Аннотация: Третья история про Злату и остальную компанию.Пока только две первые главы
ГЛАВА 1.
'Хорошо там, где нас нет, но мы - везде'
- Шаг, еще шаг, давай, Злата, я в тебя верю, каких-то несколько несчастных метров и можно будет отдохнуть, посидеть, даже тяпнуть припасенной медовухи, - так я уговаривала себя, пыхтя по направлению к вершине казавшегося вначале не таким уж и высоким холма.
Вот спрашивается, чего мне не сиделось у Витольда в замке на полном пансионе, а потянуло покуролесить на просторах исторической родины?
На самом деле все проще простого. После моей скоропалительной помолвки с Ольгердом, мы с Витом скоренько отбыли на свадьбу Карены и Алекса. Но и там мне не было покоя.
Искренние поздравления друзей и знакомых по случаю обретения мной жениха перемежались с не менее искренними сожалениями, когда народ вспоминал, кто именно является моим нареченным. Все же, слава у элементала еще та. К сожалению, рассказать о том, что помолвка эта была вызвана политическими соображениями, и дело до свадьбы, вряд ли, дойдет, я могла только самым близким людям, а точнее все той же брачующейся парочке.
Эта новость расстроила обоих еще больше. Алекс задумчиво изрек, что нет ничего более постоянного, чем что-то временное, и комментировать это свое высказывание отказался. А его невеста начала меня убеждать в том, что мы с Ольгердом просто созданы друг для друга и вообще он меня любит неземной любовью, даже если сам пока этого не понял.
Вся эта словесная чехарда меня бесила и раздражала неимоверно. Тем более, от попыток разобраться в содержимом собственной души и чувствах невесть куда сбежавшего элементала, у меня началась самая настоящая мигрень. Каюсь, я не выдержала на третий день празднеств по случаю свадьбы друзей и сбежала в свой родной мир.
За спиной осталась зима, куча проблем и заморочек, а здесь была самая середина лета, одиночество, тишина и покой. Именно то, что мне сейчас и требовалось для восстановления душевного мира и гармонии. Дома была тишь да гладь, да сплошная благодать. Давненько я так не отдыхала. Красотень! Я выспалась, начиталась легкой ни к чему не обязывающей литературы, наслушалась местной музыки до полной потери музыкального слуха.
Отдых закончился дней через пять, когда я поняла, что тихо схожу с ума от абсолютного отсутствия каких бы то ни было событий в собственной жизни. Вот всегда так: то жизнь несется бешеной белкой, то глухо, как в заплесневевшем болоте, откуда даже лягушки сбежали в более интересные места.
Недолго думая, я решила придумать себе какое-нибудь маленькое и приятное приключение. Отбросив пару - тройку совсем уж бредовых идей, я сообразила, что есть и более простые способы развлечь себя любимую. Именно таким образом и возникла идея устроить себе поход с ночевкой в близлежащем лесу. И время, как раз, было самое подходящее. На носу канун праздника Ивана Купалы.
Кто не в курсе, объясняю, это такой народный неофициальный праздник, что-то там связанное с ежегодным солнечным циклом, огнем и водой. Отмечается еще с седых времен мифов и легенд. Смысл и содержание праздника уже мало кто помнит, но народ до сих пор любит жечь в эту ночь костры, купаться в реках и озерах и искать легендарный цветок папоротника, помогающий в поиске кладов.
Я, помня еще из школьного курса биологии, что папоротник не цветет, искать сказочную флору, помогающую любителям халявы устроить свою нелегкую жизнь, не собиралась. Но сходить в лес, посидеть ночью у костерка над излучиной мелкой речки, протекающей вблизи нашего городка, мне показалось интересным и необременительным мероприятием.
И вот я, собрав рюкзак и затарившись всем необходимым, изображаю из себя опытного туриста - первопроходца. Конкретно в данный момент даже первопролазца, потому как на пригорок, заканчивающейся крутым спуском к речке мне пришлось продираться через настоящие дебри из сплетенных ветвей и поваленных стволов.
Лес здесь был такой дикий, будто городская черта не в каком-то километре находится. Старые замшелые березовые стволы обиженно скрипели на ветру, будто ругая меня за то, что нарушила их уединение, редкие вкрапления еловых посадок только добавляли мрачности происходящему. Каркнула ворона и все стихло.
- Да ладно вам, посижу и уйду, не ворчите! - возмущенно сказала я вслух, ни к кому конкретно не обращаясь, и сбросила с плеч рюкзак рядом со старым костровищем, оставленным в этот забытом уголке моими неведомыми предшественниками.
К тому моменту, как солнце начало опускаться за горизонт, я успела развести костер, разложить захваченную из дома нехитрую снедь на скатерти и даже пару раз приложиться к заветной бутылке медовухи. Последнее - исключительно для создания праздничного настроения.
На лес медленно опускались сумерки. Уже замолчали птицы, лишь ветер шелестел в кронах деревьев. Я смотрела на огонь, тихонько мурлыча себе под нос незатейливый мотивчик. На душе было хорошо и спокойно. В кустах что-то затрещало. Я вздрогнула и напряженно уставилась в непролазную чащу леса.
- Исполать тебе, красная девица. Дозволь у костра твоего присесть, обогреться, - раздался из сгущающейся темноты звонкий мальчишечий голос.
- И вам наше с кисточкой, - недовольно отозвалась я, оглядывая вышедшего к костру парня.
Был он высокого роста, лет семнадцати на вид. Светло-русые волосы красивыми волнами падали на плечи. Ярко-голубые глаза искрились весельем и задором. Свободная белая рубаха и брюки не скрывали стройной фигуры. Но была во всем его облике какая-то неправильность. Только взглянув на него еще раз, я поняла, в чем же она заключается. Всего в этом пареньке было немного с избытком, чтобы быть настоящим: слишком, по-киношному, красив, слишком весел и беспечен.
Будто рисуясь, мальчишка замер, позволяя разглядеть себя во всех подробностях:
- Ну что, насмотрелась? Нравлюсь тебе? - насмешливо спросил он, подмигивая мне.
- Нет, не нравишься, - честно ответила я. - Ненастоящий какой-то. И уж больно слащавый, прямо скулы сводит.
Честно говоря, я думала, паренек обидится, но он только рассмеялся еще радостнее.
- А ты забавная! Меня Лад зовут, можно еще Ладоня. Как тебе больше нравится. Можно, я посижу с тобой? Мы тут с сестричкой встретиться договорились. Так я подожду ее.
- Пожалуйста, садись,- пожала я плечами. - Меня Златой звать. Ты из этих что ли, которые ударились в восстановление сказок и легенд, как их там... Вспомнила, ролевики?!
- Нет, что ты, мы просто собираемся здесь в лесу всей семьей, традиция такая, - отмахнулся Лад, присматриваясь к моему стакану.
- Тогда чего разговариваешь так странно, как в старину? - не унималась я.
- Просто привычка, забей, - обезоруживающе улыбнулся мальчишка. - Не буду больше. А что это такое интересное у тебя там плещется в стакане?
Я строить из себя ничего непонимающую балбеску не стала и алкоголем поделилась. Под медовуху беседа потекла веселее. А после третьего стакана Ладоня казался мне уже своим в доску. Я жаловалась ему на занудного Витольда, излишне наивную Карену и разгильдяя Алекса, про свою главную головную боль - Ольгерда, вспоминать не хотелось. Лад в ответ рассказал массу забавных случаев про себя и жизнь своей многочисленной родни.
Я, правда, так и не поняла, кто они все и почему у них такие странные имена. Но ведь это и не самое главное. Очередной веселый рассказ паренька про какого-то двоюродного дядю прервало появление у нашего костра молоденькой девушки, точной копии Ладони.
- Лад! - кажется вся эта семейка отличалась удивительно задорным звонким смехом. - Ты здесь! И уже не один. Кто она, твоя сегодняшняя избранница?
- Это не избранница, а просто хорошая девушка Злата, мы с ней выясняем, у кого же семейка более сумасшедшая. У нас с тобой, или у нее. Златка, это моя сестра, Леля. И у нее наверняка с собой есть что-нибудь не хуже твоей медовухи, которая, кстати, уже почти закончилась.
- Конечно есть! - радостно закивала Леля, присаживаясь поближе к костру. - А наша семейка - это нечто, скоро подтягиваться начнут.
- Так у вас тут семейное сборище, что ли? - уточнила я, принимая из рук Лада стакан. - Ой, как неудобно получается. Мне, наверное, лучше уйти. Не буду вам мешать.
- Сиди уж, куда ты пойдешь по темноте, - хмыкнул мальчишка и подмигнул сестре. - Скажи, Леля, ей лучше остаться с нами. Весело будет!
- Конечно, Злата, оставайся. Ручаюсь, такого ты еще не видела. Только скажи, у тебя возлюбленный есть?
- Насчет возлюбленного не уверена, но вот жених, кажется, имеется, - с сомнением протянула я. - А почему ты спрашиваешь?
- Как интересно! - непонятно по какому поводу восхитилась девушка. - Ты мне потом обязательно должна будешь все рассказать. А пока просто честно отвечай всем, кто спрашивать будет, что сговорена ты, не свободна.
Странные вопросы Лели, непонятные оговорки и недомолвки Лада начинали меня настораживать. Но оба они так открыто и радостно смотрели на меня, готовы были рассказывать забавные истории из своей жизни, внимательно слушать меня, что я успокоилась. Хотелось просто мирно сидеть у костра с двумя такими дружелюбными людьми и болтать ни о чем до самого утра.
Но у странной парочки были другие планы. В Руках Лада появилась свирель, и вот уже его сестренка кружится в танце вокруг костра. А через несколько мгновений вытаскивает и меня. Слегка захмелевшая, веселая, я даже и не подумала возражать.
ГЛАВА 2.
'Одна рыба - другой: Hу, допустим, Бога нет... А кто тогда воду в аквариуме меняет?'
Мне казалось, я могу кружиться в танце до самого рассвета. Но мои экзерсисы были прерваны, причем, самым нахальным образом. Меня подхватили на руки и громким басом произнесли над самым ухом:
- Хорошо пляшешь! Моей в эту ночь назовешься?
Я взбрыкнула, с разворота залепила неизвестному пощечину и, оказавшись на свободе, смогла уже как следует разглядеть новое действующее лицо нашего праздника жизни. Передо мной стоял и растеряно потирал пострадавшую щеку здоровенный такой дядя шкафообразного типа. В скульптурных чертах лица, светлых волосах и фигуре прослеживалось явственное сходство моими новыми знакомыми.
- Леля, а это что за невоспитанный тип? Тоже ваш родственник? Совсем с ума сошел, вон, на людей уже кидается!- недовольным голосом спросила я у хихикающей самым наглым образом девушки.
- Вроде того, дядька это наш, - ответил вместо нее брат, тоже как-то подозрительно давясь смехом. - Радогост, это - Злата. Она с нами сегодня. Только она занята уже, жених у нее есть.
- Так бы и сказали сразу, а то пляшут ту у купальского костра, завлекают всячески, - хмуро проворчал мужик, обнимая по очереди брата и сестру. - Ты, Злат, прости меня, не хотел обидеть. Ночь сегодня такая.
- Какая? - я окончательно успокоилась и теперь могла более дружелюбно реагировать на новый персонаж этой комедии абсурда.
- Веселая, шальная, - спокойно пожал плечами он, будто это все объясняло, и тут же радостно рассмеялся. - А жаль, что ты занята! Я тогда себе парочку русалок возьму, чтоб не мелочиться. Дана вечно их с собой таскает. Ей, видите ли, без свиты не положено, даже сегодня. Хотя остальные плевать на это хотели.
- Русалки? - до меня начало медленно, но верно доходить, с кем меня угораздило связаться. - Так вы что же, тоже из нечисти?
- Эй, девица - нелепица, ты думай, кому такие вещи говоришь-то! - Возмутился Лад, пока Радогост тихо о чем-то выспрашивал у Лели. - Какая мы тебе нечисть!
- А кто? - не унималась я.
- Раньше нам поклонялись, как богам, - тихо проговорила Леля. - Сейчас тоже пытаются начать, но это все уже не то. Вера ушла, а мы остались. Может, это и к лучшему. Каждый занялся, чем его душе угодно.
- О как! - восхитилась я. - Везет мне, однако, что в этом мире, что в паралелельном! Я -то думаю, чего ваши имена мне такими знакомыми кажутся. Да ведь Лад и Леля - это славянские божества жизни и молодости.
- Меня, кстати, еще называли Сварожичем, - хмыкнул Радогост. - Тоже ничего себе прозвище.
- Ага, - согласилась я. - А эта, как ее там, Дана? Она кто? Что -то не помню я такой богини.
- Кто меня звал? - вопросил новый голос, и из темноты к костру шагнула высокая статная женщина в белой рубахе и с венком из речных кувшинок на золотистых волосах. - Кто не знает, что я до сих пор приглядываю за реками и озерами?
Женщина ступала так плавно, будто плыла над землей. Следом за ней к костру высыпало несколько девушек с ярко-зелеными волосами и березовыми ветвями в руках. Подозреваю, что это и были так ожидаемые Сварожичем русалки. Практически одновременно с ними из лесу показалась толпа странных существ. Некоторые из них напоминали своим обликом животных, а другие вообще больше всего походили на скрипучие коряги и пеньки.
- Все страннее и странее, - только и могла сказать я, наблюдая, как к нам подходит предводитель этой разномастной банды, оказавшийся здоровенным мужиком звероватого вида, художественно задрапированным в шкуры неизвестных зверушек.
- Ты уже поняла, Злат, что Дана - это покровительница крупных рек, - пустилась в объяснения Леля, видя, как стекленеет мой взгляд. - А этого темноволосого чудика в компании домовых и леших, зовут Велес. Он сначала по охоте специализировался, а потом вообще хозяйством заведывать начал.
- Серьезный подход, молодец, мужик, не мелочится, - одобрила я.
И, видимо, сделала это излишне громко, поскольку обсуждаемый дядька немедленно повернулся в нашу сторону, оглядел меня с ног до головы и выдал коронную на сегодняшний вечер фразу:
- Девица, ты одна здесь?
- Нет, блин, занята по самую маковку так, что самой тошно, - уже начиная потихоньку злиться, высказалась я. И только потом подумала, что сейчас умудрилась в наглую нахамить какому-то крутому божеству собственных далеких предков. А потому решила извиниться. - Простите, не хотела грубить, но достали уже!
- Да ладно, - хмыкнул тот, подходя поближе и панибратски обнимая меня за плечи. - Кто это тут такой смелый, да веселый?
- Злата меня зовут.
- Ты, Злат, не злись на нас. Дай покуролесить хоть раз в году. И привыкай, вечер только начался, тебе подобные вопросы за сегодня еще не раз зададут.
Постараюсь, - проворчала я, сбрасывая с плеч его руку.
- Постарайся, - благодушно покивал Велес, игриво подмигивая Дане. - Да, мой тебе совет, к подданным нашим близко не подходи. Они тоже шальные сегодня. Русалки-то, только пощекочут, да утопить попробуют, а что лешим да банникам в голову взбрести может, то я и сам без чарки медовухи не предскажу.
Пока мы выясняли, кто есть кто в нашей развеселой компании и как мы теперь жить будем, русалки, скооперировавшись с остальной свитой моих новых друзей, развели несколько костров на поляне и у самой воды. Оттуда уже слышалась плясовая мелодия и звонкий девичий смех. Чьи-то почти невидимые в полумраке руки уже расстилали на траве вышитые скатерти, расставляли посуду с угощением, кубки, глиняные кувшины и полуведерные бутыли.
- А много еще народу к вам подойти должно? - поинтересовалась я, глядя, как масштабно готовятся к отмечанию праздника.
- Наших-то, десяток, а то и меньше, - пренебрежительно повела округлым плечиком Дана. - Остальные - свита, да друзья - помощники.
- А вот и еще родственнички пожаловали! - вклинилась в наш разговор Леля, помешав мне подробнее вызнать состав предстоящей тусовки и план мероприятий на ближайшее время. - Ты глянь, как всегда, вместе и, как всегда, успели поругаться уже.
Оглянувшись на ее крик, я увидела, как к нашему костру подходят двое молодых мужчин. Эта колоритная парочка представляла собой такое необычное зрелище, что прочие странности и необычности вечера мгновенно вылетели у меня из головы. Только представьте себе двух одинаково одетых парней, с практически идентичными чертами лица, двигавшихся в едином ритме. При этом, один был голубоглазым блондином в кипельно-белой одежде, второй же щеголял в черном шелке, а его карие глаза мрачно сверкали из-под густой челки цвета воронова крыла.
- Братья, рад вас видеть, - вышел вперед Велес, распахнув медвежьи объятья на встречу странной парочке.
Следом с новоприбывшими радостно пообнимались Дана с Радогостом и Леля с Ладом. Дошла очередь и до меня. Пребывая легком эстетическом шоке от зрелища их одинаковых, но при этом таких разных, лиц и слаженных движений каких-то нереально гибких и грациозных тел, я мило улыбнулась сразу обоим и, вспомнив реакцию остальной части мужского общества на мою скромную персону, выпалила первое, что в голову пришло, как всегда, забыв сначала как следует обдумать свои слова:
- А меня Злата зовут. И, сразу предупреждаю, я у нас девушка занятая, мужа не ищу, ни с кем сегодня зажигать в прибрежных кустах не собираюсь.
Реакцию мои слова вызвали очень неоднозначную. Велес тихо сполз по стволу ближайшей березы, корчась от беззвучного хохота. Леля уткнулась в плечо Лада, чтоб скрыть улыбку. Сам же ее братец срочно отхлебнул из немаленького кубка, пытаясь скрыть выражение своей хитрой физиономии. Дана удивленно вздернула идеальные брови и с ожиданием уставилась на жертв моей речи, мол, и что вы, господа хорошие, скажите на подобное заявление? Радогост же, на всякий случай, состроил серьезное выражение лица и пододвинулся к нам поближе. Правда, кого и от чего он защищать собрался, не ясно было, по-моему, и ему самому, но не в этом ведь дело, главное, благие намерения.
- Меня называют Белобогом, и я не ищу себе девицу ни на одну ночь, ни на век, - с непередаваемым пафосом заявил блондин, глядя на меня сверху вниз.
- Я - Чернобог и, прости, малышка, но, хоть, я с братцем и не соглашаюсь никогда, но сейчас вынужден признать его правоту, мне тоже не до тебя, - ехидно хмыкнул брюнет.
- Ну, оно и к лучшему, - легко согласилась я, пьянея окончательно, то ли от выпитой медовухи, то ли от собственной наглости. - Что я с вами делать-то буду? Вы ж это, персонификация высших проявлений добра и зла. Зачем мне такое счастье в ухажерах?
- Кто мы? - хором вопросили братцы, делая круглые глаза. - Как ты нас назвала?
- А это и не я совсем, - тут же пошла я на попятный. - Мне так в школе говорили, когда мы мифы древних славян проходили. Короче, не обращайте внимания. Все эта суета сует и томление духа.
Дальше пообщаться с ними мне не дала вездесущая Леля, которая, тихо похрюкавая от сдерживаемого смеха, утащила меня от впавших в прострацию древних божеств подальше, а к расстеленной скатерти с закуской поближе. Как раз то, что мне и требовалось на данный момент.
Через полчаса, ухомякав огромных размеров бутерброд и немного разогнав хмель в голове, я могла уже более спокойно наблюдать за появлением остальных гостей. Сначала на краю освещенного костром круга появился грозного вида дядька в кольчуге и при мече, в сопровождении дородной женщины с очень добрым лицом всеобщей мамочки, одетой в простую домотканую рубаху до пят. 'Перун с Мокошью припожаловали. Теперь уже недолго осталось. Почти все наши в сборе,' - порадовала меня Леля, которая, видимо, решила сегодня взять шефство над непутевой мной, а потому усиленно меня подкармливала, не позволяя при этом сильно напиваться.
Новоприбывшие чопорно всем поклонились, на долю секунды задержав свой взгляд на моей скромной персоне, но ближе знакомиться не пожелали, подсев к соседнему костру, где опять ругались о чем-то Белобог с Чернобогом, и завели с ними тихую беседу о чем-то своем, по-видимому, очень личном.
Практически сразу вслед за ними появилось еще двое мужчин, таких же широкоплечих, русоволосых и бородатых, как и Перун. Тот, что помоложе, оглядел собравшихся, увидел ошалелое выражение моей мордочки и весело подмигнул. Я, на чистом автомате, показала язык. Парень заразительно рассмеялся, толкнув локтем в бок своего сопровождающего и кивком головы указав на меня. Я немедленно спряталась за неширокую спину Лели и уже оттуда наблюдала за приближением новеньких.
- А кто это у нас тут такой спрятался? - с наигранным удивлением вопросила жертва моего разгулявшегося чувства юмора, опускаясь на траву рядом с мной. - Ты только глянь, батя, девочка какая-то новая. Ты из чьей свиты будешь? Почему здесь сидишь, а не со своими празднуешь.
- Оставь ее брат, - тут же вступилась Леля, кивком головы здороваясь со старшим из них. - Это Злата. Так получилось, что эту купальскую ночь она с нами гуляет. А это, подруга, Сварог и его сын Даждьбог. Собственно, сегодня именно их праздник, а мы только гости.
Решив исправиться хоть на какое-то время, я вежливо поприветствовала обоих, тут же незаметно шлепнула Даждьбога по руке, которую он уже успел расположить на моей коленке, и сосредоточилась на беседе Сварога и Лели:
- Наши все собрались, можно начинать? - спрашивал он, принимая здоровенный кубок из рук пробегавшей мимо лесной мавки.
- Нет еще, сам же знаешь, Морана с Живой вечно опаздывают, - отрицательно покачала головой Леля. - А Симаргл и прочая мелочь вообще неизвестно, когда появится. Да и пользы от них...
- Ну, добро, пусть так и будет, - согласился Сварог. - Ждем сестер, и начинаем. Остальные подтянутся по ходу дела.
Еще раз благожелательно кивнув мне, он поднялся и отправился здороваться с остальной компанией, захватив с собой и сына.
- Что-то я окончательно запуталась в ваших родственных связях и отношениях, - проворчала я, наблюдая, как у соседнего костра радостно приветствует отца и брата Радогост - Сварожич.
- Ой, а оно тебе надо? Не забивай себе голову, - легкомысленно отмахнулась Леля. - Сейчас дождемся опаздывающих, переживем официальную часть праздника, да и начнем уже гулять по-настоящему. Ты пока посиди здесь, только на медовуху не налегай и ни с кем в лес не ходи. А я быстренько решу пару вопросов и вернусь.
Девчонка унеслась куда-то, будто ветром сдуло. Так что за появлением двух женщин, вышедших на поляну одна за другой, я наблюдала уже в гордом одиночестве. Первая из них была этакой пышнотелой красавицей в алом сарафане с русой косой, доходившей ей почти до колен. Зато вторая являлась ее полной противоположностью. Очень высокая, худая, как жердь, закутанная с ног до головы в развевающиеся серые покрывала, с тонкими нервными чертами лица, серо-стальными глазами и надменно поджатыми бледными губами, она одним своим появлением заставила меня протрезветь второй раз за вечер. 'Мдя, тут и младенец не ошибется. Сразу видно, кто из них Жива, а кто Морана,' - подумала я, наблюдая, как столь непохожие сестрички здороваются со всеми родственничками по очереди.