Аннотация: В Кишинёве появилось некое издание... Одним словом - ужоснах.
Уважаемые коллеги!
К вам обращается Виктор Сундеев, кинодраматург, поэт, публицист из Санкт-Петербурга. Собственно, петербужцем я стал относительно недавно: большую часть своей жизни я прожил в Молдавии. И меня, естественно, волнует все, что происходит в республике. Особенно в области культуры.
Сочту за честь, если Вы познакомитесь с моей статьей-обзором, посвящённой журналу "Наше поколение", выходящему в Кишиневе.
В Петербурге я работал пресс-секретарем Центра социально-консервативной политики "Северо-Запад", главным редактором журнала "Северо-Запад: сегодня и завтра". В настоящее время - редактор литературного раздела интернет-журнала "Подлинник":
http://podlinnik.org/
С уважением, Виктор Сундеев.
- Основная и сопутствующая цель издания?
- Никаких второстепенных ,основная и единственная - показать сегодняшнему читателю, что и проза, и поэзия в Молдове живы, писатели работают, творческая мысль не угасла...
- Решения я принимаю единолично...
(из интервью Георгия Каюрова еженедельнику
"Коммерсант-плюс" после выхода первого номера
журнала "Наше поколение")
За свою уже достаточно долгую жизнь мне ни разу не приходилось встречаться в Молдове с таким художественно слабым и одновременно столь амбициозно-агрессивным периодическим изданием как журнал "Наше поколение". А поскольку я имею некоторое отношение к возникновению "писателя Каюрова" и достаточно долго входил в состав редсовета возглавляемого им "творения", я чувствую определенную вину перед общественностью республики и хочу публично принести извинения тем приверженцам русской культуры, чьи надежды я невольно обманул. Частичным оправданием мне может служить только то, что, живя в Санкт-Петербурге, я дважды получал номера журнала поездом по четыре-пять выпусков сразу. После девятого номера, который пришел в ноябре, я вышел из редсовета.
Сейчас, познакомившись со всеми выпусками "Нашего поколения", я могу с полной уверенностью утверждать: перед нами чистой воды "хлестаковщина", воплощенная в жизнь.
Но сначала несколько слов о главной фигуре - писателе Георгии Каюрове. Собственно, Каюров - это псевдоним. Козий - настоящая фамилия. Но всем он представлялся как Юрий Алексеев. А познакомились мы в еженедельнике "Коммунист", с которым Алексеев сотрудничал как нештатный корреспондент. Спустя некоторое время я начал почти ежедневно встречать его у посольства Украины, поскольку въезд и выезд из посольства проходили через двор дома, где я тогда жил. Юрий объяснил мне, что работает в торгпредстве посольства. Так это или нет, я не знаю, но на территорию посольства он проходил совершенно свободно.
Пользуясь соседством, Алексеев принялся частенько заходить ко мне. Стал показывать свои прозаические опыты. От литературы это было далеко, даже после профессиональной редактуры опытнейшей женщины-редактора. На любое мое замечание Юрий реагировал настолько остро, что вскоре я перестал их делать. Пользуясь резкой поговоркой, он не знал того, что я давно забыл. Но я проявил малодушие, дав уговорить себя написать пафосное предисловие к его маловразумительной дебютной книге "Ка-Пли"(2003г). В 2001 году в республике прошла общенациональная премьера полнометражного публицистического фильма "Искусственное дыхание", созданного мной совместно с Ионом Кистругой. И молодому автору льстило, что предисловие к его книге написал известный сценарист-документалист. Я и на презентацию потащился. Думал, книга провалится, молодой человек очнется, остынет и займется чем-нибудь другим, более полезным.
Но не тут-то было! До моего отъезда в Петербург в 2006 году он выпустил еще одну книжку "Азиатский зигзаг" (2004г), которая, вслед за первой, благополучно канула в Лету. Итак, отметим: Каюров издал две книги, не принесшие автору славы и уважения в литературных кругах Молдовы. Но, господа, если писателем нельзя стать ни за какие деньги, то членом Союза писателей очень даже можно! И тут кишиневец Козий - Алексеев - Каюров взорлил! И залетел он не куда-нибудь, а в Московскую городскую писательскую организацию! Презрев необходимые в таких случаях рекомендации местной организации писателей. Как говаривал Ельцин: такая вот загогулина! В итоге Каюров (Козий) литературно заделался московским кишиневцем (москишем) или кишиневским москвичем (кишмосом). Перефразируя Булгакова, телом в Кишиневе, душой в Москве.
Я не знаю, как и чем обаял бывший сотрудник торгпредства посольства Украины, новоиспеченный член Козий (Каюров) руководство своей писательской организации, но случилось чудо! В год жесточайшего экономического кризиса в Молдове появился литературный журнал "Наше поколение". Правда, семейный. Жена - Козий А.П. - учредитель, супруг - Каюров (Козий) - главный редактор.
Ничего страшного в этом нет. Издавай на свои деньги журнал, добивайся его прибыльности и живи в свое удовольствие! Но Каюров понимал, что это тупиковый путь. Идя по нему, журнал исчезнет через два-три номера. Так уже было в республике много-много раз. Нужна была поддержка солидной организации, под которую можно было бы выбивать деньги на издание, не отвечая за результат, т.е. за реализацию журнала. Семье Козий требовался некий общественный "окрас", и она его получила уже в первом номере в виде приветственного письма председателя Московской городской писательской организации СП России, профессора В.И. Гусева. А в редакционный совет вошли два москвича. Что касается меня, я дал согласие по телефону, узнав, что в редсовет вошли известные в республике литераторы Борис Мариан и Олеся Рудягина. Чтобы больше не возвращаться к "московскому патронату" я приведу список творческих экспертов из "златоглавой", которые входили в редакционный совет (в алфавитном порядке):
Николай Переяслов - секретарь правления СП России.В настоящее время - помощник мэра Москвы
Михаил Попов - председатель Совета по прозе при СП России
Владимир Силкин - заслуженный работник культуры РФ, секретарь правления, председатель комиссии по военно-патриотической литературе СП России, зам. Председателя правления Московской городской писательской организации СП России
Александр Торопцев - доцент Литературного института им. А.М. Горького, член СП России.
Мне трудно представить, что столь ответственные, с богатым житейским и писательским опытом люди не смогли разобраться в личности Каюрова. Составить представление о нем может любой владелец компьютера за несколько минут. Сначала зайдем на сайт
Тут Каюров снялся на память 13 ноября 2007 года. Попутно он уведомляет, что издал четыре сборника прозы и имеет более 600 публикаций в СМИ. Однако, в самом конце фотосессии мы видим снимки лишь двух, уже знакомых нам книг "Ка-Пли" и "Азиатский зигзаг". Теперь перейдем на авторскую страницу москиша на портале "Литсовет":
Здесь он зарегистрировался 2 января 2008 года. И сообщил: издано шесть сборников прозы. То есть, меньше, чем за два месяца, выпустил две книги. Молодец, Георгий!
Но вот мы выходим на уже знакомое читателям интервью с главредом:
И под ним в "Нашей справке" с удивлением обнаруживаем, что количество книг Каюрова снова сократилось до четырех. Правда, названы две, неизвестные ранее книги "Жаба" и "Блуждающая боль". (Недостающие две он, видимо, как Гоголь, сжег.) Зато число публикаций в СМИ с "более 600" 13 ноября 2007 года выросло до "более 1000" в марте 2009 года. Такая писательская скорострельность не снилась даже Александру Дюма со всеми его литературными "неграми"!
Но вот незадача: подлый Google, а вместе с ним и другие поисковики из массы публикаций москиша не отражают и десяти! Однако, самое ужасное заключается в том, что "Жаба" и "Блуждающая боль" нигде в Интернет пространстве, кроме "Справки" к интервью, не упоминаются!
Если все это, вместе взятое, не "хлестаковщина", то объясните, что тогда "хлестаковщина"!?
И вот такой человек берется за журнал и кричит во всех публичных местах, что он развивает русскую культуру! Нет, даже возрождает ее из руин! Что ж, посмотрим, что и как он в течение года развивал! В истории литературы известны примеры, когда слабый литератор, а то и просто человек с хорошим эстетическим вкусом становились блестящими редакторами, и их издания имели настоящий успех. На это, видимо, и надеялись многие известные кишиневские писатели, вошедшие поначалу в редсовет, но к третьму номеру практически все они покинули журнал!
Потому что Каюров - это, увы, не тот случай. Провал "Нашего поколения" был заложен им уже в первом номере, который главред открыл своей прозой. Установил, так сказать, "планку". В "высоконравственном" рассказе "Экзамен" абитуриент Леонид, переспав с Настей, с которой познакомился накануне вечером в клубе, утром идет на экзамен по химии, и там внезапно вспыхивает дикое чувство между ним и молодым экзаменатором Екатериной, которое тоже заканчивается постелью. (Прям "Солнечный удар" Бунина!) Но продолжить роман педагог отказывается, советуя Леониду "сначала подрасти". То есть, к "большому сексу" он пока не готов. Рассказ заканчивается вопросом: "Может, лучше и правда подрасти сначала?"
Вместо комментария приведу строчку известного в свое время пародиста Александра
Во втором рассказе негодяй-священник отец Митрий обирает старушку, а благородный семинарист восстанавливает справедливость. Финал частного случая - просто из индийского кино: "Ради низкой наживы, ради шкурного счастья обманывать забытую богом старуху! Незачем ей целовать нам руки. Не за что ей нас благодарить! Мы - виновники ее мучений!"
В Индии тут, возможно, рыдают, но у нас нормальный читатель в недоумении пожимает плечами от такой "граммофонной" концовки: "Это и есть серьезная литература?!"
Если оценивать все, опубликованное Каюровым в журнале за год, то он предстает как яростный, бескопромиссный борец с религией. И самое страшное место для молодого человека, по мнению главреда - это духовная семинария (повесть "По ту сторону"). Какая отважная писательская позиция - бороться с организацией, отделенной от государства!
Но вернемся к первому номеру. Еще одной крупной ошибкой стала публикация объемной поэмы Николая Костыркина "Рифмач". Действие поэмы происходит в средневековой Шотландии. Произведение сложно по своей структуре, образной системе и поэтической технике, и рассчитана поэма на очень узкий круг читателей. Помещать ее в "разгонном" номере журнала - значит, не привлекать аудиторию, а, наоборот, отпугивать ее. Но Николай Костыркин - автор перспективный, просто пока не преодолевший период "книжности". И это не вина, а беда, что судьба свела его с Каюровым.
А когда с третьего номера главред стал печатать "с продолжением" большой роман Костыркина "Пес из Махи", основанный на средневековых легендах Северной Ирландии, новоявленное издание провалилось окончательно. Тема, далекая от рядового читателя, автор никому не известен... Чего же вы хотите?
Давать произведения с продолжением в первый год издания - вещь опасная. Тут и автор, и произведение должны быть беспроигрышными. Рискуя своими деньгами, Каюров обязательно бы это учел. Но, судя по тому, сколько раз за год он "заряжал" "с продолжением", финансово москиш ничем не рисковал.
Видя, что основной продукт - журнал - спросом не пользуется (несколько сотен читателей для миллионного Кишинева - это чепуха), главред, обладая чиновничьим опытом, бросился организовывать "мероприятия" под маркой журнала ("Шумим, братцы, шумим!").По завету Мао, "с опорой на молодежь". Молодым и неопытным проще "впарить", что ты - большой писатель и делаешь в Молдове большое дело.
К "мероприятиям" и их уровню я еще вернусь. Но мне, как бывшему преподавателю филологического факультета Кишиневского госуниверситета, хочется сначала рассмотреть отношение Каюрова к классикам русской и украинской литературы. Тем более, что классики и историко-краеведческая тематика представлены в журнале настолько обильно, что впору переименовывать его из "Наше поколение" в "Наши поколения".
У Каюрова (Козия) удивительное, мягко говоря, представление о юбилеях классиков. Скажем, в прошлом году исполнилось 210 лет со дня рождения А.С. Пушкина. И в первом номере, непонятно зачем и почему, появилась на одну страничку, написанная в 1828 году "критика" П. Богдановича для темника-хрестоматии середины 19 века "Характер и значение поэмы "Руслан и Людмила" А.С. Пушкина". Во втором номере 10 страниц заняло драматическое письмо В.А. Жуковского о том, как умирал великий поэт. А следом - занимательные истории о Пушкине Риммы Дышаленковой. Странная, мягко говоря, "окрошка".
А в шестом, по времени юбилейном, номере вышел двухстраничный материальчик самого главреда, подписанный "Юрий Алексеев" - "Дети А.С. Пушкина".
И тут же (внимание, господа, ноу-хау!) в рубрике "Пишут дети" - стихи дочерей Каюрова, Арины и Александры. Жаль, что москиш не пошел до конца и не написал: "Дети Г. А. Каюрова (Козия)". А о том, как судьба великого поэта переплетена с Молдовой - ни одной буквы! Вот это поздравление! Браво! Учитесь, москвичи!
Не лучше обстоят дела и с юбилеем Т.Г.Шевченко (N3).Мало того, что снова Ю.Алексеев сам разразился плохо скомпонованной, чисто компилятивной, с громадными цитатами биографией Шевченко. Он после нее дал письмо
Н.С.Лескова "Последняя встреча и последняя разлука с Шевченко" о смерти великого кобзаря. Как и в случае с Пушкиным, вместо "за здравие" пропел "за упокой". И в завершение взял да и перепечатал поэму Т.Г. Шевченко "Слепая" (видимо, из кишиневских библиотек она изъята.) Возможные возражения, что такие публикации носят просветительский характер, я отметаю как чисто демагогические. Просветительство само по себе несовместимо со смехотворным тиражом. А вот для жирной чиновничьей "галочки" этого хватает с лихвой. И вновь повторяется история с Пушкиным: о молдавской теме в творчестве кобзаря - ни звука!
Такая позиция главного редактора абсолютно противоположна его же публичным заявлениям о сближении, взаимодействии и взаимообогащении культур трех братских народов.
Но экзерсисы с Пушкиным и Шевченко - это, поверьте, невинные забавы по сравнению с тем, как поступил Каюров с Н.В.Гоголем, чье 200-летие отмечало в прошлом году все человечество. Тут уже не "хлестаковщина" ("Легкость в мыслях необыкновенная!"), а самая настоящая "чичиковщина".
В четвертом номере, в рубрике "200 лет Н.В. Гоголю" Каюров (Козий) публикует то, что на юридическом языке называется "подлог". Вот материал Ренаты Смирновой "Секреты биографии Гоголя". Из текста статьи можно предположить, что автор работает в Институте рукописей при Национальной библиотеке имени
В. Вернадского НАН Украины в Киеве. Сначала Смирнова перечисляет всех предков великого писателя. А дальше читаем: "В августе 1980 года (это еще при Брежневе - прим. В.С.) я поехала к внучке Елизаветы Васильевны Гоголь - 93-летней полтавчанке Софье Николаевне Данилевской, урожденной Быковой, чтобы уточнить некоторые места в биографии гения (93-летняя старушка - это, безусловно, самый надежный источник информации для исследователя!) И вот какие вопросы бабушке задаются.
- Софья Николаевна, сегодня продолжают спорить: Гоголь является украинским или русским писателем?
Это в 1980 году спорили, чьим писателем является Гоголь?! Назовите хотя бы одного такого отважного спорщика, который бы публично сомневался в то время в принадлежности Гоголя к русской литературе!
И храбрая бабуля на диссидентский по тем временам вопрос автора статьи дает еще более диссидентский ответ:
- Я считаю, что и Польша может по праву гордиться этим гением!
После монолога старушки на эту тему Рената Смирнова задает 93-летней полтавчанке вопрос, заставляющий усомниться в ее исследовательском профессионализме:
- Говорят, гениальность - это как молния, сгусток энергии талантов нескольких поколений и смешение крови разных национальностей.
Скажите, госпожа Смирнова, по какому тогда разряду проходят, к примеру, Шевченко и Есенин, у которых нет "смешения крови разных национальностей"!?
И древняя старушка как по писаному отвечает то, что нужно Смирновой.
У меня никаких сомнений в подложности этого интервью нет. Переубедить меня может только снятая на кинопленку запись этого интервью, с заключением авторитетных экспертов о времени съемки.
А финальный абзац "биографической" статьи я адресую как повод для размышлений всей Московской городской организации СП России под руководством профессора В.И. Гусева: "Гений Николая Гоголя по крови и языку принадлежит трем великим государствам - Украине, России и Польше. А тем, кто огульно обвинил писателя в предательстве родного языка, Гоголь коротко и ясно ответил еще в 1830 году в письме к своей матери: "Я буду писать на иностранном языке!" Не на великорусском, как было принято говорить в то время, а именно на иностранном."
Но и это еще не все. Воистину многострадальный Гоголь! Следом Каюров (Козий) без всяких комментариев печатает поэму классика "Ганц Кюхельгартен". Как и положено, под псевдонимом В.Алов, но с портретом писателя и его подписью в конце поэмы.
Уверен, ни одно издание в мире, претендующее на звание приличного, не поздравило величайшего писателя таким кощунственным образом!
Юный Гоголь приезжает в Петербург. Далее читаем в библиографическом словаре "Русские писатели" (М.,изд. "Просвещение",1971г.,стр.249-250): "Попытка поступить в актеры кончилась неудачей, служба не отыскивалась. Гоголь испытывал в Петербурге суровые лишения. Итогом тогдашних настроений Гоголя стала его романтическая поэма "Ганц Кюхельгартен", написанная в основном еще в гимназии и изданная им (под псевд. В.Алов) в 1829 году в Петербурге. Надежды, возлагавшиеся на поэму, не оправдались, она не имела успеха, и Гоголь, скупив почти весь тираж, уничтожил его."
Даже в самом страшном своем кошмаре Гоголь представить себе не мог, что через много лет в его родной Малороссии родится некто Козий, который решится в год юбилея классика мировой литературы обнародовать без всяких пояснений его юношескую творческую неудачу, произведение, которое он сам уничтожал!
Да после этого нормальные, культурные люди должны были бы обходить Каюрова (Козия) стороной! Почему же такие вопиющие факты прошли мимо общественного сознания, не получили вовремя должной оценки?
Причин тут, думаю, несколько. Во-первых, бурные политические события в республике. Во-вторых, серьезные авторы и ценители литературы в Молдове уже брезгливо отвернулись от журнала (москиш, предвидя подобную ситуацию, еще в декабре 2008 года попросил у меня (и у других, наверное, тоже) сразу две подборки стихов: одну - для первого номера, вторую - для публикации в месяц моего рождения, сентябрь). В-третьих, бесцеремонно отвергая достижения авторитетных писателей республики, он производил "шумовые эффекты" с молодежью. Проще говоря, стравливал поколения. И отчетливые следы этого стравливания есть в журнале. В-четвертых, Каюров охотно печатал российских авторов, в основном, конечно, москвичей из своей писательской организации (оценивать качество их произведений я не буду).
Приведу лишь некоторые статистические выкладки, доказывающие, что и как, а, главное, кого "развивал" Каюров (Козий) в Молдове (см. эпиграф). В каждом номере журнала 104 страницы. Уберем две с оглавлением и прочими формальностями. Оставшиеся 102 страницы умножим на 12 номеров. Получим 1224 страницы. От них отнимем 34 страницы перепечаток (Жуковского, Шевченко и т. д.). В результате получим цифру 1190.
Произведения членов редакционного совета заняли 434 страницы, творчество "гостей журнала" - 484. Сложим эти две цифры и отнимем от 1190. Остается 272 страницы. На все про все.
Однако, полученный результат не совсем точен: некоторые члены редсовета, оставшиеся в журнале, переходили в состав авторов и наоборот. Поэтому справедливей будет выделить первую десятку авторов:
Михаил Попов (Москва), член редсовета - 207 стр.
Георгий Каюров (Кишинев - Москва), главред - 142 стр.
Николай Костыркин (Кишинев), член редсовета - 139 стр.
Ирина Коротченкова (Южная Корея) - 50 стр.
Елена Волкова-Даровских (Россия, ???) - 28 стр.
Анна Кашина (Москва) - 27 стр.
Александр Трапезников (Москва) - 23 стр.
Анатолий Лабунский (Кишинев) - 21 стр.
Николай Переяслов (Москва), член редсовета - 20 стр.
Иван Дуб (Кишинев) - 20 стр.
Общий объем "десятки" - 677 страниц, что составляет более 55% от всего объема журнала. Причем, около четверти от общего объема принадлежит перьям двух авторов. Это, разумеется, Георгий Каюров и Николай Костыркин. Молодцы, "развились" на славу!
Продолжим. Отнимем объем "десятки" от 1190. Останется 513 страниц. Теперь от этой цифры вычтем еще 149 страниц произведений "гостей". В результате выйдет 364 страницы. Одна треть - это вроде неплохо для местной "массовки", для того литературного "гарнира", каким являются в журнале остальные авторы из Молдовы.
Но поскольку Каюров в своем интервью обещал доказать, что "проза и поэзия в Молдове живы", то от оставшейся цифры можно безболезненно вычесть 74 страницы историко - краеведческих материалов (С. Пожар, Н. Синявская и др., но без учета исторических изысков москиша). Тем более, что такие материалы легко можно напечатать в любой газете, а журнальная публикация от газетной все таки отличается.
В результате вычитания остается 290 страниц. Тоже, вроде, ничего. За неимением лучшего. Но и эту цифру, увы, придется корректировать. Вычесть из нее произведения графоманов и тех, кого я назвал "обманутыми". (Полный список этих авторов и их произведений я готов при дальнейшем разбирательстве предоставить любой ответственной организации.)
Количество "чистых" графоманов - девять человек. Они занимают 64 страницы издания. В число графоманов я включил и ведущего "критика" журнала Марка Сапожникова, у которого особый вид графомании - заумь. (Это я тоже готов доказать при дальнейшем разбирательстве.)
С обманутыми все сложней и драматичней. Напомню, провалив журнал и не имея поддержки у серьезных литераторов Молдовы, Каюров бросился к молодежи и стал активно проводить "мероприятия". Литературная гостиная, поэтические турниры и конкурсы и т.д. Причем, председателем жюри выступал и Николай Костыркин, никому, кроме "Нашего поколения" не известный, и еще не состоявшийся поэт.
Для профессионала понятно, что поэтические турниры и конкурсы хороши только тогда, когда они тщательно готовятся и для них отбираются действительно отмеченные талантом молодые люди. При "кавалерийском же наскоке", а именно так действовала редакция журнала, появление на сцене подростков и конкурсантов чуть постарше, представляющих публике свои первые, еще очень несовершенные стихи, на деле означает обман - когда пользуются неопытностью юных, их неумением самостоятельно оценить написанное. Я не говорю уже о том, как легко они становятся предметом насмешек сверстников.
Поясню это на примере Виктора Ханти, входящего ныне в редсовет журнала. Апофеозом шумной общественной (но не литературной) деятельности журнала стала его презентация в Малом зале Центрального дома литератора в Москве в ноябре прошлого года. В число авторов вошел и Виктор Хантя. Вот как описывает он свои впечатления в N11: "Каюров объявил меня. Моя фамилия звучит в стенах ЦДЛ! Читаю свои стихотворения, читаю с удовольствием."
А вот образчики его поэзии из N10:
И погляжу я вокруг
На все былое,
Очищу душу от мук,
Уйду в покои.
Сомкну навеки глаза
В младые годы.
Пути закрыты назад -
Встречай свободу...
...Вот так вся жизнь с постели до постели
Пройдет и нас оставит в дураках...
Если подобные стихи звучали в стенах ЦДЛ, то я глубоко сочувствую этим уважаемым стенам!
Хочу обратиться к члену редсовета "Нашего поколения", поэту Владимиру Силкину, заслуженному работнику культуры РФ, зам. председателя правления Московской городской организации СП России. Скажите, можно ли считать поэзией и публиковать в журнале такие строки уже другого автора?
Все мы когда-то уйдем,
Но пока, если мы живы,
Если твердой походкой идем,
Значит, что-то делать должны мы...
Ведь пустотой ты дышишь
И в ней ногой стоишь...
Девятнадцать обманутых молодых людей опубликовано в журнале. И отдано им 44 страницы. Для одного года достаточно, правда?!
Легко предположить, что в "работе с молодежью" есть и коммерческая сторона. Автор, который "ногой в пустоте стоит", увидев публикацию, обязательно купит журнал. И родители купят. И бабушка с дедушкой тоже. "Уйти в покои" Каюров никому не даст!
С этой же целью ловкий главред уже в сентябре создал творческий клуб "Наше поколение". С приличной суммой членского взноса.
Я немного отвлекся. Только теперь, сложив страницы, отданные графоманам и обманутым и отняв полученное число от 290, можно подвести окончательный результат: 182 страницы достаточно профессиональной поэзии и прозы русскоязычных авторов Молдовы. Или 13% от общего объема журнала. Выполнил Каюров обещанное? Поднял он русскую литературу на новый, более высокий уровень? Сами ответьте на эти вопросы.
Но вот что удивительно: какая-то необъяснимая слепота и глухота напали на московских писателей, поддержавших "поколенческий" проект. Не раз и не два тревожные звонки подавала газета "Независимая Молдова", вопрос о профессионализме журнала поднимался и на заседаниях Ассоциации русских писателей Молдовы. "А в ответ - тишина..." Да нет, какая там тишина!? С девятого номера в "титлах" журнала появилась гордая запись:
Журнал "Наше поколение" готовится при творческом участии:
Международного Сообщества Писательских Союзов
Союза писателей России
Московской городской организации Союза писателей России
Я уже писал о "хлестаковщине" Каюрова (Козия). ("Тридцать пять тысяч одних курьеров!" "С Пушкиным на дружеской ноге!"). А после подобной поддержки он решил: все, теперь я имею полное право объяснять этим олухам, что есть литература и как надо писать стихи и прозу.
Нужно сказать, что сама идея некоего "учительства" в общедоступном журнале - совершенно дикая. Рядовому читателю "до фонаря", как нужно писать. "Вы пишите, а я буду читать. Или не буду." Но эта простая мысль не приходит в разгоряченную голову главреда. И он сразу в двух номерах ( N9-10) разражается такими "розмыслами", что мало-мальски образованный читатель не знает, стоять ему или падать.
Вот несколько "перлов".
"Писатель должен начинать работать задолго до того, как что-либо потечет из-под его пера". Русский как иностранный!
"Оказывается, существенной разницы между стихами и прозой нет. По существу, это одно и то же. Деление художественной литературы на поэзию и прозу - деление условное". Открытие планетарного масштаба! До Каюрова идиоты делили, теперь пора прекратить!
Не могу не привести "пир интеллекта и блестящего стиля":
"Ни один вступивший на стезю словотворчества не может считаться "мастером" или хотя бы "учеником",если он не умеет выражать свои мысли (до этого я считал, что "уметь выражать свои мысли" должны все. Выходит, ошибался - прим. В.С.) Последнее утверждение (а какое было предпоследним? - прим. В.С.) подразумевает, по крайней мере (правильно "по меньшей мере" - прим. В.С.), два компонента: наличие оных мыслей, что предполагает априори, и умение их донести до желающих с ними ознакомиться (филигранное стилистическое мастерство! - прим. В.С.) В любом донесении (куда? в штаб? - прим. В.С.) ценится прежде всего его адекватное восприятие собеседником, что сводится до миминизации (правильно не "до", а "к" - прим.В.С.) средств и шаблонности языка, проще говоря, канцеляризма" (шаблонность языка и канцеляризмы - это совершенно разные понятия! - прим В.С.).
Ну, что тут скажешь? Москиш - мастер!
А вот то, что молодежь обозначает словом "ваще!"
"Общеизвестный факт, что роман "Война и мир" переписывался семь раз. В качестве эксперимента рекомендуем переписать (от руки) страницы три этого бессмертного произведения. Затем затраченное время умножить на количество страниц. Ввести коэффициент от 5 до 7 - на муки творчества. И в результате можно получить примерную оценку трудозатрат на один роман".
Глупость подобной "оценки трудозатрат" не надо даже доказывать. Убийственно выглядит "коэффициент на муки творчества". Очевидно, во сне москишу явился Лев Толстой и ласково произнес: "Только тебе, Георгий, по секрету скажу, что мой коэффициент на муки творчества - от 5 до 7!"
Но, боюсь, тут не только глупость. Чуть выше в этой же статье приведена реакция Тургенева на роман "Война и мир". Такие оценки принято цитировать, но Каюров дает читателю пересказ. Тургенев, якобы, "долго смеялся над стилем написания (?) и зло подшучивал (?), говоря, что это не литература, а записанные рассказы-сплетни тетушек-нянек". А в ответ "Толстой смеялся не менее искренне (москиш замерял степень искренности - прим.В.С.) и соглашался с тем, что "многое записывал со слов дворовых тетушек".
Все эти "игрища" вокруг романа выглядели бы просто очередным примером дефицита интеллекта у автора, если бы не одно "но". Статья появилась вскоре после того, как по всему миру прошла информация: в США роман Льва Толстого "Война и мир" признан лучшим художественным произведением всех времен и народов. Мы уже знаем о "странной любви" главреда к русским классикам. Вот Каюров в своем привычном стиле и "поздравил" величайшего русского писателя! Кстати, господин москиш, есть и такая широко известная оценка романа: "Если бы господь Бог захотел написать роман, он взял бы за образец "Войну и мир" Толстого!"
Теперь я хочу обратиться к члену редсовета журнала "Наше поколение", доценту Литературного института, члену СП России Алексадру Торопцеву. Скажите, если бы Вам на вступительном экзамене абитуриент наговорил то, что "начертал" в своих опусах г-н Каюров, был бы он принят в литинститут? Доверили бы вы как педагог такому человеку работу с творческой молодежью?
Есть у меня вопросы и к профессору В.И. Гусеву, руководителю Московской городской организации СП России и главному редактору журнала "Московский вестник". Представьте себе, что Вы, подобно Каюрову, открыли бы два номера вашего издания статьями о том, как надо писать художественные произведения? Долго бы смеялась над Вами вся литературная Москва? И долго бы Вы оставались главным редактором "Московского вестника"?
В Кишиневе, например, над "розмыслами" Каюрова (Козия) смеялись долго. Только этот "смех сквозь слезы" не был услышан в Москве. Почему? В чьих интересах так уродовать русскую культуру и представлять русскоязычных авторов Молдовы скопищем малограмотных "туземцев"?! Ловкий и обаятельный Каюров как раз и есть чистой воды литературный "туземец"! Как же ему удалось ввести в заблуждение три уважаемые писательские организации?!
Президент Российской Федерации Д.А. Медведев достаточно много внимания уделяет вопросу помощи соотечественникам, живущим за пределами России. Но эта помощь должна быть продуманной, целенаправленной и максимально действенной. Особенно в таком тонком направлении как гуманитарное развитие. Тут любой промах вызывает особенно болезненную реакцию соотечественников.
Русскоязычные писатели не заслужили право на достойный журнал, они это право выстрадали. Право на журнал, а не на издевательскую пародию на него.