Не могу сказать доподлинно достоверно, из каких глубин моего бессознательного прошлого нечаянно всплыла предрасположенность к музыке. Моя родня скромно сторонилась этого высшего проявления искусства. А вот меня влекло, тянуло. На ноты я смотрел как на послание из высших миров. Лет в шесть по своей воле, т. е. без принуждения, отправился в музыкальную школу записаться в трубачи. Уже в то время этот инструмент показался мне легкодоступным по сравнению с неохватным количеством клавиш фортепьяно. Мне сказали, что я еще мал для такого благородного занятия, и выдувать из своих глубин воздух совсем не означает уметь играть на трубе. Убедили... Помню привкус обиды и непонимания... Я поразмыслил, как только может человек в своих шесть лет. Ах, мир лишился гениального музыканта! Тогда я буду мстить чванливому музыкальному сообществу по-своему! Надо писать музыку, решил я. Нацарапаю очень сложную вязь нот, а другие пусть учатся годами, дуют в трубы, пиликают на своих скрипочках - свысока буду над ними посмеиваться. И сразу почувствовал в себе дар к сочинительству музыки. И очень собой гордился, пока не услышал одну безделку Моцарта. Задумался. Это просто несправедливо - чуть не расплакался - почему у этого подлого Моцарта такие замечательные мелодии, а я никак и одной мало-мальски интересной никак не просрусь?! Думал, только решись - мелодии тебя сами найдут. Фигли-мигли! Оказывается, не просто быть композитором. Вернее, можно выучиться оркестровке, но мелодии почему-то не каждому в башку приходят. На несколько дней Моцарт стал моим злейшим врагом. Через неделю я поумнел и просто наслаждался его музыкой... Итак, я не композитор. Или не такой, каким я себя воображал... Но меня влекло, тянуло... Ну что же, придется стать дирижером! Тогда мне казалось, что дирижеры - это своего рода ленивые тяжелоатлеты, променявшие штангу на невесомую палочку, которой они артистически махают, чтобы развлекать слушателей, когда музыка вязнет в нарочитых проявлениях скучности. Перед зеркалом неистово упражнялся в искусности движений рук. Особенно уделял внимание мимике - видел по телевизору, как дирижеры строго смотрят на оркестрантов, дескать, почему одним смычком орудуешь, второй пропил, паразит ты нехороший!.. Знаете, так случается: продолжительное неодолимое хотение нежданно преображается в авторитетность по какому-то вопросу, и начинаешь обрастать доброкачественными опухолями действительно сведущих людей. Словом, мне объяснили корневую разницу между рос- и рас-... Итак, я не дирижер... Но и сейчас меня влечет, затягивает... Уже и не знаю как мне с этой треклятой музыкой поквитаться, чтобы я оказался выше ее порабощения.