Сестре - Озорновой Татьяне Васильевне

Когда в окно стучится осень,
Тесня плеяду тёплых дней,
Всё чаще память переносит
В деревню юности моей...
Налево - луг, направо - поле,
А там, на взгорке, у ручья
Крестом легла по Божьей воле 
Деревня милая моя.
И место - будто Бог отметил:
И лес, и речка, и луга ...
И как же мне на белом свете
Деревня эта дорога!
За ней, вдали, как фон деревни,
Павшинский высится бугор,
Весь бороною, будто гребнем,
Расчёсан на прямой пробор.
С него по Малино дорога
Шла на Одоевский большак.
И до знакомого порога,
Под взрослых подгоняя шаг,
По ней, вдыхая запах ветра,
Я шёл, предчувствием гоним, 
Четыре длинных километра
Казались мне всего одним,
Как долгий день тянулось время,
Дом ждал, прохладою маня,
А я здоровался со всеми
Почти у каждого плетня,
И говорил им, ждавшим чуда,
Седым свидетелям разлук,
К кому приехал и откуда,
И разъяснял, чей сын и внук.
Ну, вот и дом, сестрички, братья -
Да, тётке некогда скучать, -
Слепая бабушка с полатей
Спешит обнять своих внучат,
Уж двадцать лет не видит света ... 
Всю зиму проведя одна,
Она так ждёт прихода лета,
Чтоб отступила тишина,
Чтоб не сидеть в избе уныло
Одной с зари и до зари,
Чтоб снова в доме людно было,
Чтоб было с кем поговорить.
А дом - как дом, простой, обычный,
Не низок, да и не высок,
Белёной стороной кирпичной
Он смотрит прямо на восток.
За домом есть закуты сзади,
За ними яблони видны,
А под окошком в палисаде
Растут две юные сосны.
И погреб есть напротив дома,
Есть и сарай, и сеновал,
Где щебет ласточек знакомых
Нас каждым утром поднимал.
Не зная горя и печали,
Мы здесь, вдали от суеты,
В начале лета отмечали
Один из праздников святых.
И вся родня большая наша
Прихода Троицы ждала:
Листвой берёзки дом украшен,
Полы отмыты добела,
Хлопочет тётя возле печки,
Ухватом поправляя жар,
Блестя боками у крылечка
Дымит ведерный самовар,
Иконы крыты рушниками,
В углу лампадка зажжена,
И вкусно пахнет пирогами
Из растворённого окна.
Приятны праздника заботы ...
Веков традиции ценя,
В преддверьи праздника, в субботу,
Сюда съезжается родня.
Набьются в горнице, бывало, 
Как у наседки под крылом,
Но всё же  места всем хватало
За пышным праздничным столом.
Звучат до самой ночи песни,
И песням этим нет конца ...
И лика не было чудесней,
Чем Духа, Сына и Отца.
                         2005 г.