Ничего - и ты знаешь - не выйдет у нас с тобой. "На всю жизнь" - вот здесь звучит чуть смешней, чем "надежный тыл". Где сначала - дело, которое дальше - и долг, и бой - ну куда потом впихнуть огромное "ты"? А обнять легко. Как жить на этой войне - завтра будет завтра, возможно - договорим. Жили они недолго. И умерли... -
пока нет. ...А ты пахнешь летом, хвоей - терпким теплом земли. А еще знаешь, страшно - упустить хоть движенье рук, просто - держат - небо, эту ночь и все времена. Я тебя запомню - на запах, на вкус, на звук - чтобы было, что взять от жизни, когда она... Никакой возможно, лжи - тебя не убьют, защитить, спасти - оно у нас под расчет. А пока ничего не знаю. И сплю. Но пью - что-ты-рядом - залпом. Все прочее - ждет еще. До утра - до завтра - до сколько ни подари будет мало - много - взвесь, сложи, расцепи. Где еще не очень умею сказать "болит", но почти получилось верить - тихому "спи". А святой и светлой лжи - прикрытой спины, кто сильней, слабей - и прочее "впереди"... мы настолько ее взрослее - и в том равны. Разрешите это не помнить, мой... командир. Жизни нет. Есть утро. Завтра - пока все спят - берега, границы и цельности наших цен. Оказалось, что мы настолько сильнее - самих себя, что в глаза такому проще смотреть в прицел.
Где сначала дело, которое долг и бой - это так, преддверие, выход на рубежи. Ни-че-го - и ты знаешь - не выйдет у нас с тобой.
...А оно уместилось. В короткое: продержи. Никакой, конечно, лжи: тебя не убьют - всех когда-нибудь. Когда-нибудь - не теперь.
И ни разу вот это все не назвать "люблю" - это так называют живые? Эх, не успеть...