(в продолжение - о любви и космичке)
Я забуду тебя наутро, когда сестры - нежность и тяжесть 
доплетутся к самому краю, из ладоней меня рассеют. 
Я забуду тебя наутро. Не увидимся. Не расскажешь. 
Капитаны безумны. Я знаю. Мне, увы, не быть Одиссеем. 

Забывая: теряя шансы крикнуть как-нибудь: "Дай мне руку!" - 
я тону - в той своей - колючей, ледяной, пустой и извечной...
Оставаясь без "возвращайся!" - да кого я там ни баюкал... 
"Возвращенье Домой"? - не хуже, чем другое вранье - но легче 

вырывается - искупленьем. Теми ль, этими берегами - 
скользкой нитью, что вечно между - рвать не больно, а путать глупо - 
старой сказкой, забытой тенью, я не ведаю, что латаю - 
или рушу? Себе надеждой повторяя: забуду утром. 

Возле святого слишком пусто. Возле целого слишком больно. 
Темень координат прицельных - где-то в небо - между причалов... 
Пряжу волн никто не распустит. Разве важно - какое море? 
Капитаны безумны, свет мой. Колыбельной: живи! Прощайте. 

...Укрывайся - и спи теплее, просто утро и мерзлый ветер 
(острозвездая моя вечность - на помине легка? на взводе?) 
Я тебя позабуду утром - первым? - третьим? - через столетья? 
"Возвращенье Домой"? - больнее, чем надежда, зато проходит 
легче. 

Но - да где б ни любили - ничего там не остается. 
Кроме пыли.
"Возвращенье Домой"?.. Ну что же... Ну - не худшее - 
из последствий.