Аннотация: За семью горами, за семью морями, в городе Лен…, простите — Санкт-Петербурге, на Большом проспекте П.С. жил-был мент.
За семью горами, за семью морями, в городе Лен..., простите - Санкт-Петербурге, на Большом проспекте П.С. жил-был мент. Участковый обыкновенный, серая шкурка, двадцать лет - два взыскания. Жена дура, лапочка дочка, капитан в околотке - сука продажная. Старики и сидельцы мента ценили, всем остальным наш герой был до лампочки. Тихий, совестливый, без нужды не гадит, а в остальном, как говорил Акимыч, целка, оно капитал, но не в семьдесят лет от роду.
Так и жил наш герой, пил в меру, спал крепко, на службе чаи гонял, после службы прогуливался с болонкой. Зимой в снегу, летом в пуху, весной в грязище по самые белые ушки. Что же дальше? Однажды...
Двадцать восьмого июля прошлого года, в дождливый четверг пополудни мент сидел у себя в кабинете. Посетителей не предвиделось, посему можно было вздремнуть с полчасика, головой на уютной кожаной папке. К обеду стыло в кастрюльке говяжье вымя под соусом, вечером намечалась пулька, в выходные - рыбалка вместо оптовки. И в этот оазис минутного благополучия постучали...
- Войдите, - вызевнул мент и протер глаза. На фоне знакомой до сучков двери стоял ангел. Как полагалось, с погонами на крылах, форменным нимбом и белой почтовой сумкой.
- Да, достаточно, распишитесь. Ваша надежда на чудо признана правомочной и принята к осуществлению. Галочки здесь и здесь.
Руки дрожали, но подпись легла на место. Мент украдкой понюхал воздух - пахло святостью и церковными свечками. Вправду, ангел.
- Ну, заказывайте. Стандартные ограничения: не бессмертие, не катаклизм, не смена существующего строя, весь список зачитывать?
Вопрос спорный... Оглянувшись по сторонам, мент добыл потаенный, трехлетней выдержки коньячок.
- Не в службу, а в дружбу. Обмоем?
Через час в голове прояснилось. Золотая рыбка покруче будет, джинн из лампы, пожалуй, тоже. Одно, для себя или родичей, без разврата и смертоубийства...
- Решай живее, мужик, а не то мне за опоздание два наряда в Кремле влепят, - ангел сыто икнул и поправил на ухе нимб.
...Дочку замуж? Жену к любовнику? Болонке двадцать лет жизни? Генералу от МВД жабу в койку - вдруг дурняк хватит...
- Слушай, вспомнил! Я малой был - родителей поедом ел: отдайте да отдайте учиться музыке. Папка в школу меня водил, но сказали, что безнадежный. На скрипке играть хочу!
- Это можно, - ангел дернул крылом. - Так?
И представилось: вот оркестр, наш герой во фраке выводит соло, зал рукоплещет, вот кланяется, отмахиваясь от цветов, вот инструмент в футляре, устланном бархатом, едет домой, там жюльен, фуа-де-гра с трюфелями, жена в кимоно с аистами, сын студент-медик, и в семь утра репетировать. На хрен.
- Так? - понятливо хмыкнул ангел.
В переходе на Невском, пронзительный и безумный, скрипка вьется, летает, плачет. "Вы, маэстро, гений импровизаций" - и десятки в футляр и друзья в переходе и водочка ввечеру.
Ангел почесал кудри.
- Так, что ли?
Музыкальная школа, детишки с просветленными личиками, папки нот и вдохновенный учитель играет "Сурка". Счастливые глазки, наивность и послушание. Ученики постарше, первый большой концерт, статья в газете: мой любимый учитель...
Звонко хлюпнул последний глоток коньяка.
- Так какого рожна тебе надо, дядя?
- Бог его знает...
- Проверим! - ангел подгреб к себе телефон и набрал номер. - Что там, наверху, знают, нам рядовым не докладывают...
Покивав с умным видом в трубку, ангел вытер со лба пот: - Так бы сразу сказал, мол, святой и по штату положено... Ладно, готовься, вечером будет, - и аккуратно вышел вон.
Мент написал заявление об уходе по собственному желанию, разобрал все дела, позвонил жене попрощаться... Было страшно и радостно тоже - как впервые на взрослый велосипед. А потом...
Если долго гулять по П.С., скажем, ночью, ближе к часу Быка, то где-нибудь во дворе, за чугунной черной решеткой, вы, если очень захочется, можете видеть чудо. Серая шкурка мент с желтой скрипочкой на крыше ржавого гаража. Невесомый, почти невидимый, он сидит и играет для поблекших домов и опавших сто лет назад листьев. Скрипка звонкая и тревожная. А почуяв живую душу, музыкант улетает на самую крышу неба и поди его там найди. Акимыч как-то сторожил до рассвета, но дождался только других ментов и уехал отдыхать на полгода. Так вот...
Когда к вам придет ангел - не бойтесь, бывает хуже.