*** 
   Когда отвергнутое предложенье 
   лишили смысла только потому, 
   что существительное от глагола 
   отделено частицей отрицанья, 
   годами междометий, океаном 
   страдательных причастий, - то предлог, 
   возможно, все-таки найдется, 
   чтоб завершить корявый перевод 
   смешных ошибок языка чужого 
   на собственный, как будто переводишь 
   ребенка за руку, не оставляя места 
   в конце пути для знака препинанья: 
   для знака, запрещающего въезд 
   в устойчивое словосочетанье, 
   такое, как "останемся друзьями". 
   
*** 
   Есть геометрия, в которой нет 
   Ни Лобачевского с Эвклидом, ни Дизарго, 
   Ни Пифагора - 
   И такой предмет 
   Не изучают дети в тесных классах, 
   И на доске не чертят биссектрису, 
   Разрезавшую ровно пополам 
   Наш уголок... я убрала цветами... 
   У провожающих в руках цветы. 
   А перемена мест не изменяет 
   Ни суммы неизвестных, ни значенья 
   Таких условий, при которых ты 
   Возводишь в степень страхи и сомненья. 
   И только боль день ото дня сильней 
   От извлеченья собственных корней. 
  . 
   *** 
   А мальчик ел мороженое и 
   смотрел, как взрослые вносили утварь 
   по трапу - сундуки, баулы - 
   и бабушку жалел: 
   она сидела на чемодане, 
   что-то бормотала 
   и поминутно к шее прижимала 
   седеющего пинчера. Отец 
   зачем-то бросил в море горсть монет, 
   они, как рыбы, серебристой стаей 
   ушли ко дну. Пройдет немало дней- 
   ребенок вырастет и осознает, 
   что это было вехой, перелом - 
   что начиналось летоисчисленье 
   по новому звучащей эры, 
   когда взлетали руки из толпы 
   на пирсе... А слова прощанья 
   на варварском забытом языке 
   (читай родном) перечеркнуло время 
   и горизонт... И, по большому счету, 
   Система Социального Устройства. 
   
***
от самого начала от зачатья
тропой субтропиков утробы
вперед к освобождению рожденьем
долой хичкоковские страхи детства
и комплексы фиванского царя
за власть советов строгой классной дамы
проголосуют классики с портретов
а в классики игра со всех сторон
пока дойдешь до класса класс покажешь
портвейн в портфеле первая любовь
даешь даю но не таким уродам
свободу узникам освода овира впш и цдл
туристы сохраним природу
искусственных морей и терриконов
строителям карьеры слава
долой одежды в сауне на даче
привет участникам процессий похоронных
бредущих по смиренному кладбищу
где нынче нет креста в тени ветвей
над очень бедной родиной моей


ХОККУ   
   *** 
   На кораблике из газеты 
   Я плыву от ладоней отца 
   К своему некрологу. 
   
   *** 
   Слепой лепил из глины слона. 
   Слон был похож на слона, 
   Вылепленного из глины слепым. 
   
   *** 
   Нам было по двадцать. 
   Ты носил меня на руках, 
   Но не удержал. 
   
   *** 
   Под пальмой столько же тени, 
   Сколько в тебе страсти. 
   Не спастись от жары и одиночества. 
   
   *** 
   В замочной скважине глаз, 
   Видящий сначала тебя, 
   Потом только твой глаз 
   . 
   *** 
   Ребенок упал и заплакал. 
   Старец упал 
   И замолчал навсегда. 
   
   *** 
   Дверь была открыта. 
   Дом посетила смерть 
   И завесила зеркала. 
   
   *** 
   Шпили чужого бога 
   Проткнули сизое небо. 
   Нас осенило осенью. 
   
   *** 
   Верблюд песочного цвета 
   На фоне пирамид из песка. 
   Здесь просыпают свои жизни. 
   
   *** 
   Взгляни, это не страшно: 
   Я написала море 
   Красной гуашью. 
   
   *** 
   Родители ушли. 
   Дочь играет в прятки 
   С собственным страхом. 
   
   *** 
   Ты на мне, 
   Как на вершине снег. 
   Холодно. 
   
   *** 
   Слова перевернулись. 
   Они растут корнями вверх - 
   Скоро засохнут. 
   
   *** 
   На грязном песке 
   Лето тлеет окурком: 
   Закат над морем. 
   
   *** 
   Ливень, падая вверх, 
   Превратился в тучи, 
   Подобные цветущим садам. 
   
   *** 
   Карточный домик. 
   Дама изменяет королю 
   С тузом или валетом. 


***
Ты улыбаешься зубной болью,
и твои видавшие виды очки 
отражают ржавение Централ-парка.
Случайная встреча седины и плеши
на углу Пятой авеню и 59-й стрит.
Ты изумлен так, будто наткнулся
в местной газете на собственный некролог:
"После тяжелой и продолжительной жизни
скончался никому не известный и не интересный...
также бездарно, как  жил".
Нормально, старик, случайно, 
подобно нашей встрече 
в городе городов,
где так часто меняются номера 
мобильных телефонов...


                   А. Даену
Удивительные сны 
девальвированых племен -
DVD заката.
Солнце садится 
за Гудзон густого города, 
вертикального от  карьер 
отдельных трампов.
Солнце  висит золотой медалью
за взятие города -
враждебного и чужого.
Он весь в боевой раскраске,
но тропа войны нипричем.
Он тебе подарен, Даен, 
и не заглядывай в пасть:
там клыки.

Лесбийская зарисовка.

Нежно-розовый клитор губной помады
на увядших лепестках заката...
Длинное черное пальто от Армани,
дорогая кашмирская шаль 
цветов зрелой осени на плечах, 
седина молодежной стрижки.
Бывшая фотомодель, 
а ныне менеджер
брачного агентства "Шошана".
Когда  вспоминая разрыв 
с рыжей истеричкой Рэйчел, 
она возвращается заполночь
в свой огромный  
чудовищно захламленный лофт в Сохо,
ее все еще пытаются клеить
случайные посетители
ирландского паба напротив.
Но завсегдатаи знают:
абсолютно бесперспективно.


Лишнее зачеркнуть

Все утро 
в объезд добиралась на работу
из-за аварии 
на Бруклинском/Крымском мосту.
Весь день лепила 
ангелов/орлов/львов/тельцов,
покрывая золотом/лаком/матом.
Весь вечер 
уговаривала сына
не драться в детском саду/
не курить марихуану/
не разводиться с женой.
Всю ночь снился 
недавний/возможный теракт
в школе/в ресторане/в кинотеатре
за океаном/за углом.