Беляков Олег Викторович: другие произведения.

Когда убеждает золото

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Автор Беляков Олег Викторович. Лето 1957 года. Молодой англичанин Элиот Грин отправляется в Америку на океанском лайнере "Королева Атлантики", не подозревая, какие приключения, преподнесет это плавание. Множество завораживающих, рассказанных историй, новых знакомств, и отличный отдых подарит это незабываемое путешествие. Но все ли так просто, как кажется на первый взгляд? Череда странных происшествий, закончится жестоким убийством, расследовать которое возьмется бывший сыщик Скотланд Ярда- Элиот Грин и его верный друг Мишель Блан. Друзьям предстоит пройти через многое, чтобы понять очень простую истину: "Когда убеждает золото, речь бессильна".


Пролог.

10 июня 1957г. Гронинген, улица Фолкринг 13

   Лето не задалось с первых дней. Тяжелые, грозовые облака, пришедшие со стороны моря, затянули все небо до самого горизонта. Дождь лил, почти не переставая, иногда усиливаясь благодаря порывам шквалистого ветра. Над водными каналами, словно голубым шарфом, опоясывавшими кварталы Гронингена, стояла густая пелена тумана, ухудшая и без того слабую видимость. Яркие краски, в которые обычно был окрашен город, благодаря раскрашенным стенам, узорчатым фронтонам домов и разноцветной черепице на крышах, вдруг померкли. Температура воздуха стремительно приближалась к нулевой отметке.
   Лео Ван Марвею на днях исполнилось 65, но чувствовал он себя насквозь дряхлым и никому не нужным стариком. Похолодало. Лео растопил камин на втором этаже своего особняка, расположенного на улице Фолкринг. Даже в теплом махровом халате, было зябко, казалось, ледяное покалывание мурашек, вызывающих легкую дрожь он ощущает всем телом. Лео наполнил глубокий хрустальный бокал шотландским скотчем, кинув по привычке кусочек льда, и расположился в удобном кресле-качалке, закутавшись теплым пледом, угрюмо уставился в окно. Ветер с необычайной легкостью выворачивал зонтики спешивших домой прохожих, заставляя их прятаться под навесами домов, выправлять спицы и снова бежать дальше наперекор беснующейся стихии.
   Лео надоело смотреть на дождь, он встал и зашторил окно, наполнил бокал новой порцией и вновь уютно расположился в кресле. Огонь множеством своих язычков, облизывал тихо потрескивающие поленья, обволакивая комнату теплом и мерцающим мягким светом.
   Осушив одним глотком скотч, Лео поставил пустой бокал на пол, помассировал ладонями усталые веки, отгоняя наваливающуюся, словно снежный ком, дремоту. В последнее время он спал по два- три часа в день, заставляя организм работать на пределе своих возможностей. Времени осталось совсем мало, а сколько еще полезной информации нужно сообщить полиции...Уже рассказал достаточно. Хватит чтоб посадить не один десяток человек, пусть это не все, пусть это только вершина айсберга, те с кем он сам лично встречался, мелкие сошки...От выпитого спиртного начинали путаться мысли. Закрыв глаза, он снова видел бледное лицо дочери...Лаура, я должен разворошить это осиное гнездо, ради тебя, ради всех людей, которые могут потерять своих близких из-за этих чертовых наркотиков.
   Не было больше ни страха, ни других чувств, все потеряло всякий смысл после смерти дочери 3 месяца назад в клинике Св. Патрика от передозировки героина. Ей еще не исполнилось и 20. Лео корил себя, что постоянно был занят, ездил по всему миру, выступал с лекциями, докладами, организовывал выставки картин молодых художников, писал рецензии...и мало времени уделял воспитанию дочери. Конечно, благодаря отцу она ни в чем не нуждалась, а непосредственно воспитанием занималась Софи, жена Лео. Она была на 17 лет младше мужа, студентка, влюбилась в великого Лео Ван Марвея одного из когорты признанных ученых современности. Через несколько лет у них родилась дочь Лаура. Так они и жили, Лео, бывал дома наездами, останавливаясь на день или два, Софи воспитывала Лауру. Жизнь шла своим чередом, но 10 лет назад жена погибла в автомобильной катастрофе. Дочь пришлось отдать в частную закрытую школу, домой она приезжала только на каникулы. Отец в тот момент редко вспоминал о дочери. Ему предложили стабильный дополнительный заработок, который многократно превышал зарплату за лекции в университете. Нужно было просто писать положительные отзывы определенным людям, комичность положения заключалась в том, что среди них действительно были очень талантливые молодые художники, и они и без Лео смогли бы добраться до высот художественного олимпа. Поначалу он писал рецензии действительно таким молодым авторам, но позднее пришлось восхвалять такое, что у Лео волосы вставали дыбом. Он думал, что сейчас со всех сторон начнут писать, что Лео Ван Марвей сошел с ума, потерял вкус и не в состоянии больше видеть прекрасное. Но все было не так. Тут же раздавались восторженные отклики, Ван Марвей снова открыл новые грани искусства, это совершенно потрясающий новый автор, не стоит искать глубину его мировоззрения на поверхности, лишь глубокий ценитель может распознать величие абстракции и социативного ряда. Браво Лео Ван Марвей и т. Д. И он решил завязать, но телефонный звонок, разбудивший ученого среди ночи, заставил забыть об этой мысли. Тихий хрипловатый голос даже почти не угрожал, он просто открыл всю правду: Оказалось, все эти годы он работал на мафию, и выйти из дела "сухим" не получится, слишком многое поставлено на карту. Кроме всего прочего, его пятнадцатилетняя дочь употребляет наркотики, все от того же хрипловатого голоса узнает Лео. Друг помог поместить ее в клинику для лечения от наркозависимости. После 8 месяцев проведенных в клинике, дочь вернулась домой. Почти пять лет они жили как нормальная семья, Лео наконец стал уделять дочери максимальное количество времени и это оказалось совсем не сложно. Смерть Лауры стала шоком для отца. Он нашел ублюдка, который продавал наркотики его дочери, оказалось, что распространяют их те же подонки, что приносят ему рецензии. Эти люди, Лео помнил четверых, попеременно примерно раз в три месяца приходили в его дом с " новым Пикассо" и частенько звонили с его телефонного аппарата. Полтора месяца назад он подслушал один такой разговор, о каком то крупном грузе, прибывающем 1 июня в порт Антверпена. Лео сразу побежал в полицию. Инспектор Гулит оказался большим профессионалом и весьма дотошным человеком, его интересовала любая мелочь, любая даже на первый взгляд малозначительная деталь. Он задавал тысячи вопросов, исписал ни один десяток листов бумаги. Результат оказался впечатляющим: 1 июня бельгийская полиция арестовала крупнейшую партию наркотиков. Лео ликовал, готовился к рассмотрению безпредцендентный судебный процесс над воротилами наркомафии, где ему отводилась роль главного свидетеля...Человека не побоявшегося бросить вызов всему преступному миру.
   Лео сомлел, примостив голову на плечо, погрузился в сонное царство морфея. Опять снились кошмары, будто он один в маленькой лодке пытается переплыть бушующий океан. С каждой секундой ветер становится все сильней, волны подбрасывают лодочку, словно щепку, ледяной дождь пробирает до дрожи во всем теле. Из последних сил Лео вычерпывает, постоянно прибывающую воду и кричит. Кричит от собственного бессилия и отчаяния...
   Он и вправду проснулся от собственного крика, весь в холодном поту и не унимающейся дрожью в коленях. Была уже глубокая ночь, дождь за окном стих, дрова в камине давно прогорели, оставив, лишь маленькие, затухающие красные угольки. Лео протянув руку, включил торшер, стоящий рядом с креслом, мягкий люминесцентный свет, которого позволял хозяину читать, но слабо освещал комнату. Странный шорох в соседней комнате, вывел из оцепенения. Крадущимися шагами Лео пересек комнату, там, в выдвижном ящике письменного стола лежал купленный, уже после смерти Лауры, револьвер 38 калибра. В столе оружия не оказалось. Внезапно, чья то рука в кожаной перчатке сзади схватила его горло, и Лео почувствовал холод, приставленной к виску стали. Весь свет померк...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Глава 1 9 августа 1957
  
   На борт океанского лайнера "Королева Атлантики" Элиот Грин успел подняться буквально в последнюю секунду. Всему виной были вездесущие лондонские кэбы, которые спешили к своим пассажирам, абсолютно не замечая стоявших на тротуаре пешеходов. Брызги из под колес маленькой, будто игрушечной черной машины, с визгом промчавшейся рядом, окатили англичанина с головой. Элиот так и стоял у проезжей части с боевой раскраской индейца на лице, смахивая грязь с твидового пиджака. Желающих подвезти чумазого пассажира не оказалось. Как назло времени на переодевание совсем не осталось. Кое-как, вытерев носовым платком лицо, заскочил в первое остановившееся такси. Водитель скептически оглядел очередного клиента, хмыкнул что-то себе под нос, но, тем не менее, довез до пункта назначения. Не успел горе путешественник очутиться на палубе, как корабль отшвартовался от причала и, издав протяжный прощальный гудок, отправился в очередное плавание по Атлантике к берегам Нового Света. Саутгемптон серой дымкой растворялся в бесконечной водной глади, и вот уже не было видно ни заводов с их беспрестанно дымящими трубами, ни погрузочных пакгаузов с огромными пауками-кранами, ни причала с кишащей людской массой встречающих-провожающих, все исчезло, как мираж, осталось только нескончаемое голубое марево. Вода по всюду. Вода со всех сторон и даже небо, казалось, всего лишь ее отражением.
   Корабль поражал своими гигантскими размерами. Человек встречающий пассажиров внизу у трапа, казался лишь маленькой точкой на фоне этой громадины. Лайнер возвышался над причалом белым небоскребом, выпятив, все свои пять ярусов. Палуба сияла кристальной чистотой, на золоченых и серебреных ручках, перилах, держателях, всевозможных набалдашниках, на тысячах украшениях пассажиров с такой силой отражались солнечные лучи, что Элиот даже зажмурился. И хоть молодому человеку не так давно исполнилось тридцать, он никогда еще не путешествовал 1 классом на корабле такого уровня. Наверное, и в этой ситуации он действовал бы много скромнее, но тут уж за него все решил дядя Говард. Говард Керг, двоюродный брат отца был мэром небольшого городка Киммсвик в штате Миссури. Узнав про успехи своего племянника на земле Соединенного королевства, со свойственной ему прямотой предложил Элиоту место криминального эксперта в своем городе. Элиот действительно получил очень лестные характеристики от руководителя Скотланд Ярда, раскрыв несколько громких дел, заработал репутацию умницы-трудяги и бесконечное уважение коллег. Предложение дяди Эл принял не сразу, на протяжении недели он взвешивал все за и против, в конце все же решился. Окончательно чашу весов склонило сообщение о появившемся в штате "чернокожем убийце". Говард Керг сам прислал Элиоту билет в первый класс на "Королеву Атлантики".
   Привыкнув к яркому свету и ослепительному блеску со всех сторон, Элиот, наконец, обратил внимание на вытянутую руку капитана:
   - Джером Смит, капитан этой посудины!- с легким ирландским акцентом пробасил он.
   Элиот пожал по - медвежьи огромную руку. Гренадерские размеры фигуры мистера Смита поистине впечатляли: рост за два метра, косая сажень в плечах, огромные мускулистые руки, как у профессионального боксера, словно два молота, торчали из коротких рукавов белоснежной рубашки; на левой руке выделялся белый шрам, тянущийся от локтя до запястья. Шоколадный загар на лице и руках, явно свидетельствовал о большом количестве времени проводимого на открытом воздухе. Непременная для моряка, трубка из слоновой кости, зажатая между крупными, пожелтевшими от табака зубами, с завидным постоянством выкидывала ароматные клубы дыма. Жесткие, коротко стриженные рыжеватые волосы прятались под фуражкой с кокардой английского адмиралтейства. Морской волк собственной персоной.
   - Элиот Грин, рад знакомству капитан!
   - Проходите, мистер Грин, я думаю, вам не терпится попасть в каюту, чтоб переодеться и принять душ, не правда ли? - Уголки рта капитана скривились в ироничной усмешке.
   - Да, сэр, вы правы, я думаю, об этом последние минут сорок, с тех пор как проезжающий автомобиль забрызгал меня грязью с головы до ног.
   - Ваша каюта 17с находится на третьей палубе по левой стороне корабля. Увидимся во время обеда в 13.00. Прошу не опаздывать.
   - Благодарю вас, сэр.
  
   Глава 2 .
   Поднявшись посредством лифта на третью палубу, поплутав по лабиринтам бесконечных коридоров и лестниц, словно паутиной, опутывающих лайнер, Элиот, наконец, оказался перед дверью с медной пластинкой 17с. Войдя в каюту, Элиот присвистнул от изумления, впечатленный искусностью выполненного интерьера, помноженного на удобство, комфорт и роскошь.
   Картины на стенах, множество зеркал, позолота иллюминатора, начищенные до блеска дверные ручки, палас с длинным ворсом в котором утопали ноги, все это создавало лишь первоначальное впечатление. Присмотревшись, Элиот обратил внимание, что присутствующее ощущение великолепия и комфорта, не покидающее его с первых минут пребывания на судне, складывается не от отдельной красоты какой-либо вещи, а от гармонии в коей переплеталось все убранство комнаты. Здесь не было ничего лишнего: стол с круглой столешницей из красного дерева, плетенные, покрытые красным лаком стулья, с твердой золотистой спинкой, настольная лампа для чтения, у стены расположилась софа из дорогой кожи; следующая дверь вела в просторную спальную комнату с огромной кроватью на перине, двумя тумбочками, шкафом для вещей и большим зеркалом на стене, дверь справа вела в туалетную комнату, с душевой кабинкой.
   Сбросив, наконец, грязную одежду, полез в душ. Спустя четверть часа, переодевшись и разложив вещи, англичанин поднялся на верхнюю палубу, подышать морским бризом, как сам себя напутствовал Элиот. В своем желании он оказался не одинок, на верху оказалось людно. Внимание Элла привлекли две немолодые женщины, стоящие возле перил, в одинаковых платьях и широких шляпках с перьями из дорогого бутика купленного на Оксфорд стрит. Они были примерно одного роста и издалека показались Элиоту сестрами-близнецами. Но, оказавшись, ближе разница стала видна сразу. Прямая, гордая осанка, утонченность и грация в движениях, годами прививаемая в семьях аристократов, явно выдавали голубую кровь в одной из них. Элиот поймал себя на мысли, что даже сейчас она привлекает взгляды мужчин, в юности, несомненно, она была прекрасна. Вторая женщина в молодости, конечно, тоже была недурна, и следы увядающей красоты были, что называется на лице. Элиот мысленно улыбнулся своему каламбуру,- но что касается происхождения, то тут готов биться на месячное жалование сыщика Скотланд-Ярда, обе женщины имеют разное сословное происхождение. Более того, Элиот скорее видел эту женщину с тряпкой в руках и кружевном переднике, чем гордо восседающей на троне. Но, судя по одежде и одинаковому количеству бриллиантов в серьгах и кольцах, видимо находятся в одинаковом денежном положении.
   По виду резкой жестикуляции Элиот понял, что дамы о чем-то спорят.
   - Я же просила тебя, Беатрис, на этот раз дать таблетки посильней. Я опять чувствую себя плохо. Меня прямо всю выворачивает наизнанку.
   - Джина, дорогая, не заводись, это отличное средство. Выпей сразу две таблетки сейчас и две после ужина, а завтра твое самочувствие улучшиться. Вот увидишь.
   - Опять придется голодать до ужина,- женщина махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху.
   Элиот обратил внимание на излишнюю бледность лица Джины, явно ее не красившую. Его тоже частенько укачивало на море, но буквально перед поездкой друг фармацевт Джон Кэрью, выписал новое, как он сам продекламировал, революционное, лекарство. Еще в такси Эл проглотил таблетку и сейчас чувствовал себя великолепно.
   Обогнав медленно шедшую под ручку парочку: военного при полном параде с супругой, Элиот добрался до столиков, расположенных под полотняным навесом. Здесь можно было в полном покое, на свежем воздухе почитать книгу, попить кофе, или заказать что-нибудь покрепче, или вот как тот старичок за крайним столиком справа в одиночестве разобрать шахматную партию. Не успел молодой англичанин опуститься на свободное место, как перед глазами возникла атлетичная фигура в белом.
   - Что желаете, сэр?- спросил стюард, с вышитой золотистой нитью на рубашке надписью Сэмюель.
   - Пожалуй, не откажусь от чашечки горячего кофе без молока, Сэмюель.
   Фигура также мгновенно исчезла. Через пару минут Эл уже наслаждался ароматом свежесваренного, крепкого кофе. Круглый циферблат часов, висевших над входом в столовую, показывал 10.45. Времени до обеда оставалось предостаточно, и Эл решил пойти в каюту передохнуть.
   И как водится, на обед бедолага не попал. Буквально на секунду прикрыв глаза, открыв, обнаружил, что безнадежно проспал. Уже до ужина оставалось два часа, а живот предательски заурчал. Пришлось опять идти на верхнюю палубу за кофе.
   Услужливый стюард, окинув взглядом посетителя, осведомился о заказе и в тот же миг, исчез. Принес на серебряном подносе прямоугольной формы не только прекрасный бразильский напиток, но и пышащие жаром, золотистые гренки, обжаренные в оливковом масле, а сверху обильно намазанные ореховой пастой. Нужно было признать выучка персонала на корабле превосходная, капитану необходимо отдать должное. В том, что вышколенность команды дело рук Джерома Смита, сомневаться не приходилось. Увлеченный едой, Элиот, не обратил внимание на подошедшего к его столику мужчину. Постояв секунду в нерешительности, незнакомец деликатно покашлял, закрыв рот ладонью.
   - Извините, у вас не занято?
   Элиот с набитым ртом попытался произнести: нет, но быстро осознал комичность своего положения, лишь помотал головой.
   - Разрешите представиться, Пьер Дюваль.- Мужчина галантно приподнял черную фетровую шляпу, подобранную в тон элегантному твидовому костюму и остроносым кожаным туфлям.
   - Элиот Грин, рад знакомству, присаживайтесь, прошу вас.
   - Извините, если нарушил вашу приватность, просто без общения здесь в открытом океане можно сойти с ума...Вот я и подумал, раз мы столько дней попутчики, то не мешало бы познакомиться.
   Ему на вид около сорока, высок, подтянут, видимо постоянно держит себя в хорошей форме. Широкий прямой лоб, без намека на морщины вкупе с тяжелым, бульдожим, подбородком выдавал натуру сильную, с несгибаемой волей, такие своей головой могут ломать кирпичи, просто персонаж сошедший с экрана голливудского вестерна,- подумал про себя Элиот, решив проверить свою догадку, спросил:
   - Мистер Дюваль..
   -Пьер, прошу просто Пьер.
   - Пьер, скажите, вы случайно не торговец?
   - В некотором роде, я представляю частную французскую компанию Бержерон, поставляющую элитные вина толстосумам разных стран. Вот и сейчас я плыву с ценнейшим грузом,- улыбаясь, ответил француз.- А вы, мистер Грин, чем занимаетесь?
   - Просто, Элиот. Пересекаю океан, в надежде обретения новой работы.
   - Ага, значит, путешествуете в первом классе в надежде найти работу в другом полушарии? Вы, оригинал.
   Элиот усмехнулся: "да, Пьер, вы меня подловили. Меня пригласили работать в штатах, так что искать работу мне не придется."
   Француз взглядом ювелира, скрупулезно рассматривающего качество драгоценного камня, осмотрел Элиота. Ничего примечательного: чуть выше среднего роста, с ежиком черных волос, чуть островатым носом и пухлым, но не безвольным ртом. Казалось, взгляд ничего не цеплял, увидишь такого человека в толпе и пройдешь мимо, не узнаешь. Хотя нет...Глаза...Голубые глаза(которые в купе с волосами цвета вороного крыла, наверняка, разбили не одно девичье сердце), проницательный взгляд в нем явно читается неподдельное любопытство. Нет, мистер Грин, вы не так просты, как кажитесь. Да и одет в элегантный однобортный, спортивный пиджак серого цвета с замшевыми вставками на локтях, последний писк европейской моды, легкие черные брюки- дудочки с отутюженными стрелками, модную нейлоновую рубашку и классические кожаные туфли. Явно не беден. Вероятнее всего талантливый инженер, и эта искорка в глазах свойственна людям данной профессии, когда они с карандашом и линейкой в руках согнувшись, колдуют над куском бумаги,- размышлял Дюваль.
   - Элиот, вы уже успели осмотреть корабль?
   - Совсем немного, честно говоря, этот уютный уголок единственное место, что я посетил сегодня, кроме каюты, разумеется.
   - Вас, не было сегодня в обеденной зале,- скорее констатировал, чем спрашивал француз.
   - Вы, весьма наблюдательны, Пьер. Только разве на "Королеве" одна столовая для пассажиров 1 класса. В рекламном проспекте, что мне дали вместе с билетом, я прочитал, что их четыре.
   - О, моя наблюдательность тут совершенно не причем, просто, за обедом капитан Смит рассказал об устройстве корабля, особенностях расположения различных помещений, времени их посещений, и еще много чего интересного. Он отличный рассказчик, да и в жизни повидал многое, настоящий морской волк...- Пьер вдруг пристально принялся рассматривать ноготь на безымянном пальце левой руки, словно обнаружил под ним грязь
   - Что-то я не вижу связи между моим присутствием на обеде и рассказами капитана,- усмехнулся Элиот.
   - Так я что, не сказал? Карточка с вашей фамилией стояла на столе рядом с карточкой капитана. Так что вы, Элиот, столоваетесь в офицерском окружении,- смеясь, объяснял торговец дорогим вином. Напротив, вас, будет сидеть, месье из службы безопасности корабля.
   Элиот тоже рассмеялся: Вам, Пьер, не вином бы торговать, а романчики дамские строчить, говорят женщины, любят шутников.
   - Я бы и рад, да вот только с бумагой, со школьной скамьи не в ладах, даже друзьям когда письма пишу, больше двух строк выдавить не могу. Тут уж как говорится: Се ля ви.- язвительно процедил Дюваль. Опустив взгляд на левую руку, продолжил:
   - Однако, как быстро пролетело время, пора пойти восхититься искусством французского кока. Можете поверить на слово, французы, пожалуй, как никто другой, славятся умением творить кулинарные шедевры.
   - Охотно верю, Пьер, пойдемте.
  
   Глава 3
   - Не верю глазам своим, Эл...Элиот Грин, мы не виделись с тобой уже лет десять, если мне не изменяет память!- молодой человек, наголову выше Элиота, в сером клетчатом костюме, с широкой улыбкой на лице, крепким рукопожатием встречал друга.
   - Больше чем десять, Мишель, время летит неумолимо. Как ты тут оказался?
   - Ох, и помотало меня по жизни. Я ведь так и не окончил иcole des Ponts ParisTech, попал во французский легион, участвовал в Индокитайской войне, пять лет пролетели одним днем, и вот теперь я здесь, отвечаю за безопасность пассажиров на этой жестянке. Да не стой ты как истукан, присаживайся, я, как только увидел твою фамилию в списках пассажиров, сразу обрадовался, как говорится старый друг лучше новых двух,- смеясь, тараторил Мишель.
   - Я тоже рад тебя видеть. Три ноль,- отличные воспоминания скажу я тебе...- смакуя каждое слово, произнес Элиот.
   - Еще одно слово и я посажу тебя под арест, за оскорбление чести офицера,- белозубо улыбался француз.
   В студенческие годы Элиот увлекался футболом, был капитаном университетской команды, а по амплуа- правым защитником. Руководство всячески заботилось о защищающих цвета родного вуза спортсменах: помимо различных поблажек в учебе и выплаты повышенной "спортивной" стипендии, частенько предоставляло бесплатные билеты на матчи национальной команды. На матч со сборной командой Франции Элиот взял дюжину билетов для своих друзей. Стадион был забит до отказа, почти 90000 зрителей, бурно переживающие за свою команду, в едином порыве многоголосым хором выражающие радость гола или неудачу упущенной возможности, а иной раз и просто скандируя нелицеприятные выражения по отношению к судье матча. Здесь были и крики и песни и стук барабанов, смех, и безудержное веселье, подогреваемое еще до начала встречи во всех близлежащих пабах. Игра была прекрасной: англичане полностью хозяйничали на поле и заслуженно крупно победили. Хотя до матча французы хорохорились, все печатные издания пестрели заметками о непобедимости трех цветной сборной, но три безответных мяча, как ушат холодной воды, остудил наглых выскочек и поставил на свое место. После такой блестящей игры кровь кипела, заставляя молодых людей опять перебраться в пивнушку, чтоб хорошенько отметить победу любимой команды. Именно в пабе Элиот и познакомился с Мишелем Бланом, французским студентом школы мостов и дорог, будущим гражданским инженером. Как оказалось французы хоть и заносчивые, но в целом весьма общительные и дружелюбные. В последствии молодые люди подружились и частенько вместе посещали футбольные матчи.
   - Отлично выглядишь, Эл, путешествуешь в первом классе...Получил наследство?- шутливо продолжил Мишель.
   - Да все гораздо проще, работу предложили в Киммсвике штат Миссури. В полиции, дорога за их счет,- серьезно ответил Элиот.
   К столику размеренной походкой шел капитан.
   - Добрый вечер, господа!
   - Элиот, капитан Джером Смит.
   - Спасибо, Мишель мы знакомы. Элиот пожал руку капитану.- Я вижу, не все столы накрыты...Зал был на две трети заставлен столиками на 4 персоны, но кое-где зияли пустые места.
   - Да, многие сегодня отказались от ужина, да и зал способен вместить гораздо больше народа, чем тут находится.
   Джером Смит наполнил бокалы Мишеля и Элиота вином и на весь зал произнес: Дамы и господа, приятного вечера и bon apetit!!!
   Вино оказалось превосходным, как и еда, искусно приготовленная французским кулинаром.
  
   Покончив с трапезой, гости наперебой стали выражать восхищение мастерству кулинара. Чтоб узнать мнение пассажиров о еде, кок лично пришел в столовую комнату. Похвалы сыпались одна за другой, француз с видимым удовольствием слушал, отводя взгляд в сторону и смущенно улыбаясь. В это время проворные стюарды убирали грязную посуду, освобождая столы от всего лишнего. Из-за стола никто вставать не спешил, напротив все поближе придвинулись, чтоб лучше было слышно, взгляды устремились на капитана Смита. Примерно на минуту в столовой установилась полная тишина, нарушаемая лишь шорохом женских платьев. Наконец дама в строгом черном платье, сбоку расшитом золотой нитью замысловатым узором папоротникового листа, в которой Элиот узнал леди Беатрис, одну из дам, повстречавшихся ему утром; встала и громким голосом произнесла: Капитан Смит, скажите, а есть ли в вашем богатом событиями жизненном опыте, история про этот корабль? Может быть какие нибудь удивительные вещи происходили на борту "Королевы Атлантики"?
   Капитан неспешно раскурил трубку и сквозь зубы произнес:
   - А как же, мэм, этот корабль видел на своем веку многое, пережил времена Великой депрессии, вторую мировую войну, нас он тоже переживет...Так что историй он повидал не мало...Вот хоть про Пита Доли послушайте.
   - Простите, капитан, это не тот ли Пит, который грабил американские банки?- с немалой долей удивления спросил Элиот.
   - Он, голубчик, именно он.
   Элиот, тихонько наклонившись к Мишелю, спросил:
   - Мишель, а кто эта дама, в черном платье?
   - Это графиня Беатрис Ллойд Смол, одна из богатейших людей империи, вдова сэра Эндрю Ллойда и обладательница его миллионов, а рядом ее компаньонка Джина Кори. Последние лет двенадцать живут в основном в Америке. Я думал ты их знаешь.
   Элиот, действительно, слышал о смерти Эндрю Ллойда, владельца крупных фармацевтических заводов по обе стороны океана, но было это очень давно. Сэр Эндрю умер от перелома шеи, поскользнувшись на крутой лестнице в своем "тюдоровском" особняке в поместье Комптон Кастл. Об этой нелепой смерти писали все английские печатные издания.
   - Она случаем не родственница Селвина Ллойда, нынешнего министра иностранных дел?
   - Нет, насколько я знаю, просто однофамильцы, с той же вероятностью ты мог бы причислить ее к родственникам основателей страховой компании Ллойд.
   - Откуда бы мне их знать?
   - Молодые люди, вы нашептались? Я могу продолжать?- со сталью в голосе спросил Джером Смит.
   - Конечно, кэп, просим прощения.
   - Эту историю мне рассказал капитан Уильям Гаретт в ноябре 1950 года. Он, тогда как раз уходил на пенсию и меня взяли на его место. Уильям Гаретт...Капитан Смит с наслаждением выпустил пару колец из своей трубки, продолжил.- Настоящий мужик, превосходный капитан, а какой рассказчик...У него была удивительная память: он все всегда помнил в мельчайших подробностях; он без труда запоминал любые имена, лица, даты, цифры...К своему сожалению не знаю как сложилась его судьба после, жив он сейчас или нет, но здоровье у него было отменное. Как сейчас помню: он мог замахнуть бутылку шотландского виски прямо из горла и оставался стоять на ногах, при чем трезвый как "стеклышко".
   - Так вот события эти произошли в августе 1939 года перед самым началом Второй мировой войны. "Королева Атлантики" собиралась отплыть из Нью-Йорка обратно в "Старый Свет". Все американские газеты того времени пестрели заявлениями о появлении "нового Дилинджера", так пресса окрестила, Пита Доли. В тот год он с двумя своими подельниками ограбил три американских банка на общую сумму в 200000 американских долларов. Это то, что они взяли бумагой. Еще были слитки. Золотые слитки...Порядка 300 кг чистого золота. Банда проворачивала свои ограбления ранним утром, пока не было большого наплыва клиентов. При этом свидетелей преступники не оставляли, убивали всех, не жалели даже женщин. Выйти на их след помог случай. Почтальон небольшого городка Спрингфилд, что в штате Вермонт, ранним утром разносил письма и корреспонденцию. Он делал это каждый день на протяжении уже многих лет. Одно из писем предназначалось местному отделению Восточного Железнодорожного банка. И каково же было его удивление, когда в 10.30 банк был еще закрыт, а на двери висела табличка с надписью "учет". Как я уже говорил, почтальон работал много лет, но такую табличку видел впервые, обычно банки проводили свой учет вечером, за час-два перед закрытием, потому никогда и не возникала проблема с передачей документов. Когда же он подошел к двери поближе, то через сломанную полоску жалюзи на входной двери, увидел торчащие из под стойки женские ноги с одной надетой туфлей и троих мужчин с оружием и огромными сумками. Видимо, бандиты, уже закончили свое дело и собирались уходить. Малый не растерялся и со всех ног бросился в полицейский участок. У него оказалась феноменальная память, он сумел составить портреты всех преступников. Справедливости ради скажу, что портреты оказались не очень схожи с оригиналами, но, тем не менее так полиции стало известно о банде Пита Доли.
   Джером Смит снова затянулся, осмотрел присутствующих и остался доволен произведенным впечатлением. Все пассажиры внимательно слушали рассказ капитана, боясь издать лишний звук, чтоб не пропустить что либо мимо своих ушей.
   - Мистер Смит, позвольте задать вам один вопрос?- вдруг спросил Элиот.
   Мишель, сидевший напротив, больно двинул Элиота по ноге под столом. Он прекрасно знал характер капитана, очень не любившего когда его перебивают. Но капитан добродушно улыбнулся и произнес:
   - Хорошо, мистер Грин, один вопрос, но впредь попрошу вас не перебивать меня. Все вопросы позже. Я с удовольствием отвечу на все. На все что в моих силах.
   - Прошу извинить меня за бестактность, просто сразу хотел уточнить. Ваш рассказ настолько подробен, что возникает подозрение: может, вы, сами присутствовали, при ограблении?- шутливо произнес Элиот.
   Капитан рассмеялся, явно польщенный.
   - Я рассказываю эту историю, наверное, уже в тысячный раз. Поначалу возникали вопросы, на которые я, элементарно, не знал ответа, потому мне пришлось искать их в газетных материалах того времени. Я проштудировал горы макулатуры, изучил этот вопрос досконально, вот почему мой пересказ настолько подробен, более того мои друзья в Америке позволили мне ознакомиться с отчетами детективов, расследовавших эти ограбления, за что им безмерно благодарен. Так, что скажу без ложной скромности: про эту историю я знаю не меньше полиции. Надеюсь, я утолил ваше любопытство, мистер Грин?
   - Вполне, спасибо, капитан, прошу, вас, продолжайте.
   - Так на чем я оставновился...А..В полиции составили портреты бандитов и принялись за их поиски. Кстати вознаграждение, за помощь в поимке преступников, назначили в 50000 долларов, что согласитесь совсем не малая сумма. Это целое состояние. Банда же тем временем ограбила еще один банк в соседнем штате. После чего последовало затишье, а через неделю мистера Доли арестовали, причем сделали это именно на этом корабле. Какой-то неизвестный позвонил в полицию, опознав преступника. Как рассказывал капитан Гаретт, полицейских на палубе, набилось человек сорок, и еще столько же ждали на берегу. Команда корабля была оповещена заранее и всячески помогала полиции. И тем не менее Пит Доли оказался не промах, перелез на верхнюю палубу, трех полисменов он уложил на повал. Взять его живьем не удалось, застрелили при попытке спрыгнуть за борт. Нескольким пассажирам пришлось оказывать медицинскую помощь, у них оказалось нервное потрясение от пальбы на корабле... Денег при американце не оказалось, золота уж тем более. Говорят, он прибыл на корабль с одним чемоданом багажа, в котором оказалась пара рубашек, носки, брюки и несколько банок консервированной тушенки. Ни денег, ни золота...Корабль весь только что на болтики не разобрали...Но так ничего и не нашли. Хотя во время войны, когда на "Королеве" перевозили американских солдат в Нормандию, корабль весь разбирали до основания, чтоб больше людей вошло. Не было и намека на деньги. Вот такая история...Жаль, конечно, вот мне бы эти денежки точно не помешали...
   - Господа, я рад, что сегодня среди нас есть полицейский детектив. Капитан, выдержав паузу, словно актер на сцене, продолжил:
   - Мистер, Грин, скажите, что вы думаете насчет этого дела? Может, вы, попытаетесь предложить свою версию? Где же, наконец, может храниться похищенное золото и деньги?
   - Мистер, Грин, просим, вас! Ну пожалуйста...Со всех сторон начали раздаваться умоляющие возгласы...
   - Прошу меня извинить, как я понимаю, даже полиция не смогла, найти эти деньги...Элиот заметно нервничал. Тем более прошло столько лет...
   - Мистер, Грин, никто и не говорит, что вам под силу найти это золото, мы просим вас предложить всего лишь версию...- на бледном лице Джины Кори легко читалась, издевка.- Это всего лишь игра, ваше реноме от этого не пострадает, не беспокойтесь.
   - Хорошо. Я попробую, но мне необходима дополнительная информация- после некоторой паузы, тихо произнес Элиот.
   - Конечно, спрашивайте, молодой человек, я постараюсь помочь.
   - Скажите, капитан...
   -Джером, зовите меня, Джером, мистер Грин.
   - Хорошо. Скажите, Джером, не занимал ли каюты первого класса цирк...может быть какой театр или...
   - Браво, мистер Грин.
   -Джером прошу вас, зовите меня Элиот.
   - По рукам, Элиот. Да все каюты первого класса занял парижский драматический театр, который возвращался на родину после полугода гастролей. Как вы догадались, Элиот.
   -Простите, Джером, я объясню ход своих мыслей, после. Пока же у меня есть еще вопросы: Мистер Доли путешествовал вторым классом, так?
   - Третьим, весь первый класс выкупили театралы, во втором мест не было. Он приобрел билет в третий класс.
   - Ясно. Есть, какие либо сведения о подельниках Пита Доли?
   Элиот потер усталые глаза. От выпитого вина тихонько застучали виски.
   - Да. Их нашли мертвыми в дешевой гостинице "Метрополь" на окраине Нью-Йорка. Оба головой пытались остановить пулю- капитан мрачно улыбнулся. Денег при них, конечно, тоже не нашлось.
   - Что известно о самом Пите и его ближайших родственниках?
   - Пит был единственным ребенком в семье. Родители фермеры в Арканзасе, разводят крупный рогатый скот. Дали сыну хорошее образование. Он работал инженером в строительной компании, вел абсолютно обычную жизнь. В январе 1939 года уволился из компании и видимо начал новую жизнь. Говорят, он связался с какой то женщиной...Других данных о Пите Доли нет. Про родственников тоже ничего не известно.
   - Обычно в семьях фермеров много детей...
   - Травма при родах не позволила матери иметь других детей.
   - Как давно он был знаком с другими членами банды?- Элиот задавал вопросы медленно, обдумывая каждое слово.
   - Они были лучшими друзьями с детства...По словам родителей мистера Доли.
   - Очень интересно...Конечно о судьбе французского театра вы ничего не знаете?
   - Почему же, знаю. После возвращения в Париж театр проработал еще пол-года, затем труппу распустили...Война, сами понимаете...
   - А когда театр прибыл в Америку?
   - В январе 1939, если мне не изменяет память...
   - Тогда, пожалуй, у меня всего два вопроса. Первый: преступники жили в одном номере...Или может в одной гостинице? И второй: Оружием ли мистера Доли были убиты его подельники?
   - Те двое жили вместе, где жил Пит Доли полиция так и не установила. Что касается второго вопроса: то тут полиция считает, что дружков, пристрелил, Пит, правда не из того пистолета, что был при нем, когда его убили. Но ведь у преступника могло быть много разного оружия...
   Запрокинув голову на спинку стула, Элиот, закрыл глаза. Порядка десяти минут никто не нарушил тишины, повисшей в гостиной, все присутствующие прекрасно понимали, что мыслительный процесс требует покоя.
   Наконец Элиот открыл глаза и произнес:
   - Я готов изложить свою версию.
   - Прошу вас, Элиот, не томите,- произнес капитан, вычищая трубку от остатков табака прямо на стол.
   -Итак, в январе 1939 года Пит Доли, вдруг кардинально меняет уклад своей жизни и вместе с двумя дружками организовывает банду. Очевидно, что молодым людям захотелось легких и быстрых денег. Вот вы, Джером, произнесли, что он связался с женщиной...Я, склонен с вами, согласиться. Французский театр приплывает в Нью-Йорк в январе 1939 года, по невероятному стечению обстоятельств банда тоже появляется в то же время. Что же могло произойти? Я думаю, что Пит Доли познакомился с молодой француженкой и это изменило его жизнь в корне. Ведь он прекрасно понял, что времени у него лишь полгода, затем театр уедет. Возможно она сама подтолкнула его на скользкий путь, тут можно только предполагать...Идем дальше. После второго ограбления бандиты из газет узнают о своем проколе, но, тем не менее, грабят третий банк, их это не останавливает, потому что схожесть полицейских картинок с лицами преступников сомнительная. Затем Пит покупает билет на судно, чтоб уплыть вместе с любимой, то есть наступает момент когда банда должна поровну разделить награбленное. Вот тут я уверен, эта молодая особа проявила виртуозное владение актерским мастерством, чтоб уговорить Пита, не делиться с друзьями, которых он знал много лет и которым доверял, а избавиться от них. Возможно даже, что Пит так и не смог сделать это сам, возможно, их застрелила она. Этого мы никогда не узнаем. Перед отплытием она позвонила в полицию и сдала своего, любовничка.
   - Позвольте, какой в этом резон? Ведь деньги и золото получается, что остались в Америке? Да и полиция обыскала вещи всех пассажиров, первый класс кстати тоже, так что денег на корабле не было, ваша версия несостоятельна.- Капитан снисходительно улыбался. Ему явно доставляло удовольствие роль некоего адвоката.
   - Отнюдь. На самом деле все очень просто. Человек никогда бы не смог пронести в чемодане 300 кг золота, это просто физически неподъемный вес. А вот 300 кг в оборудовании для театра- это лишь капля в море. Ведь они привезли с собой декорации, костюмы, осветительное оборудование, наконец, просто вещи труппы, они же жили в Америке почти 8 месяцев. И нужно быть полными ослами, чтоб искать награбленное среди вещей пассажиров и не обыскать при этом грузовой отсек. Так что ценности благополучно пересекли океан.
   - Элиот, а как ты догадался ну, на счет того, что на корабле был театр?- Джером казался смущенным.
   - Это оказалось очень, просто. Раз он нес консервы в чемодане, значит, питание не было включено в билет, а так же раз он лез на верхнюю палубу, из всего этого следует, что он купил билет не в первый класс. А почему человек, у которого 200000 долларов наличными не покупает билет в первый класс? Отсюда только два вывода: либо он боялся показаться на людях после публикации портретов преступников, либо других билетов просто не было. Насчет первого- это ерунда. Он даже снова банк грабить не побоялся. А почему могло не быть билетов? Вот мы сейчас путешествуем почти в тоже время, а кают свободных много. Так что напрашивается один вывод: все билеты выкупила большая и небедная организация. Театр, цирк вполне бы подошли. Вот из этих соображений я исходил.
   - Браво, мистер Грин,- капитан встал и аплодировал. Тут же к нему присоединились остальные.
   - Жаль, что мы больше ничего не знаем о преступнице,- тихо произнес Мишель.
   - Почему же, весьма вероятно, что она была в положении. А много ли было беременных девушек среди пассажиров первого класса? Весьма сомнительно.
   - С чего ты взял, что она была в положении?
   - Я думаю, не будь она беременна, ей бы не удалось уговорить Пита Доли избавиться от друзей. Не забывайте, что он сам явился причиной бесплодия матери, так что он трепетно должен был относиться к беременной женщине. Вот и вся гипотеза.
  
  
   Глава 4 10 августа 1957
   Ранний лучик солнца, игриво прокравшийся сквозь толстое стекло иллюминатора, разбудил Элиота. Привычку, проснувшись долго валяться в теплой постели, он искоренил еще в детстве, заставляя себя сразу вставать, и идти умываться холодной водой, а также чистить зубы. Исполнив утренний ритуал, натянул на себя спортивные штаны и вязаный джемпер, поднялся на палубу. Как и ожидал молодой англичанин, на палубе никого не было. Безоблачное небо предвещало, прекрасный летний день. Легкий ветер ласково трепал волосы, обдавая лицо влажной морской прохладой. Немного размяв отлежавшееся тело простыми наклонами, Элиот присел в тряпичное кресло, раздвигающееся под весом садящегося в него человека, прикрыл глаза и всей грудью вдохнул свежего чуть солоноватого воздуха.
   - Молодой человек, разрешите составить вам компанию?- произнес незнакомец твердым басом.- Сегодня прекрасная погода не находите?
   - Да, конечно.- К удивлению Элиота, на соседнем кресле расположился давешний старичок в потертом сюртуке, настолько не соответствовал голос внешности.
   Видимо с шахматной доской он не расстается.- Решил Элиот, увидев данный предмет в костлявых пальцах соседа.
   - Разрешите представиться Элиот Грин.
   - Карл Бюйтер, музейный историк и страстный коллекционер антиквариата из Амстердама, будем знакомы! Мужчины пожали друг другу руки.
   - Разрешите, выразить, вам, признательность за прекрасно, чудесно проведенное время. Работа вашей мысли впечатлила не только меня, поверьте. Вы с капитаном составили замечательную пару. Все ждут продолжения вчерашнего вечера.
   - Спасибо. Честно сказать не ожидал от капитана такого подвоха, я привык думать в одиночку, но перед публикой, чтоб не попасть впросак, пришлось думать гораздо быстрее. Пожалуй, это хороший опыт.
   Отложив шахматы в сторону, Карл достал из кармана, свернутую вчетверо газету.
   - Не желаете свободную страничку?
   - Буду признателен, спасибо.
   Элиот развернул свернутую газету, ладонью разгладил страницы и принялся за чтение. Таймс за тринадцатое июня пестрела фотографиями с баталии развернувшейся в палате лордов: неожиданно получает королевское одобрение Закон об аренде, ликвидирующий многие ограничения, установленные для арендной платы. В знак протеста против его принятия члены парламента от Лейбористской партии бойкотируют заседание в палате лордов, на котором оглашается текст королевского одобрения. Вся страница была посвящена освещению этой темы, с комментариями различных политиков.
   " Ох уж эта политика..." Элиот перевернул страницу. Интервью с Энтони Иденом, бывшим премьер- министром королевства, покинувшим свой пост в январе 1957г. В статье приводилась краткая биография политика, его мнения по вопросам: внешней политики, закону об аренде, Суэцкому кризису, а также истории о других государствах, которые по долгу службы он посещал с рабочими визитами. Элиоту статья понравилась, Иден был честен и говорил прямо, без уловок, свойственных политикам, пытающимся угодить всем и каждому. Некоторые тезисы можно было взять на заметку:
   "В военное время, дипломатия и стратегия - близнецы. Однако успех внешней политики зависит не только от искусства дипломатов, а от той экономической, военной и политической силы, на которую дипломатия опирается. Если провалы дипломатии могут затруднить действия армии, то неуспех военных действий делает Форин офис беспомощным."
   "Суэцкий кризис: Это не война! Это просто вооруженный конфликт"- Вот точно фраза на века, подумал Элиот.
   Особенно понравились размышления о Советском Союзе, который он мягко говоря не долюбливал. Тем интересней в его устах звучат воспоминания о вожде этого государства Сталине. "Сталин изначально произвел на меня впечатление своим дарованием, и мое мнение не изменилось. Его личность говорила сама за себя, и ее оценка не требовала преувеличений. Ему были присущи хорошие естественные манеры, видимо, грузинского происхождения. Я знаю, что он был безжалостен, но уважаю его ум и даже отношусь к нему с симпатией, истоки которой так и не смог до конца себе объяснить. Вероятно, это было следствием прагматизма Сталина. Быстро забывалось, что ты разговариваешь с партийным деятелем... Я всегда встречал в нем собеседника интересного, мрачноватого и строгого, чему часто обязывали обсуждавшиеся вопросы. Я не знал человека, который бы так владел собой на совещаниях. Сталин был прекрасно осведомлен по всем его касающимся вопросам, предусмотрителен и оперативен... За всем этим, без сомнения, стояла сила"
   На следующей странице с газетной фотографии, выпучив глаза, смотрел Кристофер Бел, бывший начальник Элиота. Как обычно, улыбаясь, демонстрировал свои ровные белые зубы. Это была его знаменитая манера смотреть в камеру и улыбаться, выставляя на показ отбеленные до блеска зубы. Кристофер в парадной форме с военными наградами на груди, восседал за огромным прямоугольным столом. По обе руки от него расположились двое мужчин с военной выправкой, в мундирах голландской и бельгийской полиции. Подпись под фотографией гласила: Пресс конференция объединенной европейской полицейской группы. Слева на право: Седрик Ван Гулит (Нидерланды), Кристофер Бел (Англия), Ян Златков (Бельгия)
  
  
  
  
  
  
  
   Всем миром победим преступность.
   Уникальная полицейская операция была успешно проведена в первый день лета в бельгийском городе Антверпен. Результатом, блестящей работы правоохранительной службы стало изъятие более 500 кг сильнодействующих наркотических средств, в основном опия, который преступники собирались распространить в странах Западной Европы. Впервые для противодействия проникновения наркотиков на рынки Европы, была организована специализированная группа, в которую вошли офицеры полиции трех государств: Англии, Голландии и Бельгии. Первая же операция спец.группы стала самым крупным успехом в противостоянии с наркомафией за всю историю.
   Дорогой читатель, сегодня мы предоставляем вашему вниманию полный текст пресс-конференции спец.группы, которая прошла 10.06.1957г. в Здании Городского Совета г. Антверпена.
   - Вопрос ко всем: Для чего была создана ваша группа, и какие задачи поставило перед вами ваше руководство?
   Первым к микрофону дотянулся Кристофер Бел:
   - Не для кого уже не секрет, что преступность во всем мире консолидируется, создавая свои синдикаты, картели, кланы...с оборотами в миллионы фунтов стерлингов, бороться с которыми становится все сложнее и сложнее...И вот настал такой момент когда необходимо, что называется, всем миром, противостоять организованной преступности. Задача же у нас одна: бороться с организованной преступностью, чтоб обеспечить покой честных граждан и процветание наших государств. Не сомневаюсь, что в скором времени к нам примкнут и другие страны. Мы будем только рады новому сотрудничеству, ведь в прошлом году был принят устав "Международной организации уголовной полиции" и наша группа действует как одно из подразделений данной организации.
   - Мистер Бел, как вообще стало возможно объединение офицеров разных стран?
   - Я, вам так скажу, страны хоть и разные, но Европа то одна, да и цель обеспечения безопасности наших граждан тоже общая. Решение создания, если хотите, триумвирата стало возможным благодаря договоренности на самом верху по каналам МИДа. И это не только почетная, но и очень ответственная миссия. Я, благодарен судьбе, за предоставленную возможность работать в одной команде вместе с такими профессионалами как Ян и Седрик.
  
   - Г-н Златков, правда ли что нынешний "улов" самый крупный за всю историю работы полицейского управления?
   - Насколько мне известно, да! По крайней мере в Бельгии точно. (реплика вызвала смех в зале)
   - Г-н Гулит, какова ваша роль в группе?
   - Я? Кофе вот им готовлю.(опять смех в зале). Если серьезно, мы все делали одно дело и как то выделять себя, не собираюсь.
   - Хорошо, но кто же из вас троих был непосредственным руководителем операции?
   - Ян. Акция проводилась силами бельгийской стороны. Мне кажется это логичным, ведь Антверпен- это бельгийский порт, а не голландский или английский.
   - Вопрос Кристоферу Белу. В вашей троице у всех различные звания, если верить погонам и нашивкам, соблюдаете ли вы эту субординацию?
   - Наши взаимоотношения изначально построены на принципе паритета, и мы не нуждаемся ни в какой иерархической лестнице. Дружба и взаимовыручка, вот что необходимо всем странам Европы, и мы на собственном примере это демонстрируем. Спасибо, за вопрос.
   - Скажите, мистер Бел, удалось ли выяснить, как наркотики добрались до Бельгии?
   - Да. Этой информацией мы владеем в полной мере, но в интересах следствия разглашать ее не будем. Скажу лишь что опиум "родом" из Индии.
   - А удалось ли задержать преступников, перевозивших товар?
   - На сегодняшний день задержаны четыре человека, конечно, это не большой улов, учитывая, что данные "субчики" всего лишь мелкие пешки в большой игре, но поверьте на слово, это только начало. Будет рыбка и покрупнее.
   - Вправе ли мы ждать в скором времени новых подвигов от вашей команды?
   - Ни о каких подвигах речь не идет, мы просто профессионально выполняем свою работу. Ведь от нее зависит жизнь простых граждан, и мы не вправе работать хуже. Так что новых результатов ждать долго не придется, я в этом не сомневаюсь.
   - Вопрос г-ну Златкову. Что, по вашему мнению, приобретет от этого союза Бельгия?
   - Антверпенский порт- это много миллиардные ежегодные обороты, это несколько миллионов тонн перевозимого груза за год. Только представьте, сколько зарабатывают преступные синдикаты, если учесть что размер нелегально ввозимых товаров, по некоторым данным составляет от пяти до двадцати пяти процентов. Это астрономические суммы, с которых как вы понимаете, не только не платятся налоги, но и наносится прямой вред законопослушным гражданам нашей страны. Так что для Бельгии выгода очевидна, как, впрочем, и для всей Европы в целом.
   Пресс-конференция закончилась бурной овацией, едва не растворив последние слова мистера Белла:
   - Обещаю, мы увидимся очень скоро, а времени для общения будет много больше. А сейчас благодарим всех за внимание и просим нас извинить, работа не ждет!
   Последняя страница, как обычно, была посвящена спорту. Фотографии спортсменов, а также последние новости из мира скачек, академической гребли, "горячие" темы с полей футбольных баталий, занимали почти всю страницу. Лишь узкая колонка справа, которую Элиот сразу и не заметил, была отдана под некрологи известным людям, умершим на этой неделе.
   - Лео Ван Марвей...случайно, вслух прочитал Элиот фамилию первого некролога. Извините...
   Карл, с нескрываемым любопытством, округлив свои маленькие серые глазки, которые из под густых бровей с проседью, казались просто серыми точками, смотрел на Элиота.
   - Вы знакомы с Лео, молодой человек?
   - Нет, но уже и не придется...Он умер...по крайней мере если верить этой газете. Свел счеты с жизнью.
   - Бедный, бедный Лео...Вы знаете, молодой человек, Лео Ван Марвей великий человек, вероятно один из самых одаренных, но судьба отнеслась к нему неблагосклонно. Мир знатоков искусства тесен и потому я его хорошо знал, мы дружили долгие годы. Он был лучшим в мире специалистом по эпохе ренессанса: литература, живопись, скульптура, философия... современная живопись...Сотни научных статей, десятки книг, лекции по всему миру...Он успевал везде. Кстати, многие успешные художники современности ему тоже многим обязаны. Ведь одна положительная рецензия, написанная Лео, являлась, по сути, Грин картой в мир искусства для молодого художника.
   - В газете написано о личной трагедии в жизни...
   - Да, он потерял дочь. Лаура, она была наркоманкой...Лео, весь последний год был сам не свой...Видимо так и не смог смириться с потерей дочери. Очень грустно...
   - Видимо она была единственным ребенком...- констатировал Элиот.
   - Да, других детей у него не было.
   Элиот отложил газету. Вынырнув из глубин служебного помещения, бодрой походкой, чеканя шаг, приближался Мишель.
   "Все-таки военная служба дает о себе знать"
   - Элиот, Карл, доброе утро. Что это вам не спится в такую рань?- приветствовал француз.
   - Разве можно пропустить такой чудный восход солнца?- улыбаясь, ответил Карл.
   - Элиот, ты оказался прав на все сто! Вчера вечером по телеграфу я сделал запрос своему руководству, они в свою очередь подключили французскую полицию и вот только что прислали ответ. Две девушки после той поездки вернулись в "положении". Мишель ладошкой изобразил шар на своем животе. Одна до сих пор работает в театре. А вот о второй ничего не известно. Она после возвращения на французскую землю словно растворилась. Готов поспорить именно она, голубушка, и скрылась с американским золотишком.
   -Твой вывод хоть и поспешный, но не лишен здравого смысла. Пожалуй соглашусь.
   - Так что благодаря тебе, теперь полиция вплотную займется злодейкой.
   - Я рад, только уж больно ловка девица, думаю, вряд ли полиция сможет ее найти. Впрочем, кто знает, все может быть.
   На палубе постепенно становилось людно, проснувшиеся пассажиры, сбросив последнюю пелену сна, выбирались из своих кают.
   - Господа, а не устроить ли нам небольшое шахматное состязание?- Вдруг спросил Карл Бюйтер.
   - Втроем?- удивился Мишель.
   - Я не силен в шахматах,- как бы заранее извиняясь, произнес Элиот.
   - Я уверен, среди нас гроссмейстеров нет, тем будет интереснее. Сейчас мы устроим настоящий шахматный турнир. Карл окликнул проходящего мимо мужчину в мундире полковника британской армии с каскадом орденов и медалей на левой стороне груди.
   - Полковник, извините, не желаете присоединиться к нашей компании и поучаствовать в шахматной баталии?
   - С удовольствием, Мэйсон Грант, элегантно наклонив голову, представился мужчина.- Полковник британской армии к вашим услугам.
   - Это Элиот Грин, Мишель Блан и я Карл Бюйтер- представил компанию Карл. Не успел он это произнести, как появился Пьер Дюваль.
   - Элиот вы вчера были великолепны, снимаю перед вами шляпу.
   - Да бросьте, Пьер, не желаете составить нам компанию? Намечается шахматный турнир...
   - С удовольствием, Элиот.
   - Господа, предлагаю для интереса создать небольшой банк. Скажем в один фунт стерлингов с каждого, победитель забирает все!- Разглаживая, свои темные усы произнес военный.
   - Нам просто необходим еще один человек для игры, тогда мы путем жребия разделимся на три пары. Победители пар в круговой системе, меж собой, определят счастливого обладателя шести фунтов. Таков будет регламент. Надеюсь, никто не против?- перебравшись за столик, Карл уже успел, расставить все фигуры на доске.
   Все согласились с регламентом турнира, осталось найти шестого игрока.
   - Господа, я краем уха услышала о нехватке у вас шестого игрока, вы позволите даме присоединиться к вашей компании и тоже принять участие в шахматном турнире?- спросила Беатрис Ллойд, неожиданно подошедшая к мужчинам. Под руку ее держала Джина Кори.- Я большая поклонница этой восточной забавы!
   - С огромным удовольствием, миледи, но вас двое... вы обе хотите участвовать? Тогда нам нужен еще человек...- Карл казался растерянным.
   - О...Не беспокойтесь, Джина будет моим болельщиком. Она не любит шахматы. Верно, Джина?
   - Да, конечно, но я могу быть беспристрастным судьей, если вы не против.
   - Решено. Графиня, вы будете шестым участником, вы мисс Кори назначаетесь судьей соревнования.- Бросим жребий, чтобы составить пары.
   Карл Бюйтер оторвал от газеты край, полоску чистой бумаги, без каких либо символов, разделил ее на шесть ровных частей. Каждый участник на своем клочке написал собственное имя и опустил в импровизированную урну, представляющую собой головной убор полковника. Джина Кори рукой перемешала бумажки и по одной стала их доставать, объявляя образовавшиеся пары. Первый названный из пары будет играть белыми.
   - Карл и Пьер.- Первая пара игроков. Карл играет белыми.
   - Мишель и леди Беатрис.- Вторые. Мишель совершит первый ход...
   - Я уступаю право первого хода даме,- галантно произнес француз.
   - Весьма любезно с вашей стороны, месье, но правила есть правила, и я не намерена их нарушать,- вежливо отклонила предложение графиня.
   - И, наконец, третья пара, Грант и Элиот. Мистер Грант вы начнете игру.
   - Благодарю, вас, мисс Кори, вы отлично справились.- Карл потер ладони, предвкушая интересную игру.- Начнем же, леди и джентельмены!
   - Я, пожалуй, покину вас ненадолго- Джина протерла лицо носовым платком- Проклятая морская болезнь. Я должна принять лекарство, которое совсем не помогает. Проклятье.
   - Мисс Кори, позвольте, предложить вам мои таблетки, это новое средство, поверьте, оно творит чудеса. Вот держите.- Элиот протянул бутылек с таблетками женщине.
   - А как же вы, мистер Грин?
   - О..Обо мне не беспокойтесь, у меня осталось еще. Надеюсь, вам это средство поможет также быстро.
   - Благодарю. Пойду, попрошу стакан воды, приму лекарство и вернусь. Я быстро. Но вы начинайте игру, не стоит меня ждать.- Джина поправила смявшуюся юбку и, придерживая ее одной рукой за край, чтоб ненароком не наступить, во второй, сжимая пузырек с лекарством у груди, побежала, искать стюарда.
  
   Глава 5.
   - Мистер Грант, у вас такое впечатляющее количество медалей на мундире, вы наверняка участвовали в войне с нацистами?
   - Да, миледи, было дело,- скромно ответил Мэйсон Грант.
   - Полковник, прошу вас, расскажите нам о воинской доблести, солдатской, безрассудной смелости, которую вам наверняка пришлось проявить, чтоб заслужить такое количество наград. Это так интересно,- графиня Беатрис Ллойд поближе пододвинулась к офицеру.
   Полковник довольно долго молчал, обдумывая вопрос, видимо ответ давался ему не просто. Наконец молчание прервалось звонким голосом военного:
   - Вы знаете, миледи, находясь в эпицентре военных действий, я всегда придерживался одной мысли, а именно, той, что на войне нет места безрассудству, да и геройству тоже нет. Считал, что солдат должен победить и вернуться домой. Вернуться живым и здоровым к своим матерям, женам, детям. И это уже само по себе, геройский поступок достойный любой награды. Но однажды мне суждено было убедиться, что я не прав. В марте 1944 наши войска должны были соединиться с армией русских. Я тогда был командиром разведотряда. Командование поставило нам задачу: продвинуться вдоль линии фронта и в условном квадрате встретиться с отрядом русских. На рассвете мы выдвинулись, надев белые маскировочные балахоны поверх утепленной одежды. Весна не спешила вступать в свои права, холод стоял жуткий. Сугробы были в полтора ярда глубиной, никак не меньше, поэтому пришлось нам идти на лыжах. По сугробам, по пересеченной местности, где нет и намека на дороги, на плечах тяжеленные рюкзаки с провиантом, оружием и оборудованием для связи, все это создавало отнюдь не простые условия для продвижения. До условленного места было не близко: порядка ста миль. Шли мы больше суток, изредка останавливаясь на отдых. Даже ночью не прекращали движение. Потратили два часа на сон и дальше в путь. И вот когда мы, наконец, добрались, то попали в засаду. Пули засвистели со всех сторон: автоматные очереди, трель снайперских винтовок - это был настоящий адский котел... Я сейчас говорю, что пули свистят, так обычно говорят те кто не был на войне, кто не нюхал пороха, не видел смерть друзей, не делил одну краюху хлеба на троих в земляном окопе. А пули они действительно свистят. Это свист смерти, размахивающей своей косой. Мы даже понять, что происходит, толком не успели. Меня тяжело ранили, кровь просто хлестала, превратив белый маскировочный балахон в ярко красный халат. Весь мой отряд пал смертью храбрых так и не выстрелив ни разу в ответ. Нас как будто поставили к стенке. Это больше напоминало расстрел опасных преступников в тюрьме, чем бой. Все длилось не больше минуты, для меня же она растянулась до бесконечности. От отчаяния хотелось кричать, но вместо крика из горла вырывался лишь жалкий булькающий хрип. Это последнее, что я запомнил, перед тем как потерял сознание от адской боли, разрывающей предплечье.
   - О...Боже...Как же вам удалось спастись, полковник? Верно, вы, родились в рубахе?- спросила графиня. Обернувшись, окликнула стюарда.- Голубчик, принесите, пожалуйста, даме бокал воды.- Извините, месье Грант, что прервала ваш рассказ, так как вы спаслись?
   - Петр Кравцов...
   - Простите кто, я не расслышала?
   - Русский солдат Петр Кравцов под градом пуль, рискуя своей жизнью, вынес меня раненого на своих плечах. Русские добрались до условленного места чуть позже нас. Они сразу вступили в бой с противником, но как, вы, понимаете, силы были не равны. А Петр, он, спас меня, хотя шансы выжить, под непрекращающимся обстрелом были ничтожны, но он все равно тащил и тащил меня, заметьте совершенно чужого для себя человека. Это поистине безрассудный поступок. Лагерь русских был гораздо ближе к условленному месту, потому несколько часов спустя я уже лежал на операционном столе. Как я узнал в последствии, операция длилась больше 14 часов. Моя левая рука была буквально раздроблена несколькими пулями. Лишь благодаря мастерству хирурга, который по лоскуткам, по кусочкам собрал мне конечность, я не стал одноруким инвалидом. Вот, господа, хоть я теперь и не могу поднимать этой рукой тяжести, но все же она работает. Я почти год провел у русских, хотя к тому времени наши армии объединились. Уже после войны я был в Союзе, навещал Петра и его семью. И мне были рады, как близкому, родному человеку, словно мы с Петром кровные братья.
   Тем временем Карл Бюйтер одержал победу над Пьером Дювалем. Настал черед Мишеля Блана и графини Беатрис Ллойд. Мишель расставил фигуры, и партия началась.
   - Мистер Грин...начал было говорить Карл.
   - Прошу вас, просто Элиот.
   - Хорошо, Элиот, а что вы думаете о так называемой "красной угрозе", которой нас так пугают политики? На самом деле это так страшно для нас?
   - Мне трудно ответить на этот вопрос, ведь та информация, что доходит до нас через газеты - это лишь малая часть правды. Потому прессе я доверяю не всегда. Да и от политики я далек...
   - Элиот, позвольте мне высказаться по этому вопросу, все-таки я неплохо знаком с русскими,- вмешался Мэйсон Грант.
   - Я уверен, что "красная угроза" это всего лишь вымысел наших толстозадых политиканов, которые боятся потерять свои аристократические преимущества...Простите, графиня, если я вас оскорбил.
   - Что вы, мистер Грант, я давно привыкла к тому, что аристократическая кровь давно не та, что раньше, да и насмотрелась я за свою жизнь на откормленных отпрысков голубых кровей без единой извилины, а ведь они потом либо управляют огромными кампаниями и капиталами, либо лезут в политику. Вот это меня поистине оскорбляет.
   - Благодарю вас, графиня, вы очень точно сформулировали мою мысль. В советах при всей пугающей непривлекательности их идеологии есть много того, что неплохо бы перенять всем цивилизованным странам. Я говорю о полностью бесплатном образовании, бесплатной медицине, да и работа по воспитанию молодежи вызывает уважение. Кстати своей системой бесплатного медицинского обслуживания, образования и субсидированного государством жилья, внедренной Клементом Этли мы обязаны именно идеям социализма. Замечу лишь одно, что в Советском Союзе это все было доступно уже в 1917 году.
   - Но надеюсь, полковник, вы не станете отрицать, что их коммунистическая идеология- это утопия?- воскликнул Карл Бюйтер.- Кроме всего прочего Советы милитаризованная страна с непомерными имперскими амбициями. Людям зачастую не проглотить кусок правды в чистом виде целиком, и тогда его приправляют ложью, лестью, заверениями, угрозами...Можно любое зло умело маскировать и оправдать обманом. Все это делает их крайне опасными для остального мира. Боюсь, что новой войны человечество может не пережить.
   - Любое сильное государство страдает непомерными имперскими амбициями. Нам англичанам это хорошо известно, не правда ли, мистер Грин?
   - Да, пожалуй.- Элиот кивнул в знак согласия.
   - А что касается коммунизма, то это такой же утопизм, как и наша демократия, как монархия и куча других идеологий и парадигм. Все, в конечном счете, сводится к одному: народ в стране должен быть счастлив, то есть иметь дом для семьи, еду на столе, работу по душе; а благодаря каким идеям и какому правительству он всего этого достигнет ему, поверьте, наплевать.
   - Господа, ну что же мы все о политике то говорим? Среди нас есть отличный детектив, вчера вечером, блистательно подтвердивший свое реноме!- сменил тему Карл.- Элиот расскажите нам о самом загадочном преступлении, которое вам удалось распутать?
   - О, благодарю, вас Карл, признаться, ваши мужские разговоры о политике вызывают у меня приступ мигрени.- Графиня подушечками пальцев потерла виски.- Ну что же вы, Мишель, медлите, ваш ход, не заставляйте даму ждать!
   Мишель, немного поразмыслив, сделал глупый ход, подставив под удар свою королеву.
   - Вам шах и мат, мой милый мальчик,- Беатрис Ллойд победно сжала свои кулачки.- Прошу вас господа, кто следующий?
   Элиот с полковником расположились за шахматной доской.
   - Элиот, извини, я что то пропустил...Ты нам расскажешь, что нибудь интересное из своей практики или нет?- с улыбкой спросил Мишель.
   - Если признаться честно, то большинство преступлений являются совершенно неинтересными. Убийства на почве ревности и пьянства, мелкие кражи - это все происходит с постоянной регулярностью и является совершеннейшей рутиной. В моей практике только дело об убийстве лорда Генриетта Хопкинса можно отнести к интересным делам, с точки зрения детективной составляющей,- произнес Элиот, совершая очередной ход на доске.- Все остальное сущая чепуха.
   - Это не тот ли лорд Хопкинс, что любил закладывать за воротник, а потом валялся до утра в канаве?- спросила графиня.
   - Да он. Тот конфуз долго не сходил с первых полос местной прессы. Резонанс был огромный.
   - Я была знакома с этим проходимцем,- графиня сделала брезгливое выражение лица,- когда-то он приходил просить у моего мужа деньги на предвыборную кампанию их партии. Эндрю много раз давал им деньги, но их аппетиты были непомерны. Когда Эндрю, наконец, ответил отказом этот, мерзавец, Хопкинс пытался его шантажировать. Эту сцену я видела своими глазами, такое невозможно забыть. Эндрю просто вышвырнул его из дома. После этого мы начали строить свои заводы в Америке.
   - Да, колоритный был персонаж,- вставил полковник Грант,- мне тоже приходилось с ним сталкиваться. Он пытался принизить заслуги ряда известных военных, людей честно защищавших честь нашей Англии, и не жалевших для нее собственной жизни. Помню, как расквасил этому болтуну нос.
   - Я слышала, что и последний приют свой он нашел не как порядочный гражданин и верный семьянин. Говорят он умер от утех с молодой куртизанкой...- тихо произнесла Беатрис Ллойд.
   - Осторожно, сударыня, вы раскрываете конфиденциальную информацию. По крайней мере, детективам велели держать язык на замке,- Элиот тяжело вздохнул, затем продолжил,- занимаясь этим делом, я накопал много грязи, не хочется даже говорить об этом. Замечу лишь, что шантаж и семейная неверность это самые скромные преступления, которые совершал этот весьма влиятельный господин. У него действительно сердце не выдержало любовных утех. Весьма вероятно, что дело бы так и замяли, не о каком убийстве речь и не шла, все было совершенно очевидно, если бы не одно обстоятельство. Днем ранее Генриетт Хопкинс вынес из кабинета министерства иностранных дел папку с секретными протоколами. Документы предназначались для очень узкого круга избранных и содержали информацию о прогнозировании и программе мероприятий по увеличению сферы влияния на Африканском континенте. Хопкинс был назначен советником дипломатической миссии в одну из стран черного континента.
   - Африка! Ну конечно, это же алмазы, ценные породы древесины, полезные ископаемые и дешевый человеческий ресурс!- Воскликнул Карл Бюйтер.- Да сейчас, пожалуй, весь мир будет пытаться откусить от столь лакомого пирога.
   - Так вот этой папки не оказалось ни дома, ни у любовницы Хопкинса. Мне поручили отыскать эти evidens. Беседы с женой и той юной леди ничего не принесли. И папку они в глаза не видели, и подозрений у них никаких нет, да и вообще знать ничего не знают.
   -И как же вы тогда поступили, Элиот?- спросил Карл Бюйтер.- Ситуация то выходит патовая. Хотя весьма вероятно одна из женщин отъявленная лгунья.
   - В тот момент мне тоже так показалось.- Элиот удивленно посмотрел на голландца.- Но как, вы, правильно заметили ситуация наметилась безвыигрышная. Мне представлялось три возможных сценария. Первый: папка попала в руки профессионалов и, скорее всего уже покинула пределы страны. Второй: Генриетт Хопкинс отдал документы на хранение третьему лицу по дороге домой, не важно к жене или любовнице. Важный момент при таком раскладе,- это лицо не знает важности документа и вряд ли обладает корыстными мотивами. И, наконец, третий вариант папка находится либо у жены Хопкинса, либо у его любовницы. Но в таком случае возникает вопрос о случайности смерти лорда Хопкинса? Помимо прочего преступник знает о стоимости документов, но как извлечь из этого выгоду, можно предположить с достаточно высокой вероятностью, не знает. Совершенно очевидно, что при первом варианте событий полиция бессильна, что-либо изменить и там уж дело внешней разведки искать эту папку. Таким образом, остались две рабочие версии, которые я был обязан проверить.
   - Готов держать пари- это дело рук жены!- Воскликнул полковник Грант.- Ставлю пять фунтов.
   - Элиот, вы любите пари?- Спросил Карл Бюйтер.- Я принимаю пари,- Карл достал из портмоне мятую купюру,- ставлю, что злодейка, молодая мисс.
   - Я поддержу месье полковника,- Пьер Дюваль тоже достал деньги.- У нас французов азарт в крови, не так ли Мишель?
   - Полностью согласен, поддержу мнение Карла.- Мишель похлопал себя по карману.
   Элиот, глубоко вздохнув, продолжил:
   - Я люблю пари, но обычно это касается исхода спортивных поединков...К тому же господа, должен вас разочаровать вы все ошибаетесь. Пропажа секретных документов лишь часть головоломки. Главной целью преступников был сам лорд Хопкинс. При всех его недостатках он был хитрым, наглым интриганом любой ценой добивающийся поставленного результата. Он высоко метил, и после возвращения из Африки, несомненно, своего добился бы. Такие люди всегда идут по головам, напролом, сметая все и всех на своем пути и, в конечном счете, добиваются своих целей. Я не назову вам имени преступника, поскольку это государственная тайна, скажу лишь, что лорду Хопкинсу подмешали снотворного в виски. С дозой лекарства перестарались, и уже не молодое сердце политика не выдержало.
   - Так значит, все же целью преступников было завладеть секретными бумагами?- спросил Мишель.
   - Нет, бумаги это отвлекающий момент. Преступники не собирались причинять физического вреда лорду, они должны были лишь напоить снотворным Генриетта и отвезти его к молодой леди, сделать компрометирующие фотографии, чтоб в дальнейшем иметь рычаги давления на покойного...Но судьба распорядилась иначе...Вот такая история, господа. Кстати вам мат, полковник,- произнес Элиот, делая последний ход ферзем.
   - То есть преступников было несколько?- уточнил Карл.
   - Конечно, кстати любовница Генриетта тоже оказалась замешанной.- Элиот встал из-за стола,- Чья сейчас очередь играть?
   - А что стало с преступниками?- поинтересовался Мишель Блан.
   - Ничего. Доказать их причастность мне не дали. Как только я стал копать глубже, чем нужно, дело закрыли. Мне дали внеочередное повышение и просили забыть об этом деле,- задумчиво произнес Элиот,- словно кость кинули собаке. Не выношу политику - одна грязь! Вот поэтому я и решил перебраться в штаты, в надежде на лучшую жизнь,- грустно улыбаясь, закончил Элиот.
   - Да, жизнь во многом не справедлива, ко многим не справедлива...- философски заметила леди Беатрис,- но это и отличает сильного человека от слабого: умение действовать наперекор судьбе, вопреки сложившимся обстоятельствам, держать удар каким сильным бы он ни был, переломить любую неприятность в свою пользу.
   - Позвольте, графиня, - смущенно произнес Мишель,- я не совсем понял вашу мысль...Вы думаете, что Элиот слабый, раз он оставил Англию?
   - Вы меня действительно не правильно поняли, Мишель, как раз, потому что Элиот уехал, не переступил через себя, не замарал свою честь сделкой со своей совестью - он сильный!
   - Тогда я полностью с вами согласен,- удовлетворенно кивнул Мишель.
   - Прошу прощения, за назойливость, но все-таки прошу мне объяснить, как вам удалось установить вину той молодой леди?- Спросил Пьер Дюваль.
   - Пришлось подумать, не скажу, что решение нашлось сразу, вовсе нет. Я отправил два письма с одинаковым текстом, в котором говорилось, что я знаю все об убийстве лорда Хопкинса и пропаже секретных документов, а также о вашем участии в нем. Один конверт, как вы все понимаете, адресовался вдове лорда Генриетта Хопкинса, другой "той молодой леди". Признаюсь, это был блеф чистой воды, но он сработал. На следующий день мне позвонили и назначили встречу. В темной, специально приготовленной для приватной беседы комнате одного уютного лондонского кафе человек, лица которого я не видел, передал мне портфель с пропавшими документами и рассказал все недостающие факты этой истории.
  
   В турнире, блистательно обыграв всех соперников поочередно, победу одержал Карл Бюйтер.
   Закончив с игрой, Элиот, сославшись на усталость, отправился в каюту. Достав томик с детективами Рекса Стаута, с наслаждением принялся читать о похождениях лучшего в мире сыщика Ниро Вульфа и его великолепного помощника Арчи Гудвина. Каждый раз, открывая новую книгу, Элиот с грустью сознавал, что скоро она закончится и уйдет то волшебное ощущение интриги, которую таит книга непрочитанная, и за которую миллионы людей так любят детективы.
  
  
   Глава 6 12 августа 1957
   Глухие удары в дверь раздавались с определенной последовательностью, и хоть звук был не громкий, все равно он отдавался в голове спящего англичанина гулким эхом. Элиот, не желая просыпаться, натянул одеяло на голову, но звук никуда не исчез, напротив, стал еще раздражительней. Наспех протерев глаза, взглянув на часы, открыл дверь. В голове крутилась одна мысль: "Черт, себе бы по голове постучал".
   На пороге стоял Мишель в сверкающей чистотой голубой рубашке и черных брюках, перекинув через плечо, словно тогу синее полотенце улыбался, словно римский патриций на олимпийских играх.
   - Мишель, черт тебя подери, ведь только семь утра,- прошипел Элиот.- Голова раскалывается, видно перебрал я вчера.
   - Эл, рад, что ты не спишь, а то боялся тебя разбудить. Специально не стал пользоваться звонком на двери...
   - Да ты и разбудил, говори, за чем пришел и уматывай. Видишь человеку с утра нехорошо. Помнишь ведь мудрость: лучше переспать, чем не доесть... или не допить...
   - Помню, как не помнить. Вчера все допили. Самому с утра нехорошо. Вот и пришел к тебе с добрыми намерениями, дружище, одевайся, бери полотенце, пойдем в бассейн.
   - Ты верно издеваешься? Какой бассейн? Я спать хочу.
   - Бассейн с лазурной, прохладной, освежающей, бодрящей водой - перечисляя, Мишель загибал пальцы, - это лучшее начало дня, уж поверь. К тому же я хочу познакомить тебя кое с кем, одевайся, я подожду здесь.
   - Ладно, дай мне пять минут, я быстро. Все равно уже разбудил.
   Элиот вышел из каюты в ослепительно белой, чуть прозрачной рубашке из тонкого шелка и таких же белых парусиновых брюках. Француз скептически осмотрел друга, хмыкнув какой то комментарий про ангела на французском языке, себе под нос, и повел Элиота к лифту. Бассейн находился этажом ниже. Мишель решил не спускаться по лестнице, а воспользоваться лифтом, который располагался рядом с капитанской рубкой и был предназначен в основном для обслуживающего персонала.
   - Так с кем ты хотел меня познакомить?- с интересом спросил Элиот.
   - Имей толику терпения, мой друг, и ты все узнаешь,- француз галантно пропустил Элиота внутрь лифта первым.
   - Хорошо сдаюсь, я хочу познакомить тебя с одной очаровательной девушкой, Шарлотой...Она американка, путешествует с родителями. Клянусь, она прекрасней самой Одри Хепберн. Словно греческая Афродита, рожденная пеной морской...
   - Ну, ну...
   Пройдя по узкому коридору мужчины, остановились перед дверью с табличкой "Men", отворив которую оказались в комнате для переодевания, обставленной металлическими ящиками и деревянными скамейками. На противоположной стороне, поблескивая медной ручкой, располагалась еще одна дверь, ведущая в следующую комнату с душевыми кабинками, проход через которую вел в просторное помещение с бассейном. Пока Элиот аккуратно развешивал одежду внутри своего ящика, Мишель сидел на скамейке, нервно барабаня пальцами по дереву.
   - Эл, ну, сколько можно копаться?- спросил, не выдержав, Мишель.
   - Все я готов,- Элиот натянул резиновую шапочку,- идем.
   Вдоль длинной стороны прямоугольной чаши располагались скамейки и небольшие журнальные столики, один из которых заняли Мишель и Элиот. Вода действительно отливала бирюзовым блеском, создавая яркий контраст с шоколадным загаром мужчины спортивного телосложения, неспешно плавающего в гордом одиночестве. Благодаря искусной иллюминации и итальянскому мрамору, которым были облицованы стенки бассейна, помещение казалось просто огромным, а акустика была сравнима с небольшим оперным театром, впрочем, за исключением трех мужчин сей театр был безлюден.
   - Доброе утро, Мишель,- не прекращая плавать, произнес мужчина с шоколадным загаром.
   - Доброе, Гари. Элиот знакомься Гари Джеймс первый помощник капитана, мой хороший друг. Гари это Элиот Грин детектив и мой друг с незапамятных времен,- представил мужчин Мишель.
   - Много лестных слов от капитана слышал о вас, мистер Грин. Заметьте, кэп, слов на ветер не бросает.- Гари Джеймс выбрался из бассейна и принялся обтираться полотенцем.
   - Предлагаю выпить по кружке кофе, чтоб сполна насладиться прекрасной свежестью утра,- произнес Гари,- сейчас я позову стюарда.
   - Закажи, пожалуйста, на нас тоже, мне со сливками и две ложечки сахара,- попросил Мишель.
   - Мне апельсиновый сок, если не затруднит,- произнес Элиот.
   - Хорошо, значит сок и два кофе со сливками и двумя ложками сахара.- Гари вышел из помещения окрикнуть стюарда.
   - Знаешь Мишель, не хочу тебя расстраивать, но, на мой взгляд, Афродита должна выглядеть чуточку иначе,- рассмеялся Элиот.
   - Давай смейся, она появится с минуты на минуту, вот увидишь!- француз взглянул на часы.
   - Конечно, сейчас принесет кофе и сок...
   - Да если хочешь знать Шарлота самая прекрасная девушка из тех, что мне доводилось встречать в жизни. Только представь: невысокая, стройная, с копной вьющихся огненно рыжих волос, с небольшим носиком, красивым ртом с пухлыми губками и самыми огромными, что я видел, голубыми глазами. Я с трудом сглотнул и едва унял дрожь в своих коленях ...
   - Да я вижу, тебе вскружили голову? Эх, еще одна жертва слабого пола...- продолжал иронизировать Элиот.
   - Простите, так кто вскружил голову Мишелю? - неожиданно спросила девушка, возникшая словно мираж.
   Элиот ощутил нежный фиалковый запах, исходивший от волос девушки.
   На щеках француза выступил румянец, глаза уставились в пол, голос потерял твердость, заплетающимся языком он выдавил:
   - О, Шарлота...Мы с моим другом как раз обсуждали политику, так глупые мужские разговоры, ничего интересного...
   - Надеюсь, у твоего друга есть имя, не так ли, Мишель?
   - Элиот Грин, к вашим услугам, мэм,- Элиот с почтением наклонил голову. Сражен вашей красотой наповал. Готов хоть сейчас сдаться к вам в плен.
   Девушка громко рассмеялась, обнажив ровные белые зубки. Ее звонкий голос приятно ласкал слух:
   - Я пленных не беру...Шарлота Мур, рада с вами познакомиться. Вы произвели на меня впечатление этой историей с грабителем, не запомнила как его звали...Кажется, Доли...Здесь на корабле только о вас и говорят, вы теперь герой.
   - Это все глупости, Шарлота, никакой я не герой и хватит об этом.
   - Мишель мне многое о вас рассказал, не скромничайте.
   - Наверняка все выдумал, мы с ним давно не виделись...Да не стой ты как истукан, скажи что ни будь,- Элиот толкнул друга в плечо.
   - Прекрасно выглядишь, Шарлота,- нашелся Мишель.
   - Спасибо, очень мило...Вы французы всем девушкам говорите комплименты.- Шарлота лукаво улыбнулась.- Я стараюсь не верить словам.
   Мишель покраснел еще сильнее, на него стало больно смотреть.
   - Давайте уже, наконец, поплаваем,- Элиот с разбега прыгнул в бассейн, брызги воды полетели во все стороны. Шарлота и Мишель последовали его примеру.
   Тем временем появился Гари, в руках он держал небольшой серебряный поднос, на котором едва уместились две кружки с кофе и стакан с соком.
   - Господа, прошу, ваш заказ,- произнес Гари тоном добротного английского дворецкого. Его голос благодаря прекрасному отражению звука многократно усилился, тем самым, напугав самого помощника капитана.
   - Чаевые на столе, вы их заслужили Джеймс,- пошутил Мишель.
   - Прошу к столу.
   Тут Гари заметил девушку:
   - О, господа, ответьте, где вы нашли столь прелестную русалку, я немедленно туда отправлюсь.
   - Вот изображал стюарда, отправляйся теперь на кухню..,- сострил Мишель.
   Молодые люди выбрались из бассейна, обернулись в полотенца и расположились за столиком. Легкая, прозрачная дымка, тянущаяся от поверхности ароматного напитка, распространяла такой аппетитный запах молотых зерен, какой бывает только в настоящих турецких кофейнях, в которых довелось побывать Элиоту в далеком детстве. Когда наслаждение ароматом или как они говорят созерцанием, нисколько не уступает наслаждению вкусом. Очень тонкая восточная грань. Англичанин пожалел, что тоже не заказал кофе, как истинный джентльмен он отдал свой сок даме.
   - Месье, Блан, на верхней палубе драка, Чарльз Добс, американский землевладелец пьян ужасно, с ножом... дети...скорее ..., какой скандал...- тяжело дыша, прохрипел вбежавший матрос, видимо один из подчиненных Мишеля.
   - Черт, этого еще не хватало, что пьян с самого утра? Минуту спокойно не отдохнешь,- запричитал Мишель,- Элиот, Гари вы со мной?
   - Конечно, как мы можем пропустить такое веселье.
   То, что происходило на верхней палубе, напоминало комедийную сцену из времен немого кинематографа. Чарльз Добс пятидесятилетний мужчина с приличным брюшком, невысокого роста с солидной проплешиной на голове, который при своей комплекции никак не походил на хулигана, еле стоял на ногах, что, по всей видимости, требовало от него невероятных усилий, при этом размахивал перочинным ножом во все стороны и издавал нечленораздельные звуки. Радостные ребятишки подначивали Добса детскими дразнилками, носились, словно угорелые по всей палубе создавая веселую кутерьму и неразбериху. Женщины кричали, опасаясь за своих детей. Хаос стоял невообразимый.
   Моментально оценив ситуацию, Мишель велел своим подчиненным освободить палубу от посторонних. Хоть и не сразу, но женщин и детей удалось угомонить и отправить по своим каютам. Чарльз Добс же находился на таком уровне опьянения, что не как не мог себя контролировать. Мишель пытался уговорить хулигана бросить нож и пойти в каюту спать, но его слова Добс просто не слышал, его мозг казалось, отключился, а тело живет своей жизнью. Он так и стоял, вытянув руку с ножом перед собой. После безуспешной попытки мирно успокоить смутьяна, Мишель, тяжело вздохнув, с грацией африканской кошки быстро нанес толстяку короткий и сильный удар в подбородок. Ноги Чарльза подкосились, взгляд помутнел, тело стало заваливаться вперед, но упасть ему было, не суждено. Элиот и Гари, аккуратно подхватив его под руки, потащили в каюту.
   - А эту штуковину я, пожалуй, изыму до конца путешествия,- произнес Мишель, поднимая с пола перочинный ножик.
   - В какой каюте он живет?- спросил Элиот.
   - В 14с,- ответил шедший сзади Мишель.
   - Сосед мой, тяжелый какой, центнер не меньше...
   - Элиот, ты обратил внимание какие у него ухоженные руки?- спросил Гари.
   - Ты про то, что они белые с нежной кожей, а ногти покрыты лаком?
   - Так они еще и с маникюром? - удивился Мишель.
   - О, да, что, несомненно, очень странно для фермера.
   - Хороший удар Мишель, служба во французском легионе не прошла даром,- похвалил друга Элиот.
   - Да школа была что надо,- согласился француз.- Хоть и не часто приходится применять силу.
   - Ты лучше расскажи, где ты познакомился с такой красоткой?- поинтересовался Гари.
   - Вчера, после ужина в зале для гостей были танцы. Живая музыка, кавалеры приглашают дам...Помнишь ты сам не хотел туда идти.
   - То есть после танцев ты, прихватив бутылку коньяка, пришел ко мне и не словом не обмолвился про девушку?- прищурившись, Элиот посмотрел на друга.
   - О да, тебе только повод дай, будешь подкалывать всю дорогу.
   - Я боюсь, над нами теперь весь корабль будет смеяться, гуляем тут перед местным бомондом в одних плавках,- с отдышкой произнес Гари,- Элиот давай передохнем чуток?
   - Не волнуйся, нашу одежду принесут к нему в каюту, я распорядился,- Мишель ткнул пальцем в толстяка.
   Уложив Добса в постель, переодевшись в свою одежду, друзья договорились встретиться через 15 минут на верхней палубе. Уютно устроившись за столиком, Элиот попросил принести чашку кофе у подоспевшего стюарда, не забыв поблагодарить того за оперативность, прикрыл глаза, и, откинувшись на спинку стула, принялся ждать заказ.
   - Мистер Грин, вы позволите бедной женщине погреться теплом вашего гостеприимства?
   Открыв глаза, Элиот увидел перед собой, улыбающееся лицо Джины Кори.
   - Конечно, прошу вас миледи, присаживайтесь,- Элиот помог женщине сесть, пододвинув за ней стул.- Я вижу вам значительно лучше, бледность исчезла с вашего лица.
   - Благодаря вам, милый Элиот, благодаря вам. Я снова прекрасно себя чувствую, еще никогда путешествие водным транспортом не доставляло мне столько радости, я вам весьма признательна за ваше лекарство.- Джина кокетливо потупила глазки,- Выпьете, со мной за компанию?
   - Спасибо, я уже заказал себе кофе.
   - Хорошо, стюард, принесите даме мартини со льдом и один апельсиновый сок.
   - Что нибудь из закусок?
   - Нет, это все, спасибо.
   - Одну минуту, миледи,- черкнув в блокнот заказ, стюард словно испарился.
   - Вы, заметили, как прекрасно здесь обслуживают? Признаться, я приятно удивлена, такой скорости мне не довелось встречать ни в одном британском ресторане.
   - Пожалуй, вы правы на все сто процентов. Команда на корабле под стать капитану. Выучка отменная. Все делают быстро, правильно, как автоматы.- Элиоту уже изрядно надоел этот обмен любезностями.
   - Заранее прошу простить за излишнее любопытство, мистер Грин, но позвольте один вопрос?
   - Конечно, спрашивайте.
   - Какие чувства вы испытываете, когда ловите преступников?
   - Любопытство...азарт, злость да много еще...Вы знаете, чувства всегда возникают разные, как и сами преступники. Многих из них на преступление толкает жизнь или, если точнее, наше общество, с его искаженными идеалами...
   - Вы хотите сказать, что некоторые подонки не виноваты, что они являются ворами и убийцами?
   - Я лишь хочу сказать, что закон должен быть одинаков для всех, и соблюдаться он должен безоговорочно, будь ты хоть принцем, хоть портным. Никакой избирательности для прав человека и исполнительности закона я не приемлю. А у нас зачастую происходит, так что если скажем лично у вас, дамы с положением и большим мешком денег в закромах украли брошь, то и полиция работать будет с особым рвением, как же, ведь это и благодарность от начальства, да и в газете напечатают- почет, а найдут эту брошь у бедной горничной, то поверьте наказание для нее будет весьма суровым. А вот если взять и поменять вас местами все с той же горничной, то и полиция рвения проявлять не будет. Да и наказание для вас будет более снисходительным, а то и вообще все замнут по-тихому, кому нужен очередной скандал,- Элиот, с удовольствием сделав глоток горячего кофе, бережно принесенного стюардом, продолжил.- Конечно, на сегодняшний день наше общество далеко не идеально, возможно, оно никогда таким и не будет, но стремится к более высокой толерантности и гуманности человечеству необходимо. Более того, выскажу идею, что пока не будет полного равноправия среди всех слоев населения, то может, и не каждый преступник должен быть наказан: я верю, что есть люди, которые своей жизнью искупили все свои прегрешения, конечно, если они не касались жизни других людей.
   - Намекаете, что среди преступников встречаются хорошие люди?
   - Понятия добра и зла слишком размыты, чтоб мерить людей только такими категориями. Не бывает людей только хороших и только плохих. Я знаю лишь одного человека, который был полностью положительным, да и того распяли. Но лично мне интересен другой аспект. Представьте двух человек смотрящих сквозь решетку. Так вот один из них видит грязь, а другой звезды...
   - Х..м точка зрения достаточно интересная, хоть я и не полностью ее разделяю. Так что тогда толкает вас на работу в полиции? Ведь там приходится подчиняться существующему положению вещей, если так можно выразиться, безжалостной государственной машине, не идет ли все это в разрез с вашими взглядами?
   - Ни в коей мере, так у меня всегда есть шанс сделать мир хоть на чуточку лучше, светлее, если хотите. Я могу защитить слабого, помочь обычным людям и это меня греет. Но самое главное в своей работе я могу наблюдать человеческое поведение, его сущность, искренность, пороки, что крайне любопытно. Это, признаюсь, моя маленькая слабость и страсть.
   - О...значит вы цените наблюдательность...А что можете рассказать, например, про меня пользуясь только своей наблюдательностью,- Джина Кори хитро прищурила глаз.
   - Признаться, не много, но одно могу сказать точно. Вы с графиней Беатрис медленней всех на этом судне кушаете, отчего встаете из-за стола самыми последними. Даже не знаю чем это вызвано, возможно, привычкой часто устраивать званые ужины и по долгу принимать гостей.
   - О...нет. Тут вы ошибаетесь,- женщина звонко рассмеялась.- Это давняя история. Мы с Беатрис являемся ярыми флетчеристками и всегда методично, а главное тщательно пережевываем пищу.
   - Ну, конечно же, это все объясняет,- молодой человек постучал по своему лбу кулаком.
   - Еще могу сказать...
   - Достаточно, я вижу от вас тяжело что то утаить, а это уже страшновато...Знаете ли каждый хочет иметь свои маленькие секреты.- Джина, открыв свой кожаный ридикюль, своими пухлыми формами напоминавший походную фляжку, принялась, искать что-то внутри.
   - С этим не поспоришь, личная жизнь должна быть неприкосновенна.
   - Вы очень помогли мне, mon cher, подарив чудесное лекарство, потому у меня тоже есть для вас небольшой подарок. Вот возьмите эту фотографию. Это наша с Беатрис семейная реликвия. Одна из последних фотографий полной семьи Ллойд.- Мисс Кори протянула пожелтевший от времени снимок.- Спасибо за приятный разговор, но все когда-то непременно заканчивается и мне приходится покинуть ваше прекрасное общество. Беатрис вышла полюбоваться на безбрежные океанские просторы, придется составить ей компанию. Еще увидимся, a bientot.
   - Да конечно, миледи, еще увидимся.
   На фотографии Элиот узнал в радостно улыбающемся мужчине Эндрю Ллойда, некогда одного из самых состоятельных людей империи, который стоял на ступеньке длинной и достаточно крутой лестницы в элегантном фраке с эффектной орхидеей в петлице. Расположившись на ступеньку выше, стояла стройная женщина в черном облегающем платье с глубоким декольте, небрежно набросившая на плечи легкую тунику из газа, на голове у нее красовалась модная шляпка со страусиным пером и прозрачной вуалью, не скрывающей впрочем, бледновато угрюмое, почти злое лицо Беатрис Ллойд. На обороте стояла дата 12 декабря 1942 года, нанесенная черными чернилами. Повертев еще не много фотографию в руках, Элиот сунул ее в задний карман брюк, отметив в очередной раз для себя странность этого "подарка".
  
  
  
   Глава 7 13 августа 1957
  
  
   - Как же все-таки здесь хорошо,- произнес Элиот, допивая уже вторую пинту пива. Янтарный напиток, плескавшийся в бокале, на свету искрился пузырьками подобно бриллианту в оправе, доставляя поистине эстетическое наслаждение, приправленное ярким хмельным вкусом.
   Мишель и Гари расположились за одним столиком с англичанином на верхней палубе и спокойно потягивали из разноцветных трубочек выжатый апельсиновый сок.
   - Эл, разве можно пить с самого утра?- нахмурившись, спросил Гари,- так недалеко и ...
   - Господа, между нами разница размерами с Великий каньон. Я здесь отдыхаю. Путешествую, а вы работаете, потому мне можно пить с утра, а вам, соответственно, нет. Вы не представляете как это приятно...
   - Что приятно? К обеду валяться в прострации, как месье Добс?
   - Нет, вспомнить студенческие годы...И вас позлить, тоже приятно.
   - Ну тебя к черту. Самюэль, принеси нам с Гари тоже по пинте,- Мишель окрикнул стоящего неподалеку стюарда.
   - Хорошо, сэр. Я мигом.
   Почти сразу на столе появились две кружки с золотистым напитком, обрамленным белой шапкой густой пены.
   - Говоря про студенческие годы, я сразу вспоминаю случай с моим соседом Джоном Макалистером,- сдув пену Гари неторопливо продолжил,- мы тогда только заехали в общежитие, ну и решили это дело отметить. Помнится кампус нашего колледжа, был разбросан по всему Лондону. Но окна нашего корпуса прямиком смотрели на темные воды Темзы. Неподалеку, прямо на берегу реки, располагалась таверна "Три хлыста" гадюшник по своей сути, где ошивался всякий сброд, но выпивка там была что надо, отменная. Я долго пытался понять, кого мне напоминает наш капитан? Так вот Джером Смит точно копия хозяина того заведения. В этом царстве пьяного дурмана всегда сохранялся жесткий по настоящему военный порядок, и никогда не случалось драк или перебранок, хотя сама атмосфера, казалось, этому благоволит. Это так ремарка к слову, простите.
   - И часто вы там засиживались?- усмехнувшись, спросил Мишель.
   - Частенько...Но сейчас не об этом. В тот раз мы туда не пошли. Старший брат Джона сумел пронести спиртное прямо к нам в блок. Как мы в тот памятный вечер славно простились с юностью вступив на стезю взрослой студенческой жизни...С утра первой парой у нас была какая то муть, уже не помню что именно, но предмет не профильный- это абсолютно точно. В общем, я остался в своей кровати, дальше давить подушку и досматривать мрачные похмельные сны, а Джон нашел таки в себе силы пойти на лекцию, проявив поистине спартанскую твердость духа и удивительную тягу к знаниям, чем впрочем, в последствии он не отличался. Нашел, значит, он аудиторию, сел за первую от входа парту и благополучно уснул. Через некоторое время в зал вошел старенький профессор, поздоровался со студентами и захотел написать тему занятия на доске и, не обнаружив мела, послал ученика в соседний кабинет попросить кусочек. Как вы понимаете, профессор послал Джона, так как он дремал ближе всех к входной двери. Джон, медленным шагом выйдя из аудитории, побрел в поисках мела к соседней двери. Пройдя почти через весь коридор, он входит в просторную двухэтажную аудиторию, в которой почти растворилась небольшая группа студентов. И как путевый спрашивает:
   - У вас не найдется лишнего кусочка мела?
   - Нет, сами ждем,- отвечает ему преподаватель.
   Тогда Джон тем же путем возвращается назад и честно признается:
   - В соседнем кабинете мела тоже нет!- Но смутные подозрения начинают одолевать парня.
   - Я уже понял,- смеется профессор.
   И только тут до Джона доходит, что пройдя по коридору он вошел в собственную аудиторию просто в другую дверь. Все смеялись как угорелые. Потом какой то гад нацарапал гвоздем на двери нашей комнаты "Будет мел заходи". Нам пришлось долго объясняться по этому поводу с комендантом и впоследствии красить дверь.
   - Мы тоже любили повеселиться,- вставил Мишель. Как-то раз отмечали, мой день рождения в Париже, вернее сказать засыпали еще в Париже, а проснулись уже в Лондоне, сам не помню, как там оказались, но именно тогда мы и познакомились с тобой Элиот. Золотые были денечки.
   - Ну а ты Эл, чего нам расскажешь?
   - Ничего. А что ты там, Мишель, говорил про Добса? Нужно бы его навестить. Пожалуй, прямо сейчас самое время. Парни, Вы со мной?
   - Нет. Я не пойду, мне еще к капитану нужно заскочить.- Гари одним глотком допил свое пиво,- а вы ступайте, узнайте, что там на него вчера нашло?
   - Кстати, Гари, где капитан пропадает в последнее время, не видно его стало совсем?
   - Он дежурит в рубке. Те дни была моя очередь, теперь его.
   - Понятно. Ладно, пошли к Добсу, Мишель.
   Сквозь приоткрытую дверь каюты 14с слышалось ровное дыхание, резко сменяющееся посвистыванием, исходившее от лежащего на кровати крупного тела. Чарльз Добс покоился в той же позе, в какой его оставили Гари и Элиот. Видимо просыпаться он не собирался. Дышать в помещении было исключительно нечем. Спертый, насквозь пропитавшийся алкогольными парами воздух щекотал ноздри не хуже нашатырного спирта.
   - Пусть спит, давай зайдем позднее,- проронил Элиот.- Ну и вонь, дышать невозможно.
   - Ок. Давай только дверь пошире откроем, чтоб проветрить. Чем сейчас займешься?
   - Пойду в каюту книжку полистаю. Давай часа через два заходи, еще раз навестим этого фермера. Откуда он говоришь?
   - Из Невады, если не ошибаюсь. Так написано в его формуляре.
   - Из Невады? Очень интересно...
   - Что уж тут интересного? Очередной американский ковбой.
   - Ага. Ладно, вот мы его обо всем и расспросим.
   Два часа спустя друзья снова стояли у открытой двери. Чарльз Добс все еще лежал на своей кровати, прижимая к голове лед, завернутый в полотенце.
   - Добрый день, мистер Добс! Мы можем пройти?- спросил Элиот, закрывая за собой дверь.
   - Конечно, господа, милости прошу.- Мужчина с трудом выжимал из себя слова. После каждой фразы обтирая платком влажный после льда лоб.
   - Господа, позвольте сразу принести извинения за вчерашний инцидент. Мне стыдно за свое неподобающее джентльмену поведение. Господи моя голова готова разорваться. Чувствую себя наковальней, по которой методично лупят кувалдой.
   - Мистер Добс, надеюсь, вы больше не позволите себе подобного поведения?- спросил Мишель.
   - Конечно, конечно. Я совсем не умею пить. У меня слабый организм. Полная непереносимость алкоголя. Выпил бокал красного вина, а развезло будто не меньше галлона...Клянусь больше такого позора не повториться.
   - Какая же сила заставила вас пить, коль вы знаете о своей слабости?- Элиот оперевшись руками на комод внимательно смотрел на американского фермера.
   - Плохие новости, касательные моего бизнеса. Дела сейчас идут не лучшим образом. Кредиты, вечные дожди, не урожай...Вот нервы и сдали...Да что там говорить...пустое...
   - Вы говорите о делах в вашем фермерском хозяйстве в Неваде? Я правильно вас понял?
   - Да, все верно. У меня много земли. Растет кукуруза, хлопок, соя...
   - Впечатляет. Наверное, приходится много времени проводить на свежем воздухе? Работы ведь много?
   - Да уж хватает. Отдыхать мне не когда. Вкалывать приходится по 14 часов в день, не меньше ломовой лошади, чтоб прокормить семью и платить по закладным.
   - Я немного читал о выращивании сельскохозяйственных культур, исключительно для расширения собственного кругозора...Вы позволите вопрос, все-таки не часто приходится общаться с профессионалом в этой области. Возможно, я в последствии тоже займусь растениеводством.
   - Пожалуйста, буду рад помочь.
   - У меня вопрос про необходимость чередования сельскохозяйственных культур по полям и годам, так называемом севообороте- однорядном и многорядном. Вы, какой из них применяете? И какой севооборот посоветуете начинающему фермеру?
   - Я пользуюсь многорядным. Это дороже, требует больших затрат, но приносит больше урожайность. А начинающему фермеру посоветую однорядный, так как он проще в осуществлении и не требует глубоких знаний.
   - Премного благодарен, я так и думал.- Элиот рукой поправил прическу,- отдыхайте, приводите себя в порядок, не будем вам мешать, пошли Мишель.
   Француз задумчиво разглядывал фотографию, стоящую на письменном столе в изящной серебряной рамке. Со снимка широко улыбался молодой человек в форме американских ВВС на фоне сверкающего алюминием самолета.
   - Ножичек ваш я отдам по прибытии. Так, на всякий случай,- прощаясь, произнес Мишель.
   - Ваше право. Спасибо за понимание, господа.
   Элиот посмотрел на часы.
   - Вот и время обеда. Идем?
   - Идем. У меня все не выходит из головы этот Добс. Все таки довольно странный мужик...Не может пить, зачем лезет в бутылку...
   - Согласен. Хотя все-таки не странный, скорее таинственный.
   - Таинственный? Поясни...
   - Человек, который лжет обычно, что-то скрывает. Хранит свою тайну, покрывая ее обманом, словно конфету оберточной бумагой.
   - С чего ты взял, что он лгал?
   - О, это я могу утверждать совершенно точно. Наш Добс такой же фермер как ты или я! Другими словами он лжет!
   - А кто же он, по-твоему?
   - Не имею ни малейшего понятия. Одно могу сказать, что лжец из него неважный.
   - Хорошо допустим. Мне же он не показался лгуном, к тому же осведомлен о терминах неплохо. Ты его спросил о севообороте, он как на духу ответил. Ни секунды не сомневался...Я, к слову, вообще, никогда ни о чем подобном не слыхал.
   - Ты видел его руки? Белые, нежные, с маникюром...Ни грязи под ногтями, ни мозолей, кожа не обветрена. Да одного взгляда на них достаточно чтоб понять, что он никогда не имел дело с землей.
   - Но как же быть с многорядным севооборотом?
   - Это как раз самое простое. Таких понятий не существует. Я выдумал их...только что. Хотел убедиться в своей правоте, и Добс попался. Он ничего не знает ни о севообороте, ни о сельском хозяйстве. Кстати, факт для размышления: в Неваде нет сельского хозяйства как такового, там вечная засуха и потому ничего толком не растет.
   - Вот черт! А Добс, кажется, говорил про дожди...
   - Вот и я думаю, что он либо плохо знает свою страну...
   - Либо вовсе не американец, за которого себя выдает,- закончил мысль друга Мишель.
   - Прямо в точку. Молодец, месье Блан, ты на глазах делаешь успехи.
   - Все равно не пойму: зачем ему врать? Ну не фермер он и что с того? Какой в этом смысл?
   - А это, мой дорогой друг, самый правильный вопрос! Именно благодаря нему, я назвал мистера Добса таинственным.
  
   Глава 8 13 августа 1957
  
  
   Последние два дня Джерома Смита не было видно среди пассажиров "Королевы Атлантики". Он согласно составленному расписанию нес дежурство на капитанском мостике, поэтому его место за столом во время ужина занимал Гарри Джеймс. Первый помощник капитана оказался прекрасным собеседником, к тому же прекрасно играющим в бридж, благодаря чему Элиот и Гари довольно быстро нашли общий язык и подружились, проводя много времени за карточным столом. Игра остановилась заполночь. Проигравшись в пух и прах, Элиот решил насладиться тишиной и одиночеством летней ночи. Рубаха с короткими рукавами не защищала от ветра, и Элиоту пришлось, прихватить с собою теплый джемпер. На верхней палубе не было ни души, как он и предполагал. Каково же было удивление, когда сзади послышались шаги.
   - Эл, вот ты где, а я везде тебя ищу,- Мишель встал рядом, натянув черный вязаный джемпер до подбородка, после чего облокотился на поручень, прикрепленный к борту судна.
   - Ты знаешь, что в этом свитере похож на невидимку? В темноте видны только твои глаза, можешь запросто кого-нибудь напугать.
   - Нормальные люди по ночам спят, а не бродят по кораблю. Так куда ты подевался после обеда?
   - Мы с Гари, а также чета Грант, любезно примкнувшая к нам, играли в карты. Время пролетело так быстро, что нам пришлось просить ужин в игровой зал. А что я пропустил нечто важное?
   - Нет, конечно. Просто Шарлота сегодня ужинала за нашим столиком...
   - Ничего не поделаешь...Я надеюсь, вы хорошо провели время вместе?
   - Да. Прекрасно. Смотрю, вы поладили с Гари?
   - Ага. Он отличный малый. Проиграл ему 20 фунтов. Хитрый...как сам дьявол.
   - Не мерзнешь в безрукавке?
   Порывистый влажный ветер, столь характерный для Атлантики в это время года, своим леденящим дыханием трепал волосы, царапал щеки, пробирая холодом. Элиот накинул джемпер, который держал в руках.
   - Здорово похолодало а?
   - Так здесь каждую ночь.
   Луна ярким диском ползла по небосводу, освещая пространство нежным белым светом. Мириады тускло мерцающих звезд подобно бриллиантам, рассыпанным по небу, сверкали холодным светом.
   - Красиво, не правда ли?
   - Чертовски красиво. Сколько же все-таки на небе звезд? А сколько планет подобно нашей Земле? Сколько же тайн еще совершенно не тронутых человеком хранит для будущих поколений этот манящий мир космоса.
   - Согласен. Весьма вероятно, что люди не одиноки во вселенной. Возможно, что где-то в глубинах космоса обитают существа гораздо разумнее нас и обладающие фантастическими технологиями, позволяющими уже сейчас исследовать и обживать новые планеты и целые звездные системы.
   - Ты веришь, что и мы в скором будущем сможем полететь к новым звездам?
   - Не знаю на сколько в скором...Но полетим несомненно. Не забывай, что ресурсы нашей планеты не безграничны, а освоение космоса откроет перед человечеством не только новые технологии, но и новые ресурсы о которых мы пока ничего и не подозреваем.
   - Я, конечно, не мечтаю о таком далеком времени, но вот заселить Луну, создать там некую базу, площадку для будущих космических экспедиций, мне кажется, нам будет вполне по силам. А это уже впечатляющий шаг навстречу дальним межпланетным перелетам...
   - В средние века была эра великих географических открытий, когда человек открывал новые земли, изучал моря, океаны...Прошло пять столетий и вот уже человеческому разуму тесно на целой планете. Не за горами время великих космических открытий и путешествий к новым мирам. Я в это искренне верю.
   - А к какой звезде ты сам хотел бы полететь?- спросил Мишель.
   - Не думал над этим, может вон к той оранжевой звездочке,- Элиот пальцем указал на яркую точку недалеко от ковша Большой медведицы,- это Арктур самая яркая звезда в созвездии Волопаса.
   - А я бы выбрал Альтаир или Кассиопею...
   - А ты знаешь, что некоторые звезды находятся от нас так далеко, что свет доходит до нас за сотни, тысячи лет...Только представь, звезды уже может давно нет, она стала сверхновой, а мы и наши потомки будут видеть ее сияющей на небе.
   - Не знал. То есть мы видим небо прошлого?
   - В некотором роде, так оно и есть. Я вот о чем подумал только что,- Элиот оперся подбородком на кулак подобно Роденовскому мыслителю,- а ведь нам, людям, нужно стремиться быть похожими на звезды и прожить жизнь так чтоб, оставить свой яркий след для будущих поколений. Подобно Шекспиру с его бессмертными литературными произведениями, Микеланджело с его скульптурами и соборными фресками...
   - Или как Гюстав Эйфель с его "стальной красавицей"?- Вставил Мишель.
   - Да. Возможно, как он...примеров множество. Их уже нет, кого-то давно нет, но их культурное наследие настолько велико, что будет жить вечно.
   - Ну, ты загнул. А что делать нам, простым смертным, кто не в состоянии писать книги, сочинять музыку, ваять скульптуры и строить башни?
   - Я думаю, что каждый человек способен на многое, только он сам не знает об этом.
   - Нужно только верить в себя!
   - О...отлично сказал. По поводу веры,- Элиот улыбнулся,- слушай анекдот: "Англия. Перед таверной стоит английский лорд. Чопорный, одет в элегантный черный фрак, в одной руке держит трость, другой придерживает цилиндр на голове. К нему подъезжает деревенский мужичок на коне и говорит:
   - Послушайте, милейший, подержите мою лошадь, прошу.
   - Сэр, как вы смеете!
   - Подержите мою лошадь, прошу, я всего на минутку.
   - Сэр! Я член конгресса!!!!!
   - Неважно! У вас вид честного человека. Я, пожалуй, рискну...
  
   - Черт, в самую суть...Народ нигде не верит политиканам.- Мишель тихо рассмеялся.
   Вдруг в темноте послышался шорох. Черный силуэт человека, одетого в куртку с накинутым капюшоном быстро пробежал по палубе вниз и исчез в направлении пассажирских кают.
   - А ты говоришь, по ночам все спят,- Элиот улыбнулся,- не мы одни выходит, на звезды любуемся.
   - Конечно, капитан тоже не спит. Вон свет горит в рубке.
   - Ладно, пора спать. Завтра увидимся,- Элиот взмахом руки попрощался с другом.
   - Доброй ночи.
   Возвращаясь в свою каюту Элиот обратил внимание, что дверь с табличкой 14с приоткрыта. "Видимо спать с открытой дверью стало входить в привычку мистера Добса"
  
   Глава 9 14 августа 1957
  
   Проснулся Элиот, когда на часах еще не было и шести. После традиционного утреннего ритуала поднялся наверх. Несколько матросов большими щетками с жестким ворсом усердно драили палубу. Капитан Смит сидел за одним из столиков и пил чай из белоснежной кружки, одновременно, прикрикивая на подчиненных. В выражениях он явно не стеснялся, сыпля бранной речью на право и налево.
   Элиот, поприветствовав капитана, сел за его столик.
   - А вы не церемонитесь с персоналом? Случайно не бьете?
   - Что вы. Они все отличные парни и у меня к ним почти не бывает претензий. Так прикрикну иногда для поддержания дисциплины, да они уже привыкли и не обращают внимания. Вот смотри. Джером подозвал к себе одного из матросов.
   - Эй, Пит, ты не сердишься на капитана?
   - Никак нет, сэр.
   - Может первый помощник, несправедлив к персоналу? Ты говори не стесняйся.
   - Мистер Джеймс очень порядочный человек, никто плохого про него не скажет.
   - Ну что я говорил, орлы они у меня. Ступай, Пит, в четверть седьмого палуба должна блестеть, как будто только что выкрашена.
   - Конечно, сэр. По-другому у нас не заведено.
   - Молодец. Ну, ступай, ступай.
   - А вам, Элиот, что не спится так рано?
   - Сам не знаю, видимо организм перестраивается вдали от суши.
   - Ох, знал бы как перестраивается он на земле...Все время тянет назад в море. Такая тоска берет хоть волком вой.
   - Тут уж каждому свое...- Элиот улыбнулся. Да, что касается Гари Джеймса, советую не играть с ним в карты, мне кажется, он мошенничает.
   - Вы тоже так думаете, Элиот? Черт я всегда это знал...Он же меня как липку обдирает...Нет с ним я за карточный стол больше не сяду.
   - Я шучу. Но должен признать ему чертовски везет...А вот он и сам, легок на помине. Привет Гари!
   - Привет, Эл, привет, кэп!- Гари пожал мужчинам руки,- Пит, принеси мне чашечку "Английского завтрака" с лимоном и парочку тикейков.
   - Что обсуждаете, господа?
   - Да вот, Элиот, говорит, что ты жульничаешь в карты...
   - Чушь. Только опыт, небольшое везение и огромное желание немного облегчить ваши карманы. Все-таки чудесное утро, господа, не правда ли?
   Из лестничного проема появилась крепкая фигура Мишеля Блана, который уверенной походкой направился прямиком к их столику. Позади француза, стараясь не отставать, семенил Чарльз Добс. Голос американца дрожал из-за сильной отдышки:
   - Мистер Блан, прошу вас, что нибудь предпринять. Вы же не должны закрывать глаза на то, что по кораблю спокойно разгуливает грабитель?
   - Позвольте, мистер Добс, какой грабитель? О чем вы говорите? У вас же ничего не пропало! Пойдите обратно в каюту, примите успокоительное, вы перенервничали...Вам нужно успокоиться, взять себя в руки...
   - Что стряслось, мистер Добс, к чему весь этот шум?
   - Ко мне в комнату ночью пробрался грабитель.
   - Не торопитесь, мистер Добс, давайте с начала.
   - Вчера у меня весь день болела голова, потому вечером, мистер Морган, корабельный доктор, дал мне таблетку со снотворным и до утра я проспал как младенец. А утром обнаружил на полу вот это,- американец достал из кармана черную пуговицу, размером и формой, напоминающую трех пенсовую монету,- на моей одежде нет таких пуговиц.
   - Возможно эта пуговица одного из уборщиков, что прибирается в вашей каюте?
   - Прибирается ночью? Вечером на полу не было никаких пуговиц, в этом я могу поклясться на библии.
   - Вы проверили все свои вещи? Может пропало, что нибудь ценное? Вещи, драгоценности, деньги...хоть что-то пропало?
   - В том то и дело, что нет. Я все проверил. Все на месте. Не взяли ничего. Но я думаю, хотели похитить мои деньги...Возможно вора спугнули.
   - Ну, раз ничего не пропало, что же вы хотите от мистера Блана?
   - Я хочу, чтоб нашли моего ночного посетителя, если ничего не украли на этот раз, то это совсем не значит, что в следующий раз будет тоже самое.
   - Спасибо, мистер Добс, Мишель займется этим. Я возьму это дело под собственный контроль, можете не сомневаться. Найдем вашего ночного гостя.
   - Спасибо, капитан, я знал, что вы не оставите этот факт вопиющего посягательства на частную собственность без внимания.- Чарльз повернулся, собираясь вернуться к себе в каюту.
   - Мистер Добс, позвольте и мне задать вам несколько вопросов. Не беспокойтесь, я не задержу вас надолго.- Элиот поерзал на стуле.
   - Да, конечно, спрашивайте мистер Грин.
   - Хотелось бы уточнить всего пару моментов. Вы позволите, посмотреть на сей артефакт поближе?- Элиот протянул руку.
   - Конечно, смотрите. Обычная костяная пуговица обтянутая черной кожей, потрескавшейся от времени, с двумя разбитыми отверстиями посередине, ничего не обычного.
   -Вы говорите, что у вас хотели похитить деньги? Значит ли это, что вы в своей комнате храните достаточно солидную сумму?
   - Да. У меня имеется крупная сумма. Пришлось взять кредит для своего бизнеса. Я уже говорил, что дела идут неважно...
   - Вот оно что. Но ведь здесь на корабле этого никто не знает?
   - После сегодняшней ночи я в этом не уверен...
   - Да, конечно. А может вы, в таком случае, подозреваете кого-нибудь? Есть, какие зацепки?
   - Нет. Я никого не подозреваю, упаси бог...- американец поцеловал нательный крест.- Но вы должны понимать, что потерять деньги в моем положении хуже газовой камеры.
   - Это я понимаю.- Элиот подался вперед,- Тогда у меня последний вопрос, мистер Добс. Если для вас так важны ваши сбережения, зачем тогда пьете снотворное и оставляете при этом дверь не запертой на всю ночь? Вот этого я точно не понимаю...Может объясните?
   Кровь прилила к лицу американца, сделав его пунцовым.
   - На что вы намекаете, мистер Грин? Я больше не хочу с вами разговаривать! Всего хорошего!
   - Советую вам все же запирать на ночь дверь, мистер Добс.
   И Чарльз Добс побежал прочь.
   - Эл, как ты догадался про дверь?- Мишель удивленно посмотрел на друга.
   - Мне не пришлось догадываться, все гораздо проще,- Элиот улыбнулся,- видел собственными глазами.
   - Какой то он странный, что ли...- Джером Смит раскурил свою трубку.
   - Мне показалось он чем то напуган,- произнес Элиот.
   - Почему вы так думаете, мистер Грин?
   - А как бы вы поступили, Джером, если бы нашли в комнате чужую пуговицу?- вдруг спросил Гари Джеймс.
   - Да никак. Вот если бы ее нашла жена...- капитан усмехнулся, не вынимая трубку изо рта.- А к чему этот вопрос, Гари?
   - К тому, что Элиот прав. Любой человек, оказавшийся на месте Добса выкинул бы эту чертову пуговицу в урну, в крайнем случае, отдал бы стюарду. Этот же господин в этой пуговице видит, какой то знак, понятный только ему одному. И это напугало его до такой степени, что он решил обратиться к Мишелю. Ему необходимо выяснить, кто этот знак оставил. Из всего этого следует, что этого человека он не знает в лицо.
   - Отлично, Гари,- похвалил Элиот.- Добавлю только, что напугала его не просто пуговица, а именно эта пуговица!!!
   - Сдаюсь - это даже для меня сложновато...- Гари рассмеялся.- Поясни?
   - Вы все слышали сами, более точного описания вам не скажут и в полицейском управлении. Нет, он хорошо знает именно эту пуговицу. Мне кажется это что-то вроде черной метки во времена пиратов. Это я, конечно, говорю образно, не принимайте за истину. Однако, одно совершенно точно: кто то на корабле не равнодушен к нашему фермеру из Невады. Вспомни, Мишель, ночью мы видели человека в капюшоне бежавшего по палубе...Возможно Добс прав. Возвращаясь к себе в каюту, что по соседству с его, я спугнул непрошенного гостя.
   - Ладно, господа, вы меня убедили, - капитан откинулся на спинку стула,- вы знаете, страх очень тяжелое чувство, оно забирает все силы, отравляет положительные эмоции, убивая человека изнутри, не хуже любого оружия. Это мне хорошо известно по личному опыту...
   - Тебе знаком страх, Джером?- удивился Гари,- вот никогда бы не подумал!
   - Он знаком каждому, Гари. Вопрос как навсегда не остаться в плену своих страхов? В молодости я боялся многих вещей, не буду скрывать. Зачастую мои сомнения были беспочвенны, но это не мешало мне накручивать себя еще сильнее. В конечном итоге я страдал бессонницей и почти полным отсутствием аппетита. Это было во время войны. Я похудел почти на восемьдесят фунтови меня собирались отправить домой...Но судьбе было угодно распорядиться иначе. В ходе одного из боев на севере Франции я попал в плен. Это был АД. Мой маленький персональный АД. Меня связали, долго били, пытали, потом снова били, снова пытали...Особенно зверствовали два Ганса, крепыши с квадратной челюстью, не знаю, как их звали на самом деле, я сам их так окрестил, для себя. Они не переставали бить, пока у них не ломались палки. Но совсем не боль угнетала меня, а жуткий страх, который я испытывал. Он сковывал меня не хуже немецких веревок. Словно чей то голос в моей голове постоянно нашептывал: " Тебя убьют, а ты еще такой молодой..."Меня даже перестали связывать, настолько беспомощным я стал. И в какой то момент мне стало все равно. Я, наконец, понял, что так и так не жилец. Зато могу напоследок принести пользу родной Англии и забрать в могилу пару поганых фрицев. Эта мысль так меня воодушевила, что я позабыл все свои страхи. Немцы же осмелели в конец, они перестали меня связывать и даже оружие убирали в ящик, оставляя только ножи и палки, настолько они не ожидали сопротивления от жалкого, забитого паренька. Вот этот подарок оставил мне Ганс,- капитан показал на длинный шрам на левой руке,- это было последнее, что он сделал в своей жизни. Я убил их обоих. Голыми руками, не обращая внимания на кровь и боль. В тот момент, пожалуй, я впервые в жизни ничего не боялся. Мне было на все наплевать, лишь красная пелена ярости перед глазами, удваивала мои силы. Я бил их, словно из автомата Томпсона, не переставая, даже когда они были мертвы, остановился не сразу. Без лишней скромности скажу, мне повезло, забрав их оружие, удалось бежать. Как видите, я до сих пор жив и навсегда распрощался со своими страхами.
   - Превосходная история, капитан! Снимаю перед вами шляпу,- Элиот характерным жестом проиллюстрировал свои слова,- вы настоящий герой!
   - Спасибо. Я нечасто ее вспоминаю. Стараюсь вычеркнуть эти мрачные страницы из альбома своей жизни.
   - Капитан, вас просят в рубку, срочная радиосвязь с берегом,- четко отрапортовал прибежавший стюард.
   - Извините, господа, я должен вас покинуть. Неотложные дела. Встретимся за обедом.
  
  
   Глава 10 14 августа 1957
  
  
   Свое место в обеденной зале, Элиот занял одним из последних, секундная стрелка, как раз совершала свой последний оборот в этом часе. Рядом с Мишелем расположилась очаровательная Шарлота Мур.
   - Я не опоздал?- спросил молодой англичанин у капитана.
   - Нет, вы очень пунктуальны, Элиот, присаживайтесь,- капитан осмотрел присутствующих, поднял пустой хрустальный фужер и постучал по нему ножом, требуя тишины и внимания.
   - Все вроде на месте. Леди и джентльмены прошу минуту вашего внимания. Информация важная, но дважды повторять я не стану. Сегодня утром с материка пришло сообщение о надвигающемся на нас шторме, поэтому в целях личной безопасности советую всем не покидать своих кают до утра. И не забудьте задраить иллюминаторы.
   - Что прямо сейчас идти к себе?- Спросил солидный мужчина в сером костюме.
   - Кто это? -Тихо спросил Элиот.
   - Мистер Беринджер, адвокат из Лондона, держит свою контору на Даунинг-стрит,- шепотом ответил Мишель.
   - Нет,- выждав паузу, Джером Смит продолжил,- ожидается, что в зону ненастья мы попадем не раньше семи часов вечера, так что времени у нас предостаточно. Но после семи часов ни одного пассажира на верхней палубе быть не должно. Это приказ. Море не прощает безалаберности. Я тоже. Надеюсь это все уяснили?- капитан еще раз строго оглядел пассажиров.
   Со всех сторон утвердительно закивали головами.
   - Вот и отлично. Ужин сегодня отменяется, так что леди и джентльмены прошу наедаться сейчас, так сказать, впрок. Кроме того, на кухне можно будет взять еды с собой в каюту. Кок предупрежден и уже приготовил салаты, бутерброды и множество разных закусок, чтоб не оставить вас голодными на этот вечер. Так что не стесняйтесь, подходите к стюардам и смело запасайтесь провиантом. Это, пожалуй, все, что я хотел вам сообщить, господа, приятного аппетита.- Джером сел на свое место и принялся ножом, резать нежный кусок бекона.
   - Капитан, разрешите задать вопрос, я не сомневаюсь, он интересует большинство здесь присутствующих...- Мэйсон Грант поднялся, задевая наградами столовую утварь.
   - Конечно, мистер Грант, прошу вас...- пережевывая мясо, выдавил капитан, и покрутил ножом, предлагая продолжить вопрос.
   - Скажите, капитан, насколько безопасен корабль во время шторма?
   - О..господа, вам не о чем волноваться. Корабль абсолютно безопасен. Поверьте, вам ничего не угрожает. Завтра мы опять будем приятно проводить время. Бури случаются время от времени, тут уж ничего не изменишь...Можете считать это прекрасным морским приключением. Ваша задача спокойно устроиться в своих каютах, можете попросить у нашего врача снотворное, если кто не знает вот он сидит в круглых очках, мистер Губерт Морган, прошу любить и жаловать.
   Полноватый мужчина с прилизанными волосами и маленькими глазками, прячущимися за толстыми линзами в круглой оправе, учтиво поклонился.
   - Главное не мешайте команде делать свою работу, а обо всем остальном позабочусь я,- закончил речь капитан.
   Больше до конца трапезы никто не проронил ни слова. Едва покончив с едой, доктор Морган попросил следовать за ним всех, кто нуждается в снотворном или успокоительном лекарствах. Собрав при этом почти половину присутствующих в зале людей. Кабинет судового врача располагался рядом с капитанским мостиком, поэтому живая очередь растянулась по всей верхней палубе. Скромная приемная мистера Моргана ютилась в крошечном помещении почти треть которого занимал огромный металлический шкаф со множеством выдвигающихся ящиков, большинство из которых запирались на ключ. На ящики были наклеены бумажки с названием медикаментов. Остальное пространство комнаты занимали письменный стол и кушетка. Элиот, проходя мимо, поздоровался с графиней Беатрис Ллойд, стоящей возле двери.
   - Добрый день, миледи. Решили воспользоваться услугами доктора?
   - Да, Элиот. Кажется, у меня начинается приступ мигрени. Атмосферное давление начинает меняться...Думаю, мне не помешает таблетка с обезболивающим. Да и снотворное не повредит, чтобы нормально выспаться. Не хочу лишний раз переживать по поводу беснующейся за окном стихии.
   - Да, конечно, вы правы, миледи. А где вы потеряли мисс Кори?
   - Она осталась в столовой. О чем то шепчется с капитаном. У них там, какие то общие интересы...
   Дверь отворилась и из кабинета вышла супруга полковника Гранта.
   - Простите, Элиот, мой черед,- и графиня скрылась за деревянной дверью.
  
   Бесцельно побродив по палубе, еще несколько минут Элиот почувствовал слабость, вероятно, связанную с переменой погоды. Спустился в свою каюту, свалился камнем на заправленную кровать и почти мгновенно уснул.
   Открыл глаза, когда зазвонил будильник.
   "Так, стоп, у меня нет с собой никакого будильника". Это звонили в дверь.
   На пороге стоял Мишель и как обычно сладко улыбался. Солнце светило так ярко, что от неожиданности Элиоту пришлось зажмуриться.
   - Который час?
   - Уже половина седьмого...Пойдем...ты же не собираешься пропустить всю красоту момента?
   - Какого момента? Ты о чем?
   - Океан перед штормом. Он прекрасен. Пойдем, обещаю, такого ты никогда не видел. Мишель за рукав вытащил друга из каюты. На верхней палубе набралось с десяток человек с интересом всматривающихся в окуляры своих оптических приборов.
   За весь день воздух достаточно сильно прогрелся, и хоть солнце уже давно миновало зенит, прохладней не становилось. Сухой воздух, казалось, насквозь пропитанный электричеством, обжигал своим раскаленным дыханием лица собравшихся на палубе людей. Казалось, стоит зажечь спичку и все вокруг полыхнет. А как же ветер? Нет даже намека на легкое дуновение. Океан стал подобен гигантскому зеркалу, по которому плавно скользит корпус металлического исполина. Лишь где-то далеко, там, где кончается горизонт, появилась черная полоска, рукой невидимого художника медленно закрашивающая небо, словно передвижная темная занавеска, затягивающая экран в старом всеми забытом кинотеатре. Солнце скрылось за тяжелыми черными тучами. И как перед показом фильма наступила полная тишина. Вдруг прекратился гортанный визг чаек, к которому уже все привыкли за время путешествия, да и сами птицы, куда то бесследно пропали. Затихли все звуки. Наступил краткий миг затишья, затишья перед бурей. Несколько минут спустя шаткое равновесие покачнулось, и по воде побежала мелкая рябь. Подул ветер, усиливающийся с каждым новым порывом. Где-то вдалеке сверкнула молния, оглушив громовым раскатом. С неба полетели крупные капли дождя, разгоняя людей по своим каютам.
   - Вечная борьба света со тьмой...-вслух произнес Элиот.
   - Да, вот сейчас хочется верить в бога,- согласился француз.
   - Ладно, пойдем отсюда, будет еще хуже. "И небеса разверзлись, и грянул майский гром. И темнота сгустилась, как в склепе вековом..."
   - Только стихов твоих не хватало.
   Элиот улыбнулся, и друзья не сговариваясь, побежали.
  
  
  
  
   Глава 11 15 августа 1957
  
  
   Утро пятнадцатого августа впору было назвать чисто английским. Тяжелые "свинцовые" тучи, нависавшие сверху, полностью закрывали солнце и временами выбрасывали редкие, холодные дождевые гроздья. Туман, густой пеленой стелился над мутной водой, усиливая и без того высокую влажность воздуха. Не стихающий ветер, без конца подгонял волны пытавшиеся перепрыгнуть ватерлинию и раскачать судно подобно маятнику. Но благодаря системе курсовой устойчивости, на которую адмиралтейством были потрачены не малые деньги, порядка полумиллиона фунтов стерлингов "Королева Атлантики" всегда сохраняла горделивую осанку наперекор любой стихии.
   Элиот, услышав звук идущего человека, смог различить его лицо с расстояния не больше четырех ярдов.
   - Привет, Эл, я тебя едва вижу!
   Конечно, это был Мишель. Он был в черном драповом пальто с повязанным на шее ярко красным шарфом.
   - Зато тебя видно прекрасно, кстати, красивый шарф.
   - Как тебе погодка?
   - О отлично, спасибо что спросил. Словно оказался дома. Родная старушка Англия...
   - Ну, тебя с твоей Англией. Ты не забывай мы все-таки посреди океана, а видимость нулевая. Хорошо хоть, кэп у нас что надо, молодчина! Новость слыхал? Ночью в машинном отделении случился пожар, так он наравне с матросами бегал, тушил огонь, потом котел латали...
   - Ночью был пожар?
   - Ну. Говорю же, в одном из паровых котлов образовалась течь. Мазут ли куда попал, неясно, но произошло возгорание и, слава богу, что все обошлось, и никто не пострадал. А то могли мы и не стоять с тобой вот так.
   - Господа, вы случайно не видели Джину?- Графиня Беатрис Ллойд даже в теплом вязаном свитере и длинной драповой юбке выглядела весьма элегантно. При ходьбе одной рукой она опиралась на сложенный темно синий зонт.
   - Нет, миледи, не видели,- за двоих ответил Мишель,- а что случилось?
   - Да ничего, просто нигде не могу ее найти, стюард прибирающий в каюте сказал что там ее нет. Уже весь корабль пробежала. Безрезультатно!
   - Ничего удивительного, такая плохая видимость, наверное, просто разминулись.
   - Выходит что так.- Графиня грустно улыбнулась.- Ладно, не буду вас отвлекать, приношу свои извинения за беспокойство.
   - Миледи, вам не за что извиняться. Мы с Мишелем с удовольствием поможем вам найти вашу подругу. Правда, ведь Мишель?
   - О...без сомнения.
   - Благодарю, вас, господа. Право неловко, вас утруждать...
   - Миледи, а у капитана вы не спрашивали? Может она у него?
   - Нет, у него я не была.- Графиня смущенно улыбнулась.- Конечно, где же ей еще то быть, она же в последнее время довольно много общается с капитаном. Об этом я как-то и не подумала.
   - Пойдемте, миледи, сейчас все и узнаем. Позвольте, я провожу вас,- Элиот галантно подставил руку, под которую его немедля взяла графиня. Мишель пошел следом, несколько отстав от чинно шагающей парочки.
   Джером Смит сидел на металлической ступеньке лестницы ведущей на капитанский мостик и с нескрываемым наслаждением покуривал свою трубку.
   - Мистер Смит, вы не видели мою подругу, Джину?- громко спросила Беатрис Ллойд, после того как оказалась на расстоянии вытянутой руки от капитана.
   - Можно говорить не много потише, я хоть и не молод, но глухотой, слава всевышнему, не страдаю.
   - Простите, мистер Смит, это моя привычка говорить четко и громко, деловой подход, если хотите...Так как насчет Джины видели ее сегодня?
   - Нет не видел. А что она собиралась меня навестить?- озорно улыбаясь спросил капитан.
   - Нет. Дело в том, что я нигде не могу ее найти. Элиот и Мишель любезно вызвались помочь мне в поисках моей компаньонки. Когда вы видели ее в последний раз?
   - Вчера вечером.
   - Спасибо. Ну что, господа, пойдем искать в другом месте.
   - Подождите минутку, я с вами.- Капитан поднялся по лестнице и скрылся за массивной дверью.
   - Вы весьма пунктуальны Джером,- обратил внимание Элиот,- прошла ровно одна минута.
   - Предлагаю разбиться на группы и начать поиск с верхней палубы.- Не выпуская изо рта трубку, произнес капитан. Элиот и Мишель начинайте с той стороны, а мы с графиней пойдем оттуда,- Джером рукой указал на дальнюю сторону палубы, где располагались столовая и игровая залы.
   - Хорошая мысль. Смотри в оба, Элиот, пойдем,- Мишель подтолкнул друга в спину.- Встречаемся на этом месте через пятнадцать минут.
   - Договорились.
   Туман понемногу рассеялся, и заниматься поиском стало гораздо проще, особенно учитывая почти полную безлюдность, царившую на верхней палубе. Лишь спешащие стюарды, иногда попадались на пути, но никто из них Джину Кори не видел.
   - Эл, тебе не показалось, что Джером какой то странный?
   - Ты говоришь странный? Мне показалось, он несколько взволнован.
   - С чего ты это взял?
   - Не будь он взволнован, давно бы заметил, что его трубка давно погасла.
   - Ты тоже обратил на это внимание?- Мишель удивленно посмотрел на друга.- Я уж подумал, что мне показалось.
   - Да,- Элиот соглашаясь, слегка кивнул головой,- тебе не показалось.
  
   Через четверть часа, Элиот и Мишель вернулись к назначенному месту. Их результат оказался удручающим. Компаньонку леди Беатрис они не нашли. Джером Смит, размахивая руками не хуже ветряной мельницы, инструктировал построенных в шеренгу матросов, стюардов, и подчиненных Мишеля из службы охраны. Всего набралось человек тридцать. Графиня Беатрис стояла в стороне, обхватив костлявыми пальцами свои плечи, тихонько дрожала. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять: их поиски тоже оказались безрезультатными.
   - Необходимо прочесать весь корабль вдоль поперек, заглянуть в каждый уголок, в каждую дверь, в общем осмотреть все и везде! На всю операцию даю три часа времени. Расшибитесь хоть в лепешку, но найдите мне пассажира. Задача ясна всем?- Джером сурово осмотрел матросов.
   Все согласно закивали. По шеренге пронесся одобрительный гул.
   - Все понятно, кэп, можете не сомневаться. С корабля никуда не денется, найдем.
   - Ну, вот и славно. Начинайте. Обо всем докладывайте лично мне.- Капитан повернулся к графине.- Миледи пойдемте ко мне, я налью вам горячего чаю, вы совсем продрогли.
   - Вы очень любезны, капитан, ваше приглашение весьма заманчиво.
   - Пойдемте, миледи, не пожалеете. Я рассказывал вам, что имел честь лично заваривать чай английской королеве?
   Графиня с недоумением посмотрела на капитана.
   - Да, да, миледи, это сущая правда. Однажды, я лично заваривал чай Елизавете, правда она на тот момент еще не была королевой, но это, поверьте, не так важно...Пойдемте я расскажу вам подробности...Джером Смит подхватил под руку Беатрис Ллойд и повел в строну капитанского мостика.
   Несколько часов спустя капитан пригласил к себе в каюту Элиота. Мишель Блан и Гари Джеймс находились уже там. Обсуждался всего один вопрос. Что стало с мисс Джиной Кори? На корабле ее не оказалось.
   - Мишель что скажешь?- Капитан явно находился не в своей тарелке. Потерять пассажира во время плавания, ситуация не штатная, влекущая мало приятные последствия.
   - Я уже сказал тебе свое мнение, Джером. Мисс Кори страдала морской болезнью, видимо во время шторма вышла на палубу, или не успела уйти, кто его знает...Ветер был такой силы, что возможно перила вдоль борта ее не уберегли. Что тут еще скажешь? Несчастный случай.
   - Уверен?
   - Зачем бросать вызов стихии? Зачем выходить на палубу во время шторма? Тем более ты все очень подробно разъяснил...Несчастный случай в виду грубейшего нарушения приказа капитана корабля...Тут и думать нечего!
   - Да уж...Капитан тяжело вздохнул.- А ты что скажешь, Гари?
   - Полностью поддерживаю Мишеля. Он прав. Другого объяснения этой ситуации я не вижу. А ты что думаешь, Элиот?
   Мужчины внимательно посмотрели на Элиота. Он лишь развел руками и многозначительно промолчал.
  
  
   Глава 12 15 августа 1957
  
  
   Наконец то этот кошмарный день закончился. На часах без четверти двенадцать. Элиот с удовольствием принял душ, натянул ночную пижаму из черного атласа, расшитую наподобие ночного неба серебристыми звездочками, подарок матери, на прошлый день рождения. Усталость валила с ног. Сладко потянувшись, молодой человек забрался под одеяло и только приготовился отойти ко сну, как в дверь опять зазвонили. Собрав, что называется, последние силы Элиот медленно поплелся открывать дверь.
   - Мишель, опять ты? Господи, может для тебя ввести часы приема?
   Француз стоял у двери, держа в одной руке увесистый газовый фонарь, другой не прекращая нажимать на кнопку звонка. По его лицу стекали струйки дождя, пиджак промок насквозь, но он явно этого не замечал.
   - Эл, капитан мертв.
   - Что?
   - Капитан мертв говорю. Собирайся, мне нужна твоя помощь.
   - Конечно, я мигом. А ты уверен в этом?
   - Да. Мертвее не бывает. Я проверил пульс. К тому же я вдоволь насмотрелся на жмуриков в Индокитае. Можешь поверить на слово.
   - Доктору сообщил?
   - Само собой. Он уже осматривает тело. Гари тоже там.
   - Что с ним случилось?
   - Пока не знаю. Лежит, уткнувшись лицом в пол. Везде кровь. Темно, плохо видно, еще этот проклятый дождь...Не знаю, может, поскользнулся, неудачно упал...
   Элиот, накинув халат поверх пижамы, последовал за другом.
   - Где это произошло?
   - Наверху. Недалеко от грузового лифта.
   Доктор Морган в теплом овечьем тулупе без рукавов, осматривал застывшее в неестественной позе тело капитана, сквозь большое увеличительное стекло. Несколько человек держали над ним газовые лампы. Гари Джеймс стоял в нескольких ярдах с сигаретой в зубах, безуспешно пытаясь разжечь спички под непрекращающимся дождем.
   - Что скажете, док?- подойдя вплотную, спросил Мишель.
   - Капитан мертв, определенно. Кстати, господа, если вам будет это интересно, то мы имеем дело с убийством! Все можете убирать, я закончил.- Доктор поднялся с колен.
   - Что?- в один голос произнесли Гари и Мишель.
   - Да, господа, вы не ослышались...Доктор убрал лупу в свой саквояж.
   - Вы уверены в этом?- усомнился Мишель.
   - У капитана Смита, проникающее ранение прямиком в сердце. Судя по ровным краям раны, это, скорее всего, нож. Я очень сомневаюсь, что кэп сам себе вонзил кинжал в сердце. Смерть наступила мгновенно. В груди орудия преступления нет. Матросы осмотрели это место вокруг, ничего не обнаружили.
   - Скажите, док, каково, по-вашему, время смерти?- Элиот наклонился над телом капитана Смита.
   - Не больше часа назад. Кровь даже толком не свернулась.
   - Отверстие ровное и одно. Значит ли это, что и удар был один...А док?
   - Абсолютно. Удар был один это совершенно точно. Сильный и прямо в сердце.
   - Какие либо еще повреждения на теле капитана имеются?
   - Я больше ничего не нашел. На драку не похоже.
   - Благодарю, вас доктор Морган. Вы можете идти к себе.
   - Всего доброго, господа. Если будут еще вопросы, обращайтесь, но лучше потерпите до утра.
   - Мишель, кто нашел тело?
   - Я, сэр, - один из матросов в насквозь промокшей белой рубахе сделал шаг вперед,- вышел покурить, увидел капитана и сразу побежал в каюту месье Блана.
   - Как вас зовут?- Элиот внимательно осмотрел матроса.
   - Ричард Барнс, сэр. Я стюард.
   - Откуда вы родом мистер Барнс, у вас интересный акцент...
   - Я вырос в Новой Зеландии, в небольшом городке Роторуа.
   - Я могу называть вас Ричард? Вы не против?
   - Я не против, сэр.
   - Где ваша каюта, Ричард?
   - Там за грузовым лифтом лестница, по ней два пролета вниз наши каюты. Моя, сразу у лестницы, сверху.
   - Капитан также лежал, когда вы его обнаружили?
   - Нет. Он лежал лицом вниз, чуть дальше. Вот тут. Это док попросил его перевернуть. И мы с ребятами перевернули.
   - Вы ничего больше здесь не трогали?
   - Нет, сэр.
   - Хорошо. Мишель позволь тебя на минутку...
   Элиот взял под руку друга и отвел сторону.
   - Друзья, прошу прощения, я должен быть на капитанском мостике. Мишель приходи потом, как все закончите.- Засунув руки в карманы кожаной куртки Гари, удалился.
   - Мишель, немедленно, отправь осмотреть каюту этого Барнса. На всякий случай запри его где-нибудь. Пусть посидит в тишине, может, что еще вспомнит.
   - Зачем? Ты думаешь, это он убил Джерома?- глаза француза округлились.
   - Я ничего не думаю. Чтоб о чем-то говорить наверняка, нужны улики и факты, пока их нет. Как соберешь, я обещаю подумать.
   - Зачем тогда обыскивать его каюту?
   - В одной рубахе при такой погоде...даже ты и тот накинул пиджак...Он зачем-то сбросил свою верхнюю одежду...Я хочу ее осмотреть.
   - И это все?
   - Нет. Человек, убивший капитана, отлично владеет холодным оружием... профессионал. Вероятнее всего военный...- Элиот потер кончик носа, с минуту помолчав, продолжил: Собери список всех вояк на корабле, включая персонал. Начинай с персонала. Это главная задача. Ну и на второе : пусть твои люди еще раз осмотрят палубу, может, удастся найти нож. Хотя, вероятнее всего, он уже на дне океана...Утром обсудим, что делать дальше.
   - А с чего ты взял, что убийца профессионал?
   - Не глупи, Мишель. У обычного человека не было ни одного шанса против Джерома, ни с ножом, ни без. Кроме того, одним ударом достаточно тяжело убить человека. Вот ты знаешь, как одним ударом пробить грудную клетку и пронзить сердце?
   - Конечно, ты забываешь, что я сам бывший солдат. Нож в левой руке. Рывок приставляешь лезвие к сердцу и правой ладонью с замахом сильно забиваешь в грудь, словно гвоздь.- Мишель руками показал, как это делается.
   - Правильно. Удар нанесен мастерски без всякой паники с точным расчетом и знанием того, что произойдет. Ты знаешь, что при обычной бытовой драке в среднем наносят от трех до двенадцати ножевых ранений?
   - Убедил. Значит, составить список всех вояк на корабле?
   - Да. И не только тех, кто в форме, но и бывших. Сможешь?
   - Постараюсь. Себя тоже включать?- Мишель улыбнулся.
   - Не надо, я и так помню.
   - Это все указания?
   - Теперь да. Я спать, итак уже замерз как дворняга, да и промок до нитки. А это, знаешь ли, моя любимая пижама. Всё, до семи меня не беспокоить.
   - Ты сможешь нормально спать, пока убийца спокойно разгуливает на корабле? Уверен в этом?
   - Уверен. Убийца на корабле и как минимум еще пять дней отсюда никуда не денется. Мы его найдем, даю слово.
   - И как же мы его найдем? На корабле вместе с командой почти две тысячи человек. Не можем же мы всех подозревать? Может запереть всех пассажиров в каютах и не выпускать пока кто-нибудь не сознается?
   - Предложи лучше на картах погадать...Элиот улыбнулся.
   - Я знаю еще один способ. Можно каждому мужику на корабле задать вопрос: Скажите сэр, это не вы убили нашего капитана? Не вы? А жаль..., вы так похожи на убийцу нашего капитана...Нет, так нельзя. Нужно обязательно, как можно быстрее найти убийцу, иначе как спокойно смотреть честным людям в глаза?
   - Молодец, мысль насчет того чтоб всех спросить блестящая, я бы даже сказал оригинальная, жаль мало эффективная. Но в одном ты прав: нужно сократить список возможных подозреваемых до минимума. Все на самом деле не так уж и плохо, как ты думаешь. Во-первых, нам не нужен весь корабль, нас интересуют только пассажиры первого класса и персонал их обслуживающий. Во-вторых, только мужчины, прошедшие военную подготовку, женщины и дети нас не интересуют. Вот этим ты и займешься. Составишь мне список, я думаю, он будет включать человек десять, от силы двадцать, не такой и большой список подозреваемых. На этом твоя часть работы закончится.
   - А как же желание найти преступника по горячим следам...не возникает?
   - Для меня это скучно. Я предпочту пойти отдохнуть.
   - Вот скотина...
   - Осторожней, Мишель, я все слышу...Не забудь предупредить доктора и остальных, чтоб молчали насчет убийства. Это должно оставаться тайной.
   - Доброй ночи, герр сыщик...- Мишель помахал рукой вслед Элиоту.- Вот такими я себе фашистов и представлял...Вот черт, всю ночь теперь глаз не сомкнешь.
   И Мишель пошел на капитанский мостик, раздавая по пути указания своим людям.
  
  
   Глава 13 16 августа 1957
  
  
   Мишель Блан прислал своего человека в девять утра. Им оказался долговязый, нескладный паренек, с покрасневшими от ночного дежурства глазами, с грязной, свисавшей до плеч, копной темных волос и небритой щетиной. Он стоял перед открытой дверью, не желая проходить внутрь.
   - Мистер Грин, доброе утро! Простите за беспокойство! Месье Блан, просит вас, пройти в рубку. Он ждет вас там вместе с мистером Джеймсом.
   - А сам он прийти был не в состоянии?
   - Извините, мистер Грин, я только исполняю поручение...
   - Понимаю, простите мою бестактность...
   - Все нормально. Сколько времени вам необходимо, чтоб собраться? Я подожду за дверью.
   - Не нужно. Я уже готов. Пойдемте.
   Капитанская рубка представляла собой небольшое, возвышающееся над верхней палубой, прямоугольное помещение. Вдоль длиной стенки, которого располагалась консоль из всевозможных клавиш, приборов и датчиков, следивших за множеством измеряемых параметров и круглого штурвала с позолоченными ручками. Вдоль противоположной стороны разместился деревянный стол с массивными округлыми ножками, покрытый темным лаком и длинная деревянная скамья. Просторное кожаное кресло и старый диван с протертыми боковинами составляли все убранство комнаты. Изнутри рубки, благодаря стеклянным окнам, открывался замечательный вид на океанские просторы, а также прекрасно просматривалась верхняя палуба. Вниз вела крутая металлическая лестница. Мишель и Гари, расположившись за столом, пили кофе с овсяным печеньем.
   - Приятного аппетита!- Элиот вальяжно устроился в одиноко стоящем кожаном кресле. Неторопливо в нем потянулся, откинувшись на спинку кресла, неторопливо продолжил:
   - Что у нас новенького?
   - Мои люди прочесали палубу вдоль и поперек. Искали где только можно, но нож так и не нашли.- Француз встал из-за стола.
   - Это плохая новость. Хотя этого стоило ожидать.
   - На счет того списка, что ты просил подготовить...В полицейском управлении нам любезно согласились помочь, так что список будет, однако ответ придет только завтра к вечеру.
   - Это тоже не очень хорошо. Есть хоть что-то достойное внимания?- Элиот задумчиво посмотрел в окно.
   Мишель, протянул Элиоту свернутый листок бумаги. Затем пересек комнату и улегся на диван.
   - Что это?
   - Это список, который я составил сам. С утра мы с ребятами опросили весь персонал и всех пассажиров. Тут записаны все, кто сам сообщил нам о своей военной подготовке. Ты, конечно, можешь сказать, что преступник мог специально нас обмануть и будешь прав на все сто...
   - Ты прекрасно справился с моей просьбой, молодчина.
   - Я не мог больше сидеть без дела. И это единственное до чего смог сам додуматься.
   - Убийце нет резона нас обманывать. Тот факт, что человек служил, где бы то ни было или воевал, ничего сам по себе не доказывает. Потому солгав, наоборот, можно привлечь к себе излишнее внимание. Ведь через день мы так и так обо всем узнаем, когда придет ответ из Скотланд-Ярда. Так что, Мишель, преступник врать не станет.
   - Надеюсь, это тебе поможет. Кстати тебе понравится, то, что мои люди нашли в комнате Ричарда Барнса. Гари, передай, пожалуйста, сверток.
   - Ты удивишь меня, если это окажется не накидка с пуговицами, так интересующая мистера Добса?
   Мишель удивленно уставился на друга. Тебе уже успели разболтать? Подожди...так ты, получается, знал, что мы найдем?
   - С некоторой долей вероятности.- Неохотно ответил англичанин.
   В упаковочную бумагу, был аккуратно завернут мокрый темно коричневый плащ с костяными пуговицами обтянутыми черной потертой кожей. Вместо нижней пуговицы торчали две оборванные нити. Отложив плащ в сторону, Элиот развернул листок, на котором красивым, но слишком уж мелковатым почерком было выведено следующее:
  
   1) Филипп Догерти (27 лет, механик) с 1948-1950 рекрут в почетной артиллерийской роте. Боевых наград не имеет.
   2) Кристиан Слим (46 лет, главный механик) с 1931-1935 капрал в четвертой механизированной бригаде. Сухопутные войска. С 1936-1943 переведен в Королевский инженерный корпус. Имеет боевые награды.
   3) Уильям Прайд ( 25 лет, стюард) с 1950-1952 рядовой адъютантского корпуса. Боевых наград не имеет.
   4) Сэмюэль Лонг (30 лет, стюард) с 1945-1950 рядовой армейской медицинской службы. Имеет боевые награды.
   5) Питер Прайд (27 лет, служба охраны) с 1948-1952 ланц капрал бригады военной разведки. Имеет боевые награды.
   6) Мэйсон Грант (47 лет, пассажир) действующий полковник английской армии с 1943 по 1945 год командир разведотряда. Имеет боевые награды.
   7) Мишель Блан (34 года, начальник безопасности) с 1950-1954 лейтенант Французского Легиона. Имеет боевые награды.
   8) Жюстен Клавье (43 года, кок) с 1942-1945 капрал Французской Армии. Имеет боевые награды.
   9) Карл Бюйтер (72 года, пассажир) с 1915-1917 рекрут Нидерландской армии. Боевых наград не имеет.
   10) Пьер Дюваль (39 лет, пассажир) с 1943-1948 капитан Французской Армии, командир отряда в Движении Сопротивления. Имеет боевые награды.
   11) Ричард Барнс (25 лет, стюард) с 1952-1954 рядовой Армейского воздушного корпуса. Боевых наград не имеет.
   12) Дэниэл Кюршон (27 лет, служба охраны) с 1948-1952 капрал ирландского королевского полка. Боевых наград не имеет.
   13) Стефан Дрейк (65 лет, пассажир, бывший банковский клерк, ныне путешественник и начинающий писатель) с 1915-1917 рядовой армейской медицинской службы. Боевых наград не имеет.
   14) Джеферсон Бернар (40 лет, пассажир, бизнесмен) с 1941-1945 SAS 22-сержант спецназа вооруженных сил Великобритании. Имеет боевые награды.
   15) Макс Коэн (35 лет, пассажир, фоторепортер) с 1944-1945 рядовой королевского полка артиллерии. Боевых наград не имеет.
   16) Марк Ланн (35 лет, пассажир, биржевой клерк) с 1944-1948 капрал королевского корпуса связи. Имеет боевые награды.
   17) Дональд Хьюз (45 лет, пассажир, строительный инженер) с 1939-1945 капитан королевского корпуса электромеханических инженеров. Имеет боевые награды.
  
   - Ну что ж, придется пошевелить мозгами.- Элиот достал из кармана пиджака записную книжку, и стал делать в ней пометки.
   - Что дальше, Эл? Пора уже брать быка за рога!
   - Прости, что? Я задумался, не расслышал...
   - Что будем делать дальше, спрашиваю?- Повторил свой вопрос Мишель.
   - Дальше? А дальше будем беседовать с этими людьми. Элиот потряс исписанной бумажкой.
   - Что опять со всеми?
   - Если понадобится, будем беседовать со всеми. Хотя по моим расчетам должно хватить девятерых. Пожалуй, начнем с персонала. Пригласи сюда мистера Слима.
   Кристиан Слим прошествовал на середину комнаты, прихрамывая на правую ногу. Невысокий, примерно пяти футов ростом, в левой руке он держал увесистый гаечный ключ, который легко можно было принять за продолжение руки, так как они почти не отличались по цвету.
   Грязный сюртук, сшитый из плотной рубцеватой ткани, весь запачканный машинным маслом, мешком висел на его худощавом теле. Впрочем, не столько сюртук был запачкан маслом, сколько лицо и руки главного механика. Очевидным был тот факт, что их он просто вытирал об одежду.
   - Какого черта, меня притащили сюда?- недовольно произнес Слим, поглядывая на прямоугольный циферблат часов, застегнутых на правом запястье.- Разве не понятно, что я занят. У нас течь в силовом цилиндре системы курсовой устойчивости. Корабль может кренить в сторону.
   - Кристиан, мистер Грин хочет задать тебе всего пару вопросов,- Гари указал на свободное место рядом с собой,- присаживайся, это не отнимет много времени.
   - Эл, может, позовем Кристиана позже, когда он освободится?- предложил Мишель.- Не хочется отвлекать профессионала от работы, здесь, посреди океана.
   - Нет. Мы не можем позволить себе отнимать время у мистера Слима дважды,- жестко произнес Элиот.- К тому же это действительно не займет много времени.
   Подождав пока мужчина займет свое место рядом с Гари Джеймсом, волею судьбы исполняющим обязанности капитана корабля до конца рейса, Элиот продолжил:
   - Мистер Слим, несомненно, вам уже известно о смерти капитана Смита?
   Кристиан согласно кивнул.
   - Мы пытаемся восстановить события вчерашнего вечера, поэтому вынуждены опросить всех кто хоть чем-то сможет помочь в расследовании этого убийства...
   - Убийства????- Глаза главного механика округлились.- Вот дерьмо...Об убийстве я ничего не слышал...
   - Да, конечно, эту информацию мы пока умалчиваем, чтоб не нагнетать вокруг этого прискорбного события лишнюю шумиху,- не дал договорить Слиму Элиот.- Вы тоже должны держать язык за зубами, надеюсь это понятно?
   - Да.
   - Хорошо. Продолжим: Когда вы видели капитана в последний раз?
   - Вечером, примерно, около одиннадцати. Обсуждали сроки ремонта оборудования, необходимого чтоб устранить все последствие пожара, случившегося накануне. Джером настаивал, чтоб сделать его своими силами. Я же пытался объяснить, что ремонтировать лучше в доке, до Америки мы дотянем и так. В общем, толком ничего не решили. Где-то приблизительно в 11.10 я ушел. Больше мне добавить нечего...
   - Насчет времени вы уверены?
   - У меня привычка всегда смотреть на часы всякий раз, когда я куда либо прихожу... и ухожу.
   Элиот согласно кивнул:
   - Я обратил на это внимание. Капитан не показался вам странным? Может, был взволнован, рассержен? Не собирался ли он куда-нибудь уходить?
   - Нет. Я ничего такого не заметил. Ушел я, он остался здесь. Сидел за столом, курил как обычно свою трубку.
   - Вы прихрамываете при ходьбе, подвернули ногу?
   - Какой там к черту подвернул. Осколочное ранение почти в самом конце войны, пришлось уйти из армии. С тех пор вот хромаю как неподкованный жеребец.
   - Спасибо, мистер Слим, что уделили время, вы нам очень помогли. Можете возвращаться к своим поломанным механизмам.- Элиот проводил мужчину до двери.- Одну минутку, мистер Слим, позвольте посмотреть ваш гаечный ключ поближе, он тяжелый? Ого, да он весом фунтов тридцать...Держите назад, всего хорошего мистер Слим.
   Возвратившись в свое кресло, Элиот, продолжил:
   - Мишель, пригласи-ка мистера Барнса, кстати, где ты держал его все это время?
   - Запер у себя в каюте. Сам то я всю ночь провел здесь, в рубке.
   - Эл я думаю, Кристиана можно исключить из списка подозреваемых,- наконец произнес Гари.
   - Согласен.
   - Это почему вдруг исключить? Что то я вас, друзья, не понимаю. И двух минут не поговорили, ничего толком не узнали и сразу вердикт не виновен, судебная система отдыхает...Бред какой то.- Мишель махнул рукой у себя перед лицом, словно отгоняя назойливую муху.
   Гари тяжело вздохнул.
   - Дорогой, Мишель, как ты думаешь для чего Элиот, просил ключ у Кристиана?
   - Он же сказал. Вес хотел узнать.
   - Ты так ничего и не понял...Кристиан левша! Он как пришел с этим ключом в левой руке, так и потом взял его именно ей, несмотря на то, что Эл пытался сунуть в другую руку. Он, какой рукой крутит этот ключ в той его и носит. Часы у него на правом запястье, заметил? Понимаешь все наоборот...
   - Да черт с вами и что с того? Все и без этих ваших умных штучек знают, что механик левша. Я это знаю, и ты Гари между прочим тоже знаешь...И что с того?- вспылил француз.
   - Я этого не знал!- тихо произнес Элиот.- А это важно. Помнишь, ты сам показывал, как должен был наносить удар убийца? Им не мог быть левша. И в этом все дело. К тому же с его ростом ударить Джерома он мог разве что в прыжке. Зови Ричарда Барнса.
   - Но почему не спросить у Кристиана на прямую, без всяких этих уловок, левша он или нет, зачем все эти сложности? Я все равно не понимаю...
   - Скоро, - Элиот выдержал театральную паузу,- хотим мы этого или нет, но на корабле все узнают про убийство капитана. И вопросы, которые мы сейчас задаем, тоже будут обсуждать все, поэтому нам необходимо действовать осторожно и вдумчиво, чтобы не предоставить преступнику дополнительного преимущества. Он и так на шаг впереди нас.
   Тем временем в комнату вошел Ричард Барнс все в той же рубашке, правда, уже сухой, покрутив головой по сторонам, он сел на свободное место.
   - Ричард, я буду с вами предельно откровенен и от вас жду ответной любезности...
   Новозеландец с интересом посмотрел на Элиота.
   - Тогда будьте добры объяснить, зачем вы заперли меня в каюте месье Блана? Вы думаете, это я убил капитана? Нет, вам не удастся меня запугать, я не виновен...
   - Никто не собирается вас пугать, Ричард. Более того, я считаю, что к убийству капитана вы не причастны.- Элиот попытался заглянуть в глаза новозеландца, но тот опустил голову и уставился в пол.
   - Что же вам тогда от меня нужно?
   - Я хочу, что бы вы нам рассказали все вот об этой вещице.- Элиот показал стюарду сверток. Надеюсь, вы не станете отрицать, что этот плащ принадлежит вам?
   Несколько минут прошли в полном молчании, видимо Ричард Барнс обдумывал, стоит ли ему отвечать. Наконец, он поднял голову и твердым голосом произнес:
   - Это плащ моего покойного отца Уильяма Барнса. Он был прекрасным, честным человеком. У нашей семьи была небольшая ферма в Роторуа, мы занимались разведением овец. Это был настоящий семейный бизнес. Со всем справлялись сами, у нас не было даже наемных работников, только отец с матерью, нас три брата и дядя Бен. До войны дела шли ни шатко, ни валко, но мясо в доме всегда водилось, это понятно, так что с голоду мы никогда не умирали, на тряпки пусть и не новые денег тоже вроде хватало. Все изменилось с войной. Армию нужно было кормить и одевать, овец требовалось все больше, мясо подорожало, и мы стали быстро богатеть. Перебрались из маленького домика в огромный замок. Увеличили поголовье овец в несколько раз, взяли в аренду новые земли. Сами перестали работать на ферме, наняли кучу людей, купили новую технику...Все было хорошо вплоть до 1952 года. Сначала умерла мама, а через два месяца дядя Бен. Нужно отдать ему должное в том, что мы безбедно жили все это время, в общем, то его заслуга. Номинально хозяином фермы был отец, но, по сути, конечно, управлял всем именно дядя. Он был этаким серым кардиналом, который никогда не высказывал свое мнение открыто при людях, но наедине всем промывал мозги похлеще любого профессора колледжа. В том же пятьдесят втором меня забрали в армию. Когда я оттуда вернулся, фермой управлял старший брат. Он неудачно вложил крупную сумму денег, и пришлось некоторые наши земли вернуть банку. А еще через некоторое время вообще все продали, а вырученные деньги поделили между собой. У отца появилась навязчивая идея перебраться на туманный Альбион. Он захотел купить дом в Англии, тут то и появился этот проходимец Добс. Тогда он назвался Питером Кросби. Он предложил отцу купить отличный дом в предместье Лондона, построенный в викторианском стиле с приличным садом, конюшней, множеством других полезных построек, таких как, например, летний гостевой домик, оранжерея, дом для прислуги, с разными складскими помещениями, с новой угольной котельной и десятком акров земли в придачу. На все это у Добса имелись подробнейшие фотографии, документы, удостоверяющие право продажи, с оценочной стоимостью перечисленного имущества. По всему получалось, что отец покупает это имение по очень выгодной для себя цене, чуть ли не в два с лишним раза дешевле ее реальной стоимости. Для отца это была самая главная сделка в жизни. Он отдал все свои деньги, продал дом, занял еще немного у старшего сына. Даже купил билеты до Англии, а потом оказалось, что в том месте, куда должен был перебраться отец, нет ни такого дома, ни вообще поместья. Да и земля эта отцу никаким образом не принадлежит...Это был страшный удар для него. Утром мы нашли его мертвым у подножья скалы, он был в этом самом плаще. В кармане была записка с просьбой его простить и помнить, что он нас очень сильно любит...Этого Питера Кросби к тому времени, конечно, и след простыл. Я устроился стюардом на корабль к мистеру Смиту, плащ как память об отце всегда возил с собой. И вот как то вечером, за день до отправления в Америку, я встретил теперь уже Чарльза Добса в гостинице. Он меня само собой даже не узнал. Когда он вышел из номера я прокрался к нему. Отрезал от плаща пуговицу, на внутренней стороне имелась одна запасная, оставил ее на столе вместе с запиской "Когда ты в следующий раз найдешь такую пуговицу, знай смерть твоя близко. Ты будешь гореть в аду за все свои аферы, грязная свинья." И какова же была моя радость, когда утром я обнаружил мистера Добса среди пассажиров нашего корабля. Сначала я не знал, что мне делать с такой удачей. Но тринадцатого вечером я решил начать подбрасывать по одной такой пуговице в его каюту. С первой у меня все прошло гладко, со второй вы, мистер Грин, меня спугнули, ну а потом смерть капитана...Вот в общем то и все.
   - Спасибо за откровенность, Ричард, вы свободны. Плащ я оставлю у себя, отдам после, в порту. И к Добсу не приближайтесь, это приказ, либо будешь сидеть под замком.- Мишель строго погрозил кулаком.
   - Да, сэр. Я все понял. Извините, господа, всего хорошего.- Поклонившись, Ричард Барнс спешно скрылся за дверью.
   - Я так понял, что он тоже не виновен?- Мишель грустно вздохнул.
   - Угу.- Элиот согласно кивнул.
   - Кто следующий?
   - Зови мистера Лонга.
  
  
  
   Глава 14 16 августа 1957
  
  
   Начальник службы безопасности со всего размаху опустился в кожаное кресло у себя в каюте. От усталости ноги гудели, требуя сбросить порядком поднадоевшие за день туфли. Зашвырнув обувь под стол, Мишель протянул руку, достал из ящика в столе фляжку с коньяком, прилично приложился, испытав первый приятный миг расслабления за весь прошедший день. Конечно, если не считать как обычно восхитительный ужин, приготовленный Жюстеном Клавье. За ужином Гари Джеймс взял на себя роль балагура и развлекал всех занятными рассказами о морских приключениях, шутил и как мог, старался быть душой компании, каким был славный Джером Смит. Особенно, заинтересовал собравшихся за столом, рассказ о давней традиции приветствия лайнеров адмиралтейства при встрече в открытом океане. Такое событие как раз должно произойти завтра, приблизительно в одиннадцать часов утра по лондонскому времени. Два корабля приближаясь друг к другу на расстояние прямой видимости, замедляют ход при этом, беспрерывно приветствуют друг друга пронзительными гудками, а пассажиры на верхней палубе обязательно устраивают салют из брызгов шампанского. Весь этот спектакль длится примерно пятнадцать минут, после чего лайнеры продолжают свое дальнейшее плавание. Француз много раз наблюдал это действо своими глазами, но так и не привык к этому закладывающему уши празднику. За последний год он ни разу не поднимался наверх, предпочитая пересидеть эту звуковую вакханалию у себя в каюте, и только после присоединялся к всеобщему празднику, когда наступало время вручать подарочные значки. Адмиралтейство, специально для этого случая выпускало красивые серебряные значки, на которых изображались два встречных в океане парохода.
   В целом со своей задачей Гари справился не плохо. Мишель даже несколько раз смеялся над шутками первого помощника.
   Все это хоть и с большой натяжкой можно было занести к приятным моментам сегодняшнего дня. Все остальное, пожалуй, скорее наоборот. Расследование убийства шло очень медленно и, по мнению Мишеля, за весь день они не продвинулись ни на йоту, особенно если учесть то обстоятельство что среди тех десяти человек, которых вызывал Элиот, преступника не оказалось. Похоже "мистер всезнайка" все-таки ошибся. Потратили на это столько времени, даже вместо обеда, довольствовались лишь холодными бутербродами со слабосоленой семгой, запивая их горячим кофе. И все напрасно. Подведя некоторый итог можно было резюмировать следующее. Мишель не листке бумаги кратко изложил свои мысли:
      -- Кристиан Слим и Сэмюэль Лонг являлись левшами. Что, по мнению Элиота, практически приравнивалось к стопроцентному алиби. Очень глупо, на мой взгляд, вот так сбрасывать со счетов самых "подозрительных". Мало ли что у них там в голове? Может им все равно, какой рукой держать нож? Все-таки нож, это тебе не гаечный ключ!
      -- Питер Прайд и Жюстен Клавье с вечера и почти до самого утра играли в покер, и не выходили из игровой комнаты, что подтвердили еще три человека.(Железное алиби) Вот здесь, пожалуй, не придерешься. Куча свидетелей, долговые расписки...Все ходы записаны.
      -- Мэйсон Грант спокойно спал у себя в каюте, что так же безоговорочно подтвердила миссис Грант, страдающая бессонницей.(Алиби)
      -- Марк Ланн и Дональд Хьюз провели ночь за разговорами о жизни, приговорив попутно три бутылки коньяка, отчего их довольно долго не удавалось разбудить утром, да и на вопросы они отвечали явно с трудом, не говоря уже о пресловутом запахе перегара, который витал над ними словно ангел хранитель.(Алиби) Тут, как говорится, без комментариев.
      -- Получалось что никакого алиби нет только у Ричарда Барнса(стюарда нашедшего тело), Даниэла Кюршона(мой сотрудник, за которого могу ручаться своей головой, толковый малый), да Пьера Дюваля(французский винодел, развел такую долгую, а главное скучную дискуссию о многообразии сортов винограда используемых для приготовления коньяка, затем завел разговор о качестве вин и напитков поставляемых лучшими винными домами Франции для королевских домов Англии, Испании, Бельгии...Даже Элиот, на миг показалось, задремал.) И все же, несмотря на отсутствие алиби, язык не повернется назвать хоть кого-то из них убийцей. Нет искать преступника, видимо, нужно не здесь.
      -- И напоследок самое главное. Алиби ведь отсутствует и у Мишеля Блана(начальника службы безопасности, то есть меня.) Интересно, рассматривает меня Элиот в качестве вероятного убийцы? Или нет? Да, нет...не может быть! Нужно гнать такие мысли прочь, поганой метлой...А вдруг все-таки подозревает?
   От этой мысли на душе становилось скверно, и не было никакой возможности выкинуть ее из головы. Это внутреннее подозрение, подобно ручейку, непрерывно подтачиваемому камень, весь день подрывало психологическую устойчивость француза. Нервы были на пределе, как натянутые струны, и Мишель вот-вот готов был "взорваться" и выплеснуть весь накопившийся с избытком негатив, попадись кто-нибудь под горячую руку. И надо же было такому случиться, что этим "счастливчиком" оказалась Шарлота Мур...Это было уже четвертое их настоящее свидание. Через час после ужина, девушка ждала его за уютным столиком на верхней палубе в длинном голубом платье, так изумительно подходившем к цвету ее бирюзовых глаз. И мало того, что Мишель опоздал на целых пятнадцать минут, что совсем не красит джентльмена, так еще пришел с таким лицом, будто только что потерял последний миллион долларов. Она, не переставая, тараторила что-то о своей семье, об их красивом доме в пригороде Вашингтона, он же совсем ее не слушал и был поглощен только своими мыслями. На вопрос что случилось? Он грубо ответил: не твое дело! После чего француз сам не помнил, что наговорил бедняжке, слова, которые он никогда бы не посмел произнести при даме, слетали с его губ, словно мыльные пузыри, легко и непринужденно. Шарлота разрыдавшись, убежала, оставив после себя лишь нежный, едва уловимый, аромат своих любимых духов. День был безнадежно испорчен, и ничего больше не оставалось, как пойти к себе в каюту.
   Вот и сейчас в голове вертелся последний, не самый приятный разговор с Элиотом, который имел место незадолго до вечерней трапезы:
   - Эй, Эл, ну и что ты скажешь?
   - А что ты хочешь от меня услышать?
   - Да я собственно все о том же. Ведь все эти весьма продолжительные беседы, которые мы сегодня вели, в общем, то ничего нам не дали. Мне кажется, что мы просто потеряли целый день на пустую болтовню.
   - Ты, ошибаешься. Мы узнали все, что нам требовалось, даже больше чем нужно. Теперь остается только собрать ожерелье-правды из жемчужин-фактов. Правда, я готов признать, что в этом деле уж очень много неявного...
   - Не понимаю,- Мишель покрутил головой,- о чем это ты?
   - Какой самый главный вопрос сыщика?
   - Ну и какой?
   - Кому выгодна смерть Джерома Смита?
   - Да никому, вроде.
   - Вот об этом я и говорю. Нужно подумать. Серьезно подумать.
   - А ты не рассматриваешь возможность того, что убийство совершено не из-за выгоды, ведь мотивом может быть что угодно, месть например, или внезапная ссора?
   - Не исключено, но гадать на кофейной гуще нет смысла.
   - Так ты и вправду считаешь, что убийца среди того десятка человек, опрошенных нами сегодня?
   - Мишель, давай на сегодня закончим. Ты задаешь слишком много вопросов, ответов на которые я не знаю, либо не готов дать сию минуту. Успокойся всему свое время. Пойдем лучше поедим.
   Опустошив фляжку до дна, Мишель уснул прямо в кожаном кресле.
  
  
  
   Глава 15 17 августа 1957
  
  
   Примерно в половине одиннадцатого утра Элиот поднялся на верхнюю палубу. И сразу оторопел. Такого количества желающих присутствовать при знаменательной встрече двух кораблей адмиралтейства, трудно было себе представить. Похоже, абсолютно все пассажиры, включая детей и прислугу, находились на верхней палубе. Десятки стюардов трудились не переставая, предлагая с подносов закуски, бокалы с шампанским и свежую клубнику. На столиках уже стояли закупоренные бутылки, специально приготовленные для такого случая. Элиот сначала хотел найти Мишеля, но побродив среди бурно веселящихся пассажиров осознал, что занятие это бесперспективное. Зато Гари Джеймса он нашел достаточно быстро, тот подгонял стюардов почти у самого входа.
   - Привет, Гари. Не ожидал, что сегодня будет столько народа?
   - Привет, Эл. Это обычное дело. Бывало, что яблоку негде упасть, другое дело, что командовал раньше не я. Так что в некотором роде мой первый подобный опыт, не хочу его испортить.- Гари поднял фуражку и смахнул выступившие капельки пота со лба.
   - Мишеля случайно не видел? - говорить было достаточно тяжело, праздно-горланящий фон, словно огромный ансамбль, собранный из совершенно неожиданных инструментов и издающий точно такие же неожиданные звуки, перекричать было практически невозможно.
   - Нет. Он обычно сидит у себя в каюте, не любит громких звуков. Поднимется сюда к половине двенадцатого.
   - Понятно, ладно пойду, поздороваюсь с полковником Грантом, он машет мне рукой.
   - Ок.
   Элиоту пришлось изрядно поработать руками, чтоб добраться до стоящего в стороне полковника Гранта, пробираться через живую массу, находящуюся в непрерывном движении, оказалось делом не простым. Всего, за какую то минуту Элиот три раза выслушивал извинения людей случайно наступивших ему на ногу, и еще дважды извинялся сам. Уже пожимая друг другу руки, мужчины обратили внимание, что людей рядом стало значительно меньше. Нет, конечно, никто и не думал уходить, просто людская масса переместилась к левому борту, где на горизонте появилась небольшая белая точка, которая стремительно приближалась, вычерчивая контуры белоснежного океанского лайнера. Наконец корабли полностью остановились на почтительном расстоянии друг от друга, и пространство прорвал закладывающий уши звук, это как раз и был соединившийся в одно целое корабельный клаксон. В этом было, что то завораживающее, сотни глаз с одной и другой стороны внимательно смотрели друг на друга, пытаясь отыскать своих друзей или знакомых, которых не возможно было отыскать в бесформенной и безликой людской толпе. Но очень быстро приходило осознание того, что это ЛЮДИ, здесь посреди огромного, временами бушующего океана - ЛЮДИ и сердце наполнялось любовью, а на глазах наворачивались слезы. И никто не обращал внимание на пронзительный механический рев, ибо, когда говорит сердце остальное теряет всякий смысл.
   В воздух полетели головные уборы, шампанское полилось рекой и веселье продолжилось с удвоенной силой.
   Через какое время лайнеры продолжили свой путь Элиот сказать точно не мог, так как не смотрел на часы, но по ощущениям стояли достаточно долго, гораздо больше пятнадцати минут. Мишель на палубе так и не появился. Элиот оставил полковника Гранта и снова подошел к Гари Джеймсу.
   - Не видел Мишеля? Он должен был принести значки.- Спросил Гари.
   - Сам хотел тебя спросить о том же,- Элиот улыбнулся.
   - Спит, поди. Придется идти будить.
   - Я схожу, не переживай.
   В каюте Мишеля не оказалось. Элиот нашел друга в объятиях прекрасной Шарлоты Мур.
   - О, Эл, что ты тут делаешь?- удивленно спросил Мишель краснея.
   - Тебя искал. Ты сейчас должен быть на верху. Гари волнуется, вот и отправил меня, разбудить тебя.
   - Черт. Как я мог забыть.- Мишель постучал себя по голове.- Все уже бегу.
   - Доброе утро, мистер Грин,- улыбнувшись лишь уголком рта, спросила Шарлота.- Вы видимо меня не заметили?
   - О, простите мою бестактность, мисс Мур, доброе утро!
   - Шарлота, Элиот прошу вас помочь мне, все вместе мы сразу принесем все необходимое наверх.
   Но подняться наверх, было так и не суждено. Чета Грантов стояла у двери в каюту Пьера Дюваля, по переменке нажимая на клавишу звонка.
   - Ищите Пьера?- остановившись, спросил Элиот.
   - Да, хотим пригласить его перекинуться с нами в картишки,- полковник разочарованно вздохнул,- на верху его тоже нет, жаль...А может вы, Элиот, составите нам компанию?
   - Нет. Уж, извините дела.- Элиот повернул дверную ручку. Дверь оказалась не заперта. Картина, представшая перед глазами присутствующих людей, повергла всех в шок. Миссис Грант издав пронзительный крик, потеряла сознание. Полковник склонился над супругой, пытаясь привести ее в чувство. Лицо Шарлоты побелело, но она все же стояла на ногах.
   - Мишель, быстро отведи Шарлоту к себе и сразу возвращайся, нужно снять отпечатки пальцев. Да и захвати доктора Моргана. Вы полковник, забирайте жену и несите ее к себе в каюту. Об увиденном не слова, прошу вас.- Элиот зашел внутрь и закрыл за собой дверь.
   Пьер Дюваль сидел на стуле, запрокинув голову назад. По стене был размазан коктейль из крови и человеческих мозгов. Огромное кровавое пятно причудливой формы растеклось по полу, не образовав лужи, впиталось в мягкий ворс паласа. В смерти француза сомневаться не приходилось. Под стулом одиноко валялась итальянская беретта, калибра девять миллиметров. На столе лежала предсмертная записка, отпечатанная на пишущей машинке. Самой машинки на столе не было. Под текстом стояла подпись сделанная ручкой с фиолетовыми чернилами. Перьевой "паркер" торчал из переднего кармашка пиджака. В дверь постучали. Это пришли Мишель и доктор Морган.
   На внутренней стороне двери, на ручках платяного шкафа, на ручке пистолета удалось снять хорошие отпечатки пальцев, все они без сомнения, принадлежали убитому. Помимо одежды в шкафу оказался и переносной футляр с новехоньким Ундервудом внутри. Видимо, напечатав записку, хозяин бережно спрятал пишущую машинку обратно. Во внутреннем кармане пиджака Элиот обнаружил портмоне из крокодиловой кожи с небольшим количеством наличности и потрепанный французский паспорт. Больше ничего стоящего внимания в каюте найти не удалось. Одежда, ботинки, несколько склянок с одеколоном, зубная щетка и паста, вместительный чемодан - обычные атрибуты любого путешествующего человека.
   Доктор Морган внимательно изучал "прощальное" письмо. Появился Гари Джеймс, которого от увиденного зрелища вывернуло в туалетной комнате. Немного придя в себя, он присоединился к доктору.
   " Перед лицом господа нашего... Я Пьер Дюваль хочу просить прощение у всех кому хоть когда-нибудь причинил вред, особенно это касается жены и детей Джерома Смита, прекрасного капитана и человека, которого я убил.
   Да, признаюсь перед лицом господа, в том, что это я убил Джерома Смита. Я убивал многих, но было это давно. На войне, и по большей части они все этого заслуживали, говорю это открыто и не без легкого оттенка гордости. Во время Второй мировой, я руководил отрядом, целью которого было устранение высших немецких офицеров, разрушение стратегически важных объектов и средств наземной коммуникации. Можете называть это французским спецназом. Потому, наверное, не стоит даже объяснять, что в совершенстве я владел любым оружием, в технике же ножевого боя мне не было равных. Это было МОЕ. Во всем виновато "босоногое" детство. Я рос беспризорником на грязных задворках Парижа, где жизнь сама заставила научиться приемам необходимой самообороны, где приходилось выживать каждый день, искать пищу, кров, деньги, лекарства. Да много чего еще. Ведь дети улицы тоже имеют свои маленькие весьма, приземленные желания. Все это приходилось доставать не всегда честно, нужно отметить. Или ты, или тебя - вот главный девиз улицы. Этот урок я выучил навсегда, что очень помогло мне во время войны. Кроме того, улица научила и другому важному принципу, которого я придерживался до сих пор, а именно, не на кого не надеяться и добиваться всего самому. Еще до войны мне удалось получить плохонькое образование, но главное, что мне хотелось измениться, стать другим, более образованным, более культурным. Я много работал, в основном это была грязная, тяжелая неблагодарная работа, к тому же весьма низкооплачиваемая...Но я никогда не отчаивался и по вечерам читал книги, которые стали для меня проводником в другой мир. В мир, в котором не было злобы, жадности, бедности, наконец...А есть необыкновенные приключения, великие подвиги и всенародная слава...Этот мир притягивал меня сильнее любого магнита. Война заставила Францию жить по-другому. Вернее заставила всех жить по-другому. Я, как и многие, выступил против немецких оккупантов, став сначала бойцом, а потом и командиром в Движении Сопротивления. Это было большой удачей. Там я познакомился со многими выдающимися людьми Франции. Уже после войны мне не составило труда обзавестись хорошей работой, большим домом, шикарной машиной и прочими атрибутами красивой жизни, о которой я когда-то мог только мечтать. Но самое удивительное то, что я получил, возможность путешествовать по миру, видеть другие страны, людей - это стало моим главным жизненным Университетом. В настоящем, я так никогда и не учился. Единственное о чем могу сожалеть, что не завел семью. Меня никто и нигде не ждет.
   Не хочу, чтоб вы (те, кто читает это письмо) считали меня нытиком, просто я не хочу уйти без объяснения произошедшего, да и немного оттянуть время от смерти...
   Вечером 15 августа мы с капитаном повздорили. Сейчас мне даже трудно понять, что же произошло на самом деле. Все началось с дружеской беседы, но слово за слово разгорелся сначала спор, затем я вспылил и уже не контролировал свои действия. Очень стремительно я заколол капитана, когда же осознал что наделал, испугался, признаю это не без стыда. Выбросил нож за борт, а остаток ночи провел в тяжелых раздумьях. Наконец, я все решил. Я сам себе вынес смертный приговор, и он не подлежит обжалованию. За сим прощаюсь. Ваш Пьер Дюваль." 17 августа 1957г.
  
   - Что скажете, док?- вернув бумагу, негромко спросил Гари.
   - Что, тут скажешь? Лучше чем написал этот малый, я не скажу. Самоубийство в лучшем его проявлении. На пальцах левой руки следы пороховых газов. В голове отверстие, пуля прошла черепную коробку под небольшим углом, видимо в последнюю секунду рука дрогнула. Это все.
   - Простите, доктор Морган,- вмешался Элиот,- Значит, он стрелял левой рукой?
   - Ну конечно, иначе бы вот это было не здесь,- доктор указал на пятно с кусками плоти, медленно стекающее по стене,- да и следы пороховых газов были бы на другой руке.
   - Спасибо, очень доходчиво все разъяснили.
   - Рад быть полезным,- доктор иронично усмехнулся.- Лишь бы вот так не кончить.
   - Такой приличный господин, никогда бы на него не подумал.- Гари старался не смотреть на труп.- Жаль, конечно, Джерома, нарвался на буйную голову, видно вовсе не к месту.
   - И разрешения на беретту, у него не было,- философски подметил Элиот.
   - Что ж господа, пусть так, но все закончилось.- Мишель слабо улыбнулся.- Тебе, Эл, больше нечего расследовать...Скажи, ты подозревал Пьера?
   - Нет. Да и честно признаться, такого развития событий, я не ожидал.
   - Предлагаю пойти ко мне и пропустить по стаканчику чего-нибудь покрепче,- предложил Мишель.- Нужно снять накопившееся напряжение.
   - Принимается,- ответил Элиот.
   - Принимается,- повторил Гари.
   - Господа, я пас. Пойду лучше немного полежу, голова, что-то разболелась,- пожаловался док Морган.- Как-нибудь в другой раз.
   - Ладно, док. Для вас у меня всегда найдется выпивка.- Мишель широко улыбнулся. Ну что, друзья, ко мне?
   - Да, погоди, ты. Дай нам хоть переодеться и привести себя в порядок. Я буду готов минут через двадцать.
   - Черт с вами, жду через двадцать минут.
  
  
  
  
   Глава 16 17 августа 1957
  
  
   Элиот и Гари пришли почти одновременно, обменявшись приветствиями, постучали в дверь.
   - Проходите, друзья, проходите!
   Мишель сидел в своем кресле и что-то писал в своем блокноте. Каюта Блана помимо спальной и туалетной части имела отдельную прямоугольную комнату, размерами десять на пятнадцать ярдов, приспособленную под кабинет. За удобным письменным столом располагалось мягкое кожаное кресло хозяина, вдоль длиной стены стояли два кожаных диванчика, меж которых располагался журнальный столик из красного дерева. Четыре окошка- иллюминатора наполняли помещение естественным солнечным светом. На противоположной стороне комнаты висела огромная картина одного из маринистов, занимая две трети всей стены. Незамысловатый этнический узор персидского ковра, с длинным ворсом, расстеленного на полу придавал комнате атмосферу домашнего уюта. Ноги просто тонули в мягкости его ворса. У Элиота сразу возникло желание снять туфли и пройтись босиком, ощутить ступнями прикосновение нежности, словно прогулка по траве в городском парке, к которой так привык Элиот за годы учебы в Манчестерском университете Виктории.
   Мишель отложил в сторону блокнот и приветствовал вошедших гостей.
   - Присаживайтесь, прошу, вас.
   - Мишель, ты всегда ходишь по такому ковру в обуви?
   - Нет, без гостей я снимаю туфли, а что?
   - Извини, просто вопрос возник сам собой.
   Гари и Элиот расположились на диванах. Мишель из стола достал бутылку коньяка Giboin, наполнил три фужера темно- золотистым содержимым. Гари и Элиот взяли со стола по бокалу.
   Мишель поднял руку и произнес:
   - Господа, я хочу поднять этот бокал в память о моем друге и коллеге, безвременно ушедшем от нас... Я пью за тебя Джером Смит!!!!
   Друзья подняли бокалы вверх и молча осушили. Мишель вновь их наполнил.
   - Вы знаете, друзья, все же хорошо, что вся эта история с убийством закончилась, и убийца сам признал свою вину, покаялся и сам свел счеты со своей жизнью... Представляете через какие круги ада пришлось бы всем пройти, если бы в дело вмешалась полиция? Всех бы задержали, допрашивали, досматривали...Да по репутации всего адмиралтейства был бы нанесен тяжелый удар. Это был бы позор. Где это видано, чтоб на корабле ее величества совершались убийства? Я в компании четыре года и за это время, конечно, случалось разное: и воровали в каютах 2 и 3 класса, и несчастные случаи были( матрос вот год назад выпил и упал между лестниц, насмерть), но чтоб убийства...Нет, такого точно никогда не было, уж я бы знал.
   - Я, согласен,- тихо прошептал Гари.- Вот уж поистине не знаешь: какую шутку выкинет с тобой судьба в следующую минуту. Мне всегда казалось, что у Джерома, как и у слона, в природе врагов нет. Чтоб даже в кулачном бою победить его потребовалось бы человек семь, никак не меньше, а тут насмерть...-Гари сделал глубокий глоток.
   - А, ты что скажешь, Элиот?
   Элиот со странным видом рассматривал бокал с содержимым, покатав коньяк по бокалу, пригубил. Несколько секунд помолчал, и быстро произнес:
   - Мишель, принимаешь ли ты пари?
   - Я? Ну...смотря на что?
   - Ставлю сто фунтов стерлингов против твоих десяти на то, что я знаю: кто убил капитана Джерома Смита! Нашего славного Джерома Смита!!!
   Мишель и Гари переглянулись и дружно рассмеялись.
   -Эл, да ты видно пьян...Весь корабль благодаря кучке сплетников в курсе кто его убил. Я боюсь, что в Европе об этом уже пишут в газетах, хотя мы еще официально никому ничего не сообщали. Сегодня на всех палубах это будет новость номер один...Даже про предсмертное письмо уже наверняка все знают. Вот уж воистину шила в мешке не утаишь.
   - Хорошо, пари отменяется, точнее нет, переносится на неопределенное время. Гари, друг, скажи, держал ли ты когда-либо в своих руках бутылку вина стоимостью...Ну скажем несколько тысяч фунтов стерлингов?
   Гари отрицательно покачал головой.
   - А, ты, Мишель?
   - Конечно, нет Эл. Но к чему ты клонишь? Я тебя не понимаю.
   - Да, Эл, я тоже ничего не понял.
   Элиот опять спокойно разглядывал свой бокал.
   - Несколько лет назад, дядя Говард прислал отцу на юбилей одну такую бутылку. Коньяк из спиртов, выдержанных 50 и более лет, вы только вдумайтесь: напиток- ровесник юбиляра...поразительно. И ведь невзрачная бутылка из непрозрачного закопченного стекла, чтоб не пропускать свет, с бумажной этикеткой...Никогда бы не задумался о ее цене. Отец до сих пор хранит ее в секретере, неизменно твердя, что время не властно только над коньяком и верой в господа бога...
   - Так вот, друзья, мне в голову пришла одна очень интересная мысль, и я обдумывал ее, слушая ваш прелестный треп...
   - Говори, Эл не тяни,- Гари поставил свой стакан на столик.
   - Да, Эл не тяни,- поддержал Мишель.
   - Терпение, друзья, терпение, я все объясню, но у меня все еще есть сомнения и, кроме всего прочего мне не обойтись без вашей помощи!
   - Мы все сделаем, что в наших силах можешь не сомневаться.- Мишель Блан пододвинул к себе блокнот.- Говори, я запишу, что нужно выяснить?
   - Ничего выяснять не надо! Мы должны попасть в грузовой отсек. Мне просто необходимо осмотреть контейнер Дюваля, потому я и спрашивал: держали ли вы в руках коллекционные вина?
   - Элиот, ты же понимаешь, что это невозможно. Открыть товарный отсек можно только по прямому распоряжению капитана, а кэп мертв...
   - Гари, ты говоришь глупости. Ты, в данной ситуации являешься исполняющим обязанности капитана и именно, ты, дашь такое распоряжение. Вернее не надо никакого распоряжения. Ты, Мишель и я, инкогнито спустимся вниз, осмотрим груз и вернемся обратно. Мы даже крыс не потревожим, я тебе это обещаю.
   - Но это против всех правил, Элиот, ради чего вообще мы должны туда идти?
   - Ради правды, ради Джерома Смита, но самое главное - ради любопытства!
   - Ради любопытства? Ты предлагаешь сломать пломбы ради любопытства? Пойти на грубое нарушение устава, влекущее за собой позорное увольнение, ради любопытства? Да ты в своем уме?
   - Именно. Любопытство гораздо более сильный раздражитель для человека, чем любой другой. И сию минуту именно любопытство движет мной. Я не скрываю этого. И вами оно тоже движет. Вот сейчас я совершенно серьезно бьюсь об заклад, что на одном из контейнеров пломба уже сорвана!!!
   - Что? Откуда ты это взял? Пломба никак не может быть сорвана, ведь не было ни пожара, ни воды, кто мог снять пломбу?
   - Я еще раз повторю: как минимум на одном из контейнеров Пьера Дюваля нет пломбы, сие означает, что содержимое доставали, и сделал это Джером Смит.- Элиот поднялся с дивана и сделал несколько шагов по направлению к выходу.
   - Я тебе не верю!- Гари гневно, словно бык на красную тряпку, уставился на Элиота.
   - Этого просто не может быть,-Мишель не верил своим ушам.
   - Элиот, ты говоришь это серьезно?
   - Совершенно серьезно. Я говорил, что у меня есть некоторые сомнения, но если я прав, то господа человек, который убил Джерома Смита все еще среди нас!!!
   - О, господи, Эл, о чем ты говоришь? Объясни все, наконец. Или я никуда не пойду!- Мишель демонстративно стал разглаживать стрелку на брючине. Гари носком ботинка пытался подцепить краешек персидского ковра, покрывающего пол каюты.
   - Я все вам подробно объясню, когда мы осмотрим коллекционные бутылки. Пока же могу сказать лишь одно: я всерьез полагаю, что на корабле есть кукловод, который так умело, дергает за свои веревочки, как виртуоз-дирижер управляет своим оркестром. Да, господа, нас одурачили, нам каждый раз подсовывали именно ту картинку, которую мы хотели видеть. Этот человек гений. Он очень ловко менял ситуацию в свою пользу, при этом никогда не появляясь на самой арене лично. Что доказательств его вины мы не найдем, я в этом не сомневаюсь. Я готов признать, что он гений.
   - Элиот, ты в самом начале разговора упомянул, что знаешь: кто убил Джерома Смита и ставишь на это 100 фунтов. Я могу из этого сделать вывод, что ты знаешь имя этого "гения"? И можешь его назвать?- Начальник службы безопасности лайнера "Королева Атлантики" нервно заерзал.
   - Да! Я знаю его имя.- Элиот спокойно смотрел в иллюминатор, короткие гребни волн с постоянным упорством накатывали на металлический борт корабля, словно пытаясь оттеснить его с выбранного курса. Вот и человеку нужно быть подобным кораблем, смело идти по жизни выбранным курсом, не обращая внимания на действия и обстоятельства, норовящие сбить с истинного пути.- Подумал Элиот. Созерцание океанского пейзажа прервал Гари:
   - Эл, так кто он?
   - Друзья, я просил немножко терпения, не стоит забегать вперед, иначе сгоряча можно наломать дров. Ведь мы не имеем возможности, действовать открыто: могут пострадать случайные люди, кроме всего прочего, предсказать поведение человека, опережающего нас в мышлении, вряд ли у нас получится, да и пробовать не стоит, можете мне поверить на слово.
   - Да, Эл, умеешь ты запутать! Но, черт возьми, мне действительно стало любопытно, столько загадок, я просто сгораю от желания: все хочется увидеть и услышать своими глазами и ушами.- Мишель энергично потер ладонью о ладонь.- Эл, я с тобой!
   Элиот усмехнулся:- Осторожней, так в древние времена огонь добывали!
   - Я, тоже в деле, ребята- Гари сжал руку в кулаке на манер французских партизан.- Nо pasaran!
   - Вот и отлично. Теперь обсудим самое основное: первое во время обеда и ужина отлучаться не стоит, чтоб не вызывать подозрение. А вот между обедом и ужином...Шести часов предостаточно. Нам вполне хватит и часа, так что время в нашем распоряжении есть. Второе: нам необходима фомка и три фонаря.
   - Зачем нам фомка, если замок уже вскрыт и пломба сорвана?
   Фомка нужна все равно, я собираюсь вскрыть еще один контейнер, если он еще не вскрыт, да и так можно сказать про запас- Элиот улыбнулся.
   - Фомку и фонари я беру на себя, действовать будем скрытно, никто из персонала и пассажиров не должен знать, что мы заодно. Встречаемся в три часа у грузового лифта, это с правого борта, нужно спуститься по лестнице для персонала на три этажа в низ.- Мишель многозначительно посмотрел на Гари.
   - Что ты на меня уставился? Я прекрасно знаю, где грузовой лифт. Как никак я капитан этой посудины! Гари комично пытался воспроизвести голос Джерома Смита. Все дружно засмеялись.
   - Все совещание закончилось, все свободны.- Скомандовал Гари Джеймс и сам же первым отправился к двери.- Время обедать.
   - Есть, сэр - в один голос прокричали Элиот и Мишель, и рассмеялись. Пожав руки на прощание, разошлись.
  
   Глава 17 17 августа 1957
  
   Элиот задержался на четыре минуты. Гари и Мишель уже стояли у двери лифта. Нервно поглядывая на часы, перекидывались отдельными фразами.
   Оба, как сговорились, были в серых вязаных джемперах и белых мокасинах. На спине француза висел рюкзак с инструментом.
   - Извините, друзья, я опоздал. - Элиот бегом первым заскочил в лифт.
   - Ох уж эта хваленная английская пунктуальность,- улыбнулся Мишель.
   - Странно, а мне говорили что фраза: точность- вежливость королей, но обязанность для их поданных, принадлежит французскому королю Людовику ХVIII.- отшутился Элиот.
   - Меньше слов, больше дел- пробурчал Гари,- мы и так задержались, пора спускаться.
   Гари нажал кнопку лифта и кабина медленно, словно улитка, поползла в низ. Громкий скрежет лебедки только усиливал ощущение замедления времени. Хотелось быстрее выскочить из этой огромной грузовой коробки, а лифт все полз и полз, это показалось Элиоту вечностью. На лице проступили капельки пота. Наконец шум прекратился, лифт замер, створки разошлись, и мужчины дружно высыпали наружу.
   - Столько раз пользовался этой махиной, и все равно каждый раз страшно.- отчеканил Мишель, одновременно развязывая шнуровку рюкзака. Пошарив внутри рукой, достал всем по карманному фонарю. Быстро проверив их исправность, мужчины двинулись дальше.
   - Судя по накладным документам груз, месье Дюваля находится там,- Гари показал рукой вперед. В этой части грузовой отсек делится на две половины. Обе закрыты металлическими воротами, которые открываются из нутрии электродвигателями, чтоб попасть внутрь, нужно открыть опломбированную дверь, их также две.- Нам сюда.
   - А вот и пломба, на месте. Сюда явно никто не проникал.- Гари указал на дверь, сбоку которой находилась круглое углубление с залитой внутри печатью.
   Элиот подошел поближе, поковырял печать, покачал головой
   - Да, эту дверь не открывали, Гари, где вторая?
   - Дальше по коридору, следуйте за мной, это рядом.
   Ярдов через 70 остановились перед точно такой же дверью. Пломба была на месте. Никакими варварскими методами внутрь не проникали.
   - Эл, пломба на месте, слава богу, ты ошибся. Очевидно, что никто не проникал на склад.- Гари просто сиял от радости.
   - Этого просто не может быть!- Элиот потер переносицу. Подошел ближе к печати, поскреб ногтем сургуч, печать сидела в углублении намертво.- Я не готов к такому повороту...
   -Есть ли внутрь другой вход? Может вентиляционный люк, черный ход, противопожарный лаз, ну хоть что-то?
   - Эл, о каких-либо других возможностях попасть внутрь, я не осведомлен, возможно, если посмотреть технические чертежи, можно это выяснить. Может Джером, что знал, но я не ручаюсь.
   - К черту чертежи, я должен подумать!- Элиот явно был сильно разочарован.
   Мишель сделал несколько шагов в сторону и произнес:
   -Вы тут пока подумайте, друзья, а я, пожалуй, покурю. И чиркнув спичкой прикурил сигарету.- Все таки умники тоже ошибаются...
   Элиот обернулся на звук и словно завороженный смотрел на Мишеля.
   - Мишель, кэп Джером курил трубку, ее обычно раскуривают, используя спички: так удобнее, не так ли?
   Мишель молча кивнул.
   - Но имел ли он при себе зажигалку?
   - Конечно, Джером не любил спички, из-за ветра, да и промокнуть они могли, в любую секунду... Он предпочитал разжигать трубку своей Zipo и никогда с ней не расставался...По морскому уставу персонал корабля всегда должен быть одет по форме, соблюдая знаки отличия. Так вот Джером частенько нарушал эти требования, я сам неоднократно видел его на капитанском мостике без рубашки. Но даже тогда, трубка и зажигалка были всегда при нем.
   - Я тоже могу это засвидетельствовать,- подтвердил Гари.- Но какое отношение зажигалка имеет к этой двери?
   - Или к той, первой, которую мы прошли,- вставил Мишель.
   Элиот улыбнулся,- к двери, конечно, не имеет, а вот к печати самое прямое.
   Я вот о чем подумал: Капитан побоялся ставить в известность экипаж в том, что собирается проникнуть в хранилище, иначе бы это стало известно тебе Гари, не так ли? Следовательно, действовал он инкогнито (один или с кем то не важно), скорее всего, поздним вечером или ночью спустился сюда. Дальше кэп аккуратно срезал печать, положил ее в карман брюк, открыл замок на двери, вскрыл контейнер, что то обнаружил, вернулся обратно, расплавил печать зажигалкой и поставил ее на место. В принципе, все очень просто. Давайте и мы попробуем повторить данный трюк.
   Элиот достал перочинный нож и круговыми движениями срезал печать, сунул ее в карман. Гари вставил ключ, отворил дверь. Внутри царила кромешная темнота, пришлось воспользоваться фонарями. Огромные металлические коробки рядами тянулись во все стороны. Все они жестко были соединены с полом, некоторые из них были усилены распорками и ограничителями. Таблички с информацией о содержимом и владельце груза висели справой стороны контейнера, размеры имели небольшие, и рассмотреть их можно было только с близкого расстояния. Если не знать, где искать, можно было потерять уйму времени.
   - Ну и куда идти?- спросил Мишель.
   - Идите за мной,- произнес Гари, контейнера с хрупким товаром находятся вдоль правой стены. Кстати внутри эти контейнеры обиты войлоком и ватой, так что за сохранность бутылок можно не беспокоиться. Потратив минут десять на поиски, все же удалось найти все три контейнера, принадлежащих компании "Ариадна", в чьем штате состоял Пьер Дюваль.
   - Гари, ты, осматриваешь левый от нас контейнер, тебе Мишель достается правый, я беру тот, который по центру,- раздавал указания Элиот.- Господа
   осматривайте все очень внимательно, шаг за шагом, возможно, есть какая- нибудь надпись на контейнере, может что-нибудь на полу, и самое главное осмотрите замок.
   -Эл, что мы все таки ищем?
   - Необходимо определить какой контейнер открывали, либо он и сейчас открыт, а также возможные улики,- ответил Элиот.
   - Тьфу, черт - вскрикнул Гари,- мой фонарь, кажется, приказал долго жить, ну как же здесь темно. Мишель, где ты взял этот фонарь?
   - Как где? На складе. Он проходит у меня, как специнвентарь.
   - Да, хорош, специнвентарь...- Гари выругался.
   - Гари, подожди минутку, я сейчас подойду, мой контейнер цел, его не открывали,- произнес Мишель,- давай я взгляну на замок твоего ящика.
   - Мой тоже цел, я присоединяюсь к вам,- Элиот медленно шел к контейнеру Гари, лучиком света исследуя каждый дюйм пола, вдруг наступил на не большой, размером с горошину, камешек. Внезапно фонарь предательски подмигнул и погас. Эл машинально поднял камень и сунул в карман брюк.
   - Мишель, я тоже согласен, что твой инвентарь ни к черту...
   - Эл, это невозможно, но ты все-таки оказался прав, он сломан, я просто снимаю перед тобой шляпу. Ты чертовски умный, сукин сын!- Мишель держал навесной замок в руках. Затем открыл контейнер, направил луч света внутрь.
   - Не знаю, что ты надеялся найти, Эл, но здесь и вправду емкости с прекрасным нектаром...Гари смачно втянул ноздрями воздух.
   Внутри, как и было заявлено, находились бутылки, несколько сотен бутылок составленные в ячеистые деревянные ящики, со всех сторон укутанные мягкими материалами, обеспечивающими сохранность ценного груза.
   - Необходимо откупорить одну из бутылок,- сказал Элиот.
   - Вот в этом ящике не хватает одной бутылки, значит, берем отсюда, так что это у нас? Ага, да это Carafe от, месьё Гурри, господа, пожалуйте, 50 лет выдержки, из самого сердца провинции Шампань, кстати, господа, а вы знаете, как появился коньяк?
   - Мишель, открывай уже, потом расскажешь нам историю возникновения коньяка, тем более что там нет никакого Carafe!- строго сказал Элиот.
   - Как нет, а это что по твоему? - Мишель пил прямо из горлышка.- На вот, попробуй, сам! И протянул бутылку Элиоту.
   -Черт, и правду коньяк!
   - Конечно, коньяк, да не просто коньяк, а ого-го какой, дорогой, коньяк!!!
   -Сейчас моя очередь, Эл, не задерживай!- не выдержал Гари.
   Элиот молча достал камень из брюк. Положил на ладонь - это был ровный стеклянный осколок. Наконец Элиот все понял.
   - Держи, Эл твоя очередь- бутылка вновь оказалась в руках Элиота.
   - Мишель, ты можешь направить луч на пол?
   - Зачем? Ты стесняешься пить из горла?- друзья дружно рассмеялись.
   Элиот же спокойно разжал пальцы, и бутылка, описав в воздухе пируэт, со звоном разбилась о пол.
   - Эл, что ты сделал? Ты в своем уме?- голос Гари задрожал.- Да ты только что разбил 50 лучших лет моей жизни.
   - Тебе 35, Гари... Ага, а вот и то зачем мы с вами сюда спустились.- Элиот поднял с полу маленький темный мешочек.
   - Что там, Эл?- Гари и Мишель смотрели на вытянутую руку Элиота.
   На ладони лежали маленькие бесцветные камушки слабо отражающие свет.
   - Что это?
   - Это, господа, то во имя чего ушли из жизни Джина Кори, и старина Джером Смит...Представляю ее величество- алчность...О, на что только ты не толкаешь алчные души людей, проклятая золота жажда...
   - Эл, что ты несешь? Какое же это золото? Мишель, недоумевая, смотрел на Элиота.- Ты в своем уме?
   - Это изрек не я, а Публий Вергилей живший в I веке до н.э... еще мне нравится высказывание Саллюстия : Богатство не уменьшает жадности...Или вот Публий Сир: Когда убеждает золото, речь бессильна...Не скажешь точнее, не правда ли?
   - Эл, прости, но мы не готовы слушать твое занудство...
   - Господа, без сомнения это не золото, это не что иное, как натуральные, я полагаю, африканские алмазы. Да, да именно алмазы, признаться, я до этого момента точно не знал, что в конечном итоге мы обнаружим, так что для меня это тоже в некотором роде сюрприз.
   - Мишель открой еще один контейнер, мы должны осмотреть и его содержимое.
   В следующую секунду шеф службы безопасности достал фомку, и быстро сорвал замок. Взял первую попавшую под руку бутылку и ударил ее о пол.
   Кроме жидкости в бутылке ничего не оказалось, это действительно было дорогое вино.
   - Эл, здесь ничего нет.- Мишель был разочарован.
   - Да, похоже, контрабанда только в одном контейнере. Все нужно выбираться отсюда, а то мне здесь как то неуютно...Не успел Мишель договорить, как последний работающий фонарь в его руках потух. Друзья остались стоять в полной темноте.
   - Только молчите про инвентарь, сам знаю,- рассмеялся Мишель.- Хорошо хоть спички есть.
   - И зажигалка,- поддержал Элиот.
   Покинув склад, опечатав дверь, друзья договорились разойтись, чтоб привести себя в порядок, и встретиться в каюте Элиота через час.
  
  
   Глава 18 17 августа 1957
  
  
   - И так, господа, Мы столкнулись с серьезной организацией контрабандистов, переправляющих алмазы через Европу с Соединенные Штаты,- начал Элиот.- Кстати не только алмазы, партию контрабанды наркотиков арестовала полиция Антверпена два месяца назад. Я уверен это звенья одной преступной цепочки.- Друзья расположились за круглым столом в комнате Элиота.
   - Нет уж, Эл, давай- ка с самого начала и поподробней, мы хотим все понять,- попросил Гари.
   - Да, как ты догадался про контрабанду?- вставил Мишель.
   -Хорошо давайте с самого начала, но предупреждаю, история довольно длинная, придется долго слушать.
   - Элиот, можешь рассказывать хоть тысячу и одну ночь!- улыбнулся Гари.
   - Надеюсь, столько времени мне не понадобится, да и развлекать вас сказками по ночам я не намерен,- улыбнулся в ответ Элиот.
   - Прежде всего, напомню факты: ночью 14 августа таинственным образом с корабля исчезает Джина Кори, 15 августа от ножевого ранения умирает Джером Смит, 17 августа Пьер Дюваль не совладав со своей совестью, пишет письмо-исповедь и совершает самоубийство, пустив пулю себе в висок.
   После исчезновения мисс Кори на корабле возникает переполох поисковые группы, созданные капитаном и Мишелем прочесывают буквально каждый дюйм на судне. Поиски, как вы помните, не приносят никаких результатов. В конечном итоге, принимая во внимание, морскую болезнь, которой страдала Джина все приходят к мнению, что произошел несчастный случай.
   - Так и было, можешь не сомневаться,- вставил Мишель.
   - Я изначально не верил в несчастный случай,- Элиот игнорировал слова француза,- так как днем ранее лично в руки дал мисс Кори сильнодействующее лекарство от укачивания, которое, безусловно, ей помогло. Она превосходно себя чувствовала и довольно много времени проводила на свежем воздухе, что в первые дни плавания было совершенно ей не свойственно. Это первая часть головоломки.
   - Дальше последовало убийство капитана, человека, который во время второй мировой войны, безоружный, во время безжалостной драки, голыми руками умертвил двух фашистов, вооруженных холодным оружием. Он был на волосок от смерти, но, тем не менее, сумел победить. Убить такого героя можно было либо, напав сзади, что не соответствовало действительности, либо, обладая численным преимуществом, что тоже вызывает сомнение: так как нет никаких следов драки, синяков и ссадин на убитом тоже нет. То есть был нанесен всего один сильный, точный удар в область сердца. Таким образом, становится очевидным одно единственно возможное утверждение: убийца обладал навыками профессионального убийцы, действовал холоднокровно, четко, быстро, без каких бы то ни было лишних движений: один взмах, один удар, один поверженный противник. Кстати, в своем письме Пьер Дюваль пишет, что во время войны служил в рядах французского спецназа и обладал навыками ножевого боя...Это вторая часть задачки.
   И в завершении: Пьер пишет довольно "странное сентиментальное письмо", в котором рассказывает историю своей жизни, объясняет все свои поступки, и, в конечном счете, пускает пулю себе в висок. Единственное, что хочу выделить это стиль написания, он никак не соответствует вояке Дювалю. По моему мнению, он должен был написать примерно следующее: Это я убил Джерома Смита, прошу прощения перед лицом всевышнего...Вряд ли бы письмо получилось длиннее...Он сам мне говорил, что не дружит с бумагой...
   - Так ведь получилось,- воскликнул Гари.
   - И это третья часть нашего уравнения. Пожалуй добавлю, что правша решил застрелиться левой рукой...Хотя это и не столь очевидно...Допускаю, что такое случается.
   - Эл, я видимо, что-то упустил-вмешался Мишель, это касается второй части твоего уравнения, ведь именно месье француз убил капитана и в письме сам в этом признался, что же тут является неизвестным?
   - Твой вопрос, Мишель, попал в яблочко. Пожалуй, в этом вся суть разгадки. Именно пытаясь ответить на него, я пришел к пониманию всей картины в целом. Меня на протяжении всего расследования не покидала одна философская мысль, произнесенная профессором Бюйтером: людям зачастую не проглотить кусок правды в чистом виде, и тогда его обильно приправляют ложью. Иными словами, то, что нам кажется простой истиной, на самом деле является истиной лишь под глубоким слоем обмана и лжи. И чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь в правоте этого суждения. Взять хоть для примера политику...
   - Эл, по-моему, тебя занесло,- усмехнулся Мишель.
   - Да, конечно, прошу прощения. Ответьте мне на один вопрос: почему профессиональный убийца, пусть даже и в прошлом, испытывает такое раскаяние, что пишет письмо, достойное репортера Дейли ньюс? А тем паче, почему он решает покончить с жизнью? Ведь он убивал людей много раз.
   - Так это была война. Там или ты или тебя!- воскликнул Гари.
   - Война делает людей черствыми, эмоциональными уродами. Когда ты каждый день, видишь, как гибнут твои лучшие друзья, с которыми ты делишь последнюю краюху хлеба, ты постепенно привыкаешь не обращать на это внимание. Привыкаешь не бояться ничьей смерти, ни своей, ни чьей либо еще.
   - Зачем ему убивать себя? Ведь он мог просто во всем сознаться.
   - Так и почему он на это решился?- не выдержал Мишель.
   Элиот поднялся из-за стола, пересек комнату и сел на диван.
   - Он не решился, господа, его убили...Убили просто, изящно, не вызывая подозрений, не оставляя следов, инсценировав акт самоубийства ...
   - Все равно, Эл, не понятно, если Дюваль был контрабандистом, то кому и самое главное, зачем понадобилось его убивать?- Мишель пальцами отбивал простенький мотивчик.
   - Умница, Мишель, второй раз в самую точку. Только не забывай, мы пока не знаем, что он контрабандист. Строим цепочку. Что бы было, если бы убийца капитана не обнаружился? Ну, смелее Мишель, ты, кажется, об этом уже говорил?
   - Всех бы задержали, допрашивали, досматривали, ну ты же сам работаешь в полиции, все и так знаешь!- нахмурился Мишель.
   - Хорошо, что бы было с грузом?- спросил Элиот.
   - Его бы задержали до выяснения обстоятельств, досмотрели...
   - Ну, наконец-то, дошло,- усмехнулся Эл.
   - Так возникла мысль о контрабанде.
   - Теоретически, Пьер Дюваль, мог покончить с собой, чтоб отвести подозрения от груза,- продолжил Элиот, но письмо, повторюсь, было бы написано иначе. Понимаете, Дюваль был вояка, он привык выполнять, чьи то приказы, действовать в определенных рамках, решать же стратегические вопросы не входило в его обязанности. В крайнем случае, он всегда мог пойти на сотрудничество с полицией. Тогда то у меня и возникло ощущение, что Дюваль на корабле не одинок...И, что умереть ему помогли: во-первых нужно было спасать груз, поэтому нужно во что бы то ни стало "найти" убийцу капитана, во вторых необходимо было устранить самого Дюваля, так как он знал достаточно много и мог пойти на сотрудничество с полицией. И ход с письмом действительно выглядит очень изящно.
   - Причем тогда тут Джина Кори?- вмешался Гари.
   - Теперь, когда мы прояснили основные моменты, позвольте изложить весь ход данной истории...Эл, поправив прическу, продолжил:
   - Итак, господа на "Королеве Атлантики" путешествуют представители преступного синдиката, причем предполагаю, что Дюваль даже не знал о существовании второго, явно выше стоящего по иерархии коллеги, если вы не забыли, я называл его гением. Оба плывут инкогнито, каждый имеет свой круг общения, и на корабле они почти не пересекаются. И вот в один из дней наш гений объясняет Дювалю, что он должен ему подчиняться и что за доставку груза в целости и сохранности они отвечают своими головами.
   - Эл, ты, что слышал их разговор? Причем тут их головы?- спросил Гарри.
   - Нет, конечно, не слышал, я лишь пытаюсь представить логику событий. Так вот теперь представьте, что данный разговор происходит, как говорят французы tet a tet и касается весьма серьезных с точки зрения уголовного кодекса вещей. Но тут то и появляется на авансцене Джина Кори. Американка подслушала разговор контрабандистов, и ей стало интересно. Авантюристка по натуре, она обрадовалась новым открывающимся перед ней горизонтам. Она была богата, но жадность и страсть к приключениям взяли свое. Она находит сообщника в лице капитана и рассказывает ему про подслушанный разговор, про "необычность" груза винодела, наконец, ей удается уговорить ирландца одним глазком посмотреть на содержимое контейнера Дюваля. Дальнейшее нам известно. Обнаружив там алмазы, эта парочка решила шантажировать контрабандистов. Несомненно, о встрече договаривалась Джина, Джером не мог присутствовать при разговоре, так как по случайному стечению обстоятельств в тот вечер, произошла авария в машинном отделении, и капитан вместе с командой до утра боролся с огнем. Опять же, подробности данной беседы нам не известны, но зато известен результат: утром Джины Кори на корабле уже не было. Я думаю, ее оглушили и выкинули за борт. Можно только предполагать, как перепугался наш кэп, когда утром узнал об исчезновении, так сказать "партнера по бизнесу". Все мы видели, какую кипучую деятельность он развил в попытке отыскать Джину на корабле. Неизвестно чем бы все это закончилось, но именно ты Мишель успокоил капитана, выдвинув версию о несчастном случае, подтверждая ее начавшимся штормом и морской болезнью американки. Видимо поразмыслив, кэп решил, что и один сможет довести задуманное до конца и договориться с Дювалем. И то ли умение убеждать не было козырем Джерома, то ли запрошенная сумма была слишком велика, то ли делиться не входило в планы бандитов, но исход все тот же: еще один труп на алтарь бога жадности. Следующее убийство Дюваля было скорее необходимостью, чтоб закончить это дело и отвлечь основное внимание от груза.
   -Эл, но как же записка ведь она напечатана на машинке француза? Да и подпись в конце письма, без всякого сомнения, его,- нахмурился Гари.
   - Я, кажется, все понял, речь идет о Карле Бюйтере?- спросил Мишель.
   - Причем тут старичок антиквар?- не унимался Гари
   - Молодец, Мишель, да именно старичок антиквар и является нашим злым гением!- отчеканил Элиот. Он является одним из лучших специалистов по почерку в мире, полиция многих стран обращается к нему за помощью в проведении графологических экспертиз. Я уверен, что подделать подпись Пьера Дюваля для него не составило никакого труда. Тем более саму подпись он мог спокойно посмотреть в паспорте француза.
   - Но это же прямая улика против него!- Воскликнул Мишель, а ты говорил, что он очень умен и мы ничего не сможем доказать. Да мы этого старикашку так прижмем, мало не покажется! Все нам расскажет как миленький.
   - Как же!- усомнился Гари.
   - Верно, Гари. Не торопись, Мишель, специалистов такого уровня во всем мире не более десятка, включая самого Карла Бюйтера. Конечно, можно поручить провести экспертизу нескольким специалистам, но если даже один из них подтвердит подлинность руки Пьера Дюваля, то ни один суд в мире не поверит в силу данной улики. К тому же само по себе письмо не является доказательством убийства, подумаешь, дедушка свихнулся, на старости лет занялся беллетристикой. Да и доказать, что само письмо написал Карл вряд ли удастся. Нет, господа, доказать причастность известного голландца мы не сможем.
   - Но как же тогда следы пороха на пальцах Пьера? Ведь если бы он не стрелял из пистолета, то никакого пороха бы не было?
   - Ты, прав Гари, порох на пальцах самоубийцы в купе с отпечатками его пальцев на спусковом курке и стволе пистолета действительно железные улики. Такую наживку проглотит полиция любой страны.
   Элиот, вдруг приставив палец к губам, замолчал. В комнате воцарилась тишина, Мишель поймал себя на мысли что слышит стук собственного сердца.
   - Вы слышите шаги или голоса на корабле?- вдруг спросил Элиот.
   - Эл, ты что свихнулся? Каюты первого класса хорошо изолированы, ты можешь хоть плясать здесь, хоть петь, хоть выть на луну, никто ничего не услышит практически полная звуконепроницаемость...
   - Все правильно. Продолжим. Я считаю, что в то утро, когда умер Пьер Дюваль, убийца был у него в каюте. Пьер сидел за столом рядом с окном-иллюминатором. Карл Бюйтер, уговорил француза избавиться от оружия, мотивируя это тем, что полиция Нью-Йорка при высадке пассажиров может провести полный обыск и досмотр, для наглядности голландец сказал, что выбросит не только пистолет Пьера, но и свой. Он просит открыть окно, чтоб выбросить оружие за борт. Дальше француз открывает иллюминатор, отдает свой пистолет антиквару, садится обратно на стул. В этот момент раздается пронзительный гул, двух приветствующих друг друга лайнеров. Кстати это ты, Гари рассказал нам всем, включая убийцу об этой милой процедуре приветствия двух кораблей английского пароходства в водах Атлантики.
   - Я что причастен к убийству?- взорвался Гари.
   - Не переживай, Гари, твоей вины тут нет. Но, тем не менее, этой информацией ты, помог убийце провернуть ловкую комбинацию. Он быстро приставил дуло пистолета Пьера Дюваля к его голове и выстрелил, затем вложил свой пистолет в руку убитому и выстрелил в окно. На палубе в этот момент веселье, крики, но из-за смачного угукания "Королевы Атлантики" никто ничего не слышит. Именно так и появились следы пороха на пальцах француза. Остается только выкинуть один пистолет за борт, стереть свои отпечатки пальцев со второго и вложить его в руку "самоубийцы". И финальным штрихом: подкинуть заранее напечатанное письмо, поставив под ним подпись Дюваля. Поистине этюд в багровых тонах...
   - Так что же нам делать, ведь не может же зло быть безнаказанно?- резонно заявил Мишель.
   - Нужно сообщить в полицию о находке партии алмазов.- Элиот, немного поразмышляв, продолжил.- Хорошо бы еще журналистам анонимно поведать историю о случайно обнаруженной контрабанде драгоценных камней на корабле "Королева Атлантики". Героем посмертно станет капитан Джером Смит, разоблачивший опасного контрабандиста Пьера Дюваля, впрочем, имена можно и не сообщать. Что же касается Карла Бюйтера, то его имя не должно упоминаться вовсе, Элиот оглядел друзей,- не волнуйтесь, с ним разберутся...Свои... Антиквар причастен к мафии, а она не прощает таких оплошностей. Не хотел бы я оказаться на его месте.
   -С полицией и репортерами, я все устрою,- Мишель встал и пошел к выходу.- Мне пора. Работа, господа, прошу меня извинить, работа.
   - Не забудь рассказать им про Добса,- добавил Элиот.- Я думаю, этот тип их тоже заинтересует.
   - Конечно. Не забуду. Увидимся позже.
   - Подожди, чуть не забыл,- Элиот достал из кармана пиджака конверт.- Сможешь отправить этот запрос в Скотланд Ярд? Лично для Кристофера Бела.
   - Конечно. А что тут?
   - Да сущая ерунда, ничего серьезного, лишь хочу уточнить некоторые детали.
   - Ок. Будет исполнено. - Мишель, браво козырнув, покинул каюту Элиота.
  
  
  
   Глава 19 20 августа 1957
  
  
   В каюте Элиота горел ночник и от этого неяркого, мрачного света все предметы, растворившиеся в полумгле, казались какими то жутковатыми.
   -Проходите, миледи.- Элиот тихонько прикрыл за женщиной дверь.
   Включил настольную лампу, отчего сразу стало по домашнему: светло и уютно, отодвинул стул от стола:
   - Прошу вас, присаживайтесь, графиня, я, полагаю, нам предстоит долгий и весьма вероятно, тяжелый разговор.
   - Элиот, вы говорите загадками, вы меня пугаете, но в тоже время будите мое любопытство! О чем мы будем говорить в такое позднее время? Или вы мне хотите рассказать о результатах вашего расследования гибели капитана?
   - Боюсь, что нет, мадам. Я каюсь перед вами, ибо с вашей помощью хочу утолить собственное любопытство.
   - Да? И что же вы хотите узнать???
   - Я хочу знать: за что вы убили своего мужа!!!
   - Что??? Что вы себе позволяете, молодой человек??? Как вы смеете??? -Графиня рывком поднялась со стула и направилась к двери.
   - Сядьте, графиня, и послушайте. Каюты первого класса звуконепроницаемы, дверь закрыта на ключ, который лежит у меня в кармане брюк, так что выйти вы сможете только после того, как услышите мой небольшой монолог, садитесь же!!!
   Леди Беатрис послушно села обратно.
   - Не возражаете, если я закурю? Проклятая слабость, все никак не могу бросить.
   - Курите, миледи, это ваше право. Я возражать не стану.
   Легкий яблочный аромат от ее сигарет медленно заполнял комнату.
   -И так я начну с самого начала. Элиот встал напротив сидящей женщины.
   -Двенадцать дней назад, то есть на четвертый день пути, примерно в десять часов утра, ваша компаньонка Джина Кори подарила мне фотографию. Вот она. Элиот положил фото на стол. Это фотография как она сказала:- Одна из последних, где вы сняты всей семьей!!!
   Признаюсь, тогда я не понял смысла этого подарка: На фотографии я вижу вас, миледи, с грустным, хмурым выражением лица, стоящую на лестнице, опершись на периллу. И вашего мужа, сэра Эндрю Ллойда, миллионера и с позволения сказать "таблеточного" короля, который стоит перед вами на ступеньку ниже и широко улыбается в объектив фотографической камеры. На вид ему не дашь и пятидесяти, хотя на самом деле ему уже исполнилось шестьдесят. Пока я все излагаю правильно? Это важно!
   Графиня, усмехнувшись, кивнула:- Говорите у вас такой приятный, завораживающий голос, слушать вас одно удовольствие, хоть и несете вы полную ахинею.
   -Спасибо. Так вот совершенно очевидно, что сэр Эндрю на этой фотографии выглядит очень хорошо, более того его глаза горят, он полон радости, он влюблен, влюблен в жизнь. Из газет мы все знаем, что сэр Эндрю умер нелепой смертью, случайно поскользнувшись, заметьте, случайно поскользнувшись, упал с лестницы, той самой лестницы в вашем тюдоровском особняке.- Элиот показал пальцем на фотографию.
   - Еще раз прошу прощения за форму изложения моего монолога. Так вот я не сразу понял: зачем мне дарить эту фотографию? Кстати она не сказала, что сама сделала этот снимок. Этот вопрос долгое время терзал меня. Теперь же я все знаю. Джина Кори предложила игру, когда я сказал, что работаю детективом и расследую различные преступления и мне любопытны типы человеческого поведения. Она решила проверить, так ли я хорош, как ей это показалось? Помнится, я даже высказал мысль, что не всякое преступление должно быть наказано...Я верю, есть люди, которые своей жизнью искупили все свои прегрешения...
   - Впрочем, я оказался настолько глуп, что не смог понять очевидной истины. Должно быть, я разочаровал вашу подругу.- Элиот смущенно развел руками.
   Леди Беатрис положила окурок в пепельницу:
   -Ваш монолог бесподобен, что же дальше?
   - А дальше меня просто осенило. Конечно, что может быть проще? Я сделал запрос в Скотланд Ярд и узнал следующее: во-первых: смерть Эндрю Ллойда датируется 12 декабря 1942 года, именно эта дата указана на обороте фотографии. Во-вторых, Джина Кори стала вашей компаньонкой ровно в день вступления завещания в законную силу. Да, вы скажете, что ваш муж так желал, но позвольте с какой такой радости? Ведь мисс Кори ничего не смыслит в лекарствах. И, наконец, самое главное: о мисс Джине Кори нет никаких сведений, она официально не рождалась, не жила и даже не умирала ...ее просто, никогда не существовало. Зато была Дайана Картейн, девушка с точно такими же инициалами, по какому то нелепому совпадению, работающая в вашем доме прислугой.....
   И которая ВАС всю жизнь шантажировала. Она говорила мне, что это одна из последних фотографий всей СЕМЬИ.... Конечно, ведь была еще как минимум одна фотокарточка... ТА, ГДЕ ВЫ УБИВАЕТЕ СВОЕГО МУЖА!!!!!
   Обратите внимание вы очень удобно стояли, и вам ничего не стоило толкнуть мужа в спину.
   Элиот налил себе в стакан коньяка, выпив одним глотком, продолжил:
   -Я, с самого первого раза, посмотрев на снимок, решил, что сэр Эндрю счастлив. Пожалуй, даже влюблен. Влюблен в жизнь, если хотите. Какой же я был глупец!!!! Конечно он был влюблен.., только...только не в жизнь, а в прекрасную девушку Дайану Картейн, и смотрел он с обожанием не в зрачок объектива, а именно на нее, ведь это она держала в руках этот объектив. Он любил ее, любил больше жизни, любил больше ВАС.....
   Графиня Беатрис Ллойд Смол сидела, прикрыв лицо руками, и плакала...
   Люди, которые могут купить пол мира, не в силах купить свою совесть, подумал Элиот.
   - С вашего позволения, миледи, продолжу, думаю, что со временем предъявить неопровержимые улики не составит труда. Ведь Джина Кори была падка до денег, имела свою собственную, извращенную шкалу ценностей, неприемлемую для большинства честных граждан. Она как обыкновенный паразит всю жизнь жила за счет других и "пила их кровь". Но при всем при этом была авантюристкой до мозга костей...Я не сомневаюсь, что негативы она держит в именной ячейке в банке неподалеку от вашего дома, что бы иметь возможность в любой момент насладиться своей властью над вами. Есть рядом с вашим домом какой-нибудь банк?
   - Да...Примерно в десяти минутах ходьбы. Все деньги, которые я давала, она хранит именно там.
   - А теперь я хочу услышать вашу историю целиком.
   - Вы правы, Элиот, это уже история, но вы действительно заслужили ее узнать.
   - Я родилась в Англии...в очень обеспеченной аристократической семье, мистер Грин. Я делаю на этом акцент сознательно, по той простой причине, что в начале века мои родители перебрались в Америку. А другие нравы, как вам наверняка известно, меняют людей. Конечно, изысканность и утонченность манер никуда не делись, но присущая английская надменность сошла на нет. Родители купили роскошный дом на побережье в Санта-Барбаре с множеством комнат, фонтаном, красивым парком, разбитым позади поместья и небольшим искусственным водоемом, в котором мы все купались, не смотря на близость океана. Одной только прислуги у нас было несколько десятков. Можете представить? В этом доме и прошло мое счастливое детство. В двенадцать лет меня отдали в закрытую частную школу в Лейквиле, благодаря которой я в последствии с легкостью закончила Йель. На время летних каникул, папа забирал меня домой. На поезде мы пересекали всю страну. Мир за окном вагона глазами ребенка - огромный, увлекательный, с манящим зовом приключений, как в книгах Лондона и Бусенара. Пожалуй, самые приятные воспоминания о детстве. Тогда мне хотелось покорить весь мир, исследовать его самые укромные уголки еще не тронутые цивилизацией, открыть новые земли, отыскать сокровища минувших столетий, в общем, совершить то, что до меня никто даже не осмеливался. Этот мир так и остался для меня удивительным, не познанным "застекольем". Жаль, что детские мечты и желания с возрастом проходят, и напоминают о себе только в глубокой зрелости, когда уже не вернешь упущенное время, бездарно растраченное на стремление стать счастливой, чего, к моему величайшему сожалению, так и не произошло. Не стану обманывать, мир я все-таки посмотрела, хоть естественно и не весь. Каждое лето мама возила меня на отдых в Европу. Чаще всего это была Франция. Париж, Ницца, Сен-Тропе...Мама обожала Францию, хотя мне гораздо больше полюбилась Венеция с ее каналами, архитектурой и красочными карнавалами. А вот в Англии я была всего однажды, на похоронах дедушки. Ни до, ни после, родители не возвращались на Туманный Альбион. О деньгах в то время мы никогда не задумывались. Отец получил приличное наследство от своей матери, и на эти деньги мы перебрались за океан. Дедушка про нас тоже не забывал время от времени, присылая банковские чеки. После его смерти нам досталось огромное состояние. Самым разумным казалось положить эти деньги в банк, так отец в конечном счете и поступил, одних процентов за год набегало по двадцать тысяч долларов. Но не подумайте, Элиот, что родители жили только на деньги, доставшиеся по наследству, вовсе нет. Папа освоил профессию биржевого спекулянта, и это настолько его увлекло, что дома его застать можно было только по выходным, когда на дверях биржи висел замок. Он зарабатывал так много, что тем банковским счетом, о котором я упомянула чуть раньше, мы никогда не пользовались. Деньги преумножали деньги. Хотя после землетрясения в 1925 году наш дом, как и почти весь город, оказался в руинах. Пришлось все отстраивать заново. Но общей картины это не изменило. Мы не только построили новый дом, но и вносили крупные пожертвования благотворительным организациям, помогающим людям восстановить последствия данного землетрясения. Все изменилось в двадцать девятом году, когда весь мир упал на колени под гнетом Великой депрессии. Банк, в котором хранились все наши сбережения, обанкротился, деньги исчезли, биржа закрылась. И никто не мог сказать, куда все пропало. Содержать дом и такое количество прислуги для нас стало не позволительной роскошью. В одночасье мы превратились в бедняков. Это был лучший урок, что преподнесла мне жизнь. Нельзя поклоняться магии богатства. Семья - вот то единственное, чем нужно дорожить по-настоящему. Родители стали часто ссориться. Отец был на грани самоубийства. Привычная жизнь рушилась на глазах, как карточный домик от легкого дуновения ветра. Я думаю в тот момент, никто из нас не поставил бы и десяти центов на то, что все еще сможет наладиться. Тогда я и познакомилась с Эндрю. Он был умен, красив, галантен, хорошо образован, но даже по нашим меркам безумно богат. Кризис лишь в небольшой мере отразился на его фармацевтической компании. Мы встречались с ним несколько месяцев, а затем он сделал мне предложение руки и подарил обручальное кольцо стоимостью в целое состояние. Все случилось необычайно мило...Если бы не одно но: он был старше меня на двадцать два года и я его не любила. Этот брак вновь принес нашей семье экономическое благополучие, ради которого я и дала свое согласие. Поначалу и впрямь верила, что стерпится - слюбится, жаль, этому не суждено было случиться. К тому же у нас не получалось с детьми, и в конечном итоге Эндрю остыл ко мне, и стал гулять на стороне. Разумеется, он никогда не афишировал этого, но я все равно замечала, следы помады на рубашке, аромат женских духов, спички из дешевых мотелей и прочее. Терпела, не закатывала скандалов, лишь тихонько плакала у себя в комнате. Все так и было, пока в нашем доме не появилась Джина, вернее Дайана. Вы правы, Элиот, ее звали именно так. Простая горничная...Эндрю влюбился в нее как мальчишка, и она этим пользовалась. Я пыталась выгнать ее из дома, но Эндрю запретил. Он готов был выставить меня, а не ее. Двенадцать лет, Элиот. Мы прожили вместе целых двенадцать лет.
   Когда я увидела ее смеющееся лицо в тот самый миг, когда она пыталась сделать этот снимок, меня переклинило. Я не понимала, что происходит. В приступе ярости толкнула Эндрю в спину, он покатился по лестнице, его шея неестественно вывернулась, и я отчетливо слышала хруст, видимо не выдержавших шейных позвонков. Дайана подбежала к нему, но он уже был мертв. Я же так и стояла, не в силах пошевелиться, едва не потеряв сознание, с трудом держалась за периллу. Дайана вызвала полицию, усадила меня в кресло, налила виски. За весь вечер по моему я не произнесла ни слова. Сержант полиции оказался очень учтивым и не задавал мне лишних вопросов, видя мое состояние, воспринял это как шок. В чем то он был прав, конечно. Дайана ничего не сказала полицейским о фотографии, упомянула лишь о несчастном случае. Так все и закончилось. На следующий день она пришла ко мне в комнату рано утром и с порога заявила о своей доле в фармацевтическом бизнесе Эндрю. Мне оставалось только со всем согласиться. Я оказалась на крючке, с которого невозможно было сорваться. Вот, пожалуй, и все, что я могу рассказать. Вы не представляете, милый Элиот, какое сильное облегчение я испытала, когда Джина пропала. Я про себя молила господа, чтоб никогда больше ее не увидеть...Возможно это кощунство, но так оно и было. Как вам, такая история моей жизни?
   - Признаться, нечто подобное ожидал услышать...- Элиот поднялся из-за стола и открыл дверь.- Я признателен, вам миледи, за вашу откровенность. Теперь вы свободны.
   - И что вы станете делать с этими сведениями?- Графиня подняла голову, внимательно следя за поведением англичанина.
   - Ровным счетом ничего. Теперь я не в Скотланд Ярде. Ваша совесть страшней любой тюрьмы, не сомневаюсь в этом. Советую хорошенько выспаться, у вас бледный цвет лица, а он вам решительно не идет.
   Беатрис Ллойд улыбнулась.
   - Да, вы как всегда правы, Элиот, я с трудом засыпаю без снотворного. Мне пора. Я понимаю, что в долгу перед вами. Если когда либо вам что то понадобится, только сообщите мне, я сделаю все что в моих силах. Обещаю. И даже больше. Весьма влиятельные люди, мои друзья...
   - Спасибо, миледи, буду иметь в виду. Доброй ночи.
   - Спокойной ночи, мой мальчик.
   - Позвольте еще один вопрос. Почему же вы не развелись? Зачем терзали себя столько времени?
   - Позор. Его я не могла допустить, так уж меня воспитали. Мой путь, который выбрала сама...Мне не о чем жалеть.
   Элиот закрыл за графиней дверь, снова наполнил бокал коньяком и залпом выпил. Еще долго последние слова графини, не выходили из головы.
   "А какой же он, Мой Путь? Не все дороги мы выбираем сами. Судьба частенько смеется в лицо и призывает к барьеру...Так может этот принятый вызов судьбы и есть тот единственно правильный путь? Не знаю, но я ему следую."
  
  
  
   Глава 20 13 сентября 1957
  
  
   Элиот сидел за письменным столом в огромном кожаном кресле, занимавшем чуть ли не половину пространства всей комнаты, на американский манер называемую офисом, который разместился на втором этаже полицейского управления города Киммсвика. На входной двери, состоящей из дерева и непрозрачного стекла, красовалась серебристая табличка, на которой по трафарету черной краской была нанесена надпись: Элиот Грин особый криминальный эксперт. Особый в том смысле, что еще согласовывался вопрос о его статусе в полицейском управлении. Будет ли он действовать независимо, либо непосредственно подчиняться шефу детективов. Пока весы выбора склонялись ко второму варианту.
   Не смотря на свой небольшой размер, про себя Элиот называл комнату кабинетом, помещение нравилось хозяину. Внутрь проникало много солнечного света через широкое, почти во всю стену, окно, вид из которого был изумителен: изумрудная зелень газона и лесных насаждений городского парка на горизонте сливалась с бирюзовой гладью озера. Вид воды снова напомнил о недавнем морском приключении. Вчера пришло письмо от леди Беатрис Ллойд, Элиот положил его в ящик письменного стола в надежде прочесть в свободную минуту, но конверт так и пролежал до утра нетронутым. И вот, наконец, пришло его время. Аккуратным движением, при помощи перочинного ножа молодой криминальный эксперт вскрыл письмо, в котором графиня выражала благодарность достойному сыну Великой Британии, обещала любую помощь какая, когда либо может понадобиться...Достойный сын бегло пробежал глазами по строчкам, скомкал и бросил бумагу в корзину. Не попал. Пришлось вставать из мягкого и, как значилось в рекламном буклете лучшего кресла в мире, чтоб убрать бумажный мусор с пола. "У этих американцев просто все самое лучшее в мире."
   Кресло Элиот купил на свои сбережения, так как полагал, что рабочее место должно быть, прежде всего, комфортно и удобно, что позволит мыслительному процессу не отвлекаться на всякие мелочи, такие как, например, затекшие ноги или ноющая спина, что непременно случается от длительного сидения на обычном стуле. Своей покупкой он остался, весьма доволен. Деньги оказались потрачены не зря. Это кресло просто не хотелось покидать.
   В дверь тихонько постучали, и в приоткрытом пространстве появилась косматая голова сержанта Хайнца.
   - Мистер Грин, к вам посетитель.
   - Отлично, Эрик, приглашай его скорей. Элиот уже 10 дней как работал криминальным экспертом в полицейском управлении и еще ни разу никто не приходил в качестве гостя. Все общение было чисто профессиональным и в основном только с полицейскими чинами, да судмедэкспертами. По коридору послышалась твердая уверенная поступь шагов, и в распахнутой двери, застыл Мишель Блан. По его щетинистому лицу мгновенно расплылась по-мальчишески задорная улыбка.
   - Элиот, черт тебя побери, как же далеко тебя занесло! Что ты делаешь в этой дыре?
   - У меня к тебе тот же вопрос,- выждав паузу, с достоинством парировал Элиот, пожимая руку друга.- Проходи же, присаживайся.
   - Присаживайся...Куда тут у тебя можно присесть? Ведь нет ни одного стула?- спросил Мишель.
   - Так прямо туда, для дорогого гостя все почести.- Элиот рукой указал на свое кресло.
   - Что будешь пить чай, кофе?
   - Не отказался бы от чего покрепче, - усмехнулся француз .
   - К сожалению, на работе спиртного не держим, да и незачем оно тут, а вот дома налью, что пожелаешь. Давай, рассказывай какими судьбами здесь, ведь "Королева" уплыла в Англию?
   - Да, ты прав, уплыла, только я написал рапорт на увольнение, получил расчет и вот я здесь, свободный как все ветра Атлантики. Посмотрел я на тебя и тоже захотел новой жизни, понимаешь?
   Элиот согласно кивнул.
   - Как там дела у Гари?
   - У него все отлично. Он теперь настоящий капитан, а не исполняющий обязанности. Так что "Королева Атлантики" считай уже его посудина. По-моему он счастлив.
   Элиот внимательно посмотрел на друга.
   - Что-то не очень я верю...В эту твою тягу к новой жизни...
   - Тебя не проведешь,- Мишель рассмеялся. С Шарлотой у нас все серьезно, мы любим друг друга. В общем, то больше, конечно, из-за нее я здесь. Я сделал ей предложение.
   - Молодец, и что она ответила?
   - Согласна, иначе я не появился бы тут.
   - Поздравляю. Очень рад, за вас. Когда свадьба?
   - Ну, не все сразу. С начала нужно присмотреть дом, найти работу...Я думаю не раньше чем через год, так что у тебя есть время купить хороший костюм и выбрать приличный подарок.- Мишель скромно улыбнулся.
   - Ясно. Ты хоть сообщил ей, что остался в Америке?
   - Еще не успел. Она ждет меня только в следующем месяце, но я собираюсь завтра ей позвонить.
   - Ты можешь позвонить с телефонной станции, это в двух минутах отсюда.
   - Отличная мысль. Кстати, Эл я привез тебе маленький презент, ты должен на это взглянуть.- Мишель протянул свернутую вдвое газету.
   - На долго ты приехал в Миссури?- Элиот казалось о чем то призадумался.
   - Еще не решил, но точно уверен, что торопиться мне некуда, ты лучше посоветуй в какой гостинице мне остановиться? Пока до тебя добирался, не брился трое суток, да и прикорнуть не помешало бы.- Мишель потер уставшие глаза.
   - Так, ни о какой гостинице не может быть и речи, муниципалитет снимает мне трехкомнатные апартаменты на Брэвон роуд, примерно в двадцати минутах ходьбы отсюда. В одной комнате поселишься ты, будешь как говориться моим гостем. Идет?
   - С огромным удовольствием!
   - Слушай, Мишель, я вот еще о чем подумал...Как раз насчет работы. Я сейчас помогаю местным властям в качестве криминального эксперта расследовать ряд убийств, возможно речь идет о серийном маньяке, но пока об этом говорить рановато...Извини, сбился...Так вот, мне необходим помощник, и я подумал о тебе, но конечно придется поработать, ведь от наших действий напрямую зависят человеческие жизни...
   - Можешь не распаляться, Эл. Это прекрасная идея. Я согласен. Мишель протянул руку в знак согласия.- С тобой я готов хоть в огонь, хоть в воду...Хотя лучше все таки без экспериментов,- засмеялся уже бывший начальник службы безопасности океанского лайнера.
   - Когда можно приступать?
   - Завтра, Мишель, завтра. А теперь вот тебе ключ, поймаешь такси Брэвон роуд 19, квартира 27. Отдохни, отоспись немного, а вечером я вернусь, и нормально поговорим, выпьем, наконец, за встречу.
   - Ок, тогда я пойду, а то так хочется, есть и спать, что не могу решить в какой именно очередности.
   Элиот рассмеялся: Кафе за углом, вполне сносная яичница с беконом и горячий кофе считай тебе обеспечены. Я еще не сказал о прекрасном обслуживании...
   - Больше ни слова о еде, пока я не захлебнулся слюной.- Мишель поспешно вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.
   В дверь снова постучали, на этот раз настойчиво.
   - Войдите,- произнес Элиот.
   Широко распахнув дверь, на пороге показалась слоноподобная фигура сержанта Конрада Келли. В его заплывших формах уже невозможно было угадать, некогда легендарного игрока американской профессиональной футбольной лиги. Злые языки поговаривали, что Конрада отчислили из команды за многочисленные нарушения спортивного режима, последней же каплей стала драка со вторым тренером, которую он затеял, находясь в состоянии алкогольного опьянения. В драке он ясное дело победил. Этим слухам Элиот был склонен верить. Вот и сейчас красное, опухшее лицо вкупе с недельной щетиной выдавали в нем заядлого выпивоху. От сержанта просто разило дешевым одеколоном. Терпеть этот запах было выше всяких сил.
   - Ээ..Миста Грин - под нос прогундосил сержант- Не одолжите ли мне пару долларов до получки, а то я совсем на мели...
   "Конечно, на мели...Пить нужно меньше, да тотализатором не увлекаться"- ехидно подумал Элиот.
   Такие люди как Келли встречаются не редко. Он с легкостью брал взаймы чужие деньги, все суммы скрупулезно заносил в старенькую записную книжечку, в потертом переплете из черной кожи, отдавать, однако, никогда не торопился. А если кто пытался напомнить ему о забытом долге, то сильно рисковал быть вычеркнутым из заветной книжицы навсегда и мог вообще ничего не получить назад. Потому никто из сослуживцев, сержанту Конраду Келли, денег больше не занимал.
   - Ну, так как, миста, одолжите пару баксов?
   Глубоко вздохнув "миста" вытащил портмоне из кармана брюк, достал оттуда купюры и протянул сержанту: Вот ваши два доллара, берите. Надеюсь хоть вас, они сделают счастливым.
   Конрад Келли с радостным выражением лица, будто только что выиграл в рождественскую лотерею, своей огромной рукой сгреб бумажки, и сию секунду ретировался из кабинета. Лишь у самой двери сержант на мгновение остановился и тихо произнес:
   - Можете на меня рассчитывать, миста, Грин. Теперь я ваш должник, за мной не заржавеет,- Конрад от души стукнул себя кулаком по огромной груди.
   "Надеюсь на это"
   В то же мгновение дверь гулко захлопнулась.
   Элиот снова оказался в своем кресле, наедине с самим собой. Больше никто не мешал. Поудобней устроившись, взял газету, оставленную Мишелем. Вашингтон пост за 25 августа 1957г. То ради чего Мишель принес уже не свежую прессу, Элиот нашел достаточно быстро, лишь мельком проглядывая полосы. Небольшая заметка на последней странице гласила:
  
  
   Жребий брошен!!!
  
   23 августа в городе Нью-Йорк на пересечении Ленокс авеню и Седьмой авеню, расположенных в мало привлекательном районе Гарлема, состоялось торжественное открытие нового госпиталя целиком построенного на средства сенатора от штата Иллинойс Эдварда Дэвиса. Это уже третий госпиталь, который сенатор демократ подарил родной стране. Первый был построен в Чикаго, родном городе политика. Второй достался славному городу моторов Детройту. После церемонии открытия сенатор Дэвис дал эксклюзивное интервью нашей газете.(репортаж Чака Картера)
   - Сенатор Дэвис это уже третий госпиталь, который вы построили на свои средства...Какие чувства вы испытываете по этому поводу?
   - Меня переполняет истинное счастье. Наконец, то жители не богатого района Нью-Йорка смогут пользоваться медицинскими услугами абсолютно бесплатно. Я расцениваю это как крохотный шаг в прекрасное будущее, которое мы обязаны подарить нашим детям. Только здоровое молодое поколение сможет продолжить строить демократию в нашей прекрасной стране, а может и в других странах. Я как истинный патриот свято верю в светлые идеалы демократии!
   - Сенатор, а на какие средства будет содержаться данное учреждение?
   - На деньги благотворительного фонда, который я организовал именно для этой благородной цели. Я хочу подчеркнуть-это частные инвестиции, а не деньги налогоплательщиков. Каждый не лишенный сострадания американец может пожертвовать любую сумму в данный фонд. И я сознательно призываю всех к этому. Лично я, пожертвовал уже не одну сотню тысяч долларов и ни капли об этом не жалею. Ведь эти деньги спасут множество человеческих жизней.
   - Известным фактом вашей удивительной биографии является Ваша примерная служба в должности шефа Чикагской полиции. Не жалеете, что ушли в большую политику?
   - Это было взвешенное решение, не скажу, что оно было простым. Нет. Но это новый вызов и я его принял! Жребий был брошен!
   - Сенатор, а это правда, что сегодня вы хотите объявить миру сенсационную новость? И что наша газета станет первой, кто со своих страниц донесет ее до миллионов американцев?
   - Да, это так. Я готов сделать официальное заявление о том, что наша партия выдвинет меня главным кандидатом на следующих президентских выборах. Мой предвыборный штаб начнет свою работу в следующем году. Более подробно я раскрою все карты на открытой пресс конференции, которая состоится уже завтра. Жребий снова брошен, дамы и господа. Дороги назад не будет. Ты, Чак, узнал об этом первым.
   - Благодарю, вас, сенатор. Поздравляю вас с этим прекрасным известием. Обещаю на выборах отдать свой голос именно вам.
   - Спасибо...Спасибо, Чак.
   - Сенатор не могу не задать вам последний вопрос...Появятся ли новые, подобные учреждения и в других городах нашей страны?
   - Конечно. По-другому и быть не может. Добро не должно останавливаться.
   На этой позитивной ноте мы прощаемся с сенатором Эдвардом Дэвисом и желаем ему удачи во всех его начинаниях.
  
  
   Куш на сотни душ!!!
  
  
   В понедельник 21 августа 1957г; благодаря блестящей работе полицейского управления Нью-Йорка была изъята партия контрабандного груза, оценочной стоимостью в 15 млн. долларов, что по приблизительным подсчетам составляет годовой бюджет небольшого европейского государства, или, например, такого штата как Иллинойс. Напомним вам, дорогие читатели, что это уже второй случай крупного успеха этого года, когда благодаря слаженной работе правоохранительных органов Европы и Америки удалось нанести серьезный удар по преступному сообществу, действующему по обе стороны Атлантического океана. Как стало известно из компетентного источника, близкого к полицейскому управлению Нью-Йорка: "уже сейчас можно говорить, что успех данной операции стал возможен благодаря высокому профессионализму сотрудников нашего управления, не только сумевших обнаружить незаконный груз, но и помимо всего обезвредить преступников, переправлявших данный контрафакт на территорию Соединенных Штатов Америки. Проделана огромная работа, но останавливаться на достигнутом результате не входит в планы наших ребят. Награда обязательно найдет своего героя,"- заявил упомянутый выше источник, уже представлены к наградам особо отличившиеся в ходе этой грандиозной операции. Все подробности данного дела, а также интервью с капитаном полиции Джоном Клифером младшим читайте в завтрашнем номере нашей газеты.
  
   Мир - помни своих героев.
  
   На 73 году жизни остановилось сердце замечательного человека, великого ученого, мецената, основателя премии для молодых художников, сподвижника современного искусства, автора многочисленных научных трактатов по истории искусств, Карла Бюйтера. Культурное наследие, которое оставил после себя для потомков этот великий сын голландского народа поистине безгранично. Его имя будет увековечено мемориальной стелой, которую установят в родном городе ученого. Свой жизненный путь, Карл Бюйтер, начал в далеком 1885 году в небольшом голландском городке...
   Глава 1. 13 сентября 1957
  
  
   Домой Элиот вернулся в половине девятого. Открывший дверь Мишель радостно приветствовал друга взмахом руки, осторожно выхватил у него огромную картонную коробку, которую Элиот держал одной рукой; пропустил внутрь, второй рукой он прижимал к ребрам пухлую кожаную папку.
   - Ух, ты горячая!- восторженно воскликнул француз.
   - Да, только что из печки, косая пиццерия в соседнем доме, так что пока не остыла, быстренько ее уничтожим.
   - Косая пиццерия, я правильно расслышал?- с сомнением переспросил Мишель.
   Элиот рассмеялся:- Ага, правильно, просто дом, в котором расположена пиццерия, стоит наискось по отношению к проспекту, вот местные и прозвали его косым.
   За ужином никто не проронил ни слова. Куски пирога с поразительной скоростью исчезали из картонной упаковки. Интенсивно работая челюстями, попеременно подливали в чашки сваренный в турке кофе.
   Спустя сорок минут друзья расположились на серой, обтянутой велюром тахте в гостиной комнате. Элиот придвинул коротконогий деревянный журнальный столик и положил на него принесенную папку, расстегнув молнию начал доставать содержимое.
   На столе оказались черно-белые фотографии и исписанные мелким почерком листы бумаги.
   - Что берешь работу на дом?- усмехнулся Мишель.
   - Принес, чтоб побыстрее ввести тебя в курс дела. Элиот протянул несколько фотографий.
   - Это Джон Чепп, мужчина 1902 г.р , черный. Пьянчужка без определенного места жительства. Жил на средства от милостыни плюс копошился в мусорных баках. Хотя жил, громко сказано. Деньги он в основном пропивал.
   На глянцевых листах Мишель увидел черного мужчину, лежащего в черной луже, с множеством черных пятен на светлой рубашке. На щеках несколько почему то вертикальных морщин. Глаза выпучены выряжая состояние величайшего ужаса, Словом лицо, словно ожившая африканская маска.
   - Это что кровь? Вдруг осознал Мишель.
   - А ты что надеялся увидеть бутофорскую краску?- сострил Элиот.
   - Преступление датируется 12 марта 1956 г, т.е. произошло больше года назад. Как видишь на теле множественные порезы, в основном неглубокие. Глубокое проникающее ранение одно в область печени, безусловно, смертельное. Но, тем не менее, смерть наступила не от него, а от сильного удара тупым предметом, предположительно куском водопроводной трубы или арматуры в основание черепа. На фото труп перевернули криминалисты.
   - Так значит, он умер не сразу?
   - Да бедняга мучился пять- семь минут даже пытался ползком скрыться, но убийца жахнул ему по голове. Орудие убийства не обнаружено, естественно убийца тоже.
   - Где это случилось? Мишель показал на фото.
   - В Сент- Луисе, штат Миссури, в негритянском квартале. Но смотри дальше.
   -Пипо Вудс, 50 лет, негр, убит 5 месяцев назад 4 апреля 1957г. Элиот протянул следующую пачку фотографий. Абсолютно идентичные ранения, смерть в результате удара тупым предметом в основание черепа, убийство совершено в негретянском квартале Киммсвика, в заброшенном сквере.
   - Тоже уличный попрошайка.
   - Ты проницателен, мой друг.
   - Родственники у них остались? Может друзья?
   - Это интересный момент. Ни у кого из убитых нет ни родственников, ни друзей. Смотри дальше. Сайра Бэнкс, негритянка убита 1 сентября 1957г. Три дня назад констатировал Элиот. 27 лет, смазливая, снимала комнату на Кирет-Стрит, это не негритянский район, заметь. Что касается самого убийства, то оно тоже отличается от предыдущих. У нее сломано три ребра, ключица. Все тело один сплошной синяк. Преступление совершенно ночью, приблизительно около двух часов, на углу Брэвон роуд и Кирет-Стрит.
   - Наверное, она пыталась оказать сопротивление?- Предположил Мишель.
   - Не думаю...С дыркой в печени вряд ли сможешь сопротивляться. Тут что-то другое, надо над этим хорошенько подумать, молодец, что обратил на это внимание.
   - На углу Брэвон роуд...Так это рядом? Мишель смотрел на фотографии убитой.
   -Да тридцать минут неспешной ходьбы.
   - Но ты говоришь, что она снимала комнату? Значит, она работала?
   - Ага, приторговывала своим телом.
   - Так она проститутка! Физиономия француза вытянулась, выражая удивление.
   - Знаешь, Мишель, ты очень вовремя появился, я безумно этому рад.
   - Ты смущаешь меня, Эл,- у меня проступил румянец.
   - Я здесь уже десять дней, но не продвинулся в расследовании ни на шаг. Местное полицейское руководство сквозь пальцы смотрит на смерть черных и точно также проводит следствие,- пропустив реплику друга мимо ушей, продолжил Элиот.
   - Это еще почему? Снова удивился Мишель. А как же принципы равенства, воспеваемые американцами?
   - Видишь ли, дорогой друг, нравоучительно начал Элиот. Миссури исторически штат приемлющий рабовладельчество. Здесь до сих пор к другому цвету кожи относятся болезненно. 93 % штата составляют белые и лишь 7% - это люди с другим цветом кожи. Дядя Говард и пригласил меня, потому что прекрасно понимает, что расследование убийств негров будет проводиться спустя рукава с закрытыми глазами. Так что, Мишель, я могу рассчитывать только на тебя и сержанта Хайнца. Ты его видел сегодня.
   - Это тот косматый паренек, дежуривший у твоей двери?
   - Он самый. Кстати Капитан Берг, начальник отдела убийств, до сих пор не видит связи между этими преступлениями. Говорит, что это пьяные разборки черномазых ублюдков, и нормальным людям нет до них никакого дела. Пусть они хоть все друг друга перережут.
   - Славный малый...
   - Да и к несчастью по совместительству наш начальник. Ну и как говорится на десерт Бентон Коф. Элиот протянул новые фотографии.
   - Так это еще не все? Убийца явно плодовит,- мрачно пошутил Мишель.
   -Бентон Коф, негр, 58 лет, без определенного места жительства. Для нас интересно время преступления. Оно датируется 1 февраля 1955г. Убит ночью, в негритянском квартале в безлюдном сквере г.Детройт штат Мичиган. Колотое ножевое ранение в область печени. Интересно, что полиция Детройта схватила убийцу, некоего Коби Эрла, собутыльника Кофа. Как видно из материалов следствия, Эл указал на исписанные листы, Эрл отрицал свою вину, но ничего вразумительного не говорил, так как был " в стельку пьян". Через две недели следственных мероприятий сознался и подписал для себя смертный приговор.
   - Так ведь сейчас очевидно, что он не виновен! воскликнул Мишель. Давай напишем письмо прокурору на пересмотр дела, свяжемся с его адвокатом...
   - Поздно...Уже слишком поздно. Год назад Коби Эрл был приговорен к смертной казни и приговор приведен в исполнение...
   - Черт...И что ты думаешь насчет всех этих убийств, Эл? Есть, какие нибудь мысли?
   - Есть....
  
   Продолжение следует...
  
   Вещественные доказательства.
   Хорас Флетчер (1849-1919) сторонник тщательного пережевывания пищи.
   До скорого (фр.)
   Пинта-мера объема равная 0,5506 литра.
   Галлон- мера объема равная 4,546 литра.
   Классическая смесь верхних чайных листьев из Цейлона, Ассама и Кении, характерная для традиционной английской чашки крепкого черного чая.
   Поджаренная булочка с изюмом и соленым маслом.
   Фунт- мера веса равная 453,59 грамма.
   1 фут-английская мера длины=0,3038 метра.
   Акр-единица площади в системе английских мер равная 4046,86 кв. м.
   1 ярд = 0,9144 метра
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   71
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"