|
||
Прочтите первую главу длинной-длинной стихотворной сказки, и, может быть, Вы мне подскажете, как лучше ее издать. | ||
Сказка о свинопасе Незлобивце, надменном Обормотусе, царевне Софье и программисте Бруте Посвящается Е. С. Глава первая, в которой царь решает провести турнир женихов, а его дочь взывает о помощи Всякий человек лукавый, возвышающий себя, упивающийся славой, о себе кругом трубя, будет Господом унижен и позором заклеймён. Кто же будет Им возвышен? Тот, кто кроток и смирён. В Охламонском государстве царствовал тиран и мот Обормотус Бульвадарский или просто Обормот . Вожделенную корону он носил семнадцать лет под девизом: "Я не трону тех, в чьём доме мой портрет". У придворных живописцев жизнь бурлила через край: каждый вечер кровопивцу по портрету выдавай. Нет фантазии предела в человеческих мозгах. Рисовали ошалело в разных позах, в жемчугах: Обормотус на диване, гири держит на весу, на охоте, в парке, в ванне, ковыряется в носу. Был приказ суровый сверху сыщикам вставать чуть свет, обходить дома с проверкой, как содержится портрет. Если выцвела картина, страж на новую менял, а хозяин от детины подзатыльник получал. Если не висел на месте драгоценный Обормот, тут уж ясно, честь по чести - цепи, суд и эшафот... Обормотус Бульвадарский был вдовцом. Родная дочь мучилась в покоях царских: "Кто б нашёлся мне помочь позабыть пустые речи безрассудного отца и отправиться далече от постылого дворца". Царь смекнул: "Грустна девица, нужно что-то предпринять. Чем возить её в больницу, лучше браком сочетать". Звали Софьей ту принцессу. Хороша, как на заказ. Царь все "за" и "против" взвесил, наконец, издал указ: "Объявить всем охламонцам! Я властитель и судья, выше неба, больше солнца; бог один, и это я. Смельчаки мужского пола! Вам даётся редкий шанс. Оторвитесь от футбола и оставьте преферанс. Кто из вас есть неженатый, на турнир спеши скорей! Чемпион мне станет зятем, мужем Софьюшки моей. Вот такой я привередник - требую, чтоб через год внук родился мне, наследник, в общем, новый Обормот. Земляки! Умом рискните, хоть богатый, хоть бедняк: смысел жизни назовите и его вернейший знак. Всем даю неделю сроку обкумекать свой ответ. Есть в ком прок, иль нету проку - приходи на мой совет". Возмутилася царевна, льётся за слезой слеза. Говорила Софья гневно прямо в отчие глаза: "Что ж Вы, папа! Неприлично поступать, как душегуб. Не пойду категорично за того, кто мне не люб". - "Ах, ты смеешь мне перечить, вызываешь на скандал? Прекрати девчачьи речи, свадьбе быть, как я сказал. Раз ты так заговорила, ну-ка, в спальню марш бегом, и до самого турнира будешь, Софья, под замком! Мой роман тыщестраничный можешь, дочка, почитать: "Обормот Демократичный всё готов людя'м отдать". Коль не мыслишь об отчизне, отключу твой Интернет. Думай, что есть смысел жизни, и гляди на мой портрет!" В Охламонском государстве запрещён был Интернет. Только лишь в покоях царских позволялось выйти в свет. Софья втайне от папаши переписывалась с тем, кто ей был дороже даже всех сластей и хризантем. Он, как думала дивчина, за границей проживал. Парень же небеспричинно местожительство скрывал. Выслать фото попросила - в профиль, в полуоборот. Отвечал потешно милый: "Верь, я вовсе не урод"... После ссоры небывалой с Обормотусом-отцом Софья в комнату вбежала - и к столу одним прыжком. Отстучала Софья бойко: "Выручай, мне спасу нет!", "send" нажать успела только - отключили Интернет. Незлобивцем звали парня. Был он редкий грамотей, жил-работал на свинарне, чтоб подальше от властей. Если в дом врывались стражи, спрашивая про портрет, отвечал в притворном раже: "Здесь портрету места нет! Вы подумайте логично: Обормот среди свиней?! Это, знаете, цинично для монарших, для кровей". Возмущались полицаи: "Что ты мелешь, свинопас?", но в покое оставляли Незлобивца всякий раз. С царским программистом Брутом он был дружен с детских лет. Брут собрал ему компьютер и наладил Интернет. Софьюшка и знать не знала: тот, кто мил и дорог ей, хоть и книг прочёл немало, но весь день пасёт свиней. Прочитав письмо царевны, сразу понял удалец: "Обормот решил, наверно, сплавить Софью под венец". Он сходил к соседу в лавку, про турнир всё разузнал и решил подать заявку: либо пан, либо пропал.
|