Бахтин Владислав: другие произведения.

Тени на стене (комментарии к роману "1984" Д. Оруэлла)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


Тени на стене

(комментарии к роману "1984" Д. Оруэлла).

  

Скрытый лик.

  
   Вся суть государственной политики Взлетной полосы I (я нарочно не говорю Океании) сводилась к трем партийным лозунгам Ангсоца, начертанных на слепых стенах министерства правды:
  

Война - это мир.

Свобода - это рабство.

Незнание - сила.

  
   Если сопоставить ведомства плакатным фразам, то станет очевидно, что Минимир отвечал за претворение в жизнь первой из них, Минилюб - второй, Миниправ - третьей.
  
   А вот Минизо (министерству изобилия) почему-то ничего не досталось. Почему?
  
   Четвертый лозунг был, и он был главным, но, подобно скрытому лику Гекаты, он лишь подразумевался, логично вытекая из первых трех, но не будучи явлен в открытую, так как даже кипящий котел двоемыслия не мог переварить без последствий его предельную откровенность.
  

Жизнь - это смерть.

  
   Или, следуя оборачиваемости всего в мире "1984":
  

Смерть - это жизнь.

  
   В античности изобилием ведали боги подземного мира, по-нашему - ада. Во Взлетной полосе I министерство изобилия медленно, но неуклонно подталкивало общество к границе, отделяющей этот мир от того.
  
   Собственно это неумолимое подталкивание и было основной государственной деятельностью в отношении собственных граждан, которую можно свести всего к одному слову:
  

СДОХНИТЕ.

  
   Можно вспомнить аплодисменты, которыми члены партии встретили кадр из фильма с оторванной взрывом бомбы детской рукой, летящей вверх, в небо. Это аплодисменты смерти. И в первую очередь будущей собственной смерти, которой от них требовали и к которой их призывали.
  

Странности сеттинга.

  
   Описанное (отражениями лживых зеркал) в романе государственное устройство того, что называлось Океания, разительно, прямо таки вызывающе не соответствовало проводимой этим образованием внешней и внутренней политике.
  
   Якобы Океания представляла собой конфедерацию разрозненных и информационно разорванных (по крайней мере для рядовых граждан) регионов, каждый из которых находился чуть ли не на самоуправлении, без единой столицы и какого-либо явно обозначенного центра принятия решений.
  
   При этом она умудрялась более двадцати лет вести в режиме нон-стоп третью мировую войну с Евразией и Остазией.
  
   Как такое возможно? Сочетание войны и конфедеративной вольницы оканчивается всегда одинаково - разгромным поражением. А тут что-то прямо противоположное. Абсурд.
  
   Как нарочно в книге показана одномоментная, по свистку, смена одного врага на другого. Очевидно, что свистеть должны были сразу во всех частях страны, иначе картина была бы совсем макабрической: провинции воюют и дружат противоположно друг другу.
  
   Но вот вопрос: кто же свистел и кто приказал свистеть в условиях, когда единой власти вроде как не существует?
  
   И таких вопросов много.
  
   Англия в том мире уже не называется Англией, но Взлетной полосой I. Хорошо. А кто и почему был наделен правом давать региону позорное (для англичан 1948 года) техническое название?
  
   Или не менее позорная смена денежных знаков (с фунтов на доллары), системы мер (с традиционной английской на метрическую) и даже обозначения времени (с 12-ти часовой на 24-х часовую) - кто и зачем так поглумился над бедными британцами?
  
   Так значит, единый центр управления все-таки был. Просто из пределов ВПП I он не был виден.
  
   Отсюда следует, что Океания - фантом. Не было никакой Океании. ВПП I была, а Океания - нет.
  

Победа.

  
   По логике двоемыслия победа - это поражение. Причем поражение сокрушительное, унизительное, позорное. Полная и безоговорочная капитуляция.
  
   Именование всего и вся - трухлявого, гнилого, разваливающегося - в ВВП I "Победой" просто еще одна издевка над поверженной Англией, очередное глумление победителя над заклятым врагом, которого мало просто убить, но надо оскорбить, унизить, вывалять в грязи труп, а потом еще сто лет оттягиваться в разных позах с головой поверженного льва, так сильна ненависть.
  
   Кто же так отлюбил Британию?
  
   Прямого ответа в книге нет, но косвенно, хотя бы по именованию валюты - доллар, можно понять, что это США.
  
   Вообще плывущее прошлое ВВП I дает возможность смягчить ситуацию, и вместо слова "аннексия" использовать более мягкие варианты: "присоединение", "поглощение" и т.д., чем очень активно пользуются "критики". Считается, что будто бы в Англии сначала произошла социальная революция, а потом Штаты прибрали к рукам разваливающуюся страну.
  
   Версия интересная, но быстро разваливающаяся, хотя бы потому, что Ангсоц в таком случае не мог стать господствующей доктриной Океании. Это все равно, как если бы в 1945 году товарищ Сталин, после захвата Берлина, объявил нацизм вместо коммунизма единственно верным учением в СССР. Так победители не поступают. Это абсурд.
  
   Поэтому все было не так. И намеки на это "не так" в книге присутствуют.
  
   Уинстон помнил, что сначала случилась война с атомными бомбардировками, а только потом начались междоусобные распри и городские бои.
  
   Сколько можно понять события развивались по следующей хронологии:
  
      -- Американцы наносят превентивный ядерный удар по Англии в рамках какого-то обострения в ходе передела мира после 2-й мировой войны (старик в бомбоубежище: "не надо было им верить, нельзя было верить этим стервецам").
      -- Королевское правительство капитулирует. Британская империя переходит под номинальный контроль США. Условия сдачи для аристократии достаточно мягкие, она в большинстве своем с ключами управления вывозится в Штаты.
      -- В Англии под опекой интервентов инициируется гражданская война между красными разных оттенков для общей дезорганизации общества и первичного выбивания верхов среднего класса: средней буржуазии и интеллигенции.
      -- Побеждает группа отмороженных социалистов. Оккупационная администрация дает им издевательскую кличку общества иностранных шпионов - "ИнСоц" (у Оруэлла - Ingsoc, вместо правильного - Engsoc, в русских переводах этот нюанс обычно не учитывается, а зря) и навязывает общие правила игры.
      -- Постепенно складывается то общество развитого социализма, которое видит Уинстон в 1984 году.
  
   Эту версию подтверждает и сложившееся международное положение, описываемое (пусть и в лживых пропагандистских целях) в романе. Можно каким-то изощренным логическим кульбитом вывернуть и обосновать возможное господство над всей Океанией, включая США, "Ангсоца" (нацизм, торжествующий в СССР, да). Но поверить, что "Ангсоц", хотя и под другим названием, без войны, поражения и оккупации будет навязан двум другим сверх державам - Евразии и Остазии, уже за гранью фантастики. Так не бывает.
  
   Но если знать, что у английской аристократии были волшебные золотые ключики (для тех, кто понимает, а Оруэлл, судя по всему, понимал что к чему) от СССР и Китая, то невозможное становится возможным.
  
   Англичане после разгрома в качестве отступного для сохранения жизни и статуса передали американцам ноу-хау криптоколониального управления, а оно было распространено на все три глобальных региона: Океанию, включающую в себя бывшую Британскую империю и Южную Америку, Евразию, образованную из слитой в унитаз Европы и СССР, и Остазию, поглотившую всю юго-восточную Азию.
  
   Получились три слепых голема без мозгов, с помощью которых Штаты выкачивали из мира необходимые для собственного развития ресурсы, а любой избыток сил и энергии сверх необходимого для выживания кибернетических существ минимума утилизировали через их взаимную агрессию.
  
   В каком-то смысле книга Оруэлла - это предупреждение об американцах (в смысле, они - могут). К сожалению, непонятое. Намеренно непонятое.
  
   А без этого понимания роман получается как бы оскоплённым.
  

Пещера.

  
   Мир "1984" подобен платоновской пещере, а Уинстон - философу, увидевшему свет истины - это банальная аналогия, которая позволяет, тем не менее, различить некоторые важные детали, причем в обоих направлениях: как на стороне романа, так и на стороне притчи.
  
   Океания (или точнее Взлетная Полоса I) - пещера. Ее граждане - несчастные заключенные подземной темницы, прикованные к своим местам методами жестокого социального гнета и полицейского контроля, вынужденные или лучше сказать принужденные смотреть в одном направлении - на стену пещеры, куда членами внутренней партии сверху транслируются необходимые и достаточные представления об окружающей реальности, вне которых ничего нет.
  
   Второй этаж у Платона является фигурой умолчания. Нигде прямо не объясняется и не комментируется его наличие, как и происхождение и цели населяющих его жителей, проигрывающих перед пленниками внизу комедию обманчивых теней.
  
   Оруэлл пытается показать мотивацию этого сословия людских "штрейкбрехеров", рисуя портрет одного из его типичных представителей - О'Брайена, ницшеанского сверхчеловека, который одержим чистой волей к власти и ее непрестанным воспроизводством - вечным возвращением самого себя во времени, пусть и под другими личинами, но обеспечивающими тождество направлением воления.
  
   При этом Оруэлл намекает на наличие третьего этажа, с точки зрения которого О'Брайен всего лишь замкнутый на самого себя робот, выполняющий определенную техническую функцию и не нуждающийся, из-за зацикленности, в постоянном контроле.
  
   С точки зрения Платона, идея предельного блага, едва различимая с закрытыми глазами в призрачном свете невидимого солнца будущего, но все-таки доступная человеку - это понимание блага смерти.
  
   В этом смысле платоновское государство - это не выход из пещеры, но еще одна пещера, более совершенная, ускоряющая для всех смертных наступление блаженного и сладкого момента расставания тела с душой, когда последняя отправляется, наконец, в область Аида, туда, где становление не искажает природу вещей, а сами вещи становятся доступны непосредственному наблюдению без участия непрошенных посредников.
  
   В платоновском государстве третий этаж, занимают философы, а второй - О'Брайены с перепаянными мозгами, для которых смысл деятельности заключается в самой деятельности, не понимающие куда и зачем все движется, но ежеминутно понукающие сами себя: вперед, вперед, вперед.
  
   У Оруэлла на третьем этаже люди попроще, но в остальном, включая цели и задачи подобного общества, все сходится.
  

Жизнь - это смерть, а смерть - это жизнь.

   Интересно представить, что было бы, родись волею случая, в осуществленном платоновском государстве на самом его дне философ, подобный тому, кто установил законы этого общества и живет на верху трехчастной пирамиды. Очевидно, прозревший должен был бы одобрить существующие нечеловеческие порядки и, по мере возможности, присоединиться к тем, кто незримо правит, потому что они правы.
  

"Идеальный гражданин".

  
   Уинстона обычно аттестуют "нонконформистом" и бунтарем, однако, если приглядеться к нему по внимательней, то окажется что он эталонный представитель ВВП I, по сути, образец для новой исторической общности жителей Океании.
  
   В конечном счете, именно поэтому его жизнь в полной мере соответствует четвертому скрытому лозунгу Ангсоца: "жизнь это смерть", и именно поэтому он решается на бунт - ему нечего терять.
   Уинстон просто потрясающе, по-детски, наивен. Для него нарушение правил, даже самых бесчеловечных и несправедливых, это табу. Он решается переступить границу дозволенного только от крайнего отчаяния, совершенно не понимая лицемерную природу окружающего его мира, где все только носят маски, но под масками прячутся живые люди, которые время от времени позволяют себе делать шалости.
  
   Для Уинстона же шалость это какой-то страшный грех, преступный подвиг. Именно в тонах грехопадения он описывает свой поход к проститутке, когда от напряжения, постоянного вороватого оглядывания и перенесенного по этому поводу стресса он не мог кончить, но побоялся признаться в этом даже своему интимному дневнику.
  
   Любовь девушки, пусть даже за деньги, для него - неправильность, слабость, дающая повод ИМ вмешаться в его ничтожную жизнь. При этом он не понимает, что ИМ будет казаться подозрительной именно слишком правильная жизнь без сучка и задоринки, в которой не к чему прицепиться. Им нужны шероховатости, зазубрины, мелкие грехи, которые оставляют у человека после себя ощущение виновности и подсознательное делание исправиться, стать обратно хорошим.
  
   Полная асексуальность - подозрительна. Но еще более подозрительны постоянные отлучки с обеда (человек - добровольно отказывается от еды, а почему?) и длительное неприсутствие в поле зрения телекрана при нахождении в помещении.
  
   Уинстон, при всей своей осторожности, наивно полагает, что если, что если его не видят, то он в безопасности. Но для НИХ само по себе невидение - повод принять меры, потому что человек что-то скрывает, прячась от телекрана.
  
   Уинстон (как и Оруэлл) совершенно не понимает, что такое туфта. Для него работа - это работа, и он в любом случае должен добросовестно на отлично выполнять свои обязанности, даже если их результат приносит вред людям, потому что, а как же иначе, по-другому нельзя. Уинстон ГОРИТ на службе, видно, что ему интересно, ему хочется добиться максимального результата, хотя он отлично отдает себе отчет в том, что именно он делает и зачем.
  
   Вообще интеллигенция (внешняя партия) поставлена в Океании на самообслуживание. Уинстон усиленно зачищает прошлое, Сайм, высунув язык, придумывает безупречный вариант речекряка, их коллеги в соседнем высотном здании изобретают новые способы слежки и ломания жертв и т.д. Все работают с огоньком, споро, весело, прытко, с результатом. В каком-то смысле это можно объяснить тем, что их намеренно вытесняют в сферу трудовой деятельности, чтобы они здесь могли тратить накопленную и нерастраченную в других областях жизни энергию, но только в каком-то смысле.
  
   Уинстон - абсолютный эгоист, почти полностью лишенный того, что сейчас называют эмпатией. Для него другие люди - объекты представляющие угрозу, не более. Он слеп и не видит в них людей, и поэтому не может поставить себя на их место. Не мудрено, что он блуждает в темноте один и не знает на кого опереться.
  
   По большому счету Уинстон - ребенок. Его бунт - это бунт мальчика, достигшего подростковой стадии развития.
  
   Собственно формальные усилия Океании и были направлены на то, чтобы сделать из интеллигентов послушных детей, у которых нет пиписьки, которые бояться (в домостроевском смысле) взрослых и заняты интересными играми в специализированных детских садах (на службе).
  
   Уинстон был идеальным ребенком в ангсоцовской семье.
  
   Но как же так получилось, что он вдруг вырос и пошел против своих родителей?
  
   А его намеренно вырастили и подтолкнули.
  

"Случайности".

  
   Первым сигналом был, очевидно, развод, произошедший, как не трудно было установить, по инициативе мужа. Интересный объект взяли в первичную разработку. О ее результатам он показался перспективным.
  
   Последовала первая "случайность": объект получил новую квартиру с необычной планировкой, в которой часть комнаты скрыта от телекрана и как бы давала возможность уединения. Жилец, сначала робко и осторожно, этой возможностью стал пользоваться.
  
   К подающему большие надежды объекту приставили персонального куратора. Тот провел первичное воздействие ("мы встретимся там, где нет темноты"), а так же установил личный контакт с объектом.
  
   Оставалось ждать.
  
   Созревание происходило медленно, но верно. Привычка уединяться развила способность мыслить, мысли требовали изложения. Когда объект приобрел дневник, началась вторая - активная - фаза операции.
  
   К объекту, "случайно", подвели наживку. Девушка любила жить, и ей было все равно с кем спать, лишь бы хорошо платили. Она выступила инициатором первого контакта и последовавших за тем отношений. Объект повел себя правильно.
  
   Со своей стороны инициативу проявил куратор, раскрыв перед объектом грандиозные перспективы будущей деятельности и обрисовав риски. Объект снова повел себя правильно.
  
   На последнем этапе разработки произошел сбой. Объект, утратил контроль над собой и банально проспал, тем самым нарушив правила.
  
   Заготовка пошла в отвал, попутно предоставив куратору некоторое поле для развлечений.
  
   Так кто и зачем выращивал Уинстона?
  

Личинка.

  
   Самая простая и самая логичная версия - Уинстона просто готовили в члены внутренней партии.
  
   Из лицемерного слоя внешних партийцев отбирали для наблюдения группу умных людей, которые действительно соблюдали все правила и боялись Партию и ее гнева. Из них особое внимание уделяли тем, кто вдруг начинал делать самостоятельные и резкие телодвижения (вроде развода у Уинстона).
  
   Им предоставляли потенциальную возможность для саморазвития (квартира со слепой зоной для телекрана), а так же назначали непосредственного куратора, который оценивал успехи и, в той или иной мере, режиссировал жизнь наблюдаемого, подводя его к заветной Книге и обретению Знания (Уинстон сломался на этом этапе).
  
   Дальше из человека делали натурального фанатика с горящими глазами, который ради Дела (сначала, конечно, в рядах "подпольщиков" под руководством фейкового "Гольдштейна") готов на все.
  
   При этом завербованный должен был вести шизофреническую двойную жизнь (развивавшую способность к подлинному двоемыслию): днем обычный член Партии, а ночью - кровавый убийца и маньяк Идеи (реально выполняющий грязные задания местной ГБ).
  
   Наконец следовала последняя стадия - ломка фанатика в стиле "Срулёк, ты? Ой-вей, да мы ж тебя 40 лет всем кагалом искали".
  
   Человеку намекали на наличие третьего этажа и его "подлинные цели". "Плюс" менялся на "минус". Фанатичный сторонник "Гольдштейна" становился фанатичным сторонником "Старшего брата". Уинстон превращался в О'Брайена.
  

"Те, кто на третьем этаже не могут ошибаться, потому что они правы".

  
   Это и есть подлинный смысл "1984".

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"