - Они будут петь на закате, и на рассвете, - утешил её Бланко.
  
   Егора совершенно не интересовали цветочки. Он побродил по берегу, попинал камушки и думал, чем же себя занять. Там, у водопада, было гораздо интересней. И опасней. А здесь - какая-то сонная умиротворённость.
   Люка, видимо совершенно очарована их новым знакомцем. Только и делает, что смотрит ему в рот и внимает каждому слову, как будто Бланко изрекает невесть какие истины. Ллидд что-то заметил в траве, и принялся внимательно изучать. Какую-нибудь букашку или травинку.
   Мальчик скривился и бросил взгляд на противоположный берег озера.
   Там небольшой лесок. Чуть дальше виднелись подножия плоских гор.
  
   Вдруг мальчишка прищурился и влетел почти по колено в воду. Там, в лесу кто-то был. Среди деревьев мелькнула какая-то тень. Егор присмотрелся. Человек в куртке с капюшоном. И капюшон надвинут на глаза, как будто специально, чтоб его не узнали. Он присел около дерева, и что-то там делал.
   От скуки не осталось и следа. Егор, как хорошая охотничья собака, почуявшая добычу, вытянулся в струнку.
   - Ллидд, эй, Ллидд, иди сюда, - сдавленным шёпотом позвал он.
   Колартэнянин тотчас поднял голову и в два прыжка оказался рядом.
   - Ты видишь? Как ты думаешь, кто это, и что этот человек делает?
   Ллидд внимательно посмотрел на таинственную личность, которая, между тем, завершив свои манипуляции, неслышно скрылась в лесу.
   - У меня нет предположений. Нет данных для анализа. И я не уверен, что это человек.
   - Ллидд! Нельзя быть таким занудой! - с раздражением бросил Егор, - Я думаю, что нам надо выяснить, по крайней мере, что он там спрятал. Переправиться на другую сторону и посмотреть.
  
   - Мальчики, Егор, Ллидд! Что вы там делаете?- Люка отвлеклась от своего ухажёра, заметив, что мальчишек рядом нет, - Идите сюда. Лео предложил сплавать на противоположный берег.
   - О, здорово! - Егор засветился от радости. Как всё удачно складывается. Ему даже не нужно ничего выдумывать, чтоб уговорить товарищей перебраться на ту сторону озера.
   - Господин Бланко, скажите, пожалуйста, а где будет проходить фестиваль? Здесь очень мало места и нет ничего напоминающего эстраду, - внезапно спросил колартэнянин.
   Лео тут же охотно откликнулся:
   - Сам фестиваль проводится вон за тем холмом, - махнул он в сторону, - Если хотите, можно подняться, и вы увидите все приготовления.
   - А вы уже были на этом празднике? - спросил Егор
   - Нет. Но я много о нём слышал и как следует, изучил карту, - улыбнулся Бланко.
   - Вообще-то, наверно, сегодня мы туда не пойдём, правда, мальчики? Праздник послезавтра, тогда всё и увидим. Тем более что сегодня там, наверное, идут работы. Вы предложили сплавать на тот берег, - напомнила Люка.
   - Да, только лодки всё равно нужно брать на пристани, а она за холмом, - подмигнул Лео.
   Люка покачала головой:
   - Да? Тогда, пойдем. Аэр можно оставить здесь. Я смотрю там совсем недалеко.
   Егор наблюдал эту сцену и даже весь скривился. Он попытался, было, найти сочувствия у Ллидда, но тот остался абсолютно невозмутим.
  
   Через несколько минут они были уже на пристани и за пару кредитов сняли небольшой катер. Лео уже собирался сесть за руль, но девушка мягко отстранила его:
   - Позвольте мне.
   Будущий доктор замешкался, было на пару секунд. Всё-таки он мужчина...
   Ллидд поднял на него спокойные глаза и очень серьёзно сказал:
   - Несомненно, господин Бланко, вам лучше передать штурвал старшине. Мы уже наблюдали за вашими манипуляциями в качестве пилота. Не думаю, что ваши умения водить катер превосходят способности к пилотированию аэра.
   Бланко смерил колартэнянина испепеляющим взглядом, но возразить на это в высшей степени логичное заключение ему было не чем. Он только кивнул, и освободил место:
   - Да-да, конечно. Я уверен, что у вас это получится значительно лучше.
   Егор хрюкнул и зажал ладошками рот, а Люка согнулась пополам от внезапного приступа кашля.
  
   Наконец, они тронулись. Долго-долго неторопливо скользили по водной глади, любовались красотами пейзажа, Бланко что-то опять им рассказывал, какую-ту легенду о маленьком каменистом островке, который они миновали... В общем очень скучная, по мнению Егора, получалась поездка.
   Поэтому, когда вся эта тягомотина ему как следует надоела, он предложил:
   - Может быть, съездим, всё-таки, на другой берег?
   В конце концов, нужно было проверить, что же там делал тот странный человек (или не человек, как сказал Ллидд). Вдруг это что-то серьёзное и опасное?
  
   На другом берегу озера оказалась такая же пасторальная картинка, как и там, где они были только что. Единственное различие состояло только в том, что здесь ещё рос редковатый лесок.
   - Люка, мы здесь погуляем немного, ладно? - Егор уставился на старшину честными глазами.
   - Только далеко не отходите.
  
   - Ух, наконец-то избавились от опеки. Ллидд, ты заметил, где этот странный тип шнырял? - умильно-ласковое выражение мгновенно исчезло с его лица, как только мальчики отошли на пару шагов.
   Колартэнянин на секунду задумался:
   - Примерно... Ноль целых двадцать семь сотых километра к северу.
   - Пошли.
   Егор, не оглядываясь, бросился вперёд. Он нисколько не сомневался, что друг последует за ним. Лес с каждым шагом становился всё гуще. Идиллия рассеялась окончательно.
   Между тем, пробираться в зарослях было довольно трудно. Густой подлесок из переплетённых лиан и каких-то ползучих растений, казалось, не желает пропускать их к цели.
   - А, чёрт! - ветка больно хлестнула по лицу, даже слёзы брызнули. Егор зажмурился и попытался проморгаться. Странно, затуманилось зрение.
   - Егор?.. - Ллидд успел отойти на несколько шагов, но, не услышав за спиной друга, вернулся, - Что случилось?
   - Так, ничего. Пошли, всё в порядке, - мальчишка мазнул тыльной стороной ладони по глазам. Кажется, прошло? - Где-то здесь. Я точно помню. Вот интересно, что он тут делал? И кто это был? - бормотал мальчик.
   - Плохо, что у меня нет сканера. Без приборов мы вряд ли сможем что-либо обнаружить, - посетовал колартэнянин.
   - Это было бы лучше. Просканировал всё вокруг. Рраз! И нашёл. А мы попробуем так. Ты помнишь, где он возился?
   - Еще примерно тридцать метров.
   - Ага.
   Егор обогнал колартэнянина, сделал несколько шагов и...
   - А-а-а! Мама!
   Земля ушла у него из-под ног. Мальчишка нелепо замахал руками, забалансировал на краю совершенно невидимой в зарослях абсолютной круглой дыры метра полтора в диаметре, а в следующую секунду полетел вниз. Ллидд успел схватить лишь воздух... Несколько секунд слышались только крики и шум. Потом всё стихло.
   - Егор? Егор, ты жив? - маленький колартэнянин упал на край ямы и заглянул вниз.
   - Ллидд...
   Мальчик скорчился на дне и пытался подняться. Он упал не очень глубоко, но пока падал, несколько раз неудачно перевернулся и ударился о камни. И теперь понял, что дело плохо. Он попробовал шевельнуть рукой и тут же зашипел сквозь зубы. Этого ещё не хватало! Неужели перелом? Да ещё правая! Он скосил глаза - нет, крови не было. Но боль дикая. Егор всхлипнул и поднял голову.
   - Ты цел? - снова спросил колартэнянин.
   - Да, кажется. Только рука... - он постарался, чтоб голос не дрожал.
   Ллидд, кажется, удовлетворился его ответом, потому что в своей невозмутимой манере сказал.
   - Я сейчас позову помощь, - и исчез.
  
   Егор снова всхлипнул и попытался подняться. Он прислонился к стенке своей неожиданной тюрьмы и запрокинул голову наверх. Метра три или четыре, не больше. Если б стенки не осыпались, и рука была цела, он и сам бы мог выбраться. Он сделал неловкое движение, и упал на колени. Из глаз посыпались разноцветные звёздочки. А когда, наконец, он вновь смог вздохнуть, то на миг забыл и о боли и о собственной беспомощности. Прямо перед собой, на дне ямы Егор увидел какой-то металлический предмет. Он лихорадочно принялся раскапывать песок, и через пару секунд вытащил небольшой приборчик. Плоский, с металлическим корпусом, чем-то похожий на коммуникатор. И даже крышка откидывалась так же точно, как у коммуникатора. А под ней был крошечный дисплей с бледными зелёными циферками. Наверное, это цифры, или буквы? В общем, какие-то незнакомые инопланетные символы.
   - Интересно, что это такое?
   Но додумать он не успел, потому что услышал голос Ллидда:
   - Он здесь. Осторожней, не упадите. Здесь несколько подобных ям.
   А потом, заслонив свет, в дыру свесились две головы.
   - Егор, ты живой? - крикнула Люка паническим голосом.
   - Да.
   - Тебе самому не выбраться, - скорей констатировал, чем спросил Бланко.
   - И как вы догадались, - не удержался съязвить Егор.
   - Вот чёрт, у нас верёвка в катере осталась. Ты не ушибся?
   - Нет, - но тут же задел повреждённую руку и вскрикнул.
  
   - Вот что, я сейчас спущусь и вытащу его наверх, - услышал Егор.
   - Не глупите, Лео, а кто потом вытащим вас? Егор - Люка снова перегнулась через край ямы, - Потерпи немного, я скоро. Лео, побудьте с мальчиками. Я вернусь через несколько минут.
   И не слушая возражений, девушка умчалась к лодке.
   - Что с тобой случилось? - снова услышал мальчик.
   Он поднял голову и встретился с обеспокоенными глазами Бланко.
   - Я не знаю, с рукой что-то. Ой!
   - Потерпи. Скоро мы тебя достанем.
   - А если я застряну?
   - Не застрянешь, - утешил его Лео, - Смотри какой худой - кожа да кости.
   - Сам ты - кости, - буркнул мальчик.
   - Что? Я не расслышал.
   - Ничего-ничего.
  
   Люка возвратилась через пять минут.
   - Егор, обмотайся верёвкой. Сейчас мы тебя вытащим.
   Конечно, одной рукой было трудно действовать, но он постарался, как следует затянуть узел. Он не хотел сорваться и вновь скатиться в яму.
   - Ну как?
   - Можно...
  
   ...Четыре метра, а поднимают полчаса! Ммм... Чёрт, чёрт, чёрт!..
  
   - Ну вот, всё-всё. Ну-ка, давай посмотрим, что у тебя такое? Тише-тише. Вот. Отлично, перелома нет. А это мы сейчас быстро поправим. Ллидд, подержи его...
  
   Бланко перехватил поудобней руку и вдруг резко дёрнул.
   Короткий крик и... Егор, вытер слёзы и осторожно пошевелил пальцами, потом согнул руку в локте, поднял и недоверчиво улыбнулся.
   - Ничего себе, - выдохнул мальчик.
   - Ничего страшного. Просто небольшой вывих, вот и всё, - улыбнулся в ответ Бланко.
   - Да уж. Док, ты... ой, вы настоящий костоправ.
   Бланко рассмеялся и потрепал его по голове.
   - Егор! - Люка сузила глаза и нахмурилась.
   - А?
   - Ты несносный мальчишка!
   - Что, вы, не стоит его ругать. Он и так перепугался, - заступился за мальчика Лео.
   - Я не испугался, - тут же возразил Егор.
   - А теперь послушай меня очень внимательно. Я за вас отвечаю. Вы обещали капитану Рэйнберри выполнять все мои приказы. Так вот, - продолжала Люка, - С этой минуты вы оба, слышите, оба не отойдёте от меня ни на шаг! Если подобное повториться ещё раз, вы немедленно отправитесь на корабль. Я понятно выражаюсь?
   Это говорила уже не испуганная девчонка, а офицер Космического Флота, и они оба были членами Флота. Пусть ненадолго, но приказы обязаны были исполнять. Ллидд тотчас распрямил плечи и, по обыкновению стиснув за спиной ладони, коротко кивнул
   - Понятно, - вздохнул Егор, но перехватив недовольный взгляд старшины, тотчас встал по стойке смирно, кинул быстрый взгляд на друга, и оба в один голос проговорили:
   - Есть, старшина.
   - Вот, то-то же. Марш к лодке, быстро.
  
   Они не сопротивлялись, даже, словом не обмолвились. Покорно развернулись и зашагали к катеру. Лео, наблюдая эту сцену, только бровь удивлённо выгнул и в очередной раз пообещал себе никогда, ни при каких обстоятельствах не связывать свою жизнь с казармой.
  

9

   Вечером, лёжа в кровати, Егор мысленно перебирал события дня и ругал себя. Да уж, мама права, когда говорит, что я ходячее бедствие. Ну как можно было сегодня свалиться в эту яму. Только слепой не увидел бы её под ногами. Вечно вляпаюсь куда-нибудь. Вот как сегодня. Почему-то Ллидд не оступился, а я не только полетел в дыру, так ещё и руку умудрился вывихнуть. Хорошо, всё-таки, что Док... Лео Бланко оказался почти доктором. Так быстро вправил сустав - раз - и уже на месте, а то бы пришлось до города терпеть.
   Егор с удовольствием пошевелил рукой и улыбнулся. Люка, конечно, на обратном пути их (и его в первую очередь) ругала, и говорила, что отправит обратно на корабль. А доктор этот, Бланко, ничего, оказывается. Заступился за них. Егор попытался, было сказать, что вообще-то это он один во всём виноват, а Ллидд совершенно ни при чём. А Полянская почему-то рассердилась ещё больше. Тогда Лео очень серьёзно посмотрел на разъярённую девушку и пообещал, что мальчики никогда подобного не повторят, что Люка зря волнуется, и что следующие четыре дня отпуска они будут просто идеальными детьми. Егор тогда улыбнулся самой солнечной своей улыбкой и кивнул, а Ллидд, почему-то только бровь приподнял.
   Внезапно Егор кое-что вспомнил и подскочил на кровати. Он расширенными глазами уставился в темноту и позвал сдавленным шёпотом:
   - Ллидд!
   - Ты не спишь, Егор? - тут же откликнулся колартэнянин.
   - Нет. Слушай. Я совсем забыл тебе сказать. Я сегодня нашёл кое-что, там, в яме.
   Егор подбежал к куртке и принялся рыться в карманах. Перед тем, как его подняли на поверхность, он совершенно автоматически спрятал в карман приборчик, который нашёл. Вот только в который из них, теперь не мог вспомнить.
   - Вот он. Смотри!
   Двое мальчишек склонились над неизвестным прибором.
   - Как ты думаешь, что это такое, а Ллидд? Какой-то передатчик?
   Колартэнянин повертел в руках вещицу и покачал головой:
   - Этот прибор не похож на средство связи. Вероятней... это какой-то пульт управления.
   - Пульт? От чего?
   - Вот это я не могу тебе сказать. Видишь? На дисплее меняющиеся цифры.
   - Значит, это на самом деле цифры.
   - Я думаю, что цифры. Но язык этот мне незнаком. Вероятно, это также какой-то приёмник.
   - Только приёмник? Не передатчик? - прищурился Егор.
   - Мне нужно время для более детального анализа.
   - Ты посмотришь, Ллидд? Это, наверняка, что-то очень важное. Может быть, именно эту штуковину потерял тот тип, которого мы с тобой видели? - мальчик с надеждой уставился на друга.
   Колартэнянин снова посмотрел на прибор, на Егора и кивнул.
   - Вот и хорошо, - уже сонно пробормотал мальчишка, забрался в кровать и сказал, - Тогда завтра, да Ллидд?
   Тот ничего не ответил.
  
   Маленький землянин уже давным-давно спал, а колартэнянин сидел за столом и колдовал над загадкой. Он извлёк из сумки небольшой сенсор, который подарил ему капитан-лейтенант Масада. И когда Егор внезапно проснулся посреди ночи, он увидел склонившуюся черноволосую голову и тусклый свет лампы.
   - Ллидд, ты что, не ложился?
   - Нет. Я думаю, - голова даже не поднялась.
   - Ну ладно тогда, я не буду тебе мешать, - уткнулся носом в подушку и тут же заснул. Слишком насыщенный выдался день, и мальчишка совершенно вымотался.
   А Ллидд так и просидел всю ночь, пытаясь разобраться, что же всё-таки за прибор нашёл Егор и каково его предназначение. Но, к сожалению, и по прошествии нескольких часов он не продвинулся ни на йоту в своих исследованиях. С помощью сканера колартэнянину удалось только узнать, что его первоначальная догадка оказалась верна. Это был какой-то приёмник, а мелькающие на дисплее цифры отсчитывали временные единицы. Ему удалось даже один раз зарегистрировать какой-то микро-импульс. Возможно передачу данных. Однако он так и не узнал, что за информация передавалась, и какова периодичность передачи. Он смог подключить приборчик к компьютерному терминалу, но взломать зашифрованный код не удалось. Не хватило знаний. Когда в окно заглянули первые лучи Альбы, Ллидд сжал кулаки так, что костяшки побелели. И тут же разозлился на себя ещё больше за эту вспышку гнева. Он постарался выровнять дыхание и принялся повторять одну за другой мантры, чтоб прояснить разум.
   Когда спокойствие снова возвратилось, маленький колартэнянин позволил себе только одну эмоцию - сожаление. Он пожалел, что отец так мало рассказал ему о компьютерах. Будь на его месте Варихта, ему бы не составило большого труда разгадать загадку. Мальчик решил, что как только он вернётся домой, примется с удвоенным усердием изучать именно компьютерные дисциплины.
   Ллидд, пришёл к выводу, что им необходимо сообщить обо всём старшине. Хотя если честно, Люка порой тоже вызывала у него массу вопросов и нареканий, но мальчик давно усвоил, что люди неидеальны. И часто позволяют себе импульсивные нелогичные поступки, но это ни в коей мере не ставит их ниже тарионцев. Он бросил взгляд на кровать. Там, свернувшись клубочком и закутавшись с головой в простынь спало наглядное доказательство этой его мысли. Егор Рэйнберри. Почти с самого первого дня он принял Ллидда таким, какой он есть, ни единым словом не намекнув, что Ллидд не такой как он, в отличие от его сверстников - тарионцев. Даже если он порой смеялся над Ллиддом, тот знал, чувствовал, что это не от желания его обидеть, а потому что Егор такой и есть. Мальчик позволил себе мимолётную улыбку. Егор есть Егор. Друг. И это знание приносило колартэнянину истинное удовлетворение. Почти Н?ии?Лаа. Он чувствует Егора. Сегодня, когда его друг повредил руку, ему, Ллидду тоже было больно. И не только потому что он эмпат. Он чувствует Егора всегда, несмотря на все ментальные барьеры. Вот если друг тоже захочет, сделает шаг. Сам почувствует и скажет, что Ллидд его Н?ии?Лаа...
   Ллидд встрепенулся, и понял, что его мысли невольно увильнули куда-то в сторону. Он вновь сосредоточился. Прибор. Приёмник. Быть может, если подключить его к компьютеру на "Эгине", удастся перехватить и расшифровать ещё одно послание. По крайней мере, можно будет запеленговать направление передачи.
  
   - Ллидд, доброе утро, - Егор, сонно моргая, уставился на колартэнянина, - Ты что, так и не ложился спать?
   Тот отрицательно качнул головой и сказал:
   - Я не нуждаюсь в таком количестве сна, как люди.
   - Ясно. Ты что-нибудь узнал? - мальчишка уже вскочил с кровати и задал свой вопрос из душа.
   Ллидд посвятил его в результаты своих изысканий и высказал предложение передать прибор на корабль.
   - Ты что, с ума сошёл? - крикнул Егор. Он даже в комнату выскочил, и Ллидд нашёл, что выглядит он... забавно. Всё лицо перемазано зубной пастой, щётка во рту, волосы торчат в разные стороны, глаза лихорадочно блестят.
   У Ллидда бровь сама собой взлетела к самой чёлке:
   - Мой разум функционирует нормально. Я не понял тебя, Егор.
   - Не обращай внимания, - мальчик махнул рукой, - Нет, если мы отдадим этот приёмник - передатчик на корабль, его тот час у нас отберут, и мы сами никогда ничего не узнаем. Взрослые тут же примутся решать свои взрослые проблемы, а мы с тобой, окажемся вовсе не при чём. Нам скажут спасибо, и на этом всё закончится. Если мы расскажем о нём Люке, результат будет тот же самый.
   - А что мы с тобой вдвоём сможем сделать? Каким образом сможем узнать цель и назначение прибора? - задал резонный вопрос колартэнянин.
   - Ну... я не знаю, - протянул Егор, но тут же рубанул ребром ладони воздух и воскликнул, - Но обязательно узнаем. Уж поверь. И... в конце концов, можно будет Дока попросить помочь.
   - Кого? - не понял Ллидд.
   - Ну... Лео Бланко.
  
   В это время в дверь постучали:
   - Мальчики? Вы уже проснулись? - услышали они голос Люка.
   - Да, - откликнулся Егор, - Сейчас откроем, - и уже шёпотом Ллидду, - Спрячь куда-нибудь эту штуку.
   Колартэнянин, недолго думая, сунул приборчик в карман своей накидки и натянул на лицо привычную маску.
  
   В этот день они снова путешествовали по Альба Сигме Четыре, и даже слетали, полюбовались красотами одной из пустынь на Восточном материке. Вот там действительно было красиво.
   - Похоже на Тарион? - спросил Егор, прилипнув носом к стеклу аэра.
   - Нет, - коротко ответил колартэнянин.
   На Альба Сигме Четыре, действительно ничего не напоминало его родную планету. Острые пики скал, сложенные из кварцита и почти белоснежный песок ослепительно сияли в белом свете Альбы, белёсое небо казалось выгоревшим, а воздух дрожал от жара. На аэре пришлось опустить светозащитные фильтры. Там, где горы состояли из осадочных пород, ветры сотворили фантастические скульптуры. Порой твёрдые базальтовые и кварцитовые шапки балансировали на тонких колоннах песчаника, не падая на землю вопреки всем законам гравитации.
   - Ух, ты!
   - Лео, это действительно очень красиво, спасибо вам, - Люка, оторвалась от штурвала и мило улыбнулась Бланко.
   После экстремальной посадки на плато Моруке он больше не садился за руль и с радостью передал управление Люке.
   - Кадет Космической Академии, думаю, гораздо лучше справится с этой задачей, - он попытался скрыть смущение улыбкой.
   Люка не возражала. Ей нравилось пилотирование, и девушка никогда не упускала случая попрактиковаться в полезном умении.
   Аэр плавно скользил над пустыней, и с каждым новым километром путешественникам открывался новые удивительные виды.
  
   Но, честно говоря, уже к обеду, Егор вертелся как на иголках. Он несколько раз намекал, а потом уже прямо сказал, что в пустыне ничего интересного нет, и нельзя ли возвратиться к озеру.
   - Егор, неужели тебе нисколько не интересно. Ты ведь сам мне говорил, что любишь узнавать всё новое. Посмотри на Ллидда. Он не канючит, что ему скучно, - пыталась урезонить его Полянская.
   Маленький колартэнянин повернул голову и кивнул:
   - Эта поездка, действительно, очень любопытна. Господин Бланко показал нам очень интересные места. Некоторые формы рельефа просто поразительны и заслуживают того, чтоб их изучить более подробно.
   - Ллидд, - прошипел Егор и посмотрел на своего друга, как на предателя. Он и самому себе не мог объяснить, почему его тянет на то плато. Он просто должен быть там, а друг вместо того, чтоб поддержать его идею восхищается какими-то заурядными песками и скалами. А если тот тип снова окажется на озере? Если в этот раз удастся его подкараулить и узнать, что всё-таки ему нужно?
   Колартэнянин встретился взглядом с человеком и отшатнулся, закрываясь от волн горечи и обиды. Помолчал несколько секунд, а потом вдруг сказал:
   - Старшина Полянская... Люка, я предлагаю вам отвести Егора и меня в Кир, а вы с господином Бланко будете обозревать окрестности дальше.
   Люка бросила подозрительный взгляд на мальчишек, а Бланко... Он внимательно посмотрел на обоих и вдруг, заговорщически подмигнул. Ллидд удивлённо приподнял бровь, а вот Егор прекрасно понял будущего доктора, который сам совсем недавно был таким же точно мальчишкой.
   - Ну... если вы мне обещаете вести себя хорошо...
   - Да, обещаем, - твёрдо выговорил Егор, - И не забудь, что у нас есть коммуникаторы. Ты в любой момент можешь связаться с любым из нас. Люка, да ты не беспокойся. Ничего с нами не случится. Кир цивилизованный город, и ни в какие неприятности мы не вляпаемся.
   - Свежо предание, да верится с трудом, - покачала головой девушка, но всё-таки повернула машину по направлению к городу.
   Перед тем, как оставить их одних, Люка, наверное, тысячу раз повторил им наставления, сотню раз взяла с них честно-честное слово, что они не наделают глупостей, воззвала к чести служащих Космического Флота и...
   - Люка, мне кажется, что мальчики всё запомнили и поняли. Не волнуйся, они не будут скучать, - сказал Лео
   - То, что они не будут скучать, меня и пугает, - вздохнула девушка.
   Наконец, тяжело вздохнув, она открыла купол аэра, и выпустила мальчишек на улицу. На прощанье она подала Ллидду, как наиболее разумному существу в этом тандеме, кредитку с небольшой суммой, и заявила, что будет связываться с мальчишками через каждые сорок минут.
  
   Егор проводил удаляющуюся машину взглядом и улыбнулся:
   - Ну что, теперь мы свободны на сто процентов! Пойдём, наймём какой-нибудь маленький флаер и слетаем куда-нибудь.
   - Егор, я не могу постичь твоей логики. В чём состоял смысл твоего поступка? Если ты предлагаешь куда-нибудь слетать, почему мы не могли продолжить прогулку вчетвером?
   - Лли-идд! Неужели ты не понял. Теперь мы свободны! Понимаешь, никакой опеки, никто не станет дышать нам в затылок и хватать за руку. А, кроме того, я хочу слетать на озеро. Могу поспорить, что мы сегодня снова увидим там нашего гостя, и может быть, поймём, что он там делает.
   - Возможно, это просто турист, который прибыл на фестиваль и подыскивал удобное место для просмотра.
   - Да? - мальчик прищурился, - Не знаю. Ладно. Ты как хочешь, а я туда собираюсь.
   Егор сделал несколько шагов, оглянулся:
   - Ллидд, ты идёшь?..
   Колартэнянин только вздохнул. Этот поступок землянина был начисто лишён логики, но... нельзя же оставить его одного.
  
   Они наняли маленький двухместный флаер - тихоходную и лёгкую в управлении машину. Конечно, это не аэр, который в прошлый раз домчал их до плато Моруке за каких-то два часа. В этот раз они добрались до озера уже ближе к вечеру. Люка, как и обещала, каждые сорок минут связывалась с ними, чтоб удостовериться, что с мальчиками всё в порядке, и Егор каждый раз бодрым голосом сообщал ей, что они отлично проводят время и не лезут туда, куда не надо. Ллидд только молча пилотировал машину.
   - Что? - внезапно спросил мальчик, когда после очередного звонка спина колартэнянина стала ещё более прямой, чем обычно.
   - Ты солгал, - бесстрастно откликнулся Ллидд.
   Егор сузил глаза, внимательно посмотрел на друга и возразил:
   - Я не обманывал Люку. Ты сам знаешь. Мы, в самом деле, развлекаемся и не лазим куда не следует.
   - Мы летим на озеро.
   - Старшина не запрещала нам летать на озеро. И, кроме того, мы завтра всё равно туда собираемся. Может быть, мы просто хотим выбрать место получше?
   - Это не так.
   - Так - не так, Ллидд! Какая разница, мы заодно и в самом деле выберем удобное место. Может быть, фейерверк даже лучше будет с воды смотреть.
  
   Они опустились на посадочной площадке около пристани. Егор выбрался из флаера и осмотрелся. К завтрашнему празднику было уже почти всё готово - возведена сцена, на которой будут выступать поэты и музыканты, по бокам построены два больших голографических экрана, полукруглые трибуны амфитеатром поднимались по склону холма. Над трибунами и сценой уже монтировали крышу на антигравитационной подушке. И сцена, и трибуны были обращены к озеру, чтоб и зрители, и участники могли в полной мере оценить красоту музыки цветов вельдэ.
   Но сейчас все эти приготовления ни Егора, ни Ллидда нисколько не волновали. Они спустились к пристани и наняли маленькую лодку. Егор сказал, что с воды, они наверняка смогут заметить какую-нибудь подозрительную личность, если только она появится... Они вырулили на середину озера.
   - Что ты предлагаешь делать дальше? - спросил Ллидд.
   - Может быть осмотреться? Сплавать к одному берегу, к другому, а?
   Колартэнянин кивнул. Мальчишки завели мотор и немного покатались по озеру. Потом они затаились в зарослях и принялись ждать, не появится ли кто-нибудь. И ждали долго. Очень долго. Альба немилосердно пекла, в воздухе звенели какие-то надоедливые насекомые, а на озере по-прежнему было пусто и сонно. Егор уже просто не знал, чем себя занять. Он даже искупался один раз.
   - Ллидд, вода как молоко. Ныряй, - мальчишка перевалился через борт лодки и смахнул мокрые волосы со лба, - Не будешь? Почему? Ты что, плавать не умеешь?
   - У меня не было опыта и возможности попрактиковаться в плавании. На Тарионе нет достаточного количества воды, а около моего родного города нет ни моря, ни озера.
   - Понятно, - протянул мальчик, - Если хочешь, я мог бы тебя научить.
   Вместо ответа колартэнянин уставился куда-то вдаль и бесстрастно произнёс:
   - Я вижу нашего гостя. Он на острове.
   Егор тут же подскочил на месте, едва не опрокинув лодочку.
   Посреди озера был небольшой каменистый остров - просто кусок скалы, камни и валуны и только в центре росла пара очень старых деревьев с необъятными стволами. Помнится, вчера Лео даже рассказывал какую-то легенду о нём. Егор впился взглядом вдаль. Там, среди камней маячила знакомая фигура в капюшоне. Человек что-то изучал, порой нагибаясь над каким-нибудь камнем.
   - Ллидд, давай поближе, главное, чтоб он нас не заметил, - сдавленным шёпотом бросил Егор. Он вытянулся на носу лодки, стараясь не упустить ни одного движения странного гостя.
   Колартэнянин чуть тронул руль, и лодка медленно заскользила по направлению к острову. Они не выплывали на открытую воду, а двигались в зарослях. И человек в капюшоне, кажется, не обращал на них никакого внимания.
   - Тише, Ллидд, тише. Он не должен нас заметить...
   ... А в следующую секунду, подозрительный тип, поднял к губа переговорное устройство, сказал два слова и... просто растаял в воздухе. У Егора округлились глаза:
   - Ллидд, ты это видел?! Как это? Что это такое - был, и нет?
   - Я думаю, это какой-то способ транспортировки. Капитан-лейтенант Масада рассказывал мне, что на "Эгине" есть экспериментальная телепортационная установка. Её уже тестировали в условиях вакуума. Неодушевлённый предмет сумели переместить на расстояние нескольких сотен километров. Видимо, наш гость использовал тот же принцип телепортации, и скорей всего поднялся на корабль.
   - А, чёрт! - выругался Егор, - Ллидд, правь к острову. Он, наверное, там что-то оставил. Жалко, что нельзя было разобрать, что он сказал.
   - Я тоже не расслышал. Ветер отнёс слова в сторону, - откликнулся колартэнянин.
   Лодка, больше не таясь, выскочила на середину озера, и через несколько минут мальчишки обыскивали остров. И всё напрасно. Ничего. Только камни, песок, да два исполинских дерева. Егор буквально на коленках обшарил каждый камушек, а Ллидд почти открыто пожалел, что у них нет с собой сканера, никакого, даже самого примитивного.
   - Что же он здесь всё-таки делал, а Ллидд? - мальчик развернулся к другу, но колартэнянин не ответил. Он порылся в кармане, и вытащил коммуникатор.
   - Ллидд? - услышали они раздражённый голос, - Где вы находитесь?
   - Мы на озере Моруке, старшина, - очень спокойно ответил колартэнянин. Он не обратил никакого внимания, на знаки, которые ему старательно делал Егор.
   Повисла пауза, а в следующую секунду ледяной голос отчеканил:
   - Что. Вы. Там. Делаете? Немедленно возвращайтесь в Кир! Чтоб через два часа оба были в гостинице.
   - Старшина, к сожалению, мы не сможем выполнить ваш приказ. Даже в том случае, если мы вылетим немедленно, нам потребуется не менее четырёх целых, шести десятых стандартного часа, для того, чтоб прибыть в Кир. После этого, необходимо вернуть арендованный нами флаер, и только тогда...
   - Ллидд, уволь меня от твоих выкладок. Немедленно домой! - коммуникатор отключился.
   - Эх, ты, не мог, что ли сказать, что мы где-нибудь уже в воздухе? - Егор махнул рукой.
   - Тарионцы не лгут, и колартэняне тоже - с достоинством возразил маленький колартэнянин.
  
   На обратном пути они очень мало разговаривали друг с другом. И так всё было понятно. В очередной раз они потерпели неудачу и навлекли на себя гнев старшины. Егор мрачно думал, что если Люка разозлилась очень сильно, она чего доброго может отправить их обратно на "Эгину". Нужно обязательно придумать, какое-нибудь объяснение.
   - Егор, возможно, ты ошибаешься насчёт гуманоида, которого мы видели. Возможно, что он ничего не замышляет, а мы напрасно гоняемся за тенью, - внезапно сказал Ллидд.
   - Я не ошибаюсь, - упрямо выговорил Егор. Он прищурился и уставился вперёд, словно там было что-то очень интересное.
   Но, может быть друг прав, и он просто придумал себе какого-то шпиона, а на самом деле тот человек просто... ну может быть, он просто так развлекается. Нет. Мальчик нащупал в кармане непонятный пульт - приёмник - передатчик и покачал головой.
   - Не ошибаюсь, - повторил он.

10

   Они добрались до Кира затемно. Хотя сутки на Альба Сигме Четыре были длиннее, чем на Земле, или даже на Тарионе, к тому моменту, когда ребята приземлились на посадочной площадке города, наступила ночь. Ллидд несколько раз связывался с Люкой Полянской и докладывал об их местонахождении.
   - Ллидд, она сильно рассердилась? - в очередной раз спросил Егор.
   Колартэнянин немного помолчал, а потом ответил:
   - Мне трудно судить о человеческих эмоциях, особенно отрицательных. Моя мама никогда не проявляет по отношению ко мне негативных эмоций. Даже если она "сердится", то я это с трудом замечаю. А в этой ситуации из разговора по коммуникатору, я вообще не уловил в голосе старшины Полянской каких-либо эмоций.
   - Ясно. Наверное, наверное она просто в ярости. Эх, лишь бы она не запретила нам завтра ехать на праздник. Нужно что-то придумать, чтоб её умаслить.
   Ллидд удивлённо вскинул бровь и спросил:
   - Егор, зачем нам нужно смазывать маслом старшину?
   - То есть?.. О, нет, Ллидд, - Егор никак не мог привыкнуть к тому, что некоторые выражения колартэнянин понимает буквально, - Это значит, задобрить её как-то. Понятно?
   Тот кивнул.
  
   Люка мерила шагами номер и старалась успокоиться. Эти чёртовы мальчишки сведут её с ума. Несколько минут назад они позвонили и сообщили, что, наконец, приземлились в Кире, но им, видите ли, потребуется ещё не меньше двадцати семи минут, чтоб добраться до гостиницы. Как только они явятся, она немедленно свяжется с "Эгиной" и отправит их обратно на корабль. Это же надо, второй день отпуска, а они уже довели её до белого каленья. Девушка сжала в кулаке коммуникатор и... замерла. Нет. Так не годится. А что скажет капитан? Выходит она никуда не годный офицер, как же она сможет в будущем устанавливать контакт с иными цивилизациями, если не может его наладить даже с двумя обычными мальчишками. Ну, ничего, она найдёт способ держать их в узде, она заставит их уважать себя.
   Кровожадные планы мести прервал стук в дверь.
   - Войдите, - Люка постаралась, чтоб её голос звучал совершенно спокойно.
   На пороге возник Лео Бланко. Вот кого она сейчас ну никак не хотела видеть, так это Леонарда. Мало того, что он стал свидетелем её сегодняшней истерики, когда она узнала, что мальчики вместо того, чтоб как послушные дети, найти себе занятия в безопасном городе, отправились в одиночку на озеро, так ещё и полностью встал на сторону сорванцов.
   - Здравствуйте, Люка.
   - Лео, мы с вами провели сегодня весь день вместе, какой смысл вновь здороваться?
   Бланко никак не отреагировал на колкость, вместо этого он шагнул через порог и спросил:
   - Ребята вернулись?
   - Да, они уже в городе. Скоро явятся.
   - И... что вы намерены с ними делать?
   - Они будут наказаны, - жёстко ответила девушка.
   - Наказаны? Люка, но не слишком ли это жестоко? Формально они не нарушали вашего приказа...
   - Лео, мы говорили уже с вами на эту тему, - устало возразила старшина, - Я ещё раз повторю вам, они нарушили дисциплину. В настоящий момент оба являются служащими Флота, соответственно должны подчиняться Уставу.
   - А Устав олицетворяете вы? - прищурился Бланко.
   - Да, я. Они находятся в моём подчинении и обязаны выполнять все мои приказы и распоряжения.
   - Но вы не давали прямого приказа оставаться в городе.
   - Лео, чего вы добиваетесь? - Люка сузила глаза.
   - Справедливости.
   Она помолчала, а потом выпалила:
   - Я поступлю с Рэйнберри и Маа-варихттой так, как диктует мне Устав. Если у вас больше нет ко мне вопросов, я вас не задерживаю.
   - Я понял вас, старшина Полянская.
   Лео развернулся и аккуратно прикрыл за собой дверь.
  
   "Умаслить" своего командира им так и не удалось. Она была непреклонна и заявила, что они, как злостные нарушители служебной дисциплины, будут сегодня целый день сидеть в номере гостиницы.
   - Не смейте за порог и шагу ступить без сопровождения взрослого. Приказ ясен?
   - Ясно, - разочарованно протянул Егор.
   Ллидд только кивнул.
   - Ну, вот и всё, - Егор плюхнулся на кровать, когда за Люкой закрылась дверь.
   - Она не приказала нам подняться на корабль, как ты опасался, - возразил Ллидд.
   - От этого не легче. Вот скажи мне, что мы будем делать здесь целый день, а?
   Ллидд пожал плечами:
   - Если тебе хочется посмотреть праздник, то мы с успехом можем сделать это по головизору. Я знаю, что с фестиваля будет прямая трансляция.
   - Ллиидд, причем здесь фестиваль? Мы должны быть на озере. Тот тип, помнишь? Он явно что-то замышляет, а сегодня самый удобный момент.
   - Удобный момент для чего?
   - Если б я знал...
  
   Унылая нервозность царила в гостиничном номере ровно двенадцать минут. А потом громкий стук в дверь заставил Егора подскочить на месте, а Ллидда оторваться от компьютерного терминала.
   - Привет, ребята. Скучаете? - Лео Бланко ввалился в комнату, не спрашивая разрешения.
   - Привет, Док, - рассеянно откликнулся Егор, но тут же поправился, - То есть, здравствуйте, господин Бланко.
   - Я смотрю, тебе понравилось прозвище, которое ты выдумал.
   - Извините, я случайно.
   - Ничего, я не обидчивый. Итак, вы что, весь день собираетесь здесь просидеть?
   - Старшина Полянская запретила нам выходить из комнаты, - уныло сказал Егор.
   - Ну... вы же не собираетесь выполнять этот глупый приказ? - Лео с удивлением воззрился на мальчишек.
   - Собираемся, - твёрдо ответил мальчик и отвернулся.
   - Даже если я приглашу вас присоединиться ко мне? - Бланко лукаво улыбнулся.
   - Нет, мы не можем, - Егор сжал губы в тонкую ниточку. Никто больше не посмеет обвинить его.
   - Старшина Полянская приказала нам не переступать порог комнаты без сопровождения взрослых, - ровным голосом внезапно откликнулся Ллидд, - А я полагаю, что господин Бланко достаточно взрослый?
   - Я отпраздновал совершеннолетие пару месяцев назад.
   У Егора заблестели глаза. Вот она, лазейка.
   - Ура, - шёпотом возликовал мальчишка, тогда не стоит больше ждать, - Док... эээ, господин Бланко, мы согласны сопровождать вас. Ллидд, собирайся.
  
   А через десять минут вся троица мчалась к посадочной площадке в надежде снять аэр и поскорей добраться до озера Моруке.
  
   Два часа полёта промелькнули незаметно. Егор, правда, вертелся как на иголках, и спрашивал, не опоздают ли они к началу. Они не опоздали. Хотя, теперь на озере картина радикально поменялась по сравнению со вчерашним и позавчерашним днём. Теперь площадка кишела народом: гуманоиды, и не только гуманоиды всевозможных рас и планет толпились перед сценой. Все лучшие места были уже давным-давно заняты. Многие приехали на плато Моруке с ночи. Но ребята не растерялись. Лео схватил мальчишек за руки, и кинулся к лодочной станции. И здесь удача им улыбнулась. На воде качались две небольшие лодочки. Недолго думая, Лео устремился к одной из них, и только, когда мальчики забрались внутрь, повернулся к зеленокожему орионцу, который эти лодки и сдавал в прокат. орионец растянул губы в улыбке, качнул антеннами и заломил такую цену, что у Лео округлились глаза.
   - Это грабёж! - возмутился будущий доктор.
   - Извините. Тогда прошу вас освободить плавательное средство. Другие покупатели найдутся очень быстро, - очень вежливо прошипел проходимец.
   И когда семья тросттов (которая возникла как из-под земли) попыталась было тоже претендовать на лодку, Бланко заявил, что вообще-то они ещё вчера зафрахтовали это судно, и сунул в руки орионцу кредитку. Тростты начали возмущаться, но орионец их быстро урезонил.
   - Уф, пришлось переплатить втридорога, зато мы всё, как следует, увидим, - расплылся в улыбке Бланко, - Вот пройдохи, тростты, едва не увели у нас из-под носа лодку.
   - По-моему, это вы увели у них лодку, - возразил Ллидд.
   - Ах ты, маленький... колартэнянин! В конце концов, мы приехали на фестиваль, и мы должны всё увидеть и услышать, так ведь, Егор?
   - Да, конечно, - поддержал его мальчик.
  
   Даже несмотря на огромные экраны по обе стороны сцены, с озера выступление было видно не очень хорошо. Зато прекрасно слышно. На воде кроме них качалось ещё несколько лодок и лодочек, но почему-то совсем не много. И в основном все они толпились ближе к берегу, а ребята отплыли подальше. Поэтому ещё одним преимуществом была свобода пространства. Никакой толчеи и толпы народа. Хотя, честно говоря, сначала Егор не проявлял особых восторгов по поводу праздника. Его куда больше занимал вопрос: появится их старый знакомый или нет, оправдаются его неясные подозрения или нет. Но скоро он обо всём забыл. Выступления актёров, музыкантов, певцов, поэтов всевозможных направлений и стилей были на самом деле очень интересны. И Егор по-настоящему увлёкся. Он неистово хлопал очередному конкурсанту, то и дело вскакивал и раскачивал лодку, порой угрожая её перевернуть.
   - Егор, прекрати! Ты же не маленький, в самом деле, - наконец, прикрикнул на него Лео, - Посмотри, Ллидд уже побелел от твоих прыжков.
   - Уверяю вас, господин Бланко, это мой естественный оттенок кожи, - тут же откликнулся колартэнянин.
   - Да, господин Ллидд, конечно, и вас ни капельки не мучает морская болезнь, которую все мы рискуем заработать, благодаря некоему молодому человеку.
   - Морская болезнь? - бровь взлетела к чёлке, - Я никогда не был на море, соответственно никогда не болел упомянутой вами болезнью.
   Егор прыснул. Эти двое всё время так забавно пикировались.
   - Я вижу нашего знакомца, - без всякого перехода заявил колартэнянин.
   - Где? - мальчишка сузил глаза и тут же посерьёзнел.
  
   От противоположного берега отчалила одинокая лодочка, а в ней всё та же фигура в капюшоне. Лодка медленно двигалась к центру озера и каменному островку с исполинскими деревьями, как будто человек в ней не желал привлекать к себе внимание.
   - Док, видишь вон того типа? - прошептал Егор, - Нужно подплыть к нему поближе, только осторожно, чтоб он нас не заметил.
   Лео бросил взгляд на подозрительную личность, но в отличие от мальчишек, ничего подозрительного в ней не увидел. Просто один из туристов наслаждается праздником, как и тысячи других, и решил подплыть поближе.
   - Егор, что за шутки?
   - Это не шутки! Господин Бланко, пожалуйста, правьте к нему. Этот человек что-то замышляет, я уверен, - очень серьёзно сказал мальчик.
   Лео больше не спорил. В конце-концов, ничего страшного, если они сблизятся с той лодкой. Если это просто турист, он не обратит на них внимания, а если Егор прав, и он действительно что-то замышляет (хотя в это трудно поверить) что ж, быть может они его спугнут. Будущий доктор тронул руль, и лодочка заскользила по воде.
  

11

   Они сблизились...
  
   ...А потом события стали развиваться очень быстро, но Егор видел это будто в замедленной съёмке...
  
   Лео разогнал их лодку, не сумел вовремя затормозить, и они врезались в лодку загадочного человека... Нет, не человека. При столкновении капюшон упал, открыв большую голову с гребнем, бугристую кожу серо-стального цвета и маленькие заплывшие глазки. Лео отшатнулся. Он никогда не видел подобных инопланетян. В Федерацию существа такого вида уж точно не входили. И главное, что он здесь делает, на земной колонии в центре квадранта?..
   У Егора глаза округлились от страха и неожиданно для самого себя он тоненько выкрикнул:
   - Вы арестованы!
   Пришелец, не говоря ни слова, вытащил из складок плаща что-то похожее на оружие и прыгнул к ним в лодку.
   Колартэнянин среагировал мгновенно. Ллидд вскочил и прикоснулся к шее противника. Но... то ли мальчику не хватило искусства, то ли инопланетянина защищала броня, но нейрозахват не подействовал. Зато враг почувствовал прикосновение. Он развернулся, и, не тратя на мальчишку заряд, просто коротко ударил его по лицу. Ллидд нелепо взмахнул руками, не удержался на ногах и рухнул за борт. И тут же скрылся под водой. Он вынырнул, заколотил руками по воде, но волна тут же снова захлестнула его с головой.
   - Ллидд!!! - оба, и Лео, и Егор кинулись на помощь.
   Бланко был быстрее. Он перемахнул через борт и тут же нырнул, а Егора инопланетянин перехватил поперёк туловища и бросил на дно лодки.
  
   - К-кто вы такой? Что вам нужно? - заикаясь, выговорил Егор.
   Он, не мигая, уставился на пришельца, боясь пошевелиться.
   Инопланетянин не удостоил перепуганного мальчишку даже взглядом. Он поднял к губам переговорное устройство и выплюнул какую-то фразу на непонятном языке.
   Егор смотрел во все глаза на стоящее перед ним существо, на направленное на него оружие, но всё-таки боковым зрением заметил красноватое свечение телепортационного луча, такого, как вчера... И снова на острове...
   Инопланетянин вдруг посмотрел на съёжившегося на дне лодки мальчишку, жутко ухмыльнулся и довольно отчётливо выговорил:
   - Груз доставлен. Прощай, человек, - потом снова что-то отрывисто сказал в свой аналог коммуникатора, и растаял, как не было.
  
   Время лопнуло как натянутая струна.
  
   Егор кинулся к краю лодки, перегнулся через борт.
   - Ллииидд! Дооок!
   На поверхности озера никаких следов. Мальчик всхлипнул, стрельнул мокрыми глазами по сторонам... Сколько прошло времени? Ему показалось, что целая вечность, а на самом деле - секунды. Ничего не изменилось. Как будто никто не заметил разыгравшейся только что трагедии. На сцене по-прежнему кто-то пел весёлую песню, тысячи глаз были устремлены на артистов, никому не было дела до крошечной точки на воде.
   - Ллидд!! - снова крикнул мальчик. Он несколько мгновений раздумывал, готовясь прыгнуть следом, и вдруг замер.
   Во внутреннем кармане куртки что-то вибрировало. Мальчишка дрожащими руками вытащил вещицу. Тот инопланетный приёмник - передатчик. Только теперь он мягко жужжал, и циферки на маленьком дисплейчике то и дело перепрыгивали.
   Егор замер. Метнул взгляд в сторону острова и... мгновенно всё понял. Этот тип что-то переправил на остров, в разгар праздника! Здесь не нужно было быть семи пядей во лбу, чтоб понять, что это такое. Егор зашарил по карманам. Вот он, коммуникатор. План мгновенно сложился в голове. Лодку брать нельзя. Если Бланко найдёт Ллидда, ему не добраться с ним до берега. Вторая лодка качалась уже метрах в десяти от них. Он прикинул расстояние до острова. Бросил взгляд на дисплей - какие-то другие временные единицы, по всей видимости. И времени мало. Очень мало. Но он должен успеть.
   Не медля больше ни секунды, Егор оттолкнулся от борта лодки и прыгнул в воду.
   Мальчик приближался к берегу, а в голове колотилась только одна мысль:
   Я успею, должен успеть. Я хорошо плаваю. В прошлом году на школьных соревнованиях занял второе место... Я должен успеть.
  
   Ноги коснулись дна. Берег. Мальчик, спотыкаясь, выбрался на сушу, и бросился вглубь острова. Что переправил сюда инопланетянин? Что он ищет? Узнает ли это?
   Егор окинул взглядом остров. Между деревьями увидел небольшое полусферическое устройство. Это точно оно!
   Он кинулся к своей находке, запнулся об камень, растянулся на земле. Тут же вскочил на ноги, и в два прыжка оказался около устройства.
   Что бы это ни было, оно было опасно. Он чувствовал. Внезапно в приборе что-то щёлкнуло. Егор зажмурился и отпрянул. Тихо. Он приоткрыл глаза. На поверхность выехал небольшой экранчик, и на нем тоже перемигивали какие-то символы. Инопланетные цифры?
   Некогда ждать и размышлять.
   Егор выхватил коммуникатор и щелчком откинул крышку:
   - "Эгина"! Вызываю "Эгину", - задыхающимся голосом выкрикнул мальчик, - "Эгина", ответьте!
   - На связи, лейтенант Амира, - услышал он.
   - Лейтенант, тут... какой-то опасный прибор. Я не знаю, что это такое, но это выглядит как какое-то взрывное устройство... - пролепетал мальчик.
   - Молодой человек, вы шутите? Если это шутка, то очень плохая. Прошу вас, не занимать канал.
   Егора пронзил страх. Она ему не поверила! Сейчас отключит связь и тогда всё.
   Нет. Нужно взять себя в руки. Как там папа рассказывал? Главное, правильно и чётко сформулировать мысль...
   - Лейтенант, наводитесь лучом на координаты коммуникатора. Немедленно телепортируйте устройство с планеты. Времени почти нет! - смотри-ка, даже голос практически не дрожит, и чтоб его приказ прозвучал ещё увереннее, мальчик добавил, - Максимальное рассеивание луча.
   В ответ молчание.
   - Лейтенант, вы слышите меня?..
   Приборчик в руке завибрировал сильней. Егор посмотрел на устройство под деревом, и глаза сами собой распахнулись в пол лица. Крышка начала подниматься выше, металлические стенки, кажется, раскалились докрасна, ещё мгновение, и будет поздно.
   - Немедленно!!! - голос сорвался.
   Егор швырнул коммуникатор к устройству, передатчик полетел в другую строну, а сам он кувырком - в третью...
  
   Время остановилось.
   ...Он падал и видел, как раскрываются лепестками металлические пластины, как вырывается наружу серовато-жёлтый дым, как устройство искрится и пылает, разгораясь ярче солнца...
  
   ...А в следующую секунду всё исчезло.
   В уши ударила тишина.
   Егор несколько мгновений боялся пошевелиться, вжавшись в землю и закрыв голову руками. Потом приподнялся. Никаких следов инопланетного устройства. Он встал на ноги, сделал несколько неуверенных шагов. Почему всё вокруг расплывается? Поднял к глазам дрожащую ладонь, непослушными пальцами попытался застегнуть куртку. И ему это не удалось. Он пошарил вокруг глазами, увидел передатчик. Наклонился, попробовал поднять и промахнулся. Рассердился на себя и наклонился за прибором снова. Экран погас. Приборчик был мёртв - ни цифр, ни вибрации.
  
   - Егор, Егор, где ты? - голос Бланко слышался как сквозь вату.
   -Я тут, - хотел крикнуть в ответ, только голоса не было.
   Лео подскочил к нему, упал на колени, осмотрел с головы до ног и притянул его к себе. Егора била крупная дрожь.
   - Что ты, Егор? Что?
   - З-замерз, - едва выговорил мальчик.
   - А я испугался, - выдохнул Бланко.
   - Где Ллидд? - он постарался говорить твёрдо.
   - Вон он, твой друг, - Лео махнул в сторону берега.
   Колартэнянин подошел к ним. Хотя он как всегда держался очень прямо, но в застывшем лице ни кровинки, черные волосы висят сосульками, а мокрая одежда прилипла к телу.
   - Ллидд, - Егор качнулся навстречу другу.
   Тот выдавил слабое подобие улыбки.
   - Все живы, и, слава богу, - выдохнул Лео.
   Егор без сил рухнул на песок, его друзья растянулись рядом. Они просто лежали и бездумно смотрели в небо, не проплывавшие серебристые облака, на то и дело мелькавших птиц, чуть-чуть похожих на земных чаек.
  
   Через несколько минут над их головами резко затормозил маленький катер - спасательная капсула со звездолёта. А ещё через пару секунд на песок выпрыгнули пятеро парней из Службы безопасности со звездолёта "Эгина".
   - Лейтенант Альварес, вы откуда? - вскинулся Егор.
   Все трое с нескрываемым удивлением воззрились на СБшников и, словно нехотя, начали подниматься на ноги.
   - Ты же сам нас позвал, - Альварес заговорщически подмигнул Егору и тут же посерьёзнел. Он строевым шагом подошёл к опешившему мальчику, протянул руку и крепко стиснул протянутую в ответ ладошку, - Спасибо, малыш. Ты вовремя успел.
   - А что это было? - Егор покраснел от удовольствия и постарался сбить неловкость.
   - Честно говоря, я не очень хорошо представляю себе принцип этого взрывного устройства, но могу с уверенностью тебе сказать, что если б оно взорвалось здесь, то снесло половину атмосферы планеты и всё живое в радиусе нескольких тысяч километров.
   Бланко тихо присвистнул.
   - Но тот тип, он телепортировался куда-то, - внезапно вспомнил Егор, - Его нужно поймать и...
   - Не беспокойся. Его поймают. Что ж ребята, я должен вас официально уведомить, что с этой минуты вы находитесь под охраной Службы Безопасности, и мы будем вас охранять, пока не вернётся "Эгина".
   Егор скорчил недовольную мину, а Ллидд задал очевидный вопрос:
   - Корабль ушёл с орбиты?
   Альварес кивнул:
   - Вот что. Думаю, тут неподходящее место для расспросов, тем более вы все промокли. Переправимся на берег, а там вы мне всё подробно расскажете, чтоб я смог связаться с "Эгиной" и передать ваши сведения на корабль.
   - Всё-таки, Себастьян, если это не военная тайна, куда ушёл звездолёт? - Егор с надеждой воззрился на Альвареса.
   - Это не секрет. Вы, видимо, спугнули преступника, о котором ты упомянул, он поднялся на свой корабль, который до настоящего времени прятался за одним из спутников планеты. А сразу же после того, как взрывное устройство было телепортировано в космос, где и сдетонировало, корабль пришельцев попытался ускользнуть. Я с ребятами отправился вниз, чтоб во всём разобраться на месте, а звездолёт преследует преступников. Да, кстати, я не вижу с вами старшины Полянской, зато вижу некоего молодого человека, имени которого до сих пор не знаю, - лейтенант смерил Лео взглядом. Тот покраснел как рак, но сдержался и только сказал:
   - Бланко. Леонард Бланко, студент-медик.
   - Ясно.
   - А старшина Полянская... Она где-то здесь, - Егор смешался.
   - Мы нарушили её приказ и самовольно явились на озеро, - безапелляционно заявил Ллидд.
   Егор бросил на друга взгляд и кивнул:
   - Да, мы виноваты. Она приказала нам оставаться в номере, а мы хотели оказаться здесь, - он опустил голову, но из-под волос настороженно следил за лейтенантом.
   Тот ничего не ответил, и по лицу мальчишка не понял, о чём думает лейтенант. Он щелчком раскрыл коммуникатор и послал вызов:
   - Старшина Полянская?..
   - Полянская, - через секунду откликнулся взволнованный голос.
   - Это Альварес. Старшина, найдите лодку, побольше и как можно скорее явитесь на остров на озере Моруке... Как называется этот остров? - лейтенант глянул на Бланко.
   Лео пожал плечами:
   - Просто остров. У него нет названия.
   - Поняла. Эээ... То есть, лейтенант, вы сейчас находитесь на планете, на острове? - растерянно откликнулась девушка.
   - Да, мы на острове. Поэтому прошу вас, старшина, поторопиться.
   Он захлопнул коммуникатор и обернулся к мальчикам.
   - Вы все до нитки промокли. Вот что, ребята, забирайтесь-ка в катер. Мы с вами сейчас полетим в город, пока вы не простудились, а остальные дождутся старшину.
  

12

   Неожиданные каникулы растянулись почти на пятнадцать дней. Правда и Егор, и Ллидд не очень радовались неожиданной возможности побыть на планете. Егор очень расстраивался, что у них испортились отношения с Люкой Полянской. По-видимому, навсегда. Девушка очень болезненно переживала их самовольство. Даже несмотря на то, что мальчишки, по сути, спасли планету, она всё же считала, что они грубо нарушили дисциплину, и не понесли за это никакого наказания. Несколько дней Люка даже разговаривать с ними не хотела, тем более, что лейтенант Альварес заявил, что в силу исключительных обстоятельств, он обоих освобождает от наказания.
   - Победителей не судят, - коротко сказал молодой офицер.
   Она злилась и считала, что и Альварес и Бланко дискредитировали её в глазах мальчиков. А однажды потерянное уважение очень трудно восстановить. Но долго злиться было бессмысленно, поэтому к концу их неожиданного отпуска и мальчики, и Люка, и Лео Бланко заключили шаткое перемирие. Хотя прежних доверительных отношений между ними уже не было.
  
   Но для мальчишек со свободой было покончено. И не только потому, что теперь за ними неусыпно следили пять пар глаз, но ещё и потому, что после неожиданного купания заболел Ллидд. Он не сумел вовремя задержать дыхание и наглотался воды. И вот результат - воспаление лёгких.
  
   Егор проснулся посреди ночи и приподнял голову, силясь сообразить, что его разбудило. Он различил неясное бормотание. Прислушался. На тарионском. Странно, раньше Ллидд никогда не разговаривал во сне. Егор подскочил к кровати друга, тронул лоб и отдёрнул руку. Конечно, у Ллидда температура тела всегда была выше, чем у землян, но сейчас он просто пылал. Егор хотел было тут же подбежать к интеркому, чтоб позвать кого-нибудь, но замер, почувствовал на запястье горячие пальцы. Он оглянулся. Ллидд смотрел на него расширенными глазами и глаза эти лихорадочно блестели.
   - Ты что? - прошептал Егор.
   - Не убирай. У тебя прохладная ладонь, - маленький колартэнянин чуть сжал его руку.
   - Я хотел позвать кого-нибудь...
   - Позже, - Ллидд закашлялся и утомлённо прикрыл глаза.
   Егор повозился, устраиваясь поудобней, потом передумал и вскочил.
   - Не уходи, - едва слышно прошептал Ллидд.
   - Я сейчас. Подожди.
   Мальчик кинулся в ванную, сорвал с крючка полотенце, качнул ладонью мимо крана с холодной водой. Ледяная струя обожгла руку. Через секунду он снова был у постели друга.
   - Вот, так лучше? - он водрузил полотенце Ллидду на голову.
   Тот не ответил, только рука безвольно скользнула с одеяла. Мальчика обжог мгновенный страх.
   - Ллидд, ты слышишь меня? Ллидд?.. - он попытался растормошить друга. И понял, что тот его слышит. Не медля больше ни секунды, он кинулся в соседний номер и поднял на ноги Бланко.
   - Ты же доктор. Помоги Ллидду! - с порога потребовал мальчик.
   Сон тут же слетел с Лео. Он ничего не спрашивал, порылся в шкафу, отыскал какой-то небольшой чемоданчик. Потом долго осматривал Ллидда и, наконец, выдал вердикт:
   - Чёртов колартэнянин с его чёртовым колартэнским метаболизмом! Да ещё это гибридное строение... Стоило только чуть-чуть искупаться и на тебе, пневмония. Ну ладно, попробуем ему помочь.
   Он вытащил гиппошприц с каким-то лекарством. Егор со страхом уставился на дозатор:
   - А ты уверен, Док? - голос невольно дрогнул.
   - Я же доктор, - снисходительно ответил Бланко, - Не бойся, твой друг поправится.
  
   Ллидд в самом деле поднялся на ноги через четыре дня, и Лео Бланко не скрывая торжества заявил, что он как первый его пациент и притом инопланетный пациент, должен этим гордиться.
   - Возражаю, доктор, - с достоинством заявил колартэнянин, - Во-первых, первым вашим пациентом был Егор Рэйнберри. Вы собственноручно вправили ему вывихнутый сустав. Во-вторых, так как это вы вылечили меня, а не я вас, то "гордиться" надлежит вам, а не мне. Не вижу логики в вашем утверждении. И, наконец, в третьих, гордость - человеческая эмоция...
   - Ах, да, а я и забыл - ты ведь тарионский колартэнянин, а у тарионцев нет эмоций. Спасибо, что разъяснили, господин Ллидд Маа-варихтт, - с сарказмом заявил Бланко и снял воображаемую шляпу.
  
   Когда Ллидд, как следует, поправился, они ещё несколько раз путешествовали по планете. Бывали в разных замечательно-красивых местах, посетили даже знаменитые тополиновые шахты. Но в этот раз за ними везде незримой тенью следовали люди Альвареса. За эти несколько дней Егор Рэйнберри и Ллидд сблизились ещё больше. У колартэнянина уже не возникало никаких сомнений относительно привязанности и дружеских чувств. Теперь всё было просто и ясно. Все его страхи и сомнения давным-давно развеялись в песок. А Лео Бланко никоим образом не кичился, тем, что он старше и опытнее мальчишек. Порой он вместе с ними (верней вместе с Егором) дурачился и принимал участие в проделках, которые приходили в голову мальчишке. Ллидд тоже иногда присоединялся к ним, но делал это с таким серьёзным видом, что и Егор, и Лео просто умирали над ним со смеху.
   Но, несмотря на проказы, Егор не забывал и о главном деле. Он несколько раз спрашивал у Себастьяна Альвареса, что слышно с "Эгины" о пришельце, а однажды даже осторожно поинтересовался не знает ли тот чего-нибудь о той аварии, которая задержала звездолёт на пути к Альба Сигме Четыре. Но лейтенант предпочитал отмалчиваться в ответ.
  
   Наконец, вернулся корабль. И вот тогда-то Егор, наконец, удовлетворил своё любопытство. Десант подняли на борт. И будущего доктора Лео Бланко тоже. Капитан Рэйнберри "ввиду заслуг молодого человека перед Федерацией" принял решение доставить его на Землю быстро и с комфортом. А Лео и не спорил.
  
   - Папа, ну расскажи мне всё, - Егор пристал к отцу при первой возможности.
   - Что тебе рассказать? - Рихард потрепал сына по голове и улыбнулся.
   - Вы поймали преступников, узнали, зачем они это сделали? А авария на корабле? Вы нашли того, кто это сделал и зачем?
   - О, так ты и про аварию знаешь? - капитан бросил хитрый взгляд на сына.
   Егор стрельнул глазами в сторону Ллидда и опустил ресницы.
   - Да, нам известно об аварии, - подтвердил колартэнянин.
  
   Рихард, конечно, не рассказывал им всех деталей. Но кое-что ребята узнали. Во время погони за загадочным кораблём выяснились и подробности аварии. Её устроил член экипажа недавно принятый на борт, и как выяснилось специально подосланный на корабль. Его задача состояла в том, чтоб устроить диверсию на корабле и только благодаря профессиональной интуиции главного инженера Ташрэна удалось избежать катастрофы. Его задержали совершенно случайно, когда удалось перехватить сигнал со звездолёта на корабль - нарушитель. Преступников задержать не удалось - в ходе боя их корабль был уничтожен. Но Штаб Космического Флота всё-таки не потерял ниточку - диверсанта с "Эгины" схватили и заключили под стражу.
   - Кстати, тот прибор, который вы нашли на планете, и который принадлежал террористу, тоже, думаю, поможет Флоту разобраться в этом деле.
   - А всё-таки, папа, кто это был, тот террорист?
   - А вот этого, я не могу тебе сказать, сынок, - капитан покачал головой.
   Мальчик понял, что больше ничего не узнает и придётся удовлетвориться тем, что рассказал отец.
   - Капитан, всё же я не понимаю, в чём состоял смысл операции. Зачем нужно было взрывать мирную планету, зачем нужно было устраивать диверсию на корабле? Я не вижу логики в этих поступках, - маленький колартэнянин с нескрываемым удивлением воззрился на Рихарда.
   Тот стиснул подбородок, покачал головой и ответил:
   - Видишь ли, Ллидд, мне самому чрезвычайно трудно постичь логику преступников. В своих поступках они руководствуются совершенно другими мотивами, нежели мы. Моральные ценности и нормы им чужды. С какой целью нужно устраивать террористический акт, с какой целью нужно взрывать целые планеты или развязывать галактическую войну? Быть может когда-нибудь кто-то и найдёт ответ на эти вопросы и сумеет искоренить зло в зародыше. А пока наша задача, задача Космического Флота состоит, в том числе, и в защите миров Федерации от таких проявлений дикости.
  
   Ллидд Маа-варихтт только молча кивнул и посмотрел на друга. Он встретился глазами с Егором Рэйнберри. Мальчики поняли друг друга без слов. Для себя они уже всё решили и выбрали свой жизненный путь.
  
  
  
  
  
  
  
  
  

115

  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Воронова "Апокалиптические рассказы"(Антиутопия) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) М.Орехова "Бегущая во сне"(Научная фантастика) И.Блейкстар "Космос инфимума. Грани касания"(Антиутопия) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) Т.Рем "Искушение карателя"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"