Эля готов убить себя за несдержанность, потому что после того скандала Олаф вообще перестал обращать на него внимание. Он даже дома редко появляется, говорит маме, что ночует у друга, но Эля то знает, что это за ночевки. Валя ему не нравится. Эле кажется, что этот парень отбирает у него брата.
Прошло уже полгода, и Эля очень хочет попросить у Ола прощения, но брат пресекает любые попытки начать разговор. Он всегда, когда бывает дома, отговаривается либо усталостью, либо срочными делами.
А Эля больше не может так, после случившегося он взглянул на брата по-другому. Юноша раз за разом прокручивает в голове его слова и понимает, что по-своему Ол прав - дед действительно был извращенцем, но он причинил им куда меньше вреда, чем мог бы, и пора бы уже отпустить прошлое.
Мальчику все время не дают покоя свои последние слова, он не хотел говорить, что ненавидит брата, потому что это не так, просто в тот момент ему было так обидно, что эта фраза вырвалась помимо воли.
Эля очень хочет наладить отношения с Олафом, поэтому он ждет, пока тот вернется из университета, и заходит за братом в ванную, когда тот идет мыть руки после улицы. Запирает дверь и прислоняется спиной к косяку.
- Олаф...
- Чего тебе? - брат продолжает как ни в чем не бывало умываться, хотя прекрасно видит в зеркале все манипуляции младшего.
- Давай поговорим?
- О чем?
- Я... - Эля делает глубокий вдох, набираясь храбрости. - Я хочу извиниться за тот скандал, что закатил тебе.
- Ты бы еще вспомнил ссору пятилетней давности, - фыркает Олаф, присаживаясь на бортик ванны.
- Ол! Не мешай, пожалуйста! - возмущается Эля. - В общем, ты должен знать, что я не ненавижу тебя и не считаю гадким то, чем ты занимаешься... ну... с Валей...
- Неужели ты наконец вырос?
- Да! Я долго думал и...
- И что?
- Я уже сказал. Занимайся, чем хочешь, я тебе и слова поперек не скажу, только не избегай меня. Я скучаю по тебе... Очень...
- Извини, Эль, не получится.
- Почему? Ол, почему, черт возьми?! Ты меня ненавидишь? Я тебе мешаю? - Эля подбегает к брату и вцепляется в ворот его рубашки. - Объясни, почему все не может быть как раньше?! Я хочу, чтобы все вернулось назад. Хочу, чтобы спали в одной кровати, и плевать, что на это скажет мама, и если ты думаешь, что твоя ориентация меня смущает, то глубоко ошибаешься! Я хочу той искренности, что была между нами еще пару лет назад!
- Нет. - Олаф решительно отстраняет Элю от себя. - Ты не понимаешь, чего просишь. Это невозможно.
- Но я же люблю тебя, Ол. Почему ты так со мной поступаешь?! - мальчик уже не может сдержать слез.
- Прошу, Эль, не надо, - Олаф протягивает руку и стирает пальцем слезинки со щек брата, - пожалуйста...
- Ол... Олаф! Ты не представляешь, как это тяжело, когда ты отдаляешься от меня. Ладно, не хочешь со мной общаться, заставлять не буду, но, пожалуйста, назови хотя бы причину... Прошу. - Эля всхлипывает еще раз и утыкается лбом брату в плечо.
- Эля... Не надо... Ты не понимаешь...
- Так скажи мне, Ол. - младший поднимает голову и смотрит брату в глаза. - Скажи, я пойму.
- Нет, не поймешь.
- Скажи! - кричит Эля, встряхивая Олафа за плечи, и тот, глубоко вздохнув, наклоняется вперед и целует мальчика прямо в губы.
Эля замирает, чувствуя мягкие губы Ола, и не может поверить, что это происходит на самом деле, а старший тем временем отстраняется, отцепляет пальцы мальчика от своей футболки и подходит к двери.
- Вот почему. - щелчок шпингалета. - Доволен? - взгляд через плечо на застывшего в шоке брата и хлопок двери.
Эля прижимает пальцы к губам и, давясь рыданиями, сползает на кафельный пол.
Олаф забирает из коридора свою сумку и выходит из квартиры. Ноги следуют по давно выученному маршруту и приводят его под дверь Валиной квартиры.
Короткий сигнал звонка, и на пороге появляется удивленный Карамзин. Видя состояние друга, Валя, не задавая лишних вопросов, пропускает Ола в прихожую и, подождав пока он разденется, тянет его за руку в свою комнату.
- Рассказывай. - без обиняков требует друг, но Олаф только трясет головой. - Рассказывай, Ол, все равно я вытяну из тебя информацию.
- Валя, я - жуткий идиот, - шепчет Ол, пряча лицо в ладонях.
***
Эля не верит в правдивость происходящего: родной брат его поцеловал... По-настоящему... В губы... Первый поцелуй с ним... Это какой-то бред... Брат! Самый родной человек, тот, кто был с ним рядом с рождения; тот, кого он считал идеалом и всегда брал с него пример. Получается, он - предатель? Ведь подобные чувства к младшему брату неправильны. Неужели, Олаф захотел стать таким же как дед? Или даже хуже...
Эля не удивляется, когда Олаф звонит маме и сообщает, что останется на ночь у Вали. Мальчик даже рад этому - не придется изображать перед родителями, что все в порядке и не придется спать в одной комнате с ним, поминутно вздрагивая от каждого шороха. Хотя, спали же они раньше вместе и ничего. Но теперь-то Олафу не надо скрываться...
Эля напрасно волнуется, вернувшись, Олаф собирает вещи и уезжает сначала на дачу, а потом начинает снимать квартиру вместе с Валей.
Он уже работает, так что деньги у него есть. Эта квартирка находится в центре, недалеко от универа и в шести станциях метро от дома - теперь братья видятся редко.
Сначала Эля рад этому, но когда Олаф отказывается приехать домой на Новый Год, начинает тосковать.
Он любит брата несмотря ни на что, и мальчику стыдно за свое поведение. Получается, Эля силком выбил из Ола признание и заставил уехать из дома.
Мальчик начинает понимать, как трудно было Олафу жить с осознанием того, что хочешь не просто парня, а младшего брата. А сколько лет ему пришлось держаться? Ведь это началось не в прошлом месяце и даже не в прошлом году - гораздо раньше. Теперь Эля понимает это.
Эля знает, что ели бы подобное случилось с ним, то он не смог бы долго молчать. Он уже чувствует, что так больше не может продолжаться, ему нужен Олаф - без него очень плохо.
В марте Эля понимает, что готов на все, чтобы вернуть брата, даже на "такие" отношения. Какая разница, что придется делать, главное Олаф будет рядом. К тому же мальчику до сих пор никто не нравится, а значит препятствий нет.
Он приезжает к Олафу: Эля знает, где живет брат только со слов мамы, сам он там никогда не был. Еще раз сверившись с клочком бумаги, где написан адрес, он звонит в квартиру. Долго звонит, но никто не открывает.
Эля спускается вниз и сидит на лавке у подъезда, правда его вскоре сгоняют пенсионерки, вышедшие на улицу подышать свежим воздухом и пообщаться друг с другом, поэтому мальчик перемещается на перила, огораживающие детскую площадку.
Наступает вечер, а Олафа все нет, в его окнах - Эля прикинул на глаз их расположение - не горит свет, значит, с черного хода брат тоже не заходил.
У Эли звонит мобильный телефон - мать уже беспокоится. Он говорит ей, что раз ему завтра в школу не надо, то он может и задержаться.
Олаф возвращается домой только в десять вечера. Он сразу замечает сгорбленную фигурку, сидящую на холодной железной трубе перил: длинная светлая челка закрывает лицо, плечи поникли, а руки с силой засунуты в карманы - все-таки в марте еще холодно, особенно по ночам.
- Элька? - недоверчиво спрашивает Олаф, вглядываясь в знакомые черты. Мальчик вскидывает голову и пристально смотрит на брата. - Ты что здесь делаешь? - Ол не может поверить, что после всего, что он сделал, Эля сам приехал к нему.
- Тебя жду.
- Я понял. Зачем?
- Ол, надо поговорить...
- Так, пойдем, а то опять свалишься с пиелонефритом, - говорит Олаф и поднимает брата ха шкирку, заставляя встать на ноги. - Додумался на холодном сидеть. Давно болел? Опять в больницу захотелось?
- Ол...
- Что "Ол"? Я уже семнадцать лет Олом зовусь.
- Я поговорить хотел.
- Ты мог бы позвонить. А если бы я сегодня вообще бы домой не пришел? Что тогда? Я ведь собирался... - Элька чувствует, как внутри все холодеет от страха, он бы не ушел, так и сидел бы на перилах, ждал брата...
- А ты бы ответил на звонок? - робко спрашивает мальчик.
- Конечно. Пойдем, нечего тебе не холоде делать.
Они заходят в подъезд и поднимаются в квартиру. Олаф тащит Элю на кухню, ставит чайник и достается из холодильника лоток с полуфабрикатами. Они молчат, пока старший разогревает еду на сковороде и заваривает чай, ужинают тоже молча, только когда последний кусочек съеден, Олаф спрашивает:
- О чем ты хотел поговорить?
- Ол, вернись.
- Нет.
- Пожалуйста. Мне плохо без тебя, я уже не могу смотреть на твою пустую кровать.
- Блин, я же просил маму вывезти ее на дачу... - бурчит парень.
- Она пыталась, я не позволил.
- И зачем?
- Ол, пожалуйста.
- Я не вернусь, Эль, пойми, так будет лучше.
- Кому? Тебе? Или мне? Ол, если ты согласен быть рядом только при условии, что мы будем вместе... ну, не только как братья... я... я согласен.
- Что?! - Олаф в шоке откидывается на спинку стула, так что ножки скрипят по полу. - Нет! Ни за что!
- Почему?
- Да потому что ты - мой брат!
- Но не сестра же! - Эля вскакивает, подбегает к брату и, пока тот не успел опомниться, да и чтобы не растерять решимости, быстро целует его в губы. - Видишь, мне не противно! Ол, пожалуйста...
- Эля, ты дебил... - выдыхает Олаф, пряча лицо в дрожащих ладонях. - Не проси меня об этом.
- Но почему?
- Точно дебил. Ну и как ты себе это представляешь?! Я и так себя уродом чувствую из-за того, что влюбился в родного брата...
- Ты меня любишь? - охрипшим голосом переспрашивает Эля.
- Естественно! - кричит Олаф. - А ты думал, я тебя просто трахнуть хочу?! Если бы дело было только в этом, то и проблем бы не было. Для этих целей у меня на крайняк Валька есть.
- Ол... я...
- Не надо, Эль. Это невозможно. Подумай хотя бы о матери, если меня ты слушать не хочешь. Представляешь, как она на это отреагирует? Она итак много страдала.
- Да мне плевать, что она подумает! Она так несправедливо к тебе относится...
- Прекрати немедленно! Она наша мать. Она нас любит. - чеканит Олаф. - Может она не всегда права, но она нас любит, а все ее поступки диктует страх. Ты представляешь вообще, что ей пришлось пережить? Не только нам тяжело... Нет, Эль, это не обсуждается.
- Но ты же сам...
- Я совершил уже столько глупостей, что запутаться можно, теперь жалею о многом. Но тебе не надо повторять за мной.
- Я не повторяю. - надувается Эля.
- Ну да, конечно.
- Ол, пожалуйста.
- Нет. - Олаф сразу понимает, о чем говорит Эля.
- Тогда можно, я просто буду рядом?
- Посмотрим... - Олаф бросает взгляд на часы. - Блин, Элька, уже полпервого ночи.
- Да, - вздыхает мальчик, - мне уже пора.
- Нечего тебе ночью по городу в одиночку шататься. Звони маме, скажи, что у меня переночуешь. Пойду, постелю тебе на диване.
- А...
- Хотя, наверное, на диване посплю я, а ты ляжешь в кровать. Я сейчас белье сменю.
- Но тебе не стоит...
- Солнце, я тебе уже все сказал. - вздыхает Олаф. - Звони маме.