Из дневника кукловода:Иногда я задаю себе вопрос, каким (ой) бы я стал (а), если бы мое взросление прошло в иных условиях? Интересно, гипертрофированная способность дергать за ниточки - лишь следствие жизненных обстоятельств или генетическая аномалия? Ведь с годами она стала не просто необходимостью, а странной потребностью, граничащей с игрой. Я уже не смогу не делать этого. Даже если захочу.
****
- Это была отвратительная сцена. Помню, подумала тогда - какая же она дрянь! - Гортензия Нили, горничная из отеля опустила глаза, почувствовав неловкость из-за бранных слов в адрес бывшей постоялицы.
- Продолжайте, - Стивен постарался показать, что не осуждает девушку.
- Хорошо, - она провела тонкой ладошкой по коротким черным волосам. - Я, конечно, не оправдываю Дина. Портье. Если он действительно сказал неправду. Но понимаю мотив. Мисс Лароби-Клейтон его не просто унизила, а растоптала!
Хант бросил едва заметный взгляд на Холден, и та без труда почувствовала волнение любовника. Стивен невероятно боялся откровений горничной, грозящих разрушить дело, на которое он поставил слишком многое. Поэтому поехал с помощницей в отель, хотя обычно Кристин общалась со свидетелями сама. Особенно вне офиса.
- Конфликт произошел из-за обслуживания? - решила Холден подтолкнуть Гортензию к сути разговора.
- Нет, - та принялась теребить длинными пальцами край фартука. Девушка явно не хотела создавать проблемы коллеге, однако, еще сильнее волновалась за себя. Интерес сотрудников прокуратуры не прибавляет очков в глазах работодателя, а у нее и так долг за квартиру. - Мне показалось, мисс Лароби-Клейтон просто выпустила пар. Дин лишь подвернулся под руку. Она торчала в вестибюле. Минут сорок. Я неоднократно заходила туда и каждый раз видела ее - то у окна, то на диване, то у стойки портье. Ей однозначно на месте не сиделось. А потом зазвонил мобильный. Я не прислушивалась. Помню только, как она процедила в трубку: "Ну ты и сволочь!". А потом посмотрела на Дина и понеслось.
Кристин почти наглядно представила, как разъяренная Лаки, сжимая в руке мобильный, поворачивается к портье. Кричит, выплескивая злость и обиду. А ведь Дин Харпер повел себя, как и любой мужчина на его месте. Трудно не пялился на красивую женщину, шатающуюся туда-сюда в платье с та-а-аким вырезом.
- Она назвала его ущербным. Спросила, давно ли он смотрелся в зеркало, чтобы сметь поднимать глаза на такую, как она. Усомнилась в его состоятельности. Как мужчины. Ну вы понимаете...
Дойдя до машины, Стивен бросил ключи Кристин и молчал большую часть пути до конторы. Время от времени начинал барабанить пальцами по двери и покусывать губу. Холден знала - это опасный признак. Хант близок к грандиозному срыву.
- Прежде, чем начнешь кричать, просто послушай, - проговорила она, радуясь в душе, что сама сегодня за рулем. - Ничего не потеряно. Нет никаких доказательств, что портье лжет. Он рассказал то, что видел. И точка.
- Твой бывший преподнесет присяжным ситуацию иначе, - процедил Стивен, сжимая кулаки до хруста. - Они посмотрят на Лаки, на портье, и кто-нибудь обязательно поверит Сазерленду. Ему ведь не нужно убежать двенадцать человек. Достаточно перетащить на свою сторону и одного. Какого-нибудь хлюпика вроде этого Харпера.
Кристин покачала головой. Она ненавидела предвзятость Стивена и веру в собственную неотразимость.
- Не факт. Кроме того, мы получили еще одного свидетеля, который подтвердит, что Лаки злилась на жениха.
- Что? - губы Ханта скривились. - Ты изменила мнение? Теперь считаешь, что Лароби-Клейтон виновна?
- Возможно, - Кристин предпочла уклониться от прямого ответа. Любовнику ни к чему знать о пари с Эметом.
- А почему ты промолчала, когда я назвал Сазерленда твоим бывшим? - Стив снова стал похож на обиженного мальчишку. - Решила поменять показания?
- Предпочла не продолжать бессмысленный разговор, - Кристин с трудом подавила желание резко дать по тормозам, чтобы не пристегнутый любовник улетел в лобовое стекло. - Давай займемся делом. Пока оно не развалилось на глазах. Я начну готовить свидетелей к процессу. Если удастся представить присяжным нужную нам Лаки, скандал с портье не сыграет роли. Не забывай, при всех остальных преимуществах, у девчонки нет алиби. Хотя, - Кристин вздохнула, заезжая на парковку прокуратуры, - нам бы очень не помешал более весомый мотив для убийства, нежели глупая ссора.
****
- Почему вы не любите говорить о себе? - Ники пригубила вино и провоцирующе улыбнулась Эмету. Это была уже вторая встреча. Более романтическая. В ресторане, а не в кафе, как в прошлый раз.
- Всегда считал, девушки предпочитают, чтобы их слушали.
- Отличный способ уйти от ответа!
- Пытаетесь поймать меня в ловушку, советник?
Вопрос прозвучал шутливо, однако, серьезных причин, чтобы его задать, у Эмета было предостаточно. Свидание адвоката и сотрудницы прокуратуры, работающих над одним делом по разные стороны баррикад, не частое явление. Тем более, его инициатором стала Ньюман. Предложение попить кофе после случайной встречи на улице было относительно невинным. Ужин в ресторане носил уже иной подтекст. Пусть и был достаточно ранним.
- Вы всерьез думаете, что я здесь из-за вашей клиентки? - девушка откинулась на спинку, явно восприняв официальное обращение, как намек на приближающийся процесс. - Дело Лароби-Клейтон ведут Хант и Холден. Я лишь на подхвате.
- Я не хотел вас обидеть, Ники, но вложил в фразу больше, чем собирался, - мягко пояснил Эмет. - И, поверьте, я не скрытничаю. Просто моя биография не столь интересна, как у тех, кого мне приходится защищать. Ну хорошо, - адвокат развел руками, увидев разочарование на лице собеседницы, - спрашивайте. Но ничего грандиозного не обещаю.
- Вы выросли в Бостоне?
- Да.
- Чем занимались ваши родители?
- Отец был большим специалистом по исчезновениям, - Эмет чуть нахмурил брови. - Ушел, когда мне было три. Впоследствии я узнал, что он всю жизнь бегал от алиментов не только на меня, но и на детей от двух последующих браков. Мама работала учителем. В обычной школе. Но мне все равно приходилось учиться лучше других, чтобы не подвести её. Однажды это здорово помогло.
- Выиграли в образовательном конкурсе?
- Скорее, в лотерею. Однажды в школу пришла комиссия. Проверяющие остались не слишком довольны результатом. Класс, за которым они наблюдали, отработал урок из рук вон плохо. На обратном пути им попался я. Чиновники удивились, почему мальчик что-то чертит на доске в пустом кабинете. Я ждал маму и решал задачу для учеников на три класса старше. Комиссия удивилась еще больше. Меня забросали вопросами. А через неделю поступило предложение о переводе в другую школу. Для одаренных детей. После которой открыты любые дороги.
- И говорите, ничего интересного?! - вскричала Ники восторженно. - Это же история о том, как одно событие способно изменить всю жизнь!
- По-моему, вы преувеличиваете, - не согласился адвокат. - Да, перевод в хорошую школу значительно облегчил мне карьерные задачи. Но я в любом случае пытался бы получить высшее образование. Независимо от преимуществ на старте.
- Вы познакомились с Кристин в университете?
- Да. На первом курсе.
- Эмет, простите, если мое замечание покажется бестактным, - Ники на мгновение плотно сжала губы. - Просто вы с ней кажетесь чересчур разными.
- О! - воскликнул адвокат, подливая себе и Ньюман вина. - Вы, как и многие, решили, что нас с Крис связывали романтические отношения. Отнюдь. Мы были лишь друзьями.
- Были? - Ники зацепилась за неосторожное слово.
- Да, - Сазерленд помрачнел и залпом осушил бокал. - Ники, поверьте, это очень грустная история, способная испортить вечер.
И Ньюман действительно пожалела о проявленном любопытстве, когда Эмет закончил рассказ об особой группе Келлера, выходных в Лос-Анджелесе и авиакатастрофе. Адвокат не вдавался в подробности. Лишь сухо изложил факты. Но девушка поняла, что события восьмилетней давности до сих пор причиняют ему боль, и испытала жуткую неловкость, совершенно ей несвойственную.
- Пролитый мной кофе - вот событие, которое перевернуло всё, - подытожил Эмет, глядя на остатки вина на самом дне бокала.
- Неужели, за все годы вы ни разу не пытались восстановить отношения с Кристин? - Ники постаралась задать вопрос осторожно, чтобы не спугнуть собеседника. Общение с адвокатом оказалось совсем необременительным и даже во многом приятным, однако, отказываться от главной цели "свиданий" девушка не собиралась. Холден была преградой на пути по карьерной лестнице. А чтобы избавиться от противника, нужно знать его слабые места.
Кажется, Сазерленд не заподозрил подвоха. Или так погрузился в печальные воспоминания, что потерял профессиональную бдительность.
- Зачем? - пожал плечами он. - У нас обоих своя жизнь. Кроме того, Кристин никогда не нравилась моя бывшая жена. А мне не слишком симпатичен ее муж.
- Питер Холден?! Почему? - Ники удивилась вполне искренне. Она-то считала, любимице босса повезло с замужеством. Богатый, красивый супруг, да еще сотрудник мэрии. Есть, где развернуться.
- Скажем так: Питер не склонен к моногамным отношениям, - Эмет понизил голос. - На днях я видел его с девушкой, из-за которой они с Крис чуть не развелись пару лет назад. Она училась с нами в университете. Курса на три младше. Мина, кажется. О, простите, что сплетничаю! - адвокат смущенно покачал головой. - Возможно, это странно для представителя моей профессии, но я за честные отношения.
- Говорите так, будто считаете это недостатком? - Ники почувствовала, что интерес к Эмету возрастает с каждой минутой. И не только, как источнику информации.
- На словах это кажется правильным и легким, на деле же оказывается невероятно трудным, а подчас и обременительным. Люди не могут без секретов, так уж устроены. Постоянно лгут даже самым близким.
Продолжить разговор не дал мобильный Эмета, высветив имя Джеми Николсон.
- Простите, - извинился адвокат и будто невзначай коснулся руки Ники. - Почему ты звонишь мне с собственного телефона? - раздраженно поинтересовался он в трубку, отойдя на безопасное расстояние от Ньюман.
- Потому что все кончено, Эмет! - истерически объявили на другом конце. - Мне надоело ждать! Я иду в прокуратуру!
- Послушай, Джеми...
- Нет, это ты послушай! Я уже подхожу к зданию. Ты меня не остановишь. Я все расскажу про эту гадину! Что до тебя, мой дорогой любовничек, можешь расслабиться. Твое имя в разговоре не прозвучит. Пока. Но всё изменится, если попытаешься отступить от сценария. Только посмей помешать прокурорам засадить эту тварь! Иначе лишишься лицензии, а, может, и свободы!
К Ники адвокат вернулся лишь минут через пять. Нужно было перевести дыхание. Еще раз взвесить в уме все "за" и "против".
- Почему у меня чувство, что вечер подошел к концу? - поинтересовалась девушка, силясь разглядеть в глазах Эмета причину напряжения.
- Иногда неприятности на работе всерьез мешают романтике, - адвокат смущенно развел руками, давая понять, что подробностей не будет. - Я провожу вас до машины.
Выходя на улицу, Ньюман с грустью отметила, что еще даже не стемнело. Для большинства вечер только начинался. Наверное, разочарование слишком явно отразилось на лице, потому что Сазерленд вдруг резко притянул девушку к себе. Ники лишь в первый миг захотела оттолкнуть его, но уже через секунду этот сумасшедший поцелуй показался естественным и закономерным.
Не меньше радости порыв Эмета вызвал и у Моргана Паркера, сидящего в авто через дорогу с фотокамерой в руках. Ракурс просто отличный, освещение изумительное. Фотографии получатся на славу. Хоть в журнал глянцевый посылай.
****
Молодая женщина сидела, скромно спрятав взгляд под бледными ресницами, и делала вид, что изучает собственные руки, но Кристин чувствовала: внутри нее бушует ураган страстней. Холден словно видела чувства посетительницы в цвете. Ярко-алый гнев, оранжевое злорадство, темно-фиолетовую ненависть. Но это скорее забавляло, нежели вызывало интерес.
Джеми Николсон сегодня без сомнения долго продумывала гардероб, чтобы создать выгодный образ. Неброская серая юбка и блузка на пару тонов светлее делали блеклое лицо еще бледнее, что придавало ему почти неподдельную скорбь. Зато с гримом, вернее отсутствием оного, девушка явно просчиталась. В отказе от косметики искушенная ученица профессора Келлера увидела лишь дилетантство в актерской игре и полное отсутствие мозгов. Уродуя себя, Николсон еще больше выпячивала пропасть между собой и Лаки. Кто в здравом уме поверит, что в схватке за мужчину эта женщина способна победить кричащую красоту Лароби-Клейтон?
- Я любила его, понимаете? - проговорила Джеми с надрывом, прижимая к губам белый платок, но слезу выдавить не смогла. Однако Кристин вынужденно констатировала, что не услышала в интонации посетительницы фальши. Надо же, даже тип со столь отталкивающей внешностью и неидеальной репутацией, как Рой Андерсон, способен покорять сердца.
- Попробуйте рассказать всё по порядку, - предложил хлюпающей носом девушке Стивен. Он подобрался, вытянулся, напомнив Кристин гончую, напавшую на след. Не хватало только хвоста, хлещущего от восторга по мебели. - Как вы познакомились с Лаки Лароби-Клейтон?
О! Это Джеми помнила отлично. На похоронах Саймона Донована. Лаки приехала вся такая скорбящая, искренне печальная. Но даже в строгой траурной одежде, едва перешагнув порог, сумела приковать взгляды. Восхищенные мужские и неодобрительные женские. Дрянная девка умудрялась кривляться, даже выражая соболезнования. Изогнутые губы дразнили, огонь в глазах прожигал чужих мужей и женихов насквозь, дурманя и маня. Как же хотелось огреть ее подсвечником, чтобы пружинистые кудри окрасились кровью! Такой же темно-красной, как наглый рот!
А ведь Джеми и так было непросто. Она ненавидела Саймона. Тщательно скрывала это при его жизни. И тем более, после смерти. Кто бы знал, как трудно было утешать горюющего Роя! Сжимая зубы до противного скрипа, она заставляла себя выслушивать его нытье. О том, как он потерял семью! Единственную, которая у него была!
Федерика и Саймон никогда не любили Джеми. Но если первая хотя бы старалась быть любезной, то второй не скрывал неприязни. После смерти супруги Донован запретил племяннику привозить в дом невесту, которая за восемь лет так и не сумела стать женой.
- Лаки приехала на похороны дяди Роя, - проговорила Николсон вслух. - Я с ней едва парой слов перемолвилась, но с моим женихом они разговаривали. Долго. Выразили друг другу соболезнования. А потом Рой предложил ей встретиться в Нью-Йорке, когда приедет туда по делам. Поужинать вместе.
- Вы не возражали? - провокационный вопрос Хант задал почти небрежным тоном.
- Нет. Я знала, что это игра.
Так и было. По крайней мере, сначала.
Рой позвонил среди ночи. Взволнованный до крайности, чего за ним обычно не водилось. Не только кончиной любимого дядюшки, у которого провел последнюю неделю. Но и тем, что тот поведал перед смертью. Уже спустя час Джеми ехала в аэропорт. Чтобы помочь с похоронами. И с планами, как стать очень богатыми людьми.
В то утро, после ужасного перелета, когда новый лайнер трясло, словно консервную банку, Рой впервые заговорил с подругой о браке. Медленно ходил по запущенному кабинету Саймона, заложив руки за спину. Рассуждал о том, как важна для семейной жизни финансовая стабильность. А Джеми слушала, невольно целясь взглядом за неровные стопки бумаг на громоздком столе покойника.
Терпение. Это слово Рой повторил раз двадцать. Оно касалось, прежде всего, ее. Ведь Джеми предстояло ждать в тени, пока жених сыграет в спектакле на двоих, где действующей невесте не предусматривалось роли. Там нашлось место лишь для Лаки. Пусть поначалу та и не подозревала, что будет участвовать в трагикомедии.
- Рой объяснил, что вечером, накануне смерти, дядя Саймон рассказал ему нечто важное, - проговорила Николсон, сминая платок. - Такое, что тяготило его последние годы. Страшный секрет семьи Лаки.
Нет, Джеми не знала подробностей. Рой говорил намеками. Дал понять лишь, что выяснил тайну, благодаря которой отец и дочь Лароби-Клейтон без труда освежат память и поведают, где спрятаны украденные Биллом деньги. Бедность покажется бывшему банкиру куда заманчивей нового тюремного срока. Но по неосторожным фразам Николсон легко сделала вывод, что речь идет об убийстве Хелен. И уяснила кое-что еще: в нем каким-то непостижимым образом была замешана Федерика. Именно поэтому Рой не хотел говорить о преступлении. Потому Саймон сходил с ума после смерти жены, перед уходом признавшейся супругу в старом грехе.
- Жених объяснил, что Билл Лароби-Клейтон убил жену, - сказала девушка после долгой паузы. Нет, она не продумывала слова. Рассказ был отрепетирован. Фразы были подобраны тщательнее гардероба. Но хотелось, чтобы сотрудники прокуратуры считали, что она пытается вспомнить детали. - Не собственноручно, разумеется. Нанял убийцу. Это стало известно его секретарю - Федерике Ринальди Донован. Не знаю, что именно заставляло ее молчать. Деньги, жалость или что-то еще, но это знание мучило бедняжку до самой смерти, - Джеми плотно сжала губы, готовясь произнести крайней важную часть речи. Нужно было сделать это так, чтобы ее ни в чем не обвинили. - Это трудно, - выдавила она хрипло. - Но я должна сказать. В общем, Рой решил шантажировать Лаки преступлением отца. Хотел получить припрятанные деньги. Я отговаривала его. Но это стало навязчивой идеей.
Нет, Джеми и не думала разубеждать жениха. Затея с шантажом показалась гениальной. Особенно та часть, где они вместе начнут тратить легкие деньги. Кроме того, предаваясь мыслям об афере, Рой прекращал ныть и тянуть, как жвачку, рассказ о незабвенных Саймоне и Федерике.
- Но зачем мистеру Андерсону понадобилась помолвка с мисс Лароби-Клейтон? - вопрос Ханта прозвучал, как выстрел. Но Николсон была к нему готова.
Как же она разозлилась на Роя, когда всплыли все подробности плана, в первое время тщательно от нее скрываемые. Она-то дурочка считала, что жених припугнет наглую девчонку, а не станет щеголять с ней в обнимку перед фотографами желтых газет, смакующих подробности нового романа скандалистки Лаки. Конечно, наедине с Джеми Рой был обходителен и мил, как никогда прежде. Исполнял любую прихоть. Но оставаясь одна, девушка лезла на стену от ревности и злости. Душу грызли подозрения, заставляя чувствовать себя обманутой и брошенной.
- Зачем? - задумчиво переспросила Николсон. Изумрудные глаза на миг вспыхнули, обнажив гнев. - Рой хотел отомстить. Видите ли, он неоднократно сталкивался с Лаки в доме Саймона и Федерики. Всегда старался быть вежливым. Но она вела себя по-свински, нарочно старалась оскорбить, обидеть. Рой решил отплатить той же монетой. Разумеется, он не собирался жениться. Но помолвка стала для этой высокомерной девчонки унижением.
А вот это было истинной правдой. Лицо Роя озаряла счастливая мальчишеская улыбка, когда он представлял реакцию Лароби-Клейтон. Ее злость и бессилие. А потом... Потом что-то случилось. Андерсон, обещавший походить в женихах Лаки лишь пару недель, вдруг увлекся. И не процессом. А невестой-заложницей. Сначала он это отрицал. Посмеивался над мнительностью Джеми, набрасывался с поцелуями, не давая продолжить разговор. А дальше стал пропадать, игнорировать звонки взбешенной девушки. Пока однажды не объявил, что их отношениям пришел конец. Не потрудился даже приехать. Ледяным тоном отчеканил новость в телефонную трубку.
- Понимаете, у Лаки было сразу два мотива убить Роя, - Николсон проникновенно заглянула в глаза собеседникам. - Личная месть и нежелание расставаться с деньгами.
- Мистеру Андерсону, кстати, удалось узнать, где они?
- Не знаю, - смутилась девушка. - Я ведь не одобряла затею с шантажом, поэтому Рой не делился со мной подробностями.
Местонахождение денег Джеми действительно не было известно. Жених не спешил откровенничать, как продвигается первая часть шантажа. А потом и причина сообщать новости исчезла. Но об этом советникам знать ни к чему.
- Мне лишь было известно, что план Роя перешел на заключительную стадию, - пояснила девушка осторожно, а потом громко всхлипнула. Я ждала развязки, но никак не ожидала такого конца.
О, да! Она ждала. И вовсе не утопая в жалости к себе, а действуя. Благо к тому времени, как Рой готовился к настоящей свадьбе с мерзкой соперницей, у Джеми появился помощник. Эмет Сазерленд, тоже имевший зуб на Лаки. О чем, правда, глупая девчонка не подозревала. Красавчик-адвокат, с которым было приятно проводить время, и который теперь оказался целиком и полностью в ее цепких руках.
- Чему вы улыбаетесь? - тихо поинтересовалась Кристин, впервые за полчаса открывшая рот.
- Простите, - растерянно пробормотала Николсон, на целое мгновение потерявшая контроль над мимикой. - Просто радуюсь, что у меня хватило смелости придти сюда. Это было непросто. Но теперь я почувствовала облегчение.
- Понимаю, - поддержал ценную свидетельницу Стивен. - Мисс Николсон, вы готовы повторить свои показания в суде?
- Да, - ответила она после короткой паузы. - Может, мой жених и не был примером для подражания и совершил поступок предосудительный, но смерти он не заслуживал.
Слова прозвучали чересчур высокопарно, но удовлетворили всех. Джеми показалось, что они стали весомой точкой в трудном разговоре. Стивен не верил такому счастью, как сразу два мотива. Кристин усмехалась в душе. Она чувствовала, что посетительница многое не договаривает. Однако ложь Николсон ей была на руку.