Баллада листопада

Нас носит ветром, нас бьет о стекла, нас тянет в воду,
Таких прозрачных, таких осенних, бронзовокожих...
Мы были листья, а стали пятна на старом фото.
Святой сентябрь, спаси случайных твоих прохожих.
Столы асфальта накрыты щедро - бери и царствуй,
Дожди проходят своей дорогой - подставь ладони 
Во тьме, казалось, что асфодели - простые астры,
Запахнет горьким, заплачет светлым, вода утонет.
Молчу ночами - а вдруг услышишь мое дыханье,
Придешь к постели, разбудишь сонных ресниц затишье,
Кареты Крыма везут рассветы. В открытой тайне 
Скажу - все просто, мы были листья, мы стали выше.
Вдали от дома я кану в небо, оденусь дымом.
Мои законы - моря и реки, пути и трассы.
Таранить стекла, врезаться в воду, писать любимым:
Мы были осень, а стали листья... Кленовый, здравствуй!


Баллада преодоления

Как странно - говорить о тишине,
Писать залив от синевы отмытый.
Надев на шею серое кашне,
Гулять по скверу, с тросточкой и свитой...
Трамвай прогрохотал. Смотри, вода
Подернулась неуловимой рябью.
Слова, как воробьи на провода, 
Слетелись и глядят. На дне пруда
Глодают рыбы ваше тело, рабби.
Зазорно ль проповедовать в хлеву,
Спасать свиней от ненасытных бесов?
С небес немой укор. Себя разрезав,
Корми Москву. Урву ли свой кусок
Когда вся кровь стечет с колес в песок?
Я говорю "халва, халве, халву",
Ты только приложи ладонь ко лбу -
Увидишь, я сумею исцелиться,
Как первым сном спасается столица,
Как птицы улетают на восток,
Где зимний холод к ним не так жесток,
Как мы с тобой - обыденные люди.
Трамвай спасет от слякоти и люти,
Бессонница окончится статьей.
...Танцовщица любовь несет на блюде
Горячее и вязкое питье.


Баллада наперекор

Прости за все. За стылый дом,
За гордый нрав, за ложь и жалость.
Ты дал бокал воды со льдом,
А я отпить не удержалась.
Сотри приметы немоты -
Я говорю с тобой, как с богом -
На ты. Латунная латынь
Кипит во рту. Ведомый рогом
Спешит король. Его мечу
Бить напролом, не знать измены.
Я детской песенкой лечу
Сквозь крепко стиснутые стены.
Тебе вне Дании - ни дня.
А мне в твоей тюрьме - ни ночи.
Как будто - ты - любил меня...
Пророчил прочь нежней, чем прочих.
Тебе пристало забытье,
Как розы крёстные Тристану.
За обручальное питье -
Прости...
А я тебя - не стану.


* * *
Я приду к тебе, любимый, рассказать, что солнце ляжет
Голышом на подоконник сто второго этажа.
Час спасти себя в постели, время пить коньяк из фляжек,
Пробуждать воображенье и от холода дрожать.
У тебя звонит мобильник, у меня звенит над ухом
Надоедливая муха, за окном юлит июль.
С высоты чужого дома очень больно падать духом,
Я тащу усталый чайник по квартирному былью.
Я тащу его на кухню - в окружении посуды
Он возвысится боками и победно засвистит.
По пути в сортир подброшу три гроша любовной ссуды
Коммунальному хонтею - может он тебя простит.
Ну а мне пора по пиву - на ступеньках снова лужа,
Я испачкаю ботинки и уеду на такси
В одиночную хрущобу утешать чужого мужа,
Притворяться бабой-дурой, монпансье всея Руси.
Я приду к тебе, любимый, после дождичка, в субботу...
Не забудь на подоконник сунуть блюдце с молоком.
Ты сидишь в своей "Тойоте", солнце жарит по капоту
И облизывает стекла раскаленным языком.
У тебя звонит мобильник...