Бахтиярова Анна: другие произведения.

Куклы на веревочках (общий файл)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 9.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ОБНОВЛЕНИЕ от 13 АПРЕЛЯ. Начало 10-ой главы.

   Глава 1. Треугольники
   Из дневника кукловода: Говорят, смерть - это та самая точка, которой заканчивается любая история, будь то рассказ, повесть или целый роман с прологом и эпилогом. Это конец, не предполагающий продолжения, появления новых действующих лиц и сюжетных линий. Таков закон жизни. Правило бытия. Но кто сказал, что законы не нарушаются, а в правилах не бывает исключений? Моя история началась со смерти. Чьей? Узнаете в свое время...
  
   ****
   - Присяжные вынесли вердикт?
   - Да, ваша честь. Мы признаем подсудимого виновным.
   По рядам пронесся судорожный вздох и превратился в шквал голосов, выражающих противоречивые эмоции: радость, гнев, отчаянье, удовлетворение. Так всегда случается после оглашения решения двенадцати заседателей. Зал суда - место, где эмоции порой зашкаливают, находя отзвуки в сердцах даже очень сдержанных людей. А в конце и вовсе не остается равнодушных.
   Но Кристин сейчас волновала реакции лишь одного человека. Она смотрела на точеный профиль Стивена и улыбалась про себя. Доволен. Победно сжимает кулаки и ликует, как мальчишка. Значит, пока можно не волноваться о перепадах его настроения.
   В последние недели им обоим пришлось нелегко. Были моменты когда казалось, что защита обошла их. Слишком много сил потратили адвокаты, чтобы вложить в умы присяжных свою версию событий. Но нет, обвинители Холден и Хант, не проигравшие пока ни одного дела, снова на высоте. Впереди поздравления коллег, похвалы руководства и тонкие намеки на возможное повышение Стивена, которого он ждет, как ребенок подарка на рождество.
   - Вечером отметим, - шепнул он, выходя из зала, и словно невзначай коснулся ее руки.
   Через три часа Кристин стояла перед зеркалом в дамской комнате офиса, придирчиво разглядывая отражение, и чертыхалась сквозь зубы. Копна длинных каштановых волос - ее богатство - струилась по плечам, делая серые глаза необычайно яркими. Однако темные круги под ними не всегда удавалось скрыть даже слоям грима. Ей 29, но сейчас она выглядит старше. Вечное напряжение опустило уголки губ, нарисовало изогнутые линии морщинок на лбу, пусть пока и едва заметных. Как же необходим отдых! Однако бесконечная гонка в ближайшее время не закончится. Она это точно знала. Поэтому нужно набраться терпения. Подождать. Рано или поздно непременно станет легче.
   Кристин скорчила отражению гримасу и принялась приводить себя в удобоваримый вид для романтического вечера. Легкими движениями кисточкой нанесла свежий слой пудры, провела тюбиком с блеском по тонким губам, встряхнула волосы. Уже убирая косметику в сумку, заметила, что в зеркале отражается еще один человек.
   - Добрый вечер, Эбби, - поздоровалась девушка с секретаршей босса - высокой кудрявой женщиной в возрасте.
   Сколько точно лет Аббигейл Трент не знал никто, разве, что сам окружной прокурор. Говорили, внешне Эбби не меняется уже лет двадцать. Секретарша не была замужем, поэтому нередко допоздна задерживалась в конторе. Блестяще справлялась со своими, а иногда и чужими обязанностями. Была в курсе всех дел в конторе (и не только рабочих). Однако обладала одним очень важным качеством - держала знания при себе. Но время от времени могла подкинуть пару советов молодым сотрудникам, а иногда и откровенно вправить мозги.
   - Ты становишься неосмотрительной, девочка, - как бы невзначай бросила она Кристин, поправляя перед зеркалом прическу: непослушный локон никак не хотел держаться за ухом. - В офисе начинают болтать о тебе и Ханте. Пока ничего конкретного, шутки одни. Но с них-то все и начинается. Подозреваю, скандальный бракоразводный процесс тебе сейчас нужен меньше всего. Ты умная девочка, Холден. Умнее многих, что я тут повидала. Но именно такие, как ты, нередко и делают глупости.
   Кристин думала о словах Эбби всю дорогу, пока такси везло ее к дому Стивена. Что ж, секретарша права - она пропустила начало сплетен. А, главное, позволила себя подозревать. Наверное, действительно слишком устала.
   Да, она замужем. Уже семь лет. Удачно - считают ее друзья и коллеги. Безумно скучно, а с годами стало и крайне утомительно - уверена сама Кристин. Ее супруг - Питер Холден работает в офисе мэра. Он не лишен амбиций и надеется когда-нибудь всерьез развернуться на политическом олимпе. Для этого у мужа есть все задатки. Конечно, при условии, что он сохранит идеальную репутацию. Как любит повторять сам Питер - главное, не кем ты являешься, а как ты выглядишь в глазах избирателей.
   Пока Холден выглядел безупречно. Истинное положение дел знало лишь самое близкое его окружение, включая Кристин. Поэтому она не испытывала угрызений совести, оправляясь в квартиру любовника. Питер давно не стеснялся ходить налево. Главное, конспирация? Что ж, да будет так!
  
   ****
   Ее Эмет заметил сразу, едва переступил порог. Яркая брюнетка сидела у барной стойки в коротком черном платье с кричащим декольте, изящно закинув ногу на ногу, и водила пальчиком по краю бокала с красным вином на самом дне.
   В ее облике было что-то кошачье, причем сразу и от дикой пантеры, и от домашней мурлыки с дивана, и даже от уличной бродяги. В глаза бросались грация и утонченность, но в то же время возникало едва уловимое ощущение опасности и странной обреченности. Однако желание приласкать эту кошечку, защитить от вселенского зла оказывалось сильнее непонятного страха.
   - Не возражаете? - подойдя к девушке, Эмет встретился с ее глубокими карими глазами. Брюнетка оценивающе окинула его с головы до ног, затем весело подмигнула и кивнула на соседний стул. По-видимому, высокий шатен в дорогом костюме подходил в собеседники. А, может, и не только.
   - Эмет Сазерленд, - представился он, усаживаясь рядом и протягивая новой знакомой визитку.
   - Лаки Лароби-Клейтон, - девушка тряхнула головой, заставляя кудри игриво запрыгать по плечам. - Адвокат? - приподняла она брови, ознакомившись с содержанием карточки и тут же разочаровано вздохнула. - По уголовным делам.
   - Не устраивает? - удивленно осведомился Эмет, подзывая бармена.
   - Жаль, не по разводам, - пояснила Лаки.
   - Собираетесь разводиться?
   - Нет, пока только замуж, - ничуть не смутилась девушка. - Но надо заранее подстраховаться. Кто знает, какие сюрпризы преподнесет брак.
   Эмет засмеялся.
   - Виски, - велел он бармену. - А даме повторить. Вы ведь не местная? - обратился он к Лаки, когда молодой парень в белой рубашке за стойкой поставил перед ними напитки.
   - Из Нью-Йорка. А вы коренной житель Чикаго?
   - Нет, родился и вырос в Бостоне. Сюда перебрался четыре года назад. Предложили выгодную работу в юридической фирме. Приехали по делам?
   - В некотором смысле, - девушка залпом выпила половину бокала и облизнула губы. - Дела у жениха. У меня - хандра и пьянство. А еще жгучее желание наставить этому самодовольному болвану рога.
   - А вы не любите ходить вокруг да около, да? - Эмет усмехнулся, оглядывая стройную фигуру собеседницы. Что тут скажешь, выполнить задуманное труда ей не составит.
   - Да, я такая - напористая и взбалмошная. Говорю, что думаю и действую так, как считаю нужным. Ненавижу условности. Наверное, это издержки аристократического воспитания. Мать пыталась вырастить из меня истинную леди, а я взбунтовалась.
   - Может, не стоит так сразу - рога? - Эмет отхлебнул виски. Лаки красивая девушка, но быть с ней, только, чтобы насолить другому парню, не его вариант. - Есть и другие, причем, менее кардинальные способы напомнить мужчине о своем существовании.
   Лаки повернулась к собеседнику, так, что ее колени оказались совсем близко, и облокотилась о барную стойку. Глаза засверкали от любопытства.
   - Я слушаю.
   - Где вы встречаетесь с женихом?
   - Здесь. Рой должен был появиться еще час назад, но как видите, его место пока в полном вашем распоряжении.
   - Вот именно, - Эмет легонько сжал теплые пальцы Лаки, чему она совершенно не воспротивилась. - Я здесь. И нам с вами абсолютно не составит труда разыграть флирт, задев вашего будущего мужа за живое. Для этого совершенно необязательно действовать всерьез.
   - В смысле, вы за моногамные отношения? - губы Лаки сложились сердечком.
   - Я против необдуманных поступков, - Эмет допил содержимое стакана. - Работа такая. Постоянно приходится наблюдать последствия импульсивности далеко не самых худших людей на свете.
  
   ****
   Идеального вечера не получилось. И уж тем более романтического. А все потому, что Стивен опять начал хандрить. Босс снова заговорил с ним о повышении, однако, напомнил, что в ближайшее время необходимо выиграть еще, как минимум, одно крупное дело об убийстве. Тогда, и только тогда, можно будет обсуждать возможность очередного шага по карьерной лестнице.
   Кристин уже успела привыкнуть к резким сменам настроения друга, однако, сегодня подобный поворот ее не слишком вдохновил. Ей понадобилась вся выдержка, чтобы не показать собственного раздражения. Занудства и сцен ей хватало дома. От отношений с Хантом она ждала иного - положительных эмоций и возможности отвлечься от собственных проблем. А что в итоге? Она снова вынуждена успокаивать, подбадривать и гладить по холке своего мужчину (вернее, одного из двух), пока тот костерит коллег и руководство, которые, видите ли, не хотят замечать истинного масштаба его личности.
   - Тебе не понять! - бросил Стивен, поднимаясь с постели и накидывая халат. - Тебя не привлекает власть.
   - Верно, - согласилась Кристин, свешиваясь с кровати в поисках одежды и мысленно продумывая пути быстрого отступления. - Я просто делаю свою работу.
   - Вот! Ты воспринимаешь ее, как должное. Для тебя главное, чтобы плохих парней осудили, в тебе нет азарта! - он ходил босиком туда-сюда по спальне, выполненной в агрессивно-красных тонах, которые несказанно злили Кристин, но она предпочитала молчать об этом.
   - Это не значит, что я плохой прокурор, - заметила девушка, собирая одной рукой на полу предметы своего гардероба, другой придерживая кроваво-красную простынь, в которую завернулась.
   - Не значит, но мне нужна твоя всесторонняя поддержка. Я должен быть уверен, что во время следующего процесса смогу рассчитывать на тебя целиком и полностью. Мне необходимо крупное дело! Сейчас, как никогда!
   Последнюю фразу Кристин услышала, уже находясь в ванной. Впрочем, она не особо вникала. Хочет выговориться, отлично. Она умная женщина, не станет подливать масла в огонь. Пусть говорит. Он неплохой оратор. Правда, преимущественно в зале суда. В реальной жизни, Стивен не умеет вовремя замолчать. Но уж если понесет, то самое правильное, не вмешиваться.
   Кристин успела принять душ, высушить волосы, одеться и нанести легкий макияж, а Хант все продолжал рассекать по спальне и выплескивать негодование на весь мир.
   - Мне пора, милый, - сказала она, выходя из ванной и на ходу вдевая в ухо сережку.
   - Уже? - изумился Стивен. Видимо, наивно полагал, что она всю ночь станет выслушивать его жалобы.
   Кристин в ответ быстро поцеловала Ханта и покинула квартиру, не дав ему опомниться. Всю дорогу до дома в престижном квартале (все-таки Питер происходил из довольно богатой семьи), обдумывала сложившуюся ситуацию. Если так пойдет и дальше, придется что-то решать с катящимися совершенно не в том направлении отношениями. Это будет непросто, учитывая совместную работу. Но кроме себя винить некого, никто не заставлял ее переходить черту. С другой стороны, когда Стивен находился в приподнятом расположении духа, с ним было приятно проводить время. Искрометный юмор, умение быть обходительным, подарки и знаки внимания - все это и привлекло ее в коллеге. Однако, хороших дней становилось все меньше. Хант чаще стал выказывать черты характера, которые Кристин не выносила в собственном муже.
   С Питером она познакомилась в сумасшедший и очень счастливый период жизни, пока училась в университете в Бостоне - на вечеринке в отеле, куда ее притащила лучшая подруга и сокурсница Бренда Эванс. Холден приезжал из Чикаго на деловую встречу и коротал вечер в баре. Он быстро привлек внимание Кристин - красивый, богатый и умный, хотя тогда она и не собиралась за него замуж. Она вообще не собиралась замуж. Ситуация изменилась год спустя, когда жизнь молодой девушки перевернулась с ног на голову и она всей душой захотела перемен, чтобы забыться, не думать, не вспоминать...
   Брак был заключен не по большой любви, а, скорее, по расчету. И Кристин, и Питер видели друг в друге идеального супруга. Искра между ними пробежала лишь через пару лет, приведя обоих в замешательство. Оказывается и так бывает. Знаешь человека, ценишь в нем определенные качества, и вдруг вспыхивает сумасшедшая страсть, в жизнь врывается романтика с ужинами при свечах и прогулками под луной. Впервые в жизни Кристин поверила, что может стать счастливой.
   Так оно и было - последующие три года, пока... Пока она не застала супруга с другой женщиной. Той, которой когда-то спасла жизнь. Мину Льюис Кристин знала еще по юрфаку, та училась на два курса младше. Однажды у нее все разладилось - бросил парень, исключили из университета, и Мина не придумала ничего лучше, как свести счеты с жизнью. Авто, под которое та бросилась, вела Кристин.
   Холден до сих пор помнила визг тормозов в ночном заснеженном городе, тень, летящую под колеса, бешеный стук собственного сердца, готового разорваться от ужаса, от чувства вины за отнятую жизнь. Но, к счастью (разумеется, в тот момент), Мина серьезно не пострадала, лишь в кровь поранила локоть. Выяснив причину столь безумного поступка, Кристин, пользуясь авторитетом первой студентки факультета, помогла несостоявшейся самоубийце восстановиться в университете, а позже устроиться на практику в солидную фирму. Кто бы знал, что встретит ее через несколько лет в другом городе в своей же собственной постели...
   Романтика в тот день закончилась, не смотря на многочисленные попытки мужа восстановить отношения. Но в Кристин что-то надломилось. Вера в людей снова умерла. Наверное, в последний раз. Молодая женщина так и не смогла переступить через измену и самолично перевела их с Питером брак на деловые рельсы. Они идеальные супруги. В глазах всех, кто встречает пару на светских мероприятиях, которые Холдены неизменно посещают рука об руку.
  
   ****
   Хотелось, как лучше, а получилось хуже некуда. Добрые намерения привели к грандиозному скандалу. Жених оказался человеком, мягко говоря, неадекватным. Эмету с Лаки и притворяться не пришлось. Они сидели, продолжая мило беседовать, и даже не заметили появления несостоявшегося рогоносца. Зато он разглядел пару у стойки основательно и сделал соответствующие выводы.
   - Отойди от моей женщины, мерзавец! - рев раненного гиппопотама заставил вздрогнуть весь бар.
   Эмет с детства занимался спортом, в том числе и борьбой, но все произошло настолько быстро, что он даже сориентироваться не успел. Удар пришелся в район уха и оказался настолько силен, что адвокат слетел со стула, пропахав спиной и затылком пол. Рой, не медля ни секунды, завис над "обидчиком", готовясь нанести новую порцию тумаков, однако на этот раз противник не собирался медлить. Мгновение, и, получив кулаком под дых, жених согнулся пополам и завалился набок.
   - Рой! - испуганно склонилась над ним Лаки. - Ты жив?! Да не молчи же ты, болван!
   Ответом ей стало тихое подвывание.
   - Простите, - пробормотал Эмет, обращаясь к девушке. Извиняться перед ее поверженным будущим супругом адвокат не считал нужным. В конце концов, он лишь нанес ответный удар.
   - Ничего, ему полезно! - бросила Лаки, пытаясь заставить жениха подняться, способом, правда, весьма странным: старательно тыча в упитанный бок.
   - Ты! - прорычал Рой, сообразив, кто именно доставляет ему новые неудобства. - Убери от меня руки, идиотка!
   - Полегче! - посоветовала ему девушка брезгливо и моментально приняла вертикальное положение.
   Мужчина тоже поднялся. Пошатываясь, без посторонней помощи. Поправил перекосившийся пиджак и, выставив вперед указательный палец, принялся выговаривать невесте, тяжело дыша:
   - Ты по-прежнему и дня не способна провести, чтобы не вешаться на шею очередному смазливому мальчишке, да? Зря ты так, любимая! - последнее слово он произнес с явным сарказмом.
   - Не смей разговаривать со мной в таком тоне, Рой! - потребовала Лаки, гордо вскидывая голову. Кажется, ее не смущал тот факт, что она едва достает жениху до плеча.
   - А ты не строй из себя оскорбленную невинность!
   Странно смотрелась эта парочка. Даже, в некотором смысле, гротескно. Стройная, изящная, как статуэтка, Лаки и грузный, с выпирающим животом и круглым красным лицом, Рой. Не походили они на влюбленных. Совершенно. Вместе их держали какие угодно причины, только не романтические.
   - Хватит, Рой. Прекрати истерику, - девушка продолжала держаться с достоинством. Видимо, аристократическое воспитание, над которым она потешалась, все-таки давало о себе знать.
   - Не указывай, - процедил жених. - Слишком много на себя берешь. Как и вся твоя семейка. Ну ничего. На каждого из них нашлась управа - и на отца, и на мамашу, и на сестру. И ты не будешь исключением. Я-то еще потерплю. Но рано или поздно найдется смельчак, который с удовольствием свернет твою очаровательную шейку, - и смерив невесту презрительным взглядом, Рой зашагал прочь.
   Лаки быстро оглядела барную стойку в поисках сумочки.
   - Вы уверены, что следует идти за ним? - Эмет осторожно взял девушку за локоть.
   - Да. Так будет правильнее. Не беспокойтесь за меня, - улыбнулась она и мягко высвободила руку. - Рой быстро остывает. И простите, что втянула вас. Наверное, это был тот самый импульсивный поступок.
  
   ****
   Завтрак прошел преимущественно в гробовом молчании, и эта гнетущая тишина странно сочеталась с помещением, в котором находились супруги - очень светлой просторной столовой, окна которой выходили в сад. Простор - это слово вообще идеально подходило для каждого помещения в доме. Его Холденам подарил на свадьбу дед Питера, единственный член семьи, от которого муж мог принять какой-либо подарок. Об остальных родственниках они даже никогда не говорили, а главной персоной нон грата являлся дядя, который также приходился молодому политику и отчимом.
   Питер вернулся домой только под утро с помятым лицом и не слишком в благодушном настроении. Кристин только усмехнулась про себя. Видимо, предстоит смена любовницы. Похоже, нынешняя начала требовать больше, нежели Холден считал нужным ей предлагать.
   Хотя, возможно, она ошиблась, и дело не в последней интрижке, а в чем-то посерьезней. За завтраком муж дважды выходил из столовой, чтобы переговорить по телефону, причем, общался с личным помощником и, по сути, доверенным лицом Тайлером Гордоном. А, значит, речь шла не о работе, а об очередных темных делишках. Офисные проблемы, Питер обсуждал и при жене.
   - Мне следуют о чем-то беспокоиться? - в лоб спросила супруга Кристин, деловито откладывая нож и вилку.
   Питер с небрежным видом замотал головой.
   - На работе аврал, - соврал он, и так старательно посмотрел супруге в глаза, что забылся и схватился всей ладонью за горячую чашку с кофе.
   Ясно. Кристин поджала губы и посмотрела в окно - на великолепные кусты роз, о которых садовница Мария заботилась с особенной тщательностью, зная, как любит эти цветы хозяйка. Каждое утро свежие букеты неизменно появлялись в гостиной. Их аромат успокаивал молодую женщину, навевал воспоминания о детстве и юности, не позволял забывать о приоритетах, которые она когда-то для себя определила.
   Кристин еще раз взглянула на мужа, пытавшегося изобразить беззаботность, насвистывая незнакомую ей мелодию, и приняла решение. Надо позвонить Моргану Паркеру. Сегодня же. Пусть выяснит, во что на этот раз вляпалась ее законная вторая половина. Да, она не слишком жаловала этого человека. Скользкий тип, после общения с которым всегда хотелось помыть руки, а еще лучше - принять душ. Но свою работу частного детектива он выполнял отменно и еще ни разу не подвел заказчицу.
   Тишину снова нарушил звук мобильного телефона. Теперь звонили Кристин.
   - Доброе утро, Стивен, - поздоровалась она, постаравшись подавить гнев. Любовник настойчиво игнорировал ее просьбы, не звонить, когда она дома. Но сбрасывать звонки в присутствии мужа, тоже было опасно. Питеру ни к чему знать о ее романах. Пусть чувствует вину за собственные похождения и остается в неведении об ее изменах.
   Но беспокоилась Кристин напрасно. На этот раз Хант не собирался обсуждать личные темы. Кроме того, его настроение явно улучшилось за последние часы.
   - Новое дело, - затараторил Стивен воодушевленно. - То самое! Приезжай скорее!
   - Какое дело? - переспросила Кристин специально, чтобы услышал муж.
   - Громкое и на сто процентов выигрышное. Жених с невестой поссорились, и дело кончилось убийством. Парочка из Нью-Йорка. Семейство невесты там давно пользуется скандальной репутацией. Приезжай, все расскажу в офисе.
   Кристин отключила связь и потерла виски. Нужно собраться. И быстро. В ближайшие недели придется потратить много сил, как физических, так и душевных. Сейчас, как никогда, важно не дать слабину. Как же не вовремя Питер подкинул новые проблемы...
  
   ****
   Эмет проснулся от громкого звонка сотового телефона, который никак не хотел замолкать. Наверняка, Клои - его помощница, кто еще может так настойчиво требовать внимания? Пытаясь дотянуться до источника шума, затерявшегося где-то на полу, он поморщился, явственно почувствовав, как засаднило затылок и свело левую половину лица.
   - Клои, я же просил не беспокоить меня с утра, - возмутился Эмет, даже не взглянув на имя звонившего.
   - Мистер Сазерленд? - ударил по барабанным перепонкам звонкий женский голос и мозг тут же нарисовал кареглазую брюнетку с глубоким декольте. - Это Лаки. Лаки Лароби-Клейтон. Мы познакомились вчера в баре. Простите, что беспокою, но мне больше не к кому обратиться.
   - Да, мисс Лароби-Клейтон, - Эмет потрогал щеку и сжал от боли зубы. Кажется там синяк. И не маленький.
   - Я... я даже не знаю, как это сказать, - девушка явно нервничала. - Я в полицейском участке. Рой... Он умер сегодня ночью. Детективы считают, что это я его убила.
   - Что?! - Эмет окончательно проснулся.
   - Понимаете, я никого не знаю в Чикаго, а вы... вы вчера дали мне визитку. Кажется, мне нужна ваша профессиональная помощь. Пожалуйста! Я просто не понимаю, что делать дальше...
   - В каком вы участке? - спросил Сазерленд, быстро поднимаясь с кровати. Девушка назвала номер и адрес. - Ждите, я сейчас приеду. Ничего им не говорите, не отвечайте на вопросы. И, главное, ничего не подписывайте.
  
   Глава 2. Пари на жизнь
   Из дневника кукловода. За несколько часов до того, как пришла смерть, мне вдруг вспомнился один день из детства. Мне было лет восемь, когда учительница отвела наш класс на кукольный спектакль, который потряс меня до глубины души. Все дети следили за ходом сюжета, не отрывая глаз от кукол, а только я один (одна) смотрел (а) вверх - на тех, кто управлял марионетками, дергая их за ниточки. Я понял (а), куклы - ничто, кукловод - вот главное действующее лицо.
  
   ****
   - Они обращаются со мной, как с закоренелой преступницей, - пожаловалась Лаки, смущенно поглядывая на синяк на левой щеке адвоката, однако напоминать о причинах его появления не посмела. - У меня уже истерика начинается. А курить как хочется! Еще чуть-чуть и дым из ушей повалит!
   Они сидели в комнате для допросов в полицейском участке. Детективы и помощница прокурора - тощая блондинка с цепким взглядом, представившаяся Эмету, как Ники Ньюман, оставили их наедине. Троица наверняка наблюдала сквозь стеклянную перегородку, но не слышала ни единого слова.
   - Успокойтесь, сейчас главное, сохранять рассудок, - адвокат сжал холодные ладони клиентки, пытаясь вернуть ей душевное равновесие. - Не теряйте голову и расскажите, что случилось вчера, после того, как вы ушли из бара.
   В общих чертах Сазерленд это уже знал. По крайней мере, полицейскую версию. Лаки догнала Роя, когда тот ловил такси. Они снова поругались, обзывая друг друга последними словами, о чем в подробностях рассказал вышибала из бара, лицезревший "объяснение" во всей красе. Последнее, что он услышал из уст Лаки - угрозу убить жениха.
   В гостиницу Рой уехал один, с горя уговорил бутылку виски и свалился в кровать, даже не потрудившись раздеться. Ночью, около трех часов, к нему в номер прошла посетительница с копной черных завитых волос, облаченная в облегающее платье с огромным вырезом. Внутри гостья пробыла не более десяти минут. Наутро Андерсона нашла горничная с простреленной головой в залитой кровью постели.
   - Я... - Лаки нервно провела руками по лицу. - Я попыталась объяснить Рою, что мы с вами едва знакомы, что он все неправильно понял. Но Рой как с цепи сорвался. Назвал меня шлюхой. И понеслось.
   - Вы угрожали его убить?
   - Я? Нет. Не помню. Может быть, - Лаки несчастно посмотрела на Эмета, чем снова напомнила ему кошку. На этот раз продрогшую в зимний вечер, которую хочется приласкать, согреть - Поймите, это просто слова. Мы постоянно грозим близким страшными карами, когда злимся, но это не значит, что говорим всерьез.
   - Что вы делали после ссоры с Роем? - Эмет понимал, что времени мало, и хотел кое-что прояснить для себя.
   - Ничего. Гуляла по улицам. Брела, куда глаза глядят. Я всегда так делаю, когда мне плохо. А потом начался дождь, и я зашла в какой-то бар. Там и сидела до утра, пила вино.
   - В какой бар? Название?
   - Не помню! Мне было все равно.
   - А улицу помните?
   - Нет же! Я понятия не имею, сколько и в какую сторону прошла до того, как попала в бар!
   - Расплачивались картой?
   - Нет. Наличными.
   - А утром, когда выходили, на что-нибудь обратили внимание? Необычные здания?
   Лаки зажмурилась и замотала головой.
   - Я же... - она мучительно пыталась подобрать слова, а потом решила быть верной себе и наплевать на условности. - Я была пьяна в стельку. Какие там здания, я бы даже египетские пирамиды не заметила. Поймала такси и поехала в отель. Там уже находилась полиция, и меня арестовали. Вернее... Как они там сказали? Задержали для допроса.
   - Ясно, - кивнул Эмет. Примерно этого он и ожидал. Нужно найти такси, привезшее захмелевшую клиентку к отелю и пройтись по близлежащим к месту ссоры барам. Может, где и опознают Лаки. Причем, сделать это нужно самим и быстро. Детективы потирают руки, а прокурорша светится, как рождественская елка.
   - Мне сказали, у них есть свидетель, видевший, как я... - девушка запнулась, но все же закончила фразу, - как я убиваю Роя. Зачем они лгут?
   - Они не совсем лгут, - пояснил Сазерленд, стараясь придать голосу мягкость и правильно расставить акценты. - Портье запомнил женщину входящую ночью в отель - одетую и причесанную, как вы. А одна из горничных видела, что гостья открывала комнату Роя, правда в полумраке и со спины. Кстати, ключ ночная посетительница на ресепшн не брала, имела свой собственный.
   - Это была не я! - возмутилась Лаки. - Посмотрите запись с камер и сами убедитесь!
   - В этом отеле камеры - обманки, - развел руками Эмет. Естественно, он первым делом озаботился вопросом видеонаблюдения, узнав о свидетелях. - Они установлены для вида, запись не ведется. Владелец не хочет тратиться.
   - Славная парочка подобралась, - тоскливо протянула девушка и громко расхохоталась. Почти до слез. - Это все Рой! Понимаете, Рой! - принялась выкрикивать она, сквозь смех, больше напоминающий рыдания. - Он выбрал отель подешевле! Говорил, я и так слишком дорого ему обхожусь! Жмот! - смех стих так же внезапно, как и начался. Лаки наклонилась к адвокату и быстро зашептала. - Эта девица специально оделась, как я. А ключ... ключ от номера исчез из моей сумки. Может, ночью, а может, днем. Я хватилась его только утром в отеле, когда поднималась в лифте! Кто-то пытается меня подставить!
   - Возможно, - кивнул Эмет. Он уже думал об этой линии защиты. Его учили сразу акцентировать внимание на деталях и подыскивать иные объяснения любым фактам, пусть даже самым очевидным.
   - Вы не верите? По-вашему, я совсем дура? Сначала прилюдно угрожаю жениху, потом дефилирую перед работниками отеля с пистолетом в сумке?
   Отвечать, к счастью, не пришлось. В комнату вошли прокурор с полицейскими.
   - Все готово для опознания, - объявила Ньюман, окинув плотоядным взглядом фигуру Сазерленда, и усмехнулась уголками губ. Эмет предпочел этого не заметить, а Лаки сначала скривилась, но тут же вжала голову в плечи, потому что один из полицейских бесцеремонно взял ее за локоть и подтолкнул к выходу.
  
   ****
   - Номер два. Нет, наверное, три. Или четыре... - горничная - женщина средних лет с легкой сединой в черных волосах нервно покусывала губы и испуганно косилась на Ньюман, ожидая наводки.
   - Посмотрите внимательно, - попытка прокурорши придать голосу мягкость, провалилась. Сердито сведенные брови выдавали ее с головой. - Постарайтесь припомнить фигуру посетительницы мистера Андерсона. Девушка была высокого роста?
   - Не подсказывайте, советник, - беспристрастно произнес Эмет, а в душе расплылся в улыбке, как довольный лис. В общем-то, он предполагал, что горничная растеряется. Женщина не видела лица ночной гостьи, поэтому на познании пять девушек поставили к ней спиной. Вглядываясь в стройные фигурки в черных платьях, адвокат и сам бы не поручился на сто процентов, которая из них Лаки. По крайней мере, биться об заклад точно б не рискнул. - Полагаю, свидетельница может быть свободна? - подытожил он первую часть опознания.
   Ньюман неохотно кивнула и чуть заметно усмехнулась. Мол, посмотрим, красавчик, как ты запоешь, когда веское слово скажет портье. И действительно, низенький мужичок с залысинами на полчерепа, не раздумывая, указал на его клиентку.
   - Это мисс Лароби-Клейтон, - пискнул он высоким голосом, пялясь на глубокий вырез платья девушки, но поняв, что Эмет это заметил, быстро отвел взгляд блеклых голубых глаз.
   - Что и требовалось доказать, - удовлетворенно констатировала Ньюман, кивком давая указания полицейским.
   Эмет не стал отвечать. Пускай, прокурорша думает, что первый раунд выигран. Девушка не столь дальновидна, как сама считает. Опознавая Лаки, портье назвал ее по фамилии, а не женщиной, которая прошла ночью по вестибюлю. Он уже видел Лароби-Клейтон на ресепшн раньше и явно обращал на нее внимание. Это мелочь, но сыграть на ней лишним не будет. Позже. Когда Сазерленд проверит показания клиентки. Или же в суде, если тот состоится. Не важно, кто зашел в отель перед убийством. Присяжных вполне можно убедить, что портье "заметил" ту женщину, которую хотел увидеть.
   Колесики правосудия тем временем закрутились. Четырех участниц опознания поблагодарили и отпустили, а к пятой подошли двое полицейских.
   - Лаки Лароби-Клейтон, вы арестованы по обвинению в убийстве Роя Андерсона, - начал стандартную речь один из детективов - высокий, темнокожий. Лаки в ужасе посмотрела на Эмета, пока второй детектив - рыжеволосый и полный, защелкивал у нее за спиной наручники.
   - Я обо всем позабочусь, - быстро заверил Сазерленд клиентку. - Как только вам предъявят официальное обвинение, судья назначит залог, и вы сможете выйти на свободу.
   Лаки машинально кивнула, кажется, не осознав и половины, сказанного адвокатом, затем покорно пошла с полицейскими, став теперь похожей на марионетку, которую кукловоды уводят со сцены.
  
   ****
   Кристин разглядывала фотографии совершенно равнодушно, чем вызвала бурю негодования у Стивена. Он-то ждал не меньшего энтузиазма, чем проявлял сам. Однако подруга сегодня не собиралась подыгрывать ему. Ее больше беспокоило, что нароет частный детектив на мужа, нежели процесс, который, возможно, и не состоится. Девушка уже видела много "но" в состряпанном на скорую руку деле. Тут работы непочатый край, а куда кривая выведет непонятно.
   Стивен хотел крупное убийство, вот и ухватился за первое попавшееся. А теперь фактически летает по кабинету, вдохновленный звонком Ньюман, отчитавшейся об опознании. Но это еще ни о чем не говорит. Нет ни орудия убийства, ни мотива, а Хант уже мысленно готовит крестовый поход, видя желанное повышение на финише.
   - Информация у нас пока поверхностная, но судя по всему, эта Лароби-Клейтон, еще та штучка, умело пользуется внешними данными, - Стивен бросил Кристин через стол фото, где Лаки была изображена в особо выгодном ракурсе - в открытом купальнике на яхте. - До помолвки с Роем Андерсоном, она встречалась исключительно с богатыми и знаменитыми, которые не ленились на нее тратиться, причем меняла их регулярно.
   - А этот чем примечателен? Он же не нефтяной магнат? - Кристин ткнула пальцем в лоснящееся лицо несостоявшегося супруга на фото - боров боровом.
   - Вот это-то и странно, - Стивен наблюдал, как подруга кладет снимок Роя рядом с фото Лаки. - У Андерсона небольшая туристическая фирма. Доход приносит стабильный, однако, это совершенно не тот размах, к которому привыкла Лароби-Клейтон. Понимаю, если б он еще был хорош собой. Говорят, Лаки параллельно с официальными "друзьями" нередко коротала время с молодыми мальчиками: барменами, тренерами по фитнесу, музыкантами. Однако покойный Рой абсолютно не вписывается в сценарий. Мало того, что девушка с ним обручилась, так еще, по слухам, завязала с романчиками на стороне.
   - Вот именно! - Кристин попыталась стащить с любовника розовые очки. - Стив, мы ничего не знаем об отношениях сладкой парочки! Чует мое сердце, с этим убийством что-то не так. Давай, не будем торопиться.
   - Еще как будем! - возмутился Стивен. - Дело громкое, нужно действовать быстро! Так что займись пробелами. Поторопи полицейских, и наших подключи.
   Холден с трудом сдержала гнев. Ну, разумеется, Хант же мозг, а черную работу выполнять ей, Ники и еще паре сотрудников.
   Едва Кристин вспомнила о Ньюман, та появилась на пороге. Довольная, как кошка, объевшаяся сметаны. Неудивительно, ведь Ники, как Стивен, считала, что дело наполовину выиграно. Предъявление обвинения в суде, с ее точки зрения, прошло отлично. Лаки, разумеется, заявила о невиновности. Судья же, хоть и разрешил выпустить обвиняемую, назначил залог в миллион долларов.
   - Не сбавил ни цента от суммы, что я попросила, - победно провозгласила Ньюман, считая это своей заслугой. Девушка вообще являла собой пример истинного нарцисса. Еще она была карьеристкой и соглашалась пахать и днем, и ночью, лишь бы быстрее продвинуться. - Только никак не пойму, Лароби-Клейтон действительно дурочка или притворяется? На допросе ныла, не переставая: не убивала, не помню, не знаю. И в отель утром вернулась пьяная, еле на ногах держалась. Не убийца, а сплошное недоразумение.
   - Вот-вот! - обрадовался Стивен, будто слова помощницы подтверждали его теорию, что разобраться с обвиняемой окажется проще простого. Но, заметив скептическое выражение на лице подруги, снова заговорил с Ньюман. - Кто у Лаки адвокат?
   - Ушлый парень. Зовут Эмет Сазерленд. Прежде он не работал в нашем районе.
   Хант присвистнул и выразительно глянул на Кристин, а та резко подалась вперед, не замечая, как туфля слетает на пол.
   - Ты шутишь, - пробормотала она. - Нет, ты не шутишь...
   - Ты его знаешь? Откуда? - разочарованно протянула Ники.
   - Учились вместе в университете, - бросила Кристин небрежно, ясно давая понять, что подробностей не будет.
   - Возможно, это к лучшему, - заметил Хант, пройдясь по комнате и заламывая руки за спиной. - Ты отлично знаешь его стиль работы, слабые места.
   - Точно, - бросила девушка раздраженно. - Как и он мои. Черт подери! - выругалась она, не обращая внимания на взлетающие брови Ньюман.
  
   ****
   - Мистер Сазерленд! Мистер Сазерленд! Да погодите же вы! - Джулс, проворно схватив стопочку листков разноцветной бумаги, выскочила из-за стола и перегородила шефу дорогу, пока он возился с ключами от собственного кабинета. - Сначала послушайте! Вам звонили, - и она коверкая фамилии, принялась перечислять имена клиентов и всех остальных, кому адвокат понадобился в течение дня.
   Делая в уме пометки о важности звонков, Эмет оглядел секретаршу с головы до ног. Одета вполне пристойно. Для Джулс, разумеется. Юбка, правда, короче, чем следует, зато блузка, наконец, человеческого вида и цвета, а не взятая напрокат у персонажа из фильма ужасов. Вот только сапоги по-прежнему оставляли желать лучшего - выше колен с ремнями и цепями...
   - Между прочим, я сижу за столом и кроме вас, Клои и Тома мои ноги никто не видит, - поймала его взгляд девушка.
   - А если кофе в кабинет клиентам придется принести? - осведомился адвокат, продолжая пялится на обувь секретарши.
   - Босиком зайду! - тут же нашлась Джулс. - Зато за последнюю неделю я ничего не забыла и не перепутала!
   Что верно, то верно. Прежде из-за рассеянности девушки, адвокат и его двое помощников немало намучились и, если Клои с Томом буквально на стену лезли от злости, то сам Эмет лишь молча скрежетал зубами, периодически уговаривая подчиненных потерпеть и дать Джулс очередной шанс.
   Эта двадцатилетняя особа попала к нему в контору по слезной просьбе ее матери, у которой Сазерленд снимал прежнюю квартиру. Женщина не раз выручала адвоката в самых различных житейских ситуациях, что он не смог ей отказать, о чем, правда, потом не раз пожалел. Впрочем, в последнее время дела у Джулс действительно пошли на лад, и жалобы на нее от сотрудников стали поступать гораздо реже.
   - О! Совсем забыла! - вытаращила и без того огромные голубые глаза девушка. - Звонила ваша б-б-ббывшая... мисс Флеминг. Просила перезвонить, - и секретарша быстро ретировалась на свое рабочее место, сообразив, что информация об экс-супруге не доставила боссу удовольствия.
   Поминая недобрым словом бывшую жену, Эмет взялся за ручку кабинета, но внутрь зайти не получилось.
   - Стоять! - приказал не терпящий возражений голос Клои, миниатюрной рыжеволосой девушки в круглых очках. - Не сметь сдвигаться с места, пока не объяснишь, что творится в этой конторе!
   - В каком смысле? - осведомился Эмет, хотя сам отлично понял - в каком. У них троих был уговор, не брать дела, пока каждый не выскажет на то согласие. Однако в случае с Лаки он не посчитал нужным заручаться поддержкой коллег.
   Клои Гарднер и Тома Брэдли Эмет переманил из прежнего офиса, откуда сам вынужден был уйти по причинам далеким от профессиональных. Фирма принадлежала его бывшему тестю Артуру Флемингу. И хотя начальник не возражал против дальнейшего сотрудничества с Сазерлендом, сам он посчитал идею работать на отца бывшей жены неудачной. Тем более, общение с Сарой он постарался свести к минимуму.
   - Боже! Эмет, что у тебя с лицом? - ужаснулась Клои, позабыв о предыдущем вопросе. - Сильно болит? Ты был у врача?
   - Ничего страшно. Просто ударился об дверь, - соврал Эмет, заметив, как хихикнула Джулс, среагировав на чрезмерную заботу Клои.
   - Значит, ничего страшного? - недовольно протянула помощница. - Ладно! Тогда отвечай, зачем нам возиться с этой чокнутой девицей и почему ею занимается Том, а меня даже в курс дела не ввели? Я что тут уже не работаю?
   - Во-первых, Лаки не чокнутая, во-вторых...
   - Ах, она уже Лаки? - оскорблено прошипела Клои.
   - Во-вторых, - продолжил Эмет, пропустив последнее замечание мимо ушей, посчитав, что так безопаснее, - я попросил Тома помочь новой клиентке разобраться с залогом, а потом отвезти ее в гостиницу, потому что предвидел, что тебе она не понравиться. Не твой типаж.
   - Почему ты вообще взял это дело?! Как она на тебя вышла?
   - Это долгая история, - попытался прекратить разговор Сазерленд. Рассказывать о вчерашнем приключении в баре не входило в его планы.
   - Неужели? - осведомился новый голос, от звука которого у Эмета на затылке волосы встали дыбом. В запале перебранки никто из них, включая секретаршу, не заметил темноволосую женщину, которая переступив порог конторы, оперлась спиной о дверной косяк и, скрестив руки на груди, предпочла не вмешиваться, а внимательно послушать спорщиков.
   - Крис! - попытался улыбнуться Эмет, внезапно оказавшись между двух огней, причем бывшая сокурсница являлась куда опасней в данной ситуации, нежели Клои. - Как мило с твоей стороны заглянуть в нашу скромную обитель.
   - Не паясничай, Эм, - серые глаза Кристин смотрели требовательно и очень холодно. - Если мне не изменяет память, мы договорились, что ты никогда не появишься на моей территории. Так какого черта ты творишь?!
  
   ****
   - Вам мама не говорила, что подслушивать нехорошо? - осведомилась Джулс, намеренно повышая голос.
   - Тссс, - прошипела Клои, от неожиданности приложившись лбом о дверь кабинета Эмета.
   Секретарша не питала нежных чувств к помощнице босса и решила поиздеваться. Может, она и не интеллектуалка, но и в дурочки себя записывать не собиралась. Ежу понятно, что Гарднер неровно дышит к начальнику и бесится от ревности, когда рядом с тем оказываются красивые женщины. Особенно наедине. Нет, Джулс не была злой и обычно не занималась вредительством. Но Клои успела набить у нее такую оскомину, что девушка решила сделать исключение из собственных правил. В конце концов, сколько можно тыкать ее носом в промахи и требовать уволить?!
   Неизвестно, услышали ли в кабинете возглас или звук встречи лба с дверью, но разговор, шедший на повышенных тонах, не только не прекратился, но и стал заметно громче.
   - Крис, я не собираюсь оправдываться! - кричал Эмет, чего обычно за ним не водилось. - Так случилось, и хватит об этом! От дела я не откажусь!
   - Отлично! - громогласно бросила ему гостья из прокуратуры. - В таком случае, не удивляйся, когда тебя размажут по стенке!
   - Вот как?! - разъяренному Сазерленду вторил звучный удар - похоже, кулака об стол. - Еще посмотрим, кто окажется поверженным! Спорим, мою клиентку не осудят!
   - Бросаешь мне вызов, Эм? - в голосе Холден прозвучала насмешка. - Хорошо! Я принимаю его! Каковы ставки?
   - Проигравший уезжает из города! - не раздумывая, бросил Эмет. - Начинает жизнь с нуля!
   - Нечестно! Я первая сюда переехала! Тебя никто не просил тащиться в Чикаго!
   - Я перебрался сюда к жене, а не чтобы соревноваться с тобой, Крис!
   - Подумаешь, рыцарь без страха и упрека!
   - В чем дело?! Боишься проиграть?!
   - Нет! Я выиграю! Из принципа! Мне наплевать, виновна Лаки Лароби-Клейтон или нет, но она сядет в тюрьму! А ты уберешься отсюда и никогда не попадешься мне на глаза!
   Холден так резко распахнула дверь, что несчастный лоб подслушивающей Клои вторично соприкоснулся с деревом, да так, что девушка едва на ногах устояла.
   - Знаешь, Эм! - обернулась Кристин к адвокату, растерянно взирающему на пострадавшую помощницу - красную, как переспелый помидор. - Прежде чем, ввязываться в дело не по зубам, научил бы сотрудников манерам! И вообще...
   Что собиралась добавить Холден, так и осталось тайной. Молодая женщина осеклась и побледнела, заметив, что на пороге конторы нарисовалась еще одна посетительница - блондинка с модельными формами и следами недавних слез на ангелоподобном личике.
   - Простите, - всхлипнула она. - Эмет, мне нужна твоя помощь.
   - Сара? - ошалело пролепетал адвокат, вытаращив глаза на бывшую жену.
   "Завершающий штрих к сцене", - промелькнуло в голове у секретарши, наблюдающей, как на лице Кристин проступает хищное выражение, а краснота Клои превращается в болотную зелень.
  
   Глава 3. Королева недоразумений
   Из дневника кукловода. Меня всегда смешила фраза, что каждый человек - это целая вселенная, которую невозможно познать даже за всю жизнь. Отговорка для глупцов, неспособных открыть глаза! Достаточно понаблюдать, задать нужные вопросы, послушать. О, как люди любят, когда их слушают! И все. Единственная и неповторимая "личность" окажется у вас, как на ладони. Вы узнаете ее мечты и страхи. Поймете, какому подарку она обрадуется, какие слова захочет услышать. Совсем немного усилий и вы с легкостью сможете дергать за веревочки.
  
   ****
   Кристин потерла пульсирующую жилку на переносице и попыталась сосредоточиться на речи Стивена. Пора. Слишком часто она относилась к нему с пренебрежением в последние недели. А ведь точка в их романе сейчас совсем некстати. Кроме того, послушать, что команда нарыла на девчонку Лароби-Клейтон крайне важно. Процесс, похоже, все-таки состоится.
   Сама Холден на время полностью отстранилась от этой истории. Нет, она не забыла о пари с бывшим сокурсником. Просто по опыту знала, что ей нужно переключиться и остыть, чтобы потом взяться за дело с холодным рассудком. Поэтому она раздала задания сотрудникам и занялась другой, не столь "звездной" в понимании любовника, работой. И теперь расхаживая туда-сюда перед подчиненными, Хант просвещал именно ее.
   - Полное имя: Вирджиния Мария Лароби-Клейтон, но все зовут ее Лаки. 29 лет. Родилась и живет в Нью-Йорке. Мать - Хелен пропала без вести при странных обстоятельствах, когда дочке было четырнадцать. Отец - Уильям, бывший банкир отбывает срок за финансовые махинации. Сестра Пайпер погибла в автомобильной катастрофе двенадцать лет назад. Лаки - художница, но далека от успеха. Пока у семьи были деньги, отец помог ей организовать пару выставок, которые провалились с треском. Сейчас девушка нигде не работает, ведет праздный образ жизни.
   Остальные сотрудники слушали Ханта крайне внимательно, зная, как тот любит солировать. Особенно Ньюман. Вся подобралась, вытянула шею и подобострастно смотрела боссу прямо в рот. Близнецы Эшли и Сэм Уолкер - оба рыжие с одинаковыми веснушками - провожали Ханта глазами, но признаков подхалимажа не выказывали. Впрочем, эти двое подчинялись непосредственно Холден, правда, и перед ней никогда не лебезили, характеры не позволяли.
   - Что значит мать пропала без вести? - осведомилась Кристин. Она предпочитала владеть всей информацией, пусть даже второстепенной.
   - Улетела на выходные в Лос-Анджелес, зарегистрировалась в отеле, - охотно объяснил Стивен, обрадовавшись проснувшемуся интересу подруги. Каким бы гением он себя не считал, помощи и поддержки Холден жаждал не меньше, чем победы в суде. - Камеры наблюдения зафиксировали уход женщины на прогулку. Больше миссис Лароби-Клейтон никто не видел. Ни живой, ни мертвой. Полиция считала, дамочка была убита. В числе главных подозреваемых фигурировал супруг. Поговаривали, отношения у них были ни к черту, потому что Хелен обладала мерзким характером. В случае развода, Уильям бы потерял слишком много. А так, он остался богатым и свободным. Но найти улики, а тем более тело, детективы не смогли. Муж в момент исчезновения супруги находился по делам в Канаде, что подтвердили десятки свидетелей. Дело Хелен до сих пор открыто, но с мертвой точки так и не сдвинулось.
   - А отец? Давно сидит?
   - Около трех лет. Ввязался в сомнительную аферу, растратил деньги вкладчиков. Все его имущество конфисковано государством, включая наследство дочери. У Лаки остался только семейный особняк, который принадлежал матери. Правда, она там не бывает, снимает квартиру на Манхеттене, но и продавать дом отказывается, не смотря на выгодные предложения. Что особенно странно - особняк никогда не сдается, а ведь аренда могла приносить мисс Лароби-Клейтон неплохой доход.
   - На что же она живет? - удивленно поинтересовалась Кристин, откидываясь на спинку кресла и отодвигаясь от стола. - Отец оставил ей потайной сундук с золотом?
   - Такой вариант не исключается, - усмехнулся Стивен, непроизвольно окинув томным взглядом приоткрывшуюся фигуру ассистентки. - Но полиция, пристально следящая за финансовыми делами Лаки, пока не нашла подтверждений данной теории. Живет же девушка за счет богатых любовников. Вернее, жила. До тех пор, пока не начала встречаться с Андерсоном. Он, как мы знаем, не миллионер.
   - Как они познакомились, выяснили? - Кристин достала фотографии жениха и невесты из папки с материалами дела и положила рядом.
   - Да. Это случилось несколько лет назад. Рой и Лаки встретились в гостях у Федерики Донован, в девичестве Ринальди. Когда-то та была личным секретарем Уильяма Лароби-Клейтона и даже жила в его доме. Потом вышла замуж за некого Саймона Донована и переехала в Хьюстон. Лаки знала Федерику с детства и поддерживала с ней отношения до самой ее смерти четыре года назад. Рой Андерсон приходился племянником мужу миссис Донован, ныне тоже покойному.
   - Вот как? И когда же эти двое поняли, что созданы друг для друга? - Холден усмехаясь уголками губ продолжала вглядываться в лица контрастной парочки.
   - Об этом история умалчивает, - равнодушно бросил Стивен, всем видом давая понять, что данный факт не является значимым
   Кристин чертыхнулась про себя. Она ненавидела эту черту Ханта - выделять лишь те аспекты, которые он считает важными для обвинения, а остальное просто игнорировать. Но кто даст гарантию, что тем самым они не упускают что-то глобальное? С каменным листом Холден принялась листать материалы дела.
   - А сестра, погибшая в автокатастрофе? Они с Лаки были двойняшками? - спросила она минуту спустя, наткнувшись на интересные цифры.
   - Нет. С чего ты взяла?
   - Здесь написано: умерла двенадцать лет назад в возрасте семнадцати лет, - пояснила Кристин, тыча в один из документов. - Лаки сейчас 29.
   - А-а-а. Вот ты о чем, - пробормотал Стивен, злясь на способность Кристин подмечать детали лучше его. - На самом деле, Лаки и Пайпер не совсем сестры, - он тоже принялся копаться в папке. - Вернее, сестры лишь наполовину. У них один отец и разные матери. Пайпер была внебрачной дочерью Уильяма, но росла в его доме вместе с Лаки. В семнадцать лет сбежала с бой-френдом в Филадельфию и по дороге попала в аварию. Потерявший управление грузовик протаранил несколько легковых машин у придорожного кафе. Погибло много народу, в том числе и сестра Лаки с парнем. Тут все банально, хотя и весьма печально. Я хочу сказать, в отличие от Хелен, в смерти Пайпер Лароби-Клейтон нет никаких загадок, - Стивен наконец нашел, что искал. - Вот. Фото Пайпер из полицейской базы. До гибели, она с женихом попалась на краже в магазине, ее лицо и "пальчики" остались в системе.
   Кристин хмуря брови взяла в руки снимок. На нее обиженно смотрела некрасивая девочка-подросток с взъерошенными темными волосами, глазами чуть навыкате, курносым носом и чересчур пухлыми губами.
   - Серая мышка, - подытожил Хант. - Особенно на фоне сестры. И скорее всего, такая же глупенькая.
   - Ты не слишком высокого мнения о Лаки, да? - Кристин пренебрежительно отбросила фото Пайпер. - Но не может же она быть настолько дурой, чтобы убивать жениха так бездарно.
   - Репутация Лаки, как раз заставляет поверить в подобный расклад, - возразил Стивен и пересел на диван, чтобы не видеть стройных ног подруги. - Она с завидным постоянством совершает необдуманные, а подчас и совершенно безумные поступки. Знаешь, как ее окрестила пресса в родном городе? Королева недоразумений! Мисс Лароби-Клейтон и шагу не способна ступить, чтобы не вляпаться в неприятности. Она запросто может надеть на голову любовника тарелку со спагетти в дорогом ресторане, куда попадают исключительно по рекомендации, а его жену столкнуть в бассейн на светском приеме. Полгода назад Лаки арестовали за вождение в нетрезвом виде, причем, машину она вела в одном белье, потому что платье, видите ли, где-то потеряла! По-твоему, какой вывод сделают об этой девушке присяжные?
   - Однако ей хватило ума использовать глушитель, раз выстрела никто не слышал. Кроме того, у нас нет орудия убийства, - указала Кристин на серьезный пробел в деле, уже предвидя, что он станет серьезной проблемой в суде. - Наверняка, пистолет уже на дне озера. И ты так и не назвал мне четкого мотива, кроме глупой ссоры в баре! Если уж Лаки такая бесшабашная особа, какой все хотят ее показать, то скорей бы ударила Роя бутылкой по голове на глазах у толпы, нежели спланировала убийство.
   - Не такое уж это преступление и продуманное! - разъярился Стивен. - Она пришла в гостиницу, не прячась. Разгуливала перед камерами. Да, они не работали, но Лароби-Клейтон об этом не знала!
   - А если это и впрямь была не она? - попыталась призвать к здравому смыслу Кристин. - Такой вариант ты не рассматриваешь?
   - Она, - с упрямством, которому позавидовал бы любой баран, повторил Стивен. - Просто Лаки Лароби-Клейтон действительно не блещет умом. К тому же, будь у нее алиби, этот твой Сазерленд нас бы давно просветил.
  
   ****
   - Спи спокойно, Бадди, - Сара погладила черный камень и громко всхлипнула. При одном взгляде на новую порцию ее слез у Эмета защемило в груди. Так сильно и неожиданно, что он резко поднялся с колен и отошел в сторону от могилы их общего с Сарой пса. Даже землю с брюк не отряхнул. Сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь справиться с нахлынувшей нежностью.
   Нельзя! Нельзя давать себе слабину! Иначе он снова поверит, что любит бывшую жену. Даст волю придуманным чувствам. А дальше? Эмет слишком хорошо представлял, что случится дальше. Катастрофа! Потому что, во-первых, отношения с Сарой опять заведут обоих в тупик. А во-вторых, он слишком близко подошел к исполнению заветной мечты, чтобы так бездарно все испортить. И ради чего? Минутной слабости?
   Сара ураганом ворвалась в жизнь Сазерленда четыре с половиной года назад. В буквальном смысле. Налетела на него на улице Бостона, сбив с ног. В момент, когда он в двадцать пять лет чувствовал себя дряхлым стариком, безропотно плыл по течению, почти разучившись и радоваться, и огорчаться. Молодая представительница парфюмерной компании приехала в его город на презентацию новой линии духов. Парадокс, но она совершенно не была во вкусе Эмета. Напротив, женщин кукольного типа, он вообще не признавал. Но Сара Флеминг, несмотря на все недостатки внешности (в понимании Сазерленда, разумеется) сразила его без усилий. Адвоката потрясла ее эмоциональность. Девушка никогда не скрывала чувств - ни веселья, ни печали. Заразительно смеялась, заставляя всех вокруг хохотать, как детей. А если расстраивалась, то вызывала в людях способность сопереживать и проникаться ее горем.
   Эмоциональный катаклизм - так за глаза назвала Сару Кристин, которую Эмет вынужденно пригласил на свадьбу. Торжественное событие состоялось в Чикаго, и присутствие сотрудника мэрии с супругой Артур Флеминг - будущий тесть и босс посчитал замечательной идеей. Сам Сазерленд до последнего сомневался, несколько вечеров пытался заставить себя порвать приглашение Холденам, но так и не смог поддаться порыву. Отослал открытку в надежде, что в мусорную корзину ее отправит Кристин. Но нет, она явилась на свадьбу под руку с Питером, счастливая и довольная супружеской жизнью.
   Тогда-то они и заключили соглашение - никогда не переходить друг другу дорогу. Оба понимали - добром подобное противостояние не кончится. Слишком долго их учили не просто работать в одной команде, а быть единым целым, понимать партнера без слов, читать его мысли и мотивы. Конечно, учеба давалась не без труда. Были и слезы, и ссоры, и нервные срывы. А как иначе, если пять человек, таких разных и амбициозных, не слишком жаждали становиться винтиками одного слаженного механизма?
   Эмет снова посмотрел, как бывшая жена гладит черный камень, словно домашнего любимца, навсегда уснувшего под ним, и невольно вспомнил другие похороны. На настоящем кладбище. Гробы, утопающие в цветах, рыдания женщин, выворачивающие душу наизнанку, слезы мужчин и сухие глаза Кристин.
   - Эмет, как думаешь, - вырвал его из горестных воспоминаний голос Сары, - если завести еще собаку, это будет предательством?
   - Нет, что ты, - он мужественно подошел к экс-супруге и положил ей руку на плечо. - Думаю, Бадди поймет.
   Со стороны, подобные уверения могли показаться странными, но Сазерленд свято верил, что их умерший пес обладал поистине человеческим разумом. А как еще объяснить его способность мирить их с Сарой даже после жутких ссор, когда в качестве веских аргументов по квартире летало все, что попадется под руку, а однажды и вовсе стул покинул пределы помещения через окно. Умная собака пережидала бурю в укрытии, а потом настойчиво подходила то к одному, то к другому супругу, скуля, заглядывала в глаза и, наконец, хватала Эмета зубами за брюки и тянула к Саре.
   После развода Бадди остался у бывшей жены. Сазерленд сначала хотел забрать его в отместку за измену, но передумал. В конце концов, он был виновен в развале их семейного очага не меньше. Не стоило относиться к столь эмоциональной супруге, как к мебели. Кроме того, он понимал, что с Сарой псу будет лучше.
   Удивительно, но и теперь Бадди сумел их помирить. Последние полгода они не говорили даже по телефону. Но вот болезнь любимца и его скорая кончина сумела растопить ледник отчуждения.
   - Спасибо, Эмет, - прошептала Сара и сжала его руку, продолжающую лежать на ее плече.
   Адвокат замялся. Что значит этот жест? Ответ на поддержку? Но Сара не торопилась разжимать пальцы, а вырвать ладонь самому - Сазерленд считал неприличным.
   Из двусмысленной ситуации спас звонок мобильного.
   - Да, Том? - с облегчением обратился Эмет к помощнику, отходя от Сары. - Есть новости?
   - Никаких, босс, - разочарованно протянул глубокий голос Брэдли. - Я полдня провел с Лаки, чуть сам себя не заговорил, а она продолжает упрямиться. Мол, была в баре, в каком - не помнит! Врет и глазки строит! Может, вас она послушает, а? Расскажет, в конце концов, правду? Нам ведь не нужны сюрпризы в суде, босс. Я бы Клои подключил, но боюсь, они подерутся.
   - Правильно боишься, - проворчал Эмет, вспоминая, сколько раз помощница пилила его из-за Нью-йоркской клиентки. - Ладно, поговорю с Лаки сам. Припугну если понадобиться, - и, усмехнувшись, адвокат отключил связь.
  
   ****
   - У вашего мужа неприятности, мэм. Из тех, что рушат браки и карьеры.
   Детектив Морган Паркер перешел к делу, едва подсел в машину Кристин около старого причала. Он не любил хождения вокруг да около, а еще прекрасно знал - с этой клиенткой лучше говорить прямо.
   - Женщина? - в усмешке Холден так и читалось - подумаешь, соперницей больше, соперницей меньше. Она безразлично скользнула взглядом по небритому круглому лицу детектива, глубоким залысинам и редким седеющим волосам, зачесанным назад. - Имя?
   - Мина Льюис, - Паркер постарался придать голосу нейтральные интонации, понимая, что наступает на больную мозоль. Но это не слишком помогло. От неожиданности Кристин резко подалась вперед и издала громкий возглас. Впрочем, это была лишь минутная слабость. Женщина быстро взяла себя в руки, снова надев маску непробиваемого спокойствия.
   - Вы уверены? - в серых глазах появился лед. Нет, целый айсберг.
   - Да. Но я не договорил. Эта женщина - источник неприятностей, но она не любовница вашего мужа. Я имею в виду, в настоящее время. Вот, лучше сами взгляните, - он протянул Холден конверт с фотографиями. Та стремительным движением вытащила снимки и, быстро просмотрев верхние, трехэтажно выругалась. Потом запихнула фото обратно и с отвращением кинула на заднее сиденье. Плотно сжала губы и нехорошо прищурилась. Теперь контролировать эмоции стало куда сложнее. - Мальчику два с половиной года, - продолжил отчитываться Паркер, надеясь, что злость Холден выплеснется не на него. - Сами видите, внешнее сходство столь явное, что и анализ ДНК не нужен.
   - Давно они в городе? - на удивленье голос помощницы прокурора звучал ровно, будто о погоде говорит. Его она контролировала гораздо лучше, чем мимику и жесты.
   - Около двух месяцев.
   - Хочет денег, я полагаю?
   - Не уверен, - детектив напрягся. Этот вопрос пока оставался для него загадкой. - Финансовую помощь от мистера Холдена Льюис и так получала. Ежемесячно, - Паркер предпочел не заметить, как сжались пальцы Кристин. Женщина явно представляла, что смыкает их на шее неверного мужа. - Теперь девице нужно что-то еще. Нечто такое, что доводит мистера Холдена до предынфарктного состояния.
   - Как поэтично, - ядовито заметила Кристин. - Скажите еще, что вам его жаль.
   - Ни в коей мере, мэм, - тут Паркер не кривил душой. Он был невысокого мнения о Питере. Считал его тюфяком и выскочкой. А еще глупцом, даже не догадывающимся, на КОМ тот женат. - Будут еще указания?
   - Да, - Кристин достала из сумочки конверт и протянула Паркеру. Приятный хруст оповестил детектива, что купюры в нем совсем новые. - Глаз не спускайте с этой курицы и ее... - Холден запнулась, так и не решившись назвать мальчика грубым словом. - Узнайте, чего она хочет. И быстро.
   Детектив кивнул и покинул машину, радуясь, что встреча закончилась. Миссис Холден вполне устраивала его в качестве клиентки. Платила исправно и щедро. Прибегала к его услугам, как по личным причинам, так и по профессиональным - когда хотела выяснить подноготную обвиняемых и свидетелей втайне от коллег. Но было в ней что-то, что не пугало, а, скорее, настораживало. Многолетний опыт сначала копа, а потом и детектива подсказывал Паркеру, что Кристин - далеко не ангел. Если понадобится, растопчет любого и даже мук совести не испытает. Красива, чертовски умна и изобретательна - тот еще набор. Однажды детектив даже пошутил, что не выбери она законопослушную работу в прокуратуре, вполне могла бы стать гениальной преступницей. Холден только посмеялась, заметив, что совершать преступления слишком скучно.
  
   ****
   Лаки залпом выпила бокал вина и без сил рухнула в кресло. Наконец-то одна. Нет, этот смазливый мальчик - Том, вполне в ее вкусе, но не время заводить романы с молодыми адвокатами. И всеми остальными представителями мужского населения планеты. Сейчас необходимо держать себя в руках и быть паинькой. Пускай поливают грязью, она умеет нравиться, когда захочет. Быть такой, какой ее желают видеть. Здесь и сейчас, а все остальное - происки недоброжелателей.
   Она потянулась за бутылкой на тумбочке, но сообразив, что не достанет, поднялась на ноги. Наполнила бокал до краев, отхлебнула чуть-чуть и блаженно прикрыла веки.
   Что ж, Рой мертв, и это, собственно, неплохо. Так и надо мерзавцу! Другое дело, что теперь придется выпутываться из безумной истории. Конечно, ей не привыкать оказываться в центре очередного скандала, но обвинение в убийстве - даже для нее перебор. Жаль отца от такого прилюбопытнейшего известия тюрьме удар не хватил. Еще одним гадом в мире стало бы меньше. Еще плохо, что судья заломил такую цену за ее временную свободу. Пришлось закладывать дом. Хотя и это не страшно. Позже деньги непременно вернутся. Дом она не потеряет. Никогда!
   Интересно, правильно ли она выглядела сегодня? Верно ли подбирала слова, когда говорила с этим милым дурачком Томом? Поговорить бы сейчас с той, которая всегда знала ответы на любые вопросы. Но это невозможно. Придется пользоваться собственными мозгами. Если те окончательно не утонут в спиртном.
   - Проклятье! - выругалась Лаки. Можно сколько угодно заговаривать себе зубы, уверяя, что выпивка помогает снимать стресс (кто посмеет сказать, что его нет?), но это смешно.
   Повинуясь порыву, оформившемуся в виде невидимых крыльев за спиной, Лаки схватила початую бутылку и босиком прошагала в ванную, где вылила содержимое стройной тары в раковину. Туда же отправилось и недопитое вино из бокала.
   Пошатываясь девушка распахнула двери балкона и, схватившись обеими руками за перила, вдохнула полной грудью ночной воздух.
   Холодает. Но это даже хорошо. Быстрее проветрится захмелевший разум.
   - Я не облажаюсь, - прошептала она, едва шевеля губами. - Обещаю, Пайпер...
  
   Глава 4. Пять минус три
   Из дневника кукловода: Все вокруг - притворщики. Они постоянно играют на публику. Друг перед другом. А еще чаще перед собой. Но я вижу их насквозь. Знаю их секреты. Те, которые хочу знать. Я мог (могла) бы многое о каждом из них поведать. Приоткрыть завесу тайн. Многих тайн. Даже таких, за которые могут убить. Я тоже притворщик (ца). Лучший (ая) из них. Разница в том, что я не играю перед собой.
  
   Кристин давно научилась не плакать. Еще ребенком. Слезы в ее доме строго карались. Как и многое другое. Поэтому случаи изливания горя потоками соленой воды в ее жизни можно было пересчитать по пальцам. Одной руки. Сегодняшний вечер тоже не собирался становиться исключением. Хотя глаза и наполнились предательской влагой, но не от обиды или боли, а от выплескивающейся через край ярости.
   Питеру крупно повезло, что Кристин не застала его дома, вернувшись со встречи с детективом. Мужа не спасла бы вся ее хваленая выдержка, выдрессированная годами упорных тренировок. Сегодня девушка была так зла, что могла бы, наверное, разорвать его на части. Интрижки интрижками, но наличие внебрачного ребенка никак не желало укладываться в голове. Да еще от девицы, разрушившей ее брак. Да-да, именно разрушившей! Ведь от их с Питером супружества осталась одна оболочка. Хорошо сыгранный спектакль для окружающих!
   Чертыхаясь и призывая на голову мужа всяческие проклятия, помноженные на вселенские катаклизмы, Кристин перерывала ящики собственного стола в домашнем кабинете. Вернее, в одном из кабинетов. Их в просторном жилище специально сделали два, чтобы муж и жена при необходимости могли работать дома, не беспокоя друг друга.
   Пропажа - наполовину пустая пачка длинных дамских сигарет, отыскалась в глубине последнего ящика. Рядом обнаружилась и зажигалка. Приспособив под пепельницу чайное блюдце, Кристин откинулась на спинку кресла и затянулась, на всякий случай не слишком глубоко. Курить она бросила после университета, но сигаретную пачку всегда держала в столе - на самый крайний случай. Такой, как сегодня.
   - Уф... - выдохнула она после второй затяжки. Ее легонько повело, голова потяжелела. Зато и раздражение чуточку расслабило щупальца. Девушка позволила телу немного сползти в кресле и закрыла глаза, которые снова заслезились. Но вместо того, чтобы дать волю чувствам, она только плотнее сжала зубы. Нужно подождать, перетерпеть. Неуемное желание что-нибудь разбить или сломать постепенно отпустит.
   В последний раз по-настоящему Кристин плакала семь лет назад. В аэропорту Лос-Анджелеса. Более того, у нее случилась жуткая истерика. Не зная, что предпринять, Эмет даже ударил девушку по лицу. И, кажется, не раз. Но она ничего не почувствовала. Что такое физическая боль, когда душа разрывается изнутри, режется сотнями ножей. Без жалости. Без предупреждения.
   В тот миг жизнь распалась на миллиарды микрочастиц, сошла с проторенной и распланированной на годы вперед дороги. Рухнула с неба, рассыпавшись по земле искореженным металлом. Разметалась пеплом, оставшимся после огня, выпустившего на волю сотни душ.
   Как странно. Пять минут способны переписать историю...
   О детстве Кристин не рассказывала даже друзьям. Эта страница не просто была перевернута. Она сгорела в еще одном костре, устроенным судьбой - дамой, обладающей скверным чувством юмора. Конечно, девушка ничего не забыла. Но иногда казалось, что это было не с ней. Сон. А может быть, чужая жизнь, подсмотренная в замочную скважину. Временами Кристин хотела оказаться по ту сторону двери. Но та была закрыта наглухо. Навсегда.
   Жизнь началась заново в университете в Бостоне. Девушка без прошлого (и, вероятно, без будущего) не проявляла желания заводить друзей. Или романы. Цель была одна - учиться. А еще - быть человеком в толпе. По крайней мере, до поры до времени.
   Все изменил эксперимент Джона Келлера. Профессора университета и практикующего адвоката с "дурной" славой. Он почти никогда не проигрывал. Вел крупные и скандальные дела. И чаще всего защищал отъявленных негодяев. В тот год профессор созрел для того, чтобы стать Мастером. Тем самым, что передает секреты ремесла ученикам.
   - В конце вас останется только пятеро, - объявил адвокат полсотни первокурсникам, слушавшим его с открытыми ртами. - И запомните, мне не нужны умники, способные вызубрить законы наизусть. Я приветствую нестандартное мышление, способность видеть факты с разных сторон и умение переворачивать любое дело с ног на голову.
   Дальше началась свистопляска. Соревнования, подставы и гонка за лидером. Лидеры, правда, постоянно менялись, превращались в аутсайдеров, а то и вовсе вылетали из реалити-шоу, в которое успел превратиться эксперимент. Каждую неделю неугодные и проштрафившиеся покидали проект, подстегивая остальных бороться за место под солнцем еще более рьяно.
   Кристин Беннетт (тогда еще девушка незамужняя) пришла на первую встречу с Мастером из чистого любопытства и неожиданно для самой себя втянулась. В отличие от большинства она быстро раскусила тактику Келлера, поэтому забила на соревнования и попыталась выудить из экспериментатора как можно больше полезной информации и практических навыков.
   Остальные студенты (по крайней мере, подавляющее большинство) взвыли от профессора в первую же неделю. И от методов его отбора. Келлер устроил будущим ученикам настоящую психологическую войну. Сталкивал их лбами, нарочно провоцируя конфликты. Девочек доводил до слез, юношей до крика, а иногда и до прямых угроз в свой адрес. Мог расхвалить кандидата, а потом жестоко унизить на глазах у остальных соискателей. В тот самый миг, когда он видел себя на вершине вселенной.
   А уж практические задания показались первокурсникам семью кругами ада. Кое-то даже навсегда распрощался с факультетом, посчитав, что ошибся с выбором профессии. Заключались они в разборе особо отвратительных старых дел Келлера. С квадратными глазами студенты рассматривали фотографии с мест преступления. Вычитывали шокирующие подробности в показаниях свидетелей. А от запротоколированных признаний некоторых преступников, смакующих детали совершенных злодейств, у кандидатов начинали шевелиться волосы.
   - Сволочь! Гад! - ругалась, громко шмыгая носом, черноглазая кудрявая девчонка и не переставая давила на кнопку вызова лифта. - Этот Келлер - сам настоящий садист!
   Мастер только что показал им на занятии материалы дела о жутком убийстве целой семьи, включая трехмесячного ребенка. Леденящие кровь подробности о том, как умирала каждая жертва, он рассказывал часа полтора.
   В ответ на истерические замечания сокурсницы Кристин плечами пожала.
   - Ты не права. Он лишь выполняет свою работу.
   - Защищая этих моральных уродов?! - взвизгнула девушка. - Да их на костре сжигать надо! Заживо!
   - А ты у нас в инквизиторы записалась? - хихикнула Кристин. - Не хочешь быть адвокатом, иди в обвинители. Только и там легче не будет. Не каждый виновный поддонок садится в тюрьму. Сможешь спать спокойно, зная, что он гуляет на свободе, потому что у тебя не хватило доказательств? Или ораторских способностей? Келлер пытается показать изнанку нашей профессии. Грязь, скрывающуюся под престижным словом "адвокат". Проверяет, понимаем ли мы, с какой работой связались. Не нравится такая правда, займись садоводством или вышивкой крестиком. Тогда не придется смотреть в глаза убийцам, рассказывать присяжным, сколько дыр от пуль обвиняемый проделал в голове младенца. Не придется защищать моральных уродов, потому что такова система, и кто-то должен отстаивать их права. Даже понимая, что они тысячу раз виновны.
   - Какая пламенная речь, мисс... если не ошибаюсь, Беннетт, - зааплодировали Кристин сзади, правда, излишне театрально. - Жюри она бы наверняка впечатлила.
   - Профессор Келлер, - девушка без тени смущения встретилась с карими глубоко посаженными глазами седого холеного мужчины. Отметила про себя, что он помнит ее фамилию. Хороший признак.
   - Кстати, юная леди, не хотите составить мне компанию? - предложил адвокат, прочитав на лице студентки вызов. - Как раз еду к клиенту.
   - Легко, - спокойно согласилась Кристин, ни капли не сомневаясь, что ей готовят очередную проверку. Скорее всего, крайне мерзкую. Но отказ приравняли бы к окончанию ее участия в эксперименте. Под ошалелым взглядом кудрявой сокурсницы, девушка вошла в лифт вместе с Келлером.
   По дороге профессор не произнес ни слова. Кристин предпочла не нарушать молчание первой и мысленно готовила себя к неприятным сюрпризам. Страха не было. Наоборот, когда адвокат постучал в дверь квартиры клиента, она испытала острейшее любопытство.
   Открыл им мужчина лет двадцати семи с взъерошенными черными волосами.
   - Наконец-то! - воскликнул он, проводя рукой по щеке, еще больше размазывая по ней кровавый след. Судя по отсутствию ран на лиц, кровь принадлежала не ему. - А это кто? - взвыл он, заметив Кристин.
   - Помощница, - безразлично бросил Келлер и, не слишком вежливо схватив девушку за локоть, провел мимо испуганно хлопающего глазами хозяина квартиры. - Где? - поинтересовался он уже внутри.
   - В спальне, - пискнул мужчина. - Направо.
   Не выпуская локтя студентки, профессор прошагал в указанном направлении и остановился в дверях просторной комнаты с бежевыми стенами. Окно было приоткрыто и светло-желтые шторы чуть покачивались, создавая ощущение незамысловатого танца. На широкой кровати - аккурат посередине - на боку лежала обнаженная белокурая девушка. Сверху на нее небрежно набросили простынь, стараясь больше закрыть лицо, нежели тело, из-под которого тянулось огромное ярко-красное пятно.
   - Дальше заходить не стоит, - велел наставник Кристин, оттащив ее от спальни, и обратился к клиенту. - Итак?
   - Я не знаю, - схватился тот за голову, пачкая кровью еще и волосы. - Мы спорили. А потом... Она заявила, что я тряпка, что у нее есть любовники получше. Я не знаю, как это случилось... ножницы... я...
   - Понятно, - протянул адвокат, не отрывая взгляда от лица студентки, словно ожидая, что она вот-вот грохнется в обморок.
   - Мне нельзя в тюрьму! Мистер Келлер! - протяжно всхлипнул мужчина, пытаясь привлечь внимание юриста.
   - Что будем делать? - спросил профессор у Кристин. - Какие предложения, мисс Беннетт?
   Девушка, чуть закусив губу, бросила быстрый взгляд через порог на бездыханное тело жертвы-насмешницы и, улыбнувшись про себя, затараторила:
   - Есть разные варианты. Например, расчленить тело. Вывезти за город. Закопать там, а еще лучше сжечь. Хотя тащиться с трупом в машине опасно. В подвале дома есть печь для сжигания мусора? Или в соседних зданиях?
   - Что-о-о? - клиент плюхнулся мимо стула, больно ударившись затылком о стену.
   Невозмутимый адвокат крякнул и почесал лоб.
   - Понимаете, - продолжила Кристин тоном, будто читала лекцию. - Нет тела, нет дела. Только в квартире придется убраться основательно.
   - Она совсем того? - поинтересовался клиент у Келлера, поднимаясь с пола и потирая ушибленное место.
   - Не совсем, - ответила за профессора девушка. - Под стать вам двоим. Вернее, троим, - она прыснула. - Видели бы себя сейчас. Вы правду думали провести меня подобным спектаклем?
   - В смысле? - на мгновение растерялся Келлер.
   - Во-первых, ваш клиент, профессор, не слишком хороший актер. Во-вторых, вы сами не повезли бы студентку на место настоящего преступления. Конечно, за вами не заржавело бы совершить нетривиальный поступок. Но посвящать в секреты непроверенного человека вы бы не стали. А в-третьих...
   - Есть еще и в-третьих? - приподнял брови адвокат.
   - Есть, - Кристин не удержалась от смешка. - В следующий раз объясните трупу, что лежать надо смирно, а не елозить рукой по простыни, оставляя дополнительные разводы, которых не было при первом осмотре.
   - Проклятье! - донеслось из спальни.
   - Это что была ее звездная роль? - спросила Кристин у лже-клиента, лукаво блеснув глазами.
   - Между прочим, я не плохой актер, - насупился тот, не оценив юмора и принялся хмуро разглядывать красные пятна на ладонях.
   - Ну да, ну да, - отмахнулась девушка. - Я могу быть свободна, профессор? - обратилась она к задумчивому наставнику. - Или на сегодня запланированы еще мероприятия?
   Позже Кристин узнала, что Келлер давно мысленно выделил в толпе соискателей "свою пятерку", причем ее включил туда самой первой. Однако, для чистоты эксперимента продолжал разыгрывать фарс перед факультетом.
   Лишь в начале следующего семестра, когда добровольцев, согласных терпеть особенности преподавания Мастера осталось полтора десятка, он, наконец, соизволил назвать имена пяти счастливчиков. Кроме Кристин и Эмета в список избранных попали избалованный мальчик из очень богатой и влиятельной бостонской семьи Джош Харрингтон и близнецы из пригорода Бренда и Бенжамин Эвансы, в которых Кристин с первого дня заподозрила демоническое начало. Наверное, причина для столь странных ощущений крылась во внешности брата и сестры. Вернее, в глазах озорного и даже немного дикого зеленого цвета. А еще в улыбке Бренды, чуть кривоватой, провоцирующей.
   На первой же встрече с избранной командой Келлер предупредил, что не потерпит в группе ни грызни, ни романов. Нарушителям пригрозил жесточайшими карами, плоть до вылета из университета и всерьез подпорченной карьеры. Наслушавшись о репутации наставника и успев познакомиться с ним лично, ученики поверили на слово, дав зарок, никогда не проверять его угрозы на практике.
   - Вы станете единым организмом, - заверил учеников Келлер под конец впечатляющей речи, чем вызвал в их рядах беспросветное уныние. Исподтишка поглядывая друг на друга, студенты не сомневались - вместе они даже не договорятся, какой сегодня день недели. Куда уж им становиться чем-то единым. Слишком разные участники подобрались на старте...
   Джош не нуждался в деньгах, отпускал пошлые шутки к месту и не очень, а о его любовных похождениях ходили легенды. Эмет, происходил из семьи отнюдь не богатой, но, отучившись в школе для одаренных (куда попал, в общем-то волею случая), получил путевку в большую жизнь. Слыл человеком замкнутым, но тактичным и выдержанным. Близнецы, хоть и родились с разницей в пять минут и внешне были очень похожи, по характеру разнились абсолютно. Бен был спокойным, как удав, любил размеренный отдых с книгой в руках, мог часами простоять у плиты. Бренда - являлась сущим бесенком, обожала шумные вечеринки, гоняла по городу на байке, устраивала соревнования в общежитии - кто кого перепьет. О Кристин сокурсники знали немного. Лишь то, что родом она из южного городка, и в университет попала по одной из программ для "обиженных жизнью" подростков. Однако, успели понять, что девушка она упорная и может быть очень жесткой, если рискнуть перейти ей дорогу.
   В общем, жизнь превратилась в нескончаемые прыжки по минному полю, наполнилась стараниями не уронить лицо перед профессором и не прибить навязанных коллег. Даже близнецы умудрились на почве стресса обзавестись манией преследования относительно друг друга. Косые взгляды, дурные сны, нервные срывы. Каждый день грозил стать последним в продолжающемся эксперименте. Да-да, Келлер все еще ставил опыты, проверяя подопечных на прочность, не забывая при этом снабжать их и тем, чем планировал изначально - теоретическими знаниями и практическими навыками. Заставлял думать, анализировать, таскал на настоящие процессы, учил не сдаваться и не бояться сложностей.
   А потом.... Пятеро столь непохожих друг на друга студентов и сами не поняли, когда именно наступило это "потом". Вдруг оказалось, что они больше не конкуренты. А люди, сумевшие притереться и стать настоящей командой. Еще позже пришла и дружба. Странная, непонятая ни кем, но дружба. Под конец учебы в университете даже Келлер не приходил в восторг от их солидарности. Еще больше наставника беспокоила зашкаливавшая самоуверенность подопечных, которую он сам и развил, не подозревая, что выльется она в бесконтрольную веру в собственную исключительность. Без пяти минут юристы не сомневались, что являются избранными, что умнее и успешнее окружающих. Профессор и сам был не рад такому побочному эффекту эксперимента, но идеи, как реанимировать систему ценностей учеников, давшую серьезный перекос, закончились.
   Впрочем, точки над "I" расставили за него.
   Кристин до сих пор не понимала, какая сила заставила их поехать тогда в Лос-Анджелес, а потом срочно рвануть обратно. Не иначе, опять судьба, обернувшаяся роком. Друзья как раз сдали выпускные экзамены и до официального вручения диплома решили погулять на полную катушку. Воплотить сие мероприятие в жизнь никто не мешал и в Бостоне, но Джош бредил городом ангелов, обещая незабываемый уикенд на вилле родственников у океана. Возможно поездка не состоялась бы, если б затею горячо не поддержала Кристин, повстречавшая накануне призрака из похороненного прошлого и мечтавшая срочно сменить обстановку.
   Уже на следующее утро раздался гневный звонок от Келлера. Аккурат после ночи безумного веселья, которое сопровождалось огромным количеством горячительных напитков и аукнулось всерьез пошатнувшимся жизненным тонусом. Профессор сообщил, что столкнулся с непредвиденными проблемами с одним из дел и, не стесняясь в выражениях, велел плохо соображающим подопечным возвращаться в Бостон первым же рейсом. Собирались в спешке, ворча и натыкаясь друг на друга, разыскивая вещи по всему дому. Звонили в аэропорт, бронировали билеты. Кляли наставника, на чем стоит свет.
   Когда же чемоданы с грехом пополам были уложены, случилась еще одна напасть, заставившая Кристин накинуться на Эмета разъяренной кошкой. Страдающий от жуткой мигрени и жажды приятель уже в дверях умудрился вылить на платье девушки полный стакан кофе, благо не горячего.
   - Езжайте без нас, - велела Кристин пошатывающемуся Джошу и неестественно бледным близнецам, косясь на недовольного таксиста, которому и так пришлось ждать, пока клиенты соизволят вывалиться из дома с чемоданами. - А этот, - она кивнула на позеленевшего от букета похмельных ощущений Эмета, пригрозив ему кулаком, - будет опаздывать вместе со мной. Я не намерена выслушивать истерику шефа в одиночестве!
   Распоряжение Кристин выполнили без возражений. Ее привыкли слушаться. Так уж повелось, что она стала главарем в их лихой банде, как они сами себя называли.
   - Может, еще успеете! - крикнула Бренда, посылая воздушный поцелуй из открытого окна такси, врезавшись в память Кристин именно такой - в темных овальных очках с развивающимися от теплого ветра русыми с рыжинкой волосами.
   Самое странное, они действительно почти успели. Не хватило каких-то пяти минут. Или просто доброжелательности сотрудников аэропорта, которые еще могли позволить двум опаздывающим студентам пройти на посадку, но не захотели этого сделать при одном взгляде на помятые лица и воспаленные глаза.
   - Ненавижу тебя, - повторила Кристин, наверное, в сотый раз за последний час. Сидя в зале ожидания она готовилась к буре в исполнении Келлера и вымещала зло на сокурснике, каждый раз, когда тот смел шевельнуться. Эмет благоразумно помалкивал, зная, в таком состоянии Беннетт лучше не провоцировать.
   - К чему печалиться, молодые люди? - заметил пожилой бородатый мужчина, который, как и они опоздал на рейс до Бостона. - Это всего лишь два часа жизни. Верно, Майкл? - поинтересовался он у внука - подростка лет тринадцати в наушниках.
   - Угу, - кивнул тот и сделал радио погромче.
   Именно мальчишка и стал вестником страшной новости.
   - Самолет упал, дед! - вдруг заорал он, когда Кристин, наконец, успокоилась, и даже чуть задремала на плече у Эмета.
   - Какой самолет? - ошарашено переспросил старик.
   - Наш самолет! На который мы не успели! Разбился!
   Кристин посмотрела на парня, как на полоумного. Но уже через секунду заметила оживление у стойки регистрации. Одна из молоденьких представительниц компании зажала рот рукой и в ужасе замотала головой. В тот же миг в кармане завибрировал мобильный.
   - Да, - Беннетт ответила на автомате.
   - Кристин! - радостно заорал из трубки Келлер. - Слава богу, вы не улетели! Только что в новостях сообщили...
   Дальше Кристин уже не слушала, телефон с протестующим стуком разбился об пол...
   Следующие недели слились в одну сплошную черную полосу. Похороны, на которых, девушка не смогла заплакать, словно слезы вылились без остатка во время истерики в аэропорту. Бессмысленные разговоры. Чужие лица. Диплом, который вдруг потерял актуальность.
   - Лучше бы ты не проливал этот чертов кофе! - бросила она Эмету, уходя с кладбища.
   Оба чувствовали, как пропасть, разверзшаяся между ними, увеличивается с каждый днем, но ничего не могли поделать. Столь близкие еще вчера люди, становились посторонними. И когда Кристин заявила, что уезжает из Бостона, Эмет только развел руками.
   - Ты не представляешь, как бы я хотел тебя остановить, - только и сказал он ей на прощание. - Но мы оба знаем, что это будет ошибкой.
   Не смог не согласиться с решением ученицы и Келлер.
   - Мне жаль расставаться с тобой. Но я уже передал тебе все, что мог, девочка. Основным твоим учителем была и остается сама жизнь...
   - Дорогая! - из горьких воспоминаний Кристин вырвал голос мужа. - Все в порядке? - голова Питера осторожно просунулась в дверь. Наверняка он стучал, не посмел бы войти без приглашения, но она не слышала, не отвечала.
   - Да, - Холден заставила себя улыбнуться. - Будем ужинать?
   Она успокоилась и приняла решение. Никаких сцен и истерик. Она решит проблему. Как делала это всю жизнь. Но не здесь. И не сейчас.
  
   Глава 5. Тень
   Из дневника кукловода: Тайны. Они обитают в шкафах громыхающими скелетами, грозя вывалиться наружу и рассыпаться, обнажив постыдные подробности. Они прячутся в уголках глаз, безмолвно живя там годами, и только иногда выплескиваются яростью и слезами. Говорят, тот, кто владеет тайнами, владеет миром. Возможно. Их продают, обменивают на услуги, информацию и даже на жизнь. Но игра с людскими секретами не для слабаков. Потому что однажды чужая тайна может стать крышкой вашего гроба.
  
   Лаки небрежно встряхнула черные кудри обеими руками и состроила гримасу наглому отражению, отчаянно желающему подурачиться, вместо того, чтобы приобрести степенный вид, коего требовали обстоятельства. С другой стороны, разве можно быть серьезной, облачившись в струящийся по телу просвечивающий шелк?
   - Как думаешь, Клои хватит удар, если явиться на работу вот в этом? - в примерочную бесцеремонно заглянула Джулс. Приложила к себе короткое платье дико-красного цвета и принялась любоваться собою в зеркале, медленно покачиваясь из стороны в сторону.
   - Даже не сомневайся! - хихикнула Лаки, с нескрываемым удовольствием представив выражение лица помощницы Эмета. - Я тебе еще туфли подберу. Шикарные! Но только уговор - я должна присутствовать при этом шоу!
   - Легко! - пообещала секретарша, после чего соглашение было закреплено рукопожатием.
   Сазерленд не прогадал, отправляя Джулс по магазинам вместе с Лаки, хотя и планировал добиться несколько иного эффекта от их общения. Юной секретарше было велено следить, чтобы клиентка не впуталась в неприятности, не общалась с журналистами, и в случае "опасности" незамедлительно сигнализировать боссам. Одному из трех. Вернее из двух. Клои Гарднер по понятным причинам отпадала. Однако девушки быстро поладили благодаря любви к шопингу, неординарным нарядам и поступкам. Успели обсудить моду, знаменитостей, перемыть кости рыжеволосой помощнице адвоката и сейчас устраивали грандиозную примерку в четвертом по счету дорогом магазине. Купить, к сожалению, ни та, ни другая ничего не могла. Материальное положение Джулс полностью исключало подобное расточительство, а Лаки в очередной раз оказалась в финансовой яме. Поэтому обе просто старались получить удовольствие от процесса. Разговоры о покупке нарядов, способных довести до белого каления Клои, были частью игры.
   Для Лароби-Клейтон примерка новой (непременно очень дорогой) одежды всегда являлся своеобразной терапией, позволяющей развеяться и повысить жизненный тонус. Поэтому независимо от состояния банковского счета, она не вылезала из примерочных. Вот и теперь, не смотря на протесты трех юристов, девушка устроила себе "День нарядов", как она сама его называла. В конце концов, имела право. После нервотрепки, устроенной адвокатами накануне. До сих пор передергивало от наглости Гарднер. А начиналось все вполне пристойно и даже весело...
   Симпатяга Том позвонил утром, когда Лаки только-только выползла из-под одеяла и пыталась принять непростое решение - как провести день, чтобы исключить вероятность алкогольных возлияний в неуемных количествах. Пока девушка держалась. Максимум, что позволяла себе - бокал вина по вечерам. Это стало своего рода договором с высшими силами. Она борется с вредной привычкой, а небеса сокращают количество неприятностей на ее голову. Лаки всерьез верила в подобные соглашения. Потому что в ее случае, как бы странно это ни звучало, они оказывались действенными. Как в мелочах, так и по-крупному. Однажды даже отступила смерть...
   - Берите такси и приезжайте в офис, будем вчетвером репетировать допрос в суде, - Том постарался придать бархатистому голосу максимальную официальность, чтобы предупредить новые заигрывания клиентки. Дурачок. Нужен он ей, как собаке пятая нога. Просто немного повеселилась. Так и хотелось сказать в трубку: "Повелся, повелся!", но Лаки не стала смущать адвоката. Он прав. Предстоит серьезный день.
   Одевалась девушка очень тщательно. Ни намека на кокетство и легкомыслие. Да, это еще не настоящий суд, но ей необходимо ощущение внутренней строгости. Она должна сыграть роль, а для этого требуются декорации. Тем более это первая настоящая проверка ее стойкости. Лаки выбрала серый костюм - женственный, но в то же время деловой: пиджак, облегающий фигуру, и юбку ниже колен с небольшим разрезом сбоку. Макияжа нанесла лишь самый минимум, волосы собрала в узел на затылке. Рука по привычке потянулась за украшениями, но в последний момент остановилась. Нет. И кольца, и серьги будут не к месту. Слишком уж все они массивные и далеко недешевые - явное свидетельство о безграничных аппетитах хозяйки. Простота и естественное очарование - вот девиз сегодняшнего дня.
   В конторе Сазерленда Лаки неожиданно встретил сущий бедлам. Все три адвоката кипели чайниками друг на друга, а молоденькая секретарша в премилой черной футболке с мумией слезно уверяла их, что ведать не ведает ни о каких бумагах из налоговой. В глаза не видела, в руках не держала! И вообще, если в офисе что-то пропало, это не значит, что "постаралась" именно она.
   - Эмет, ты должен уволить эту глупую курицу! - уперев руки в бока, требовала Клои, не сводя метающих искры глаз с провинившейся девчонки. - Иначе уйду я!
   - Никто никуда не уйдет и никого не уволит! - пытался утихомирить сотрудников начальник. - Я сказал, прекратите ссориться! Как дети, ей-богу!
   - А вас не учили, что обзываться некрасиво? - оскорблено поинтересовалась секретарша у Гарднер и несчастно посмотрела на Эмета.
   - Добрый день, мисс Лароби-Клейтон! - постарался перекричать общий гвалт Том, первым заметивший клиентку.
   Глядя на эту четверку, та не удержалась от улыбки. Ей уже не раз доводилось за ними наблюдать, и выводы о взаимоотношениях в маленьком коллективе она сделала без усилий. Лаки с детства обладала колоссальным нюхом на любовные геометрические фигуры. Особенно такие, где присутствовали неразделенные чувства. А в данном случае вообще никто никому не отвечал взаимностью, что забавляло до крайности. Присмотрись они внимательно друг к другу, то пара непременно бы сложилась. Пусть и одна, но все-таки! Малышка Джулс не сводила глаз с вечно недовольного ею Тома. Она и одеваться прилично (в своем понимании, разумеется) старалась только ради него. Брэдли же не ровно дышал к не замечающей его присутствия рыжей ведьме, а та, не переставая, сдувала пылинки с босса. Сам же Сазерленд не испытывал трепетных чувств ни к кому из подчиненных, в том числе и к Тому. Лаки хихикнула про себя. Теперь и вспоминать неловко, но увидев Эмета впервые, она решила, что тот гей, тщательно маскирующий ориентацию.
   Приезд клиентки ослабил волну негодования адвокатов, но, к сожалению, не сбил ее полностью.
   - Приступим к допросу, - быстро перешла к делу Клои, намеренно пропустив слово "репетиция", из чего Лаки сделала вывод, что неизрасходованный гнев сейчас выльют на ее голову. - Обвинители не станут с вами нянчиться, поэтому вы должны быть готовы к любым вопросам, даже самым щекотливым и неприличным.
   Вообще-то Гарднер говорила дело, и Лаки это прекрасно понимала. И если б та не скалилась в мстительной улыбке, не имела бы ничего против.
   - Где вы были в момент смерти Роя Андерсона? - незамедлительно приступила к допросу Клои, холодно глядя Лаки в глаза через стол. Том устроился рядом с предметом обожания, а Эмет сбоку - так, чтобы хорошо видеть лицо клиентки.
   - В баре, - девушка сложила руки перед собой - почти как примерная школьница.
   - В каком?
   - Не помню. Я была очень расстроена, - попыталась смягчить непростую истину Лаки и тут же пожалела об этом.
   - Хотите сказать, вы были пьяны? - жестко констатировала Клои, спрятав улыбку в уголках губ.
   - Да. Я выпила лишнего. Из-за ссоры с женихом. Но я его не убивала! - Лароби-Клейтон невольно повысила голос, хотя дала себе слово, не поддаваться не провокации.
   - Но вас заметили ночью в отеле.
   - Нет. Эти люди видели кого-то другого. Меня там не было.
   - Вы угрожали убить мистера Андерсона за несколько часов до его смерти, - продолжала наступление Клои, не слыша ответов.
   - Это были ничего незначащие слова, вырвавшиеся в запале ссоры, - Лаки удалось вернуться к спокойным интонациям, что не добавило радости Гарднер.
   - Почему вы выбрали в мужья именно Роя? Он не богат и не красив, в отличие от ваших прежних мужчин, - смакуя заметила она.
   - Потому что он единственный принимал меня со всеми недостатками. Его интересовала я, а не мои лицо и тело, - Лаки произнесла это так гордо, что Гарднер даже растерялась на миг и судорожно сглотнула.
   - А что тогда привлекло в нем вас? Его незапятнанная душа? - усмехнулась она, когда опомнилась.
   - Не нужно оскорблять наши светлые отношения, - сурово выговорила Лаки. - Ни к чему порочить то, о чем не имеете представления.
   Гарднер вытаращила глаза, а Эмет издал покашливание, чтобы спрятать невольный смешок. Прикрыв рот ладонью, он сделал предупреждающий знак Тому, с ужасом качающему головой. Да-а-а, им придется немало покорпеть, чтобы подготовить клиентку к настоящему допросу в суде, ибо пока ее показания больше напоминают цирк, не имея ничего общего с попыткой себя защитить.
   Клои тем временем решила подступиться к издевающейся над ней Лаки с другой стороны.
   - Почему мы должны верить вам? Ваша репутация не дает для этого ни единого повода. Вы встречаетесь с женатыми мужчинами, разрушаете семьи, ведете себя, как проститутка. Ваша семья не сходит с первых полос газет. Не смешите, мисс Лароби-Клейтон, в той атмосфере, в которой вы выросли и живете, нет места светлым чувствам!
   - Не лезь не в свое дело! - вдруг прошипела Лаки и подалась вперед, с противным скрежетом провезя ногтями по столу. - Ты ничего не знаешь о моей семье!
   Эмет даже на стуле подскочил. Он совершенно не был готов к столь резкой перемене. Не думал, что одно упоминание о родственниках заставит клиентку озвереть с пол оборота. А Клои, во всей красе увидев слабость оппонентки, принялась добивать ее новыми оскорблениями.
   - Я многое знаю о вашей семье. Отец - преступник! Мать, наверняка, была такой же гулящей, как и вы!
   - Вы ошибаетесь! Она не...
   - Уверена, от Хелен избавилась оскорбленная жена очередного любовника, с которым та собиралась скоротать время в Лос-Анджелесе! - Клои перешла на крик, лишая Лаки возможности приводить контраргументы.
   - Нет, мама никогда не...
   - Сестра тоже недалеко ушла от родителей! Уже в семнадцать лет показала себя и воровкой, и шлюхой. А еще полной идиоткой, иначе бы никогда не...
   Эмет еле успел перехватить руку Лаки, вцепившуюся в тяжелую пепельницу на столе и приготовившуюся отправить ее прямиком в голову Клои. В итоге массивная тара лишь проскакала по полированному покрытию и с неприятным грохотом приземлилась у ног зарвавшейся помощницы, заставив ее напрочь потерять дар речи.
   - Еще раз посмеешь заговорить в таком тоне о Пайпер, - процедила Лаки, пока Эмет тащил ее к двери, - будешь обсуждать, способна ли я к светлым чувствам с моим несостоявшимся супругом!
  
   ****
   Лаки курила вторую сигарету подряд в дамской комнате у окна, куда ее, отругав за несдержанность, втолкнул Сазерленд. Девушка сама понимала, что дала маху, и теперь сделанного не воротишь, но все равно продолжала злиться. Не на себя. На Клои. Какое та имела право поливать грязью сестру? Уж кто-кто, а она не заслужила подобных эпитетов. Билл и Хелен вполне, но не Пайпер!
   Лаки вдруг вспомнила, как они встретились впервые - пятилетними девочками. Два ребенка одного отца, абсолютно ненужные ни ему, ни обеим мамашам. Пайпер уже тогда была самостоятельной и храброй. Не то, что Лаки, большую часть времени проводившая под столом, куда пряталась вместе с куклами, чтобы было веселее бояться.
   Матильда - мать Пайпер была женщиной весьма сомнительного рода деятельности, переезжала из города в город с малолетним ребенком, нигде не задерживаясь, пока не загремела в тюрьму за махинацию с кредитными картами. Тогда-то девочка и попала в дом отца, мачехи и младшей (всего лишь на месяц) сводной сестры. Проведя первые пять лет жизни с такой матерью, как Матильда, Пайпер отлично понимала, что помощи ждать неоткуда и не от кого. Поэтому и взяла шефство над Лаки, тоже никогда не знавшей заботы взрослых. Младшенькая Лароби-Клейтон, хоть и жила с родными мамой и папой, чувствовала себя в доме абсолютно чужой. Элементом головоломки, вставленным не на свое место. Билла в принципе мало интересовали дети. Он и Пайпер забрал вынужденно, потому что другие родственники у нее отсутствовали. А Лаки... Лаки в их с Хелен семье появилась исключительно из-за прихоти деда, который, зная о нелюбви дочери и зятя к детям, включил в завещание особый пункт. Его состояние могло перейти к Хелен и Биллу только, если они обзаведутся потомством. В противном случае, деньги - и немалые - ушли бы благотворительным фондам.
   Столь разные девочки (одна - храбрая и умная, вторая - трусишка и растяпа) подружились очень легко и практически никогда не ссорились. Лаки отлично знала, кто в их паре первая скрипка, и без сопротивления уступала сестре лидерство. Делала все, что та говорила, полагаясь на ее интуицию. Девочку не тревожили разговоры одноклассников и учителей о явном превосходстве старшей Лароби-Клейтон. Лаки знала, единственная семья, которую ей подарили свыше - это Пайпер. Это ее родной человек - один во всем мире. Другого такого не будет никогда. Поэтому не завидовала успехам сестры. Любила ее без всяких условий.
   Сестры одновременно дружили и друг с другом, и против многих взрослых. В первую очередь - Билла и Хелен. Последняя вообще не видела разницы между дочерью и падчерицей, не выносила обеих, бесконечно твердила, что девочки ей мешают. А когда в очередной раз завязывала с пьянством, проявляла интерес к их воспитанию, превращая и без того невеселую жизнь Пайпер и Лаки в сущий ад. Хорошие манеры, отличающие настоящих леди, Хелен преподавала не только словами. Билл не вмешивался - все-таки основной капитал в семье принадлежал Хелен, а он не хотел лишиться финансирования. Единственным взрослым, беспокоившимся о девочках, была личная секретарша их отца - Федерика Ринальди. Жгучая итальянка не выносила вечно всем недовольную супругу босса, но вынуждена была выполнять и ее указания, так как жила в семейном особняке. Зато маленьким атаманшам (как она называла сестер) помогала, чем могла.
   Перед отъездом Билла в Канаду в доме разразился страшный скандал. Хелен вдруг решила, что у мужа роман с Федерикой. Нет, она не заставала их в постели, не слышала признаний в любви. Просто сделала вывод из ей одной известных признаков и пошла в разнос. Кидала в мужа вазы (антикварные, которыми обычно очень дорожила), кричала до хрипоты, влепила попавшейся под руку Лаки пощечину, а Пайпер пригрозила выселить в приют, а лучше - в колонию для малолетних, где той самое место. Больше всех не повезло Федерике. Ее, действительно, выставили вон, не дав собрать вещи. Билл, разумеется, и не подумал вступаться за ценную сотрудницу, услышав из уст супруги грозное слово "развод". Его не тронули даже слезы Федерики, клявшейся Хелен, что никогда не опустится до романа с женатым мужчиной...
   Через три дня Хелен умерла. Пайпер первая произнесла это вслух в разговоре с детективами, все остальные говорили "пропала". Разумеется, полицейские зацепились за неосторожное слово, но четырнадцатилетнюю язву это не смутило.
   - Конечно-конечно, - с сарказмом заверила она двоих мужчин, не сводящих с нее внимательных глаз. - Хелен просто сбежала, оставив все состояние мужу и его любовницам.
   - Вы считаете, убийца - ваш отец? - в лоб спросил один из детективов. Лаки, подслушивающая под дверью, чуть по стенке не сползла., а Пайпер задумалась.
   - Нет, не считаю, - ответила она после гнетущей паузы. - Билл слишком труслив. Наверное, Хелен просто оказалась не в том месте, не в то время.
   Полицейские еще долго терзали семейство Лароби-Клейтон и их знакомых щекотливыми вопросами, но привязать Билла к исчезновению жены не смогли. Да, он больше всех выигрывал от ее смерти, но алиби есть алиби. Конечно, неверный и зависящий от прихотей Хелен супруг, мог заплатить кому-то за ее убийство, но и здесь полиция не сумела подкопаться. Еще и тело отсутствовало. Хороший адвокат в такой ситуации запросто мог поселить в душах присяжных разумное сомнение о самом факте смерти жертвы. Поэтому до суда дело не дошло. Спустя три года не стало и Пайпер. Лаки в тот день, чуть сама не покончила с собой. Наглоталась снотворного, решив, что это она накликала беду. Хорошо, что Билл заподозрил неладное, пошел искать дочь в спальню и вовремя вызвал врачей.
   А все начиналось так красиво и романтично, как в сказке. Джастин Макензи учился с сестрами в одном классе и стал "женихом" Пайпер еще в детстве. Увидел ее в первый школьный день, выходящей из машины у школы - с хвостиками перевязанными синими лентами и замер.
   - Она похожа на ангела, - заявил мальчик, провожающей его бабушке. - Я женюсь на ней, когда вырасту.
   А дальше начались сюрпризы. Игрушки, самодельные украшения, конфеты, с завидным постоянством подбрасываемые в портфель предмета обожания. Пайпер ходила, задрав нос от гордости и важности, а Лаки шпионила за Джастином, чтобы не дай Бог, не начал "ухаживать" за другими девчонками. В выпускном классе уже никто не сомневался, что Пайпер и Джастин поженятся. Впрочем, парочка и не скрывала, что строит серьезные планы на будущее, не предполагая, что скоро стрясется катастрофа.
   Глупые подростки, не способные видеть полутона! Для них существует лишь черное и белое! Они нетерпеливы, склону к максимализму и любят все драматизировать. Лаки и сегодня фактически дословно помнила грандиозную ссору между Пайпер и Джастином, будто оба снова стояли перед ней и бросали друг другу в лицо обидные слова. Это случилось перед поездкой их класса в лес на выходные, незадолго до выпускных экзаменов. Прямо перед загрузкой в автобус. Обозленная до предела сестра ударила кулаками в грудь парня, пнула рюкзак и убежала прочь. Лаки, разумеется, тоже никуда не поехала, а надутый, как индюк Джастин решил, что поведение взбалмошной подруги, не повод отказываться от выходных на свежем воздухе.
   Со здоровым образом жизни у парня, правда, не сложилось. Видя его отвратительное настроение, школьные приятели решили взбодрить незадачливого Ромео "увеселительными" напитками в неограниченных количествах. Кончилась их трогательная забота тем, что утром ничего не помнящий о минувшей ночи Джастин проснулся нагишом в палатке вместе с Эмили Макинтайр - одноклассницей, давно и безответно по нему страдающей. Естественно, данный факт моментально стал достоянием всей школы.
   Пайпер, узнав об измене, разорвала отношения с Джастином, не дав ему даже возможности объясниться. Не желала ни видеть его, ни слышать о нем. Парню понадобилось почти два месяца, чтобы заслужить прощение. Пришлось даже стоять на крыше школы под дождем в одном белье. Это случилось после того, как Макензи, не зная, что еще предпринять, спросил бывшую подругу во всеуслышание - что ему еще сделать, для нее? А Пайпер взяла и предложила "вариант".
   Когда страсти поутихли и старшая Лароби-Клейтон согласилась дать бой-френду второй шанс (пригрозив, что даже взгляд в сторону другой девушки будет равносилен измене), стряслась новая беда. Выяснилось, что Эмили Макинтайр находится в интересном положении. Наглая девчонка нарочно до последнего скрывала беременность, чтобы исключить возможность ее прерывания. Ситуацию усложнила позиция ее отца - известного в городе финансиста, требующего от Макензи немедленной женитьбы на "обесчещенной" им девушке. С его стороны начался такой прессинг, что Пайпер схватилась за голову, впервые в жизни не зная, что предпринять. Она несколько дней ходила мрачная, худела на глазах и молчала. Лаки чувствовала, сестра готовится принять непростое решение. Однако, такой "засады" не ждала.
   Оставленное у изголовья кровати письмо, она перечитывала десятки раз, словно надеялась, что при следующем прочтении суть послания изменится. Пайпер просила прощения за вынужденный побег, и писала, что иного пути им с Джастином не оставили - в Нью-Йорке у них нет будущего. Обещала сообщить, как только они где-нибудь обоснуются.
   "Прости, но теперь тебе самой придется принимать решения. Повзрослеть. Я больше не смогу прикрывать твои тылы..." - Лаки рыдала в голос, читая эти строки. В тот миг она жутко злилась на Пайпер, проклинала Джастина. Кричала, что больше не хочет видеть обоих. Никогда!
   Кто бы знал, что желание сбудется так скоро!
   На похоронах Лаки кинулась на мистера Макинтайра, обвиняя его в убийстве сестры. Расцарапала ему лицо. Оттаскивать ее от окровавленного мужчины пришлось нескольким крепким парням. Странно, но в те дни, девушка действительно верила, что смерть Пайпер - не случайность. Что это отец Эмили организовал убийство, инсценировав его под аварию у придорожного кафе, а Джастин случайно оказался в машине. Что в миг, когда авто протаранил грузовик, Макензи должен был находиться в другом месте...
   - Ты в порядке? - вернул Лаки в реальность встревоженный голос Джулс. Она так глубоко погрузилась в прошлое, что замерла у зеркала, безжалостно сжимая в руках нежную ткань платья. - У тебя такое лицо!
   - Просто задумалась, - отмахнулась Лароби-Клейтон, пытаясь избавится от выражения неприкрытой злобы. - Слушай, у меня идея! Едем ко мне! Я тебе на завтра такое платье выберу и туфли, что Клои точно взбесится! У нас же одинаковый размер, верно?
   - Ты не шутишь?! - оживилась секретарша, сияя, как солнце в летний зной.
   - Еще как не шучу, - мстительно улыбнулась Лаки, представляя недовольство Гарднер. Пакость мелкая, а как приятно!
   Выходя из магазина, Лаки достала из сумочки зеркальце. Поправила черные кудри, пока Джулс что-то щебетала, не переставая. Сделала вид, что ищет в глазу ресницу, хотя на самом деле посмотрела на другую сторону улицы - на женщину у газетного киоска, и усмехнулась уголками губ. Дама в неприметном сером плаще, темных очках и русом парике ходила за ними сегодня весь день, пребывая в полной уверенности, что Лаки ее не замечает. И вообще не подозревает о ее существовании. Идиотка! Столько месяцев таскаться следом тенью и верить, что тебя не вычислили! Хотя кто сказал, что чужая глупость - это плохо? Ведь не считая вчерашней бурной реакции в конторе адвокатов, все остальное пока шло точно по плану. В том числе, присутствие бестолковой курицы, изображающей в эту минуту жгучий интерес к утренним газетам.
  
   Глава 6. Шантажисты
   Из дневника кукловода: Меня забавляет человеческое самомнение, помноженное на глупость. Людям нравится считать, что они умнее, прозорливее и дальновиднее других. Что они умеют думать на несколько шагов вперед и играть чужими жизнями. Смешно. Как правило, те, кто так считает и есть легкая добыча. Для таких, как я. Они уверены, что держат ситуацию под контролем, распоряжаются судьбами других. Но на самом деле, это я дергаю за ниточки.
  
   ****
   Эмет ополоснул лицо холодной водой, чтобы сбить гнев и остудить пылающие щеки. Чувствуя, что это не помогает, подставил под кран голову. Тихо охнул, ощутив как ледяные струи побежали по шее и груди, а особенно резвые по горячей спине, но стиснул зубы и стоически выдержал ледяную атаку. И не зря. Потому что через мгновение действительно стало легче. Ярость, застилающая разум, начала отступать.
   Злился адвокат на собственную слабость, проявленную несмотря на многочисленные обещания, данные самому себе. Хотя, если честно, не мог объяснить причину того, что произошло минувшей ночью. Ее просто не существовало. По крайней мере, рациональной. Быстро одевшись, Сазерленд бесшумно выскользнул из ванной комнаты. На цыпочках прокрался мимо спальни, стараясь не смотреть на спящую молодую женщину с разметавшимися по подушке светлыми волосами.
   - Тише, - взмолился он одними губами, глядя как навстречу, весело подскакивая меховым шариком, выбегает черный щенок. Бешено виляет хвостом и готовится громко затявкать от распирающей радости. - Ш-ш-ш, - адвокат быстро сгреб маленькое недоразумение в охапку и уволок в коридор, где с облегчением выпустил на пол, предварительно плотно прикрыв дверь. Пусть он сто раз будет выглядеть трусом, но сейчас Эмет совершенно не был готов объясняться с бывшей женой, в постели которой накануне так безрассудно оказался. А ведь хотел всего-навсего помочь выбрать новую собаку...
   Всю дорогу до дома, куда ехал, чтобы привести себя в порядок перед длинным рабочим днем, Сазерленд продолжал задаваться вопросом о причинах и следствиях, приведших к исходу сегодняшнего утра. Что это было? Страсть? Ведь в голове вчера и правда словно отключили все здравые мысли, подавили волю, не дали сработать тормозам. Нет, не оно. Найти женщину, чтобы приятно провести время Эмету никогда не составляло труда. И вчерашний вечер не стал бы исключением. Случайная подруга вызвала бы не меньшее желание, при этом не стала бы требовать ничего взамен. В отличие от Сары. Любовь? Возвышенные чувства, о которых адвокат и сам не подозревал? Так наверняка бы сказали законченные романтики. Но и это неправда. Сазерленд точно знал, что не любит бывшую жену. Да, она по-прежнему привлекает его как женщина (что и было доказано несколько часов назад), но это точно не любовь. Попытка что-то доказать себе? Глупости! Неосознанное желание побыть с человеком, которому небезразличен? Нет, не теперь. Но тогда что? ЧТО?!
   Из круговорота безосновательных предположений Эмета, управляющего автомобилем на автопилоте, вывела модная танцевальная мелодия мобильного телефона, поставленная на неопознанные номера.
   - Да? - напряженно ответил адвокат, предчувствуя, что ничего хорошего звонок не принесет. Иначе зачем пока еще неизвестный собеседник стал бы пользоваться телефоном-автоматом.
   - Что происходит, Эмет?! - прокричал в ухо взвинченный женский голос, насквозь пронизанный истерическими нотками. - Ты обещал, что ОНА заплатит! Ты дал мне слово! А эта гадина разгуливает по городу, как королева!
   - Тише! - потребовал Сазерленд, останавливая машину у тротуара. Вести ее и успокаивать слетевшую с катушек девушку на другом конце "провода" было весьма проблематично. Тем более, адвокат не был уверен, что его доводы сейчас дойдут до разума адресата. - Успокойся. И послушай. Да замолчи ты хотя бы на минуту! Я все объясню!
   - Объяснишь?! - продолжила плеваться трубка. - О, да! Тебе многое придется объяснить, Эмет Сазерленд! И не смей, не вздумай даже просить довериться тебе! Я уже сделала это однажды! И чем всё кончилось, а?! Моей сломанной жизнью! Растоптанными чувствами!
   Адвокат немного отодвинул сотовый от уха, потирая переносицу. Решил, дать даме выговориться. Выпустить пар. Всё равно сейчас слова не вставить, пусть лучше накричится вдоволь. А он в эти несколько минут примет решение, как привести ее в чувство, пока она своей неконтролируемой истерикой не разрушила его планы, не поломала жизнь ему и еще нескольким людям.
   - У тебя с ней роман, да? - неожиданно всхлипнула девушка. - С Лароби-Клейтон? Ты, как и ОН решил вытереть об меня ноги?
   - Глупости! - возмутился Эмет. - Лаки не в моем вкусе, ты же знаешь.
   - Тогда почему ты тянешь время?! - взвизгнули на том конце.
   - Потому что так надо! Лаки не должна ничего заподозрить! Иначе все пойдет прахом!
   - Я тебе не верю! Ты лжешь! - рыдания становились все громче. - Знаешь, что я сделаю? Знаешь?! Я позвоню ей! И расскажу, что ты не случайно подошел к ней в вечер убийства в баре! Что ты ведешь свою игру!
   - Джеми, прекрати! - у Эмета аж волосы на загривке зашевелились. Он ни на йоту не усомнился, что собеседница приведет угрозу в действие и тогда... тогда... - Где ты? Давай встретимся и обсудим всё в спокойной обстановке. Я заеду за тобой. Прямо сейчас. Прошу тебя, Джеми, скажи мне, где ты находишься.
   - Я не... - пробормотала девушка растерянно, а Сазерленд явственно ощутил, что та готова поддаться, что она сама этого хочет, изнывая от тоски и одиночества, поэтому усилил наступление:
   - Мне давно следовало встретиться с тобой, но мы ведь договорились держать дистанцию на время процесса. Я не думал, что ты так всё восприняла. Я болван, Джеми. Не понял, насколько тебе тяжело, - Эмет старался придать голосу максимум искренности, и, кажется, ему это удалось. Трубка всхлипнула, затем еще раз, глубоко вздохнула и, наконец, запинаясь продиктовала адрес.
   - Поторопись, - потребовала собеседница в ответ на заверения Сазерленда, что он скоро ее подберет.
   - Проклятье! - отключив связь, адвокат ударил кулаком по собственному колену. Этого только ему не хватало! Бестолковая девица с самого начала была слабым звеном в плане, а теперь и вовсе грозила его сорвать. И главное, из игры ее никак не выведешь, она, сама того не подозревая, завязла в ней по уши. И не избавишься. Еще нужна. Как воздух!
   Сазерленд снова завел машину и тронулся в путь, набирая на быстром поиске номер Гарднер.
   - Да, Эмет? - радостно откликнулась Клои, едва он успел услышать один неполный гудок, словно помощница сидела и ждала его звонка.
   - Меня не будет сегодня. По крайней мере, в первой половине дня. Замените меня с Томом на встречах с клиентами или перенесите их. И постарайтесь не звонить без веской причины.
   - Что-то случилось? - участливо поинтересовалась Гарднер, явно готовясь предложить свои услуги в любом деле - от стирки белья до спасения человечества. - Ты не заболел?
   - Нет, я в порядке.
   - Я могу... - начала предсказуемая девушка, но босс ее перебил.
   - Спасибо, Клои. Я справлюсь.
   - Но...
   - Единственно, чем ты можешь помочь, это обеспечить бесперебойную работу конторы, - и не дожидаясь ответа, Эмет оборвал связь, а затем, поразмыслив с минуту, отключил мобильный. Ни Клои, ни Том, помня об указании, не побеспокоят его даже в случае ЧП. Зато Сара очень даже может. А ее звонок - вещь совершенно ненужная во время объяснений с Джеми. Адвокат уже не сомневался, что разъяснительная "беседа" произойдет в постели. Как ни крути, а это был единственный способ заставить девушку смягчиться и успокоиться.
   Морщась от раздражения, Эмет неожиданно нашел ответ на вопрос, мучавший его с той минуты, как он покинул квартиру Сары. Сазерленд вдруг четко осознал причину, по которой провел ночь с бывшей женой. Все верно, не страсть, не любовь и даже не ностальгия по прошлому толкнули адвоката в ее объятия. Банальный страх! Отчего-то оказавшись так близко к исполнению заветной мечты, Эмет вдруг испугался. Нет, он не собирался отступать, по-прежнему желая этого больше всего на свете. Он просто сделал шажок назад, чтобы взять тайм-аут. Совершил глупость, конечно. Однако, кроме Сары этого ему в вину никто не поставит. В этом Эмет не сомневался.
  
   ****
   - Холден, подожди! - окрикнула Кристин Аббигейл Трент, когда та проходила мимо секретарского стола. - Тут для тебя конверт принесли. Только... только его у меня уже нет, - женщина развела руками, плотно сжимая губы, а затем выплюнула с досадой. - Наглая девка! Меня - старую волчицу провела!
   - Что случилось, Эбби? - спросила Кристин как можно мягче. На ее памяти секретарша босса еще ни разу не выглядела такой смущенной. Наоборот, она всегда проявляла чудеса непробиваемости, не позволяя раскисать и окружающим.
   - Для тебя принесли письмо, - повторила Аббигейл, отчеканивая каждое слово. - Я положила его вот здесь, - женщина грохнула широкой ладонью о стойку. - И тут эта прискакала на помеле! Помощница начальника твоего. С вытянутой шеей!
   - Ньюман? - нехорошо прищурилась Кристин, уже догадываясь, что произошло.
   - Она, - виновато вздохнула секретарша. - Принялась мне зубы заговаривать. А потом гляжу, конверта нет, а эта уже летит к Ханту с криком: "Стивен, у меня для вас потрясающая новость!" - изобразила Трент немного шепелявый голос Ники.
   - Ясно, - Холден на минутку задумалась, а потом сжала ладони секретарши. - Не переживай, Эбби, ничего страшного не произошло. И не сомневайся, я найду способ задвинуть эту выскочку. Обещаю.
   - Буду держать за тебя кулачки, - заверила Трент и изобразила руками движение, будто откручивает кому-то голову.
   Кристин не кривила душой. Никакой катастрофы действительно не случилось. Однако нужно держать ухо востро, пока желающая выслужиться стерва действительно не перешла дорогу по-крупному. Открывая дверь кабинета любовника (нарочно без стука), она постаралась придать лицу невинное выражение. Пусть мелкая пакостница пока не подозревает о нависшей угрозе.
   - У нас отличные новости, Кристин! - объявил Стивен. Он едва по кабинету не прыгал от радости, а Ньюман сидела в кресле у его стола по правую руку и улыбалась до ушей. Ее явно не смущали ни кража конверта, ни то, что она заняла место Холден.
   - И какие же? - Кристин не единым мускулом не выдала, насколько зла. Опустилась в другое кресло, нарочно расположившись так, чтобы Хант видел ее стройный ноги.
   - Из полиции Нью-Йорка прислали письмо и фотографии. Они... они... - уловка сработала моментально, Стивену пришлось сесть за стол, чтобы перестать смотреть на подругу, вернее на нижнюю часть ее тела. - Им прислали анонимку. По нашему делу. О некоторых тайнах семейства Лароби-Клейтон. Посмотри, - он протянул Холден бумаги. Беря их, та с удовольствием отметила, как на глазах мрачнеет Ники. Она наивно полагала, что разбираться с новыми открытиями поручат ей.
   "Я знаю, почему Лаки Лароби-Клейтон убила Роя Андерсона", - гласило анонимное письмо. - "Он шантажом пытался заставить ее выйти за него замуж. Мистер Андерсон узнал, где Билл Лароби-Клейтон спрятал сбережения. У своей тайной любовницы - Диди Трой, дамы, кстати, замужней. Лаки регулярно получает по частям свое наследство. Так сказать, на расходы. Если бы Рой прикрыл эту "лавочку", мисс Лароби-Клейтон пришлось бы вернуть государству кругленькую сумму и навсегда лишиться финансирования. С уважением, доброжелатель".
   - Пишет, как в низкопробных детективах, - поморщилась Кристин, приступая к просмотру фотографий. - Это та самая Диди? - вскинула брови она, разглядывая блондинку с роскошными формами, коротающую время с Биллом в бассейне. - Похоже, она фактически одного возраста с Лаки.
   - Ты не слышала, что мужчины предпочитают спутниц помоложе? - незамедлительно последовал укол от Ньюман.
   - Видимо те, которые пытаются себе что-то доказать, - ядовито заметила Кристин, заставив Стивена крякнуть и поправить галстук, тем самым демонстрируя, что он к данной категории никак не относится.
   - Что думаешь о письме? - поинтересовался Хант, возвращаясь к основной теме. - Похоже на правду, ведь так?
   - Шантаж объяснил бы мотив, - согласилась Холден нехотя. - И денежки где-то, несомненно, осели. Вот только доверять состояние любовнице, это как-то неосмотрительно.
   - Но не дочери же! - парировал Стивен. - Лаки бы за неделю все сбережения спустила. А о существовании Трой никто не знал. Я распоряжусь, чтобы в Нью-Йорк отправили детективов. Интересно только кто этот "доброжелатель".
   - Да, ещё одна загадка, - пробормотала Кристин и покосилась на Ньюман. - Кстати, я слышала, Эмет Сазерленд был знаком с Лаки до убийства. Поговаривают, их не раз видели вместе.
   - Тогда не удивительно, что взял ее дело, - плотоядно оскалилась Ники. - Решил совместить приятное с полезным. По нему чувствуется - парень своего не упустит, - и она многозначительно глянула на Холден. Наглая девчонка не сомневалась, что у той в прошлом была интрижка с Эметом.
   - Только не говори, что сама была бы не прочь им заняться, - Кристин небрежно усмехнулась и с едва уловимым сомнением покачала головой.
   - Полагаешь, я бы не смогла его очаровать? - как школьница попалась на удочку Ньюман. Повела плечами, закинула ногу на ногу. О, да! Она ни в чем не желала уступать конкурентке. Не постеснялась бы добиться расположения ее бывшего любовника, лишь бы поставить еще одну галочку в создании раздутого самомнения.
   - Уверена, - снисходительно улыбнулась Кристин. - Ты не в его вкусе, - ей доставило несказанное удовольствие наблюдать, как Ники морщится и сжимает зубы. Догадалась мерзавка, что она знает про украденный конверт и думает, что обидные слова - и есть месть. Глупая. Игра по выводу ее из строя только начинается.
   - Зачем ты издеваешься над Ники? - осуждающе спросил Стивен, когда они остались одни в кабинете.
   - Я ей не доверяю, - Кристин подошла к креслу Ханта, села на подлокотник и игриво провела левой рукой по волосам своего "второго" мужчины.
   - Вздор, - отмахнулся Стивен. - Просто ты видишь в ней конкурентку.
   - Ну, раз ты так думаешь, значит, плохо меня знаешь, - Кристин оторвала правую ладонь, путешествующую по груди любовника и направляющуюся в этот самый момент вниз. - Интуиция редко меня подводит, милый. Вот увидишь, эта девочка еще преподнесет сюрпризы. И не самые приятные.
   Кристин убрала руки Ханта с собственной талии и демонстративно отправилась к выходу, даже не посмотрев на реакцию оставшегося без "сладкого" мужчины. И так было ясно, злится и корит себя за то, что не вовремя открыл рот.
   Зайдя к себе, Холден набрала номер Моргана Паркера.
   - У меня для вас ещё одно задание, - оповестила она детектива, пропуская слова приветствия.
   - Понял, - коротко ответил Паркер, выслушав немногословные указания. - Подождите, - добавил он к удивлению клиентки, не привыкшей, чтобы он переспрашивал. - У меня есть новости. По другому делу. Я выяснил, чего хочет та женщина.
   - Отлично, - Кристин глянула на часы. - В восемь на том же месте.
   - Буду.
   Отключив связь, Холден посмотрела на себя в зеркало, висевшее за дверью, и с трудом поборола желание ударить по нему. Круги под глазами за последние дни стали еще глубже, кожа посерела. Черт бы побрал Питера! И Стивена тоже! Но ничего. Она заставит одного горько пожалеть о неумении держать штаны застегнутыми, а другого понять, что она женщина с большой буквы, а не чужая жена, изголодавшаяся по ласке.
   Но сначала она разберется с Ньюман. Два хода в этой партии уже совершены. Дело за третьим. Кристин снова взялась за телефон. Прежде чем набрать номер, сделала несколько глубоких вдохов, чтобы на том конце не почувствовали, насколько она не в форме.
  
   ****
   На встречу с Паркером у старого причала Кристин приехала раньше времени. Заглушила двигатель и, откинувшись на спинку кресла, закрыла глаза. Как же она устала. Каждая клеточка кричала, моля о пощаде. Или хотя бы о небольшой передышке. Остановиться. Бросить все дела и уехать прочь. От всех этих мелочных людишек, от проблем - надуманных и реальных. Поставить точку в жизни Кристин Холден. Женщины, которую, как многие считают, они хорошо знают.
   Нет-нет, она не хотела умереть. Подобная глупость ей больше никогда не придет в голову. Небо однажды помогло понять, что самоубийство - не выход, как бы сильно не хотелось прекратить боль. Случилось это здесь - у старого причала много лет назад. Она - тогда совсем девчонка, стояла у края и измеряла взглядом водную гладь, гадая, сколько сумеет проплыть, прежде чем выбьется из сил и пойдет ко дну. Смысл был именно в том, чтобы убраться как можно дальше от берега. Чтобы исключить соблазн повернуть назад.
   Она попала в Чикаго, потому что сюда ехал пожилой дальнобойщик, подобравший ее на дороге убитую горем и не в состоянии произнести ни слова из-за шока. Привез и высадил у полицейского участка, в который она не пошла. Потому что не видела смысла. Потому что уже ничего не могла изменить. И не хотела возвращаться туда, где все началось.
   Девушка в драных джинсах и легкой футболке брела по ночному городу босиком, не разбирая дороги. Не боясь ни воров, потому что у нее нечего было красть. Ни маньяков, потому что не страшилась ни физической боли, ни смерти. Шла, пока не вывернула на причал.
   Когда же она, наконец, созрела, чтобы шагнуть вниз, ветер принес потрепанный газетный лист со следом от грязного ботинка. Даже в темноте девушка узнала людей на фотографии. Потому что отлично помнила, как и когда снимок был сделан.
   - Ты веришь в судьбу? - спросил тогда человек, с которым она собиралась провести всю жизнь. И умереть в один день, если повезет - в глубокой старости. - Я верю. Она дает нам знаки и подсказки.
   - Я всегда считала, что мы сами творим свою судьбу, - рассмеялась она в ответ и растрепала его непослушные волосы.
   - Просто ей нравится, когда мы в это верим, - философски изрек он, и быстро поцеловал ее, пока она снова не начала возражать.
   Подняв с земли листок и прочитав статью, девушка действительно поверила в подсказки судьбы. А как иначе? Какова была вероятность, что за шаг до обрыва ее "найдет" именно эта газета? Именно эта статья?
   Кристин так задумалась, что не услышала, как подъехал Паркер. Очнулась, когда детектив аккуратно постучал по стеклу.
   - Что накопали? - спросила она деловито, чтобы снять неловкость. Она чувствовала себя уязвленной из-за того, что ее застали врасплох.
   - Историю из прошлого, - мужчина вытер платком вспотевший лоб и приоткрыл окно. - Вы знакомы с Итоном Картером?
   - Да, он работает с моим мужем. Они друзья. Вернее, приятели.
   - С Миной он тоже когда-то дружил, - усмехнулся детектив. - Это из-за него она в студенческие годы сиганула под вашу машину.
   - Вот как, - протянула Кристин. - И чего она хочет? Возобновить отношения? Насколько я знаю, Картер помолвлен.
   - И не с кем-нибудь, а с племянницей мэра, - многозначительно приподнял брови Паркер.
   - Расстроить свадьбу? Вы шутите?!
   - И свадьбу, и карьеру. В общем, отыграться по полной. Девушка считает, что бывшему бой-френду чересчур подфартило в жизни. Однако, она поняла, что в одиночку провернуть столь масштабную акцию ей не по силам (все-таки теперь они с Картером птицы разного полета), и поэтому подключила вашего супруга. При помощи шантажа, разумеется. Поставила ультиматум - либо он ей помогает, либо все узнают о внебрачном ребенке.
   - Вы уверены, что дела обстоят именно так? - Кристин плохо представляла Мину в роли мстительницы. С другой стороны, когда парень, вытерший об тебя ноги, получает от судьбы столько подарков сразу, и впрямь обидно. Гораздо приятнее видеть его неудачником.
   - Сомневаетесь в моем профессионализме, мэм? - попытался изобразить обиду детектив, но с Холден подобный финт не прошел.
   - Лишь хочу услышать конкретные факты, - она холодно посмотрела Паркеру в глаза.
   - Адвокаты, - проворчал он и нехотя пояснил. - У Льюис есть близкая подружка, которая много болтает в интимной обстановке. Особенно после хорошей выпивки. Не подумайте, - замахал руками мужчина. - Я тут не причем. У меня в арсенале есть парочка смазливых парней, умеющих хорошо ладить с дамами.
   - Ясно, - кивнула Кристин, стараясь не прыснуть. Морган Паркер в роли героя-любовника. Вот уж действительно анекдот.
   - Будут еще поручения по этому делу, мэм?
   - Да. Следите за этой парочкой. В смысле за Льюис и моим супругом. Если будут близки к тому, чтобы избавиться от Картера - сообщите.
   Когда детектив покинул машину, Кристин расхохоталась. Вот он - подарок судьбы. На блюдечке. Теперь у нее в руках все козыри против мужа. И она нанесет удар. В свое время. Хорошо бы сделать это по окончанию дела Лароби-Клейтон. Чтобы низвергнуть всех недругов одновременно. Полюбоваться их поражением и красиво уйти...
  
   Глава 7. Скрытое алиби
   Из дневника кукловода: Нужно уметь лгать. Нет, не так. Лучше построить фразу иначе, чтобы передать её точный смысл. Лгать нужно уметь. Мастерство не только в том, чтобы складывать слова в предложения, но ещё и в каждом взгляде, жесте, повороте головы. Нужно излагать ложь так, чтобы в твоих глазах не отразилась истина. Её не должны разглядеть ни оппоненты, ни вынужденные союзники.
  
   ****
   Вот она плата за хождение налево! Рассчитываешь на удвоенное внимание, а получаешь форменную истерику в квадрате от взрослых и степенных (казалось бы!), представителей сильной половины человечества. Причем, никого не волнует, что роль жилетки - не твоя стезя. И что по статусу - нервной и капризной полагается быть женщине.
   Кристин в четвертый раз перечитывала допрос свидетеля по делу об ограблении, которое вела параллельно с убийством Андерсона. Но никак не могла сосредоточиться на деталях, ибо мысли витали вокруг совсем других аспектов, далеких от работы. В голове звучали громкие мужские голоса и обидные слова в её адрес, брошенные пусть и сгоряча, однако, не становившиеся от этого менее ядовитыми.
   Первым начал Питер, вернувшийся домой за полночь, скрипя зубами от злости. Швырнул на пол пиджак. Яростно дернул ворот рубашки, отчего пуговицы брызнули в разные стороны. Запрыгали по мебели, покатились прочь. Кристин, конечно, ждала реакции от мужа, после того, как мило пообщалась с Итоном пару дней назад и ненавязчиво впечатала ему в мозг план военных действий. Однако не предполагала, что супруг станет носиться по дому полураздетым, хлопать дверьми и выть белугой. Как-то не вязалось столь эмоциональное поведение с обычно выдержанной законной половиной. Вот до чего любовницы доводят! Пусть и бывшие.
   План был прост. Показать, что Итон Картер - билет мужа на следующую ступень по карьерной лестнице, а без него, напротив, продвижение Питера грозит не просто забуксовать, а даже дать задний ход. Это Картер доходчиво объяснил коллеге, пригласив вечером в бар. Разумеется, о том, что он в курсе про Мину, не было сказано ни единого слова. Жертва сговора улыбалась, острила и дружески похлопывала Холдена по плечу. А под конец объявила, что замолвила за него словечко перед влиятельным будущим родственником, а тот пообещал позаботиться об Итоне и его друге сразу же после свадьбы.
   Питер быстро смекнул, чем грозит ему срыв торжественного мероприятия. Когда несостоявшийся жених будет изгнан с позором, мэр вряд ли захочет видеть возле себя его протеже. Искать компромат на Картера Холдену явно больше не улыбалось. Вот только мать его незаконного отпрыска продолжала оставаться реальной угрозой семейному "счастью" и деловой репутации.
   Правдоподобно изобразив печаль, Кристин смотрела на брызжущего слюной мужа, вынужденного выпускать пар и врать на ходу. Правду-то, поведать он не мог. Вот и поливал грязью всех коллег, кто приходил на ум. Жена понимающе кивала, соглашалась с каждым обвинением. Сама вставляла подходящие к месту ругательства, но в итоге неожиданно нарвалась на обвинение в собственный адрес.
   - Ты надо мной издеваешься, да?! - Питер остановился посреди комнаты и подозрительно покосился на супругу. - Тебе же наплевать на мои проблемы! Сделала лицо серьезным, а глаза-то смеются!
   - А как ещё мне реагировать? - неразумно решила припечатать Кристин, устав от ночного скандала. - Если ты стоишь тут в трусах и носках, а строишь из себя большого начальника.
   Ради выражения лица Питера, эти слова и впрямь стоило произнести. Сначала с него сошли все краски. Затем щеки принялись розоветь, но не равномерно, а пятнами, пока не обрели цвет перезрелого томата. А после в глазах отразилось такая обида, что не будь Кристин безразличен брак, появился бы повод всерьез заволноваться.
   - Ты! Ты! - задохнулся Питер, сжимая кулаки, а жена невольно подумала, что из его ушей сейчас всенепременно повалит пар. - Тебя нельзя любить! Ты убиваешь любые чувства!
   - О, да! Зато твой эмоциональный диапазон на редкость огромен! - бросила она раздраженно и оставила мужа бушевать от гнева в одиночестве.
   А утром получила новую порцию яда уже от любовника. Он не хуже Питера скакал по кабинету и сыпал ругательствами. Благо одет был полностью, что позволяло Кристин сохранять серьезность. Впрочем, причина бури тоже способствовала деловому настрою. Холден, разумеется. Не Ханта.
   Нью-Йоркская операция под кодовым названием "сокровища у тайной подруги" провалилась. Никаких следов сбережений папочки Лаки в распоряжении Диди Трой полиция не обнаружила, зато умудрилась рассекретить ее старый роман. Мужа дамочки обнародование ветвистого украшения на голове сначала сподвигло примерить роль увековеченного Шекспиром мавра на глазах у ошеломленной публики, то бишь стражей порядка. А затем довело до больничной койки с сердечным приступом. Туда же - только этажом ниже последовала и изменница. Лечить пошатнувшуюся нервную систему.
   - Она ругала Лароби-Клейтона последними словами, - пряча глаза, отчитывался ранним утром перед Стивеном и Кристин бостонский полицейский, сначала побывавший вместе с коллегами из Нью-Йорка в доме Диди, а потом навещавший её в клинике. - Рассказала, любовник уговорил её перевести часть сбережений в свой банк. Мы проверили, это правда. Так что Трой сама пострадала от аферы Уильяма. Тогда же они и расстались...
   - Кому, черт возьми, понадобился этот балаган? - бушевал теперь Стивен. Он ненавидел, когда ситуация выходила из-под контроля. Ещё бы! Учитывая, что именно на сегодня господин прокурор назначил встречу Лароби-Клейтон и её адвокату. Хант не сомневался, что прищучит их найденными отцовскими денежками, и те согласятся на сделку. Он уже видел девчонку в тюремной робе. Зато надо отдать должное Ньюман. Вернее, её чувству самосохранения. Она рванула в суд, подменять заболевшего коллегу в совершенно не звездном деле, лишь бы не попасть под горячую руку начальнику.
   - Может, это Лаки послала письмо? - предположила Кристин осторожно. - Да, мы быстро установили непричастность Трой к исчезновению денег, зато ей здорово досталось. Вдруг Лароби-Клейтон хотела отомстить папочкиной пассии?
   - У неё мозгов не хватило бы! - огрызнулся Стивен, неприязненно морщась. - На письме не единого отпечатка. - Скорее, этот твой...
   - Эмет не стал бы опускаться до подобных инсинуаций, - отмахнулась Холден, невольно вспомнив годы учебы. В их пятерке Сазерленд во многом являлся белой вороной. Соглашался далеко не со всеми методами Келлера. Однако профессор всё равно держал его в группе за острый ум и умение быть убедительным.
   - А почему ты, собственно, его защищаешь? - остановился вдруг Хант посреди кабинета и глянул на подругу исподлобья. - Я считал, у вас всё кончено.
   - У нас с Эметом? - недоуменно вскинула брови Кристин. - Вообще-то ничего и не начиналось.
   - Ну-ну, - Стивен упрямо тряхнул головой, напомнив Холден мальчишку, не желающего сдаваться в споре со взрослыми. - А может, тебе просто трудно признать, что ты не способна поддерживать нормальные отношения?
   - Ты бредишь, - подвела итог беседе Кристин и покинула кабинет, не удостоив Ханта даже взглядом.
   Странно, но в течение всего дня она никак не могла отделаться от мысли, что мужчины в чем-то правы. От этого становилось еще паршивей. Её сложно было назвать идеальной второй половиной. Всегда. Даже в юности. Школьный парень (тот самый, с которым она собиралась провести жизнь) тоже иногда взрывался.
   - Почему ты всегда всё усложняешь? Ведь жизнь проще, чем ты стараешься её сделать, - не раз повторял он. А однажды сказал слова, которые её жутко обидели. - Ты хочешь летать слишком высоко. Мне за тобой не подняться.
   Лишь спустя годы Кристин поняла, что парень уже тогда разглядел главное. Ей оказалось бы мало замужества, дома, работы с приличной зарплатой, а уж тем более роли домохозяйки. Интеллект и способность мыслить аналитически не дали бы девушке жить так примитивно. Постепенно она бы привнесла в семью столько драмы, что и чертям в аду стало бы страшно.
   А сегодняшние отношения... Да, она не держится ни за Питера, ни за Стивена. Зачем? Рядом с ними она не чувствует себя настоящей. Кристин всегда был нужен мужчина, способный понять её помыслы, не подрезающий крылья, но в то же время равный ей и по уму, и по силе характера. Слишком высокие запросы, не так ли? Но меньшее не приносило ничего кроме постоянного раздражения, уныния и глупых ссор.
   Холден оттолкнула от себя листы с показаниями и закрыла лицо ладонями. Злость, родившаяся после двух трудных "разговоров", готова была плеснуть через край. Может, антидепрессанты попить? Нет. Плохая идея. Кристин ненавидела зависимость. От людей (с одним единственным на свете исключением), от вещей. А уж тем более от лекарств.
  
   ****
   По дороге на "рандеву" в прокуратуру Эмет и Лаки не сказали друг другу ни слова. Всё было отрепетировано и проговорено десятки раз. Сейчас обоим хотелось тишины. Поэтому каждый погрузился в собственные мысли.
   Эмет думал о Джеми. Кажется, ему удалось снять напряжение и отложить взрыв на время. Правда, сколько его реально в запасе, предсказать не взялся бы никто. Девушка могла снова слететь с катушек уже завтра и сорвать самую главную аферу в его жизни. А это заставляло нервничать. Очень. Слишком многое стояло на кону.
   Мысли Лаки целиком и полностью занимала "тень". На днях та настолько обнаглела, что шпионила без очков, хотя и в новом парике. В зеркальце девушка поймала пропитанный ненавистью взгляд. Впервые стало страшно. До того, это таскание следом казалось игрой. А то, что предстояло сделать в будущем - лишь ответным ходом. За вмешательство туда, куда не просили. Теперь же Лаки словно протрезвела. Избавилась не только от реального опьянения, но и излишней самоуверенности, затуманившей разум. Возможно, верно говорят - за всё в жизни нужно платить. Тем более, за пролитую кровь. Но она не хочет. Не может. Не должна.
   А всё из-за того, что кое-кому приспичило облегчить совесть! И почему люди такие слабаки? Если уж решился что-то предпринять, надо действовать, а сделав - не жалеть об этом. И не каяться. Она вот ни о чем не сожалеет. Только всё равно страшно...
   Начала встречи пришлось ждать в коридоре около получаса. Наверняка, оппоненты это организовали нарочно. Идиотский приём, чтобы заставить нервничать. Но Лаки не собиралась этого делать. Не сегодня. И не здесь. Заходя в кабинет прокурора, она заметила брошенный Хантом быстрый взгляд в сторону Сазерленда. Ого! Наметанный глаз моментально разглядел в нём ревность. И злость. Похоже, это дело превращалось для советника из сугубо профессионального ещё и в личное. Неприятно. Но и не смертельно.
   Хант солировал. Говорил нарочито небрежно, снисходительно смотрел на Эмета, всем видом демонстрируя, что не в восторге от его профессиональных качеств. Холден молчала, но ни на секунду не отрывала взгляда от лиц бывшего сокурсника с клиенткой. Пыталась прочесть в них ей одной понятные знаки.
   - Ваш адвокат объяснил вам степень риска, мисс? - обратился он к Лаки почти покровительственно. - Если присяжные сочтут вас виновной, вы рискуете выйти на свободу в чересчур зрелом возрасте. Однако, признав вину, вы значительно облегчите себе участь.
   - Двадцать лет тюрьмы - небывалое облегчение, - усмехнулся Эмет. - К тому же, здесь ключевое слово - "если". Вам ещё нужно доказать, что это мисс Лароби-Клейтон убийца.
   - Тем более, я никого не убивала, - Лаки посмотрела Стивену в глаза. Без страха. Но и без вызова. - И не собираюсь брать на себя чужую вину.
   - Но улики...
   - Какие? - оборвал Эмет, не скрывая злорадства. - У вас даже мотива нет. Нет орудия убийства. Только слова портье, который якобы видел мою клиентку ночью в отеле. Причем, не рядом с убитым. И не с пистолетом в руках.
   - Этого может быть достаточно, чтобы убедить присяжных.
   - Отнюдь! - Лаки назидательно подняла указательный палец. - Потому что портье лжёт. Он хочет навредить мне. Спросите у него, почему. А если промолчит, поговорите с горничной. Стриженной под мальчика. То ли Горти, то ли Морти. Она всё слышала в тот вечер. Перед тем, как Роя убили.
   - А теперь, нам пора, - поставил точку Эмет, поднимаясь. - В следующий раз, приглашайте нас действительно по серьезному поводу, чтобы ни вы, ни мы не теряли времени.
   Признаться, Сазерленд долго думал, стоит ли сейчас раскрывать обвинителям историю о портье. Но потом решил рискнуть. Нужно было закончить раунд победителем. Кроме того, это лишь первый шаг на довольно-таки длинном пути. У него ещё имелись козыри в распоряжении.
   Перекосившаяся физиономия Ханта стала подтверждением правильности выбора. А потом Эмет на мгновение переключился на Кристин, и ему стало не по себе. Холден очень внимательно смотрела в глаза Лаки. Лучше бы она этого не делала, потому что клиентка не удержалась от легкой усмешки. Губы дернулись всего чуть-чуть, но этого хватило, чтобы в душу адвоката закрался страх. У Лаки по-прежнему не получалось контролировать себя до конца. Она могла с легкостью наделать уйму глупостей, даже этого не заметив. Конечно, многоходовка - вещь поистине замечательная. Но приходится учитывать столько мелочей, что никакой гениальный интеллект не выдержит!
  
   ****
   Лаки увидела её на противоположной стороне улицы. Сегодня она снова сменила цвет "волос", не забыла про очки, но даже не старалась прятаться. Потеряла бдительность? Вряд ли. Просто окончательно уверилась в тупости и слепоте соперницы.
   Всю дорогу до офиса Сазерленда Лаки снова думала о ней. Вспомнилась самая первая встреча. Это случилось на похоронах Саймона Донована - мужа Федерики и дяди Роя. Тень тогда была официальной подругой Андерсона, бесконечно изображала скорбь, но всё же явно скучала. Лаки тоже ненавидела похороны. Но откликнулась на звонок Роя из уважения к покойному, которое тогда испытывала. Вот именно! В прошедшем времени! Теперь же с удовольствием прибила бы Донована сама. И даже выкопала бы его из могилы ради такого случая! Собственноручно!
   Лаки помнила, как перешагнула порог дома Донованов и сразу почувствовала, что атмосфера в нем сильно переменилась с последнего приезда четыре года назад - на похороны самой Федерики. Отсутствие хозяйки ощущалось в каждом уголке некогда очень уютного жилища. Рика (так называли секретаршу отца Лаки и Пайпер в детстве) умудрялась привносить тепло даже в их большой и холодный дом в Нью-Йорке. А в свой собственный подавно. Теперь же здесь витала безысходность. Последние годы Саймона явно прошли в непроглядном унынии, а как стало понятно чуть позже, и в жгучей ненависти.
   Рой был очень мил. Несмотря на то, что прежде она всегда вела себя с ним по-свински. Не помогали даже упреки Федерики, годами пытающейся достучаться до совести Лаки. Девушка не упускала случая поддеть неповоротливого и криворукого племянничка. Язвила по поводу и без. А Рой лишь багровел, ни разу не сумел дать достойный отпор. И вот теперь он предстал перед ней истинным джентльменом и даже пригласил на ужин, сообщив, что через несколько дней приедет по делам в Нью-Йорк.
   - Это так трудно, - сказал он, тягостно вздыхая. - Казалось, дядя Саймон и Федерика вечны. Я всегда приезжал сюда, словно домой.
   Первым желанием Лаки было отказать Рою. Но его слова затронули ту часть души, которая отчаянно тосковала по Рике, её трогательной заботе и вечном беспокойстве. Поэтому девушка сказала "да", не подозревая, какое унижение ждет впереди.
   За той беседой на панихиде пристально следила подруга Роя. Стоя с бокалом красного вина возле такой же кровавой занавески, заменившей в гостиной любимые бежевые шторы Федерики. Лаки тогда поразила её несуразная фигура. До невозможного прямоугольное, худое тело. Длинные ноги и руки, как у паука, короткая шея. Зато лицо, на удивление, оказалось вполне презентабельным. Ничего лишнего. А светлые, как лен, пряди удачно гармонировали с изумрудной зеленью глаз.
   Это лицо в последние недели не раз являлось Лаки в ночных кошмарах. Причем, оказывалось на теле настоящего паука, отвратительно перебирающего мохнатыми лапками. Как же она ненавидела эту женщину! За то, что стала тенью. За то, что мечтала уничтожить. И главное за то, что действительно могла это сделать, правда, сама не подозревала об этом. По крайней мере, пока.
   "Ничего, Джеми Николсон!", - мстительно подумала Лаки. - "Дай только срок, и крышка моего гроба станет твоей!"
   - Ты в порядке? - поинтересовался Эмет. - У тебя такое лицо, словно мысленно откручиваешь кому-то голову.
   Лаки хмыкнула. Попыталась придумать, как получше сострить не тему обезглавливания, но в сумочке завибрировал мобильный, сообщая об смс. Послание отправила Джулс. Сбивчивое. Без знаков препинания и предлогами не к месту. Однако смысл Лаки поняла без труда. Мымра, то бишь Гарднер, узнала какую-то её тайну и теперь "скакала" по офису от радости.
   В подтверждение изложенному девочкой-секретаршей зазвонил телефон Эмета.
   - Да, Клои? - устало ответил Сазерленд. Звонки помощницы стали навевать на него мысли о переезде на северный полюс. - Да, еду в офис. Да, Лаки со мной. Может, объяснишь толком, что стряслось? Почему не по телефону? Что за тайны мадридского двора? Хорошо, скоро будем, - Эмет отключил связь и раздраженно воскликнул. - Женщины! Иногда с вами невозможно спорить!
   Он мрачно свел брови, но не сказал больше ни слова до самого офиса. И не поймешь, что на самом деле думает о сообщении Гарднер. Зато Лаки и впрямь напряглась. Что за тайну могла выяснить рыжая клуша? Не самую же главную, в конце концов?! Впрочем, и мелкие секреты могли аукнуться большим катаклизмом. Ведь цепочка не такая уж и длинная. Разгадаешь одно звено, следом потянутся остальные "скелеты".
   Выглядела Клои, встретившая их на пороге, чрезмерно довольной. Предлагая обсудить ситуацию в кабинете Эмета, не переставала хищно скалиться на ненавистную соперницу. Вот дура ревнивая! Скорее снег в июле пойдет, чем Лаки посягнет на Эмета. Джулс, напротив, грустила. Она успела искренне прикипеть к клиентке. И не только из-за одежды, которой та снабжала её по несколько раз на неделе.
   Лаки на мгновение залюбовалась девочкой. Строгое черное платье с закрытым горлом сидело на ней идеально, подчеркивая стройную талию. Жаль только, Том по-прежнему не замечал малышку. Вот и сейчас он смотрел в рот Клои, соловьем заливающейся перед боссом.
   - Я же говорила, она лжёт! - объявила Гарднер, едва они оказались в кабинете Эмета. - О вечере убийства! Наш детектив кое-что раскопал. Её видели! И не одну!
   - О чём ты? - насторожился адвокат, поочередно глядя то на клиентку, то на помощницу.
   Клои объяснила. С выражениями и придыханиями, будто со сцены вещала. Частный детектив, подрабатывающий на их контору, всё-таки сумел воссоздать часть перемещений Лаки после ссоры с Роем. Нашёлся свидетель - официант, который видел девушку распивающую спиртные напитки в компании неизвестного мужчины в баре. Он уверял, что парочка покинула заведение вместе, явно намереваясь продолжить общение в более интимной обстановке. Было это за полтора часа до убийства.
   - Бар на следующее утро закрыли на ремонт, - пояснила Клои под конец. - Поэтому мы сразу и не нашли свидетеля, - она гневно посмотрела на клиентку. - Ну, что вы на это скажете, мисс Лароби-Клейтон?
   Но та молчала. Только сердито губы поджала.
   - Лаки! - грозно потребовал Эмет.
   - Обязательно отвечать при ней? - девушка дернула головой в сторону Гарднер.
   - Боюсь, что да, - лицо адвоката из обычно располагающего к себе превратилось в суровую маску.
   - Ладно! - Лаки всплеснула руками. - Да, я была с тем парнем! Но получилось так неловко, что решила не говорить.
   - Что значит "была"? - переспросил Том.
   - Почему неловко? - вторил ему Эмет. - Если этот мужчина может обеспечить тебе алиби...
   - Потому, что я понятия не имею, где его искать! - взорвалась Лаки. - Я сто раз говорила, что напилась! До глюков! Даже имени его не запомнила. Внешность тоже, как в тумане. А "была", то и значит! Мы после бара в мотель поехали. В какой - не знаю! Мне было плевать. На его машине, не на такси.
   - Марка?
   - Какая к черту марка?! Помню только, что темное авто.
   - На чем вы добирались обратно? - снова насела на девушку Клои. Адвокатам не давал покоя странный факт. Ни они, ни полиция так и не нашли такси, в котором клиентка якобы вернулась утром в отель.
   - Меня подвезли, - Лаки уперла взгляд в стол. - Когда я проснулась, случайного Ромео уже не оказалось. С деньгами вышла заминка. Рой отобрал у меня кредитки, а наличные кончились. Хорошо хоть этот заранее номер оплатил. В общем, я уговорила одного парня подкинуть меня. Кажется, его Боб звали. Но не поручусь. У меня жутко болела голова, а он всю дорогу трещал о каких-то стройках.
   - Почему ты молчала? - спросил Эмет строго.
   - Потому, что это не алиби, а сплошное недоразумение, - Лаки потерла лоб, а потом обвела адвокатов несчастным взглядом. - Я действительно хотела отомстить Рою. Но лишь наставить ему рога. Да, я не подарок. Но и не убийца.
   Эмет, Клои и Том молчали. Слово "недоразумение" и впрямь идеально подходило к сидящей перед ними девушке...
  
   Глава 8. Поцелуй на камеру
   Из дневника кукловода: Иногда я задаю себе вопрос, каким (ой) бы я стал (а), если бы мое взросление прошло в иных условиях? Интересно, гипертрофированная способность дергать за ниточки - лишь следствие жизненных обстоятельств или генетическая аномалия? Ведь с годами она стала не просто необходимостью, а странной потребностью, граничащей с игрой. Я уже не смогу не делать этого. Даже если захочу.
  
   ****
   - Это была отвратительная сцена. Помню, подумала тогда - какая же она дрянь! - Гортензия Нили, горничная из отеля опустила глаза, почувствовав неловкость из-за бранных слов в адрес бывшей постоялицы.
   - Продолжайте, - Стивен постарался показать, что не осуждает девушку.
   - Хорошо, - она провела тонкой ладошкой по коротким черным волосам. - Я, конечно, не оправдываю Дина. Портье. Если он действительно сказал неправду. Но понимаю мотив. Мисс Лароби-Клейтон его не просто унизила, а растоптала!
   Хант бросил едва заметный взгляд на Холден, и та без труда почувствовала волнение любовника. Стивен невероятно боялся откровений горничной, грозящих разрушить дело, на которое он поставил слишком многое. Поэтому поехал с помощницей в отель, хотя обычно Кристин общалась со свидетелями сама. Особенно вне офиса.
   - Конфликт произошел из-за обслуживания? - решила Холден подтолкнуть Гортензию к сути разговора.
   - Нет, - та принялась теребить длинными пальцами край фартука. Девушка явно не хотела создавать проблемы коллеге, однако, еще сильнее волновалась за себя. Интерес сотрудников прокуратуры не прибавляет очков в глазах работодателя, а у нее и так долг за квартиру. - Мне показалось, мисс Лароби-Клейтон просто выпустила пар. Дин лишь подвернулся под руку. Она торчала в вестибюле. Минут сорок. Я неоднократно заходила туда и каждый раз видела ее - то у окна, то на диване, то у стойки портье. Ей однозначно на месте не сиделось. А потом зазвонил мобильный. Я не прислушивалась. Помню только, как она процедила в трубку: "Ну ты и сволочь!". А потом посмотрела на Дина и понеслось.
   Кристин почти наглядно представила, как разъяренная Лаки, сжимая в руке мобильный, поворачивается к портье. Кричит, выплескивая злость и обиду. А ведь Дин Харпер повел себя, как и любой мужчина на его месте. Трудно не пялился на красивую женщину, шатающуюся туда-сюда в платье с та-а-аким вырезом.
   - Она назвала его ущербным. Спросила, давно ли он смотрелся в зеркало, чтобы сметь поднимать глаза на такую, как она. Усомнилась в его состоятельности. Как мужчины. Ну вы понимаете...
   Дойдя до машины, Стивен бросил ключи Кристин и молчал большую часть пути до конторы. Время от времени начинал барабанить пальцами по двери и покусывать губу. Холден знала - это опасный признак. Хант близок к грандиозному срыву.
   - Прежде, чем начнешь кричать, просто послушай, - проговорила она, радуясь в душе, что сама сегодня за рулем. - Ничего не потеряно. Нет никаких доказательств, что портье лжет. Он рассказал то, что видел. И точка.
   - Твой бывший преподнесет присяжным ситуацию иначе, - процедил Стивен, сжимая кулаки до хруста. - Они посмотрят на Лаки, на портье, и кто-нибудь обязательно поверит Сазерленду. Ему ведь не нужно убежать двенадцать человек. Достаточно перетащить на свою сторону и одного. Какого-нибудь хлюпика вроде этого Харпера.
   Кристин покачала головой. Она ненавидела предвзятость Стивена и веру в собственную неотразимость.
   - Не факт. Кроме того, мы получили еще одного свидетеля, который подтвердит, что Лаки злилась на жениха.
   - Что? - губы Ханта скривились. - Ты изменила мнение? Теперь считаешь, что Лароби-Клейтон виновна?
   - Возможно, - Кристин предпочла уклониться от прямого ответа. Любовнику ни к чему знать о пари с Эметом.
   - А почему ты промолчала, когда я назвал Сазерленда твоим бывшим? - Стив снова стал похож на обиженного мальчишку. - Решила поменять показания?
   - Предпочла не продолжать бессмысленный разговор, - Кристин с трудом подавила желание резко дать по тормозам, чтобы не пристегнутый любовник улетел в лобовое стекло. - Давай займемся делом. Пока оно не развалилось на глазах. Я начну готовить свидетелей к процессу. Если удастся представить присяжным нужную нам Лаки, скандал с портье не сыграет роли. Не забывай, при всех остальных преимуществах, у девчонки нет алиби. Хотя, - Кристин вздохнула, заезжая на парковку прокуратуры, - нам бы очень не помешал более весомый мотив для убийства, нежели глупая ссора.
  
   ****
   - Почему вы не любите говорить о себе? - Ники пригубила вино и провоцирующе улыбнулась Эмету. Это была уже вторая встреча. Более романтическая. В ресторане, а не в кафе, как в прошлый раз.
   - Всегда считал, девушки предпочитают, чтобы их слушали.
   - Отличный способ уйти от ответа!
   - Пытаетесь поймать меня в ловушку, советник?
   Вопрос прозвучал шутливо, однако, серьезных причин, чтобы его задать, у Эмета было предостаточно. Свидание адвоката и сотрудницы прокуратуры, работающих над одним делом по разные стороны баррикад, не частое явление. Тем более, его инициатором стала Ньюман. Предложение попить кофе после случайной встречи на улице было относительно невинным. Ужин в ресторане носил уже иной подтекст. Пусть и был достаточно ранним.
   - Вы всерьез думаете, что я здесь из-за вашей клиентки? - девушка откинулась на спинку, явно восприняв официальное обращение, как намек на приближающийся процесс. - Дело Лароби-Клейтон ведут Хант и Холден. Я лишь на подхвате.
   - Я не хотел вас обидеть, Ники, но вложил в фразу больше, чем собирался, - мягко пояснил Эмет. - И, поверьте, я не скрытничаю. Просто моя биография не столь интересна, как у тех, кого мне приходится защищать. Ну хорошо, - адвокат развел руками, увидев разочарование на лице собеседницы, - спрашивайте. Но ничего грандиозного не обещаю.
   - Вы выросли в Бостоне?
   - Да.
   - Чем занимались ваши родители?
   - Отец был большим специалистом по исчезновениям, - Эмет чуть нахмурил брови. - Ушел, когда мне было три. Впоследствии я узнал, что он всю жизнь бегал от алиментов не только на меня, но и на детей от двух последующих браков. Мама работала учителем. В обычной школе. Но мне все равно приходилось учиться лучше других, чтобы не подвести её. Однажды это здорово помогло.
   - Выиграли в образовательном конкурсе?
   - Скорее, в лотерею. Однажды в школу пришла комиссия. Проверяющие остались не слишком довольны результатом. Класс, за которым они наблюдали, отработал урок из рук вон плохо. На обратном пути им попался я. Чиновники удивились, почему мальчик что-то чертит на доске в пустом кабинете. Я ждал маму и решал задачу для учеников на три класса старше. Комиссия удивилась еще больше. Меня забросали вопросами. А через неделю поступило предложение о переводе в другую школу. Для одаренных детей. После которой открыты любые дороги.
   - И говорите, ничего интересного?! - вскричала Ники восторженно. - Это же история о том, как одно событие способно изменить всю жизнь!
   - По-моему, вы преувеличиваете, - не согласился адвокат. - Да, перевод в хорошую школу значительно облегчил мне карьерные задачи. Но я в любом случае пытался бы получить высшее образование. Независимо от преимуществ на старте.
   - Вы познакомились с Кристин в университете?
   - Да. На первом курсе.
   - Эмет, простите, если мое замечание покажется бестактным, - Ники на мгновение плотно сжала губы. - Просто вы с ней кажетесь чересчур разными.
   - О! - воскликнул адвокат, подливая себе и Ньюман вина. - Вы, как и многие, решили, что нас с Крис связывали романтические отношения. Отнюдь. Мы были лишь друзьями.
   - Были? - Ники зацепилась за неосторожное слово.
   - Да, - Сазерленд помрачнел и залпом осушил бокал. - Ники, поверьте, это очень грустная история, способная испортить вечер.
   И Ньюман действительно пожалела о проявленном любопытстве, когда Эмет закончил рассказ об особой группе Келлера, выходных в Лос-Анджелесе и авиакатастрофе. Адвокат не вдавался в подробности. Лишь сухо изложил факты. Но девушка поняла, что события восьмилетней давности до сих пор причиняют ему боль, и испытала жуткую неловкость, совершенно ей несвойственную.
   - Пролитый мной кофе - вот событие, которое перевернуло всё, - подытожил Эмет, глядя на остатки вина на самом дне бокала.
   - Неужели, за все годы вы ни разу не пытались восстановить отношения с Кристин? - Ники постаралась задать вопрос осторожно, чтобы не спугнуть собеседника. Общение с адвокатом оказалось совсем необременительным и даже во многом приятным, однако, отказываться от главной цели "свиданий" девушка не собиралась. Холден была преградой на пути по карьерной лестнице. А чтобы избавиться от противника, нужно знать его слабые места.
   Кажется, Сазерленд не заподозрил подвоха. Или так погрузился в печальные воспоминания, что потерял профессиональную бдительность.
   - Зачем? - пожал плечами он. - У нас обоих своя жизнь. Кроме того, Кристин никогда не нравилась моя бывшая жена. А мне не слишком симпатичен ее муж.
   - Питер Холден?! Почему? - Ники удивилась вполне искренне. Она-то считала, любимице босса повезло с замужеством. Богатый, красивый супруг, да еще сотрудник мэрии. Есть, где развернуться.
   - Скажем так: Питер не склонен к моногамным отношениям, - Эмет понизил голос. - На днях я видел его с девушкой, из-за которой они с Крис чуть не развелись пару лет назад. Она училась с нами в университете. Курса на три младше. Мина, кажется. О, простите, что сплетничаю! - адвокат смущенно покачал головой. - Возможно, это странно для представителя моей профессии, но я за честные отношения.
   - Говорите так, будто считаете это недостатком? - Ники почувствовала, что интерес к Эмету возрастает с каждой минутой. И не только, как источнику информации.
   - На словах это кажется правильным и легким, на деле же оказывается невероятно трудным, а подчас и обременительным. Люди не могут без секретов, так уж устроены. Постоянно лгут даже самым близким.
   Продолжить разговор не дал мобильный Эмета, высветив имя Джеми Николсон.
   - Простите, - извинился адвокат и будто невзначай коснулся руки Ники. - Почему ты звонишь мне с собственного телефона? - раздраженно поинтересовался он в трубку, отойдя на безопасное расстояние от Ньюман.
   - Потому что все кончено, Эмет! - истерически объявили на другом конце. - Мне надоело ждать! Я иду в прокуратуру!
   - Послушай, Джеми...
   - Нет, это ты послушай! Я уже подхожу к зданию. Ты меня не остановишь. Я все расскажу про эту гадину! Что до тебя, мой дорогой любовничек, можешь расслабиться. Твое имя в разговоре не прозвучит. Пока. Но всё изменится, если попытаешься отступить от сценария. Только посмей помешать прокурорам засадить эту тварь! Иначе лишишься лицензии, а, может, и свободы!
   К Ники адвокат вернулся лишь минут через пять. Нужно было перевести дыхание. Еще раз взвесить в уме все "за" и "против".
   - Почему у меня чувство, что вечер подошел к концу? - поинтересовалась девушка, силясь разглядеть в глазах Эмета причину напряжения.
   - Иногда неприятности на работе всерьез мешают романтике, - адвокат смущенно развел руками, давая понять, что подробностей не будет. - Я провожу вас до машины.
   Выходя на улицу, Ньюман с грустью отметила, что еще даже не стемнело. Для большинства вечер только начинался. Наверное, разочарование слишком явно отразилось на лице, потому что Сазерленд вдруг резко притянул девушку к себе. Ники лишь в первый миг захотела оттолкнуть его, но уже через секунду этот сумасшедший поцелуй показался естественным и закономерным.
   Не меньше радости порыв Эмета вызвал и у Моргана Паркера, сидящего в авто через дорогу с фотокамерой в руках. Ракурс просто отличный, освещение изумительное. Фотографии получатся на славу. Хоть в журнал глянцевый посылай.
  
   ****
   Молодая женщина сидела, скромно спрятав взгляд под бледными ресницами, и делала вид, что изучает собственные руки, но Кристин чувствовала: внутри нее бушует ураган страстней. Холден словно видела чувства посетительницы в цвете. Ярко-алый гнев, оранжевое злорадство, темно-фиолетовую ненависть. Но это скорее забавляло, нежели вызывало интерес.
   Джеми Николсон сегодня без сомнения долго продумывала гардероб, чтобы создать выгодный образ. Неброская серая юбка и блузка на пару тонов светлее делали блеклое лицо еще бледнее, что придавало ему почти неподдельную скорбь. Зато с гримом, вернее отсутствием оного, девушка явно просчиталась. В отказе от косметики искушенная ученица профессора Келлера увидела лишь дилетантство в актерской игре и полное отсутствие мозгов. Уродуя себя, Николсон еще больше выпячивала пропасть между собой и Лаки. Кто в здравом уме поверит, что в схватке за мужчину эта женщина способна победить кричащую красоту Лароби-Клейтон?
   - Я любила его, понимаете? - проговорила Джеми с надрывом, прижимая к губам белый платок, но слезу выдавить не смогла. Однако Кристин вынужденно констатировала, что не услышала в интонации посетительницы фальши. Надо же, даже тип со столь отталкивающей внешностью и неидеальной репутацией, как Рой Андерсон, способен покорять сердца.
   - Попробуйте рассказать всё по порядку, - предложил хлюпающей носом девушке Стивен. Он подобрался, вытянулся, напомнив Кристин гончую, напавшую на след. Не хватало только хвоста, хлещущего от восторга по мебели. - Как вы познакомились с Лаки Лароби-Клейтон?
   О! Это Джеми помнила отлично. На похоронах Саймона Донована. Лаки приехала вся такая скорбящая, искренне печальная. Но даже в строгой траурной одежде, едва перешагнув порог, сумела приковать взгляды. Восхищенные мужские и неодобрительные женские. Дрянная девка умудрялась кривляться, даже выражая соболезнования. Изогнутые губы дразнили, огонь в глазах прожигал чужих мужей и женихов насквозь, дурманя и маня. Как же хотелось огреть ее подсвечником, чтобы пружинистые кудри окрасились кровью! Такой же темно-красной, как наглый рот!
   А ведь Джеми и так было непросто. Она ненавидела Саймона. Тщательно скрывала это при его жизни. И тем более, после смерти. Кто бы знал, как трудно было утешать горюющего Роя! Сжимая зубы до противного скрипа, она заставляла себя выслушивать его нытье. О том, как он потерял семью! Единственную, которая у него была!
   Федерика и Саймон никогда не любили Джеми. Но если первая хотя бы старалась быть любезной, то второй не скрывал неприязни. После смерти супруги Донован запретил племяннику привозить в дом невесту, которая за восемь лет так и не сумела стать женой.
   - Лаки приехала на похороны дяди Роя, - проговорила Николсон вслух. - Я с ней едва парой слов перемолвилась, но с моим женихом они разговаривали. Долго. Выразили друг другу соболезнования. А потом Рой предложил ей встретиться в Нью-Йорке, когда приедет туда по делам. Поужинать вместе.
   - Вы не возражали? - провокационный вопрос Хант задал почти небрежным тоном.
   - Нет. Я знала, что это игра.
   Так и было. По крайней мере, сначала.
   Рой позвонил среди ночи. Взволнованный до крайности, чего за ним обычно не водилось. Не только кончиной любимого дядюшки, у которого провел последнюю неделю. Но и тем, что тот поведал перед смертью. Уже спустя час Джеми ехала в аэропорт. Чтобы помочь с похоронами. И с планами, как стать очень богатыми людьми.
   В то утро, после ужасного перелета, когда новый лайнер трясло, словно консервную банку, Рой впервые заговорил с подругой о браке. Медленно ходил по запущенному кабинету Саймона, заложив руки за спину. Рассуждал о том, как важна для семейной жизни финансовая стабильность. А Джеми слушала, невольно целясь взглядом за неровные стопки бумаг на громоздком столе покойника.
   Терпение. Это слово Рой повторил раз двадцать. Оно касалось, прежде всего, ее. Ведь Джеми предстояло ждать в тени, пока жених сыграет в спектакле на двоих, где действующей невесте не предусматривалось роли. Там нашлось место лишь для Лаки. Пусть поначалу та и не подозревала, что будет участвовать в трагикомедии.
   - Рой объяснил, что вечером, накануне смерти, дядя Саймон рассказал ему нечто важное, - проговорила Николсон, сминая платок. - Такое, что тяготило его последние годы. Страшный секрет семьи Лаки.
   Нет, Джеми не знала подробностей. Рой говорил намеками. Дал понять лишь, что выяснил тайну, благодаря которой отец и дочь Лароби-Клейтон без труда освежат память и поведают, где спрятаны украденные Биллом деньги. Бедность покажется бывшему банкиру куда заманчивей нового тюремного срока. Но по неосторожным фразам Николсон легко сделала вывод, что речь идет об убийстве Хелен. И уяснила кое-что еще: в нем каким-то непостижимым образом была замешана Федерика. Именно поэтому Рой не хотел говорить о преступлении. Потому Саймон сходил с ума после смерти жены, перед уходом признавшейся супругу в старом грехе.
   - Жених объяснил, что Билл Лароби-Клейтон убил жену, - сказала девушка после долгой паузы. Нет, она не продумывала слова. Рассказ был отрепетирован. Фразы были подобраны тщательнее гардероба. Но хотелось, чтобы сотрудники прокуратуры считали, что она пытается вспомнить детали. - Не собственноручно, разумеется. Нанял убийцу. Это стало известно его секретарю - Федерике Ринальди Донован. Не знаю, что именно заставляло ее молчать. Деньги, жалость или что-то еще, но это знание мучило бедняжку до самой смерти, - Джеми плотно сжала губы, готовясь произнести крайней важную часть речи. Нужно было сделать это так, чтобы ее ни в чем не обвинили. - Это трудно, - выдавила она хрипло. - Но я должна сказать. В общем, Рой решил шантажировать Лаки преступлением отца. Хотел получить припрятанные деньги. Я отговаривала его. Но это стало навязчивой идеей.
   Нет, Джеми и не думала разубеждать жениха. Затея с шантажом показалась гениальной. Особенно та часть, где они вместе начнут тратить легкие деньги. Кроме того, предаваясь мыслям об афере, Рой прекращал ныть и тянуть, как жвачку, рассказ о незабвенных Саймоне и Федерике.
   - Но зачем мистеру Андерсону понадобилась помолвка с мисс Лароби-Клейтон? - вопрос Ханта прозвучал, как выстрел. Но Николсон была к нему готова.
   Как же она разозлилась на Роя, когда всплыли все подробности плана, в первое время тщательно от нее скрываемые. Она-то дурочка считала, что жених припугнет наглую девчонку, а не станет щеголять с ней в обнимку перед фотографами желтых газет, смакующих подробности нового романа скандалистки Лаки. Конечно, наедине с Джеми Рой был обходителен и мил, как никогда прежде. Исполнял любую прихоть. Но оставаясь одна, девушка лезла на стену от ревности и злости. Душу грызли подозрения, заставляя чувствовать себя обманутой и брошенной.
   - Зачем? - задумчиво переспросила Николсон. Изумрудные глаза на миг вспыхнули, обнажив гнев. - Рой хотел отомстить. Видите ли, он неоднократно сталкивался с Лаки в доме Саймона и Федерики. Всегда старался быть вежливым. Но она вела себя по-свински, нарочно старалась оскорбить, обидеть. Рой решил отплатить той же монетой. Разумеется, он не собирался жениться. Но помолвка стала для этой высокомерной девчонки унижением.
   А вот это было истинной правдой. Лицо Роя озаряла счастливая мальчишеская улыбка, когда он представлял реакцию Лароби-Клейтон. Ее злость и бессилие. А потом... Потом что-то случилось. Андерсон, обещавший походить в женихах Лаки лишь пару недель, вдруг увлекся. И не процессом. А невестой-заложницей. Сначала он это отрицал. Посмеивался над мнительностью Джеми, набрасывался с поцелуями, не давая продолжить разговор. А дальше стал пропадать, игнорировать звонки взбешенной девушки. Пока однажды не объявил, что их отношениям пришел конец. Не потрудился даже приехать. Ледяным тоном отчеканил новость в телефонную трубку.
   - Понимаете, у Лаки было сразу два мотива убить Роя, - Николсон проникновенно заглянула в глаза собеседникам. - Личная месть и нежелание расставаться с деньгами.
   - Мистеру Андерсону, кстати, удалось узнать, где они?
   - Не знаю, - смутилась девушка. - Я ведь не одобряла затею с шантажом, поэтому Рой не делился со мной подробностями.
   Местонахождение денег Джеми действительно не было известно. Жених не спешил откровенничать, как продвигается первая часть шантажа. А потом и причина сообщать новости исчезла. Но об этом советникам знать ни к чему.
   - Мне лишь было известно, что план Роя перешел на заключительную стадию, - пояснила девушка осторожно, а потом громко всхлипнула. Я ждала развязки, но никак не ожидала такого конца.
   О, да! Она ждала. И вовсе не утопая в жалости к себе, а действуя. Благо к тому времени, как Рой готовился к настоящей свадьбе с мерзкой соперницей, у Джеми появился помощник. Эмет Сазерленд, тоже имевший зуб на Лаки. О чем, правда, глупая девчонка не подозревала. Красавчик-адвокат, с которым было приятно проводить время, и который теперь оказался целиком и полностью в ее цепких руках.
   - Чему вы улыбаетесь? - тихо поинтересовалась Кристин, впервые за полчаса открывшая рот.
   - Простите, - растерянно пробормотала Николсон, на целое мгновение потерявшая контроль над мимикой. - Просто радуюсь, что у меня хватило смелости придти сюда. Это было непросто. Но теперь я почувствовала облегчение.
   - Понимаю, - поддержал ценную свидетельницу Стивен. - Мисс Николсон, вы готовы повторить свои показания в суде?
   - Да, - ответила она после короткой паузы. - Может, мой жених и не был примером для подражания и совершил поступок предосудительный, но смерти он не заслуживал.
   Слова прозвучали чересчур высокопарно, но удовлетворили всех. Джеми показалось, что они стали весомой точкой в трудном разговоре. Стивен не верил такому счастью, как сразу два мотива. Кристин усмехалась в душе. Она чувствовала, что посетительница многое не договаривает. Однако ложь Николсон ей была на руку.
  
   Глава 9. Адвокат и его женщины
   Из дневника кукловода: Забавно, насколько сильно люди отличаются от впечатления, которое производят на окружающих. Часто тот человек, который кажется многогранной личностью, на самом деле прост, как лист белой бумаги. Иной раз думаешь, что это лишь обложка, пытаешься перевернуть страницу, а не выходит. Ибо листать некуда. С другими наоборот. Простота и незамысловатость оборачиваются столь глубоким двойным дном, что только диву даешься, как люди могут быть такими слепыми? Не видеть в глазах тайную душу, не замечать огрехов в поведении? А хотите, расскажу, какими их вижу я?
  
   ****
   Кристин завтракала в одиночестве. Питер умчался, едва забрезжил рассвет, чтобы исключить очередную утреннюю ссору. Самонадеянный болван! Наивно смеет полагать, что игнорирование проблем сведет их на нет. Лучше бы Мину свел. В могилу! А что, неплохой расклад. Мужа - в тюрьму, любовницу - на кладбище, побочного сына - в приют. Холден кровожадно улыбнулась, а потом разочарованно вздохнула. Нет. У нее на Питера и Мину другие планы. Более правильные и менее опасные. И пускай окружающие будут считать ее жертвой. Главное, она получит то, что необходимо в сложившейся ситуации.
   Взгляд невольно устремился в сад, на великолепные розы. Ночью прошел дождь, и цветочный запах свободно проникал в столовую через распахнутое окно, навевая воспоминания. О детстве. И родном доме. Там тоже росли розы, пьяня терпким ароматом в теплое время года. Вдыхая его, Кристин всегда испытывала странное возбуждение. Запах будоражил кровь, но не затуманивал разум. Еще ребенком она решила, что эти цветы - ее воплощение. Статные и холодные. Притягательные, но умеющие постоять за себя, раня противника в кровь. Не испытывая при этом ни жалости, ни сожалений.
   Жизнь никогда не была простой. Даже в детстве. Но тогда Кристин хотя бы не чувствовала себя одинокой. И считала, что сумеет построить такое будущее, какое сочтет нужным. Однако, судьба решила иначе. Пришлось работать лишь с теми кирпичиками, какие остались в распоряжении, после того, как в дверь в прошлое захлопнулась навсегда. Что ж, теперь у нее, кажется, появился второй шанс. Переиграть партию с судьбой заново. А это, согласитесь, дается не каждому.
   - Миссис Холден, - из глубокой задумчивости Кристин вывел голос горничной. - Вас просят к телефону. Женщина. Она не захотела представляться.
   На миг душу ножом полоснуло дурное предчувствие. Напугал не сам факт звонка, а то, что набрали городской номер. Стало быть, мобильного не знали.
   - Я отвечу в кабинете, - женщина мастерски подавила панику, но походка получилась стремительнее, чем хотелось. Неужели, кто-то из прошлого?!
   Так и вышло. Правда, не из столь давнего. Не переходящего точку не возврата.
   - Привет, Кристин, - насмешливо поздоровались на другом конце. - Это Мина. Надеюсь, ты не станешь изображать удивление. Ни к чему играть в дурацкие игры. Я видела твоего детектива. Шатается за нами хвостом и не слишком заботится о конспирации. И за что ты ему платишь?
   - Тебе не понять, - Холден поджала губы. Подумать только, а ведь этого звонка она совсем не ждала. Неужели, теряет хваленую хватку? - Чего ты хочешь, Мина?
   - Чтобы ты не лезла в мои дела, - охотно просветила бывшая подруга. - Я их закончу и верну твоего блудливого мужа. Наступи на горло самолюбию, иначе первые полосы газет будут пестреть сообщениями о похождениях Питера, а, возможно, и о твоем скандальном разводе. Угомонись, Крис. Ты не способна на рискованные шаги - по-настоящему, несмотря на то, что у Келлера училась. А я - да. Даже на преступление, если придется!
   Ответить Кристин не успела. Впрочем, не брось Мину трубку первой, Холден все равно бы смолчала. Подавила бы желание расхохотаться, появившееся после нелепой последней фразы наглой девчонки. Знала бы Льюис, как обстоят дела на самом деле, побоялась бы играть с Кристин. А уж тем более угрожать.
   Немногие из окружения Холден, действительно понимали, но что она способна. Догадался разве что Морган Паркер - благодаря профессиональному чутью. Рискнул даже пошутить, что из нее получилась бы гениальная преступница. Кристин тогда ответила, что совершать преступления скучно, и солгала. Потому что однажды она перешла черту. В той - прошлой жизни. И это не было скучно! Преступление получилось красивое и гениальное. Иногда было даже жаль, что оно осталось тайной. Некому оценить мастерства и изящества задумки. Пусть планировать и пришлось второпях.
   А Льюис все-таки непроходимая тупица. Повелась, как дурочка, на уловку. Морган Паркер никогда бы не позволил себя засечь, если б только сам не стремился быть замеченным. Впрочем, никаких далеко идущих планов в данном случае не было. Лишь маленькая шалость. Холден хотела позлить Мину, чтобы та посильнее отыгралась на Питере. Что ж, так или иначе, цель была достигнута.
   Вспомнив частного детектива, Кристин выдвинула нижний ящик стола и извлекла папку, переданную им накануне. Паркер постарался на славу. Фотографии Сазерленда и Ньюман получились говорящие, гламурные и очень чувственные. Кажется, Ники готова была пойти с Эметом куда дальше поцелуев. Впрочем, чему удивляется? Будучи студенткой, Кристин постоянно твердила сокурснику, что из него получится идеальный Казанова. Притягательная, а главное правильная внешность и умение быть джентльменом делали его лакомым кусочком для женщин всех мастей. Вот только сам Эмет всегда оставался холодным и непреступным, как скала. Если не телом, то разумом точно. Помнится, они с Брендой даже ставки делали, какая из шикарных девиц, наконец, покорит их непробиваемого друга, но так и не выиграли спора. А однажды во время задушевной беседы, сдобренной дорогим вином, признались друг другу, что, если б не грозное напутствие Келлера о романах в группе, обе не постеснялись бы польститься на парня. Впрочем, это было до того, как он стал в доску своим.
   Единственной, кто сумел увлечь Сазерленда, стала Сара Флеминг - куколка с щенячьим выражением лица. Именно увлечь, а не влюбить в себя. Слишком уязвим был в тот период Эмет, потому и поддался напористым чарам этого эмоционального катаклизма. Помнится, Кристин и впрямь испытала потрясение, когда получила приглашение на свадьбу. Душу скребли кошки. Появилось чувство, будто кто-то непрошенный покусился на члена ее семьи. На того, кого нельзя отдавать легкомысленной блондинке, способной часами рассуждать о прелести новой линии духов.
   Как же много изменилось с тех пор. И для нее. И для Эмета.
  
   ****
   Сазерленд ехал на встречу с Джеми. Но думал о Саре. Накануне у них состоялся непростой разговор, расставивший, наконец, точки над "I". Бывшие супруги встретились в парке - на нейтральной территории. Эмет никогда не устраивал объяснений в ресторане, после того, как в студенческие годы оказался огрет тарелкой в "награду" от особенно обиженной подруги. Поймет ли бывшая жена всё то, что он собирался донести, было не так уж и важно. Главное, чтобы она приняла, как данность самый важный факт - им больше не суждено быть вместе, а та импульсивная ночь стала своего рода прощанием. Последней точкой в дописанной главе.
   Сначала Эмет хотел выплеснуть всю правду. И то, что никогда не любил Сару. Что женился, потому что яркая живая девушка внесла разнообразие в его унылую бессмысленную жизнь. И что с ее помощью адвокат хотел начать все с чистого листа, стерев печальное прошлое и заполнив новыми эмоциями пустоту в душе и сердце. А потом увидел невероятную грусть в огромных голубых глазах и не сумел. Не смог обойтись с Сарой столь жестоко. Она заслуживала правды. Но не издевательств.
   - Чувства ушли, - сказал Эмет, нацепив на лицо холодную маску. - Я не хочу притворяться. Не хочу лгать.
   Он был готов к эмоциональной, свойственной Саре реакции. Но та не стала кричать. Или плакать. Лишь внимательно посмотрела ему в глаза.
   - Тогда начни с собственной персоны - перестань лгать себе, - посоветовала экс-супруга, грустно улыбнувшись уголками губ. - Я ведь всегда знала, что нас трое, Эмет. Но закрывала глаза, наивно полагала, что сумею одолеть ее. В результате нам обоим было плохо.
   - Я не изменял тебе, - возразил Сазерленд спокойно, не понимая, к чему ведет Сара.
   - Физически - нет, - согласилась она, отвернувшись. В глазах на миг блеснули слезы, но девушка сдержалась, не позволила эмоциям выплеснуться наружу. - Но ты никогда не переставал думать о ней. Она всегда была между нами.
   - Кто?
   - Кристин, - Сара постаралась произнести имя холодно, безразлично, но скрыть обиду до конца не вышло.
   - Ты бредишь! - возмутился Эмет. - Я и Кристин, мы...
   - Друзья! Коллеги! Можешь не перечислять! - перебила Сара, подходя к бывшему мужу вплотную. - Именно поэтому я и предлагаю, чтобы ты перестал обманывать самого себя. Задайся, наконец, вопросом: почему ты несчастлив? Ответ прост - потому что ты вынужден годами жить рядом с любимой женщиной, но в то же время быть далеко от нее. Не спорь, Эмет! Я знаю, что говорю!
   Сазерленд попытался снова открыть рот, чтобы объяснить, как далека Сара от истины, но не успел. Девушка быстро поцеловала его в губы и зашагала прочь, привлекая внимание мужчин в радиусе пятидесяти метров. Адвокат и сам залюбовался ею - притягательной фигурой, модельной походкой. В последний раз. Чтобы запомнить этот миг, сохранить в памяти, как завершение не самой худшей истории в жизни.
   Боже, как же странно было слышать из уст Сары о Кристин. Вот интересно, что было бы, не запрети Келлер романов внутри группы? Скорее всего - катастрофа. Из троих парней Крис выбрала бы Джоша, такого же напористого и искрометного, как и сама. Любителя жить ярко и на широкую ногу. Наверняка, им бы заинтересовалась и Бренда. Случился бы грандиозный скандал, сдобренный подковерной борьбой, а временами и открытыми атаками. Нет, учитель был гением, когда уничтожил на корню любые поползновения студентов в сторону друг друга.
   И Сара ошибается. Он не несчастлив. Уже нет. А Кристин... они сейчас по разные стороны баррикад. Для всех. В том числе и для самих себя...
   Свидание с Джеми Эмет назначил в отеле, хотя и предпочел бы ограничить близкие отношения. Но на людях встречаться нельзя - противники из прокуратуры теперь знают девушку в лицо. По дороге адвокат позвонил секретарше, чтобы дать несколько распоряжений. Срочных дел на сегодня не было, но работа в офисе никогда не останавливалась. Конечно, существовал риск, что Джулс опять что-нибудь напутает, однако, сейчас из трех сотрудников, Эмет предпочитал вести телефонные разговоры только с этой странной девочкой. Предатель Том, преследуя собственные интересы, будто бы случайно проговорился Клои, что босс встречается с помощницей прокурора Ньюман. Скандала, разумеется, не было, но теперь Гарднер дулась, выполняя распоряжения через одно. Это напрягало, но выходить на открытый конфликт с ассистенткой Сазерленд не торопился. А ведь он ни разу не давал Клои повода надеяться, что между ними возможны отношения глубже деловых или дружеских.
   В отель любовники приехали почти одновременно. Адвокат зашел в номер, когда тайная подруга придирчиво изучала этикетку на бутылке с шампанским. Оделась Джеми сегодня вызывающе - в красное платье с большим вырезом. Вероятно, надеялась выглядеть соблазнительно, однако, у Эмета наряд вызвал лишь агрессию.
   - Мы что-то празднуем? - поинтересовался он, всеми силами стараясь спрятать гнев. Самоуверенность подруги стала не просто раздражать, а бесить до мерзкой боли в зубах.
   - Торжество справедливости, - пояснила Джеми, протягивая бутылку. - Теперь прокуратура похоронит Лаки. Понимаю, для тебя это обернется провалом в важном деле, и мне очень жаль, милый.
   - Нет, тебе не жаль, - Эмет нарочно позволил вину пролиться, будто с обильной пеной могла уйти и злость.
   - Вам пора определиться, советник, какой триумф слаще - карьерный или личный, - усмехнулась девушка, пригубив вина. Томно прикрыла веки, сделала еще глоток. - Ты ведь был не прочь заставить дрянную девку страдать, чтобы удовлетворить собственное растоптанное самолюбие. Поэтому теперь не жалуйся, - Джеми поставила бокал на столик и добавила требовательно. - Иди сюда.
   Но Эмет не торопился выполнять указание, стараясь подавить отвращение. Если поначалу он воспринимал эти отношения, как игру, и даже уговорил себя считать их развлечением, то постепенно интимные встречи с Джеми превратились обременяющую повинность, а потом и в наказание. Но назад пути не было. Он сам подписался на безумную многоходовку. С другой стороны, чем больше препятствий на пути, тем ценнее приз на финише. А он обещал стать самым главным выигрышем в жизни.
   С Джеми Николсон адвокат познакомился в Нью-Йорке - в баре во время командировки. Она, как приклеенная, таскалась в парике и темных очках за Лаки с Роем, углубляя кровоточащую душевную рану. Эмет подсел за ее столик, заметив, что "шпионка" не сводит глаз с голубков и злится. Впрочем, в отличие от взвинченной девушки, Эмет не увидел на лицах пары вдохновенности, свойственной влюбленным. Чтению мимики и жестов профессор Келлер когда-то посвятил целый курс, считая, это крайне полезным для будущих юристов. Помнится, больше всех в ней поднаторела Кристин, однако, и Эмет помнил азы. Рой, согласно этой науке, выглядел победителем, сорвавшим джек-пот. Причем, обманным путем. Лаки хорохорилась, но ее явно загнали в угол.
   Благодаря природному обаянию и незабвенным урокам мастера, Эмет без труда разговорил Джеми, травмированную предательством Роя. Внимательно выслушал ее историю, без упоминания о шантаже Лаки, разумеется. Посочувствовал. А потом решил поведать свою. О том, что знаком с сидящей рядом с Андерсоном девушкой и считает ее личностью, мягко говоря, аморальной.
   В первый миг Джеми испугалась. Вдруг Лаки заметит Эмета, а затем и ее. Николсон не сомневалась, что Рой взбесится, если узнает, что она шпионит за ними. Но адвокат успокоил новую знакомую, мягко взяв дрожащие холодные ладони в свои.
   - Вам не о чем тревожиться, Джеми, - сказал он проникновенно, как умел это делать, когда хотел понравиться и завоевать доверие. - Лаки не узнает меня. Уже проверял однажды. Эта девушка не из тех, кто запоминает лица. А еще говорят, что это мужчины неразборчивы в связях.
   - Так что же произошло между вами? - девушка немного успокоилась и проглотила наживку.
  
   Эмет заговорил не сразу. Сначала подозвал бармена и, дождавшись виски, сделал несколько больших глотков. Закурил сигарету и только потом криво усмехнулся:
   - Знаете, так глупо получилось, что и вспоминать неловко.
   Адвокат отлично помнил тот вечер. В мельчайших деталях. Хотя прошло почти пять лет. Потому что он стал яркой вспышкой в бесконечном сером унынии, поселившимся в душе после гибели друзей и переезда Кристин в Чикаго. А ведь он тогда не хотел лететь в Нью-Йоркскую командировку вместо заболевшего коллеги. Словно предчувствовал новое разочарование.
   Лаки сидела в ночном клубе. По обыкновению в кричащем платье, вынуждающем мужчин останавливаться и забывать о спутницах, если таковые имелись. Задумчиво тянула красное вино. Однако, каждого, кто пытался заговорить, грубо отшивала.
   - Хотите потанцевать? - спросил бесцеремонную нахалку очередной кандидат на ее расположение, совсем мальчишка - в ядовито-зеленой футболке.
   - Хочу, - девушка провоцирующе облизнула губы. - Вон с тем парнем на танцполе. Организуешь?
   Эмет не удержался от смешка. Слишком уж растерялся мальчик, по-детски раззявив рот. Будто конфету отняли ребята постарше. Лаки поведение соседа по барной стойке не оценила. Сначала смерила презрительным взглядом, но потом прищурилась, заметив на руке дорогие часы и одежду, купленную далеко не в дешевом магазине. В то время Сазерленд зарабатывал не слишком много, но руководство Бостонской фирмы, на которую он тогда гнул спину, требовало соответствовать статусу, независимо от того, находились сотрудники в зале суда или на частной закрытой вечеринке.
   - А слабо уговорить девушку на незабываемую ночь? - поддела Лаки, явно ожидая, что парень тут же поведется, чтобы потом низвергнуть его с небес на землю.
   - А слабо сначала согласиться на прелюдию в виде романтического вечера? - парировал Эмет в ответ. Будучи истинным представителем своей профессии, он всегда умел красиво обескуражить собеседников. Однако сегодня напал точно не на ту. Лаки игриво изогнула бровь и подала адвокату руку.
   - Романтического вечера не обещаю, но кураж всенепременно. Только, - девушка приблизила манящие губы к уху собеседника, - на многое не рассчитывайте. Я еще не решила, что с вами делать.
   - Я - Эмет, - представился Сазерленд.
   - А я - загадка, - черные глаза Лаки оказались так близко, что адвокат увидел в них свое отражение. - Пока. А там посмотрим.
Вечер, плавно перешедший в ночь, действительно, не мог похвастаться романтикой. Зато безудержное веселье било через край. Танцы, вино, снова танцы, и много слов ни о чем, сопровождающихся звонким хохотом Лаки. Потом было сумасшедшее продолжение невероятной ночи - в мотеле по соседству с клубом. А утром адвокат проснулся один, ощущая полный набор похмельных ощущений. Девушка-загадка испарилась, не оставив и намека на свое пребывание.
   - Не знаю, на что я тогда рассчитывал, - Эмет развел руками, смущенно встретившись с внимательными глазами новой знакомой. - Она застала меня врасплох, в такой период жизни, когда я был крайне уязвим. И я потерял голову. Сначала пытался ее искать. Но тщетно. А вернувшись домой, только о ней и мог думать.
   Сазерленд машинально стряхнул пепел в пустой стакан из-под виски, совершенно не замечая этого.
   - Когда произошла следующая встреча? - подтолкнула собеседника Джеми, чувствуя, что адвокат готов помолчать еще некоторое время.
   - Что? А. Через полгода. Нас представил друг другу ее новый бой-френд - мой коллега на благотворительном вечере в Бостоне.
   - И она вас не узнала? - Николсон с отвращением покачала головой, мол, от Лаки можно и не такого ожидать.
   - Более того, - Эмет горько усмехнулся, закуривая новую сигарету, - пыталась меня соблазнить, пока ее друг развлекал важных гостей.
   - Вы рассказали ей о той ночи?
   - Зачем? - щеки Сазерленда чуть-чуть порозовели. - Мне стало мерзко. Хотелось ударить ее. Наотмашь. Не представляете, скольких усилий стоило сдержать гнев, - адвокат мастерски заставил голос дрогнуть, чувствуя, что клиентка почти созрела сделать ему нужное предложение. И не ошибся.
   - Знаете, Эмет, - Николсон с покровительственной улыбкой накрыла его руку теплой ладонью. - Я думаю, мы с вами можем помочь друг другу...
  
   ****
   - Джеми Николсон?
   - Да.
   - Для вас письмо. Распишитесь, пожалуйста.
   - Здесь?
   - Да, - курьер протянул молодой светловолосой женщине в темных очках ручку, радуясь в душе, что успел перехватить ее на лестнице, иначе пришлось бы приезжать в этот не слишком респектабельный район еще раз. - Благодарю.
   - Приятного вечера, - пожелала она на прощание, сжимая в руке, обтянутой черной перчаткой, желтый конверт.
   Час спустя и само письмо, и его оболочка, потрескивая, догорали в пепельнице, а уничтожившая их женщина сидела с ногами в кресле: одна рука держала бокал с красным вином, вторая перебирала белокурые пряди парика на коленях.
   - В игры с переодеванием можно играть и вдвоем, дорогая Джеми, - кровожадно усмехнулась она, а в черных глазах вспыхнула дикая ненависть. - Очень скоро и ты будешь гореть. В аду. Твой козырной туз прошел мимо.
   Лаки залпом осушила бокал, сбросила искусственные волосы на пол и потянулась за телефоном и новой сим-картой, заранее приготовленными на столе.
   Ответили почти сразу.
   - Это я, - голос Лаки предательски дрогнул, на глаза навернулись слезы.
   - Что-то случилось? - нервно поинтересовались на другом конце.
   - Я перехватила письмо. И уже уничтожила.
   - Черт! - зашипела трубка. - Мы же договорились звонить лишь в экстренных случаях!
   - Знаю, я только...
   - Мне сейчас совершенно неудобно говорить. Поэтому еще раз прошу - будь добра, не отступать от плана!
   - Только хотела, - с нажимом продолжила Лаки, не обращая внимания на гневную отповедь, - хотела услышать твой голос и сказать... - телефон тихо пискнул, сигнализируя, что собеседник отключился, но девушка все же закончила фразу. - И сказать, что люблю тебя и очень скучаю...
   Слезы так и не пришли. Вернее, она им этого не позволила. Нужно быть сильной. Ведь осталось не так уж много ходов в этой неимоверно трудной партии, где каждый промах был способен стать смертным приговором. Потерпеть. Собраться. И нанести удар, когда придет время.
   А то, что с ней не стали разговаривать... Что ж, она это заслужила. Если б Лаки была на месте этого человека, то уже бы точно потеряла терпение и свернула б самой себе шею...
  
   Глава 10. Ты заплатишь
   Из дневника кукловода: Итак, вы хотите знать, какими их вижу я? Извольте. Стивен Хант - идеальная кукла. Жаждет столь многого, что слушается малейшего движения нити. Питер Холден менее последователен. Делает массу лишних движений, но в конечном итоге выполняет необходимые "па". Ники Ньюман - обычная неваляшка. Наклон в сторону и строго назад. Сара Флеминг - глупый пупс. Джеми Николсон - говорящая кукла, с программой, способной сбиться в самый неподходящий момент. Мина Льюис... А, впрочем, эта плюшевая собачка вообще неинтересна.
   Хотите поговорить о главных обитателях моего кукольного театра: Эмете, Лаки и Кристин? Тогда наберитесь терпения. И не сомневайтесь, я знаю все их тайны...
  
   ****
   - Если вы считаете, что своими инсинуациями загнали меня в угол, то глубоко заблуждаетесь. Я могу ответить по любому пункту обвинения. И сейчас. И в суде. Поэтому даже не рассчитывайте на сделку.
   Лаки обвела присутствующих гневным взглядом. Даже Эмета, приехавшего с ней на очередную встречу в прокуратуру в качестве главного союзника. А нечего смотреть на нее волком. Да, он просил держать себя в руках. Но она спокойна. Действительно, спокойна. Как удав. Эмоции - всего лишь новое показательное выступления. Не более.
   - Что ж, буду рад услышать вашу версию событий, - Стивен с усмешкой откинулся на спинку кресла. Он не собирался верить этой нахохлившейся девчонке. Джеми Николсон была убедительна, представив свои аргументы.
   На сегодняшней встрече настояла Кристин. Как и на новом предложении сделки. Хант не спешил выбрасывать белый флаг, как он называл подобные переговоры. Однако помощница была настойчива. Причем, не только в стенах этого кабинета.
   С другой стороны, в ее словах был резон. В деле до сих пор оставались прорехи, такие, как отсутствующее орудии убийства и доказательств, что Лароби-Клейтон действительно была в ту ночь в отеле. Оскорбленного портье теперь сложно было считать надежным свидетелем. Стив не сомневался, что Сазерленд размажет несчастного мужичка перед присяжными. А, значит, и впрямь стоило попробовать прейти к соглашению. В их с Кристин положении сделка лучше проигрыша.
   - Извольте, - Лаки изящно повела худыми плечами. - Первое. Деньги моего отца. Шантажировать меня, чтобы я ими поделилась - верх идиотизма. Если бы я имела доступ данной кормушке, то давно бы запустила в нее руку, учитывая мои аппетиты.
   Это было почти правдой.
   Конечно, Лаки построила фразу так, чтобы и не солгать, и не выдать тайны. Девушка действительно не знала, где отцовские деньги. Но, разумеется, была в курсе - у кого они. Вот только доступа к ним и впрямь не имела. Самое смешное, Билл тоже никогда не сможет воспользоваться украденными средствами. Ему теперь только и оставалось, что локти кусать, да проклинать чужую находчивость. А заодно и мстительность.
   - Второе. Убийство моей матери. Поверьте, если бы у меня имелись реальные доказательства причастности отца к ее смерти, я бы собственноручно сгноила его в тюрьме. Я никогда не была фанаткой Уильяма Лароби-Клейтона и точно бы не стала покрывать, будь он виновен в этом преступлении. Спросите любого, все знают, что мы с отцом много лет на ножах. Поэтому принеси Рой на блюдечке реальные факты, я бы пришла в полицию в тот же день.
   И это тоже не было враньем. Посадить отца в тюрьму за смерть матери было бы весьма изящным маневром. Независимо от того, виновен он или нет. Почему? Да потому что именно Билл сорвал джек-пот. Стал свободным и неприлично богатым. Притом, что еще оставался относительно молодым и выглядел пристойно. Хотя при наличии состояния, внешность и возраст - сущий пустяк. Билл - сам дурак, что спустил миллионы, ввязываясь в сомнительные аферы. Когда на голову падают большие деньги, неплохо иметь в ней хотя бы подобие мозгов.
   - К тому же, - добавила Лаки с мстительными нотками в голосе, - я уверена, что вы лично перетрясли дело об исчезновении моей матери, когда узнали о предполагаемом шантаже. И в курсе, что нет ни единого доказательства причастности отца. Кроме прямой выгоды, разумеется. Но иногда совпадения, всего лишь совпадения. Билл даже не знал, что Хелен улетит в Лос-Анджелес. Она приняла решение спонтанно. В последний момент.
   Так и было. Хотя Лаки и не помнила многих деталей. Память избирательна. Особенно, когда твой мир летит к чертям. Но момент отъезда впечатался навечно. Женщина в черном пальто и красном шарфе. Таксист с чемоданами. Звонкая пощечина, которой Хелен наградила Пайпер. Лаки сидела на лестнице в полумраке. Потому что ноги отказывались ее держать. А еще, чтобы чужой человек не увидел заплаканного лица...
   - Я не верю в совпадения, мисс Лароби-Клейтон, - насмешливо заметил Стивен, перебирая разложенные на столе бумаги. Этот маленький ритуал всегда помогал настроиться на боевой лад.
   Что ж, девчонка была права. Хант, действительно, вдоль и поперек перечитал то старое дело. Включая показания Лаки, ее ныне покойной сестры, таксиста, привезшего Хелен в аэропорт, стюардессы, которой вздорная дамочка выплеснула в лицо шампанское, посчитав его недостаточно холодным. А еще подруги, такой же светской мегеры, утверждавшей, что только днем говорила с миссис Лароби-Клейтон по телефону, и та раздумывала, не нагрянуть ли к мужу в Канаду, дабы убедиться в его верности. О городе ангелов не было сказано ни единого слова.
   Зато при проверке версии Николсон всплыло кое-что весьма полезное. Многие друзья Саймона Донована подтвердили, что после смерти жены он находился в глубокой депрессии. И неоднократно вспоминал семью Лароби-Клейтон недобрым словом, намекая на какую-то грязную тайну.
   - Это старая история, - вздохнула Лаки, устало подпирая голову рукой. - Мне Федерика жаловалась. И не раз. Она так и не сумела выяснить происхождение нелепых домыслов Саймона. Но предполагала, что это из-за денег. Отец хорошо ей заплатил после увольнения. Но если вы читали дело, то для вас это не новость. Хелен психанула на пустом месте и выгнала Рику, а Билл, чувствуя вину, отвалил ей приличные отступные. Чтобы избежать огласки и все такое. Хотя... - Лаки подозрительно посмотрела на собственный ноготь, проверяя состояние маникюра, - хотя только глухой не знал о репутации моей матери. И не смотрите на меня так! - черные глаза впились в лицо прокурора, неосторожно посмевшего усмехнуться. - Свои грешки я не отрицаю и никому не плачу за их сокрытие.
   Ох... А вот здесь Лаки покривила душой. А точнее, врала напропалую. Ни разу в жизни Рика не говорила с ней о смерти Хелен. Да и вообще о супругах Лароби-Клейтон. Даже Пайпер почти не вспоминала. Не смогла забыть последний рабочий день на их семью. Однако прокурора не стоит обременять такими деталями. Ни к чему ему сие знание.
   - А что касается предполагаемого шантажа, - Лаки улыбнулась самой умопомрачительной улыбкой из богатого арсенала, - то Рой его придумал для бывшей подружки. Никак не мог решиться порвать с ней, вот и рассказывал сказки. Это ведь была она? - в глазах девушки заплясали чертята, причем, далеко небезобидные. - Джеми снабдила вас столь ценной информацией, не так ли?
   - Мисс Лароби-Клейтон, послушайте... - начал, было, Стивен, но Лаки яростно прервала его, стукнув ладонью по столу.
   - Нет, это вы послушайте! - девушка выставила перед лицом прокурора указательный палец. - Джеми Николсон ненавидит меня. Во-первых, потому что я увела у нее Роя. Во-вторых, за то, что мне он сделал предложение через четыре месяца, а она напрасно прождала восемь лет. А теперь ответьте, - Лаки убрала руку и наклонилась к Ханту сама. - Почему вы не подозреваете Джеми? Это она - отвергнутая бывшая подружка, об которую вытерли ноги. Для нее получился бы идеальный расклад - Рой мертв, а я в тюрьме. Допустите хоть на минуту, что я не убивала жениха, и попробуйте рассмотреть иные версии в компании с замужней подружкой, блюститель морали вы наш!
   - Лаки! - Эмет быстро вскочил и схватил клиентку за плечи, поймав гневный взгляд Кристин. - Думаю, на сегодня мы закончили. Нам всем не помешает немного... э-э-э... охладиться. Пойдемте, мисс Лароби-Клейтон.
   Лаки не сопротивлялась. Но поднялась демонстративно медленно и грациозно. На Ханта даже не посмотрела. Только на Холден. Признавая в душе, что пакость получилась мелкой и отвратительной. Однако это не делало ее менее приятной.
   - Очаровательно, - протянула Кристин, когда бывший сокурсник с клиенткой растворились за дверью. - Столько полезной, а главное, познавательной информации за одну встречу.
   - Что ж, - Стивен налил себе воды из высокого графина, явно жалея, что не может в разгар рабочего дня позволить что-то покрепче. - Твой Сазерленд оказывается мастер наносить удары ниже пояса.
   - Я не о последней реплике Лаки, - Кристин поморщилась. Не хотела показывать любовнику, насколько взбешена. - А о ее словах в целом. Ты разве не понял? Наглая девчонка была готова отвечать на вопросы. Знала обо всем, что ты ей предъявишь. Уверена, даже репетировала речь. Кроме последнего выпада. То была импровизация. Глупая и бездарная.
   - У меня промелькнула мысль, что слишком гладко у нее сегодня все складывается, - кивнул Стивен неохотно, садясь за стол напротив Кристин. - Но откуда Лаки и этот твой могли узнать, что Николсон была здесь? А, главное, что именно рассказала?
   Кристин саркастически засмеялась.
   - Есть у меня кое-какие мысли на этот счет. Не говорила раньше, потому что знала, что не поверишь и взбеленишься. И все же, - Холден раздраженно распахнула свою папку и бросила перед Стивеном большой конверт. - Открой. И узнаешь, кто сливает противникам информацию.
   - Проклятье! - простонал Хант, взирая округлившимися глазами на страстный поцелуй Эмета и Ники Ньюман, столь удачно увековеченный камерой Моргана Паркера. Быть может, не для потомков. Но для накрученного босса - в самый раз!
  
   Глава НЕ полностью.
   На главной странице моего раздела появился опрос - кто кукловод? Голосуем))))
Оценка: 9.00*4  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"