...Воздух был вспорот острыми молньями,
Гром в небесах аплодировал мне,
В рокоте бури, сменившем безмолвие,
Въехал я в город на белом слоне.

Ниц простирались все его жители
И о пощаде молили. Глупцы!
Мы со слоном равно их ненавидели -
Так ненавидят женщин скопцы.

В долгой осаде, длившейся месяцы,
Пал город, пал. На колени, скоты!
Стены проломлены, рубка на лестницах,
С флангов заходят пехоты ряды...

В детстве еще, в юном отрочестве,
Принца наследного выгнали вон.
Главарь заговорщиков - сука порочная -
Воссел на фамильный царственный трон.

Годы бежали, боги не гневались,
Правил страною захватчик-чужак.
Память о прежнем исчезла-развеялась,
Стала предметом всяческих врак.

Как-то по осени вести тревожные
Вдруг разнеслись по державе. Беда!
Принц, мол, вернулся, с ним невозможное,
Войско огромное - жжет города.

Суд и расправу чинит; лютой казни
Предал он тех, кто когда-то его,
Ребенка младого, поддавшись соблазну,
Вышвырнул прочь - совсем одного.

По долам и весям скитаясь, наследник
В храме заброшенном заночевал.
Прихоть судьбы: аскет многолетний
В том же святилище ночь коротал.

Так уж случилось, выпали кости -
Взял в обученье парнишку аскет.
Воспитывал строго, бывало и тростью
Лупил по бокам. Прошло десять лет.

Как-то в лесу ненастной порою
Слоненка больного принц повстречал.
Жалость взыграла в сердце героя -
Домой взял его. Учитель смолчал.

Юноша вырос. Сильный и ловкий
Подался в наемники, слон - вместе с ним.
Честно служили, в ратной сноровке
Не было равных этим двоим.

Слава, почет, уваженье, признанье -
В зрелые годы к принцу пришли.
Став полководцем, он об изгнаньи
Решил позабыть. А вы бы смогли?

В гости к учителю ездил нередко,
С духом собрался и рассказал
Тайну свою, что уже четверть века
В сердце носил. Тот плечами пожал:

- Волю к победе, ум и смекалку,
Кремень-характер - кто дал тебе? Родня?
Нет. Ты ведь сам, - он оперся на палку. -
Выйдем во двор, что-то знобит меня.

Словно судьба или рок, или фатум
Эти слова изрекли за него:
Лишь дверь открылась, как нагината,1 
На солнце сверкнув, вошла под ребро.

Трое ублюдков с мечами, в доспехах,
Их поджидали. Принц, ты умрешь! -
Хрипло прокаркали, с лающим смехом
Бросились в бой. Он выхватил нож.

Первый громила со вспоротым горлом
Рухнул на землю. Двое других,
Хищно оскалясь, по кругу проворно
Двинулись, низко мечи опустив.

Бой скоротечен, бой беспощаден:
Выдох и вдох, лишь мгновенье прошло,
Двор уж покрылся россыпью пятен,
Коркой кровавой, что солнце ожгло...

Стоя над трупами, тяжко дыша,
Принц сжал кулаки, поклявшись отмстить.
Горе тебе, негодяй-падишах!
Смерть - имя мое, готовься платить!

Тело аскета земле он предал,
Вскочил на слона. Быстрее! Вперед!
Мчались они как бешеный шквал,
Никто не рискнул прервать их полет.

И в сопредельной стране пред царем,
Низко склонив седую главу,
Просил полководец лишь об одном:
- Месть мне дозволь. Я войска созову.

С армией этой повергну во прах
Всех, кто страдания мне причинил.
Пусть же изведают, что значит страх.
Со смертью учителя свет мне не мил.

Хмуро монарх взглянул на него,
Молвил: с соседом я дружно живу.
Теперь объясни, ради чего
Ты предлагаешь начать мне войну?

- Царь, твой сосед - захватчик и вор,
Подлым обманом присвоил он трон.
Я - принц наследный, я - их сеньор,
Что скажешь, о царь? - Сзывай легион.

Осень настала, пожухла трава,
Вторглись в державу чужие войска.
Сёла, деревни и города
Грабили, жгли. Вздулась от трупов река.

Пала страна под железной пятой,
Принц на столицу взор устремил -
Там он родился, там стал сиротой.
Плачь, падишах, час расплаты пробил!

Город держался, будто бы знал:
Милость, пощада - пустые слова.
Подлый, бесчестный, он пожинал
Горечь предательства в миг торжества. 

Штурм и осада, подкуп, шантаж;
Долгие месяцы яростных драк.
Блёклый, унылый зимний пейзаж.
Пат бесконечный. Но вот словно знак

Вихрь грозовой над столицей возник,
Башни обрушил и вынес врата.
- Боги вмешались! - послышался крик. -
К бою! Вперед! Одолеем врага!

Хлынула конница, вслед на слоне
Ехал наследник. Кривила лицо
Злая усмешка - что же, втройне
Все вы заплатите, стадо глупцов.

Небо пылало тысячью молний,
Гром бесновался; и, дико рыча,
Буря накрыла город безмолвный,
В котором его никто не встречал...